# Любовь по науке, или На практику в другой мир

Лидия Миленина

Меня отправили в другой мир на практику в области «магического естествознания». Казалось бы, настоящая фантастика! Но не тут-то было! Я понятия не имела, что придется участвовать в сомнительном эксперименте по половому влечению. Теперь у меня четыре навязчивых поклонника, на которых подействовали мои особые «эманации». А тут еще и декан факультета – умный и загадочный красавец. На него мои эманации не подействовали, а вот на меня его, похоже, очень даже! Но хуже всего другое: попаданок в этом мире любят и… убивают. Как же выжить и правильно выбрать мужчину?!

## Глава 1

– Парни, может, я одна пойду, а? – я обвела взглядом сопровождающих. – Мне в дамскую комнату нужно. И дорогу я знаю! Не заблужусь!

Дракон – самый гордый и величественный из трех – вздернул нос и сообщил:

– Я должен обеспечивать твою безопасность.

– А я не могу допустить, чтобы этот крылатый сопровождал тебя один. Драконы опасны, – сказал оборотень и бросил неприязненный взгляд на дракона.

– Эти двое не будут хорошей компанией для тебя. Я еще не спел тебе свою лучшую песню, о Мария, – это был третий. Эльф.

«О боже!» – подумала я. Судя по всему, отвязаться не получится.

Я в очередной раз прокляла миг, когда согласилась участвовать в сомнительном эксперименте по половому влечению. Не ожидая тогда, что мои «эманации» подействуют сразу на трех мужчин!

– Значит, так! – я решительно подбоченилась и грозно поглядела на свою «личную гвардию». – Как хотите. Но с тем, кто сейчас пойдет за мной, свидания не будет!

На лицах парней отразилось раздражение, смешанное с ужасом.

– Но… – начал оборотень.

– Не будет! Совсем! Никогда! Никаких свиданий! Никакого отбора! Я… вообще вернусь в свой мир и забуду о вас! – рявкнула я.

Развернулась, взмахнув юбкой (местные юбки к этому располагали), и сердито пошла по дорожке.

Но по шуршанию песка за спиной я догадалась, что угроза подействовала слабо. Похоже, эти трое все же следуют за мной. Просто на некотором отдалении. Наверное, надеясь, что так избегнут страшной кары.

Я уже собиралась остановиться и изрыгнуть новую порцию угроз, когда небо вдруг потемнело.

Раздался свист, и буквально в пятнадцати шагах передо мной приземлился огромный черный дракон. Весь такой красавчик. Блестящая чешуя, мощные лапы, красиво изогнутая шея, острые шипы… Ммм!

– Прячься мне за спину! – рявкнул оборотень.

Спустя миг меня прикрывал от дракона огромный рычащий тигр.

Дракон из моей «личной гвардии» выкрикнул проклятье и рассыпался на миллионы бордовых частиц, чтобы обратиться и сражаться до последней капли крови.

Эльф выхватил из-за спины стрелу и наложил на тетиву лука.

Я же изумленно моргала, глядя на огромного черного дракона, который тоже рассыпался на части. А спустя несколько мгновений собрался в высокого брюнета с ослепительно-мужественным смуглым лицом.

Одет он был в черный облегающий костюм, расшитый серебром. Очень элегантно, ничего не скажешь.

– Я не трону вас, дети, если не будете препятствовать мне, – насмешливо бросил брюнет моим охранникам, глядя при этом только на меня. Весьма изучающе. И в то же время – горячо.

Ох, а голос-то какой, подумала я, продолжая изумленно разглядывать пришельца. Бархатный баритон прекрасно подходил эффектной внешности. Правда, в каждой нотке восхитительного голоса присутствовало что-то пугающее. Скрытая сила. А может – опасность.

Тигр зарычал. Бордовый дракон взревел. Эльф не издал ни звука, лишь сильнее натянул тетиву.

– Да бросьте вы, дети! Я всего лишь хочу заполучить свою Избранную. Ее аромат я ощутил с другого конца континента, – произнес незваный гость. Его хищно очерченные ноздри раздувались, вдыхая запах моих эманаций. – Пойдем, – он галантно протянул руку в мою сторону. – Не заставляй забирать тебя силой.

«О боже! – пронеслось у меня в голове. – Четвертый!»

Четвертый кандидат. Четвертая жертва эксперимента.

И тут уже не получится ускользнуть в туалет. Слишком серьезно он настроен. Да и вообще дикий какой-то!

Неужели меня, как принцессу из сказки, похитит дракон? Нет, так я не хочу. У меня просто летняя практика в другом мире, и ни на какие похищения мы не договаривались.

Я сжала кулаки – без боя не сдамся. И уж точно потреплю нервы этому самоуверенному дикарю!

Но в это мгновение…


За неделю до этого


Возле деканата стоял парень. Стройный такой, утонченный и возвышенный. С длинными светлыми волосами и тонкими чертами лица. В странном костюме. Я бы назвала его куртку старинным камзолом, а штаны – лосинами.

Он с задумчивым видом смотрел на расписание занятий летней практики, которая нам всем предстояла.

Ролевик, что ли, подумала я. Хе-хе, и как его пустили? Вообще-то в последнее время на входе в универ всяких сомнительных личностей задерживают и допрашивают с пристрастием.

Промелькнула мысль расспросить, кто такой, ведь, похоже, практику нам проходить вместе. Он пялился на расписание именно моего потока. Но тут открылась дверь кабинета декана, и наш обожаемый Иван Семенович выглянул в коридор.

Нахмурив густые брови, декан скользнул задумчивым взглядом по странному эльфо-парню, потом заметил меня.

И тут лицо его разгладилось.

– Мошкина? Отличница?! – как-то подозрительно радостно спросил он.

– Да, Иван Семенович, все сдала и хочу посмотреть расписание практики.

– Все сдала? К практике готовишься? – еще более оживленно (и еще более подозрительно) продолжил он. – Славненько… Чудненько! А зайди-ка ко мне! А вы, Коримэл, постойте тут, подождите! – кивнул он странному блондину.

В ответ на это парень с уважением поглядел на нашего декана и… почтительно поклонился.

– Буду ждать, господин верховный магистр факультета.

И встал напротив кабинета, как страж.

«Клоун!» – подумала я.

А декан поморщился.

– Ох… Ну и проблем мне с тобой будет, адепт, как тебя там… Мошкина, ты идешь?! Давай, решим уже все, а то сил моих нет со всеми этими делами.

Я пожала плечами, недоумевая, что понадобилось «главному начальнику», и зашла в кабинет. Иван Семенович вздохнул, провел рукой по лбу и запер дверь.

– Так, Мошкина… Маша, кажется?

– Да, Маша, – продолжая недоумевать, подтвердила я.

– Ты садись, Машенька, а то упадешь еще от изумления, – засуетился он.

И подвинул мне стул.

Я села, повесила рюкзак на спинку и заняла выжидательную позицию. То есть просто смотрела, как декан выдвигает стул себе, садится за стол.

– Машенька, ты ведь у нас одна из лучших студентов, – он поглядел на какие-то бумажки, лежащие перед ним. – С первого курса только на «отлично». Три престижных молодежных гранта, несколько раз принимала участие в конференциях. И даже одна статья!

«Ага, все верно, – подумала я. – Отличница, умница и красавица. Но не ботаник. Вернее, как раз ботаник, но не в том смысле!»

– А что ты, Маша, мне скажешь, если я предложу тебе особые условия летней практики? – выпалил Иван Семенович и замолчал, испытующе уставившись на меня.

О, так мне сейчас предложат стажировку в другом городе или за границей, обрадовалась я. Давно мечтаю об этом.

Это я удачно зашла в деканат!

– Скажу, Иван Семенович, что с большим интересом отнесусь к любому предложению, – корректно ответила я.

– Так ли уж к любому? – хитро прищурился декан. И откинулся на спинку стула, продолжая буравить меня взглядом. – Ну хорошо. А если я предложу тебе пройти практику в Академии Магии в другом мире? Не волнуйся – практически по специальности. У нас – биология. У них – магическое естествознание. Очень близко. Как ты на это смотришь?

Э-э-э, подумала я. Вот тебе, Машенька, и стажировка за границей! Раскатала губу! Нет, все совсем по-другому: наш декан сошел с ума. Либо ставит какие-то психологические опыты над студентами. Или участвует в телевизионном розыгрыше со скрытыми камерами.

– Вы ведь сейчас пошутили, Иван Семенович? – не скрывая скепсиса, спросила я.

– Ага, как же… Пошутил! – усмехнулся декан. – Все так говорят. И я сам хотел бы, чтобы это было шуткой. Мне, знаешь ли, от этой программы обмена одни проблемы да заботы. Нет, Машенька, не шучу, увы! У нас тут под университетом обнаружился портал в другой мир. Причем не куда-нибудь – а прямо в подземелья Магической Академии. Маги из того мира проложили когда-то в древние времена. И забыли про него. А недавно нашли и заявились к нам. С предложением о сотрудничестве. Ну а мы что?.. Развиваем сотрудничество. Обмен всяческий. Может, и конференцию проведем. Вот и наш факультет привлекли к программе обмена. Видела остроухого в коридоре?

– Видела молодого человека, но ушей его не видела, – кивнула я.

– А, ну да, они у него под волосами. Я тоже, по правде говоря, не видел, – признался декан. – Просто он – эльф, которого к нам по обмену отправили. А у эльфов обычно острые уши.

– Думаю, эльф эльфу рознь, – рассудительно поддержала разговор я.

Честно, уже просто не знала, что думать. Наверное, просто розыгрыш, ведь на психа Иван Семенович не похож. Я незаметно повела взглядом по стенам, высматривая скрытую камеру.

Но какая-то особенно авантюрная часть меня хотела, чтобы все это оказалось правдой. И даже уже верила в это. Просто часть эта пока еще была очень маленькой. Такой робкий росточек под слоем скепсиса.

А еще очень хотелось нервно рассмеяться. Я едва сдерживалась.

– Ну да, наверное… Я настолько глубоко не вдавался, – согласился декан насчет эльфийских ушей. – В общем, Машенька, если согласишься – нужно завтра же отбыть на практику. Мы и так задержались на день. Тебя там ждать будут, все объяснят. Хотя… подожди. Я понимаю, тебе, очевидно, нужны доказательства? Я ведь и сам не поверил, когда все это завертелось…

– Вообще хотелось бы, – призналась я.

– Вот, смотри! – с хитрой искринкой в глазах декан извлек из ящика стола… пакетик с семенами. «Зозуля», – прочитала я знакомое название сорта огурцов. Следом за ним достал какую-то штучку, напоминающую зарядное устройство для телефона, только без шнура. Чудо техники было украшено блестящими камешками. – Это особый артефакт из того мира. Излучатель одной из форм магической энергии, ускоряющей процессы. Мне его по обмену подарили. Если ты просто хочешь вырастить огурцы, то что будешь делать, а?

– Намочу тряпочку, заверну в них семена, – со знанием дела сообщила я. В детстве я принимала участие в бабушкиных огородных экспериментах. – Подожду несколько дней…

– Ага, потом будешь выращивать рассаду, – кивнул декан. – А тут все проще!

Он подошел к окну, на котором стоял горшок с каким-то завядшим цветком, и просто бросил в него одно семечко. Потом поводил рукой над «артефактом». Из излучателя вырвался луч красного цвета, декан направил его на горшок, и… в считаные секунды из-под земли вырвался росток огурца. На этом он не остановился – принялся расти, схватился усиками за решетку на окне… А спустя пару минут перед носом декана висели отборные «зозульки».

– Хочешь? – спросил Иван Семенович, сорвал с куста огурчик и протянул мне.

Я растерянно взяла овощ в руку, изумленно моргая.

– Ешь, он ничем не хуже обычных, даже лучше, – Иван Семенович оторвал еще один огурец и с хрустом откусил кончик. – М-м-м… Ну что, убедительно?

– Даже не знаю, – сказала я задумчиво. Теперь верящая часть меня стала огромной, даже голова немного закружилась от фантастичности происходящего. А мой внутренний скептик сморщился и забился в угол. Но еще сопротивлялся. – Может, у нас изобрели новый вид излучения.

– Да брось! – махнул рукой декан. – Это какой, интересно, «вид излучения»? Даже отборная радиация не даст такого эффекта, ты девочка образованная, сама знаешь. В общем, рекомендую тебе согласиться. Познакомишься с подобными технологиями. И еще с массой других.

– Хм… – продолжая переваривать информацию, я машинально откусила от огурца. А ведь правда «м-м-м». Огурец не хуже, чем с бабушкиного огорода. Даже лучше! Невероятно свежий и вкусный.

И тут меня осенило.

– Иван Семенович, – хитро поглядела я на руководителя. – Все же сдается мне, что здесь какой-то подвох. Ведь если это Магическая Академия, то учатся там те, у кого есть магические способности. А у меня их не замечено.

– Вообще не проблема, – заявил декан. – У них разные факультеты, как и у нас. Например, чтобы учиться на факультете боевой магии или там стихийной, действительно нужен особый талант. А вот насчет магической биологии, геологии и прочих наук есть концепция, что развить базовые навыки может любой человек. Так что ты вполне подходишь. Получишь уникальные умения. Соглашайся, Машенька! Можешь даже свой диплом потом посвятить какой-нибудь иномировой теме…

Эх, подумала я, была не была! В конечном счете, если это розыгрыш, я ничего не теряю. Может, меня по телевизору покажут. Ничего страшного, даже интересно. Я ведь веду и собираюсь вести себя достойно.

– Так, хорошо. В принципе, я согласна, – ответила я. И снова откусила от бесподобного огурчика. – Только еще пара вопросов. Первый. Как быть с языком? Сомневаюсь, что в другом мире все разговаривают по-русски. Полагаю, даже английского не знают.

– А, это… Не беспокойся! Но хорошо, что сказала, я чуть не забыл! – Иван Семенович снова залез в ящик стола и вытащил что-то вроде наушника. – Вот еще один артефакт. Специально для нашего студента-обменника оставили. Наденешь на ночь, он будет тебе шептать в ухо, а ты спи. Утром проснешься – будешь знать язык и общие данные о том мире.

– Как он хоть называется-то, мир тот? – спросила я и взяла у него драгоценный «самоучитель».

– Дамбиор. Красивое название, правда? – лукаво поглядел на меня декан.

– Хорошо, тогда предпоследний вопрос. Вот чего не понимаю – я смогу узнать нечто необыкновенное для нашего мира. Магические технологии растениеводства и все в этом духе. А тот эльф? Зачем им отправлять студента к нам? Что мы можем им дать?

– Как что? – удивился декан. – У них ведь совершенно нет знаний по генетике, биохимии, молекулярной биологии… Для них это бесценная информация! Вот это все наш эльф и будет изучать. Ему куда сложнее программа предстоит, чем тебе. Зубрить будет от основ до самых новых веяний в молекулярной биологии!

– Понятно, – улыбнулась я. И верно, мне изучать магию будет куда интереснее (а может, и легче), чем несчастному остроухому грызть гранит науки.

И тут я вспомнила…

– Ой, Иван Семенович! А мой Гришка-то как? – растерянно спросила я. – Он ведь без меня не может!

– Гришка? Твой парень? – как-то вдруг помрачнел и расстроился Иван Семенович. – Хм… Это меняет дело. С парнем туда нельзя!

– Да нет. Не парень! – поморщилась я. Вечно все думают, что Гриша – мой парень и что мое сердце давно занято. А он всего лишь… – Попугайчик! Мой попугай! Его можно взять с собой? А то оставить не с кем. Да и нельзя – он перья выщипывает себе, когда я уезжаю.

– Уфф!.. – с искренним облегчением вздохнул декан. – А я уж подумал, придется искать другого кандидата. Попугая можно. Почему нельзя? Да, кстати… Значит, молодого человека у тебя нет? Точно?

– Нет. А что? – насторожилась я.

– Нет-нет, ничего, – улыбнулся Иван Семенович, но выглядел при этом как-то подозрительно. – Просто вдруг тебя не отпустил бы жених. Или позавидовал тебе – и ваши отношения испортились бы.

Мне бы насторожиться тогда по-настоящему… Пристать к Ивану Семеновичу с ножом к горлу, мол, что там такое. Но меня уже охватило приятное волнение. Завтра я отправлюсь в другой мир! И была не была! Такой шанс, такое волшебство дается один раз в жизни (чаще – ни одного). И теперь, когда я поверила, ни за что не откажусь.

Вот я и не насторожилась. И не пристала.

А следовало бы!

## Глава 2

Когда на инструктаж к декану отправился эльф, я осталась в коридоре его ждать и успела передумать много разного. Сомневалась, смеялась над собой – как можно поверить в такую фантастику?! Опять верила. В общем, без рефлексии по поводу собственного решения не обошлось.

А еще я обнаружила, что жду возвращения необычного студента с большим любопытством.

Да, именно жду эльфа, а не просто так болтаюсь у деканата. Ведь под конец разговора обожаемый Иван Семенович преподнес мне еще два сюрприза.

Сюрприз первый – заставил меня подписать соглашение о конфиденциальности. Я не слишком сопротивлялась. Сама уже поняла, что знать о портале в другой мир каждому встречному совершенно не обязательно. В ответ на рассказ о нем мне либо посмеются в лицо, либо… возле портала выстроится очередь желающих осуществить межмировой туризм.

И второй. Декан еще и навязал мне эльфа на этот вечер!

– Машенька, милая, ты же видишь, как я зашиваюсь… А вы, студенты, всегда найдете общий язык. Будь другом, отвези его в общежитие. Бумаги у него есть, но боюсь, как бы под машину не попал. Заодно расскажи, как у нас все устроено. Через дорогу переходить научи. И да, нормально разговаривать – тоже, чтобы не «тыкал» нашим преподавателям и не называл их «почтенными магистрами».

Что сказать? Тут я тоже не особо возражала. Пообщаться с жителем другого мира перед отправкой – очень даже полезно. Ведь не только я смогу научить ему уму-разуму, но и он меня. Расспрошу обо всем.

Однако, когда собранный, прямой, но гибкий эльф вышел из кабинета декана, первым моим желанием было просто ляпнуть: «Уши покажи!»

Интересно ведь! Я открыла рот и… тут же закрыла. Потому что иномирянин опередил меня:

– Любезная адептка Мария, господин верховный магистр факультета велел мне во всем слушаться тебя и быть твоим учеником в этот вечер, покуда не доставишь ты меня в мое обиталище, что он мне выделил. Поэтому я полностью покорен тебе и жду твоих распоряжений. Меня зовут Коримэл Гердеорин Бертераси из колена высочайших бессмертных.

При этом эльф опять слегка поклонился.

Наверное, мне следовало сделать в ответ книксен, но, не обученная этикету иных миров, я несколько секунд просто изумленно глядела на это чудо. Ох, крутилось у меня в голове, и как я смогу это исправить за один вечер? Вот это: «мое обиталище», «покуда не доставишь»…

Ладно, попробуем.

Я вежливо кивнула в ответ и сказала (про уши решила пока не спрашивать, чтобы не показаться бестактной):

– Любезный Коримэл, меня зовут Маша Мошкина. Мы с тобой как бы… одного статуса, поэтому называть меня тебе следует на ты. А вот декана и преподавателей… – я быстренько обрисовала эльфу ситуацию с обращениями в нашем мире. При этом тонколицый и, по правде сказать, недостаточно мужественный, но очень красивый Коримэл сосредоточенно впитывал каждое мое слово.

– То есть после имени преподавателя следует добавлять имя его отца? – удивился он. – Но откуда мне знать, как звали его славного родителя?

«Безнадежно…» – пронеслось у меня в голове.

– Я же говорю – при встрече он представится именем-отчеством. Например, наш верховный магистр… тьфу, декан – Иван Семенович. Вот эти «Семеновичи», «Сергеевичи» и прочее ты должен запомнить и обращаться именно так. Так, дальше… Сейчас мы поедем в общежитие. А на улице будут машины. Ты знаешь, что это такое?

– Разумеется, – уже более естественно ответил эльф. – Я прочитал монографию нашего профессора Гарбориана Тардовера из расы людей. Он подробно рассказывает о том, что улицы ваших городов полны механических повозок, подобных самодвижущимся магическим бертуари, что двигаются на топливе из кристаллов породы тербири.

Уфф, а вот это хорошие новости, подумала я. В том мире есть транспорт, похожий на наш. То есть не гужевой. Не упаду с лошади. И не буду трястись в неудобной карете, если решу куда-нибудь поехать.

В общем, оказалось, что Коримэл вовсе не безнадежен. На улице он вел себя достойно, от машин не шарахался, а спокойно выполнял все требования правил дорожного движения. И даже знал их заранее – благодаря этой самой бесценной монографии.

– Стоя возле участка с белыми полосками (ибо переход через улицу разрешен только по ней), следует посмотреть сначала налево, а потом направо. Если же на другой стороне твоему взгляду откроется столб с красным, желтым и зеленым огнями, то надлежит дождаться, когда воспылает зеленый, – озвучил свои знания Коримэл.

Меня чуть не согнуло от смеха. Уж больно комично он выглядел – весь такой серьезный.

Странно только, что в этой книге совершенно не рассказывалось о манере речи местных жителей и обращениях друг к другу.

Общежитие располагалось в нескольких кварталах от университета. Можно было пройти пешком всю дорогу, но я решила, что Коримэлу полезно освоить езду на автобусе. Ему, кстати, выдали немного денег и… студенческую карточку. В автобусе на него оглядывались, но не слишком сильно. В общем-то всякие ролевики даже в центре города – давно не диво.

Правда, в какой-то момент я услышала шепот одного молодого мужчины другому:

– Гляди, какой эльфанутый!

– Ага, совсем долбанутый! – в рифму ответил второй.

Коримэл явно расслышал этот короткий диалог, но решил сделать вид, что нет. Он лишь гордо поднял подбородок и продолжил разговор со мной. А потом шепнул:

– Меня предупреждали, что моя внешность может вызвать недоумение у почтенных жителей мира Земля. И что не стоит ставить стрелу на тетиву сразу, как только я услышу упоминание своей расы в сомнительном и непонятном контексте.

Вышли мы за одну остановку от общежития, чтобы пройтись по парку и еще поговорить. Я продолжала рассказывать о жизни в нашем мире, расспросила о мире Дамбиор (хорошо, что не Дамблдор!).

Например, с облегчением узнала, что такие своеобразные обороты речи свойственны только эльфам.

– Бессмертные чтят традиции изящной словесности, – сообщил мне Коримэл в ответ на осторожный вопрос, следует ли мне научиться говорить, как он. – Остальные расы склонны пользоваться упрощенными формами, что прежде годились лишь для перебранки на базаре.

Узнала я и то, что эльфы действительно бессмертны. Живут сколько хотят, а потом просто развоплощаются – их тело становится менее плотным, постепенно обретает свойства духа и уходит в «мир иной».

– Если прежде не постигнет бессмертного преждевременная кончина, – пояснил Коримэл.

– Кори! – не выдержала я. – Ну ты хоть в нашем мире попробуй сдержать свою страсть к изящной словесности! Иначе кто-нибудь может дурку вызвать…

– Что может вызвать этот неблагонадежный? – удивился эльф.

Прошлось объяснять ему, что бывают такие специальные заведения для умалишенных.

– Не беспокойся, любезная Маша. Эльфы никогда не теряют разум. Это свойственно лишь младшим расам, подобным людям и гномам.

Ладно, подумала я. Попробуем с другой стороны.

И принялась объяснять эльфу, что не нужно каждому встречному и поперечному рассказывать о своей нечеловеческой природе. Коримэл внимательно выслушал мои наставления и согласился. Ведь он тоже, как оказалось, подписывал документ о неразглашении. И даже дал обещание не применять магию без «высокого позволения» преподавателей, посвященных в его тайну.

В общем, все шло очень хорошо! А может, мне так казалось. Я даже решилась попросить кое-что. Огурцы огурцами, а в области магии даже у студента третьего курса Магической Академии возможности должны быть выше, чем у Ивана Семеновича.

– Кстати, мне-то можешь что-нибудь магическое показать? – спросила я. – Я не преподаватель, но… из посвященных.

Коримэл нахмурился, потом резко оттянул меня за дерево, чтобы скрыться от взглядов мамочек, прогуливающихся с колясками, и… вдруг схватил меня за руку.

– Что ты делаешь? – изумилась я.

– Посмотри! – отпустил он мою ладонь. С нее вспорхнула крошечная голубая бабочка. Ненастоящая. Сотканная словно из ниток голубого света.

Она покружила у нас над головами, потом Коримэл взмахнул рукой, и бабочка растворилась в воздухе.

А я счастливо рассмеялась. В тот миг я окончательно уверовала, что все по-настоящему.

Другой мир завтра – будет.

Эльф возле меня – настоящий эльф.

И магия действительно существует. А я даже немного прикоснусь к ней, научусь чему-нибудь.

Я попала в сказку. И в тот миг мне казалось, что эта сказка обязательно будет доброй и интересной.

– Маша, я безмерно признателен тебе за гостеприимство, – вдруг сказал эльф, как-то странно глядя на меня. Ласково, что ли. Я даже засмущалась. – Возьми вот это, – он протянул мне маленький медальон в виде бутылочки. В ней что-то подозрительно поблескивало красным. Как рубин.

– Что это?

– Капля моей чистой крови! – гордо сообщил Коримэл. – Если в моем мире тебе потребуется помощь, то другой эльф, увидев эту виахрию, или «хранитель крови», будет знать, что ты моя… мой друг. И обязательно тебе поможет.

Не подозревая никакой подставы, я приняла подарок. Ведь помощь в другом мире мне вполне может понадобиться.

Ну, например, дорогу там спросить у встречного эльфа…


Домой я пришла в радужном настроении. Даже в какой-то эйфории. Удивительно, ведь могла бы вновь начать сомневаться. Бояться чего-нибудь. Другой мир – это даже не другой конец света. Это совершенно незнакомая мне реальность!

А что, если все это ловушка? Допустим, наш Иван Семенович таким образом поставляет блондинок на Восток (слава богу, я не блондинка, конечно)? А вся магия – какой-то очень сложный фокус.

Или магия есть, другой мир есть. Но там меня ждет не Академия Магии, а… гарем у какого-нибудь влиятельного страшного орка. Который тайно приплачивает нашему декану, чтобы (опять же) поставлял ему девиц?! Я уж не говорю о том, что там еще и могут ставить эксперименты на глупых попаданцах!

Но, как ни странно, над этими мыслями, которые все же иногда всплывали, я просто смеялась. А в кармане меня словно что-то грело. Я периодически засовывала туда руку и доставала амулет с кровью Кори. Тогда перед глазами вставало утонченное и серьезное лицо «моего» эльфа, и я с теплом в сердце вспоминала нашу приятную прогулку по парку и то, как забавно он разговаривает.

В общем, мне почему-то понравилось теребить этот амулетик…

Радовало и то, что Кори хорошо устроился. Наша администрация выделила ему целую комнату в блоке (то есть «соседа по камере» у него не будет). Я объяснила ему, как пользоваться душем и газовой плитой на общественной кухне.

Даже представила его парням из второй комнаты в блоке. Предварительно, конечно, шепнула им, что Кори с причудами и особо расспрашивать его, почему он такой, не стоит. Но, мол, приехал издалека, и нужно помочь ему освоиться.

Парни посмеялись, Мишка из пятой группы, с которым мы немного дружили, поднял повыше бутылку с пивом и заверил меня:

– Не боись, Машка! Сделаем из твоего протеже человека! Вернешься – не узнаешь!

Ох, подумала я. Главное, чтобы эльфийский организм не выдал какой-нибудь сюрприз при употреблении земных напитков.

А когда я уходила, из комнаты парней уже раздавался хохот: видимо, они в полной мере оценили «традицию изящной словесности». И слышался томный перелив гитарных струн…

Ага, это Кори углядел у ребят гитару, в своей витиеватой манере испросил разрешения попробовать инструмент и… спустя пару минут уверенно подбирал какую-то романтичную мелодию.

В общем, жизнь удалась! Эльфа я пристроила.

К отправке в другой мир готова.

Нет, не готова, вздохнула я, оглядев вешалку, на которой в полном хаосе висели зимняя одежда и летние куртки. Мне еще собираться. И, что намного хуже, собирать Гришу.

Кстати, Гриша…

– Привет! Я пришла! – из коридора прокричала я.

– П-р-ри-в-вет! – раздалось из комнаты. – Чего хочешь?

– Ужинать хочу. А надо собираться, – сообщила я, войдя в комнату.

Венесуэльский амазон Григорий с интересом наклонил голову и спросил:

– Что за дела?

– А такие дела! Завтра в другой мир отправляемся на практику, дракончик ты мой зеленокрылый, – я открыла клетку. Гришка ступил мне на палец своими острыми лапками, я вытащила его и погладила сине-желтую головку.

– Что за дела?! – другим, изумленным тоном воскликнул Гриша. – Пойдем?

– Да уж, дела… – вздохнула я. – Но мы и верно пойдем. Я уже подписалась. Так что обещай слушаться маму.

– Гриша умный! – последовал ответ, и Григорий взлетел с моего пальца. Было ли это согласием слушаться, я так и не поняла.

А я потянула из-под кровати свой большой чемодан для путешествий.

Если сборы неизбежны – лучше приступать к ним сразу.

– Чего хочешь? – периодически приставал ко мне Гришка. – Кушать. Ку-у-шать!

И до «кушать» у Гриши дошло намного раньше, чем у меня. Конечно, я накормила его. А о своем ужине начала думать, только когда с трудом застегнула чемодан. Пожалуй, утром придется взять такси, подумала я. И без сил упала на кровать.

Потолок кружился: наверное, голову повело от усталости. Я вообще-то не слишком выносливая. Невысокая, стройная, никогда никаким спортом не занималась. Родители с детства приучали меня к интеллектуальной работе. Видимо, считали, что мое сильное место – голова.

Вот эта девичья головка со светло-каштановыми волосами…

И тут, пока я собиралась с силами, чтобы отправиться на кухню, раздался стук в окно.

– Гриш, погляди, чего там? – попросила я, хоть и понимала, что Гриша не сможет внятно объяснить, что увидит.

Сообразительный попугай повернул голову на непрекращающийся стук, потом перелетел на подоконник и заинтересованно уставился в окно.

– Птичка! – вдруг закричал Гриша и замахал крыльями.

– Птичка? – не слишком удивилась я. Вернее, удивилась лишь тому, что недооценила своего питомца. Он совершенно точно назвал то, что колошматило по окну.

Привстав на локтях, я тоже увидела птичку. Голубя. Обычного серого голубя, что в изобилии живут в парках и скверах.

– Ну и Господь с ней, с птичкой! – сказала я Грише раздраженно.

Но голубь продолжал колошматить в окно. А Гриша работать крыльями и кричать:

– Птичка! Птичка!

– Сам ты птичка! – вспылила я.

Отодрала себя от кровати и подошла к окну. Замахала на голубя руками. Но тот даже не думал улетать. И вдруг я разглядела, что к ноге неожиданного гостя… кажется, что-то привязано.

«Почтовый», – констатировала я.

Потом что-то во мне перещелкнуло, и я, отогнав Гришу, приоткрыла окно. Умный голубь тут же сделал шаг внутрь и встал, искоса глядя на меня.

– Ладно, – сказала я, решившись.

Если чудеса продолжаются – будем продолжать в них верить. Я осторожно потянулась к лапке голубя, нашла нитку, которой крепился свернутый листочек. Как только я коснулась ее – нить чудесным образом развязалась сама и письмо упало на подоконник.

– Хм… Спасибо, – машинально бросила я голубю. Тот проворковал что-то и шмыгнул в окно.

Я раскрыла листок.

Написано было весьма коряво. Писавший явно не слишком хорошо владел кириллицей. Но все же достаточно аккуратно.

«Любезная моя подруга Маша! – гласило письмо. – Ты проявила ко мне столько заботы, что я решился раскрыть тебе тайну, ведь твоя жизнь для меня теперь значит не меньше, чем моя собственная. Я вовсе не желаю, чтобы ты отказалась от практики в моем мире. Но знай же, что там тебе может грозить опасность. Будь всегда начеку. Ибо известно уже несколько страшных случаев, подобных тому, что может произойти с тобой. Носи мою кровь при себе, и я верю, что она защитит тебя! Твой бессмертный друг Коримэл».

## Глава 3

«Чтоб тебя, Кори!» – подумала я. Тайну он мне раскрыл! Так раскрыл, что ничего не раскрыл. Только напугал.

Я в сердцах скомкала бумажку.

Первым порывом было поехать в общежитие, поймать эльфа, прижать к стенке и допросить с пристрастием. Если потребуется – воспользоваться помощью наших парней.

Но мой гнев и страх как-то быстро улеглись. Да и Гриша летал по комнате и приговаривал:

– Пойдем! Пойдем!

Словно понимал, что я начала сомневаться. И решил подсказать, что пойти в другой мир все же нужно.

Поэтому я поступила по-другому. Конечно, я не столь уж безалаберна по жизни, и прежде чем покинуть декана, выпросила у него номер телефона. На случай, если у меня возникнут вопросы по поводу моей отправки.

Вот этой возможностью я и воспользовалась.

На другом конце провода послышалось очень усталое и раздраженное:

– Алло!

– Иван Семенович, добрый вечер! – затараторила я. Время было уже позднее, и звонить декану в такой час вообще-то не слишком прилично. – Простите, я тут подумала… Это ведь другой мир, я могу совершить любые ошибки… Скажите, пожалуйста, а как эта Академия Магии гарантирует мою безопасность?

Конечно, я не заложила Коримэла. Он ведь написал, что хочет раскрыть мне «тайну».

– А-а… Машенька, – кажется, декан даже обрадовался, услышав, что это я. А не, допустим, какой-нибудь его заместитель, которому приспичило решить рабочие вопросы на ночь глядя. – Да не волнуйся ты. Мы с ними подписывали соглашение. Нашему «обменнику» гарантируется полная безопасностью жизни и здоровья. Если, конечно, он будет соблюдать все правила жизни и учебы в Академии. Твою безопасность гарантирует лично декан факультета магического естествознания.

Уфф, выдохнула я. Наверное, Коримэл просто полагает, что я могу растеряться и наделать глупостей в другом мире. Или еще что-нибудь странно-эльфийское придумал. Слова про то, что безопасность обеспечивает сам декан, как-то сразу успокаивали. Но где-то очень глубоко все равно засела тревога.

В общем, я в очередной раз решила рискнуть. Знаете такое состояние, когда ты что-то обещал и запланировал, а потом узнаешь, что могут быть проблемы, но отказываться не хочется? Ты даже готов сильно рисковать, только бы не отменять свои планы. И не нарушать обещание.

А я девушка обязательная, как известно.

Поэтому я повесила трубку и спокойно прикончила все запасы в холодильнике. А чего им портиться те два с половиной месяца, что меня не будет? «Пусть лучше насытят в полной мере будущую адептку Магической Академии», – подумала я и захихикала.

– Чего смеешься? – спросил Гриша, устраиваясь у меня на плече. – Ха-ха-ха!


В восемь тридцать, как и договаривались с Иваном Семеновичем, я стояла у входа в университет. Рядом – мой огромный чемодан. В руке – специальная переноска с Гришей. Попугай сидел притихший, видимо, ситуация его тревожила, несмотря на весь энтузиазм накануне. Он вообще молчаливый, когда нервничает.

Входившие в универ студенты с удивлением оглядывались на меня. Некоторые умудрялись разглядеть попугая и улыбались. Пару раз ко мне подошли знакомые и спросили, что вообще такое происходит. Но я расплывчато ответила, что меня отправляют на удаленную практику.

Вот теперь я волновалась. В голову опять начали стучаться мысли, что все это розыгрыш. Никуда меня декан не отправит. Сейчас подойдет съемочная группа, посмеется над моим багажом и предложит помахать в камеру.

Вот дурой я буду – с чемоданом и попугаем! Поверила неизвестно во что.

Но долго ждать и сомневаться мне не пришлось. Вскоре из большой черной машины вышел Иван Семенович, а с ним… Кори.

– Наш Коримэл решил тебя проводить! – весело сообщил декан. – К тому же его практика тоже начинается сегодня, так что нужно на общее собрание в большую химическую аудиторию. Вот, решил подвезти интуриста!

Боже мой, радостный-то какой, подумала я. Наверное, доволен, что скоро отвяжется от всех этих вопросов с иномировой практикой.

Коримэл щеголял уже в земной одежде. И обратился ко мне совершенно нормально, без всяких витиеватостей. Не знаю уж, как парни умудрились его перевоспитать за одну ночь, но разница была налицо!

– Маш, я решил тебя проводить. И… Вот, смотри, мне Сашка дал свой старый телефон, – показав мне старенький смартфон, он вполне уверенно поводил пальцем по экрану. – Запиши номер. Как вернешься – позвони мне. Моя практика позже заканчивается. Это твой попугай, про которого ты говорила? Здравствуй, крылатый!

Он наклонился к переноске, протянул палец. И… Гриша ласково коснулся его клювом, глядя на Кори влюбленными глазами.

А вот на декана Гриша произвел совершенно другое впечатление.

– Да уж, не ожидал! Это же амазон! Огромный зверюга! Машенька, ты же сказала «попугайчик»! Я думал, волнистый или там неразлучник… Ай-я-яй…

– Что, нельзя такого большого? – расстроилась я, подумав про себя, что без Гриши я, конечно, никуда не «поеду».

– Да можно, просто смотри, как бы не заболел от иномировой еды. Ты ведь не можешь взять ему корм на два с половиной месяца.

«А вот это мы посмотрим», – подумала я. Собственно говоря, половину моего чемодана занимали как раз Гришина зерновая смесь и всякие приспособления для него – игрушки, подвески.

– Не извольте беспокоиться, Иван Семенович, – улыбнулся Кори и взялся за ручку моего чемодана. – Магические приемы ухода обеспечат питомцу Маши полнейшее здоровье.

– Ну да, ну да, забыл, – согласился декан. – Ну что, птичка, пора на практику? – видимо, Гришка и его не оставил равнодушным, он тоже наклонился и потянулся пальцем.

– Сам дурак! – сообщил ему попугай и сердито отвернулся.

– Гриша! – возмутилась я. – Простите, Иван Семенович!

Не знаю уж, чем ему не угодил декан, но не понравился так же сильно, как Кори – понравился.

Но, конечно, дальше все было хорошо. Иван Семенович и Кори рассмеялись. Кори потащил мой чемодан. А декан провел нас через вахту и дальше к… мужскому туалету. К моему удивлению, рядом обнаружилась неприметная дверь.

Иван Семенович достал ключи, открыл замок, шагнул внутрь, включил свет. Пока он занимался этим, я слегка толкнула Кори локтем.

– Ты вчера что имел в виду? – многозначительно спросила я у него шепотом.

– Я? А… да ничего страшного. Просто подумал, что тебе там все незнакомо будет. Как же я сокрушен, что не могу сопровождать тебя на этой практике! Главное, что ты взяла амулет, эльфы всегда тебе помогут… – вполне правдоподобно отмазался Кори.

Я продолжила бы расспросы, если бы декан не пригласил нас проследовать вниз по лестнице за дверью.

Вот уж никогда не подумала бы, что у нас в университете есть такие места. Шли мы долго, все ниже и ниже. Спустились, должно быть, достаточно глубоко, и перед нами предстал большой зал с мокрыми облезлыми стенами. И тусклым освещением от старых ламп дневного света.

– Простите, ремонт еще не успели сделать! – сообщил декан и указал на единственную дверь на другом конце помещения: – Вот он, портал. Машенька, тебе туда. Коримэл, ты подтащи чемодан поближе, тяжелый. А ты, Маша, не волнуйся, там тебя должны встретить.

И бодренько пошел к этой самой – совершенно обычной – железной двери, покрашенной бордовой краской. Отпер ее ключом из той же связки. Приоткрыл.

За дверью была полная темнота.

Вот тут-то мне и стало по-настоящему страшно. Я поежилась.

– А свет там включить нельзя? – осторожно спросила я.

– А как? Это ведь портал. Сейчас он ведет как бы в никуда, – пояснил декан. – Но ты не бойся. Как только ты шагнешь за порог, увидишь совсем другое. Там тоже большой зал, с украшениями. А возле портала тебя будет ждать куратор.

Ладно. Если эти двое – маньяки и сейчас меня запрут в подземелье, то, значит, такова моя судьба. Сама дура, как говорит Гриша.

Но, в сущности, если это так, то непонятно, зачем придумывать сложную схему с практикой в другом мире. Уверена, маньяки нашли бы более простой способ заманить девицу под землю.

Я обнялась с Кори.

– Кровь мою носи! – шепнул он мне.

Кивнула Ивану Семеновичу. Крепче сжала ручку переноски и с трудом приподняла тяжеленный чемодан.

Надеюсь, там, в другом мире, можно будет попросить кого-нибудь потаскать его, подумала я. Словно это самое важное, когда отправляешься в другой мир.

– Пойдем! Пойдем! – неожиданно подал голос Гриша.

– Сейчас пойдем! – машинально ответила я.

И, выдохнув, решительно шагнула в раскрытую дверь.

То есть в полную тьму.

В следующий миг тьма не закончилась. Я только мельком услышала, как щелкнула закрывшаяся дверь у меня за спиной.

Я осталась одна в полной темноте и тишине. И вот тут весь страх – даже ужас! – что я подавляла все это время, ударил в сердце. Меня прямо-таки затопило им. Холодные острые мурашки побежали по спине.

А в голове крутилась одна мысль: «Вляпалась!» Ну надо же быть такой дурой! Поверить в какой-то другой мир. Поверить в то, что я буду проходить какую-то мистическую практику.

Нет, Машенька, все.

Тебя поймали маньяки – или кто они там – и заперли где-то под землей. Даже света не оставили.

Я отшатнулась, пытаясь рукой нащупать захлопнувшуюся дверь. Вдруг получится открыть! Вдруг это все же розыгрыш.

Но лишь уткнулась спиной в стену.

– Вот мы и попались, Гришенька! – пробормотала я попугаю, судорожно прижимая к себе клетку.

– Сама дур-р-а! Свет включи! – осчастливил меня ответом Гриша. И тут же снова замолчал, отчего тишина показалась совсем убийственно страшной.

И тут в этой тишине послышался звук шаркающих шагов. Незнакомый старческий голос произнес:

– Не бойся, девонька… Уж извини меня, дурака старого. Ждал-ждал и решил поспать. Свет выключил. Старость, знаешь ли, не радость. При свете не поспишь… Под крики адептов не поспишь… При лунах не поспишь…

Вернее, говорил этот голос какую-то абракадабру: «Тинь бе гай, утари фа…» Но я почему-то прекрасно понимала смысл этого набора звуков. Наверное, потому что честно спала с тем артефактом-наушником в ухе.

– Пожалуйста, включите свет! – жалобно воскликнула я, а сама инстинктивно плотнее прижалась к стене.

Кстати, из моего рта бодро посыпались те же странные звуки: «Утари, мари то!»

Шаги совсем приблизились, послышалось старческое кхеканье, и медленно начал разгораться свет. Он лился со всех сторон, словно сияли сами стены.

Постепенно я увидела огромный зал. Не такой, как в универе. А очень красивый. С колоннами, барельефами. Под ногами, оказывается, тоже не бетонный пол, а отборный паркет из темного дерева.

А чуть на отдалении от запертой двери стояло кресло и подставка для ног. И от него ко мне медленно брел белобородый старец в старинной одежде. С увесистой тростью.

«Вот сейчас как он меня огреет этой тростью за то, что разбудила!» – подумалось мне совершенно нелогичное, ведь старец своими словами уже высказал миролюбие.

– Магистр Таурай Брэйд, – остановившись на почтительном расстоянии от меня, сообщил старик и слегка поклонился. – Привратник в мире Дамбиор. Ну прости меня, девочка, прости, как там тебя… – Он засунул руку за пазуху, достал какую-то бумагу, развернул и поглядел. – Мария Мошкина. Прости… Старый стал, все спать хочу. Потому меня тут и посадили, что моего времени ни мне, ни кому другому не жалко…

Сердце еще бешено билось от страха, но я выдохнула и попыталась вспомнить про хорошие манеры. Если не знаешь статус говорящего, то тебе следует тоже слегка склонить голову в знак приветствия, подсказало мое подсознание.

Что я и сделала.

– Доброе утро, магистр Брэйд, – сказала я. – Да, я напугалась. Но все хорошо, что хорошо кончается. Не подскажешь ли мне, что делать дальше? Я прибыла на практику.

– П-р-ривет! – поддержал меня Гриша, с интересом поглядывая на старого магистра. Видимо, тоже решил проявить хорошие манеры.

Правда, кричал он по-русски, не уверена, что магистр его понял.

– Да-да, знаю я! – махнул рукой старик. – Подожди, бумаги мне покажи свои. Формальность – а сделать нужно.

Вдобавок к чемодану и Грише у меня на плече висела сумочка с мобильником и прочими мелочами. Я выдохнула, опустила на пол клетку с Гришей и продемонстрировала свое направление на практику.

Старый магистр дотошно изучил его. В смысле, нет, не читал! Он старательно поводил над бумагой рукой, видимо, творил какую-то магию. После чего вернул мне со словами и поклоном:

– Твои документы в порядке, адептка Мария Мошкина. Можешь проследовать вон в тот коридор, – махнул он рукой в сторону небольшой арки, что красовалась на другом конце зала. – Только… Где этот проклятый мальчишка?! – возмутился старик.

– Какой мальчишка? – удивилась я.

– Куратор, который должен тебя встретить! – продолжал гневаться магистр. – Понятия не имею, кого они назначили, но это точно проклятый вредный мальчишка! Иначе уже был бы здесь и разбудил меня!

Как раз в этот момент из-под арки, куда хотел отправить меня магистр, послышались быстрые звонкие шаги. В зал влетел краснощекий высоченный блондин в расстегнутом зеленом камзоле.

Он бросился к нам, затормозив лишь в паре шагов от меня, встал и почтительно поклонился:

– Адептка… Мо… Адептка… В общем, Гай Тойрабим, лучший адепт третьего курса, к твоим услугам. Почтенный магистр Брэйд, – поклонился уже старому магистру, – я прибыл, дабы…

– Да знаю я, зачем ты прибыл! Почему опаздываешь?! Ай-я-яй… Ладно, забирай девоньку, и марш оба отсюда! Нечего рядом с порталом отираться! А то знаю я… нос свой везде норовите сунуть, на другой мир поглядеть…

Полные губы Гая начали складываться в улыбку, но он сдержался, явно не желая обижать пожилого мага.

– Мне доверена честь донести твои вещи и проводить тебя к магистру Гарону, – сообщил он мне почтительно, хотя продолжал выглядеть спешащим и немного рассеянным.

Бодро подхватил мой чемодан, с интересом покосился на Гришу, который с подозрением разглядывал его, но не поздоровался и даже не выдал свое фирменное «Пр-р-ривет!». И мы пошли к арке.

– Скажи, пожалуйста, а магистр Гарон – это ведь верховный магистр факультета? – спросила я.

Гай замедлил шаг и удивленно уставился на меня.

– Эээ… Ты с эльфами общалась? – удивился он. – Только эльфы называют декана верховным магистром факультета! Тьфу! Анахронизм какой!

«Вот именно, тьфу на тебя, Кори!» – мысленно простонала я. Вот ведь: с кем поведешься – от того и наберешься. Ну, конечно, традиции изящной словесности соблюдают лишь эльфы…

– Ну да, – улыбнулась я. – Был там у нас один. Эльф.

– Хм… Ничего не понимаю! – помахал белобрысой головой Гай. – В мире Земля ведь живут одни лишь люди. А, подожди! Вот я болван! К вам по обмену нашего Коримэла Высокопарного отправили! Понял. В общем, слушай меня, Мария…

– Можно Маша, – перебила я. Все равно обращения на вы у них не существует, как, например, в английском языке.

– Тем более. Ты не очень слушай всяких эльфов, гномов, оборотней и прочих. Мы люди! Наше братство – сила! Будут вопросы – приходи прямо ко мне. Я живу в пятой комнате мужского общежития. А со всякими поосторожнее… Особенно с драконами.

– А у вас и драконы есть? – удивилась я.

– Конечно. У нас просвещенный мир! – с гордостью в голосе ответил он. Словно наличие драконов было главным критерием просвещенности.

Между тем мы поднялись наверх по широкой лестнице и оказались в просторном коридоре, где сновало множество студентов. Парни – в таких же зеленых камзолах, как у Гая. Девушки – в зеленых прямых платьях с длинными рукавами.

Были они разного роста, с разным цветом и длиной волос. Думаю, если бы нашлось время осмотреться, я заметила бы среди них не только людей. Но пока все они выглядели вполне человекообразно.

Время от времени на нас с Гаем бросали заинтересованные взгляды. Девушки с особенным любопытством глядели на мои обтягивающие джинсы. Парни, впрочем, тоже. Тьфу, нужно срочно раздобыть форму, подумалось мне. Явно к обтянутым тканью женским ногам и тому, что выше, здесь не привыкли.

– А форму мне выдадут? – спросила я почти на бегу.

Шаг у Гая оказался широкий, и мне приходилось приспосабливаться под него. Он, видимо, совершенно не соображал, что спутница намного ниже его ростом.

– Конечно! Насколько я знаю, у тебя в комнате уже полный шкаф одежды. Не знаю уж, зачем ты целый чемодан набрала. Ох… девушки! – он лукаво поглядел на меня. – Ну вот, мы пришли. Это кабинет декана, – Гай указал на большую дверь, на которой местными вензелями значилось: «Декан факультета магического естествознания Гарон Брейдир».

Ниже стояла приписка: «Без записи не беспокоить».

Но, видимо, я была записана. Потому что Гай смело приложил руку к двери, и она издала переливчатый звук.

– Сейчас тебя декан примет, проинструктирует. Потом я тебя в общежитие отведу. А после обеда – начало практики, – шепнул мне Гай.

И тут дверь открылась. Я застыла, разинув рот. Ожидала чего угодно, только не этого.

Как-то имя «Гарон Брейдир» ассоциировалось у меня с мужчиной. Перед нами же стояла невесомая девушка с длинными светлыми волосами и в светло-голубом пышном платье.

Вся такая изысканная, эльфийской внешности: запястья как ниточки, шея – тоже. Лет шестнадцати на вид.

Ну и декан у них, подумалось мне. Впрочем, понятно, этой эльфийке на самом деле может быть лет триста, они ведь не стареют.

– Великий и ужасный не принимает! – переливчатым голоском сообщила девушка.

И это совершенно точно свидетельствовало, что девушка – не декан. Я почему-то облегченно выдохнула. Хотя иметь дело с деканом одного со мной пола было бы неплохо. Никаких опасений эльфиечка не вызывала.

– Так я, это… привел адептку из другого мира, – влюбленными глазами глядя на эльфийку, пояснил Гай.

Вся бравада как-то сразу с него слетела. Судя по всему, он неровно дышал к девушке.

– А, тогда проходи, адептка,он тебя ждет, – вежливо кивнула мне эльфийка. – Я его секретарь. Милесса Тари. По всем малозначительным вопросам лучше обращаться ко мне, его не беспокоить.

В общем-то я и не собиралась обращаться к самому декану с малозначительными вопросами, мелькнула у меня мысль.

И с клеткой в руке я зашла в приемную.

– Питомца мне оставить не хочешь? – крикнул мне вслед Гай. – Я птицами не питаюсь!

– Зато он очень любит студентов на обед! – ответила я.

Но в этот момент эльфиечка наклонилась и засюсюкала с Гришей. А он почти высунул наружу клюв и позволил его гладить. Свидетельство полной влюбленности.

Понятно, подумала я. Мой попугай неравнодушен к эльфам. Похоже, у них какая-то особая магия воздействия на животных.

Мне бы такую! Тогда я не гонялась бы за Гришей, когда требовалось насильно засадить его в клетку. И у нас не случалось бы потасовок, если он вдруг решал снять занавески или погрызть обои…

Через просторную приемную с несколькими столами эльфийка, продолжая щебетать Грише ласковые слова, привела меня к еще одной двери и постучала в нее.

– Войдите! – раздался густой низкий голос из-за двери.

И она сама собой открылась.

Сердце почему-то екнуло, словно я шла на экзамен, и я шагнула внутрь.

И вновь я ожидала чего угодно, только не этого!

Нет, за дверью меня встретил не дракон или какой-нибудь древесный человек.

Но…

## Глава 4

Почему-то я представляла себе декана в Магической Академии почтенным пожилым магом с бородой. Кем-то вроде магистра Брэйда. Моложе, конечно, но все же недалеко ушедшим от Дамблдора из «Гарри Поттера».

Магистр Гарон Брейдир оказался мужчиной в самом расцвете сил. И невероятно красивым.

Я застыла на месте, оценив его мужественную внешность. Высокий, выше даже длинного Гая. Брюнет, волосы зачесаны назад. Черты лица строгие, четкие, как у статуи. Брови слегка нависают над глазами, а дальше уходят в хищный, крутой изгиб. Прямой нос, волевой подбородок.

И блестящие глаза (кажется, очень темные). Блестящие, но какие-то затягивающие. Его взгляд одновременно обволакивал и подчинял – уж не знаю, как это может сочетаться!

Он стоял сбоку от большого деревянного стола, сложив руки на груди, и с легкой насмешкой глядел на меня. Никакого камзола на нем не было. Только прямые темно-синие брюки и такого же цвета облегающая рубашка с острыми лацканами, расшитыми серебром (в смысле, чем-то серебряного цвета). Под ней угадывались тугие мышцы. А от всего тела веяло упругой, сдерживаемой силой.

Никогда в своем мире я не встречала мужчины, наделенного такой удивительной мужской красотой, силой и харизмой. Куда уж там голливудским красавцам-брюнетам до этого декана, подумалось мне.

Так бы и стояла, смотрела на него.

Как дура!

Видимо, выглядела я в тот момент – изумленная, потерявшая дар речи, с клеткой в руке – весьма комично. Потому что губы невероятного красавца начали изгибаться в улыбке. Одним краем рта – очень так… эффектно.

Он пробежался по мне взглядом, внимательно осмотрел мои обтянутые джинсами ноги (будь они неладны!), белые кроссовки. Снова слегка усмехнулся. И перевел взгляд на клетку с Гришей.

Гриша, словно проникнувшись важностью момента, сидел тише воды, ниже травы. Вообще не подавая признаков жизни. А я почувствовала, что вот-вот покраснею.

От этого его подчеркнутого разглядывания.

От затянувшегося молчания.

Да просто от всего!

Хотя бы оттого, что в его присутствии как-то необыкновенно остро ощущаешь себя женщиной. Девушкой, хрупкой и нежной на фоне этой сдерживаемой силы.

– Птичку на стол поставь. Удобнее будет, – неожиданно нарушил тишину он. Этим своим глубоким низким голосом, в котором и глухой различил бы насмешку.

Я глухой не была. И в тот момент от этой насмешки словно проснулась.

Нет уж, господин декан, верховный магистр и кто ты там еще есть! Наверняка стоит тебе выйти в коридор – и все дурочки разных рас вот так на тебя пялятся. И вздыхают.

Я одной из них не буду. Не надейся.

Я ведь девушка с Земли. И должна представить свой мир с самой лучшей стороны. То есть (в том числе) никогда не ронять чувства собственного достоинства.

Я быстро поставила клетку на стол.

И… впервые в жизни сделала книксен.

Одна изумительная деканская бровь удивленно приподнялась.

– Это не обязательно. Я дам тебе брошюру о правилах поведения в Академии. В том числе там расписано, какие знаки почтения или приветствия следует выказывать в разных ситуациях. Книксен подойдет для приветствия в аристократической среде. Причем с лицом выше тебя по статусу. Мы же находимся в Академии. И здесь действуют другие правила. Итак… Как добралась, адептка Мария Мошкина?

Воспринимать, что он говорит, было сложно, глубокий голос чаровал и завораживал. Хотелось не только смотреть на него, но и слушать. Прямо-таки запищать: «Магистр декан, ну скажите еще что-нибудь, вы так здорово говорите!»

– Кхм… – я с трудом взяла себя в руки. Но взяла. – Магистр декан, добралась я хорошо. Единственно…

И осеклась. Подставлять старого мага, заснувшего в ожидании меня, совершенно не хотелось.

– Что «единственно»?! – разумеется, тут же переспросил декан. Таким цепким тоном.

– Нет, все хорошо, просто я по-другому представляла себе переход между мирами. А тут просто делаешь шаг за дверь, и ты уже в другом мире, – нашлась я.

– Не стоит начинать наше общение – и свою практику – со лжи, – жестко ответил декан. И я ощутила себя тараканом, над которым занесли ботинок.

«Ну не отправит же он меня за это обратно!» – в панике подумала я.

С тех пор как я увидела его, сама идея отправиться назад несолоно хлебавши казалась катастрофой.

Ну что ж, магистр Брэйд, простите. Своя рубашка ближе к телу.

И все же нотки угрызений совести шевелились в душе, поэтому ответила я расплывчато:

– Просто когда я перешла в ваш мир, было темно. Это оказалось неожиданно…

– И адептка из другого мира немного испугалась. Или много испугалась, решив, что попала в ловушку – и это понятно, – продолжил за меня декан, а я облегченно выдохнула. Но рано, он еще не все сказал. Неожиданно он расхохотался, громко и заливисто: – Магистр Брэйд в очередной раз преподнес сюрприз! А милая адептка не желает подставлять его. Что же… Адептка Мошкина, приношу извинения от лица факультета, – уже серьезно продолжил декан. – Признаюсь, я надеялся, что выбранный куратор придет прежде, чем ты перейдешь в наш мир. Встретить тебя было его ответственностью. Что касается магистра Брэйда… Дело в том, что если есть портал, то возле него должен находиться привратник. Сильный маг, чтобы оказать сопротивление, если из мира иного повалят хищные опасные твари. В случае с Землей – это просто правило, традиция. Этот портал приходится охранять скорее от любопытных адептов, которых хлебом не корми, дай посмотреть на другие миры. Поэтому серьезной охраны мы не назначили. А магистр Брэйд в силу возраста как раз подходит на роль… вахтера. Еще раз приношу извинения за него. Если ты не желаешь писать на него жалобу… не желаешь?

– Нет, – зачарованно глядя на Гарона Брейдира, ответила я и отрицательно покачала головой. Он был просто невероятно хорош во время этой речи. Я обрадовалась – у декана есть сердце. Он не будет увольнять пожилого мага за не столь уж большой проступок.

– Тогда я позволю себе оставить магистра Брэйда на этой же должности. Однако… – темные глаза сверкнули лукаво и в тоже время хищно, – не рекомендую впредь умалчивать о чем-либо в разговорах со мной. Если такие еще будут, конечно. Ложь и недоговорки я отличаю безошибочно.

Ох, ты еще и профайлер отменный, подумала я. Или ты отличаешь их при помощи магии? Ладно, спрошу у Гая потом, не приставать же к декану с вопросом о том, как он это делает.

– В данном случае я могу понять твои мотивы. Ты опасалась своими словами нанести вред старому магистру Брэйду. Это говорит в твою пользу. Но на будущее не рекомендую утаивать что-либо от меня, – он выжидательно уставился мне в глаза. – Адептка Мошкина, ты меня поняла?

А у меня голова слегка закружилась от этого пристального взгляда.

Я встряхнулась. Стоп.

Стоп, Маша! Помнится, ты обещала себе не уподобляться дурочкам из коридора, которые млеют при виде своего декана. К тому же если подумать, то некоторые его слова и манеру поведения можно счесть слегка обидными. Или излишне жесткими.

Млеть тут совершенно не от чего!

В тот момент мне вдруг очень захотелось перевести игру на свое поле. Как-то отыграться, что ли.

Это меня и подвело.

– Поняла, магистр декан, – вежливо и спокойно сказала я. – Позволишь вопрос?

– Разумеется, все вопросы нам лучше всего решить прямо сейчас, – бросил в ответ величественный красавец и поглядел на часы на стене.

Опять не очень-то вежливо, подумала я, и мне стало неприятно. Желание отыграться выросло еще сильнее.

– Я впервые нахожусь в чужом мире. И действительно поначалу испугалась. Как будет обеспечиваться моя безопасность?

И тут я поняла, на какую скользкую тему свернула. Это надо же так ляпнуть!

Если этот детектор лжи начнет копать глубоко, то мне придется заложить теперь уже Коримэла, который вселил в меня тревогу. И будет противно, что за время первого же разговора я как бы подставила двух своих знакомых.

Декан Гарон в одно мгновение стал серьезным и собранным и очень остро поглядел на меня.

– Ты опасаешься за свою безопасность? Почему? – таким же острым тоном спросил он.

Ну вот и все. Хотела отыграться, а вляпалась еще сильнее, подумала я.

И тут случилось то, чего я подспудно ждала. Гриша, видимо, освоился на новом месте. И выдал:

– Пр-р-ривет! Гриша умный!

– Говорящая птица? – взгляд Гарона метнулся к Грише. – Он явно сказал нечто осмысленное.

И верно, Гриша – умный! Так вовремя вмешался, отвлек внимание.

– Да, говорящий попугай, венесуэльский амазон. Признаюсь, он действительно говорит очень хорошо и понятно. А подчас – слова и фразы, подходящие к ситуации. Например, сейчас он с тобой поздоровался, магистр декан, – пояснила я, надеясь, что разговор свернет на тему говорящих птиц.

– Очень интересно. Думаю, владея подобной птицей, ты сможешь поделиться навыками с нашими зоологами и животноводами. У нас таких животных нет.

– Говорящих птиц? – уточнила я.

– Да, увы, – кивнул декан. – Все животные и птицы с достойным интеллектом обладают также и навыком считывать ментальные импульсы разумных рас. И их же излучать. Развитие человеческой речи им не требуется. Но эта способность говорить… очень интересна.

– Гриша умный, Гриша хороший, Гришенька мальчик-красавчик! – опять вступил в беседу попугай. Словно хотел подтвердить, насколько он ценный и интересный.

Я не удержалась и рассмеялась.

– Переведи! – с улыбкой сказал декан.

Хоть бы «пожалуйста» добавил, господин большой начальник, мелькнуло у меня в голове. Но, конечно, я перевела. Ведь это продолжало держать разговор подальше от опасной темы.

– Гриша – это его так зовут. Полное имя – Григорий. Говорит, что он умный, хороший, красивый и мужского пола.

– Великолепно! – рассмеялся декан.

И верно, Гришенька – мой хороший мальчик-красавчик, так хорошо разрядил обстановку!

Но не тут-то было.

Декан очень быстро перестал веселиться.

– Вполне достойная попытка заговорить мне зубы, – усмехнулся он. – Признаюсь, не каждый наш адепт может подобное – даже с помощью дрессированного питомца. Однако что заставляет тебя, адептка Мошкина, бояться за свою жизнь? Наша Академия – достойное и приличное учебное заведение. Лучшее на континенте. Любой адепт здесь в безопасности. Странно, что ты сомневаешься в этом. Это почти оскорбительно для Академии.

Эх, была не была! Попробуем прием «молодая, да дерзкая». То есть немного понаглеем.

– Мне кажется, я уже четко обозначила почему. Я первый раз в другом мире. Причина очевидна.

– Неплохой ответ. Хорошо, – Брейдир сложил руки на груди. – Тогда я тоже отвечу. Твою безопасность, адептка Мошкина, обеспечиваю лично я. И тебя не касается, какими именно методами. А не верить в надежность моей защиты у тебя причин нет. Не так ли?

Испытующий взгляд слегка исподлобья, жесткая усмешка.

– Равно как нет причин быть полностью уверенной в обратном, – как можно тверже и с достоинством ответила я – уж больно меня покоробило от этих взгляда и усмешки. – Однако я признательна тебе, декан, за труд по обеспечению моей безопасности.

И замерла. Вообще-то первая фраза получилась, возможно, излишне смелой. Как бы господин большой начальник не оскорбился по-настоящему.

– Весьма неплохой ответ. И весьма наглый, – без злости усмехнулся декан. – Почти любой адепт из нашего мира рисковал бы быть отчисленным за подобный диалог с… со мной. Однако учту, что ты, адептка Мошкина, – дитя другой культуры и действительно не знаешь многих нюансов. Все, достаточно! У меня не так много времени. Вот договор о прохождении практики. Присаживайся, ознакомься и поставь подпись. Если, конечно, желаешь оную практику проходить. Лично меня ты устраиваешь как практикант. Наличие интеллекта и изворотливости налицо.

Он протянул мне несколько скрепленных листков бумаги. Затем в один шаг оказался по мою сторону стола и подвинул мне небольшое креслице.

А что, этот декан не чужд галантности, растерянно подумала я. Очень странно после его невежливых оценочных суждений по поводу моего интеллекта.

Так же растерянно я уселась в кресло. И не менее растерянно принялась читать договор.

И вся эта растерянность лишь оттого, что теперь он стоял в одном шаге от меня. За моей спиной.

Казалось, я ощущаю его горячее дыхание.

Это напрочь вышибало мысли из головы! Мешало сосредоточиться. Хотя я почти обиделась на него (или на себя – какая разница!).

В общем, кое-как я, конечно, бумаги прочитала. Говорилось там, что Академия Фундаментальной и Прикладной Магии в лице факультета магического естествознания обязуется предоставить мне знания и возможность практики по темам… список тем оказался длиннющим, и половину слов я не поняла. Также Академия обязуется предоставить мне жилье, питание и прочее жизненно необходимое. И, кстати, обеспечить полную безопасность моей жизни и здоровья обязуется тоже – если я буду выполнять инструкции преподавателей и соблюдать правила общежития.

В свою очередь, я должна соблюдать вышеуказанные правила, следовать инструкциям и вообще вести себя хорошо. Договор был подробный, а декан так и стоял у меня за спиной и дышал. Горячо, сильно.

Я бы сказала, «дышал над душой».

В итоге я подписала оба экземпляра, декан тоже их подмахнул. Отдал один экземпляр мне. И напутствовал:

– Ты свободна, адептка Мошкина. В случае крайне важных вопросов – можешь потревожить непосредственно меня. Например, если тебе покажется, что твоей безопасности что-то угрожает, – усмешка. Но какая-то слишком серьезная, что ли. Странно… – И еще… Если возникнут вопросы по эксперименту, тоже можешь обращаться непосредственно ко мне. Я сам его курирую.

– Какому эксперименту?! – словно проснулась я.

Как-то мне упоминание «эксперимента» уже тогда не понравилось.

К этому моменту я стояла вполоборота к двери с переноской в руке. А тут оглянулась и уставилась на него.

– А в договоре, между прочим, указано, что ты обязуешься участвовать в одном биологическом эксперименте, – укоризненно покачал головой Великий и Ужасный. – И ты его уже подписала. Как опрометчиво невнимательно читать договоры, – улыбка краешком рта. – Впрочем, не бери в голову. Ничего особенного. Просто будем проводить эксперимент, и участие человека из другого мира может стать очень полезным. Иди, адептка Мошкина. Волноваться тебе не о чем. Всего хорошего.

Вышла я от него в смешанных чувствах. И сумбурных мыслях. И с послевкусием его невообразимой энергетики во всем своем существе.

## Глава 5

В коридоре стоял Гай, о чем-то разговаривая с секретаршей Милессой. Он то краснел, то бледнел, а иной раз запинался, что подтверждало его влюбленность в эльфиечку. Мне подумалось, что, наверное, он и меня встречать напросился, чтобы привести к декану и повидаться с прекрасной секретаршей.

Стараясь отогнать собственные сложные чувства, я поблагодарила Милессу, Гай снова подхватил чемодан и повел меня по коридору.

Пару минут мы шли молча, каждый был охвачен своими мыслями.

Потом Гай вдруг кхекнул, встрепенулся и с интересом уставился на меня.

– Ну что, ты уже? – спросил он с легкой насмешкой.

– Что «уже»? – удивилась я.

– Уже влюбилась в нашего декана или еще нет?

Сердце громко ударило и стекло в пятки. Краска волной грянула на щеки. Но я тоже встрепенулась, напомнив себе всю строгость и жесткость Гарона. Надо сказать – помогло.

– А с чего ты взял, что я должна в него… хм… влюбиться? – спросила я.

– Ничего в этом позорного нет, кстати, – вновь стрельнул на меня глазами Гай. – В них все влюбляются, это нормально. Девушки – в Гарона, Великого и Ужасного. Парни – в Милессу Эфемерную… – при упоминании секретарши он опять покраснел.

А мне стало смешно. Идем двое, парень и девушка, впечатленные совсем другими женщиной и мужчиной. И попеременно боремся со смущением. Как подростки, право слово!

И тут внутри что-то щелкнуло. Противное чувство, надеюсь, не ревность, ниточкой зазвенело в груди.

– В них? Они что – пара? – скосив глаза на Гая, спросила я.

А почему нет, со странной тоской подумалось мне. Он – образец эффектной мужественности. Строгий и жесткий, но умный и очень красивый. Она – невесомая и милая, словно хрустальная. Очень даже подходящая пара такому мужчине!

Да, она – эльф, а он – человек. В книгах фэнтези люди и эльфы постоянно влюбляются друг в друга. И ничего… приключения, сложности, но потом – счастливая концовка.

– Да нет, что ты! – рассмеялся Гай. – Ну какая из них пара? Декан на преподов, студентов и сотрудников не обращает внимания. Наверное, считает это недопустимым. По правде, мы вообще полагаем, что он закоренелый холостяк. У него даже… – Гай склонился к моему уху, – любовницы нет. Ну или никто о ней не знает.

Так, закоренелый холостяк лучше, чем мужчина, занятый воздушной красавицей с идеально-милыми чертами.

«Впрочем, почему меня вообще это волнует?!» – одернула я себя. Я должна обижаться на него, а не думать, что там у него с личной жизнью!

– А она? – поинтересовалась я, чтобы увести разговор от темы декана. Пусть лучше Гай смущается.

– А она… – Гай обреченно вздохнул. – Она еще не скоро достигнет возраста, когда начнет интересоваться противоположным полом. Эх… Мы для нее все просто студенты.

– В смысле? – удивилась я. – Эльфы поздно взрослеют? Она ведь эльф.

– Нет, не эльф, – снова вздохнул Гай. – То есть ее род произошел, вероятно, от эльфов. Но эта линия отделилась очень давно. Она – фея.

– Фея?! – удивленно воскликнула я. – Неужели и такие бывают?!

Впрочем, теперь понятно, откуда у Милессы подобная внешность. Именно слово «фея» подходит ей больше всего.

– Ну да, а что? Никогда фей не видела?! Ах да, ты ведь из другого мира! Ну дракон Гадорыч[1], опять я забыл! Феи похожи на эльфов, но это отдельный народ. Например, они тоже бессмертны. Но эльфы обладают сильной природной магией в целом. А феи рождаются сразу со «специализацией». Феи воздуха, феи травы, феи рек. Милесса – фея цветов. И вся ее магия как-то замешана на цветах. А еще они совсем миниатюрные. И половая зрелость у них наступает лишь к тремстам годам. Тогда они находят себе одну пару на всю жизнь. Среди своих же. Другие расы для них не привлекательны. А вот феи-девушки очень нравятся мужчинам-людям. Беда!

– Понятно, – сказала я. – Что ж, не позавидуешь тем парням, кто влюблен в Милессу.

И бросила на Гая многозначительный взгляд.

– Да уж… Бедные дурачки, – ответил Гай, всем своим тоном показывая, что сам он к ним не относится.

На этой ноте мы замолчали, как раз выйдя из здания. В глаза ударил яркий солнечный свет, и передо мной открылась Академия Магии во всей ее красе.

Чтобы привыкнуть к свету, я обернулась. Здание, из которого мы вышли, оказалось чем-то вроде старинного замка. Множество флигелей, всяческие башенки и террасы. На них кучками стояли студенты и разговаривали. Кое-кто, конечно, сидел на перилах и болтал ногами. Видимо, отдыхал перед грядущей летней практикой.

– Учебный корпус, здесь все занятия проходят, кроме… В общем, еще есть полигоны для боевой магии, зверинец для работы с животными, дендрарий для древесных работ и прочее. Их ты потом увидишь, – сообщил Гай.

Я снова повернулась, и у меня чуть не отвисла челюсть от изумления и восхищения.

Прямо перед учебным корпусом был разбит сад. Просто невероятной красоты. И совершенно фантастический.

Листва на деревьях и кустарниках была самого разного размера, формы и цвета. Почти перед самым носом трепыхался на легком ветерке огромный лопух ярко-красного цвета. Каждую секунду на нем выступали капельки воды, стекали вниз и складывались в ручеек, что дальше бежал между камешками альпийской горки.

Почти все растения на газонах были усыпаны яркими, сюрреалистичными цветами. Похожие на розы голубые соцветия, огромные зеленые колокольчики, розовые гигантские подсолнухи… Словно тот волшебный сад, в который когда-то попала кэрролловская Алиса!

– Боже! Какая красота! – не сдержалась я.

– Кр-ра-сота! Гриша мальчик-красавчик! – радостно подтвердил из переноски попугай.

Моему сердцу биолога (более того – ботаника!) захотелось немедленно узнать, как все это биоразнообразие называется, какие свойства имеет, в каких условиях произрастает…

Гай гордо улыбнулся и указал мне рукой в другой конец сада, где высилось еще несколько зданий. Не замки, но старинные особняки. Тоже очень красивые.

– А там – корпуса общежитий. И нам туда. Левый – мужское общежитие. Правый – женское. А там вон, видишь, домик с черепичной крышей? Это общежитие для тех преподов, у кого нет своего жилья на территории Академии и возле нее. Ну а если пойти еще дальше, то придешь на территорию других факультетов. Академия просто огромная!

С трудом оторвавшись от созерцания прекрасного сада, я пошла за Гаем, который не просто тащил мой чемоданище, а даже размахивал им. Видимо, демонстрировал мне и другим девушкам, какой он силач. И на некоторых девушек это действовало. Они с улыбкой оглядывались, и было непонятно: на меня в джинсах или на Гая, машущего чемоданом.

Он проводил меня прямо до комнаты. Комната оказалась на втором этаже, на ней стоял местный символ, соответствующий цифре пять.

– Ну вот, твоя обитель, – улыбнулся мне Гай. – Ты это… В общем, заходи ко мне. С любыми вопросами. Не бойся, все знают, что я твой куратор, поэтому никто твой визит в мужской корпус не сочтет неприличным. И да, вот еще. У тебя две соседки. Тебя ведь поселили с девушками, которые будут проходить ту же самую практику. Не теряйся с ними! Если что – жалуйся мне! Я разберусь.

Ого, а у меня, оказывается, есть соседки, подумала я. Почему-то до этого мне казалось, что я буду жить одна. В царских хоромах. Вроде целой комнаты в общаге, которую предоставили Коримэлу.

Ну и хорошо. С соседками веселее.

Мне ведь нужно здесь с кем-то дружить. А Гай все же парень и живет в другом месте. Вряд ли он будет водить меня на завтрак, обед и ужин. И вряд ли, несмотря на приглашение, мы с ним будем болтать по вечерам на скамейке в саду.

Так что соседки очень даже кстати!

Тепло поблагодарив Гая, я открыла дверь и вошла.

В просторной комнате стояли три достаточно широких кровати, накрытые узорчатыми покрывалами. У четвертой стены – огромный шкаф, как раз для девичьей комнаты, где может скопиться множество нарядов.

А на одной из кроватей лежала… огромная черная кошка. Скорее даже пантера.

– Киса, киса! Мяу-мяу! – радостно сообщил мой особо интеллектуальный попугай и подпрыгнул в переноске.

А мое сердце обмерло.

«Про еще одно домашнее животное меня не предупредили! Она же съест моего попугая! А может, даже меня!» – пронеслось в голове.

«Киса» при виде нас медленно и вальяжно стекла с кровати. И пошла прямо на нас. Вместо обещанного Гришей «мяу» она громко сказала:

# Сноски

1

«Ну дракон Гадорыч!» – местное выражение вроде нашего «Ну Семен Семеныч!».