Кезалия Вердаль
Путь Фатума. Книга 4: Горизонт азалии

Глава 1. Я была одновременно везде и нигде

Если бы я знал, когда видел тебя в последний раз, что это последний раз, я бы постарался запомнить твое лицо, твою походку, все, связанное с тобой. И, если бы я знал, когда в последний раз тебя целовал, что это – последний раз, я бы никогда не остановился.

Друзья

Как только Дайя увидел меня на Аллее Ангелов, расстояние между нами было преодолено в считанные секунды. Он обнял мое лицо горячими ладонями, от которых пахло только что посаженными гиацинтами и, конечно, сосной. Глаза цвета молочного шоколада расширились и смотрели не мигая. Его взгляд был пронзительным, с какой-то легкой искринкой сумасшествия.

Казалось, Дайя наконец нашел то, чего искал всю свою жизнь.

Меня.

Через пару мгновений мы уже оказались в постели. Я лишь успела понять, что мы телепортировались с Виртуса, судя по тому, как земля ушла из-под ног. Мужчина одним касанием расщепил мое платье на молекулы, в котором, как ни парадоксально, двадцать лет назад я покинула Землю.

Дайя осыпал каждую частичку моего тела поцелуями, сжимал в объятиях так крепко, что порой мне даже становилось больно.

Но я хотела этого. Я сама ждала этого момента так долго.

Пятнадцать дней мы не покидали постели. Буквально. Мы практически не спали. И не ели. Даже не разговаривали. Между занятиями любовью мы просто лежали в обнимку и смотрели друг на друга. Мы боялись закрыть глаза и не увидеться вновь.

Дайя перенес нас в апартаменты на самом высоком этаже высотки, окруженной тропическим лесом. Вокруг на многие километры простирались джунгли, и только где-то вдалеке по ночам я видела крошечные огоньки города. Здание одиноко стояло посреди лесного массива словно маяк в бушующем океане.

После обеда облака сгущались и накрывали деревья шапкой молочного цвета. Тогда внизу открывалась абсолютно белоснежная пустыня, в зыбучих песках которой иногда здесь и там вспыхивали молнии.

Когда Дайя все же засыпал, я выбиралась из постели и бродила по квартире. Я так и не смогла установить ее принадлежность, потому что абсолютно отсутствовали любые личные вещи для идентификации владельца. Здесь можно найти все необходимое: чистое постельное белье, кухонные принадлежности, посуда, средства гигиены. Но все было каким-то бездушным, даже стерильным, будто мы жили в отеле.

Здание оказалось построено в форме кольца с панорамным окном в 360 градусов. Я могла обойти квартиру по кругу и снова оказаться у кровати со спящим Дайя. И я наворачивала круги, один за другим, один за другим. Я двигалась бесшумно, пытаясь вновь привыкнуть к собственному телу, весу, дыханию. Не только Дайя заново изучал каждый изгиб моего тела, но и я удивлялась самой себе.

Я была подобно космонавту, который только вернулся с орбиты. Двигаться было немного тяжело, а ступни как-то особо остро ощущали любые ворсинки и складочки ковра под ногами.

Чтобы усилить ощущения, я ложилась на пол и прикладывала щеку к шершавому деревянному паркету, вслушиваясь в толщу тишины. Трогала холодные стекла окон, проводя по ним пальцами и рисуя всякие символы как в… юношестве? Тихонько заваривала чай, вдыхала его аромат и пробовала на вкус. Кипяток обжигал язык, что тоже было для меня словно вновинку.

Я пыталась вспомнить, как это быть… человеком.

– Как ты, киса? – тихо прошептал Дайя проснувшись от моего чиха. Я добралась до полки со специями и перебирала в пальцах звездочки аниса и гвоздики, которые не на шутку раззадорили рецепторы.

Это были первые слова, которые я услышала от него за последние дни. Помимо познания собственного тела, я также пристально изучала Дайя. За двадцать лет изменилось многое. Или совсем не изменилось. Я не могла этого объяснить.

Внешне Дайя, конечно, стал иным. Пропало милое юношеское очарование, которое сменилось мужской зрелостью. Я бы сравнила мужа с виски, сладковатый вкус которого со временем стал лишь более насыщенным, яснее слышны древесные и пряные нотки.

Даже хвойный запах, которым муж всегда окружен подобно фее, больше не был сосновым, а еловым – глубоким, горьковатым, но все же теплым. Его руки сильно огрубели, стальные вены бугрились словно канатам, и так широкие плечи теперь стали для меня необъятными. На висках проглядывались первые серебристые нитки седины, но его это никак не портило.

Моего мужу тридцать восемь, а я так и осталась восемнадцатилетней хрупкой девушкой, которая сейчас утопала в его объятиях.

Не поменялось только ощущение покоя и безопасности рядом с ним.

– Лучше не бывает, – улыбнулась я и села рядом на кровать. В пальцах я продолжала держать восьмиконечную звезду аниса, которая источала приятный пряный аромат. – А ты?

Дайя довольно улыбнулся в ответ и снова притянул меня к себе. Он заметно похудел с момента нашей встречи. Неудивительно, ведь нормальные мужчины кушают три раза в день, а не только занимаются любовью нон-стопом.

– Я самый счастливый человек на земле.

Муж взял мою ладонь и аккуратно поцеловал каждый пальчик один за другим. Затем прикоснулся к лицу и стал медленно очерчивать каждую деталь: брови, нос, губы… Он словно не мог мной налюбоваться, или до сих пор не верил, что я здесь, лежу с ним рядом.

Что я не видение и не призрак прошлого.

– А еще мне нравится наблюдать за тобой, когда ты голая по квартире ходишь, – загадочно прошептал муж.

– Ну во-первых, нехорошо за мной тайно следить, – деловито заявила я и положила на язык семя аниса. Интенсивный лёгкий освежающий вкус сразу заполнил рот, отчего даже в носу защипало.

– Я не виноват, что у меня супер слух и зрение, киса.

– А во-вторых, – проигнорировала я его выпад, – это ты виноват, что у меня никакой одежды нет. У меня из всего гардероба осталось только одно единственное платье, вышедшее из моды двадцать лет назад и порядком потрепанное хождениями по джунгли. Ты и его превратил в горстку пыли.

– Все-все, не злись, я куплю тебе целый шкаф одежды. Нет, целую комнату, даже отдельную квартиру можем для этого завести лишь бы ты была счастлива.

Не знаю, где мой муж научился такому красноречию, но звучало крайне многообещающе. Я положила ладонь на его щеку, которая сильно заросла за эти две недели, и залюбовалась абсолютно довольным мужчиной. В уголках глаз цвета молочного шоколада уже появились морщинки, но в них не пропала мальчишечья задорность. А улыбка… все та же теплая и доверительная, та, из-за которой я потеряла голову много лет назад.

– А тебе на надо на работу, Глава Виртуса? – неожиданно вспомнила я.

Мне хотелось начинать говорить о реальном мире, о настоящем, где я уже существую в полной мере. Это станет для меня якорем, чтобы перестать витать в прошлом. Тем более это я восемнадцатилетняя девчонка, которая где-то пропадала двадцать лет, а он-то уже солидный деловой мужчина с своими обязанностями и взрослой работой.

– Нет, я не пойду на работу, – неожиданно заявил “деловой мужчина” и сильнее укутался в одеяло. Я прыснула от его милого вида и не удержавшись поцеловала в торчащий носик.

И вот он рулит всей империей Фатумов?

– А как они там будут без тебя?

– Я же Глава Виртуса. Я могу быть занят.

– Полмесяца? – хмыкнула я.

– Даже больше, если понадобится. Пока я ждал тебя два десятилетия, все это время посвятил Виртусу. – Муж накрутил локон моих волос себе на палец. – Думаю, я могу уйти в заслуженный отпуск.

– Звучит заманчиво, – поддержала я идею.

Мы замолчали, вслушиваясь в глухие раскаты грома за окном. Начинало темнеть и тяжелые облака стали оседать на лесные массивы. Где-то внизу бушевал ливень, и мне вдруг до дрожи захотелось оказаться там – снаружи под холодными струями воды, чтобы солоноватые капли касались губ, а волосы и одежда прилипли к телу, подтверждая, что у меня теперь есть физическая оболочка.

– Лучше расскажи, где была ты все это время? – словно почувствовав мое желание, спросил Дайя.

– Где я была эти двадцать лет? – эхом отозвалась я и положила голову ему на грудь. Внутри апартаментов так тихо, что, кажется, я могла слышать мерный звук его сердцебиения. – Знаешь, я была одновременно везде и нигде. Я не слышала, что говорят люди, не видела, что они конкретно делают. Я просто чувствовала их настроение. Когда где-то назревал очередной конфликт, я сразу мчалась туда, чтобы погасить пожар.

– Это многое объясняет, – теперь задумался уже Дайя. – После того как ты исчезла и полился тот дождь, многое поменялось. Люди изменились… в лучшую сторону. Неожиданно назревавшие войны резко сошли на нет. Отношение к природе кардинально изменилось. Люди продолжили делать больно друг другу, но не окружающей среде. Это очень сильно развязало Фатумам руки. Мы смогли больше фокусироваться на воспитании нового поколения и разрабатывать новые технологии…

Неожиданно Дайя запнулся и резко замолчал. Он виновато посмотрел на меня, словно чем-то задел.

– Что случилось? Продолжай, ты же помнишь, – я быстро исправилась, – знаешь, как я люблю слушать твой голос.

Я старалась убрать из лексикона слова, ассоциирующиеся с прошлым.

Я здесь, я тут, я в моменте. Нужно не забывать и привыкнуть уже.

– Я спросил, где была ты, а стал рассказывать о своем. Прости, это у меня уже профессиональное.

– Профессиональное?

– Я же преподаватель в нашем ВУЗе.

– ВУЗе?

– А ты разве не знала?

Двадцать лет. Нас разделяет двадцать лет. Мне стало даже на миг неловко – он все знает, точнее помнит обо мне. А я уже и не уверена, что это все тот же Дайя, которого знала я. Чем он занимается, с кем общается, что любит, кто его друзья? Впишусь ли я теперь в его уже окружение и обыденную жизнь?

– Нет, я будто бы и была с вами, но при этом была где-то еще, – я вздохнула, испугавшись собственных опасений. – Гея дала мне назначение – стать миротворцем, Белым Ягуаром. И я была им. Каждая частичка воды на этой Земле была мною, а я ею. Когда я касалась человека в образе дождя, морской волны или даже воды в кране, то уносила с собой его боль, темные мысли, алчность. Поэтому когда завершился круговорот воды на планете – когда каждая капля испарилась в свое время и стала дождем – Гея вернула меня назад в том же самом обличье. И это так странно! Мне снова восемнадцать! Как будто богиня просто поставила мою жизнь на паузу.

– Думаю, это был подарок тебе от нее. Лично меня все устраивает, – довольно промурлыкал Дайя, притягивая меня к себе еще ближе. – Вот теперь точно я тебя никуда не отпущу. Ангелина, прости, если ты опять надумаешь пожертвовать собой ради кого-то или чего-то, я буду противиться этому всеми возможными и невозможными способами.

Слова мужа меня успокоили. Если мне придется его заново узнавать, то единственное, чем все это может закончиться – я снова в него влюблюсь как в первый раз.

~*~

На двадцатые сутки мы все же решили разнообразить досуг. Наконец в Дайя проснулся аппетит к чему-то еще, помимо меня. Он достал телефон и стал кому-то набирать сообщение.

– Что это у тебя? – поразилась я, наблюдая как коммуникатор мужа светился всей поверхностью и на нем не оказалось кнопок.

– Это сенсорный телефон, малыш, – любимый протянул мне аппарат. – Ты можешь набирать сообщения прямо с экрана.

Я аккуратно взяла мобильник и поразилась, какими огромными они стали. У меня раньше ридер был такого размера. На экране по категориям аккуратно рассортированы несколько десятков приложений. Только мессенджеров оказалось более пяти штук. При этом мельком я отметила, что обзывая меня Ботанкой Бестолковой, у него не то что никаких социальных сетей не оказалось, даже элементарные игрушки не закачены.

– А что еще можно с ним делать? – спросила я, листая незнакомые цветастые логотипы разных компаний.

– Да вообще все. Подключиться к интернету и делать видео созвоны, смотреть кино, читать, переводить деньги, – принялся перечислять Фатум, – заказывать еду и одежду с доставкой на дом.

– Ты серьезно? С ума сойти!

– Ты же в курсе, что многое было разработано Винем, – с ноткой гордости в голосе поделился Дайя.

– Я и не сомневалась.

Я с некоторой опаской игралась с телефоном мужа (не напортачить бы и случайно не скинуть кому-нибудь свои нюдсы), как в дверь позвонили. Дайя пошел открывать, а я юркнула на кровать и укуталась в одеяло. Вдруг сейчас кто-нибудь зайдет, а я тут голая сижу?!

– Мог бы и предупредить! – крикнула я ему вдогонку.

Дайя закатил в квартиру большую тележку с едой, затем вновь вернулся в коридор и втолкнул напольный рейл на колесиках обвешанный разнообразной одеждой.

– Ты можешь не прятаться, – засмеялся мужчина. Только сейчас я обратила внимание, что за доставкой он прошествовал в чем мать родила. Это уже какое-то безобразие. Я не хочу, чтобы такой красотой любовался еще кто-то помимо меня! – Здесь никого нет.

– Но кто-то же это привез?

Все еще укутанная в одеяло подобно древнегреческой богине, я присоединилась к Дайя и с любопытством изучала доставленные яства. По количеству еды можно сделать вывод, что муж проголодался очень сильно. Под круглым клошем оказалось аппетитно запеченное мясо с овощами, под овальным – блюда из птицы и рыбы, а также сладости и выпечка, которые особо сильно мне пригляделись.

– Моя секретарша очень деликатна. Она телепортировала заказ и вернулась на Виртус, – сообщил муж, сервировал стол и галантно помог мне пододвинуть стул. Как мне не хватало его ухаживаний! – Приятного аппетита.

Мы принялись за еду, отчего у меня от чрезмерных эмоций даже выступили слезы. Я уже не помню, когда в последний раз ела такую вкусную готовку. Последние месяцы в образе ягуара в поисках храма Геи не сопровождались гастрономическими изысками.

– А другие жители этого здания? – полюбопытствовала я, пригубив лимонад из свежих ягод с мятой.

От удовольствия я аж зажмурилась: вкус сочной малины вперемешку с черникой навеял воспоминания о лете в чистом виде. Подобно солнечному лучику сквозь листву вспыхнули картинки беззаботного детства.

Дайя с нескрываемым удивлением наблюдал за мной, но от комментариев воздерживался и иногда лишь тихонько улыбался, когда я уже слишком сильно выражала восторг.

– На этот этаж гостям вход недоступен.

– Гостям?

– Мы находимся в уникальном эко-отеле класса люкс. Он построен из переработанных материалов и использует возобновляемые источники энергии. И вообще-то он назван в твою честь. KattaMarin.

– Морская кошка? – удивилась я. – И кто владелец гостиницы, что у тебя есть собственные апартаменты здесь?

– Виртусу. А так как я Глава Виртуса, у меня есть свои привилегии.

Мое влияние на Землю оказалось многосторонним. Помимо изменения человеческого мировосприятия и отношения с окружающей среде, флора и фауна также трансформировалась. Башня, в которой мы проводили время, оказалась самой дорогой гостиницей в мире, потому что построена посреди бывшей пустыни. Если взглянуть на отель со стороны, он был полностью зеленым и построен в форме огромного кактуса. На нижних этажах есть сад с тропическими растениями, который помогает очищать воздух. Только окна нашей квартиры не были закрыты растительностью, потому что Дайя хотел видеть небо.

Благодаря моим ливням большая часть песчаных пространств на планете вновь превратилась в плодородные земли, которые при помощи людских стараний быстро покрылись лесным покровом.

– Ты помнишь легенду о Мэй и Кат? Кажется, благодаря тебе они наконец воссоединились. – Я кивнула. Конечно же я помню Кат, который превратился в песчаного воина, чтобы достать своей принцессе ожерелье с семицветным камнем. Чтобы вновь быть вместе с любимым, Мэй требовалось возродить пустыню. – Так что они задолжали тебе большое спасибо.

– А с каких пор у Виртуса есть свой отель? – поинтересовалась я, примеряя наряды, которые Дайя только что для меня заказал.

Хмн, а вкус у него отличный. Или у его секретарши. В любом случае, я рада снова иметь возможность нарядиться как нормальная девушка. Особо пригляделись джинсы с завышенной талией. Так и знала, что они снова вернутся в моду!

Коллекции платьев позавидовали бы модные бутики: женственные платья-комбинации, стильные с открытыми плечами, провокационные с глубокими вырезами, классические с цветочным принтом.

Не забыла ассистентка и про обычные спортивные костюмы, худи с принтом и без, кроптопы и милые шортики с юбками.

Девушка еще предусмотрительно повесила на полку сумку с косметичкой. Этот ангелочек мне уже априори нравится.

– Потребность в более здоровых и экологичных способах жизни уже давно в тренде, поэтому Виртус решил не отставать и построил сеть эко-отелей.

– То есть вы начали заниматься коммерцией? – не стала я ходить вокруг да около. – Раньше вы вроде только в науку инвестировали.

– Чтобы инвестировать в науку, нужен стабильный приток финансов, – подтвердил воодушевленно муж. Мой любимый трудоголик просто обожал свою работу и явно готов говорить о ней сутками. – Многое изменилось, сама концепция Виртуса уже давно не та. Я тебе все покажу, когда будешь готова туда отправиться.

Когда мы вдоволь насладились едой, а я одета с иголочки, муж положил мне на колени небольшую увесистую коробочку.

– Это что? – с предвкушением спросила я готовая к очередному сюрпризу. Ощущение, что у меня сегодня именины. Никогда не получала столько подарков в один день!

– А ты открой, – улыбнулся Дайя. Узнаю это выражение лица – уверенность в том, что презент придется мне по вкусу.

Кольцо гиацинта.

Муж аккуратно достал украшение и надел мне на палец. Так вот куда пропал камень, когда мы телепортировались в отель.

– Это был последний штрих. Теперь все как должно быть. – Дайя взял мою ладонь и поцеловал. На его безымянном пальце красовалось точно такое же кольцо.

– Спасибо, милый. – Разве день может быть еще лучше? – Что теперь?

– Что? – взгляд Дайя был как бездонный космос. Порой я глядела на него и теряла дар речи. Может, теперь я простой человек и его сила наконец стала на меня действовать? – У тебя впереди вся жизнь, просто скажи, что бы ты хотела делать? Куда-то поехать, чем-то заняться, просто остаться здесь со мной.

– Я хочу увидеть маму и брата.

Глава 2. Никого не пощадило время

– Иногда мне кажется, что мы самая плохая семья в городе.

– Может нам стоит переехать в город побольше?

Симпсоны

Мы договорились, что Дайя первым зайдет к маме и подготовит почву для встречи.

Антонина, никогда не бывавшая по-настоящему занятой мамочкой, после моего исчезновения превратилась в чудо-женщину. У нее на руках оказались только что родившийся младенец, а еще агрессивный подросток и трехлетний карапуз.

На всем этом фоне ее родная дочь внезапно уехала с Красным Крестом без каких-либо предупреждений и словно сквозь воду канула. Как объяснил Дайя, если бы не я в качестве дождя прикоснулась к ним и не унесла с собой все переживания, они бы с Антониной умерли от горя.

Они осознавали грусть от того, что меня больше нет рядом, но в душе оставалась надежда. Они просто мирно ждали моего возвращения, словно это было уже оговорено с самого начала.

На Сиреневую улицу я вернулась с неописуемым воодушевлением. Минь перекрасил фасад дома, отчего он стал выглядеть намного свежее. Во дворе мама построила небольшую террасу и посадила в разы больше цветов, а еще добавились фруктовые деревья.

Дайя зашел в дом, предусмотрительно захватив с собой большой букет цветов (нет, не сорванных у нас во дворе). Он все так же навещал мою семью по праздникам во время моего отсутствия, так как его родители продолжали оставаться нашими соседями.

Я села в беседке на крыльце дома, ожидая условного знака от Дайя. Когда муж открыл дверь, из дома медленно поковыляла Сириус. Боже, старушечке уже более двадцати лет, а она все еще помнит меня.

Собака сильно поседела и пополнела. Мама явно ее баловала всякими вкусностями и раскормила до удивительных габаритов. Сэна, увы, с нами уже нет. Кот умер в достатке и любви от старости пару лет назад на руках у Явы. Вся семья сильно горевала и даже устроила ему небольшие похороны, и теперь кот покоился на заднем дворе под сиреневыми кустами, в которых любил прятаться, неожиданно выпрыгивать и кусать всех за ноги.

Кряхтя Сириус несколько раз пыталась запрыгнуть ко мне на садовые качели, но задние ноги уже слишком слабы. Я взяла в охапку питомицу и посадила рядом с собой. Как в детстве, собака улеглась мне на колени и довольно засопела.

– Сириус, хорошие же были времена, да, подруга? Что говоришь? Что уже глуховата и не слышишь? Да кто ж мог подумать, что теперь даже ты старше меня, старушечка.

Я закрыла глаза и прислушалась к звукам, запахам и ветру, что гулял по саду и игрался в кронах деревьев. Меня окружало сочетание сладких, терпких и пряных ароматов, которые переносили в прошлое – в то время, когда я еще даже не знала Дайя, не обладала никакими сверхспособностями и, конечно, не имела длинный хвост с розетками роз по всему телу.

Я была Ангелина Вердаль, обычная школьница с совсем приземленными мечтами выучиться на ветеринара и путешествовать по миру с благотворительными миссиями. Я чувствовала, что мне судьбой предопределено помогать людям.

Помогла ли я им? Действительно ли моя жертва того стоила?

– Ты кто? – неожиданно услышала я, совсем забывшись в своих раздумьях.

Я подняла глаза и увидела перед собой приземистого широкоплечего парня. На нем была широченная толстовка и какие-то модные светящиеся наушники. Также в ушах и в губе красовались пирсинги. Молодой человек не дал мне и слова вставить, как продолжил нападки:

– Дай угадаю, ты очередная мамина ученица, с которой она хочет меня познакомить?

Хмн… я слышала от Дайя, что Антонина очень сильно не взлюбила избранницу Марата и пытается всеми силами помешать развитию их отношений. Она убеждала, что ему еще гулять лет так до тридцати, а там и посмотрим. Странно, ведь наши с Дайя отношения в школе она полностью поддерживала.

Сначала я хотела ответить что-то вроде “Хей, бро”. Не знаю, так теперь общается молодежь? Надо будет позалипать в соц сетях, чтобы понять, что вообще теперь творится.

– Блин, а все так очевидно? – решила я вместо поспешного знакомства подыграть братишке.

Хотя… как это ни парадоксально, младший брат теперь оказался старше меня на два года. Если бы я не потеряла ребенка из-за Акида, то сейчас они были бы ровесниками.

– Ладно, не бери в голову. Это же не ты виновата, – сжалился надо мной Марат и плюхнулся рядом. Он также начал нежно гладить пожилую питомицу. Или компаньона, как теперь модно называть. – Ты давно у мамы занимаешься? Я тебя раньше не видел.

С тех пор как мама ушла на раннюю пенсию, она стала давать частные уроки по рисованию и дизайну. Для этого Минь построил террасу, чтобы жена могла проводить свои занятия.

– Нет, вот недавно только переехала.

Марат уставился на меня и даже не пытался этого скрывать. У него были не свойственные парням густые ресницы, которые обрамляли умные глаза цвета мокрого асфальта. По губам и мимике видно, что юноша саркастичен и подколов от него можно ожидать во всем.

– Но мы точно виделись. Ты мне смутно кого-то напоминаешь. А у меня очень хорошая память на лица, – самоуверенно заявил Марат и достал телефон. Он стал листать соцсети, может, приняв меня за очередную звезду интернета.

– Мне часто говорят, что я на кого-то похожа, – решила я отмазаться банальным ответом.

– Не, у тебя… очень эффектная внешность. А ты в кино не снималась?

Видимо, нынешняя молодежь крайне прямолинейна. Как говорится, мужчины уже разучились делать комплименты и обычная воспитанность уже воспринимается как подкат.

– Точно, ты похожа на мою старшую сестру! – неожиданно сделал вывод Марат, хлопнув себя по колену, отчего Сириус испугалась и вздрогнула во сне.

Парень поспешно принялся гладить ее по спине, чтобы собака вновь могла спокойно погрузиться в сон.

– У тебя есть сестра? Вы тогда не очень похожи, – дала я объективную оценку.

Я больше походила на маму – худощавая, черные глаза и вьющиеся волосы. Мы также были очень смуглыми и с удовольствием загорали. Марат же больше взял от Миня – крепкое плотное телосложение и невысокий рост, серые глаза и молочно белая кожа. Явно, что пребывание на солнце превращает его в помидорку.

– Да, сводная старшая сестра, – пояснил молодой человек.

– Она тоже здесь живет?

– Нет, честно говоря, никогда ее не встречал. Мама только фотографии показывала. Но ты однозначно на нее похожа. Дай гляну, может, где-то снимок будет. – Марат стал копаться на “облаке” в поисках моей фотки.

Я заинтересованно закивала. Любопытно, а что мама рассказывала ему обо мне? Раз у нынешнего поколения принято все в лоб спрашивать, может и мне так же поступить?

– А почему ты ее никогда не видел? – задала я вопрос и сразу добавила: – Если какие-то семейные тайны, то можешь не говорить. А то придется меня потом убивать или дружить со мной до конца жизни. А это не обязательно.

– Да не, норм. Родители сказали, что она уехала за границу, когда я еще малышом был.

– А тебе было бы интересно ее встретить?

– Конечно!

– Почему?

– Ну как почему, – Марат взглянул на меня как на дурочку. Действительно, что за тупой вопрос. – Сестра все-таки. Тем более мама сказала, что только благодаря ей мы еще живы. У мамы были какие-то проблемы при родах, а сестра нас каким-то чудесным образом спасла.

– Ого, она тоже была врачом?

– Я так понимаю, да. Иногда мама шутит, что у Ангелины был дар исцелять. Смешно, правда? – Было странно слышать свое имя из уст младшего брата. – А что мы все обо мне да моей сестре, ты лучше расскажи о себе. Я, кстати, Марат, – наконец представился парень и протянул пятерню.

Вместо того, чтобы дать ему пять, я почему-то неуклюже пожала ребро его ладони. Брата мое поведение тоже смутило.

– Так говоришь, недавно переехала?

– Да, буквально на днях, – активно закивала я в знак согласия.

Ну где же Дайя, что они там так долго? Еще немного и этот пацан меня расколет как орешек.

– Но уже знаешь мою маму? – допытывался братик.

– У нас есть общие знакомые.

– Кстати, ты так и не представилась.

В моей голове со скрипом заработали шестеренки. Думай, Ангелина, думай. Мы как-то даже не обсудили это с Дайя. Он просто сказал, что поговорит с мамой и по ходу решит, что ей рассказать.

Я молчала и кокетливо улыбалась. Пусть думает, что стесняюсь или флиртую. На мою радость дверь резко распахнулась и из дома выскочила мама.

– Ангелина, дочь моя! – Антонина прижала меня к себе.

Слезы сами хлынули из глаз. Я даже и забыла, как это обнимать родную маму. Она почему-то показалась маленькой и худенькой девочкой, которую нужно сейчас успокоить.

– Мама, мамуля, я так скучала, – прошептала я тихо-тихо.

Марат пялился на нас и не понимал, что происходит. Лапша, которую я навешала ему на уши, с громкими шлепками падала на плечи и землю. Сириус тоже ничего не понимала, но очень активно завиляла хвостом от того, что все ее любимые люди собрались вместе и обнимаются.

– Марат, иди сюда, – мама протянула руку, чтобы обнять и сына тоже. – Иди к нам, твоя сестра вернулась.

Сказать, что парень был ошарашен – это ничего не сказать. Мы переместились в дом, разместились рядом на диване и мама не выпускала моих рук. Антонина уже не плакала, а просто смеялась, но слезы продолжали литься по щекам. Пальцы ее рук стали худыми, а кожа сухой и морщинистой.

Никого не пощадило время.

Кроме меня.

– Ты моя сестра? Но как так возможно? Ты выглядишь лет на шестнадцать! – Марат все еще не понимал, что происходит.

Я ожидающе взглянула на Дайя. Он же обещал все разрулить, так пусть этим и занимается.

– Понимаешь, Марат, двадцать лет назад твоя сестра уехала с Красным Крестом в третьи страны на практику. Там она подцепила неизвестный вирус, и ее пришлось на время ввести в кому, чтобы внутренности выдержали нагрузку, – совершенно спокойно и рассудительно объяснил Дайя. Честно сказать, если бы я не знала, что все это чистой воды обман, то тоже бы не задумываясь поверила – настолько убедительно муж выглядел и звучал. – И только год назад нашли лекарство. Ангелину вылечили, но ей понадобилось некоторое время на восстановление. Сейчас ей стало уже намного лучше, и вот мы тут.

– Но почему она не изменилась? Даже в коме люди продолжают стареть, – не унимался брат. – Мам, у нее ни морщинки, ни седого волоса на голове. Ты точно уверена, что это твоя настоящая дочь?

– Я же тебе говорила, Марат, она особенная, – отмахнулась Антонина. Ей было наплевать, где я была и как снова нашла путь домой.

Марат не стал продолжать спор, но по глазам видно, что он упрям и захочет докопаться до правды. Но меня это пока мало волновало. Главное, что я тут и с мамой все в порядке.

Антонина отменила вечерние занятия и попросила Миня вернуться с работы пораньше. Отчим тоже был шокирован неожиданной встрече и еще более удивлен, почему обо мне до сих пор не снимают ТикТоки и не приглашают на всякие шоу. Ведь я проснулась после двадцати лет комы, при этом стала еще краше и моложе.

Дайя для полноты картины пригласил и своих родителей. Лия и Шон тепло меня обняли и, кажется, с облегчением вздохнули. Несмотря на то, что их сыну уже почти сорок – он всегда в их глазах останется тем вдумчивым парнишей, у которого личная жизнь могла бы сложиться и лучше, если бы не эта необъяснимая преданность мне и вера в то, что я вернусь. Не удивлюсь, если не раз они пытались уговорить его забыть меня и найти собственное счастье. И я их даже не смею упрекнуть – ведь каждый родитель желает только лучшее своему чаду.

За ужином мама с умилением наблюдала за мной и Дайя. Ей явно было приятно, что мы еще вместе, несмотря на такой долгий срок разлуки. Антонина ведь тоже осознавала, что муж так и не завел себе другую семью, несмотря на повышенное внимание от женского коллектива.

– Дети, – с хитринкой в глазах обратилась к нам мама, накладывая мне огромную порцию десерта, за что я была ей благодарна. Аппетит, по ходу, проснулся теперь и у меня.

– Да, мам, – откликнулась я, отправляя в рот большую ложку тирамису.

Просто экстаз для языка. Главное, опять не заплакать от лишних эмоций.

– А когда будем свадьбу праздновать? – судя по маминому воодушевлению, она уже видела у себя в голове пышное мероприятие (не хуже чем ее собственное). – Лия, Шон, согласитесь, такое событие просто необходимо отметить. А вы, дети, опять что-нибудь сочините и споете дуэтом.

Мы с Дайя переглянулись. Ну все, режим «мамы витающей в облаках» снова включился. И по ходу она все еще думает, что мы подростки.

Хотя… ко мне это относилось как никогда точно.

– Мы… хмн… как бы уже женаты, – промямлила я и показала кольцо с гиацинтом.

– Да это не всерьез, – отмахнулась мама и наложила мне еще один кусок тирамису. По ходу она еще очень вжилась в роль заботливой бабули. Надо будет проверить, раскормила ли она дочку Винсента. – Вы когда успели кольцами обменяться? Когда студентами были? А зарегистрировали брак на бумаге? Штампы поставили?

Мама прямо по больному. Я даже не очень понимаю, какие лучше себе сделать документы. Указывать настоящую дату рождения или придется менять, чтобы соответствовать внешнему виду.

Потом если пойдем регистрироваться, что скажут про Дайя? Что потянуло на молоденьких? Его арестует полиция нравов. Последняя мысль меня позабавила, отчего я не выдержала и хихикнула.

Мама же восприняла мою реакцию за ехидный смешок:

– Неужели вы вообще не будете ничего устраивать? – у мамы явно началась трагедия. – Ты точно не хочешь пригласить старых друзей? Я должна позвать всех – Виня, Дейну, Ява, где бы его опять не носило. Марат, ты знаешь, где сейчас брат?

До этого молчавший братюня устало выудил телефон и стал искать в листе контактов Ява. Явно, что мама доставала с этим вопросом постоянно.

– Мам, не знаю, но я его наберу. Надеюсь, сможет быстро вернуться.

– Потом НАФА опять же. Мы только недавно собирались на твои поминки.

Мама запнулась.

Наступила тишина. Все многозначительно переглянулись, но почему-то никто не спешил заполнить паузу. От одной фразы всех накрыли не самые приятные воспоминания.

– Мам, а ты не хочешь пригласить и мою девушку тоже? – Марат решил разрядить обстановку.

– Ее? Нет, конечно. – Антонина деловито фыркнула. – Я хочу видеть на том вечере только своих родных детей. Да и имя у нее дурацкое – Георгина.

– Мам, нормальное имя, – огрызнулся младший.

На этом Марат с мамой стали препираться, Минь пытался их помирить. По ходу это их излюбленный сценарий. Не пойму, то ли мама действительно невзлюбила таинственную даму сердца брата или ей просто не хватает драмы в жизни, поэтому и ищет источник эмоций.

Забавно, но теперь у меня появилось столько братьев и сестер. Поняв, что Марат-ликантропов уже не вернется, Антонина с Минем усыновили Дейну и Яву. Винь женился на Дейне и теперь приходился мне зятем. У всех уже давно свои жизни, только Марат остался под родной крышей, поэтому мама и отрывается на нем.

Мы с Дайя лишь тихо улыбались и уплетали десерт. Мама уже сама назначила дату, время, потом побежала во двор планировать расстановку столов. Потом она пыталась позвонить Дейне и Виню, но Минь ее еле успокоил, сказав, что дети и внуки уже спят и не надо их тревожить в такой поздний час.

Я была приятно удивлена, что Минь в браке с моей мамой сумел сохранить терпение и продолжил преодолевать с ней все странности судьбы.

Глава 3. Ведь судьбой тебе предначертано любить меня

Не бойтесь умных женщин. Когда приходит любовь – мозги у них отключаются.

Ночевать мы ушли домой к Дайя, так как мою комнату уже давно отдали Марату. Спальня мужа ничуть не изменилась со времен нашего студенчества. Большую часть времени Фатум проводил на Виртусе, а после и вообще туда переехал насовсем. Родительский дом превратился в лишь тихую гавань для посещений на праздники.

– Не удивлюсь, если здесь осталось еще постельное белье с мишками, – я раскрыла шкаф в поисках одеяла, чтобы застелить кровать.

– Мишками? Я что-то не припомню, – рассеянно ответил муж чища зубы, отчего на самом деле это прозвучало “Ифками? Я йо-йо йе иимну”.

– Ну как? Тебе еще Ника подарила на какой-то праздник. О, вот кстати и оно! – победно выудила я смятое одеяло темно-синего цвета с маленькими мишками. – Я же сказала, что они тут должны быть.

– С ума сойти, ты все это помнишь? – Уже нормально ответил Дайя.

Сейчас он вытирал мокрые после душа волосы и выглядел как щенок после купания – такой же жутко довольный и взъерошенный. От горячей воды его щеки покраснели, и, конечно, мужчина благоухал свежестью хвои.

Я проверила – его гель для душа и лосьон после бритья пахли иначе, поэтому вариант, что он фея, все же нельзя отметать. Хотя, мало ли это просто одна из его побочных сверхспособностей.

Действительно, а почему бы и нет? Никто не может постоянно хорошо пахнуть, значит, это особая сила. Уверена, этот факт достоин проверки.

– Самое странное, что да. Я как будто только неделю, ладно, месяц назад здесь была, – поделилась я состоянием базы данных в своей голове.

– Знаешь, – муж обнял меня сзади и положил подбородок на макушку. Каким он был высоким! – Именно так я и представлял нашу семейную жизнь.

– Да, последние месяцы перед моим превращением были чересчур насыщенными, – согласилась я. – Никак не свыкнусь, что теперь можно спать и не бояться ночных нападений. Что не надо чертить руны на полу или остерегаться серебра.

Я вспомнила тот жуткий период, когда за старшим Маратом была открыта охота и ее возглавлял Виктор. Бывший когда-то поклонник угрожал моей семье, чтобы найти путь к Храму Геи, отчего Дайя пришлось прибегнуть к магическим хитростям, чтобы защитить их. На тот раз он просто блефовал, но позже когда Гару-медведь перешел все границы, то все же получил серебряную пулю в ногу.

От страшных воспоминаний у меня мурашки пробежали по коже.

– Кстати, у Дейны и Явы, как и у тебя, не исчезли татуировки на спине, – отметил муж, нежно проведя по моему позвоночнику горячими пальцами. От его прикосновений я расслабилась и дрожь прошла. – Даже после того, как окончательно стали людьми.

– Мне нравится. Выглядит стильно, да еще и отличное напоминание, – я посмотрела на свое отражение в зеркальной двери шкафа и повернулась лицом к мужу. – Честно сказать, мне нравилось быть ягуаром. Да и Фатумом тоже.

– А я вот рад, что теперь ты стала просто человеком, – признался Дайя, а я нахмурилась. – Не пойми меня неправильно. Просто зная тебя – как только появится какая-то способность и возможность, ты тут же кинешься помогать всем вокруг.

– Милый, а ты не заметил, что ты вообще-то такой же? – глянула я на него с упреком и передала подушку.

– Не спорю, но просто дай нам шанс. Дай шанс нашей семье. – Муж умоляюще смотрел на меня, и я с улыбкой кивнула, выключила свет и обняла его, положив голову на грудь. И тут Дайя неожиданно предложил: – А хочешь еще сказку на ночь?

– Ну конечно! Еще спрашиваешь.

Мне всегда было любопытно, откуда Дайя брал идеи для своих сказок и как шел сам процесс их написания. Неужели в пылу заданий от Виртуса у него оставалось время пофантазировать?

– Давным-давно далеко-далеко на одном острове процветало царство, в котором рос особый сорт чая, – муж включил свой особый “сказочный” голос, как я называла. – Тянулись чайные плантации от берега до берега, и весь мир закупал чай по какой бы цене его ни продавали. Настолько напиток был ароматен и хорош, что только королевские семьи или богатейшие люди могли себе его позволить.

Богатело и развивалось государство за счет своего чая, и многие другие страны постоянно на них нападали, чтобы завоевать. Но не боялись они никого, потому что испокон веков чайные края защищал черный дракон Улонг. Испепелял он любого, кто только надумывал приблизиться к острову.

И жила в королевстве том прекрасная принцесса, правильно? – спросила я.

– Правильно, принцесса Камелия, прекрасная как чайный цветок и свежая как капля росы поутру. И с детства мечтала она увидеть того дракона-защитника. Но родители объясняли, что дракон живет далеко в горах и появляется только когда королевству что-то угрожает.

Понимала этого Камелия, не хотела она, чтобы на них кто-то нападал, поэтому продолжала жить своей жизнью, только просила маму на ночь рассказывать истории про Улонга.

А дракона королева помнила хорошо, лет двадцать назад на царство опять напали. И тогда Чайный защитник расправил крылья, отчего полцарства окунулось во тьму – таким огромным был дракон – и как взмахнет ими! Все корабли унесло поднявшимся ветром, многие даже перевернулись от созданного цунами и утонули.

Камелия становилась старше и сказок на ночь становилось все меньше. А когда принцессе исполнилось 18, приехал к ней свататься принц из дальнего государства. Знали они, что силой Чайную страну не подчинить, поэтому решили прийти с мирными намерениями.

Но наотрез отказалась принцесса выходить замуж, как бы не уговаривали ее родители. Разругалась она с ними и убежала в горы.

Когда Камелия пряталась в лесу, то неаккуратно оступилась и упала в ущелье. Долго звала она на помощь, но никто не приходил – так далеко девушка забралась, куда не ходили обычные путники.

Два долгих дня принцесса просидела на дне ущелья, пока не спас ее мимо проходящий юноша по имени Дрекин. Вылечил он ее ушибы с помощью лекарственных трав, отчего девушка пришла в восторг и попросила его поделиться знаниями. Научил Дрекин новую знакомую собирательству, показал, какие растения можно употреблять в пищу, как отличить ядовитые грибы и ягоды, и где найти лечебные растения в лесу.

– Ой, это мне кое-кого очень напомнило, – взгрустнула я. Тем же самым занимались мы с Маратом-ликантропом. Парень пару раз чуть не довел меня до инфаркта, очень правдоподобно прикинувшись смертельно отравленным моими сборами. – А почему молодой человек оказался там?

– Дрекин путешествовал по миру один, лишь иногда надолго останавливаясь в местах, которые особо ему понравятся. Он жил в гармонии с природой и она давала ему все необходимое – кров, питание, лекарства. Лесная живность тоже любила Дрекина. Он помогал им с источником воды, когда наступала засуха. Строил безопасные переходы через дороги, чтобы остерегаться людей.

Камелия каждый день училась у юноши чему-то новому и была рада такому компаньону. По вечерам Дрекин рассказывал Камелии о разных странах, отчего принцесса все больше к нему привязывалась.

– Это тоже очень знакомо звучит. – Кажется, я уже понимаю, что вдохновляет Дайя на его сказки. – И конечно они влюбились?

– А как же без этого? И пригласил Дрекин Камелию покинуть родное Чайное царство, чтобы продолжить познавать мир вместе с ним. И конечно она согласилась, ведь неожиданно принцесса поняла, что любит его так сильно, что готова пойти хоть на край света с любимым.

Когда Дрекин и Камелия собрались в путь, они услышали колокола, оповещающие о нападении врагов. Не выдержал унижения принц и решил все же напасть на Чайное государство.

Не испугалась принцесса ситуации, а наоборот обрадовалась – ведь она знала, что сейчас появится легендарный Улонг и разгромит врагов. Но время шло, враги подходили все ближе к королевским стенам, а небо так и оставалось чистым – не закрыла его тень дракона. Сжигали враги дома одним за другим как спичечные короба. Подошли к дворцу и прорвали оборону, а Улонг так не объявился.

Очень испугалась Камелия и побежала в сторону дворца, не переставая плакать и звать Улонга.

«Не зови его, он не придет», – неожиданно попросил Дрекин, не отставая от возлюбленной.

«Почему ты так говоришь?! Ты даже не местный и не знаешь нашу историю. Улонг всегда приходит на помощь, чтобы защитить чайную долину», – рыдала Камелия, не желая слушать любимого.

«Но не на этот раз. Я и есть Улонг», – огорошил неожиданно путешественник и рассказал свою историю.

В прошлой жизни Дракон был обычным человеком, но прогневал его отец Фей острова, украв местный чай и пытаясь вывезти с острова. Очень разозлились Феи и прокляли его, превратив Дрекина в Дракона, который привязан к острову и обязан защищать драгоценный чай.

– И только любовь могла его расколдовать? – догадалась я стандартному сценарию.

– Киса, ну кто тут рассказчик? – театрально возмутился муж и легонько ущипнул меня за щеку. – Служил Улонг государству верой и правдой, пока в него не влюбилась одна девушка. Тогда обратился он вновь в человека. Жили они вместе счастливо, пока на остров вновь не напали. Но не мог Дрекин обратиться обратно в Дракона, ведь любовь сняла с него проклятье. Его жена так любила их остров, что решила убить себя, чтобы любимый вновь обрел свою силу. Перед смертью она обещала, что вернется в один прекрасный день и он это поймет.

Время шло, одни королевские династии сменяли другие; нападали новые и новые враги, но остров стойко стоял благодаря защите Улонга.

Но в один прекрасный день проснулся Дрекин снова в человеческом обличии, и понял он тогда, что возлюбленная вернулась.

«И случилось это 18 лет назад, в день твоего рождения. Не зря ты была так заинтересована Улонгом, ведь судьбой тебе предначертано любить меня. Даже это родимое пятно на груди – это след от ножа, которым моя жена пронзила себя. А теперь история повторяется вновь», – закончил грустно молодой человек.

У Камелии разрывалось сердце, но она не могла допустить, чтобы ее родителям или Дрекину навредили. Она решила вернуться во дворец и выйти замуж за того принца.

«Я постараюсь выиграть время и убедить его отправиться домой и сыграть свадьбу. А ты соберешь армию и спасешь меня. Только поспеши», – наказала на прощание Камелия.

Но когда она встретилась с принцем, он даже не стал ее слушать – достал меч и пронзил ее сердце. В тот же миг небо накрыла огромная тень. Со смертью Камилы чары вернулись и Улонг испепелил врагов.

История вернулась на круги своя. Но не пережил на этот раз горя Дракон и попросил Фей, чтобы они забрали его жизнь и вернули Камелию. Кинулся он со скалы и растворился в морской пучине.

Сжалились Феи и сделали Камелию себе подобной. Вернувшись к жизни, пыталась она помочь родителям восстановить остров, но тщетно – со смертью Улонга чайные листья завяли и оказались отравленными. Пришлось им сжечь всю долину, чтобы избавиться от ядовитых кустов. Не видели островитяне больше смысла здесь жить и стали готовиться к отплытию.

– Не может быть! Неужели очередная история с печальным концом? – заныла я и даже привстала на локоть. В темноте я не могла четко видеть его лицо, но в глазах любимого промелькнула искринка. Ему нравилась моя вовлеченность в судьбу каждого его героя. – Нам хватило и Мэй с Кат. Дайя, скажи, что они все же воссоединились? Даже я смогла вернуться к тебе, хотя мы не в сказке, а в реальности.

– Всему свое время, – заверил муж и продолжил: – Стояла одинокая Камелия среди долины огня и плакала от того, что ее дом разрушен, а любимый погиб. Наблюдала она с величайшим горем и виной в сердце как жители собирали остатки скудных пожиток, выживший скот и перемещались на корабли. Куда им плыть? За счет чего теперь выжить?

Скатилась слеза с ее щеки и коснулась земли. В тот миг небо накрыла туча и полился целительный дождь, который потушил пожар, и сквозь пепел из земли поднялись первые ростки чая, которые были еще вкуснее и ароматней.

Неожиданно услышала Камелия как возликовали жители на суднах. Когда она обернулась, то увидела как на воду садится черный Дракон. Махали ему взрослые и дети, радуясь тому, что их защитник вернулся к жизни.

Дрекан и Камила восстановили остров и зажили счастливой жизнью. Так как теперь их брак был волшебным, то их дети обладали силой Фей и могли они обращаться в драконов в любой момент, чтобы самим охранять остров. Конец.

– Вот это ты раскрутил сюжет, – от восхищения я даже захлопала в ладоши. – Мне нравится такой конец.

– Так-то вот. Так что теперь засыпай и ни о чем не думай.

Я мирно погрузилась в сон, и сновидения начали рисовать красивые пейзажи бесконечных чайных склонов. Только сказка на ночь от Дайя возымела нужный эффект и окончательно расслабила, как нас резко вырвали из объятий Морфея:

– Ангелина, Гару снова напали!

Комната тряслась и, кажется, потолок обрушился. Я не могла сфокусировать взгляд, потому что было темно как в пещере, и все вокруг ходило ходуном.

– Дайя, где ты?! – закричала я.

Наша кровать раскачивалась как лодка в центре шторма и матрас почти соскочил на землю.

– Убирайся!

Рядом со мной началась какая-то потасовка. Книжная полка пошатнулась и книги градом посыпались на землю.

Наконец я нашарила выключатель, и комнату озарил мягкий свет ночника. В темноте Дайя сражался с собственной тенью.

– Винни?

– Ботанка Бестолковая! Ну наконец!

Младший Смэш заключил меня в поистину необьятные обьятия, отчего что-то хрустнуло.

– Винни, – прошептала я, все еще не придя в себя. – Боже мой, какой ты большой!

– Ты тоже оценила мои бицепсы? И это все честные тренировки, никаких анаболиков и порошков. Так-так, тише, – мужчина отодвинул меня на расстояние вытянутой руки, когда я начала щупать его накаченные трицепцы, – не надо меня так нагло лапать, я все-таки женат с почти двумя детьми.

Винни выглядел шикарно. Не сказать, что солидно (это слово больше подходило его старшему брату), но жизнь из него просто била ключом. Он был сильнее похож на какого-то прославившегося актера боевиков, который сошел с экранов к нам в спальню. Даже в простой футболке и домашних штанах он выглядел так, словно уже готов мочить врагов и крушить здания (что, в общем, только что сейчас и делал).

– Братец, да ты истинный подкаблучник, – прыснул Дайя, взъерошив кузену волосы как в старые добрые времена.

– Я просто очень люблю жену, – с гордостью заверил южанин. – Ну наконец-то вы соизволили выбраться из берлоги. Я думал, что Дайя забрал тебя в башню и больше никогда никуда не выпустит.

– Ты знал, что я вернулась? – я оценивала, насколько быстро и далеко распространилась новость обо мне.

С наглой миной Винсент уселся в кресло у кровати и даже не подумывал помочь брату с погромом, который сам же и учинил. Дайя собирал упавшие книги, среди которых я мельком увидела сборник сказок.

Так, стоп, он все же издал свою книгу?

– Не совсем. Первые пару дней я просто думал, что он снова забурился к себе на хату, чтобы помянуть тебя в одиночестве. Через неделю уже начал немного переживать, но секретарь сказала, что с боссом все ок, просто уехал по делам.

– Почему ты просто не телепортировался к нам в KattaMarin? – удивилась я.

Его же ничего не остановило заявиться к нам в спальню посреди ночи?

– Нельзя, – категорично заявил Фатум, потом нагло взял из корзины яблоко и громко захрустел. В полной тишине ночи хруст звучал так громко, я даже испугалась, не проснутся ли старшие Смэши.

– В смысле нельзя?

– Это территория Ферзя. Никто там никогда не был, поэтому ты там будь аккуратней, мало ли у него появились какие-то новые увлечения, пока тебя не было, – понизив голос и прикрывая рот ручищей заговорщически сообщил мне Винсент. – Тайные комнаты, плетки там, ну ты сама поняла.

– Дурак ты, – кинул в него подушкой брат, заправляя матрац на место.

– Вот, а когда ассистентка телепортировала к тебе кучу модных шмоток, я чуть было не поседел от ужаса.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.