М. Воланд
Призваны защищать: ангельские истории

Призваны защищать: ангельские истории
Благодарность

Иллюстратор: Полумеева Дарья

Книга издана при поддержке Министерства культуры Свердловской области

Книга издана при поддержке Министерства культуры Свердловской области

История первая: «Новобранец»

Прощение врагов – прекрасный подвиг;

но есть подвиг ещё более прекрасный,

ещё более человеческий – это понимание

врагов, потому что понимание – разом

прощение, оправдание, примирение.

А.И. Герцен

Новый день разбудил Кристину очень резко и неприятно – болью. Сильный спазм прошёл от низа шеи до поясницы, но быстро утих, хоть и не исчез окончательно. Теперь в спине оставалось только стихающее ноющее напряжение, словно бы Крис (так пробудившаяся предпочитала, чтобы её называли) пришлось несколько дней просидеть за компьютером в неудобном кресле, безвылазно.

По ощущениям Кристине казалось, что поспать не удалось, глаза на секунду закрылись и тут же открылись вновь. Один лишь миг, а обстановка вокруг кардинально изменилась. Было уже светло и необычно шумно. И хотя внутреннее ощущение времени говорило, что прошло не больше секунды, она чувствовала, будто пролетело несколько недель. С чем же связано это чувство?

Подумать об этом пробудившаяся не успела, так как в квартире, где Крис жила с двумя кошками, послышались голоса, а точнее ругань. Возможно, это двоюродная племянница, которая приютилась здесь бесплатно, а точнее за уборку. Видимо она неожиданно вернулась от родителей после майских праздников. Но с кем девчонка могла так страстно ссориться, будучи самым кротким существом на планете? Да и голоса какие-то незнакомые.

Кристина осторожно встала, стараясь не издавать ни звука, и попыталась отыскать смартфон, на случай, если придётся позвонить в полицию. Свой телефон хозяйка квартиры не нашла, но обнаружила на зарядке новенькую «раскладушку» – устаревшую модель сотового, которая была в моде лет десять назад. Крис уже хотела воспользоваться чужим аппаратом, но её отвлекло ещё одно изменение: из спальни исчез кошачий домик, который коллеги подарили на её тридцатилетие с саркастичным напутствием: «Сильной и независимой». И что совсем странно – самих кошек тоже не видно, а ведь они всегда спят рядом и просыпаются с хозяйкой в ожидании утренней кормёжки.

Ругань тем временем прекратилась, от чего стало ещё страшнее, так как теперь невозможно было определить, где находятся вероятные взломщики. Страх парализовал Кристину на долю секунды, но беспокойство за питомцев одержало верх: хозяйка квартиры резко схватила телефон-«раскладушку», открыла его с громким щелчком, и уже не боясь, что её услышат, набрала номер службы спасения. Но вызов не нажала. Крис была инспектором службы ГУФСИН, работала с условно осуждёнными преступниками, так что умела справляться с агрессивными личностями. Но не в своём же доме!

Мысленно распаляя свою злость, хозяйка квартиры решительно открыла дверь и вышла в смежную комнату. Заготовленная речь: «Кто вы такие? Я вызываю полицию!» так и не была произнесена. В комнате стояли её родители, которые находились в разводе уже пять лет и столько же не разговаривали друг с другом. Странно, что Кристина не узнала их голоса. Хотя, чего тут странного? Дочь ни разу не слышала, чтобы они ругались. За всю жизнь Крис никогда не оказывалась свидетелем ссор между ними. Родители Кристины – люди интеллигентные: без скандалов жили, без скандалов и разошлись.

– Мам, пап, привет. А что вы тут делаете? – с тревогой в голосе спросила она.

Родители резко обернулись на голос и тут-то Кристине стало по-настоящему страшно, как ребёнку перед рычащей дворнягой. Взгляд мамы был затравленный, с осуждением. Похожее выражение лица родного человека Крис видела и раньше, но сейчас во взоре было нечто новое, пусть и знакомое. Затравленной дочь видела её впервые, не такой у матери склад характера.

Но самым пугающим для Кристины оказался взгляд отца – совершенно безумный, с расширенными зрачками, делающими обычно голубые глаза дико чёрными, как у кота во время охоты. Кстати, опять же таки не видно домашнюю животину.

– Вы не видели Соню и Клёпу? – спросила Крис хоть и с беспокойством, но одновременно рассчитывая этим вопросом отвлечь родителей, переключить их на важную для неё тему.

– Ты о ком? – удивилась мама.

– О своих кошках, – уже с переживанием за мать ответила хозяйка.

– А что такое кошки? – произнесла мама с искренним недоумением.

При этом она очень маленькими шажками перемещалась ближе к хозяйке квартиры, пока не встала за её спину, положив руки на плечи дочери.

Крис уже хотела поинтересоваться, что это за шутки, но не успела она что-то сказать, как у отца случилась небывалая прежде вспышка ярости:

– Не смей путать меня, защищая эту распутную тварь! – и кинулся на обеих с кулаками.

Мама закричала, а Кристина впервые ощутила подряд несколько эмоций в одно мгновение. Вначале удивление, с примесью нереальности происходящего, будто всё вокруг – это какое-то низкопробное телешоу. Затем ярость: захотелось крикнуть и кинуть что-нибудь в стену, чтобы услышать звук разбитого стекла. На долю секунды появилось опасение, что у отца проблема с психикой, но эта идея не задержалась, так как мать тоже вела себя необычно, а одновременный психоз сразу у обоих родителей весьма маловероятен. Последняя эмоция – страх, который Крис сразу отбросила, просто не задерживаясь на нём, будто перепрыгнула через лужу.

– Стоп! – крикнула Кристина, шагнув вперёд, абсолютно уверенная, что сумеет предотвратить рукоприкладство, хоть и не знала как. Кулак отца повис в воздухе, мамин крик резко оборвался. – Так-то лучше. А теперь объясняйтесь.

Но дочери никто не ответил. Папа даже не шелохнулся. Крис обернулась и увидела такое, от чего весь её внутренний мир посыпался. Ощущение было как при резком снижении самолёта, только оно с каждой секундой усиливалось. Мама застыла в воздухе не касаясь пола, видимо, она споткнулась в тот момент, когда всё вокруг почему-то замерло.

Но замерло явно не всё. На подоконник сел голубь и ударил клювом по стеклу, съев паука, оставив на память о нём опустевшую паутинку. «Разве голуби едят пауков?» – пронеслось в мыслях у Крис, но эта мысль тут же забылась, как только её взгляда коснулось нечто ещё более невероятное, чем застывшие родители: сквозь верхушки тополей, как и всегда, просвечивало небо, однако сегодня оно было грязно-коричневое, цвета глиняного горшка.

Это уже слишком! В голову Крис приходили только три варианта: либо весь мир сошёл с ума, либо только она, либо это сон. Для сна чересчур реалистично, но нужно проверить. Как и всегда, когда во сне девушка начинала понимать, что всё происходящее нереально, Кристина укусила себя за губу. Было больно в реальной жизни, значит – не сон.

Теперь нужно проверить не галлюцинация ли всё это. Благо у Крис лучшей подругой была клинический психолог, которая рассказала ей как-то очень простой способ: нужно надавить пальцем на глаз и всё, что раздваивается – реальность, а что нет – галлюцинация. Крис так и поступила, но, к сожалению, или к радости, всё предстало в двух экземплярах: и замершие родители, и коричневое небо и остальное.

Оставался последний вариант, но чтобы проверить его, нужно выйти на улицу, а хозяйку квартиры это совершенно не радовало. Хотя с другой стороны и здесь Кристине оставаться точно не хотелось. Крис собрала всё необходимое в рюкзак, оделась, на всякий случай, взяла куртку, несмотря на то, что начало мая выдалось жарким, и спустилась на улицу.

Вмиг стало ясно, что и мир вокруг тоже не остался прежним. Первое, с чем сразу столкнулась Крис – это молчаливая драка молодой пары. Не слышалось криков или резких звуков ударов как в боевиках. Просто парень с девушкой бились словно насмерть. Это не был честный поединок, как в боксе – в ход шло всё: камни, палки, зубы, и именно поэтому девушка не уступала, шансы выглядели явно равными.

Самым непонятным было даже не то, почему вечно целующаяся по всем углам счастливая соседская парочка вдруг так возненавидела друг друга, и не то, что никто не вмешивался, а то, что на них никто не обращал внимания. Будто всё происходящие является нормой и это всего лишь два уличных кота дерутся за территорию, на что сцена собственно и походила.

Решив не вмешиваться и стараясь ничему больше не удивляться, Кристина прошла чуть дальше и взору предстали сразу две мрачные картины: пожилой человек, лежащий на площадке и дети, которые травят собаку. Определить состояние лежащего: пьяный он или мёртвый, не представлялось возможным, да и желания разбираться Крис не ощутила. Над пожилым человеком склонились две молодые модно одетые девушки и выворачивали его карманы, пытаясь найти что-то ценное. Им нужны были именно ценности – это стало ясно по тому, что одна из модниц пыталась снять с бедолаги ремень, на вид довольно дорогой.

Но гораздо более душераздирающей оказалась картина с собакой. Группа из пяти детей, лет по десять, загнали в угол дома дворнягу и с весёлыми криками (шло явно какое-то извращённое соревнование) разбрасывали возле неё петарды, не давая собаке убежать. Хотя Крис и не хотела вмешиваться, проигнорировать подобное натура девушки не позволила.

– Прекратите! – закричала Кристина, врезаясь в толпу детей и раскидывая их, как шар сносит кегли в боулинге.

Дети остановились, но разбегаться, как ожидала девушка, не стали. Сорванцы смотрели на Крис с недетским любопытством, что-то зловещее читалось в их взглядах. Так смотрят наделённые властью взрослые на выступающего перед ними молодого амбициозного наглеца, карьера, а возможно и вся дальнейшая жизнь, которого зависит от них.

Кристина закрыла глаза, глубоко вдохнула и сказала про себя: «Это всего лишь дети, пока ещё не люди, так что предъявить им нечего». Открыв глаза, она уже чувствовала больше уверенности, и практически не испытывала злости. Громко и чётко, не смотря на какого-то конкретно ребёнка, девушка сказала:

– Те, кто не хочет неприятностей, сейчас молча уйдут. Те же, кто хочет получить жизненный урок – могут остаться.

Как ни странно, желающих получить какой бы то ни было урок не нашлось, дети разошлись достаточно быстро, пусть и без спешки. Собака же всё это время никуда не убегала, дворняга абсолютно беззвучно вжималась в угол дома. Крис подошла поближе и потянула к собаке руку, желая убедиться, что серьёзных ран у животного нет. Без рычания или какого-либо ещё предупреждения, собака клацнула зубами воздух, где долю секунды назад находилась рука.

Крис не удивило, что её тело отреагировало на опасность раньше, чем она сама поняла, что происходит, не удивила и агрессия со стороны загнанной дворняги. Девушку поразил собачий взгляд: такой же, как и у ребят – умный и недобрый. Но продлилось эта пугающая схожесть не дольше секунды. Пёс резко дал дёру, не оглядываясь, оставив Кристину в опустошающем замешательстве.

* * *

Ноги несли Кристину всё дальше от родного дома. По пути встречалось множество подобных неприятных сцен, которые девушка очень быстро перестала подмечать. Как же лихо люди ко всему привыкают. Стоило ей перестать обращать внимание на происходящее и подобных сцен становилось меньше. Девушка думала, что идёт бесцельно, но вскоре заприметила знакомые здания и поняла – она идёт на работу. Мир сошёл с ума, а она идёт на работу! Эта мысль насмешила Кристину. И кто тут сошёл с ума?

Дойдя до знакомого забора, Крис остановилась: шокирующий вид не позволил продолжить движение. Что может удивить девушку сегодня больше, чем уже увиденное? Оказалось, есть ещё кое-что – отсутствие здания, в котором Кристина работала. За забором виднелся чистый пустырь с растущей травой. Выглядело всё так, будто строения нет давно, хотя ещё вчера здесь стояло здание и, даже если бы его снесли за ночь, остались бы следы. Но нет ни камней, ни ям – ничего.

Кристина просто стояла и смотрела, впервые за долгое время какие-либо мысли в голове отсутствовали. Весенний ветерок колыхал молодую траву на участке, приблизительно тоже самое девушка ощущала и в своей голове. Это было слишком. Мозг Крис сдался, не пытаясь анализировать ситуацию и просто расслабленно наблюдал. Она бы простояла так ещё долго, если бы Кристину не вывел из эмоционального анабиоза знакомый баритон.

– Старший лейтенант Штирц! – весело произнёс мужской голос. – Правильно, что я решил искать тебя здесь.

Кристина обернулась и увидела своего бывшего начальника – Евгения. Сразу всплыли все чувства, по причине которых он и стал бывшим. Майор когда-то принимал девушку на службу, и они очень быстро сдружились. Это был её единственный друг мужчина. Именно друг и ничего больше. В такие отношения многие из их окружения до сих пор не верят, в том числе и жена майора, из-за которой Крис пришлось перевестись в другую инспекцию.

Так как друзья общались очень близко и на самые сокровенные темы, много времени проводили вдвоём, жена шефа начала ревновать и поставила перед майором ультиматум. Женя сам виноват: по дурости своей, восхищался новой сотрудницей дома каждый вечер, рассказывая всё в деталях супруге. В итоге та даже не захотела встретиться с Кристиной, просто поставила мужа перед выбором, который он не мог сделать. Тогда Крис приняла решение за начальника и подала заявление на отпуск и перевод.

Прекращение дружеского общения – ещё одно условие жены, так что с того дня Кристина и Евгений больше не виделись и не говорили. Удивительно, перевод оформили очень быстро, именно поэтому Кристина не успела подготовиться к разрыву и все три года с момента перевода очень тосковала по утерянной дружбе.

– Привет, Женя, – сказала Крис легко, будто они виделись вчера.

И это не являлось притворством. Тоска ушла с первым взглядом на худощавого, рыжего простачка, с лукавым взглядом. Именно так девушка всегда себя с ним и чувствовала – спокойно и легко, потому и ценила. И правда, словно не было разлуки.

– Привет, – искренне улыбнулся майор. – Давно ты очнулась?

– Я проснулась полчаса назад, если ты об этом. А ты в курсе, что происходит? – перешла Крис к главному, так как всё остальное стало неважным, стоило только встретиться.

– Конечно, но это долго объяснять, а нам пора. Так что все вопросы по пути, – и, взяв её за локоть, майор потянул собеседницу за собой, в сторону центра города. – Для начала, главное: ты не в своём мире.

– И как я здесь очутилась? – Кристина старалась не отставать, так как шёл Евгений довольно быстро.

– Не только ты, многие, – продолжил бывший начальник. – Случился какой-то катаклизм, до сих пор неизвестно, что именно произошло. Но в один день, по всему миру пропало множество людей и появились разломы в пространстве. Разломов много и все они находятся на равном удалении друг от друга. А пропавших людей оказалось ещё больше, в сравнении с этими неясными трещинами.

– Что за разломы? – не сомневаясь, что всё так и есть, уточнила Крис.

– Это вопрос к физикам, просто какие-то аномалии, выглядят, как красная сияющая полоса в человеческий рост.

– И ты её видел?

– Видели-то многие, а я через неё пришёл! – с гордостью ответил Евгений.

– Пришёл за мной? Почему именно ты? – уточнила Крис, чувствуя себя польщённой.

– На самом деле не только за тобой, но об этом позже, – ответил Женя, поторопив Кристину взглядом. – Как только это произошло, правительства всех стран очень быстро перекрыли доступ к аномалиям. Но ещё до ограничения одна женщина успела вбежать в полосу вслед за своим сыном, который пропал в этом же разломе, а через неделю они оба вернулись и рассказали, что случилось. Правительство пыталось послать специально обученных людей, но всех их шарахало током и не пускало. Так выяснилось, что через этот разлом может пройти только человек, знавший пропавшего лично. А меня послали потому, что я знаю сразу и тебя, и ещё двух пропавших поблизости от разлома. Так что нам по пути к этому порталу нужно будет зайти ещё в пару мест.

– Приятно, что я первая в твоём списке, – усмехнулась Крис. – А кто остальные двое?

– К первому мы уже подходим, так что сама познакомишься, – ответил бывший начальник, указывая на храм, метрах в пятистах от них. – А второй – мой старый друг или враг, это как посмотреть.

– Хорошо, – не стала уточнять Кристина. Её что-то тревожило в словах друга, но девушка не понимала, что именно и пыталась разобраться. И тут до Крис дошло: – Стой, а сколько времени пролетело? Ты сказал «через неделю», а потом ещё и подготовка сотрудников. По моим ощущениям и дня не прошло.

– Уже полгода. – Евгений почему-то отвёл взгляд в этот момент.

– Как же мои кошки?! – обеспокоенно проговорила Крис, представляя, как те мучаются от голода.

– За это не переживай, они с твоим отцом, – и, взглянув на неё с улыбкой, добавил: – Ты разве забыла, что была в тот день не одна? Вы праздновали.

– Ах да, у меня же девчонки остались ночевать, – Кристина вспомнила, как после совместного просмотра салюта приютила коллег, которым далеко было ехать до дома. – И как я могла забыть?

– Ты забыла, потому что прошло полгода, – уверенно ответил бывший начальник-друг. – Кто-то очнулся в другом мире сразу, ты вот, очень удачно, только сегодня, а некоторые до сих пор где-то посередине, так сказать. Их нет ни в нашем, ни в этом мире. Но полгода всё равно прошло.

Некоторое время собеседники шли молча. Крис нужно было всё переварить.

– А что это за мир?

– А кто его знает? – отмахнулся Женя, поднимаясь по ступенькам храма. – Мы пришли, надеюсь мой знакомый, как и ты, не из застрявших. – Евгений улыбнулся и приоткрыл дверь, пропуская Кристину в храм.

* * *

Ожидание снова не совпало с реальностью, что становилось уже рутиной в этом мире. Кристина не так часто посещала храмы. Её мама не то чтобы верующая, но старалась привить дочери уважение к религии, на всякий случай, и изредка водила Крис поставить свечку. В этот храм уже давно никто не захаживал. Хотя не совсем так. Давно не было паствы, а вот вандалы, наверняка, посещали его. На полу валялись бутылки, упаковки от еды и прочий хлам. Все иконы скрывались за толстым слоем пыли. То привычное ощущения умиротворения, которое является обязательным сопровождающим подобных мест, отсутствовало.

– Потому что это ощущение приходит не от самого здания, а от людей, находящихся в нём, – ответил неизвестный мужской голос, словно прочитав мысли девушки.

– Крис, познакомься, – произнёс Женя, подводя спутницу к единственному источнику света, находящемуся возле стола, сооружённого рядом с алтарём, – отец Константин.

Отец Константин выглядел весьма своеобразно – в рясе, с рыжими волосами и бородой, чёрные глаза коварно поблёскивали. Собственно, это всё, что выдавало в нём батюшку. На отце Константине не видно креста, одежда кое-где порвана, на ногах – модные кроссовки. В целом, он выглядел немного запущенным, как и само здание, при этом не грязным и не отталкивающим. Просто обычный мужик, лет пятидесяти.

Новый знакомый Кристины сидел за накрытым столом. Ну как накрытым? Несколько канделябров, початая бутылка вина, открытая коробка конфет и вафельный торт. Батюшка встал, подошёл к гостям и пожал двумя руками ладонь Жени, слегка поклонившись.

– Рад тебя снова встретить, Евгений, – после чего перевёл свой пугающе глубокий взгляд на Крис. – Крис – это Кристина, полагаю?

– Да, – почему-то смущаясь, ответила девушка. После неловкого молчания, она решила спросить: – Как вы узнали, о чём я думаю?

– По глазам, милая. О человеке всё можно узнать только по глазам. Сейчас продемонстрирую, – и перевёл взгляд на Женю. – Я здесь уже полгода и уходить никуда не собираюсь, – затем батюшка отвернулся, прошествовал за свой стол и добавил: – Присаживайтесь.

Женя быстро принял приглашение и устроился рядом с попом. Отец Константин полез под стол за припасами. Кристина не двигалась.

– Что-то не так? – спросил Женя.

– Вы выглядите не как батюшка, – всё ещё глядя на отца Константина, ответила Крис.

Тот нисколько не обиделся, лишь по-доброму улыбнулся. Далее новый знакомый расставил на столе всю имеющуюся у него еду, посмотрел на Кристину, и спросил:

– А как должны выглядеть правильные батюшки? – затем очень резко поднялся, лицо стало серьёзным, взгляд тяжёлым, осанка королевской. – Дщерь моя, покайся! – но не сумел надолго сохранить серьёзность и рассмеялся.

– Вы глумитесь над собственной религией? – удивилась девушка, испытывая смешанные чувства. С одной стороны, Кристина понимала, что это неправильно, но до сих пор не чувствовала отторжения к новому знакомому.

– Не, – присаживаясь, ответил поп, – я же любя. Глумление – это когда смеёшься над тем, чего боишься или презираешь. А смеяться над тем, что любишь – можно.

– Тогда, почему вы такой? – не успокаивалась Крис, понимая, что наглеет, при этом чувствовала, что это не выйдет ей боком.

– Этому миру нужен именно такой, – отец Константин перевёл взгляд на Женю и добавил: – И потому я с вами не пойду. Хоть и благодарен, что ты зашёл за мной.

– Раз вы тут с самого начала, вы всё знаете про этот мир? Расскажите, – попросила Крис.

– Всё – не всё, а кое-что подметил, – улыбнулся батюшка. – Во-первых: каждый видит этот мир по-своему. В целом он один, но ситуации, с которыми каждый сталкивается – уникальны. Ведь мы сами их создаём.

– Как это? – не поняла Кристина.

– Очень просто. С тобой случается только то, что ты не можешь принять. Стоит тебе принять это, как того и следует – это перестанет происходить. Так что я останусь, мне необходимо ещё многое проработать.

– Но сейчас, тут, ничего не происходит, – только что заметила Кристина. – Это место особенное?

– Конечно особенное, но не поэтому, – ответил Батюшка. – Сейчас ничего не происходит, потому что мы рядом, а этот мир подстраивается только под одного.

– Но пока мы с Кристиной сюда шли, я видел все эти ситуации, хотя она и пыталась их игнорировать, – мягко посмотрел на девушку Женя.

– Так ты сам сюда пришёл, тебя не звали, как нас с ней, – просто объяснил отец Константин.

– Тогда тем более нужно идти с нами, отдохнёте от странностей, – предложил Женя.

– А я от них и не устал, – прервал поп. – И хватит на этом, Евгений, ты меня не уговоришь. Я тут нужен.

– Хорошо, мы не будем, – прервала начинающийся спор Кристина, правда, в своих интересах. Ей нетерпелось задать ещё вопрос: – Хочу спросить. Все ситуации, которые со мной происходили, так или иначе, связаны с насилием. Как можно принять насилие?

– А что плохого в насилии? – прозвучал неожиданный для батюшки вопрос.

Этот вопрос поставил Кристину в тупик. Ответов промелькнуло так много, что ни один так и не прозвучал.

– Давай зайдём с другой стороны, – понял затруднения собеседницы отец Константин. – Чего в этом мире нет, что было в том?

– Ну, моей работы, новых технологий, – и, немного подумав, Кристина добавила: – Здесь нет кошек! Не только моих. Вообще никаких кошек. Да и животных в принципе, не считая одной собаки, которую били.

– Именно из-за твоего принятия тут ничего этого для тебя нет, – резюмировал батюшка. – Например, твои кошки. Ты безусловно любила их и принимала со всеми недостатками.

– У кошек нет недостатков, они идеальны, – оспорила Кристина.

– Согласен. Как и всё сотворённое Богом. Но что-то ты принимаешь, как данность, а что-то нет.

– Но насилие! – не отступала Крис. – Что хорошего в том, когда сильный обижает слабого, из-за страха вступить в равный бой?

– А разве у животных, которых здесь нет, не также идёт борьба за территорию? – словно в сотый раз, объясняя ребёнку что-то элементарное, спросил отец Константин.

– У них совсем другая мотивация, – парировала Крис, начиная сомневаться в правильности своих суждений. Раньше она об этом не думала. Точнее старалась отгонять от себя подобные мысли, так как они были неприятны.

– Что ты можешь знать о чужих намерениях? Никто и никогда ничего не делает во зло! – тут поп стал серьёзен. – Ты пока способна оценивать чужие поступки только с точки зрения: «А зачем бы так поступила я?» Не более, – после чего голос и взгляд батюшки смягчились. – Каждый раз, вычисляя чужую мотивацию, ты лишь приписываешь своё мировоззрение другому человеку.

– Допустим. Но существуют же люди со злыми мотивами? – искренне старалась понять Крис.

– Нет, только с ошибочными, – погрустнев, ответил служитель храма.

– Как так? – совсем уж запуталась Кристина.

– Ты когда-нибудь делала что-то, с намерением навредить? – не глядя на собеседницу, спросил отец Константин.

– Нет, – немного подумав, ответила Крис. – Но ведь это не значит, что другие такие же.

– Хочешь сказать, что ты лучше других? – снова повеселел поп.

– Ну, возможно, некоторых, – смущаясь, признала Кристина. Она уже чувствовала, что не совсем права.

– Довольно нескромно, – мягко ответил батюшка, благо, не обвиняя девушку в гордыне. – Ты не делаешь, так сказать, злых поступков, потому что понимаешь, что это плохо. И все, кто причиняет вред, делают это либо с благими намерениями, для себя или близких, либо, не осознавая, что творят зло. Кого-то не научили сочувствовать, кто-то не понимает, что другие люди такие же, как и он сам. Не каждый за свой жизненный путь, успевает понять ценность любой жизни. А тебе повезло. Тебя либо научили, либо ты сама успела понять. Но не всем так везёт.

Пока отец Константин это говорил, до Кристины всё больше и больше доходило, что он прав. Но одно дело понимать умом и совсем другое – пересмотреть за несколько минут свои жизненные принципы. Видимо, понимая, что девушка сейчас переживает, батюшка дал совет:

– Когда вы пойдёте дальше, присмотрись к ситуациям, которые будут происходить. Найдя «виновного», задайся вопросом: «Зачем он это делает?»

– Может: «Почему он это делает?», – уточнила Крис.

– Нет, тогда ты зайдёшь в тупик. Ища причину в прошлом, иначе говоря «почему?», ты лишь себя сможешь лучше понять. А ища причину в будущем, то есть «зачем?», ты, возможно, сумеешь понять замысел происходящего.

– Чей замысел, – решила уточнить Крис и не ошиблась.

Женя с батюшкой переглянулись, плохо стараясь скрыть улыбки, но ничего не сказали, так как ответ был не нужен.

* * *

– Откуда ты его знаешь? – спросила Кристина Женю по пути к следующему застрявшему в этом безумном мире.

– Мы несколько раз приглашали его для беседы с нашими подопечными, – ответил бывший начальник. – А что?

– Не так я себе представляла батюшек, мягко говоря. Уж очень необычный человек. Или он тут изменился? – предположила Крис.

– Изменился, конечно, но не сильно. В основном внешне, – и, увидев изумлённое лицо своей собеседницы, добавил: – Я же не кого попало подбирал. Пришёл приказ сверху, но я понимал, что обычный проповедник нам не подойдёт. Решил найти мыслящего, придумал проверку. И нашёл я его с первой же попытки. Думаю, это удача, хотя, может я слишком предвзято относился к церкви. Не знаю.

– А что за проверка? – вспоминая о креативности своего бывшего начальника, полюбопытствовала Кристина.

– Решил спрашивать всех кандидатов, как они относятся к эволюции, думал выявить неадекватов, – явно гордясь своей идеей, ответил Евгений. – Но отец Константин сказал, что эволюция не противоречит существованию Бога. Она лишь объясняет то, как именно Бог нас создал. Мне показалось это логичным.

Дальше они шли молча. Кристина раз за разом прокручивала их диалог с отцом Константином, стараясь не смотреть по сторонам. Женя это заметил и спросил:

– Ты не собираешься опробовать на практике совет?

– Ты о чём? – выныривая из своих мыслей, удивилась она.

– Меняешь отношение к происходящему, то есть принимаешь его. И тогда ситуация должна либо разрешиться, либо исчезнуть, раз ты сама их создаёшь. Попробуй, – очень своеобразно перефразировав мысль батюшки, предложил друг.

– Не думаю, что готова принять как данность насилие, хоть логически где-то и начинаю понимать правоту отца Константина, – усомнилась Крис.

– Не обязательно начинать с насилия, давай с чего попроще. Тут много разных ситуаций, – уговаривал Женя, указывая на что-то через дорогу.

Напротив стояла цыганка, явно обирающая молодую девушку. Яркая женщина незаметно касалась своей жертвы в неожиданных местах, кружа вокруг, словно хитрая ласка. Девушка не обращала внимания, стояла как заворожённая. Факта кражи видно не было, но хищение явно происходило.

– Ну и как мне начать относиться к этому иначе? – раздражённо спросила Кристина.

– Всё по порядку, – будто не заметил Женя. – Для начала ответь на вопрос: «Кто в этой ситуации виноват?»

– Ну, очевидно же – цыганка, – и, взглянув на насмешливый взгляд Жени, добавила: – Возможно, часть вины есть и на девушке. Точнее не вины, а ответственности, ведь не каждого цыганки приманивают. Не стоит быть такой наивной.

– Хорошо, – согласился друг. – А теперь ответь на вопрос: «Зачем это происходит?»

– Зачем для кого? Цыганки, девушки, Бога? – всё ещё стараясь успокоится, уточнила Кристина.

– Ну, зачем это цыганке – очевидно, – и после ничего не добавил.

– Хорошо. Зачем это Богу? Может девушка в прошлом как-то провинилась, и ОН её так наказывает.

– Допустим так. Это всё равно не отвечает на вопрос: «Зачем?» – глянув на Кристину, которая еле сдерживалась, Женя понял, что не отделается намёками. – Я подольше тебя работаю в системе наказания и знаю, что невиновных нет, – заключил бывший начальник.

– Хочешь сказать, нет ошибочно осуждённых? – перебила Крис.

– Есть, разумеется, – спокойно ответил Женя. – Просто, общаясь с осуждёнными, я кое-что заметил. Даже если человек не совершал то, за что его осудили – он обязательно совершил что-то, за что его не поймали. Но я не об этом. Всегда есть «за что», а ты подумай «для чего?».

С такой стороны о своей работе Кристина ещё не думала. Конечно, за свою карьеру она видела несколько осуждённых, которым наказание пошло впрок, и они изменили свою жизнь. Но ведь это исключение. Обычно, один срок следует за другим до самой смерти. Хотя есть же и такие, которые случайно получили условный срок, например, попав в аварию. Люди этой категории чаще всего повторно не возвращаются за решётку, так как им наказание действительно наглядно показывает, к чему может привести беспечная езда, либо ещё какой необдуманный поступок.

– Ладно, уговорил, – смягчилась Кристина. – Богу это затем, чтобы научить чему-то человека, который сам этого не понимал, пока не случилась беда, – предположила она, по аналогии со своей службой.

– В таком случае, чему же ОН хочет научить эту девушку?

– Тому, что не нужно доверять людям? – съязвила Крис, но взяла себя в руки. – Или… Что не стоит быть такой наивной?

– Я, конечно, не берусь решать, чего ОН хочет. Но я бы для сначала представил, что будет с этой девушкой дальше? – подсказал друг.

– Она придёт домой, поймёт, что произошло. Поплачет, поделится горем с подругой или мамой. Не знаю даже, – предположила инспектор.

– Отличные варианты, – одобрил Женя. – И чем это полезно?

– Может получить дельный совет от мамы, которая не научила дочку этому ещё в детстве…

– То есть, научится чему-то новому, плюс исправит мамину недоработку. Хорошо. Ещё?

– Выплеснет эмоции, получит поддержку, – глянув на друга, Крис увидела, что тот кивает, но ждёт продолжения. – Тут нужно всё-таки понимать, какая сама по себе эта девушка. Вдруг у неё не очень хорошие отношения с близкими. И тогда такой случай может заставить, попавшую в беду девушку перестать доверять мнению незнакомцев, что, в свою очередь, подтолкнёт к более доверительным отношениям с родными. Ну, или…

– Достаточно, – остановил Женя и вновь указал через дорогу.

Цыганка и девушка будто испарились: Крис видела их секунд пять назад, и вот их уже нет. Не могли они так быстро уйти. Значит стоит правильно понять, зачем это происходит, и ситуация исчезнет? Надо проверить ещё раз, но уже не отрывать взгляда от происходящего, – подумалось Кристине.

Следующая ситуация не заставила себя ждать. Пройдя метров двести, друзья наткнулись на старушку с порванным пакетом. Фрукты, которые она в нём несла, рассыпались по всему тротуару, как теннисные мячики. Старушка на карачках ползала и собирала их. Обессиленная женщина плакала и просила людей помочь. Молодая парочка, хихикая, под предлогом помощи, давила и пинала фрукты, наслаждаясь зрелищем, глядя на униженного человека. Крис почти вмешалась, но Женя вытянул руку, остановив девушку и просто спросил:

– Зачем?

Кристина решила на этот раз действовать молча. Она начала перебирать в голове варианты: «Легче относиться к материальным благам? Не исчезла. Может, не просить о помощи, а сделать самой? Тоже не то. Почувствовать себя беспомощной, как чувствовали себя когда-то дети этой старушки? Опять ошибка».

Стараясь больше не думать, Крис смотрела на старушку, которая кого-то ей напоминала. Вариантов пришло в голову много, все вроде как подходили, но не до конца. И было нечто общее у всех, кто пришёл в первую минуту на ум девушке, вот только, что именно – не ясно.

– Жертва! – дошло, наконец, до Кристины. – Она заигралась в жертву. Вероятно, поначалу бабушка наслаждалась этим, но не сейчас, когда стала ей на самом деле.

Ситуация со старушкой начала исчезать, просто стала размываться и терять чёткость. Секунды через три, участников спектакля смыло со сцены.

– Любопытно, – озадачилась Кристина. – Разве старушка после этого случая поменяет свою жизнь? Не в том она уже возрасте.

– Кто знает? – отчасти согласился Женя. – Думаю, у неё подобная ситуация случается не в первый раз, да и не первый год. Я и на службе вечно удивляюсь нашим подопечным. Сколько раз нужно наступить на одни и те же грабли, чтобы понять? Действительно, редко кто-то понимает, хотя такие есть.

– Единицы, – подтвердила Крис.

– Ну это для нас единицы, мы же не знаем про всех. Может к концу жизни до многих дойдёт. Но раз «грабли» случаются, значит ОН ещё верит, что шанс на изменения существует.

– Ты как-то изменился, Жень, повзрослел что ли? – Кристина присмотрелась к бывшему начальнику внимательно. – Нет, ты всегда был мудрым, но что-то всё-таки изменилось.

Евгений ничего не стал отвечать, лишь благодарно улыбнулся и повёл девушку дальше.

* * *

Пока они шли, Кристина вовсю тренировалась. А когда решила проработать более сложный вариант, то есть насилие, обнаружила, что ситуации закончились. Причём не то чтобы постепенно и незаметно, а именно в тот момент, когда девушка решила перейти к более сложным задачам. Не разобравшись сама, Крис спросила у Жени, почему так случилось, на что тот только пожал плечами.

– Даже не знаю, что и сказать, – ускоряя шаг, ответил друг. – Возможно, раз ты решила, что готова – этого оказалось достаточно. Мы почти пришли.

Попутчики приблизились к забору, за которым стояла высокая блестящая новостройка. Женя, на всякий случай, позвонил в домофон, но никто не ответил. Тогда он предложил Крис следовать его примеру. За несколько секунд Женя переместился метров на двадцать вперёд вдоль забора и оказался у дерева, ветки которого свешивались через ограждение. Словно дикий кот, вмиг забрался по стволу, оказался на ветке и спрыгнул с другой стороны забора.

Кристина никогда не жаловалась на физическую подготовку, но этот приём выглядел трудновыполнимым. И вот она уже начала цепляться за дерево, решившись-таки повторить трюк, как Женя рассмеялся и пошёл в сторону калитки. Также Кристина никогда не жаловалась и на сообразительность, но тут явно подтормаживала. Разумеется, на территории дома находится кнопка, открывающая дверь. Добравшись до подъезда, друзья столкнулись с новым препятствием – ещё одним домофоном.

– А теперь будем по балконам паркурить? – засмеялась Крис, которая с интересом бы за этим понаблюдала. Раньше девушка не подозревала о такой ловкости своего друга.

– Нет, теперь мы будем заниматься вандализмом, – не то пошутил, не то всерьёз сказал Женя, оглядываясь по сторонам.

Вначале он проверил, хорошо ли закреплена урна – та выглядела надёжной. Затем начал взвешивать в руках камни от оградки клумбы, но ни один из них мужчину не удовлетворил. Поняв, что Женя не шутит, Кристина вначале напряглась: она никогда ещё не нарушала закон, но быстро расслабилась, оценив ситуацию.

Метрах в пятидесяти стояли мусорные баки. Девушка решила произвести разведку и не зря. Аккуратно возле баков были выставлены старые деревянные лыжи и металлические лыжные палки, с острыми концами. Вернувшись, Крис вручила одну палку Жене, который уже присматривался к детским качелям, но те казались слишком новыми, чтобы суметь что-то отломать. Да и вся площадка оказалась какая-то мягкая, безопасная для детей.

– Возможно и получится, – прокомментировал Женя, трогая остриё палки. – Попробуем.

Друзья подошли к входной двери с двумя большими стёклами сверху и снизу. Посовещавшись секунду взглядом, как часто бывало между ними в былые времена, они негласно пришли к выводу, что логичнее сломать нижнее. На раз-два-три невольные напарники вонзили острые палки в стекло. После удара Кристины образовался небольшой скол, от которого пошли маленькие трещинки. От удара Жени появилась лишь маленькая царапина.

– Тут просто нужно в правильное место бить, – объяснил он свой неуспех. – Давай ещё раз.

Оказалось, разбить стекло не так-то просто. Пришлось колотить ещё много раз, после чего выбивать оконце ногами. Странно, почему так? Девушка припомнила: недавно, один из строителей случайно задел ручкой шпателя стекло у родителей Кристины, так оно брызнуло осколками. Может дело в качестве вроде бы хрупкого материала? А может, Женя и прав: главное найти слабое место и тогда всё само рассыплется.

Пробравшись, наконец-то, в подъезд, они вызвали лифт и доехали до предпоследнего двадцать четвёртого этажа. Здесь препятствия не оказалось – квартира не заперта. Открыв дверь, друзья попали в явно холостяцкую берлогу. От запущенного и неухоженного помещения веяло каким-то одиночеством, совершенно не чувствовалось уюта, явно не хватало женской руки. Даже как-то странно смотрелось, с учётом новенького стильного дизайна самого дома.

Комнаты всего две. В первой никого не оказалось, а во второй на диване незваные гости обнаружили невероятную вещь. Ну как сказать вещь… Друзья нашли того, кого искали. Правда, не самого человека, а лишь сияющий красный призрак мужчины, который преспокойненько себе спал.

– Значит он пока не здесь, но скоро будет, – лишь прокомментировал Женя.

– Насколько скоро? Будем ждать? – уточнила Крис, которая, почему-то, пока не хотела уходить отсюда.

– Не знаю, сейчас посмотрю, – начал изучать свечение Женя.

Крис решила не вдаваться в подробности и не мешать, переключив своё внимание. Эта квартира привлекла её панорамными окнами. Вид открывался прекраснейший. Почти все окна не открывались, кроме одного справа, увидев которое, девушка решила впустить немного свежего воздуха в эту пыльную обитель. Она открыла окно и сразу почувствовала порыв лёгкого майского ветра.

Кристина всегда могла отличить время года по запаху. Лето пахнет очень насыщенно и горячо. Осень – чем-то умирающим и депрессивным. Зима не пахнет ничем, можно даже сказать – пахнет пустотой. А вот весна пахнет жизнью. Крис никогда не могла объяснить, что это значит, да и незачем. Она просто наслаждалась запахом весны, прямо как сейчас.

С такой высоты виден весь город. Пейзаж не омрачало даже коричневое небо – отсюда оно смотрелось прекрасно-янтарным. Город даже не казался безжизненным, хотя на самом деле это было так: не видно ни людей, ни машин. Только лишь дома, в разной этажности, возвышающиеся над парками и рекой. Всё выглядело как на картине.

Решив оценить высоту, гостья посмотрела вниз. Реакция была неожиданной. Девушке думалось, что она испытает хоть какой-то страх, ведь на такой высоте Крис не была ни разу. Но страха не ощущалось, и даже вдруг возникло желание сделать шаг вперёд. Нет, не побуждение к самоубийству, скорее какое-то естественное чувство – просто ступить в эту прекрасную пустоту из окна.

Чем дольше Кристина ждала, когда же придёт страх, тем сильнее желание превращалось в намерение. Кто знает, может девушка бы и прыгнула, но её неожиданно спасла очередная боль в спине. Крис упала на колени и поскорее отползла от открытого окна.

Пока Кристина отползала, то, краем глаза, успела заметить, что всё это время Женя смотрел на неё и не вмешивался. С одной стороны, в такой ситуации выбрать стратегию невмешательства вполне оправданно. Но с другой, что и удивило Кристину, угасающий разочарованный взгляд на его лице, когда Крис отползла, казался совсем неуместным.

– Что это было? – возмутилась девушка, стоило ей отдышаться.

– Ты о чём? – невинно спросил Евгений.

– Не прикидывайся! Я же чуть не выпала, почему ты не помог? – не узнавала Крис своего друга.

– Чуть – не считается, – печально улыбнулся Женя. – Спасать тебя было не…

Его фразу прервало сразу три события: звук глухого удара в стену, потрескавшееся окно и резкая боль в щеке Кристины, возникшая в момент, когда девушка вставала. Женя посмотрел на стену и толкнул Крис на пол. В стене была дырка, подойдя к которой, бывший начальник сначала оглянулся на окно, потом на подругу и сказал:

– А вот теперь спасать тебя нужно.

– От кого? – отвлеклась Крис от своего возмущения из-за неожиданно ставшего серьёзным лица друга.

– Это след от пули, – быстро указывая на дырку в стене, начал Женя. – Меня предупреждали, что за некоторыми иногда в этом мире могут охотиться. Кто и зачем – я не знаю. Знаю только, что нам пора бежать.

* * *

Друзья спустились на нулевой этаж, благо в новом доме имелась подземная парковка, и вышли через другую калитку, с обратной стороны дома. На этот раз они шли недолго, так как светиться стало опасно. Заброшенные двухэтажные дома, которые подготовлены, как видно, под снос, соседствовали с этой громадиной, точно сорняки вокруг ухоженной клумбы. В одном из этих бараков попутчики решили переждать опасность, да и вообще подумать, как быть дальше.

Старинная заброшенная развалина, в которой и до тотального исчезновения людей давно никто не жил. Тут имелась пружинная кровать без матраса, полуразвалившиеся шкафы, груды подгнивающей одежды. Повсюду на стенах нанесены непонятные небрежные надписи и рисунки – вандальная живопись. Присев на кровать, девушка выглянула в выбитое окно.

– Далеко нам до разлома? – спросила Кристина.

– Так-то нет, километра три-четыре, – обеспокоено ответил Женя. – Но раз за тобой ведётся охота, придётся действовать скрытно. Это займёт больше времени.

– Ты не знаешь, кто за мной охотится? – уточнила Крис.

– Такие случаи уже бывали, – начал Женя. – Это целая команда. А может и одиночка, принимающий разные обличия. За одним из тех, кого пытались вызволить – молодым парнишкой, гонялся какой-то сумасшедший охотник. Когда парень от этого психа сбежал, то сразу столкнулся с новой напастью. Ему начали мерещиться близкие, уговаривавшие его остаться. А под конец его чуть не загрыз какой-то зверь.

– Ему удалось выбраться? – только сейчас по-настоящему начала беспокоиться Кристина.

– Да, – утешительно ответил Женя. – Но я слышал ещё про одного, который решил остаться. За пропавшим в этот мир пришла сестра – одна из первых прорвалась, пока разломы ещё не огородили. Вернувшись в одиночестве, она рассказала, что по дороге обратно, после подобной охоты, брат встретил свою умершую девушку, и пара сбежала.

– А почему за кем-то ведётся охота, а за кем-то нет? – спросила Крис с подозрением.

Что-то тут не связывалось, но Кристина не понимала, что именно и откуда пришло недоверие. Такого раньше, по крайней мере, к Жене не чувствовалось.

– Я не знаю, Крис, – явно что-то не договаривая, ответил Евгений.

– У меня сомнения, – решила поговорить начистоту девушка, но её прервал звук пришедшей СМС.

Кристина и забыла, что зачем-то захватила телефон. Да и удивительно, как в этом мире без людей работает сотовая связь?

В СМСке, с незнакомого номера, было написано: «Не верь ему. Он не тот, кем кажется. Когда поймёшь, что он не на твоей стороне, приходи к себе домой. Я жду. Твой настоящий друг.» Так всегда подписывался Женя, о чём знали только они двое. Ну может ещё и оператор связи.

Если бы не подпись, которая добавилась к уже имеющимся сомнениям, Кристина проигнорировала бы сообщение. Слишком кстати оно пришло. И сейчас девушка стояла перед серьёзным выбором.

Женя смотрел Крис прямо в глаза, насмешливо улыбаясь. Он не торопился спрашивать про сообщение, словно и так знал, что в нём. Просто стоял и ждал. Будь этот человек напротив настоящим Женей, Кристина бы ни на секунду не засомневалась и последовала за другом куда угодно, доверяя без вопросов. Но сейчас…

С одной стороны, ещё до сообщения, Кристина заметила серьёзные различия между другом, которого она помнила и тем, кого девушка встретила сегодня. Конечно, прошло несколько лет, Женя мог измениться. Но всё равно, Крис чувствовала, что это не он. С другой, эта версия её друга, хоть и вела себя иначе, пока ни разу не подвела девушку, да и не чувствовалось, что попутчик желает ей зла.

Не сумев разобраться в своих ощущениях, Кристина решила устроить поверку и протянула телефон собеседнику.

– Логичное продолжение, – только и прокомментировал Женя, прочитав сообщение. – Как я и сказал: вначале охота, потом психологическое давление, а в конце, видимо, вылезет какой-нибудь монстр.

– Хочешь сказать, мне нужно поверить тебе? – уточнила Крис.

– Ничего я не хочу сказать, выбор за тобой, – не стал настаивать Евгений.

– Я и до СМСки чувствовала, что ты – не он, – раскрыла девушка все карты перед собеседником.

– Мои слова ничего не изменят. Знать наверняка ты всё равно не будешь. Так что придётся довериться чутью. Останавливать я тебя не стану, – так не похоже на Женю, ответил попутчик. И всё же, слова казались разумными.

– Я не смогу сделать выбор, пока ты рядом, – подумав, ответила девушка. – Нам нужно разделиться.

Возможно, этот выбор несколько опрометчив, но самые важные решения Кристине всегда легче давались в одиночестве. Тем более, само присутствие Жени, или кем он там мог оказаться, вгоняло девушку в ступор – ощущение, будто любой путь будет неверным.

– Пойдёшь домой? – только и спросил Евгений.

– Нет, конечно, – честно ответила Крис. – Иди первым, встретимся у разрыва.

– А ты найдёшь дорогу? – с сомнением уточнил попутчик.

Кристина призадумалась. Она и правда не очень хорошо ориентировалась, хотя и жила в этом городе всю жизнь. На глаза девушке попались баллончики с краской, подойдя к ним, она обнаружила, что многие из них ещё наполнены. Кристина собрала штук пять, засунула их в валявшийся тут же пакет и протянула Жене.

– Нужно идти прямо. Оставляй на дороге метки каждый раз, когда будешь сворачивать. Пойду по твоим следам, – твёрдо сказала девушка, скорее потому, что хотела быстрее избавиться от присутствия спутника, а не из-за уверенности в успехе.

Женя недолго колебался, спорить не стал. Только объяснил, куда идти в начале и пообещал оставлять стрелки разворота с цифрами, чтобы Кристина ни одной не пропустила. Девушка согласилась, хотя и не понимала, зачем цифры. Ну допустим, после третьей стрелочки она найдёт стрелочку с номером пять. Нужно будет выискивать четвёртую? Зачем? Ведь она всё равно окажется на верном пути. Но вслух ничего не сказала. Женя ушёл, а Кристина осталась наедине со своими мыслями. В одиночестве оказалось гораздо тревожнее, но рассуждать стало легче.

Девушке пришло в голову новое наблюдение: прошло довольно много времени, с тех пор, как она проснулась, а на улице свет не изменился. Небо всё ещё оставалось того же мрачного цвета, скрывавшее солнце, которого, возможно, и не было. Ведь по идее, уже должна наступить ночь, ну или хотя бы вечер. Вероятно, время здесь тоже остановилось, как и вся жизнь. Но не только это.

Например, Крис задумалась, почему её видения так быстро прекратились? Ведь девушка лишь следовала совету отца Кирилла. А по словам батюшки, у него самого всё ещё бывают такие наваждения. Почему у Кристины совет попа сработал за пару часов, а у самого священнослужителя за полгода так и не получилось? Конечно, возможно, у того есть какой-то неразрешимый конфликт, но это кажется маловероятным. Хотя, кто знает?

В общем, с отсутствием спутника, сознание Кристины начало проясняться, а может наоборот, замутняться? Это как посмотреть. Возникновение множества вопросов относительно имеющихся несостыковок – это признак осознанности или же непонимания?

Крис была честна, когда говорила, что не пойдёт домой. Но всё-таки решила окончательно убедиться, что это ловушка и позвонила на номер, с которого пришло сообщение. Девушка не удивилась, когда услышала из трубки голос Жени. Странно, как всё же здесь связь работает?

– Привет, новичок! – весело произнёс до боли знакомый голос, привычным приветствием, о котором Кристина уже забыла.

– Привет, я знаю, что ты – не он, – решила перейти девушка сразу к делу.

– Ну так он – тоже не он! – А вот такой ответ был уже очень в духе её старого друга.

– Я это поняла, потому и звоню. Объясни мне ситуацию, и не надо обманывать, я пойму, – откровенно блефовала Кристина.

– Даже не думал, – всё ещё весёлым тоном продолжал голос. – Приходи ко мне, и я всё объясню.

– И не подумаю, ты стрелял в меня! – уверено ответила Кристина.

– Ну и что? – не отрицал голос. – Вреда тебе это не принесёт. Я лишь хочу, чтобы ты осталась. Ты нужна здесь, ведь не просто так ты сюда попала.

– Зачем я нужна? – недоверчиво спросила Крис.

– Приходи и узнаешь, – не стал объяснять голос.

– Понятно. А что будет, если я пойду за ним? – Кристина не настаивала, так как заранее понимала – он вряд ли ответит.

– Либо вернёшься в свой привычный мир, либо умрёшь, – спокойно отчеканил собеседник, словно сообщал какой-нибудь пустяк.

– Пытаешься заманить меня угрозами? Глупо, – только лишь усмехнулась Крис.

– Ты меня не поняла. Я, конечно, в третий раз попробую тебя остановить, уже не пулями, не переживай. Но я не угрожаю твоей жизни. Я лишь рассчитываю оставить тебя в этом мире, – голосом, уже не похожим на женин, казалось вполне искренне говорил он.

– Так же, как вы убедили отца Кирилла? – озвучила девушка свою догадку.

– Речь не о нём. В общем, решай, – ответил голос на прощанье и повесил трубку.

После завершения разговора, Кристина выбросила телефон. Не из страха или злости, просто девушка знала, что он больше ей не понадобится. Тем более, решение было уже принято, неожиданно для самой Кристины.

* * *

Дорога по оставленным следам, оказалась вполне безопасной. Первое время девушка ещё скрывалась, не до конца доверяя обещанию, что снайпер за ней следить больше не станет. Но поняв, что такими темпами она доберётся до места назначения ещё нескоро, Крис решила идти в открытую по дороге. И действительно, никто больше не стрелял. Если верить, что до разлома километра три-четыре, то оставалось пройти меньше половины пути. И тут начались приключения.

Казалось бы, мелочи. Вначале Кристину кто-то ужалил в шею. Затем пролетело множество бабочек. Крис любила животных, но почти ко всем насекомым, даже к бабочкам, особой симпатии не испытывала. Она подумала, что это ещё одно видение, с которым нужно справиться, приняв как данность, но ошиблась.

За следующим поворотом, отмеченным синей стрелкой с номером семь, девушка обнаружила пугающее изменение обстановки: всё вокруг кишело пауками. Как раз эти членистоногие были одними из немногих букашек, которых Кристина точно принимала и даже любила, как-то даже хотела завести одного красавца. Но в данную секунду никаких эмоций, кроме страха, зрелище не вызывало. Видимо, это та третья попытка уговорить девушку остаться в этом мире – поселив в Кристине страх продолжения пути. Надо признать, почти сработало.

Поначалу было просто страшно идти вперёд, вдруг пауки нападут, такое даже на экране смотрится жутко, а уж в реальности… Девушка сделала первый шаг – услышала хруст и, непонятно откуда взявшийся, писк (пауки ведь не пищат), тут Кристина поняла, что точно не сможет идти дальше. Пусть это всего лишь букашки, но они всё равно живые. А Крис никогда не могла позволить себе идти по головам, даже если это головы пауков, возможно и ненастоящих.

Ситуация была патовой. Умом девушка понимала, что нужно двигаться вперёд, но ноги не слушались. Тогда она закрыла глаза и сконцентрировалась на своём желании продвинуться дальше. Всё происходило как во сне, а может это и был сон? Нужно добраться до цели не шагая, – пришло вдруг на ум.

Стоило в это поверить и спину, уже в третий раз за день, пронзила боль. Но на этот раз, Кристина не пыталась справиться с этим ощущением, а постаралась к нему прислушаться. Сейчас любые изменения могли бы разрешить ситуацию.

Боль прошла по всему позвоночнику, как живая, словно электрическая змея, и свернулась в клубок между лопаток. Кристина открыла глаза и, просто чувствуя, что нужно делать, прыгнула вперёд. Девушку даже не удивило, что она не упала. Крис просто продолжала двигаться в нужном направлении, не касаясь земли – она летела.

Оглянувшись, Кристина увидела полупрозрачное голубое сияние в форме крыльев за своей спиной. Это походило и одновременно не походило на сон. Все случившиеся чудеса явно указывали на сновидение, а вот всё остальное доказывало реальность происходящего.

Например, кривая траектория полёта. Да и направление Кристина давно потеряла: найти указатели представлялось уже нереальным. Только Крис начала задумываться, а не сошла ли она с ума, как увидела впереди Женю. Он летел очень красиво и без усилий, будто каждый день это делал. Да и крылья друга были самыми настоящими – огромные и белые, похожие на орлиные.

Подлетев, Евгений махнул Кристине головой, приглашая следовать за ним, и развернулся. Оказывается, Крис и правда сбилась с курса. Теперь друг летел не прямо, а вычерчивая фигуры вокруг летящей девушки. Видимо, не хотел обгонять, так как подметил, что полёт подруге даётся не так легко, как ему. Таким образом, до места разлома летящие добрались за считанные минуты.

Стоило им приземлиться, Кристина заметила, что крыльев у Жени больше нет, как и пауков вокруг. А вот прозрачные крылышки девушки оставались при ней, Крис даже начала их чувствовать, как часть своего тела. Пришло осознание того, что сейчас произошло, следом – испуг. В полёте девушка понимала, что происходит чудо, но только на земле она вспомнила, что таких чудес не бывает.

– Это всё взаправду? – только и спросила Кристина.

– Смотря о чём ты, – с явно довольной улыбкой ответил Евгений. – Давай, можешь задавать любые вопросы. Тебе остался последний шаг, но для этого ты должна всё понимать. Спрашивай.

– Ты ведь не Женя? – Множество вопросов крутилось в голове, но Крис решила начать с очевидного.

– Ну, вообще-то, меня и в правду зовут Евгений, так уж совпало, – улыбнулся попутчик. – Но я действительно не тот, кого ты помнишь. А выгляжу я так, потому что ты этого хочешь.

– Ты умеешь менять облик? – уточнила Кристина.

– Нет, просто каждый видит во мне того, кому больше всего доверяет. – И в этот момент, приглядевшись, девушка обнаружила, что лицо крылатого мужчины уже меньше походило на лицо её друга, хотя и сохраняло сходные черты.

– И это не какой-то параллельный мир, в который люди попали через разломы? – указала Крис на светящуюся вертикальную линию.

– Никакого катаклизма, действительно, не было. Но через этот разлом ты на самом деле попадёшь в свой мир. Просто проснёшься и всё забудешь. Если захочешь, – добавил другой Женя.

– А почему бы мне этого не хотеть? – спросила Кристина, понимая, что коснулась главного.

– Мы предлагаем тебе стать ангелом, – без предисловий озвучил Евгений.

Если у Кристины и были вопросы, после такого она их все забыла. Сейчас девушка просто стояла и вопросительно смотрела на собеседника.

– Начну издалека, – усмехнулся собеседник, явно готовый к такому взгляду. – У каждой души есть определённый список задач, который необходимо выполнить за отведённые ей годы жизни. Большинство не справляются, и тогда им приходится идти по непростому пути, но мы сейчас не о них. Души, которые выполняют все уготованные им задания, обычно делают это к концу жизни. Ты же все задачи уже выполнила, а от отмеренного срока тебе осталось больше пятидесяти лет. Это большая редкость, – добавил Евгений и замолчал.

– Так я умерла или нет? – не выдержала Кристина молчания.

– Умерла, – подтвердил собеседник. – Но, пройдя через разлом, ты вернёшься к своей прежней жизни и доживёшь свои годы, как захочешь. Вот только прожив отведённое время до конца, ты не сможешь стать ангелом. По крайней мере сразу.

– Почему? – искренне не поняла девушка.

– Сложно объяснить, – покачал головой Женя. – Даже один год земной жизни – это невероятный источник энергии для души. Прожив оставшиеся годы на Земле, ты эту энергию израсходуешь.

– Но если я не вернусь, как же мои кошки? – Это действительно единственное, что сейчас беспокоило Кристину.

– За это не переживай, – махнул рукой Евгений. – Твоя соседка Марина вернётся через несколько часов, после твоей земной смерти. Она позаботится о них, ей это будет даже на пользу.

– Хорошо. А для чего были все эти испытания? Проверить, подхожу ли я? – спросила Крис.

– Нет. Ты и так подходишь, – опроверг собеседник догадку девушки. – Просто тебе нужно было помочь ощутить свои крылья. В такой ситуации у каждого свой сценарий.

– И последнее. А что значит – стать ангелом? – Других вопросов у Кристины уже не осталось.

– А это тебе придётся узнать самой. Я лишь предлагаю тебе выбор, – развёл Женя руками.

Казалось бы, выбор непростой. Крис не была карьеристкой и такое «повышение по службе» через несколько ступеней её, разумеется, не привлекало. Но в последнее время девушка действительно жила без особой цели. Разумеется, имелись и планы, и приятные радости. Но при этом Кристина чувствовала – нет чего-то важного, к чему хочется стремиться и посвятить всю свою жизнь. Так что решение по итогу было довольно простым. Не отсутствие желания стать ангелом оказалось решающим. Просто шаг в этот разлом, в свою прежнюю жизнь, показался Кристине шагом назад.

– Я согласна, – произнесла девушка, и привычный мир тут же рассеялся.

История вторая: «Интервью с ангелом»

Не смешно ли весь век по копейке копить,

Если вечную жизнь всё равно не купить?

Эту жизнь тебе дали, мой милый, на время, —

Постарайся же времени не упустить.

Омар Хайям

Адам уже третий день наслаждался заслуженным отпуском. Единственный вид отдыха, который он уважал – это пятизвёздочный отель, недалеко от моря. Также, для того, чтобы по-настоящему расслабиться, по мнению мужчины, необходимо соблюсти два условия. Первое: отправляться на курорт нужно одному, без семьи и друзей. И второе: никаких средств связи, ни сотового, ни интернета. Разумеется, на экстренный случай имелся номер, который знают лишь жена, лучший друг и начальник. Но близкие предупреждены, что звонить можно только в случае конца света. Все следовали этому правилу, Адам того стоил.

Отдыхающий попивал коктейль, украшенный экзотическими фруктами, лёжа на шезлонге возле открытого гостиничного бассейна. Отсюда открывался прекрасный вид на море, но сегодня Адам не желал купаться, да и вообще выходить за пределы отеля. Даже книжку не взял. Ему достаточно было красивого вида, качественного обслуживания и тишины. Три компонента, которые вытягивали из него весь стресс и усталость с той же скоростью, с которой исчезал коктейль через завитую трубочку.

Всё шло прекрасно, но тут зазвонил телефон. Нахмурившись, Адам полез за трубкой в портфель, с которым не расставался. Одно из двух: либо что-то случилось, либо кто-то забыл о правилах. Отдыхающий и сам не мог определить, что из этого было бы предпочтительней. Когда телефон оказался в руке, Адам увидел, что звонит начальник. Ну слава Богу! Если что-то и случилось, то не в семье. Мужчина нажал «ответить» и немного грубо произнёс:

– Надеюсь, что-то срочное, шеф?

– А ты видно и правда обрываешь все контакты с внешним миром, – не обиделся начальник. – Иначе бы знал. А я-то всегда думал, что ты просто так границы выставляешь, чтобы тебя не припрягали в отпуске.

– Не без этого, – признал Адам. – Так что случилось, Роб?

– Срочно вылетай обратно и сразу ко мне в офис! Все расходы оплатим, всё перенесём. Ты нужен уже сегодня. Жду.

После недолгих раздумий, Адам решил не спорить. Его босс не был паникёром или деспотом. Раз вызывает – значит и правда срочно. Но, всё-таки, решил уточнить:

– Хорошо. А можно немного подробностей?

– Подробности узнаешь по дороге в аэропорт на любом новостном канале. А мне пора, – ответил Роберт и нажал «отбой».

Причину внепланового окончания отпуска выискивать в новостях не пришлось. Стоило Адаму включить интернет для покупки авиабилета и ему тут же пришла прорва уведомлений, с различных сайтов. Заголовки были абсурдно пугающими, например: «Начало апокалипсиса?», «Ангелы смерти пришли за нами!», «Уже выкошен 1% населения планеты!», «Неуязвимые крылатые массовые убийцы…» и ещё множество в подобном духе.

Адам отложил прочтение статей, спокойно купил билет и отправился собираться, решив углубиться в тему в аэропорту, пока ждёт рейса. Он любил всё делать неспешно, каждый раз чувствуя, как экономятся драгоценные секунды. Это только кажется, что ускоряясь, мы успеваем всё быстрее. На самом деле всё наоборот, как в сказке про зайца и черепаху, бежавших наперегонки.

Хотя, казалось бы, профессия Адама предполагает спешку. Он работал журналистом-аналитиком на главном канале и считался весьма популярным и уважаемым специалистом не только в пределах своей страны, но и за границей. И всё благодаря тому, что не торопился делать какие-либо выводы и прогнозы, не изучив проблему глубоко.

И даже когда журналист выбирал сторону, оппоненты относились к нему благосклонно, так как Адам никогда не опускался до оскорблений и ненависти. Мужчина всегда понимал чужую точку зрения, даже если и не разделял её. Как ему удавалось передать это зрителям – для всех оставалось загадкой. Но у него получалось, и потому Адам был лучшим.

Приехав в аэропорт, Адам зарегистрировался на рейс, нашёл тихое местечко в терминале и углубился в чтение официальных новостей, ожидая вылета. Оставалось ещё больше часа, так что времени на изучение вопроса хватало. Но прежде чем погрузиться в новостную ленту, журналист перешёл по ссылке, которую скинул лучший друг. Это оказалась видеозапись с поля боя, который в настоящий момент вели два государства. Большая и сильная страна, напала на маленькую и беззащитную.

Ролик снят солдатом обиженной угнетаемой, как всем из СМИ известно, маленькой страны. Вначале парень в военной форме записывал поздравление своей матери, после чего резко замолк и перевёл камеру на происходящее вокруг. Никаких комментариев он не вставлял, так как был в шоке. Однако, не забывал снимать, а после ещё и выложил в сеть.

В ролике на мирно сидевших однополчан напали две светлые тени. Эти сущности быстро перемещались, оставляя после себя трупы, с кровавым следом на груди. Всё происходило так быстро, словно в какой-то компьютерной игре. Туманный сгусток на мгновение замирал перед воином, и тот падал замертво. Людей изначально было около сотни. Но, спустя буквально десять секунд, в живых осталось не больше семи человек, включая снимавшего.

Тени ненадолго остановились, и стало возможным их разглядеть: взрослый мужчина спортивного телосложения с аккуратной рыжей бородкой и усами, рядом молодая гибкая девушка с длинной чёрной косой. Одеты воинствующие люди странно, словно в лёгкие доспехи, аналогов которым Адам ещё не видел. В руках мужчина держал двуручный меч, полыхающий белым огнём. Девушка держала два самурайских меча, которые слегка сияли солнечным светом.

Но все эти детали Адам увидел, только пересматривая и останавливая видео. Первое же, что бросилось в глаза – это невероятные белоснежные крылья. Именно такие обычно изображают у ангелов. Вероятно, свечение этих крыльев и превращало их быстрые передвижения в мелькания светлых теней, что затмевало даже яркую расцветку обмундирования агрессоров. После недолгого безмолвного совещания, где были использованы только взгляды и кивки, ангелы вновь превратились в белые вспышки и исчезли.

Этот ролик был самым первым из череды множества свидетельств деяний этой ангельской парочки. Как видно, начав с воюющей страны, они отправились по всему миру и побывали уже более, чем в половине стран. И, судя по новостям, продолжали свой кровавый поход.

По предварительным оценкам специалистов, страны, в которых уже побывали ангелы, потеряли от одного до двух процентов населения. Это казалось странным, если судить по первому видео. Там воинствующие создания скосили не менее девяноста процентов людей. Хотя, возможно, ангелы действуют выборочно. Но вот кого именно парочка выбирает в качестве жертв, оставалось пока непонятным.

Происходящее казалось просто невероятным! Ещё более абсурдным для Адама было то, что аэропорты не закрыты, люди не напуганы (хотя в зале аэропорта и крутили новости, показывая кадры с участием крылатых убийц). Мало кто их смотрел, а те, кто сначала и обращали внимание на новости, очень быстро отвлекались на свои личные дела. Наверное, люди просто не верят, что это правда. Чтобы убедиться, журналист решил поговорить с кем-нибудь в терминале.

Выбор пал на парочку молодых парней, сидящих в баре аэропорта, попивающих пиво и смотрящих на экран, с очередным репортажем. Они следили за происходящим без тревоги, периодически отвлекаясь на спокойную беседу. Впечатление создавалось такое, будто парни пересматривали любимый фильм, вставляя комментарии.

Адам прекрасно владел несколькими языками, но решил начать с английского, как самого популярного:

– Прошу прощения за вторжение. Могу я задать вам вопрос?

– Да не вопрос, спрашивай, – ответил один из парней на неплохом английском. Он явно не являлся носителем языка, но изъяснялся достойно.

– Что вы думаете по поводу происходящего? – указал на телевизор журналист.

– Странно это всё, – сразу ответил второй, практически без акцента, который Адам всегда отмечал, хоть и не был носителем. – Я хоть и агностик, но, видать, придётся поверить.

– Поверить во что? – уточнил журналист.

– В существование ангелов и загробной жизни, – просто ответил тот.

Тут вмешался его друг и отметил:

– Ничего это не доказывает. Возможно это новые технологии или вообще байка.

– Ты серьёзно думаешь, что такое можно подделать? Газетная утка от всех ведущих стран сразу? – усмехнулся его собеседник, поглядывая на Адама.

– Скорее всего, нет, – признал его товарищ. – Тогда это просто военные роботы, разработанные, допустим, в Китае.

– Почему именно в Китае? – удивился собеседник и отвернулся от Адама, теряя к нему интерес.

– Ну а кто ещё? – неуверенно ответил вопросом на вопрос его попутчик.

Дальше парочка перешла на свой родной язык, которого журналист не знал. Адам хотел спросить о главном: почему они не боятся, но решил больше не отвлекать парней. Тем более журналист понял, что и сам не испытывает никакого страха, лишь любопытство. Прав был один из собеседников: «Странно это всё».

* * *

Адам, не заезжая домой, сразу поехал на работу, с ответственностью трудолюбивой пчёлки. Возле входа стояла правительственная машина, ну да это не редкость. Решив закинуть вещи в свой кабинет, он встретил секретаршу. Обычно болтливая, хотя и умненькая, в очках с толстой оправой и короткой светлой стрижкой, сейчас она тихонько, даже затравленно сидела за столом с замученным видом. Секретарша больше казалась похожей на нелепую студентку-двоечницу, чем на деловую женщину.

Увидев начальника, сотрудница лишь округлила глаза, словно испуганный ребёнок, но ничего говорить не стала. Неужели хоть на кого-то известия об ангелах-убийцах произвели ожидаемый эффект? Но, интуиция подсказывала Адаму, что дело было в чём-то другом. Не тратя время на расспросы, журналист закинул вещи в кабинет и отправился к шефу.

Там Адама ждал новый сюрприз. Возле кабинета стояли двое охранников в дорогих костюмах. Поистине «люди в чёрном». Секьюрити спросили у входящего документы, связались с кем-то через наушник и, получив ответ, открыли перед Адамом дверь. В кабинете, помимо шефа, сидящего за столом, находились ещё двое охранников – точные клоны предыдущих. А в кресле, напротив Роберта, спиной к двери сидел седовласый мужчина в костюме.

Услышав, как кто-то вошёл, шеф поднял глаза и странно улыбнулся Адаму. Улыбка показалась искренней, но с тревожными нотками. Собеседник шефа неторопливо встал и обернулся. Это оказался сам президент. И не какой-нибудь там телекомпании, а их страны.

– Вы и есть тот самый Адам – любимец публики и главный профессионал своего дела? – добродушно осведомился президент.

– Да, – только и смог ответить журналист. Теперь всё вставало на свои места, включая лицо секретарши.

– Мне, думаю, представляться не нужно? – пошутил высокопоставленный гость, протягивая руку Адаму.

Адам добродушно улыбнулся и замотал головой, принимая рукопожатие. Президент положил вторую руку поверх руки Адама и несколько томительных секунд вглядывался в лицо собеседника. Журналист уже пришёл в себя от удивления и не отводил глаза, смело позволяя изучать себя. И в следующий момент президент удовлетворённо кивнул и произнёс:

– Что ж, одобряю. В курс дела Вас введёт начальство, а мне пора. Рад знакомству. Буду с нетерпением ждать сегодняшней передачи.

После этого глава государства попрощался с Робом и вышел из кабинета в сопровождении охраны. Адам проанализировал свои впечатления и в целом остался доволен мимолётным знакомством с лидером страны. Президент считался человеком проницательным, быстро принимающим решения и внушающим уважение, несмотря на невысокую значимость его страны в мировом сообществе. Проведя с ним меньше минуты, Адам вынужден был согласиться с данной характеристикой.

– Тебе, мой друг, выпала огромная честь, – начал шеф. – Тебе предстоит взять интервью у этих безумных ангелов.

– Чего? – Новое известие удивило журналиста раз в десять сильнее, чем встреча с президентом.

– Да, да, – усаживая Адама в кресло, в котором недавно сидел лидер страны, продолжал Роберт. – Где-то пару часов назад, когда ты был ещё в воздухе, эта парочка закончила бойню и обратились к нашему президенту с просьбой организовать всемирную трансляцию. Они готовы ответить на любые вопросы. Очень удачно, что я тебя заранее вызвал, а то кого бы ещё мне рекомендовать?

– А почему они выбрали именно нашу страну? Логичнее было бы выбрать что-нибудь более крупное или значимое. Ну там Америку или Ватикан, – размышлял журналист. – Америку все знают, а Ватикан всё-таки религиозная столица, так сказать.

– Я тоже задал этот вопрос, только сформулировал иначе, – признался Роберт. – Как я понял, они выбрали не страну, а лидера, который смог бы всё организовать очень быстро, так как времени на Земле у них осталось не много. Оно и правильно. Представляю сколько ненужных пафосных церемоний устроили бы лидеры тех стран, что ты назвал. А наш президент – мужик простой, с деловым подходом.

– Это он тебе так объяснил? – усомнился Адам.

– Ну, про то, что у них мало времени и они искали нужного человека, который всё по-быстрому организует – да. Об остальном несложно догадаться, – улыбнулся шеф.

– И что мне нужно будет делать? – решил специалист перейти к главному.

– Через три часа ты берёшь интервью у этих двоих, в закрытой студии. Только вы трое и где-то час времени. Может меньше.

– Да времени на подготовку практически нет! – возмутился Адам, но на самом деле считал, что так оно даже лучше. – За час обо всём важном не спросишь, останется куча недовольных.

– Твоя правда, – согласился Роб. – Наши уже строчат и фильтруют все возможные вопросы, через час список передадут тебе. Уверен, там будет материала часов на десять. Так что тебе самому придётся выбирать, что оставить. В этом ты профи.

– У меня и самого найдутся вопросы, – задумался журналист. – Но я постараюсь.

Спустя пять минут Адам уже приводил себя в порядок и готовился к главному интервью в своей жизни. По всем телеканалам страны, да и других государств, уже крутили известие о сегодняшнем прямом эфире. Телефон надрывался, но Адам предусмотрительно не брал трубку. Журналист приблизительно представлял, чего от него все хотят. Так что, когда профессионалу принесли толстенную пачку бумаги с вопросами, он закрылся у себя в кабинете и запретил секретарше с кем-либо соединять.

* * *

Гости появились за пять минут до эфира. Все уже начинали беспокоиться. Но ослепительная вспышка возвестила о прибытии ангелов. Студия подобрана самая простенькая: мягкая мебель и столик с водой. Адам уже сидел в кресле, когда прибыли визитёры. Ангел-мужчина расположился на диване, а ангел-девушка встала у него за левым плечом, отказываясь садиться. До эфира оставалась пара минут. Ведущий решил уточнить детали:

– Здравствуйте, меня зовут Адам. Вашим крыльям удобно?

– Здравствуйте, Адам, – улыбнулся собеседник. – Не переживайте, их невозможно повредить обычными способами.

Огромные сложенные крылья и правда, словно призрачные, проходили сквозь спинку дивана. Но при этом они, очевидно, были вполне материальными, так как отдельные перья, задевая обивку, оставляли следы на ярком бархате.

– Как мне вас представить зрителям? – уточнил журналист.

– Меня зовут Михаил, – после чего обернулся и, коснувшись руки своей спутницы, добавил: – А это Майя.

Крылатая девушка, до этого стоявшая с очень серьёзным лицом, весьма нежно, но не заискивающе, улыбнулась своему спутнику, а после перевела взгляд на ведущего и мягко кивнула, приветствуя.

– Тот самый Михаил, архангел? – собирая свои разрозненные знания в кучу, спросил Адам.

– И нет, и да, – засомневался гость. – То, что вы подразумеваете – скорее нет. Но, частично, совпадения имеются.

– Но я же могу называть вас ангелами?

– Разумеется. Так будет понятнее для всех, – согласился Михаил.

Спустя минуту начался эфир. Адам впервые за свою долгую карьеру начал нервничать. Благо, профессионализма хватало, чтобы этого никто не заметил. Но, видимо, у ангелов особое чутьё. За считанные секунды до эфира, Михаил заглянул в глаза ведущему и, словно вытянул всю его неуверенность. После чего улыбнулся, отвёл взгляд и приготовился отвечать на вопросы. Адам никогда ещё не испытывал такой лёгкости.

– Приветствую, дорогие зрители. С вами я, честный Адам, – впервые подобным образом поздоровался журналист, транслируя одно из своих любимых прозвищ среди поклонников его работы. – Сегодня у нас в гостях, нашумевшая на весь мир, пара ангелов: Михаил и Майя. Так как у нас мало времени, не буду затягивать и задам самый главный вопрос. Зачем вы всё это делали последнюю пару дней?

– Если кратко: каждые шестьсот шестьдесят шесть лет Сатана, как вы его называете, бросает нам вызов и идёт на нас войной, – расслабленно начал свой рассказ ангел. – Для этого ему нужны души. По договорённости, он имеет право нападать на нас, но вот людей ему для этих целей трогать не разрешено. Поэтому, будущую армию Люцифера собираем мы, стараясь всё сделать безболезненно и быстро. Это называется «Жатва».

После услышанного, Адам забыл про список отобранных вопросов. Он быстро перебирал в уме порядок уточнений по поводу сказанного. В итоге сделал выбор:

– А почему именно эти люди?

– Чтобы ответить на этот вопрос, мне придётся кое-что объяснить, – серьёзно продолжил Михаил. – Во-первых: важно понимать, что у каждой души есть свой собственный список, так сказать, жизненных уроков, которые она должна усвоить. В зависимости от сложности задач, каждой душе выделяется определённое количество времени на Земле. Самое меньшее, на моей памяти около тридцати лет, самое большее где-то пятьсот.

– Стойте-стойте, – прервал Адам. – Но ведь люди умирают и раньше тридцати. А до пятисот ещё ни один не дожил.

– Никто и не говорит, что душа живёт лишь одну человеческую жизнь.

– То есть одна душа может перерождаться раз десять? – уточнил ведущий.

– Совершенно верно, – кивнул ангел.

– Значит, если я не выполнил свой список задач за эту жизнь, то могу доделать его в следующей? – с интересом спросил Адам.

– Только если ваше время не вышло, – уточнил Михаил.

– А если я не успею – попадаю в ад? – догадался журналист.

– Ну, в вашем понимании это ад. Но на самом деле это лишь более трудный путь по достижению той же цели – развития и обучения юной души. – Видя, что собеседник не совсем его понял, гость добавил: – Это можно сравнить со школой. Кому-то удаётся за ограниченный срок получить все необходимые знания. А тем, кто этого сделать не успел, приходиться брать дополнительные уроки. Этот путь обычно дольше и дороже.

– То есть ад – это место, где души получают знания, упущенные на Земле? – не поверил Адам.

– Что-то вроде того, – улыбнулся Михаил. – Вот только на Земле, пока живо тело, выполнить эти задачи намного легче, хотя я и не говорю, что просто.

– То есть, доучившись, так сказать, в аду, душа отправляется в рай? – уточнил ведущий.

– Да, конечно, – слегка замялся гость, что не укрылось от Адама.

– И много ли душ, попавших в ад, доучились до рая?

– Такие есть, – твёрдо ответил ангел. – Да, их пока немного, но они есть.

– А можно узнать, сколько именно? – рискнул спросить Адам.

– Конечно: трое. – После секундного молчания, Михаил добавил: – Одна душа из средних веков, одна из восемнадцатого века и одна совсем недавняя, пробывшая в аду всего пару десятилетий.

– Всего пару? – саркастично повторил журналист. – Ну, знаете ли…

– А что вы хотели? – лишь развёл руками ангел. – Я же сказал, этот путь гораздо дольше. Поэтому намного проще сделать всё назначенное на Земле. Но каждый человек волен выбирать как именно прожить отведённые ему годы.

– Хорошо, вернёмся к изначальной теме, – постарался не отвлекаться Адам. – Так почему именно этих людей, почти два процента населения, насколько я знаю, отправили прямиком в ад, хотя их время, очевидно, ещё не пришло.

– Были выбраны лишь те души, у которых осталась последняя жизнь, а шансов на то, чтобы решить все поставленные задачи, нет никаких.

– А кто определяет есть у человека шанс или нет? – внутренне возмутился ведущий.

– Вы называете его: Бог, – спокойно ответил ангел.

– А он никогда не ошибается? – немного присмирел Адам.

– Пока ни разу, хоть каждый раз на это и надеется.

– Бог надеется ошибиться? – не поверил своим ушам журналист.

– Да, – подтвердил Михаил. – Мы ведь говорим не только о периодах жатвы. Бог всегда знает, остался у души ещё хоть микроскопический шанс расправится со своим списком дел на Земле, или же её ждёт высшая школа ада. Каждый раз, он искренне надеется, что хоть одна из этих душ его удивит, но пока такого не было за всю историю человечества, – грустно добавил ангел.

– Хотите сказать, что у всех, кого вы за последние дни забрали, не было ни единого шанса? И по сути они все негодяи, которых ждал ад? – решил резюмировать Адам.

– По сути да, – хмурясь подтвердил Михаил. – Я бы не назвал их всех негодяями… Просто заблудшие души, которые уже ничему на Земле не научатся.

– Уточняющий вопрос, лично от меня: вы начали со страны, которая является жертвой военной агрессии и забрали там огромное количество жизней. А в стране, которая считается агрессором, забрали не больше душ, чем в других странах. Как такое может быть?

– Мы не смотрим на страны и не вмешиваемся в конфликты. Мы даже не судим, кто из них прав, а кто виноват. Мы нацелены на определённые души. А их концентрация больше всего была именно там, потому мы и начали оттуда. – Увидев, что Адам хочет ему возразить, Михаил добавил: – Просто теперь вы знаете, какие именно люди сражались на той стороне, не более того.

– Значит страна-жертва – это страна с безнадёжными людьми? – неожиданно осознал Адам.

– Видимо, именно так. В любом случае – не все. Мы там забрали многих, но далеко не всех.

Такое известие, явно поразившее весь мир, нужно ещё переварить. Но не сейчас. А в текущий момент важно продолжить интервью, пока есть время.

– Хорошо. Вы сказали, что приходите каждые шестьсот шестьдесят шесть лет. Так почему же мы об этом ничего не знаем? Должны же в истории остаться хоть какие-то свидетельства? Или вы раньше действовали скрытно?

– Вовсе нет, – засмеялся ангел. – Мы также объяснились после. Но, человеческая природа такова, что не желает помнить о том, что ей не нравится или не выгодно.

– Но теперь же у нас есть физические доказательства существования ангелов и загробной жизни. Не пошатнёт ли это человеческую веру? Я хочу сказать, что люди перестанут верить, так как будут знать наверняка.

– Вы это серьёзно? – впервые подала голос Майя и, посмеявшись, передала слово своему напарнику.

– Вы думаете, что многие поверят в реальность происходящего? – с усмешкой спросил Михаил. – Допустим, некоторые поверят. Но уже завтра их отвлекут более важные дела. Через год даже свидетели происходящего либо начнут сомневаться, либо просто не будут вспоминать. Лет через десять все и думать забудут об этом. А когда умрёт последний человек, бывший этому свидетелем, останется поколение, для которого это в лучшем случае окажется забавным мифом.

– Но есть же видео доказательства, – запротестовал Адам, не веря.

– Мы наблюдаем за человечеством, я смотрел ваши великолепные фильмы. У вас получаются очень правдоподобные ангелы, которые и летают, и сражаются. С чего вы решили, что отснятые за последние дни ролики, будут более правдоподобными?

– Хотите сказать, все решат, что это какие-то спецэффекты? – зная в глубине души ответ, спросил ведущий.

– Хочу сказать, что даже сейчас многие так думают, – парировал Михаил.

Адаму было нечем крыть. Он понял, что Михаил абсолютно прав. Не хотелось признавать, что настоящее чудо воспримется как фейк. Но человек действительно склонен верить не доказательствам, а тому, во что ему удобно верить. И даже унесённые жизни, пусть и не самых лучших людей, ни для кого не станут аргументом.

* * *

Дания. Местное время 13:16. Частный дом.

Сара сидела дома, в окружении трёх собак, своих преданных любимцев. Муж не сумел отпроситься с работы, чтобы посмотреть вместе ангельское интервью. Вначале женщина расстроилась, но потом поняла, что даже рада этому. Саре не хотелось делить этот момент с ним. Дело в том, что последний год был для хозяйки дома очень тяжёлым. Она находилась в поиске, не зная, чем наполнить свою жизнь. В юности у Сары случались затяжные депрессии и даже попытка суицида. И вот, непонятно почему, недавно она начала ощущать знакомые тяжёлые чувства.

Единственная, кто знала обо всём, с кем в любой момент можно поделиться, была подруга Берта – сильная, успешная, целеустремлённая. Она всегда помогала Саре в тяжёлые минуты и, кажется, знала ответ на любой вопрос. И вот вчера лучшая подруга, духовная сестра и опора стала одной из жертв ангельской жатвы.

Несчастная женщина, слушая объяснения Михаила, никак не могла поверить, что душа Берты попала в ад и теперь вошла в ряды дьявольской армии. За что? Она ведь хороший человек. Хотя ангел говорил о «заблудших душах». Не сходится. Если кто из них и заблудшая, так это Сара.

Старшая собака, которую, по случайному стечению обстоятельств, тоже звали Бертой, положила голову на колени хозяйке. Сара стала её наглаживать и, словно к подруге, обратилась к собаке:

– Как бы мне хотелось посмотреть эту передачу с тобой. Тебе бы нашлось, что сказать.

Стоило это произнести и в голове прозвучал голос Берты:

– Я бы отказалась смотреть этот бред и тебе бы не позволила!

Сара удивилась – уж слишком отчётливо звучал этот голос, но быстро поняла, что это лишь её богатое воображение, приправленное чувством утраты. Не испугавшись, женщина решила воспользоваться моментом и пообщаться с подругой, обращаясь к собаке:

– Ты не веришь, что это настоящие ангелы?

– Да чёрт с ними, пусть даже настоящие, – фыркнул голос в голове. – Просто я не дам кому-либо, даже ангелу, вешать себе лапшу на уши. Я и без них прекрасно знаю все ответы.

– Прям-таки и все? – переспросила Сара, чувствуя, что именно так бы её подруга и сказала.

– Да, все, – твёрдо заверил придуманный призрак. – Вспомни, я хоть раз к кому-нибудь обращалась за помощью? Нет. Это было бы унизительно.

– Но я же к тебе постоянно обращалась. Хочешь сказать, что я унижалась? – скромно спросила Сара.

– Человека нельзя унизить! Человек сам выбирает почувствовать себя униженным или нет, – парировал голос.

– И ты выбрала бы чувствовать себя униженной в такой ситуации?

– Я просто не допустила бы такой ситуации. Никогда! – убеждённо отрезала Берта.

После некоторых раздумий, до Сары начало кое-что доходить. С Бертой они были знакомы уже семь лет. Все эти годы Сара восхищалась подругой, чувствовала, что ей самой никогда не дорасти до неё. Но за всё время дружбы Берта ни капельки не изменилась. Возможно, ангел в чём-то прав.

Мудрая подруга, хоть и казалась лучше всех, кого Сара знала, но она не училась ничему новому. Если у Берты и правда имелся список невыполненных задач, она сама ему явно не следовала. И да, вряд ли бы такая сильная личность изменилась, вот это уж точно. Бушующую стихию, как Берта, не представлялось возможным усмирить или направить. Она как могучая река – сама прокладывала себе дорогу. Тут Бог точно не прогадал, его бы Берта не удивила.

Чувствовалось странное ощущение: страдания от утраты перерастали в нечто новое, ранее не познанное. Это был покой. Всё, о чём вещал ангел, начинало сходиться. Пусть раньше Сара и не особо верила в загробную жизнь, но сейчас, кажется, начала обретать надежду. Недовольный голос подруги вывел её из умиротворяющего состояния:

– Чему ты радуешься? Раз загробная жизнь – это правда. Тебе прямой путь в ад.

– С чего это ты взяла? – теперь уже испугалась Сара.

– Ну как же? Ты – самоубийца, а это смертельный грех. Его ничто не смоет.

– Ты не можешь этого знать! – вскричала Сара так, что потревоженная собака убрала морду с колен.

– Уж раз всё это правда, то с одним ты не поспоришь. Если некое сверх существо дарит тебе самое ценное, что только может быть – жизнь, а ты в ответ, вся такая недовольная и неблагодарная, швыряешь ему это в лицо, что может оказаться хуже? Я бы лично такое не простила.

– Да, я помню, как ты вычеркнула из своей жизни родного брата, который не оценил твою жертву, – припомнила Сара.

– Вот-вот. И Бог поступит также, вот увидишь, – съязвил внутренний голос.

– Посмотрим, – неуверенно, но с надеждой, оспорила Сара. – Вот, думаю, прям сейчас увидишь! – смело добавила она, услышав очередной вопрос ведущего.

* * *

– Хорошо. А расскажите подробнее о том, что ждёт человека после смерти, – решил всё-таки вернуться к своему списку Адам.

– У каждой души свой уникальный путь, у всех всё по-разному. Но, так называемый, рай – это тоже путь, а не его конец. – Михаил указал на свою спутницу. – Вот, например, Майя. Когда-то она тоже была человеком. Спустя всего пару столетий в раю, я нашёл её и сделал своей ученицей. Теперь она помогает мне. Раньше я справлялся и один, но теперь людей слишком много, я бы не успел в срок.

– А вы тоже были человеком? – поинтересовался ведущий.

– Нет, я изначально создан таким.

– Значит человек может стать ангелом? Очень приятная новость.

– Далеко не каждый, – не согласился гость. – Майя – скорее редкое исключение из правил. Но да, такое случается.

– А ангел может умереть? И если да, то что с ним будет после? – полюбопытствовал журналист.

– Умереть, конечно, может. Бывали случаи. А что дальше? Я даже не знаю. Думаю, мне этого пока не понять. Как и вам не понять многое, пока вы не умрёте. Спасибо, что задаёте вопросы, которые легко можно объяснить, – слегка поклонился ангел, с искренней благодарностью, без тени иронии.

– Рано благодарите, – усмехнулся Адам. – Мой следующий вопрос: какая религия угадала?

– Никакая. И все. Почти каждая в чём-то угадала или правильно записала из того, что я уже доносил в прошлые свои визиты. Но дословно никто не прав. Так как человеческий мозг не может постичь того, как устроен мир. Даже попытайся я вам это объяснить – вы не поймёте или поймёте неправильно. Это всё равно, что объяснять цвет слепому. Чтобы было с чем сравнить – нужно умереть.

– Осторожнее со словами. Некоторые зрители могут понять ваши слава превратно и повыпрыгивать из окон, чтобы поскорее обрести это знание, – искренне обеспокоено поправил ведущий.

– Это бессмысленно. Да и не получится. Как я уже говорил, у каждой души свой срок. Оттянуть или ускорить его невозможно. За исключением жатвы, конечно, – не согласился ангел.

– Но люди же уходят из жизни по собственной воле? – удивился Адам.

– Значит, либо пришло их время, либо они сделали выбор, в который их поставила жизнь. Если душа не прошла все испытания и у неё ещё осталось время – она просто переродится в новом теле. Правда это всё усложняет, так как времени остаётся меньше. Ну, сами понимаете, пока человек в новой жизни вырастет и получит минимальный необходимый опыт, который уже был в прошлой жизни, пройдёт много времени.

– А если времени на новую жизнь не осталось, скажем у души всего десять лет. И тут человек решает покончить с собой, что тогда?

– Тогда у него просто не получится это сделать, – заверил его Михаил. – Его хранитель этого не допустит.

– Приятно слышать, что у меня есть хранитель, – улыбнулся Адам. – Значит вера не важна?

– Почему это? – растерялся Михаил.

– Ну вы же сами сказали, что человеческие религии не способны полностью всего осмыслить.

Майя положила руку на плечо своему учителю и мягко произнесла, с ностальгической улыбкой:

– Люди часто путают религию и веру.

– А, ну да, – успокоился Михаил. – Поймите, вера, конечно, не обязательна. Но она помогает пройти путь с меньшими усилиями. Верующим людям гораздо проще. И я сейчас не о религии. Верующих людей одинаковое соотношение, как среди религиозных, так и нет.

– Хорошо. Понятно, что теперь я верю в Бога. И как мне это поможет? – усомнился Адам.

– Вы вовсе не верите в Бога, – мягко поправил Михаил.

– Как после такого не поверить? Вы, конечно, правы, многие в происходящее не поверят. Но я не сомневаюсь, – возразил ведущий.

– Вы просто верите теперь, что Бог существует, не более.

– А это не одно и то же?

Михаил несколько секунд всматривался в Адама, а затем неожиданно спросил:

– Несколько дней назад, вы сказали своему сыну, что верите в него. Имелось в виду, что вы верите в его существование? – спросил ангел с хитрым прищуром.

– Нет, конечно! Я знаю, что он существует.

– А что вы тогда имели в виду?

– Ну, что я ему доверяю, что он справится и сделает правильный выбор… О! – Адам неожиданно понял, в чём отличие, хоть и не мог пока сформулировать. – Ясно. Действительно, в таком аспекте я не верю.

* * *

США. Местное время 10:27. Небольшой офис частной компании.

Джеймс стоял в дверях своего кабинета, опираясь о косяк и благодушно взирал на свой небольшой коллектив. Миниатюрный муравейник, как про себя его называл. Сегодня он разрешил им оторваться от работы и посмотреть эту нашумевшую онлайн трансляцию с ангелами. Конечно, это бессмысленная трата времени, но всё лучше, чем выдуманные больничные или обиженные несосредоточенные на работе сотрудники.

Сам начальник считал это интервью чушью, даже если всё происходящее – правда, но всё равно решил устроить перерыв и себе, чтобы проследить за подчинёнными. В любом случае, сейчас весь мир занят этой ерундой, так что будет полезно находиться в курсе. Однако Джеймс не сел рядом со всеми, но своё присутствие обозначил.

Выходило нечто очень любопытное. В офисе работало пять человек. Все сейчас собрались возле компьютера Марка – лучшего сотрудника, прилежного семьянина, который всегда являлся объединяющим звеном. Он, как обычно, улыбался, так что по Марку ничего нельзя было определить. Две молодые девчонки, постоянно соперничающие друг с другом, сейчас мирно сидели рядом. Очень религиозная дама средних лет, Мэри, выглядела неожиданно скучающей, но смотрела внимательно. Молодой, обычно болтливый, парень старался молчать, лишь бы не мешать остальным, чтобы не сорваться, он беспрерывно жевал.

Если не считать периодических ахов и похрустывания закусок, в офисе впервые за всё время соблюдалась абсолютная тишина уже почти полчаса. Даже телефоны и те не звонили. Если бы Джеймс делал ставки на то, кто первым сорвётся, он бы поставил на религиозную даму. Уж очень провокационной была информация, которую они слышали. В крайнем случае, на молодого парня, который сегодня бил все собственные рекорды по безмолвию.

Но если бы начальник сделал ставку, то проиграл бы, так как первой открыла рот главная красотка офиса – девочка не очень умная, зато добродушная и старательная. Именно за последнее качество Джеймс и держал её у себя. То, что вырвалось из уст милой простушки, насмешило начальника:

– Да спроси же ты про ЛГБТ* (Здесь и далее: Экстремистская организация, запрещённая на территории РФ)! Почему он не спрашивает про ЛГБТ*?

Сама красотка не принадлежала к этому сообществу, но постоянно пропагандировала их движение. Весь её стол был наполнен вещицами, окрашенными в шестицветную радугу. Джеймсу даже иногда приходила на ум мысль, что эта инфантильная особа впряглась в это сообщество только из детской любви ко всему яркому и разноцветному. А что? Если ты топишь за ЛГБТ*, то можешь позволить себе украсить свою взрослую жизнь радужными атрибутами.

Да уж, и здесь не сдержалась, как Джеймс мог этого не предвидеть? На нарушительницу тишины зашикали, но Марк решил ей всё-таки ответить, причём неожиданно агрессивно:

– Вообще-то, Михаил уже озвучил небесную позицию по этому вопросу. Слушать нужно внимательнее. А точнее слышать не только, что говорят, но и что имеется в виду.

Нестандартное поведение главного добряка произвело отрезвляющий эффект на глупышку. Девушка удивилась, замолчала, оставив все свои возмущения при себе (что случилось впервые) и продолжила смотреть. Но тут в дискуссию вступила Мэри:

– А я услышала то, что ты имеешь в виду, Марк. Вот только не соглашусь, что это небесная позиция. Я всё больше сомневаюсь, что это настоящие ангелы.

Никто не решился вступить с ней в спор. Женщиной она являлась волевой и горячей, а из-за продолжительного одиночества ещё и недолюбливала сильных мужчин. В офисе Мэри покровительствовала лишь болтливому юнцу, который тоже не сдержался и решил вступить в диалог:

– Вы имеете в виду позицию, что подобные вещи для небес не важны? Разве это не согласуется с нынешней католической позицией?

– Сегодня согласуется. Завтра политическая ситуация поменяется – и всё сразу вернётся на круги своя, – раздражённо сообщила Мэри.

Все разом оторвались от экрана. Услышать такое крамольное суждение от ярой католички! Мэри продолжила:

– Эта тема действительно не так важна для Бога, как, например, для нашей юной красотки. Проблема не в людях, меняющих пол и иже с ними. Проблема как раз, в этих самых несмышлёных пропагандистах, – глянула дама в глаза красотке, после чего добавила: – Я не верю, что это ангелы, по другой причине.

– И по какой же? – первым не выдержал Джеймс.

Обычно не участвующий в офисных обсуждениях, начальник вступил в беседу и выбил Мэри из колеи. Ошарашенная дама долго смотрела ему в глаза, после чего решила честно ответить:

– Я не могу ему поверить, что истинного зла не существует. Что даже дьявол – не зло, а лишь избранник, исполняющий волю Божью. Обычный директор школы для трудных подростков. Я не могу поверить, да и не хочу. Я слишком много зла видела в своей жизни и долго боролась с ним, чтобы в это поверить.

И лишь одна сотрудница так ничего и не сказала. Она даже не слушала своих коллег, ведь самое важное происходило на экране. Обсудить всё можно и после. Хотя, что тут обсуждать? Сказанное Михаилом, даже если он не настоящий ангел, оказалось настолько ошеломляющим и при этом таким очевидным, что не верилось, как можно было не додуматься до этого самому раньше?

* * *

– Значит, всё, что нужно для прямого билета в рай – это пройти все поставленные задачи и сделать правильные выводы? – резюмировал Адам.

– Совершенно верно, – подтвердил гость.

– А если ты сделал все правильные выводы только в самом конце… – начал ведущий, но Михаил его перебил:

– Обычно, именно так и бывает.

– Понятно. Но, если за долгие годы до этого человек натворил много чего плохого, гораздо больше, чем хорошего – это разве не считается? – закончил он свою мысль.

– Если человек успел прийти к верным выводам, у него возникнет раскаяние по поводу всего совершённого, – ответил ангел.

– То есть, достаточно под конец жизни сказать: «Прости» и всё сразу обнулится? – уточнил Адам.

– Вы упрощаете, – покачал головой Михаил. – Как бы вам объяснить суть искреннего раскаяния? Оно встречается не так уж часто.

На подмогу своему учителю пришла Майя, сказав:

– Адам, помните случай в вашей юности, когда после, так скажем, шалости пострадала собака?

Журналист побледнел. Он вспомнил, как в семнадцать лет, вместе с компанией, поджёг какой-то заброшенный сарай. В памяти всплыл тот тоскливый собачий вой, пробиравший до глубины души. В доме, оказывается, находилась собака со щенками. Дворняга успела вытащить только одного малыша и, вернувшись в дом, сгорела со своим оставшимся потомством.

Адам вспомнил смех двух своих товарищей, которым эта ситуация показалась забавной. Именно тогда его жизнь резко изменилась. Он оборвал все связи с прежней компанией, забрал щенка, который прожил потом с ним пятнадцать лет. И главное – наладил отношения с родителями, которые до этого казались ему слишком правильными слабаками.

Но, несмотря на то, что жизнь его после случая с собакой улучшилась, Адам очень сожалел о совершённом и всё бы отдал, чтобы изменить содеянное.

– Вижу, помните, – удовлетворённо кивнула Майя. – Мы говорим сейчас именно об этом чувстве, а не о формальном: «Прости».

Чтобы выиграть немного времени и взять себя в руки, Адам задал вопрос из списка, который ему не особо интересен:

– А Иисус существовал?

– Многое из того, что написано в ваших священных писаниях, действительно происходило. Правда, не совсем в той форме, в которой описано, – понимая состояние собеседника, начал долгий монолог Михаил. – Например: Ной и потоп. Да, это реальные события. Этому человеку его хранителем было поручено спасти как можно больше зверей. Вот только речь шла не о всей планете, а о небольшом куске суши, на котором Ной и жил. Кстати, этой земли уже давно не существует. Ноя предупредили за три года до катаклизма, полностью скрывшего остров. И, надо отдать ему должное, этот человек спас больше половины, существующих на том куске земли видов. А что касается Иисуса… Разумеется, он существовал.

– И он был сыном Бога? – уже почти пришёл в себя Адам.

– Да, как и все люди. Как и все мы, – улыбнулся ангел. – Иисус пытался донести именно эту мысль, но в историю вошёл как единственный сын Бога. Видимо потому, что он, действительно, являлся особенным. Душе Иисуса отмерян был самый маленький срок – около тридцати лет, как я уже и говорил. И, несмотря на столь маленький отрезок времени, он прошёл все свои задачи. Большая редкость!

* * *

Румыния. Местное время 18:42. Маленькая кофейня.

Виолетта со своей подругой Стелой не пошли сегодня на занятия в университет. Они сидели в переполненном кафе, все посетители которого уставились в телевизор. Для такого количества народа здесь было довольно тихо. Многие переговаривались, но шёпотом, чтобы не мешать другим смотреть. Каждый в этом кафе чувствовал себя свидетелем великих событий. Но лишь Виолетта поставила на интервью жизнь. Не свою жизнь.

Не так давно юная второкурсница узнала, что беременна. Единственная случайная связь могла очень круто изменить всю жизнь. К таким переменам девушка оказалась не готова. Но будучи глубоко верующим человеком из православной семьи, к «единственному логичному» для многих решению проблемы она относилась крайне негативно. Когда Стела только предложила такой кощунственный вариант, подруги впервые серьёзно поссорились.

Спустя пару дней Виолетта первой извинилась. Помирившиеся подруги долго обсуждали эту тему и так ни к чему и не пришли. А когда объявили новость о пресс-конференции с настоящими ангелами, Стела посоветовала переложить ответственность за такое важное решение на них. Предложение оказалось заманчивым. Теперь подружки внимательно вслушивались в каждое слово ангелов. И хотя тема абортов не поднималась, девушки нашли, что обсудить. Начала Стела:

– Ну вот видишь, греха, как такового, не существует. Важно лишь пройти испытания, а плохих поступков, да и людей, по сути нет.

– Даже если так. Возможно, в этом и есть моё испытание. Ведь не просто так я забеременела, – запротестовала Виолетта. – Передо мной сейчас стоит нелёгкий выбор. Я даже представить боюсь, что будет, если я решу оставить ребёнка. Но точно знаю, что если последую твоему совету – буду сожалеть об этом до конца дней.

– То есть будешь искренне раскаиваться? Так ведь он только что сказал, что это снимает с тебя вину, – нашлась Стела.

– Он не совсем это сказал, – нахмурилась собеседница.

– А что тогда? – искренне удивилась подруга.

Виолетта понимала каждое слово Михаила, да так, что оно отзывалось в её сердце. Но как объяснить это не самому умному, хоть и доброму атеисту? Всё же она попыталась:

– Ну смотри. Раскаяние – это когда после. А если до, то это ненастоящее раскаяние. – Увидев очумелые глаза подруги, Виолетта решила привести пример: – Вот чем, по-твоему, отличается ошибка от преступления?

– Преступление – это когда намереваешься причинить кому-то вред. А ошибка – это просто случайность, – немного подумав, ответила Стела.

– Проще говоря: преступление – это когда знаешь, как правильно, но намерено делаешь неправильно. Ошибка – это когда не знаешь, как правильно, пробуешь, а только потом понимаешь, что поступил неправильно. Так?

– Наверное, так, звучит логично, – согласилась подруга.

– Раскаяться может только человек, совершивший ошибку. Когда он делал что-то плохое, он не осознавал, что это плохо. А стоило дорасти и осознать – пришло и раскаяние, – объяснила Виолетта.

Стела надолго задумалась. Девушка тщательно переваривала новую информацию – не быстро, по-честному, вдумчиво. Они молчали до самого конца интервью. И только после программы юная атеистка выдала:

– В твоей логике есть одно большое «НО». Никто не совершает преступлений.

– Как это? – удивилась Виолетта. Услышать такое она не ожидала.

– А так! – настаивала Стела. – Приведи мне тогда хоть один пример преступления? Даже маньяк-убийца, по твоей же логике, не совершает преступления, он просто делает ошибку. Он же не думает, что делает что-то плохое. Да, он знает об уголовной ответственности. Но сама подумай, разве он чувствует вину или раскаяние? Нет. А раз так, то он просто получается не дорос до этого. Он просто не дозрел до элементарного понимания, что убивать – это плохо. А значит не делает ничего плохого.

– Ну ты завернула! – отмахнулась подруга.

– Тогда скажи: в чём я не права?

Виолетта пыталась найти изъян в логике подруги, но не получалось. Да и Михаил в интервью тоже намекал на нечто подобное. Ангел называл отпетых негодяев, которых они отправили в ад, так как те уже не исправятся, всего лишь «заблудшими душами». Но, в отличие от своей собеседницы, Виолетта не любила так долго думать, она привыкла чувствовать. Именно поэтому девушка и выдала:

– Всё равно! Если я сделаю аборт – я совершу преступление.

– Да брось! Ты ведь уже решила, что не сделаешь его, – улыбнулась Стела.

– А ведь ты права, – только сейчас поняла Виолетта.

– Ну вот видишь: если человек заранее понял, что делает что-то не то – он просто этого не сделает.

На это беременная студентка не нашлась, что ответить. Да это было и неважно. Сейчас все её мысли занимало совсем другое. Что ей дальше делать с таким решением?

* * *

– Вы сказали, что Сатана пойдёт войной на небеса, уже в который раз. Не скажется ли это на людях? В безопасности ли мы? – спросил пришедший в себя ведущий.

– Вообще-то, это два разных вопроса, – переглянувшись с Майей, ответил ангел. – Но я вас понял. Нет, на людях эта война никак не отразится.

– Даже если он победит? – прищурился Адам.

– Он никогда не победит, будьте уверены, – твёрдо сказал Михаил.

– Тогда зачем он это делает, если шансов никаких нет?

– Просто, потому что может, – пожал плечами ангел. – Он – первый из созданных. У него особая, самая сложная, миссия. Назовём её: руководство исправительного учреждения. Чтобы нести такую ношу, ангел должен быть особенным. Он, разумеется, не такой, как мы. У него свой путь и идти по нему Люциферу ещё очень и очень долго. По сути, он в самом начале пути, – грустно заметил Михаил.

– Он ведь в ссоре с Богом?

– Он с ним – может и да, не знаю. Но Бог с ним – нет. Поймите, не все ангелы одинаковые. И среди нас встречаются чудаки, – улыбнулся гость.

– Можете привести пример? – полюбопытствовал ведущий.

– Пару сотен лет назад двое ангелов влюбились и произвели на свет ребёнка, – как нечто из ряда вон выходящее, произнёс Михаил.

– И что в этом такого? Разве ангелам нельзя влюбляться и создавать семьи?

– Можно-то можно, конечно. Просто обычно наши желания совсем другого уровня. Подобный вид любви нам уже совсем не интересен, мы его переросли, – попытался объяснить гость.

– Но разве это плохо, влюблённость? – удивился Адам.

– Нет, но это странно, – и, видя, что его не поняли, добавил: – Ну вот, например. Вы же не будете спорить, что материнское молоко – это самое лучшее, вкусное, полезное и прекрасное, чем может питаться младенец?

– Разумеется, – подтвердил ведущий, который искренне в это верил.

– Тогда почему, если ничего лучше нет, вы сами не питаетесь грудным молоком?

– Но я же не младенец! – возмутился Адам.

– А ангел – не человек, – добавил Михаил. – Вы не младенец, так что для вас придуманы блюда, гораздо более вкусные и интересные. Если взрослому человеку нравится пить грудное молоко – это не плохо, но странно.

– Теперь понятно, – нервно посмеялся Адам. Его смутила такая аналогия. – Ладно, не будем углубляться в особенности ангельского быта. Следующий вопрос: будет ли Апокалипсис?

– Сложный вопрос, Адам. Очень сложный, – задумался гость. – Никто не знает. Я вот лично, как главный воин света, считаю, что нет.

– А я уверена, что да, – вмешалась Майя. Видимо, эта тема была предметом частых дискуссий среди ангельского населения.

– Тут всё зависит от очень многих факторов. Никто не в состоянии точно знать будущее. Как я уже говорил, даже Бог надеется, что когда-нибудь ошибётся, а значит – такое возможно. Любая неожиданность может в корне изменить ход истории.

– А Бог как считает, Апокалипсис будет? – встревожился Адам.

– Я не знаю, как ОН считает, могу говорить только за себя, – закрыл тему Михаил.

* * *

Россия. Время 21:51. Квартира многодетного семейства.

После ужина все собрались на диване у телевизора. Руслан – отец семейства приятно удивился, что старший сын Глеб (типичный ворчливый подросток) присоединился к ним. Ведь обычно после ужина он запирался у себя в комнате, как медведь в берлоге, игнорируя семейные посиделки. А тут и уговаривать не пришлось, сам пришёл.

Ольга – глава семейства больше удивилась тому, как младшенький шестилетний непоседа, прочувствовав через родителей важность момента, во время трансляции молча сидел и смотрел, будто понимал. А может так и есть? Коленька всегда казался ей смышлёным.

Дочка Алина, как зачастую бывает со средними детьми, пыталась обратить на себя внимание мамы и папы, постоянно задавая вопросы. Она уже достигла того возраста, когда человек самостоятельно начинает размышлять и составлять собственное мнение, но при этом, родительский авторитет ещё не оспаривается.

Вот только вопросы Алины были не особо глубокомысленные. Скорее касались общей осведомлённости. Руслан и Ольга даже не задумывались до сегодняшнего дня, что в возрасте десяти лет можно не знать элементарных вещей. Этим нужно будет заняться, но позже.

После ответа ангела на личный уточняющий вопрос Адама в самом начале интервью, Ольга, ухмыльнувшись, посмотрела на мужа. У них были разные политические взгляды, что в последнее время вызывало жаркие споры в семье. Но теперь уж Руслан должен признать её правоту. И, судя по его ответному взгляду, муж и правда впервые задумался.

Передача подходила к концу, когда Ольга задала семье вопрос:

– А если бы вы брали интервью, что бы вы спросили у ангелов?

Первой, конечно же, ответила Алина:

– Я бы спросила: кто такой Бог? А то как-то всё непонятно.

– Да, хороший вопрос, – согласилась мама. – А ты, Глеб?

Она задала этот вопрос всем, но на самом деле хотела услышать старшего сына. Родителей многие предупреждают, что подростки очень скрытные и всё такое. Но ни один родитель на самом деле никогда не бывает готов к этому нелёгкому возрасту. Посещая все родительские собрания, Ольга получала столько пугающей информации о современных угрозах, что у неё начиналась паранойя. В чём только мать не подозревала сына. Благо, ей хватало мудрости не высказывать эти опасения вслух.

Но вот прозвучал вопрос об Апокалипсисе. Глеб, как показалось матери, презрительно фыркнул, что взбудоражило её воображение в самом неприятном смысле. На вопрос сын всё-таки ответил, хотя и не сразу:

– Да глупости всякие спрашивает. Я бы узнал что-нибудь крутое и важное. Как создалась Вселенная? Что такое бесконечность? На худой конец, как излечить болезни или очистить природу от загрязнения. Хоть что-то, что продвинуло бы нашу науку.

Ольга испытала облегчение. Так вот почему он фыркнул. Как же хорошо, что женщина сдержала все наплывшие тревоги. Пусть её сын ещё неопытен и не понимает всей важности вопросов, которые задал ведущий. Зато его практический ум направлен в конструктивную сторону и не настроен на разрушение. Пора бы уже начать доверять ему не только вслух, но и про себя.

Мама больше не ждала ответов. С мужем же они заранее договорились пересмотреть передачу и обсудить всё позже, наедине. Но тут неожиданно все услышали ответ младшего:

– Я бы спросил: попадают ли животные в рай?

И ведь действительно! Никому и в голову такое не пришло спросить. Только чистый детский разум способен задать подобный вопрос. На первый взгляд – неважный. Но по сути своей – самый интересный из всех заданных сегодня (включая все вопросы честного Адама). Всё семейство мило посмеялось. И лишь мать почувствовала, что в доме растёт гений.

* * *

– Ещё один интересный вопрос, – быстро выбирая из своего списка, так как времени оставалось мало, произнёс Адам. – Существуют ли инопланетяне? И если да, есть ли у них душа, являются ли они творениями Бога?

Этот, на первый взгляд, несерьёзный вопрос привёл обоих ангелов в замешательство. Они переглянулись, словно совещаясь. Майя пожала плечами.

– Признаться, я не ожидал такого вопроса, потому и не подготовился, – растерянно начал Михаил. – Лично я не сталкивался с их существованием, да и просто не приходило в голову поинтересоваться. Ангелов очень много, возможно кто-то и заведует этим вопросом. Обязательно поинтересуюсь, но ответ смогу дать только после следующей жатвы.

– Что ж, очень жаль. Час уже подходит к концу, думаю, что время осталось только для последнего вопроса. Вы не могли бы рассказать нам о Боге? – поторопился Адам.

– Что именно вас интересует? – серьёзно спросил Михаил.

– Ну, например: как он выглядит? Бог – это вообще он или она? У нас тут на Земле этот вопрос весьма актуален.

– Этот вопрос относится к разряду тех, на которые невозможно ответить, – произнёс ангел, вставая с дивана, явно собираясь уходить. – Я могу вам ответить. Вот только вы ответа не поймёте, большинство поймут неправильно, а для тех немногих, кто всё поймёт верно – это не будет особой новостью, они и так это чувствуют. Ну так что, мне ответить?

– Конечно, – решительно попросил ведущий.

– Бог – это всё.

Эту фразу Михаил произнёс стоя возле Майи. Сразу после этих слов, студию озарила яркая, но не ослепляющая, а мягкая вспышка, в которой оба ангела просто растворились.

История третья: «Молодой хранитель»

Помни, что надежда – хорошая вещь,

возможно, даже лучшая из всех.

Она не умирает.

Стивен Кинг «Побег из Шоушенка»

Первый день на работе после долгой, блестящей учёбы и пугал, и вдохновлял Маркуса одновременно. Сегодня он должен встретиться со своим наставником Ориэлем – одним из самых уважаемых ангелов Небесного Мира. Ориэль курировал выпускников Школы Хранителей, а значит – абсолютно всех существующих ангелов-хранителей.

Хранителей, как и других небесных служителей, набирали из числа человеческих душ, завершивших свой путь и пожелавших идти дальше. Разумеется, к ангельской службе в принципе должна обнаружиться склонность и у каждого она своя, что и определяет дальнейший путь. Большинство душ выбирают покой, но если у какой-нибудь появляется желание – может вступить в ангельские ряды. С этого момента начинается учёба, по завершению которой новоиспечённый Хранитель получает крылья. Точнее, учёба считается законченной лишь тогда, когда у души появляются крылья. У одних уходит на это год, у других сто лет.

У Маркуса же, как у души одарённой, крылья выросли на четвёртом году обучения. Случилось это совсем неожиданно: на практике в человеческом мире. Помнится, увидел он в спившемся бродяге искру надежды и даже не успел обдумать новую, озарившую его мысль, как за спиной резко засияли белоснежные крылья. В этот момент учитель остановил занятие, улыбнулся и сказал, что Маркусу пора. Это значило, что ученик стал полноценным ангелом и готов приступить к роли Хранителя.

Существуют ангелы, которые за раз ведут сразу несколько душ – опытные мастера. Новичку же доставалось самое лёгкое. Какая-нибудь молодая душа, с одной жизненной задачей и временем на Земле до пятидесяти лет. Почти все в подобных случаях выполняли предназначение и направлялись прямиком в Небесный Мир. Но чем больше опыта, тем всё с более сложными задачами достаются подопечные. Если и с ними справляешься – можешь взять под опеку ещё одну душу. Но об этом думать пока рано.

– Маркус! – услышал молодой Хранитель радостный низкий голос.

К нему подходил ангел в голубой, с золотыми росчерками, короткой тоге с белым поясом и портах, заправленных в мягкие сапоги. Такая расцветка одежды означала принадлежность к Хранителям, Маркус и сам сегодня облачился также. А вот золотой обруч на голове указывал на то, что к новому ангелу идёт куратор.

Оказавшись в метре друг от друга, оба приложили ладонь к груди и поклонились. Это обычное ангельское приветствие. Поняв, что его узнали и нет смысла представляться, Ориэль перешёл к главному:

– Давай сразу приступим. Уверен, тебе не терпится, – и жестом пригласил Маркуса проследовать вверх по лестнице, у основания которой они и встретились, прямиком в Дом Хранителей.

Это было неприметное низкое здание, выполненное из белого мрамора с голубыми и золотыми разводами. Наверху лестницы открывался проход в большой пустой зал, в центре которого располагался огромный полупрозрачный шар Земли со светящимися на нём точками. Постоянно вращаясь, планета напоминала ёлочную игрушку. Увидев, что его подопечный заворожён шаром, Ориэль произнёс:

– Нам пока не сюда, – и, взяв Маркуса под руку, повёл его налево от Земли. – Для начала подберём тебе душу.

– А кто их подбирает, ты? – просто спросил Маркус. У ангелов не принято обращение на «Вы».

– Сейчас всё узнаешь, – заговорщицким тоном произнёс наставник. Он явно любил этот момент.

Пройдя в единственную дверь с левой стороны зала, наставник и новобранец оказались в пустой просторной комнате. В центре светилась круглая золотая платформа, на которую сверху падал пронзительно мягкий и живой свет, образовывая что-то наподобие полупрозрачной сияющей колонны. Слегка поклонившись, Ориэль указал рукой на платформу, предлагая новичку войти в лучи света.

Маркус недолго колебался. Он знал об этой процедуре заранее и слегка переживал. По сути это была связь с Создателем, во время которой определялось на что способен Хранитель и какую душу ему можно доверить. Зайдя в круг, молодой ангел ощутил невероятную лёгкость и полную защищённость. Но продлилось это всего пару мгновений, а после сразу за чертой света появился постамент с небольшим экраном.

– Тэкс, что там у нас? – полюбопытствовал Ориэль, первым заглядывая в экран. – Ну что ж, достойно.

Новичок увидел на экране следующее:

«Жизненный отрезок – 67 лет, 2 месяца, 4 дня, 17 минут, 3 секунды.

Задачи:

– Реализация таланта до уровня «Мастера» (на выбор Хранителя).

– Благодарность за физическую неполноценность (на выбор Хранителя).

– Осознание ценности жизни животных.

– Прощение предательства.»

В правом нижнем углу экрана золотился отпечаток ладони, к которому следовало прикоснуться, чтобы получить душу под опеку.

– Довольно несложно, – успокоился Маркус и прикоснулся рукой к отпечатку.

Стоило молодому ангелу это сделать как сияние, словно живое, переместилось на его ладонь. Теперь эта душа будет в руках Маркуса до тех пор, пока молодой ангел не вселит её в беременную женщину. В зависимости от сложности задачи, нужно подобрать душе дом. Зачастую подходящих семей не находилось и тогда Хранители создавали ситуации, чтобы двое встретились и душа могла бы вселиться в подходящее тело. Таким образом, душу в руке некоторые Хранители носили по несколько лет. Но Маркусу не терпелось приступить, он надеялся, что подходящее тело уже создано. Тем более задачи-то несложные.

– Теперь к Сфере? – радостно спросил новичок.

– Рановато, – покачал головой наставник. – Видишь первые две задачи? Тебе нужно сделать выбор.

– Ах да! – вспомнил Маркус и задумался.

Нужно было выбрать талант и увечье. Может совместить первые две задачи и выбрать что-нибудь, связанное со спортом? Например: участника паралимпиады или профессионального спортсмена, который, получив травму, бросит спорт. Нет. Внутри ничего не отзывалось. В самом начале нужно стараться не думать, а чувствовать.

Почему-то в голове постоянно мелькало слово «Музыка» и никакие другие таланты на ум не приходили. Пришлось довериться интуиции.

– Музыкальный талант? – обратился он к куратору.

– Почему бы и нет? – улыбнулся наставник. – И какой же недуг будет у нашего Мастера музыки? Врождённый или приобретённый?

– С приобретённым сложнее смириться, а тем более быть благодарным, – ответил отличник.

– Ты так думаешь? – искренне удивился Ориэль, после чего пожал плечами и добавил: – Тебе решать.

После комментария наставника Маркус задумался ещё сильнее. Новичок постарался выкинуть все мысли из головы и попытаться почувствовать, как их и учили. Когда ангелу это удалось, к нему пришло видение. Маркус на секунду увидел бетонные завалы и мужчину, с застрявшей ногой под бетонной плитой. Что ж, даже пол теперь определился.

Это было первое видение молодого Хранителя из ещё множества предстоящих. Такие предчувствия приходят не всегда и не по заказу, но ими нельзя пренебрегать, даже если ты думаешь, что знаешь, как лучше.

– Значит, он останется без ноги… – грустно произнёс Маркус.

Опытный Ориэль усмехнулся и не стал задавать вопросов, а лишь произнёс:

– Ну что ж, а теперь к Сфере.

* * *

Особенность Сферы состояла в том, что на ней в виде золотых песчинок отображались все беременные на данный момент женщины. Периодически появлялись новые огоньки, а иные по понятным причинам гасли. Перед Сферой находился ещё один постамент с экраном, к которому подошёл Ориэль и спросил:

– Какой, говоришь, пол?

– Мужской.

Наставник коснулся экрана, и половина точек на шаре погасла.

– Что ещё считаешь важным? – серьёзно уточнил опытный ангел.

– Нужна семья, нейтрально относящаяся к животным: не любит, но и не ненавидит. При этом семья никогда не должна заводить животных, по любым причинам.

– Интересный выбор. Хочешь с детства воспитать потребность завести питомца? А почему тогда у родителей отношение должно оказаться именно нейтральное? – искренне поинтересовался Ориэль.

– Если будут сильно любить – может возникнуть протест. Если ненавидеть – могут передать своё отношение. Просто стараюсь избежать крайностей, – объяснил Маркус.

– Мудро, не рискуешь. Многие наоборот, рассчитывают на крайность. Ведь в первом случае может так случиться, что любовь передастся, а во втором возникнет протест. Но ты прав, это сложнее будет проконтролировать. – Произнося речь, наставник стучал по экрану.

Отсев оказался довольно серьёзным. На Сфере осталось не больше пары сотен точек.

– Полная семья или как? – продолжил Ориэль.

– Это пока не важно, – покачал головой подопечный. – Нужно что-то решать с музыкой.

– Поискать благоприятные условия для воспитания музыканта?

– А так можно? – удивился Маркус.

– Разумеется придётся уточнить. Например, можно найти тех, кто не будет препятствовать развитию данного таланта и не побоится такой профессии для своего сына.

– Уровень «Мастера» можно достичь даже не превращая это в профессию. Но так, вероятно, будет проще, – согласился юный Хранитель.

Ориэль ещё немного поколдовал у экрана и на Сфере остались всего три точки. Причём одна мерцала. То ярко вспыхнет, то почти угаснет.

– Почему она так себя ведёт? – поинтересовался новичок.

– Потому что эта женщина сейчас подходит по заданным параметрам, но к сроку перестанет подходить. Ну, допустим, её успеет обидеть музыкант, и она возненавидит музыку. Или собака покусает, всякое бывает. Так что в её случае придётся вселять душу раньше срока, чтобы предотвратить эти события.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.