Руслан Темир
Пурпурный рассвет. Апогей 2

Пролог

5 декабря

06.42 по местному времени

05.42 по московскому

Самарская область

Трасса р-228

Тяжелый военный грузовик со снежным отвалом проехал по почти полностью занесенной дороге, разрезая темноту светом фар и поднимая перед собой белую волну. Двигался он медленно, толстый снежный покров и густой снегопад не позволяют двигаться быстрее двадцати километров в час. Следом за ним, по уже прочищенной трассе, едет броневик Тайфун ВДВ, возглавляющий длинную колонну. Тягачи, тащащее за собой прицепы, машины ПВО и ПРО, бронетранспортеры, автобусы с людьми, свыше трехсот автомобилей. Вереница огней фар растянулась больше, чем на километр. Крадутся, пронизывая безлюдную белую пустыню, укрытую ночной тьмой. Идущий впереди грузовик иногда останавливается, теряя асфальтированное покрытие под толщей снега, и сдает назад, возвращаясь на трассу.

Женщина средних лет в камуфляжной форме, сидящая в головном броневике, сняла с панели приборов рацию.

– “Авангард” на связи, доложите обстановку. – Голос низкий, немного грубоватый, взгляд холодных серых глаз не отрывается от дороги.

– Докладывает “Арьергард”, у нас все спокойно, продвигаемся. Через час надо делать привал, заправить машины, накормить людей, да и просто отдохнуть стоило бы.

– Рано, скоро доберемся до “Клена”, к нам примкнут еще восемьдесят человек, там и переночуем, пока продолжаем двигаться. – Ответила женщина.

– Принял. – Ответил позывной “Арьергард”.

– “Кордебаталия” на связи, присоединяюсь к “Арьергарду”, привал необходим, такая дорога выматывает.

– Я же сказал, что в “Клене”, остановимся, приказ не обсуждается.

Женщина повесила рацию обратно на крепление, и оперлась одной рукой на дверь броневика, смотря на бесконечные сугробы за окном.

Глава 1

4 декабря

20.49 по местному времени

05.49 по московскому

Тюрьма Коффилд

Штат Техас

– Эй, мужики. – Раздался уже знакомый голос из-за решетки. – Русский, подойди сюда?

– Чего тебе? – Нехотя спросил Вадим, облизнув пересохшие губы.

Воздух в камере накалился, как в сауне.

– Подойди, говорю, не упрямься как баран. – Не унимался сосед.

– Сейчас. – Воеводов сел на койке и стер капли пота со лба. Не спеша, экономя энергию, подошел к решетке, щурясь от яркого света прожекторов. – Чего хотел?

– Держи. – Татуированная рука протянула кружку воды через прутья. – Выпьете, еще наберу, у меня воду не отключили. Только давай быстро, пока охраны нет.

Вадим оживился и схватил кружку со спасительной жидкостью. Потянул уже было ко рту, но в последний момент одумался. Подошел к койке Федоровича.

– Миш, на, попей. – Прошептал Воеводов.

Федорович открыл слипшиеся глаза и неверящим взглядом посмотрел на стакан.

– Где взял? – Хриплым от жажды голосом спросил Михаил.

– Не важно, пей давай.

– Я потерплю, лучше пацанам дай, им нужнее. – Федорович замотал головой.

– Пей сказал, вода еще есть, они молодые, потерпят.

Михаил перестал упрямиться, взял кружку и осушил ее несколькими глотками. Воеводов вернулся к решетке и принес еще по полной для Марка с Тимуром, которые тоже не поверили в неожиданное облегчение мук. Последнюю выпил, не отходя от прутьев.

– Спасибо.

– Да ладно тебе, я же не скважину выкопал, из крана течет. – Татуированный сосед забрал стакан и вернул его на пустой поднос. – Едой, к сожалению, не поделюсь, самому не приносят. Наказали за буйный нрав.

– А тебя здесь почему держат? Почему не казнили? – Спросил Вадим.

– Мы две недели назад взяли одну из резерваций вместе со всем командованием. На нашу удачу к ним прилетело руководство из головного штаба, их тоже за одно сцапали. Сразу догадались, что крупные шишки, по вертолету на базе, и больно уж сильной охране. Обычно в резервациях человек сорок бойцов, если они заранее не успеют подготовиться к нашему визиту, а там под сотню было. Тяжелый бой был, человек двадцать потеряли, зато много полезной информации получили. Когда на следующую резервацию полезли, они уже нас ждали. Выхватили мы по полной, основным силам пришлось отступить, а меня в плен взяли. Так же, как и вас пытали светом долго, но я ничего не рассказал. Надеются меня и остальных ребят выменять на своих людей, только зря. Никто солдат на генералов не меняет.

– А ты простой солдат? – Недоверчиво спросил Воеводов.

– Да самый простой рядовой, пехота. Лучше бы погиб в бою, чем вот так, в плен попасть. Вам главное продержатся пару дней, если бы они хотели вас убить, вообще в плен бы не брали. Вы им для чего-то нужны.

– Это я уже сообразил. – Вадим осмотрелся по сторонам, не идет ли охрана. – В камерах микрофоны есть?

– Чего не знаю, брат, того не знаю. Тюрьму не переоборудовали, как стояла с “Пурпурной чумы”, прямо так они ее и используют, только трупы все вывезли.

– Много здесь людей?

– А ты сам не видишь? Человек двести. Часть наших, из ALA, часть простых гражданских, кто сильно брыкался. – Сосед ненадолго замолчал. – Расход, охрана!

Вадим моментально бросился к кровати и лег так, словно и не вставал. Через несколько секунд раздался стук шагов по стальному полу. Перед камерой остановился уже знакомый бородач с двумя охранниками.

– Ну что, русские? Как вам техасская жара? Вы же там мороз любите, к теплу не очень.

Никто не отреагировал на его слова, молча лежали с закрытыми глазами, наслаждаясь недавно выпитой водой.

– Молчите? Ну ничего, скоро заговорите. – Бородач повернулся к своим спутникам. – Поставьте еще один прожектор.

5 декабря

07.34 по московскому времени

База “Исток”

Небо начало светлеть, но из-за плотного покрова пепельно-серых туч, утро больше походило на вечерние сумерки. Сыпет мелкий, больше похожий на пыль, дождь, с порывами ветра превращающийся в мерзкую и холодную стаю кусачих мошек.

Князев, натянув капюшон куртки до самого носа и выбрался из теплого жилого корпуса по направлению в штаб. Дорожки базы опустели. Листья с деревьев опали и укрыли бурым покровом еще зеленую траву, убирать нет ни времени, ни людей. Мокрые и голые деревья шумят ветвями, словно сетуют на подступающие зиму. Меланхолия погоды с этим отвратительным дождем проникла в тело и разум и отравила мысли депрессией. Каждый час сваливают все новые и новые нерадостные новости, и приходится с ними разбираться прямо на ходу.

Добравшись до штаба, Саша сбросил промокшую куртку и тут же направился к кофемашине, надеясь хоть изнутри согреть озябшее до дрожи тело. Никогда не думал, что на юге такая мерзкая зима. Раньше при словах “Геленджик”, “Краснодарский край”, “Сочи”, всегда возникали ассоциации жары, переполненных пляжей, многокилометровых пробок на дорогах и загоревших дочерна торгашей, весь день орущих: – “чурчхела, сладкие трубочки, свежая, варенная кукуруза”, но сейчас к этому ряду добавилась ветреная и промозглая погода. Температура вроде и не такая низкая, но из-за влажности и порывистого шквала, ощущается намного холоднее, чем в Москве минус двадцать.

День предстоял тяжелый: распланировать все выезды поисковых групп с базы, проконтролировать запасы продуктов, проследить за организацией подачи топлива к генераторам, отправить две группы инженеров на местную ТЭЦ. Больше всего работы со всякими списками, таблицами и графиками, то, что он не любил до скрежета зубов.

– Привет. – В кабинет вошел понурый Прайс. – Ты живешь здесь что ли?

– Работы невпроворот. Привет. – Ответил Князев, допивая кофе.

– Ты с Воеводовым не связывался? Как они там? – Спросил Стив, поддавшись аромату и тоже направившись к кофе машине. – Я забыл свой спутниковый, он на него обычно звонит.

– Ты лучше присядь. – Выдохнул Князев.

– Что случилось? – Прайс выронил из рук чайную ложку.

– Их конвертоплан сбили на Техасом…

– Как они? Все живы? Что случилось? – Стив подскочил к Саше и чуть было не схватил его за грудки.

– Успокойся. Вадим позвонил мне уже позже, все целы, посадили подбитый конвертоплан. Уходили от преследования. Потом связывались еще один раз, они остановились переночевать на какой-то ферме.

– Когда вы говорили последний раз? – Прайс и не думал успокаиваться.

– Вчера в полдень, у них там ночь была. – Князев выдохнул, стараясь держать себя в руках и игнорировать бешенство Стива.

– Так куча времени же прошла! Вдруг что-то случилось, вдруг их убили? Надо позвонить им!

– Прайс, возьми наконец себя в руки. Это Воеводов, не забывай. Он прекрасно знает, что делает. Если не звонит, значит так нужно. Может они затаились где-то, а мы звонком привлечем к ним внимание? Да и что изменится от звонка? Ты полетишь к ним? – Не выдержал Саша. – Вадим ясно дал понять, что ситуация у него под контролем. Что, если будут проблемы, он вызовет нас для эвакуации.

– Так надо конвертоплан подготовить? Вдруг прямо сегодня вылетать надо будет?

– А ты думаешь я это уже не сделал? Уже собрали батареи, загрузили, подготовили к полету. Не ты один здесь умный, не суетись.

– Блин, а как они миссию то выполнят? Они же теперь без транспорта, без запасов!

– Да сядь ты уже и хватит причитать. Не забывай, что Вадим выполняет работу, которой занимался всю свою жизнь. Он найдет выход, тем более там техники, не меньше, чем в России, бери не хочу. – Саша на секунду задержал дыхание, стараясь взять под контроль разгулявшиеся нервы. – Миссия Воеводова важна, и я переживаю за ребят не меньше твоего, но пока мы ничего не можем сделать. Вылететь сейчас, не зная куда чтобы сбили точно так же? Только мы не Вадик, и пилотов как Михаил у нас больше нет. Или разобьемся, или сцапают сразу по приземлению. Потеряем людей и транспорт, а конвертопланов осталось всего три штуки. Грузовой всего один. Так что надо подходить с холодной головой и не пороть горячку.

– Как же так? Почему все катится к чертям собачьим? – Стив сел за стол и схватился за голову.

– Прайс, хватит истерить. Я тебя вообще не узнаю, ты же из нас самый спокойный. – Князев встал со стула и подошел к другу. – Слышишь? Ты нужен мне, ты нужен “Истоку”. Мы без твоих мозгов, как слепые котята. У нас сейчас оборона – просто пшик. Твои “птички” же еще могут летать?

– В теории да. – Собравшись, ответил Стив. – Надо подключить мощный генератор к главной антенне, сеть ретрансляторов работает на батареях, их еще на месяц хватит, потом отключатся. Несколько дронов можно запустить, но рано или поздно у нас кончатся запасные батареи.

– Я это понимаю, но и про безопасность нельзя забывать. У нас на складе порядка трех сотен аккумуляторов. Если запустить десять коптеров, то им этого запаса хватит на пару лет. А, ну еще и ретрансляторы, выбрать из них основные, а другие отключить. Но так мы хоть каким-то образом будем патрулировать край и узнаем о “гостях” заранее.

– Если запустят ТЭЦ, то главный ретранслятор на новороссийской телевышке можно запитать от простой сети, он не так уж и много потребляет, а радиус покрытия в полторы сотни километров.

– Ну и отлично. Видишь, кроме тебя в этом никто не соображает. Так что соберись, возвращайся в норму и включайся в работу. – Саша похлопал Прайса по плечу. – А за Воеводова не переживай, я в него верю, он справится, тем более с ним Марк и Тимур.

4 декабря

23.32 по местному времени

08.32 по московскому

Тюрьма Коффилд

Штат Техас США

С третьим прожектором камера из Сахары превратилась в светлую сторону Меркурия. Тело уже не выделяет пот, губы потрескались, язык прилипает к небу. Свет пробивается даже через закрытые и закисшие глаза. Тимур с Марком попытались укрыться от палящих лучшей, соорудив заграждение из подушек и одеял, но от раскаленного воздуха не спрятаться. Даже вода, передаваемая радушным соседом, не помогает, организм теряет влагу намного быстрее. Если сам Вадим еще и выдержит такую пытку, то вот насчет пацанов и Михаила он не уверен.

– Псыть, мужики, вы как там? Живые? – Уже знакомый голос из соседней камеры.

– Держимся. – Ответил Вадим вполголоса, громче сил говорить просто нет.

– Ничего, чуть-чуть потерпите, скоро это закончится.

– Вряд ли, они серьезно настроены.

– Да не важно, как они настроены, говорю же, скоро все закончится. – Голос татуированного парня переполняет оптимизм.

– Ты знаешь что-то, чего я не знаю? – Спросил Вадим.

– Слишком много вопросов. Просто продержитесь несколько часов. – Сосед замолчал. Передавать еще воду пока опасно, охранники то и дело прохаживаются перед камерами.

Вадим то ли уснул, то ли потерял сознание, провалившись в липкий и тягучий бред, в котором он полз по бесконечной выжженной и растрескавшейся земле в поисках воды. Пришел в себя от громкого хлопка, донесшегося снаружи здания. Следом за первым последовал второй, от которого содрогнулись стены.

– Началось! – Радостно закричал сосед. – Мужики, не паникуйте, это за нами пришли! Держитесь со мной, все будет в порядке.

Марк с Тимуром подскочили на койках, Михаил приоткрыл сощуренные глаза.

– Что он сказал? – хрипло спросил Тимур.

– Приготовьтесь. – Воеводов встал с койки и отошел к дальней стене камеры. – Походу скоро мы отсюда выйдем.

Звуки взрывов усилились и участились. Охрана начала суетиться и бегать по зданию, доносились обрывки переговоров по рации: “они атакуют со всех сторон, не меньше тысячи человек, тяжелая техника, уже прорвали периметр, мы несем большие потери!” По коридорам пронеслось эхо автоматных очередей. Узники в камерах оживились, загалдели, застучали кружками по решеткам. Выстрелы звучат все ближе и ближе. Зазвенел пронзительный, режущий уши, звонок и все замки на камерах автоматически открылись. Из камер хлынули заключенные, вступая в рукопашные схватки с оставшимися в помещении охранниками.

– Сидим здесь, не высовываемся. – Остановил Вадим Марка, бросившегося к выходу.

К решетке подбежал рослый парень в безрукавке, с полностью татуированными руками.

– Привет, мужики. – Татуированный пинками опрокинул прожекторы. – Не лезьте на рожон, ждите здесь, я скоро вернусь.

Со злорадной улыбкой на лице парень скрылся, но ожидание долго не затянулось, он вернулся через пять минут в компании с вооруженными людьми в гражданке.

– Это русские, их с собой забираем. – Скомандовал прибывшим бойцам “сосед” и повернулся к Воеводову. – Мужики, не переживайте, мы вас освобождаем, а не в новый плен забираем.

– Погнали. – Скомандовал Вадим своим и вышел из камеры. Осмотревшись, он повернулся к татуированному. – Лишний ствол есть?

“Сосед”, не раздумывая, забрал у одного из бойцов AR-15 и протянул Воеводову.

– Держи, жест доброй воли.

– Простой рядовой говоришь? – Спросил Вадим, взяв автомат, мастерски передернув затвор и проверив количество патронов в магазине.

– Самый обычный. – Татуированный улыбнулся еще шире, демонстрируя хорошую работу дантистов или прекрасную генетику. – Двигайтесь за нами, в стороны не лезьте, можно нарваться. Кстати, меня Джошуа зовут, можно просто Джош.

Вадим ничего не ответил, лишь кивнул и пристроился к группе, проводив Тимура, Марка и Михаила в центр между бойцами.

Джош жестом приказал выдвигаться. Группа синхронно пошла по направлению к лестнице. Бойцы слаженно контролировали сектора, двигались, прикрывая друг друга, без суеты и спешки. Воеводов влился, словно работал с группой не один год, все-таки техника ведения боя и тактического передвижения одинакова во всех странах.

Спустившись на первый этаж, направилась в сторону главного входа. Тимур крутил головой по сторонам, смотря на лежащие то тут, то там тела убитых охранников и заключенных. Прямо как при штурме лжеНуклия, другая страна, другой континент и язык, а люди все так же убивают друг друга, умирают, и кровь у всех одинаковая. Наступал осторожно, переступая бордовые лужи, будто они из кислоты или лавы. Бойцы из группы сопровождения реагировали на каждое движение в округе, несколько раз приходилось открывать огонь, причем зачастую первым успевал Воеводов, чем удивил всю группу.

Выбравшись из здания тюрьмы, попали на поле боя в буквальном смысле слова. Земля испещрена воронками от минометных снарядов и ракет, горит подбитая техника, небо расчерчивают яркие пунктиры трассеров, со всех сторон грохочут выстрелы. Группа перешла на бег, стараясь как можно быстрее достигнуть забора. Выйдя через разрушенные ворота КПП, оказались перед целой плеядой броневиков и “Хамви”[1], окруженных многочисленными бойцами. Татуированный “сосед” издалека помахал рукой и к группе прибывших навстречу выдвинулась дюжина вооруженных человек.

– Джош с нами! – Отчитался в рацию крепкий латинос.

– Надо всех забрать из тюрьмы. – Татуированный обратился к латиноамериканцу. – Там и наши, и простые гражданские, нельзя их у SRF оставлять.

– А это кто? – Латинос кивнул в сторону Воеводова с ребятами.

– Наши новые друзья, гости из далекой России. Только встретили их тут не очень гостеприимно, показали им “Сахару”. Поедут с нами, покажем им, что не все американцы такие. – Джош повернулся к Вадиму. – Вы как?

– Лучше, чем в камере. – Ответил Воеводов. – Откуда ты знал о нападении?

– У нас есть единомышленники в рядах SRF, они и передали. Отлично стреляешь, военный?

– Самый простой гражданский. – Передразнил Вадим.

– Уел. – Засмеялся Джош, сверкая белыми зубами. – Ладно, потом расскажешь, пора отсюда сваливать. Грузимся, ехать долго, часов семь-восемь. Эй. – “Сосед” крикнул куда-то в группу людей возле бронетехники. – Притащите воды и пожрать что-нибудь!

5 декабря

9.37 по местному времени

19.37 по московскому

Аэропорт города Розуэлл

Штат Нью-Мексико

Колонна броневиков въехала на территорию, огражденную стеной из сетчатого забора и танковых ежей. Марк посмотрел в окно. Вокруг десятки незнакомых бронемашин, сотни людей, вертолеты, небольшие самолеты, постоянно мимо проезжают тяжелые трехосные грузовики, со всех сторон доносятся крики на английском. “Хамви” остановился, но водитель повернулся и приказал “stay in the car”. Даже несмотря на свои скудные познания английского, Сахаров понял, что надо оставаться в машине. Вскоре дверь снаружи открыл уже знакомый Джош.

– Добро пожаловать в Розуэлл, штат Нью-Мексико, также известный, как “город инопланетян”. Встречи с ними я вам не гарантирую, но отдых, хорошую еду и душ – пожалуйста. – Джош махнул рукой, приглашая выйти из машины.

Выбравшись наружу, Воеводов сощурился от яркого солнца и осмотрелся по сторонам.

– Неплохо вы здесь устроились. – Сказал он, рассматривая “Черные ястребы” и F-16 на взлетной полосе.

– Розуэлл один из наших аванпостов на линии фронта с SRF. Собираем здесь всю доступную военную технику, для решающего удара в освобождении Техаса. – Джош по-хозяйски обвел рукой окрест.

– Прилично вооружились. – Резюмировал Вадим.

– Может представитесь? А то так и буду вас звать русскими. – Спросил Джош с неизменной улыбкой, будто знакомится с родителями невесты и хочет произвести приятное впечатление.

– Вадим, – Воеводов протянул и пожал руку. – Это – Тимур, это Марк и Михаил Федорович.

– Михаил Федорович? – С трудом выговорил Джош. – Может просто Майкл?

– Скажи ему пусть Мишей зовет, Майкл уж больно чужеродное. – Подсказал Федорович сиплым от усталости голосом.

Воеводов перевел слова Михаила.

– Окей. – Согласился с предложенным новым вариантом. – Пойдемте покажу, где вы можете отдохнуть, принять душ и поесть.

Джош проводил в отдаленный край аэропорта, переделанного под военную базу. За ангарами обслуживания раскинулся “жилой район”, целая россыпь трейлерных домов, установленных на бетонные блоки с подведенной водой и канализацией. От Солнца весь городок прикрывала камуфляжная сетка, натянутая над домиками. Трейлеры не чета дорожным, две комнаты, сравнимые по размеру с таковыми в старых русских панельках, узкая кухня и полноценный душ. Вполне пригодное место, чтобы передохнуть и привести себя в порядок.

Первым в душ отправили по старшинству Михаила, Вадим принялся соображать что-нибудь перекусить, а Марк с Тимуром скинули пропитанные потом и изрядно воняющие футболки.

– Вадим, что это за люди и что происходило ночью? – Спросил Тимур.

– Мы попали между молотом и наковальней. Общины в США объединились в организацию SRF, “Силы помощи выжившим”. Но, так же, как и в России, не все поверили в их благодетель и недовольные создали свою повстанческую армию – ALA. Масштабы у них здесь, конечно, будь здоров. Идет полноценная война, не то, что у нас. В большинстве штатов до “пурпурного” был свободный оборот оружия, люди имели на руках много “стволов” и умели с ними обращаться, к тому же у американцев культ свободы и частной собственности, с ними так легко, как у нас, не получилось. Те, кто нас сбил, как раз SRF, и остается только гадать, что бы с нами стало, если у них была информация о нашей деятельности в России. – Вадим достал с полки две банки тушеного мяса и три консервированной фасоли. Выложил их содержимое в кастрюлю и включил газ, наполнив весь трейлер приятным ароматом. – Тот, что рядом с нами сидел и помогал с водой, Джош, какая-то шишка в ALA. Его освобождение как раз и было главной целью нападения на тюрьму, а всех остальных за одно прихватили и нас тоже.

– И какие у нас дальше планы? – Спросил Марк, с трудом оторвавшись от крана с водой.

– Первым делом отоспаться и привести себя в порядок. В таком состоянии из нас бойцы никудышные. Потом переговорю с Джошем, поделюсь информацией о цели нашей миссии. Не знаю, в курсе они про “Проталий” или нет. В любом случае мы на одной стороне, должны нам помочь. Техники и оружия у них валом, могут поделиться. Пробьем самый безопасный маршрут до Тампы или Нового Орлеана, и в путь.

– Мы сильно выбиваемся из графика. – Тимур растянулся на сидении у стола.

– Главное вообще добраться. Учитывая обстановку в “Истоке” второго шанса у нас не будет, так что надо работать наверняка. – Ответил Воеводов.

– Кстати, как там ребята? Ты давно с ними связывался? – Спросил Юлаев.

– Ночью, перед тем как нас сцапали. В тюрьме, к сожалению, положенный звонок не предоставили. – Вадим помешал в кастрюле ложкой, зачерпнул и попробовал получившиеся блюдо. – Съедобно, налетайте, только сильно не налегайте, а то желудки скрутит. Я пока пойду, прогуляюсь.

Выбравшись из трейлера, Воеводов сразу наткнулся на проезжающей мимо патруль на стареньком, но еще бодром Виллисе. Джип остановился, патрульный, крепкий и высокий негр, посмотрел на подошедшего Вадима.

– Привет, ребят. Я Вадим, из тех, кого в тюрьме освободили.

– А, русский? Да, нам уже сообщили о вас. Что-то случилось?

– Нет, все в порядке. Мне необходимо сообщить своим людям в Россию, что с нами все в порядке, у вас случайно спутникового телефона не найдется?

– Подожди, сейчас узнаю. – Патрульный связался с кем-то по рации, перекинулся парой слов, согласно кивнул и обратился к Вадиму. – Дали добро. Прыгай, подвезем тебя до центра связи.

Дважды приглашать не пришлось, Воеводов запрыгнул на заднее сидение открытого внедорожника.

20.29 по московскому времени

База “Исток”

От внезапного звонка Князев дернулся и выронил ложку. Люди за соседними столиками в столовой встревоженно посмотрели на неожиданный звук. Джавид, сидящий напротив, моментально забыл о еде.

– Кто там? – Почти выкрикнул Кочарян.

– Да погоди ты, сам не знаю. – Князев достал из кармана телефон и посмотрел на экран. Странный номер, начинающийся на плюс один, только усилил тревогу. – Алло, кто это?

– Вадим. Не соскучился?

– Да не то слово! – Обрадованно заголосил Князев. – Вы где, блин, пропали?

– В солярий ходили.

– В смысле? – Не понял штуки Саша.

– Почти сразу после нашего последнего разговора нас взяли в плен. Заперли в тюрьме и пытали, поставив перед камерой прожекторы. Но сейчас все в порядке, тюрьму ночью атаковали, и мы теперь на воле. Подсобили ребята из группировки, противостоящей сети общин.

– Офигеть, у них там то же самое, что и у нас?

– Да, только помноженное на десять. Намного масштабнее. Всей информации у меня нет, но судя по тому, что успел увидеть, воюют они тут не на шутку, так что анклавовцам совсем не сладко. У вас там как дела?

– Выкручиваемся как можем. Погода портится, ветра сильные, дожди. Очень много сил уходит на отопление корпусов.

– Да, зимы у нас там бывают суровые, несмотря на то что юг. Вообще справляетесь?

– Приходится. Народ приуныл, но стараемся поддерживать. Стив скуксился, произошедшее с Киром и отключение реактора его просто уничтожили, как бы у него ПТСР не начался, второго Юлаева я не вывезу.

– Да, пацан сильно расстроился, что не смог полететь на родину, а тут еще такие события. Мы прямо по его отчему краю топтались, в Техасе.

– У вас там, наверное, лето?

– Ну не лето, но тепло, в футболке ходить можно. – Вадим посмотрел на связиста, жестом показывающего, что пора закруглятся. – Ладно, Саш, я отключаюсь, как раздобуду себе трубку, сообщу.

– Хорошо. Не пропадайте так больше, а то меня Прайс с потрохами сожрет или до инсульта доведет.

20.12 по местному времени

06.12 по московскому

Аэропорт города Розуэлл

Штат Нью-Мексико

В дверь трейлера осторожно постучали. Вадим услышал стук через сон, старая привычка оставаться начеку даже отдыхая. Стараясь шагать как можно тише, Вадим подкрался к двери и приоткрыл ее.

– Разбудил? – Прошептал уже знакомый патрульный негр.

– Все нормально. Что-то случилось? – Воеводов вышел на улицу, чтобы не разбудить разговором ребят.

– Тебя Джош вызывает. Остальные спят?

– Да, один поеду, они все равно английский не знают.

– Хорошо. Жду тебя в машине.

Вадим вернулся в трейлер, обулся и натянул футболку, хотелось бы и кофту или толстовку, но после побега из тюрьмы у них осталось только то, что было надето. Как только Воеводов сел на пассажирское сиденье, патрульный сорвал его с места и на высокой скорости поехал в сторону здания бывшего терминала.

Джош встретил в большом кабинете, с широким столом и стоящими вокруг него стульями, на которых сидела группа незнакомых людей.

– Как ты? – Спросил татуированный “сосед”. – Присаживайся, чувствуй себя как дома. Знакомить со всеми не буду, все равно не запомнишь. Каждый из здесь сидящих – руководитель подразделения ALA.

Воеводов вежливо кивнул присутствующим и опустился на пустой стул.

– Ты, наверное, понимаешь, что у нас очень много вопросов к тебе? – Продолжил Джош. – Как вас занесло в Америку? Что происходит в России? Как вы пережили вирус? Можешь рассказывать все. Мы тоже поделимся информацией, которой обладаем.

– Хорошо. – Вадим осмотрел лица мужчин и девушек. Суровые, прожженные не одним боем, глаза, как у всех, кто побывал на войне, словно на десятки лет старше их биологического возраста. – Сразу скажу, что мы с вами по одну сторону баррикад. Я являюсь представителем организации, аналогичной вашей ALA, только на территории России. Анклавы у нас действуют немного по-другому, скрывая свою общность, но общая картина почти такая же.

– Как мы и думали. К нам поступило очень много людей из Канады и Мексики, и все рассказывают одну и ту же историю. – Джош отметил что-то в большом гроссбухе. – Как обстоят дела в борьбе с резервациями?

Вадим принялся вкратце пересказывать события, начиная с дней пандемии, попадания в “Рассвет” и начала войны с общинами. Информацию о Лесном и его изобретениях он нарочно упустил. Больше всего присутствующих заинтересовали данные о самих анклавах, история про уничтожение “Нуклия”, а новость, что у всех резерваций в мире есть общин центр управления, который, к тому же, находится прямо под боком, некоторых повергла в шок.

– Значит вы летели на разведку “Проталия”? – Подытожил Джош. – Интересно. Ты уверен, что это достоверная информация.

– На сто процентов, навыкам Стива я доверяю, и в “Нуклий” проникал лично. – Ответил Воеводов.

– Удивительно, что среди вас есть техасец, прямо кармическое совпадение. – Джош усмехнулся. – Да, очень много полезного, сразу все и не переваришь. Дальнейшие планы у вас какие?

– Продолжить выполнять свою миссию, для чего хотел попросить вашего содействия. – Вадим осмотрел лица сидящих за столом людей, стараясь понять их эмоции от услышанного.

– С ядерной бомбой мы вам не поможем, у нас их просто нет. Очень уж хорошо их правительство прятало, да и если бы даже знали местоположение, запустить ракету все равно не выйдет, больно уж система запуска заморочена и завязана на Пентагон, а он под контролем SRF. Но вот со всем остальным – пожалуйста. Могу даже людей выделить, чтобы сопроводили вас до Нового Орлеана. Все-таки уничтожение “Проталия” в наших общих интересах.– Джош постучал ручкой по поверхности стола.

– Людей не надо. Большим отрядом передвигаться сложнее, сами справимся. Лучше предоставьте ваши разведданные о месте расположения общин, основных блокпостах на дорогах и шоссе, и снабдите экипировкой и оружием.

– Хорошо. Но пойми одну вещь, наша территория заканчивается на границе с Техасом, тебе придется пересечь два штата, пока ты доберешься до Орлеана. У нас нет полной информации, что творится на их землях. Слухи всякие ходят, да и не только слухи, что ты можешь там столкнуться не только с SRF. – Джош с загадочным лицом посмотрел в окно.

– С этим разберемся. По поводу Нового Орлеана, советуешь искать судно там, не в Тампе? – Спросил Вадим.

– Однозначно. Во-первых, расстояние, до Флориды ехать намного дальше. Во-вторых, обстановка. Как только начался “Пурпурный рассвет”, весь полуостров подмяла под себя банда, как бы так помягче сказать. – Джош посмотрел на сидящего напротив него афроамериканца.

– Банда нигеров, мне можно так выражаться. – Продолжил за него чернокожий. – Есть добропорядочные граждане, они афроамериканцы. А есть отребье, которое не умеет и не хочет работать, а только и думает, как и где украсть. К большому удивлению, процент выживших среди них выше, чем среди белых. После эпидемии большое количество таких нигеров устремилось в южные штаты. Конкретно во Флориде они сколотили многочисленную банду, подмяли под себя весь штат и даже SRF дают прикурить.

– Понял, в Тампу соваться не будем. – Заключил Воеводов. – А как обстоят дела в Новом Орлеане?

– Там попроще. Еще после “Катрины” власти поставили все неблагоприятные слои населения на место. Слышал же, что давали добро отстреливать вооруженных мародеров? Ну вот, после тех событий они не очень любят этот болотистый город. – Продолжил Джош. – Ближайший анклав в ста пятидесяти километрах от города, на бывшей военной базе, так что в городе должно быть довольно безопасно, но это не точно.

– Ладно, разберемся. Мы еще день у вас погостим, ребятам надо прийти в себя после “солнечных ванн”. – Воеводов облизнул пересохшие до сих пор неба.

– Хоть месяц. Ты предоставил нам очень много полезной информации, да и мы просто обязаны восстановить честь, доказать, что не все американцы встречают ракетами, решеткой и пытками. – Джош опять широко улыбнулся. – Можешь возвращаться в трейлер. Кстати, ты размеры одежды своих людей помнишь? У нас здесь целые склады, а вы, после ваших приключений, считай без пожиток остались.

– Да, помню. – Ответил Вадим.

– Глен, завези его, пожалуйста, на склад, пусть приоденется. – Обратился Джош к негру-караульному, стоящему возле дверей.

* * *

Дверь в трейлер открыл осторожно, стараясь не разбудить ребят, но войдя, понял, что зря. Тимур с Марком сидят на кухне, доедают остатки фасоли с мясом. Из душа доносится шум воды.

– Проснулись? – Спросил Вадим, поставив объемистую сумку сразу возле входа.

– Ага. Жажда не дает нормально спать. Я раз десять просыпался, то в туалет, то попить. – Ответил Юлаев, осушая очередную кружку. – Ты куда ходил?

– Общался с Джошем и остальными. – Воеводов тоже решил не отставать и набрал полный стакан.

– Что рассказывают? – Поинтересовался Сахаров.

– Расспросили, как мы сюда попали и зачем. Рассказали о начале эпидемии, и каким образом докатились до происходящего. – Опустошив стакан в несколько больших глотков, Вадим вытер усы тыльной стороной ладони и сел за стол. – Поделились информацией по обстановке в штатах на нашем маршруте. Судно будем искать в Орлеане, с экипировкой и оружием они помогут.

– Отлично. Организация у них, конечно, на уровне, прямо полноценная армия. Вояки бывшие? – Спросил Тимур.

– Часть да, часть нет. Просто вовремя сообразили, и у американцев тяга создавать всякие группы. Вспомни про студенческие братства, фанатские команды и прочие движения по интересам. В России люди более разрозненные, стараются держаться особняком, здесь же, наоборот, всегда сбиваются в комьюнити, поэтому после “Пурпурного” выжившие почти сразу организовали анклавы, и “план Голдстейна” “Проталия” продвигался намного сложнее, чем у нас. В России люди более привычны к жесткому контролю сверху. – Вадим посмотрел на пустую кастрюли. Все съели, надо готовить еще. – Кстати, в сумке полно новой одежды, разбирайте. Свою можете в стирку закинуть. Завтра еще день отдыхаем и выдвигаемся.

– Транспорт предоставят? – Поинтересовался Юлаев.

– Нет, пешком пойдем. Конечно предоставят, что за вопросы? Хотели еще и людей нам выделить для поддержки, но я отказался. Маленькой группой легче передвигаться незаметно. Оружия завтра тоже наберем. До Орлеана тысяча шестьсот километров по самому короткому маршруту, но нам придется петлять, так что легко и две тысячи получится. Рассчитываю, что доберемся за пару дней с учетом остановок, но надо быть готовыми и к тому, что дорога может затянуться. Неизвестно, что нас там ждет. Ребята из ALA предоставят разведданные, но Техас и Луизиана – это территория SRF, так что полной картиной они не обладают.

– Тысяча шестьсот километров, едем искать судно. У меня прямо дежавю. – Задумчиво сказал Марк.

– В смысле? – Спросил Воеводов.

– Мы из Москвы с Джавидом выдвинулись на юг, в Турцию. По пути встретили Стива, который хотел вернуться в штаты по морю, решили поехать с ним и помочь ему найти яхту. – Ответил Сахаров.

– И на следующий день вы ее потопили. – Вспомнил рассказы Кочаряна Тимур. – Надеюсь у нас все пройдет лучше.

[1] “Хамви”, HMMWV – американский армейский транспортный фургон, в гражданском исполнении более известен как “Хаммер

Глава 2

6 декабря

09.32 по московскому времени

База “Исток”

Прайс, держа подмышкой свой верный защищенный ноутбук, вошел в центр связи. Обставившийся пустыми кружками из-под кофе, Князев, оторвавшись от записей, посмотрел на Стива красными и воспаленными глазами.

– Ты что, всю ночь не спал? – Спросил Прайс.

– Так сильно заметно? – Саша потер лицо ладонями. – Не смог уснуть, все о наших ребятах думаю. Ты что-то хотел?

– Да, сейчас покажу. – Стив разложил лаптоп на столе. – Я тоже всю ночь проворочался, переживаю за них и больше всего жалею, что не смог полететь. Я там все знаю, пригодился бы.

– Здесь ты нужен больше. Давай, не томи уже.

– Я запустил десять дронов. Вот, смотри. – Прайс показал экран, поделенный на десять прямоугольников, показывающих видео с коптеров. – Теперь они управляются операторами, нейросети больше не работают. Патрулируем Геленджикский район и периметр зоны охвата сети.

– Отлично. Роме уже сообщил? – Спросил Князев.

– Конечно. Он создал команду быстрого реагирования, которая теперь на постоянной связи с операторами. Хоть какая-никакая, но оборона. Так же подключили несколько турелей к удалённому управлению на всякий случай. Всего три, на больше не хватит энергии, но это уже лучше, чем ничего.

– Молодцы, быстро справились. – Князев пристально посмотрел на уставшее и изможденное лицо Стива. – Ты вообще как?

– Хреново. Хоть работа немного и отвлекла, но все равно состояние дерьмовое. – Вздохнул Прайс.

– Может попробуешь поспать? Хотя бы пару часов, а то на тебе лица совсем нет.

– Работы много, какой отдыхать.

– Если ты загнешься от переутомления, то её тогда вообще никто не сделает. Пойди, отдохни. – Князев подошел к Стив и похлопал по плечу.

– Не уверен, что смогу уснуть.

– Зайди к Миле, может она поможет чем-нибудь.

– Ладно, попробую, но рацию оставлю включенной, если понадоблюсь, вызывай.

Пожав Саше руку, Стив вышел из кабинета и направился на улицу. Сначала хотел занести ноутбук в серверную, но потом передумал. Хоть Wi-Fi теперь и покрывает только административный корпус, но конкретно в свою номер он давно провел кабель, старая привычка системного администратора – больше доверять проводным сетям.

Дождь прекратился, но лучше от этого не стало. Влажный и холодный воздух, гонимый порывами ветра, пробирает до костей. Дорожки базы местами застелены ковром из желтых опавших листьев, убирать не успевают. В такую погоду только и лежать бы в комнате, под теплым одеялом, пить горячий чай да смотреть сериалы, но такие “дни тюленя”, как Стив их называл, остались далеко в прошлом, до “Пурпурного рассвета”, разделившего жизнь на светлую и темную сторону. Да именно темную, несмотря на все надежды, которые появились после встречи с Лесным и созданием “Истока”, то что происходит после пандемии по другому и не назовешь. Жизнь, как искусный изверг, сначала дала “конфету” веры в будущее, в лице Кира, его изобретений и людей, которых удалось собрать, а потом забрала их с особым цинизмом и жестокостью, сделав Прайса в этом виновным. Именно это чувство вины просто выжирало изнутри. Звуки работы бензиновых двигателей, дым от отопительных котлов, не горящие уличные фонари, отсутствие сигнала сети, произошедшее с ребятами в Штатах, все это Стив считал своей личной виной. Если бы он был расторопнее и сообразительнее, если бы не забыл про реактор, следил за ним лучше, то смог бы произвести сброс вовремя. Тогда Кир был бы жив, “Исток” продолжал бы жить своей жизнью, а люди не ходили бы с такими понурыми и задумчивыми лицами.

Не заметил, как добрел до медблока. Возле входа курит молодой санитар, флиртуя с медсестрой. Стив прошел мимо, даже не поздоровавшись. Людмилу нашел в ее кабинете, пропахшем медикаментами.

– Можно войти?

– Конечно, Стив. – Мила встала со стула и подошла. – С тобой все в порядке? Выглядишь не очень.

– Поэтому и пришел. Я вас не отвлекаю?

– Нет, у нас сейчас только с гриппом и прочими инфекциями, так что занятость не очень большая. Что с тобой стряслось?

– Спать не могу. – Стив присел на кушетку и тяжело вздохнул. – Слишком много мыслей и нервов.

– Понятно. – Людмила опустилась рядом. – Сейчас почти все в таком состоянии. Я не психиатр, но могу тебе предложить пару препаратов, которые немного облегчат состояние.

– Буду признателен. Князев на меня рассчитывает, а я так долго не вывезу. У вас есть что-нибудь забористое? Что бы эмоции вообще отключить?

– Это уже тяжелые нейролептики, так просто я тебе их дать не могу, побочек будет намного больше чем положительного эффекта. – Мила осторожно положила руку на плечо Стива. – У тебя же нет острых приступов психоза?

– Да у меня такое чувство, что крыша вообще уехала. – Стив опрокинул голову назад. – Все это из-за меня.

– Что ты имеешь в виду?

– Все что происходит. Кир разбился, реактор отключился, приключившиеся с Вадимом и ребятами. – Голос Прайса задрожал.

– А что с Воеводовым? – Удивилась Людмила.

– Их конвертоплан сбили. Чудом выжили, продолжают выполнение миссии, но я не представляю, как они справятся без транспорта и амуниции.

– Стив, ты берешь на себя слишком много вины. Как гибель Лесного и произошедшее с Вадимом может быть связанно с тобой?

– Вы не понимаете. Кир оставил меня за главного. Я прозевал и не уследил. Если бы среагировал вовремя, то реактор бы не отключился и ничего бы не было. Лесной долетел бы до Дармштадта, мы легко отправили бы подмогу ребятам из дронов и других конвертопланов. Из-за моей тупости все покатилось к чертям. – На глаза Стива выступили слезы.

– И что, что оставил? Ты не физик-ядерщик, ты не мог знать, как работает этот реактор. Он провел тебе тщательный инструктаж, объяснил все нюансы его работы? Да если он настолько гениальный, то почему не создал автоматическую систему для избежания таких инцидентов. Бросить все на молодого парня, тоже мне изобретатель. – Миле захотелось обнять Прайса, впервые она видела не вечно собранного и сконцентрированного мужчину, а совсем еще юного и ранимого человека, которому требуется выговориться. – Ты и так тащил на себе столько, что мало кто сдюжит. Я все время удивлялась, как ты это вывозишь. Как ты сохраняешь такую трудоспособность и холодную голову. Любой на твоем месте сломался бы намного раньше. Тем более любой из нас прошел через личный ад во время пандемии, а ты вообще оказался один в чужой стране. Все твои близкие за три девять земель, и ты даже не знаешь, что с ними.

– Знаю. – Прайс закрыл глаза, чтобы скрыть слезы. – У меня была девушка, Дейзи. Мы со школы вместе. Хотела стать вашей коллегой, училась на медика. Когда проявились первые симптомы “Пурпурного”, она решила уйти по своим правилам. Передозировка транквилизаторов. Позвонила мне, до того, как потеряла сознание, попрощаться. Я слышал по телефону ее последние слова.

Мила не нашла, что ответить. Только от представления пережитого Стивом, волосы вставали дыбом. Она обняла Прайса и прижала его голову к плечу, сама еле сдерживая слезы и вспоминая мужа и сыновей, умерших у нее на руках. Про пережитое во время пандемии почти никто не говорил, выжившие предпочитали молчать, заперев боль в себе и стараясь абстрагироваться. Ведь если начать вдумываться, дать горю разгуляться по полной, то легко и умом повредится. Но боль все равно находила лазейки и прорывалась наружу, расшатывая и так поврежденную психику.

Стив успокоился и на пару мгновений задержал дыхание, приходя в себя.

– Спасибо вам. – Сказал он шепотом.

– Да было бы за что. – Мила вытерла проступившие слезы. – Нам просто надо чаще разговаривать. То, что мы молчим о наших чувствах, их не убирает. Приходи в любой момент, я всегда тебя выслушаю.

– Это сложно. – Посмотрев в глаза Людмиле, Прайс стыдливо опустил взгляд. – Я вырос в семье, где мужчины обязаны быть из стали. Никаких эмоций, работать, превозмогая себя, не болеть, не плакать. Поделиться переживаниями – показать свою слабость.

– Ты думаешь у нас здесь по другому? Отнюдь. У нас мужчины жили лет на пятнадцать-двадцать меньше, чем женщины, а все почему? Потому что настоящий мужик ничего не чувствует, не устает, он всегда здоров, как конь, на котором можно пахать, а если даже и болен, то никогда об этом не скажет. Знаешь как я со своим мужем по этому поводу воевала? Пахал на двух работах, чтобы дать семье все, что только может и не может. Я ему говорила, что мне нужен живой муж рядом, а не все эти машины, путешествия и вещи. Материальное сильно переоценено, но мужчинам кажется, что их будут меньше любить, если они перестанут давать. Зачастую, так и есть, я не отрицаю. Но если ты любишь своего человека, то для тебя в первую очередь важен именно он. Я его силком заставляла проходить обследования. Замечала, как он кривится от боли, но молчит, ибо только слабаки жалуются. Но это – глупо. Глупо считать, что ты должен быть машиной, работающей на износ. Надо следить за своим здоровьем, как за физическим, так и за психическим. Давай договоримся так: каждую неделю мы будем с тобой встречаться и просто разговаривать. Не в госпитале, а в непринужденной обстановке. И говорить будем не о работе или ситуации в “Истоке”, а о тебе. Я, чтобы тебе было легче раскрыться, тоже буду делиться с тобой своими переживаниями. Договорились?

Прайс посмотрел на Милу. Несмотря на поучающий тон и то, что проводить встречи преложила она сама, в ее глазах стояла просьба. Стив понял, что Людмиле самой нужны эти разговоры. Что она сама хочет высказать все накипевшее, разделить свою боль, которую приходится скрывать. И в его лице она видит человека, который поймет и выслушает. От этого стало легче и даже спокойнее.

– Хорошо, давайте.

– Только без “вы”, а то я себя чувствую психотерапевтом, а мы с тобой – друзья. – Ответила Мила, чуть улыбнувшись уголками губ.

– Ладно, но таблетки мне все равно нужны.

– Конечно. – Людмила подошла к шкафчику с замком, в котором хранились рецептурные медикаменты. – Держи, сейчас напишу тебе рекомендации по применению, обещай соблюдать их строго.

– Обещаю. – Стив кивнул, немного удивившись тому, что такой короткий разговор смог помочь не хуже таблеток.

6 декабря

9.12 по местному времени

19.12 по московскому

Аэропорт города Розуэлл

Штат Нью-Мексико

Впервые за долгое время Марк проснулся от того, что выспался. Никто не будил, никакого шума, нападений или тревог. Потянувшись, он посмотрел в окно. На улице яркий солнечный день, словно лето здесь никогда не заканчивается. Тимур спит на соседней кровати, из дальнего конца трейлера доносится храп Федоровича. Осторожно встал и на цыпочках дошел до душа. Приведя себя в порядок, решил выбраться на улицу, подышать свежим воздухом. Выйдя на ступени трейлера, увидел Воеводова на площадке между домами. Вадим уже где-то раздобыл штангу и занимался.

– Ты когда-нибудь не тренируешься? – Спросил Марк, присаживаясь на ступени.

– А ты как думаешь? – Ответил Вадим, бросая снаряд на землю. – Я два года на гражданке просидел, если бы не занимался, то все навыки бы растерял.

– Я думал, это как езда на велосипеде, никогда не разучишься.

– Не разучишься, но выносливость и скорость реакции теряются очень быстро. А тебе что не спится? – Воеводов взял полотенце с перил лестницы и вытер лицо.

– Выспался. – Коротка ответил Марк и начал разглядывать свои ладони.

– Смотри, сегодня ночью выезжаем, там уже так не отдохнешь, пользуйся моментом.

– Я четыре года по больницам “отдыхал”. Весь день в четырех стенах, большую часть суток только и делал, что спал. Так что мне хватило.

– Как знаешь. Вещи подошли по размеру? Я на глаз прикидывал. – Спросил Вадим.

– Да вроде. – Марк похлопал по новым карго-брюкам песчаного цвета. – Удобные, с сеточками везде, где надо. На коленях карманы для защиты.

– Еще бы, “Пять одиннадцать тактикал”, хорошие вещи делали, и экипировку для военных. Давно хотел обзавестись, но цены у них больно злые были.

– А теперь все бесплатно.

– Не скажи, мы все за это заплатили непомерно. – Вадим сел рядом на ступени. – Ты вообще как, готов?

– К чему? К прорыву на “Проталий”? – Марк посмотрел в глаза Вадиму. – Если бы не был готов, вообще не полетел бы.

– Думал, чем после займешься? – Спросил Воеводов.

– Пока еще нет. Я уже давно перестал строить какие-то планы, просто плыву по течению. – Марк замолчал и спустя пару секунд продолжил. – У меня было такое чувство, что я умер, но по какой-то причине задержался в этом мире, все эти четыре года. А сейчас у меня есть цель, уничтожить “Проталий”, это поможет людям, которые стали мне близкими, и, возможно, даст человечеству шанс на нормальную жизнь.

– Человечеству? С каких это пор ты думаешь о людях? – Удивился Вадим.

– Не знаю. Наверное, “Исток” меня изменил. Я вижу, что стараются сделать ребята там, построить новое общество, которое будет жить другими ценностями и у них даже что-то получается. Может это позволит людям увидеть прошлые ошибки, осознать, насколько тупиковым и бесперспективным был путь развития до “Пурпурного”. Может Стив с Князевым создадут тот мир, в котором не будут насиловать и убивать девушек…

Марк замолчал. Вадим не решился продолжить разговор, видя, насколько сложно Сахарову даются воспоминания о сестре. Он пошел в трейлер, оставив Марка сидеть одного. Тимур с Михаилом еще спали, так что Воеводов тихо зашел в душ, не желая будить спутников.

* * *

– С такой техникой справитесь? – Спросил Рассел. Именно так звали уже знакомого чернокожего патрульного.

– Руль, коробка передач и три педали, что тут сложного. – Ответил Вадим, рассматривая предоставленный “Oshkosh”.

– Две педали, не путай его с “Хамви”. Здесь двигатель на четыреста лошадиных сил, усиленное бронирование, крупнокалиберный пулемет на турели, автоматический гранатомет и противотанковый комплекс “TOW”. Хорошая машина, жрет только прилично. Придется вам искать топливо по дороге, баков хватает на триста миль.

– Это четыреста восемьдесят километров. – Уточнил вслух Воеводов.

– Блин, забыл, что у вас метрическая система. Да, где-то так. У вас кто за стрелка будет? – Спросил Рассел.

– Тот который самый низкий, Тимур. – Ответил Вадим.

– Он по-английски говорит?

– Нет, но я переведу, а что? – Вадим подошел к броневику и открыл дверь. Салон просторный, намного удобнее чем в “Хаммере”.

– Вооружение у нас другое, он с такого наверняка не стрелял. Хоть покажу ему, что да как. – Рассел поспешил за Воеводовым.

– Да, лишним не будет. Что по оружию и экипировке?

– Уже все подготовили, вон в том ангаре.

– Ну так пойдем.

Несмотря на то, что идти всего метров пятьсот, Рассел забрался в “Виллис”, Воеводов вздохнул и нехотя сел рядом. После яркого солнца показалось, что в ангаре темно, как ночью, но глаза скоро привыкли и Вадим смог увидеть бесконечные стеллажи с оружием.

– Вот, собрали вам. – Рассел указал на широкий стол, заваленный штурмовыми винтовками, пулеметами и гранатометами.

– А можно я сам прогуляюсь? Посмотрю, что у вас есть. Может найду более подходящее для предстоящего задания. – Спросил Вадим.

– Да пожалуйста, будь как дома. Джош дал добро на полную свободу действий, так что развлекайся. – Рассел улыбнулся и оставил Воеводова.

* * *

Подняв облако пыли, тяжелый “Ошкош” остановился прямо напротив трейлера. Марк, заметив броневик через окно кухни и вышел на улицу.

– Хватай сумки из салона и тащи внутрь. – Скомандовал выбравшийся с водительского сидения Воеводов. – Будем разбираться с новыми “игрушками”.

– Наш новый транспорт? – Сахаров кивнул на “Ошкош”.

– Ага, американские друзья подогнали.

– Можно было и вертолет попросить? Федорович все-таки пилот, а не водитель. – Заметил Марк.

– Чтобы нас опять сбили? Спасибо, одного раза хватило. Лучше по земле поедем, так безопаснее и надежнее. Джош уже подогнал карту с самым безопасным маршрутом. В полночь выезжаем. – Вадим взял две увесистые сумки и направился в трейлер. Марк схватил остальные и пошел следом.

Войдя, Воеводов опустил тяжелую поклажу прямо на стол.

– Так, Тимур, разложи все стволы, достань коробки с патронами, броники в сторону, гранаты достань из упаковок, и начнем. – Сказал Вадим, принимаясь навешивать на шлемы ПНВ и инфракрасные визоры.

Через полчаса на столе в ряд аккуратно лежало все принесенное оружие. Тимур, Михаил и Марк расселись вокруг как на званом ужине и Воеводов принялся проводить ликбез. Поднимая каждый экземпляр, он описывал тактико-технические характеристики и объяснял все механизмы, после чего передавал оружие на изучение лично. Каждому досталось по штурмовой винтовке и пистолету. Марку так же перепала автоматическая снайперская винтовка Caracal, в угоду его предпочтениям. Тимур выбрал дополнительным оружием дробовик Benelli m4. Федорович предпочел взять ручной пулемет M 249 SAW, на случай если понадобится вести огонь на подавление. Воеводов оценил распределение, решив для себя выбрать самое мощное оружие из имеющихся – крупнокалиберную болтовку Barrett m107 под патрон 50 BMG. С такой можно поражать цель почти на два километра, как раз то, что нужно для предстоящей миссии. Пришедший чуть позже Рассел провел инструктаж по оборудованию броневика и с помощью Вадима в роли переводчика, обучил Тимура стрельбе из бортового вооружения.

Когда подготовка закончилась, солнце уже давно село за горизонт и воздух успел остыть. Тимур и Марк, уставшие от такого обилия информации, завалились спать. Михаил, по старой привычке, полез изучать агрегаты “Ошкоша”, сетуя на то, что слишком много новомодной электроники напихали. Воеводов позаботился о провизии на несколько дней, и тоже решил передохнуть перед дорогой.

22.34 по местному времени

07.34 по московскому

Тюрьма Коффилд

Штат Техас

Свет фонарей, разрезая темноту, осветил несколько тел, лежащих на полу среди луж запёкшейся крови. Прошло чуть меньше двух суток, но уже изрядно попахивает мертвечиной.

Высокий мужчина с короткой армейской стрижкой перевернул ботинком лежащий на земле труп и посветил фонариком.

– Что, Курт, допрыгался? – Сказал он бородатому мертвецу, словно тот его слышал. Удостоверившись в личности убитого, мужчина снял с разгрузки рацию. – Подтверждаю, Курт Макклири убит, визуально опознал.

– Принял, Крейг. – Ответил голос из динамика. – Все заключенные сбежали?

– Еще не знаю, до блока камер не добрался.

– Проверь камеру сто семнадцать, там находились русские.

– Понял. – Крейг повесил рацию обратно и обратился к стоящим рядом подчиненным. – Распределится по территории, все прочесать. Из компьютеров изъять жесткие диски, если найдете выживших, сразу в медэвак[1], потом расспросим. И будьте осторожны, можно нарваться на оставленные для нас “сюрпризы”.

Полсотни хорошо экипированных бойцов бросились выполнять команду, разбившись на мелкие группы и разделившись по коридорам здания. Крейг сверился с планом тюрьмы в планшете и направился к блоку камер вместе с четырьмя подчиненными. Остановившись напротив номера сто семнадцать, он посмотрел на лежащие на полу прожекторы и пустую камеру.

– Русских нет, скорее всего люди из ALA забрали их с собой. – Сообщил Крейг в рацию.

– Твою мать. – Выругался голос из динамика. – Необходимо их найти, иначе командование нам головы снесет. Поднимай ближайшие базы, бери столько людей, сколько понадобится. Хоть каждый камень в Техасе и Нью-Мексико переверните, но разыщите их.

– Что, если мне понадобится вступить в открытый бой с силами ALA?

– У тебя полный карт-бланш, делай все, что посчитаешь нужным.

– Принял. – Ответил Крейг с хищной ухмылкой.

7 декабря

00.11 по местному времени

10.11 по московскому

Аэропорт города Розуэлл

Штат Нью-Мексико

Тимур закинул последнюю сумку в салон броневика и забрался в кресло, пристегнув ремни безопасности. Михаил и Марк уже сидели рядом, готовые к выезду. Воеводов осмотрел трейлер, проверил полки, чтобы ничего не забыли и вышел к стоящему рядом военному внедорожнику.

– Уверен, что не хочешь взять с собой кого-то из моих людей? – Спросил стоящий рядом с “Ошкошем” Джош.

– Уверен. Я тебе уже говорил, что маленькой группой работать легче. К тому же не хочу нести ответственность за твоих ребят. – Ответил Вадим.

– Да брось ты, они все рвутся в бой, тем более после твоих новостей. Мы подозревали, что SRF имеет причастность к пандемии, а ты указал это напрямую. С трудом их сдерживаю. – Джош оперся на борт броневика. – Тем более если вам удастся уничтожить “Проталий”, то это фактически положит конец господству SRF в Штатах. Да что там в Штатах, это освободит людей по всему миру.

– Ты же понимаешь, что противостояние так быстро не закончится. – Вадим посмотрел на улыбающегося американца.

– Конечно, я же не дурак. Прекрасно понимаю, что начальство каждой резервации продолжит гнуть свою линию, решив заделаться плантаторами. Только мы все это уже проходили. Повторим Гражданскую Войну, тем более история на нашей стороне. Люди за свободу готовы идти на героические подвиги.

– Ты только учитывай, сколько тогда было населения, и сколько осталось сейчас. Смотрите не выведите всю вашу нацию под чистую. – Воеводов подошел к водительской двери.

– Не переживай, мы это тоже продумали. – Джош протянул Вадиму увесистую сумку. – Держи, там спутниковый телефон, мой номер вбит, звони если что. Еще положил планшет с навигацией, загрузили туда всю информацию, известную нам о расположении баз, блокпостов и фортов SRF. Береги его как зеницу ока, в случае если опять попадете в плен, уничтожь. Так же посчитал, что вам пригодится дрон, на случай если придется разведать территорию заранее. Твои ребята умеют с ним обращаться?

– Ты прямо как маленького учишь. – Ответил Воеводов, взяв из рук Джоша сумку. – Конечно умеют, у нас в России не каменный век.

– Простой рядовой говоришь? – Усмехнулся американец. – Где будете первый привал делать?

– Недалеко от города Брейди, округ Мак-Каллок.

– “Сердце Техаса”. Хороший выбор, удален от других городов, рядом нет баз SRF. – Одобрил Джош. – Ладно, не буду вас больше задерживать, вам еще ехать до утра. Выходи на связь регулярно, если сильно прижмет мы можем подскочить на выручку.

– Надеюсь, не понадобится. – Сказал Вадим, забираясь в кресло. – Бывай, “рядовой”.

“Ошкош” рыкнул шестилитровым дизелем и покатился в сторону выезда с базы. Ворота на КПП открыли заранее, охранники проводили, махая руками в след уезжающему броневику. Тимур с легкой грустью проводил взглядом проплывший в боковом окне забор. На базе он успел почувствовать себя в безопасности, а ближайшие дни о таком чувстве и мечтать не придется.

7 декабря

07.16 по местному времени

16.16 по московскому

Окрестности города Брейди

Штат Техас

Заехав на площадку автозаправочной станции, Вадим остановил броневик и осмотрелся.

АЗС явно навещали мародеры во время эпидемии. Выбитые окна и двери, через которые видно разворованные прилавки, асфальт усеян упаковками чипсов и пустыми пивными банками. Воеводов повернулся в салон и показал жестом Марку, чтобы готовился на выход. Тимур занял уже привычное место стрелка, Михаил пересел за руль.

– Проверим топливохранилища, дизель по любому должен остаться. – Воеводов выбрался из машины и вскинул автомат. Сахаров встал у капота “Ошкоша” и направил штурмовую винтовку на здание.

Воеводов добрался до края заправки и осмотрел парковку. Никого, только старенький Линкольн Таун Кар на сгнивших шинах с покрытыми пылью стеклами. Показав Марку, что собирается обследовать здание, Вадим вошел внутрь. Полный разгром. Вынесли все, что только можно, даже прилавок с очками и дорожными картами обчистили. За стойкой кассы на полу лежит скелет человека. Умер явно не от эпидемии, дыра в лобной кости от вируса не появляется, да и брезгуют насекомые мумиями инфицированных, а этот объели до белых костей. В туалете тоже никого, только толстый слой пыли и затхлый запах застоявшейся воды. Электричества нет, Но Вадим на это и не рассчитывал, заранее понимая, что придется попотеть с перекачкой. Уже более расслаблено Вадим вышел к броневику.

– Все тихо, можно вылазить.

Тимур выбрался первым, разминая затекшие от долгой дороги ноги.

– Туалет внутри есть? – Спросил Сахаров.

– Лучше за угол иди, там дико воняет. – Ответил Вадим, направившись к видневшимся люкам подземных цистерн.

На удачу заправка оказалась снабжена резервными ручными насосами для перекачки топлива, процесс займет намного меньше времени чем если бы качали небольшим ручным. Подогнав броневик ближе, Воеводов протянул шланг к бензобаку и принялся налегать на рукоять. Перекачав больше восьмидесяти литров, попросил вернувшегося из-за здания Марка сменить. Тимур в это время уже разложил на земле дрон и приготовился к запуску. Зажужжав винтами, коптер взмыл в небо и устремился в сторону города. Вадим встал рядом с Юлаевым и заглянул на экран.

Пустынные улицы, занесенные песком и мусором, даже привычных собак уже нет, скорее всего покинули вымершие города и ушли искать пропитание в другие места. Два квартала выгорели до тла, от зданий остались только обугленные кости каркасов. На каменном здании суда надпись “Бог покинул нас” размашистыми буквами.

– Можно проезжать, в городе никого. – Констатировал Воеводов и скомандовал погрузку.

7 декабря

17.16 по московскому времени

Город Новороссийск

Приоткрыв окно, Джавид подставил лицо под набегающий поток холодного воздуха и глубоко вдохнул. Все-таки прав был Марк, когда говорил, что дорога успокаивает, даже такая недолгая. За последнее время выбирался с базы очень редко, погряз в работе с головой, забыв о рейдовых вылазках, да вообще почти обо всем забыв, только Аня изредка отвлекала. А сегодня решил махнуть на все рукой и вспомнить то, чем занимался по началу – поисковые рейды. И словно опять почувствовал вкус к жизни, если можно так выразиться. Все-таки кататься по складам, торговым центрам, военным базам ему нравилось больше, чем возиться с бумажной работой на складах.

– А ты чего это сам решил поехать? – Спросил сидящий за рулем Денис, мужчина лет пятидесяти, один из командиров поисковых отрядов.

– Да просто, засиделся немного, решил тряхнуть стариной. – Ответил Кочарян.

– Стариной, ну ты и скажешь. – Усмехнулся Денис. – Тебе сколько лет то?

– Двадцать два года, скоро двадцать три будет, в феврале. – Джавид посмотрел на здания вдоль. – Давно здесь не был. Вы уже весь город объездили?

– Почти. Все равно еще много чего можно найти. Новороссийск – главный южный порт. Сюда суда со всего мира корабли шли. Куда не плюнь, в склад какой-нибудь попадешь. Пока их все облазаем не один месяц пройдет.

– А мне потом все это декларировать и сортировать. – Вздохнул Кочарян.

– Да нам всей территории “Истока” не хватит, чтобы все распределить. – Усмехнулся Денис.

– Тогда будем строить новые склады.

– Ага, без электричества мы много чего построим. – Тон мужчины резко сменился.

– Ничего, Стив с ребятами что-нибудь придумают. Вон на ТЭЦ каждый день инженеры ездят, скоро, наверное, запустят.

– Запустить то это одно, а сколько времени займет отключить все ненужные линии. Большую часть то можно на самой станции, а вот по ветке, которая на Текос идет, надо на каждой подстанции вручную отключать.

– А что нам остается? – не выдержал Джавид.

– Ну до этого же было все хорошо? Куда этот ваш Лесной делся? Странно это все, что улетел он так. – Денис задумчиво посмотрел на дорогу.

– Сколько нам еще ехать? – решил сменить тему Кочарян.

– Судя по навигатору, почти приехали. – Мужчина указал точку на дисплее прибора.

Джавид посмотрел на монитор, и заметил, что точка, показывающая их местоположение, движется в сантиметре от нарисованной дороги.

– А почему он показывает, что мы по домам едем?

– Не знаю, с утра такое началось. Сбоит что-то, при чем у всех так. – Ответил Денис.

– Странно, так обычно показывает, когда прием сигнала плохой. Надо будет Стиву сказать. – Джавид достал из кармана смартфон и сделал заметку.

7 декабря

10.42 по московскому времени

19.42 по местному

Окрестности города Сан-Маркос

штат Техас

“Ошкош” катил по дороге не спеша, объезжая выбоины и мусор. За рулем – Федорович, сменил Воеводова еще в Брейди, и, как оказалось, вовремя. На подъезде к городку Ллано нарвались на две патрульные машины SRF, только реакция Воеводова и умение Тимура обращаться с турельным пулеметом, позволили выйти из этой встречи без потерь. Полчаса убили на то, чтобы оттащить машины с дороги и сжечь вместе с телами, забрав трофейные стволы и патроны. После стычка Вадим приказал на участках без прямой видимости выпускать вперед дрона, для разведки обстановки, чем Марк и Тимур поочередно занимались.

В Остин и Сан-Антонио решили не соваться, большие города и слишком велика вероятность встретить там противников. Дорога через Сан-Маркос проходила в стороне от главных шоссе, по большей части грунтовая, пролегающая через холмы, поросшие редкими деревьями. Дальше путь пролегал севернее Хьюстона, перегораживающего путь по побережью.

За окнами начали мелькать невысокие постройки пригорода. Михаил выбрал объездную дорогу, чтобы не соваться в сам город. Помимо причины вероятного столкновения с противником, засевшим в городской местности, ни Вадим, ни команда не горели желанием посещать любое поселение, уж слишком мрачная и давящая атмосфера. С виду простые дома, только когда осознаешь, что каждый из них это последнее пристанище его хозяев, то становится не по себе. И когда тебя окружают такие вот “склепы” то перестаешь думать о любой угрозе.

Слева показалась вывеска заправочной станции. Хоть в баках и оставалась еще половина, но Вадим все равно решил заехать и дозаправиться. Обследовали АЗС уже по отработанной схеме: Воеводов идет в разведку, Марк прикрывает от капота, а Тимур на пулемете. Но и эта заправка, так же, как и предыдущая, оказалась безлюдна и заброшена. Мародеры или не успели добраться, или просто забыли про АЗС на отшибе, но почти весь товар остался на полках маленького магазинчика.

Пока Вадим с Тимуром колдовали над насосом, Марк, держа автомат наготове, заприметил невысокую католическую церковь через дорогу. Здание выглядит совсем не тронутым: почти не замутненные пылью окна с целыми стеклами, белая краска на фасаде, аккуратные запертые двери. Марк сам не понял почему, но ему очень захотелось сходить и проверить эту церковь.

– Вадим, я отлучусь на две минут? – Спросил он в рацию.

– Куда это ты собрался? – Буркнул Вадим, не переставая крутить насос.

– Через дорогу. Увидел интересное здание, хочу проверить. – Ответил Марк.

– Любопытство приводит к плохим последствиям, или на мину наступишь или пулю в лоб получишь. Оставайся на карауле. – Воеводов оставался непреклонен.

– Я проверил с дрона всю округу, ни души, даже кошек нет. Растяжки проверять я умею. – Не унимался Сахаров.

– Вадим, да отпусти его. Засиделись пацаны уже. Ничего страшного не случится, он же здесь, через дорогу, метров десять всего. Я за него посторожу. – Заступился Федорович.

Воеводов ничего не ответил, лишь бросил на Марка недовольный взгляд, который тот расценил как разрешение.

Перейдя через узкую асфальтированную двухполоску, Марк подобрался к церкви. Осторожно осмотрев периметр, Сахаров подошел к чуть приоткрытой двери. Растяжек и мин нет, створка слегка качается на ветру. Изнутри доносится тихое женское пение и стойкий запах застарелых кожаных вещей. Уже предполагая, что ждет внутри, Марк приоткрыл дверь и вошел.

Все лавки заняты мумиями, сидящими в позе прихожан на службе. Высушенную вирусом кожу скрывает аккуратная одежда, под стать службы. Женщины, мужчины, дети. Между рядами ходит пожилая негритянка и тихо напевает какой-то госпел. Она подходит к каждой застывшей фигуре и поправляет одежду, стряхивает пыль, при этом разговаривает словно с живыми. Она не заметила открывшейся двери и вошедшего Сахарова, или просто проигнорировала, продолжая расспрашивать у мумии в мужской одежде, как прошел день.

– Эй, миссис? – Вспомнил обращение на английском Марк.

Но женщина не ответила, обратившись к соседней мумии, облаченной в красивое платье и спросив, как поживают ее сорванцы. Сахаров развернулся и пошел обратно к броневику. Дозоправку уже закончили, Вадим стоял рядом с водительской дверью и сурово смотрел на приближающегося Марка.

– Ну что, помолился? – Спросил он.

– Там выжившая и полная церковь умерших от эпидемии. Может мы можем ей помочь?

– Что она там делает? – Воеводов посмотрел на двери прихода, стараясь увидеть происходящее внутри.

– Разговаривает с мертвыми, они все сидят так, словно пришли на службу, в одежде. – Ответил Марк.

– Скорее всего она их и рассадила. Залезай, ехать пора. – Вадим забрался на пассажирское сидение и захлопнул дверь.

– Мы ее там оставим? – Сахаров подбежал к открытой задней двери и заглянул в салон.

– А что ты предлагаешь? Взять ее с собой? Во-первых, с нами далеко не безопасно. Во-вторых, если она ведет беседы с трупами, значит с головой у нее явно не все в порядке. Не знаю, посттравматический шок или еще что похуже. В-третьих, мы сейчас заботимся о выживании всего человечества, и рисковать этим ради одного индивида – очень тупо. Так что не спорь и залезай в броневик. И вообще, с каких это пор ты стал таким заботливым?

Марк молча забрался на свое сидение и пристегнул ремни безопасности. “Ошкош”, оглашая окрест рокотом двигателя, покатился к дороге. Посмотрев на здание церкви в окно, Сахаров задумался о последнем вопросе Вадима. Действительно, что в нем изменилось, что он начал переживать за абсолютно незнакомых людей, хотя совсем недавно хотел убить каждого.

[1] Медэвак – машина медицинской эвакуации.

Глава 3

7 декабря

20.56 по московскому времени

База “Исток”.

Застегнув молнию куртки под самый подбородок, Стив вышел на площадку перед административным корпусом и посмотрел на ночное небо. Тучи плотные и низкие, похожие на снежные, но они не должны настолько забивать сигнал. Смотря в экран GPS-навигатора, он начал нарезать круги, смотря то на небо, то в устройство и тихо ругаясь.

– О, Прайс, а ты что здесь броди

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.