Иван Митряйкин
Маги. Когда приходит тьма

ПРОЛОГ

– Слушай и запоминай!

Суть Древа – в возможности присоединиться к источнику. А источник – это новые возможности и новые знания. И надо помнить то, что возможности – это искушения. А знания – это ответственность. И все через это пройдут. Кто-то прикоснётся к Древу ладонью, кто-то увидит его образ в природе, картине или взгляде другого человека… каждый без исключения. Но не каждый сможет постичь его замысел. Так было и так будет! Во всех многочисленных и разбросанных во Вселенной мирах. И в настоящем, и в прошлом, и в будущем. И тот, кто соблазнится, будет изгнан.

– А почему говорят: плод Древа познания? У него же нет плодов?!

– Да, оно не даёт плодов, оно даёт нечто большее. А плоды – это то, с чем в итоге останется ищущий. То, что он приобретёт, или то, что он потеряет.

– А вот они… – Младший кивнул на толпу маленьких детей.

Под наблюдением высокого человека, одетого в серую мантию мага, они по одному подходили к провалу в земле, из которого бил яркий, похожий на солнечный свет, на долю секунды замирали, а потом, оглянувшись на взрослого, смело прыгали прямо в светящееся нечто.

– Они потеряли?

– Да, они потеряли.

– И они изгнаны?

– И они изгнаны.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

В зеркале отражался очень высокий молодой человек с волевым подбородком. Волосы цвета вороньего крыла были зачёсаны назад и завязаны в конский хвост кожаным шнурком. Горящие неистовством глаза, чёрная длинная мантия с капюшоном, волшебный посох на изготовку: всё это выдавало в нём настоящего мага. Горделиво выпрямившись, тот глянул на своё отражение сверху вниз. Да, так маг и должен на всех смотреть, на всех вокруг себя, простых смертных, всяких там крестьян, стражей и даже серых. Вот если бы вместо посоха была палочка, как у настоящего боевого мага, она бы прекрасно дополнила образ, но сейчас в наличии был только посох. Даже не посох, а палка, похожая на посох. Молодой человек попытался изобразить им нужное движение, одновременно сложив пальцы левой руки в определённый знак, но снизу вдруг что-то хрустнуло и, нелепо размахивая руками, маг с шумом грохнулся на пол. Лёжа на полу, он уже не выглядел таким грозным. Так называемый маг лежал, запутавшись в мантии гораздо длиннее своего роста, но достаточной длины для того, чтобы прикрыть стул, на котором он стоял, и от которого так некстати отлетела ножка. Молодой человек ворочался, обиженно поскуливал и потирал ушибленный локоть. Потом кое-как поднялся на ноги, прошёл к умывальнику. Разделся, постоял, собираясь с духом, встал под душ, задержал дыхание и дёрнул рычаг. На этот раз ему удалось не взвизгнуть. Вода была ледяная. Можно было, конечно, помыться и тёплой, но для этого требовалось позвать слуг. А слуги, как известно, не отличаются молчаливостью, и ему не особо хотелось, чтобы его застали в таком «грозном» виде. Кое-как приведя себя в порядок при помощи куска серого мыла и холодной воды, несостоявшийся боевой маг опять посмотрел в зеркало. Теперь отражение было не грозным, он выглядел не особо высоким и совсем не важным. В зеркале отражался молодой человек с зелёными глазами, лицом с хорошей светлой кожей, волевым подбородком, прямым с лёгкой горбинкой носом. Картину дополняли пухлые губы и родинка в районе виска, которая очень подошла бы симпатичной девушке, и по этой причине выводила из себя молодого человека. Ему казалась, что если бы не она, то он бы выглядел гораздо мужественнее, почти как настоящий маг. Волосы остались длинными, но после мытья изменили цвет, стали светлыми и немного вились. Молодой человек выругался себе под нос и привычным движением завязав шнурок, стянул волосы в хвост. Ещё раз взглянул на отражение, остался не удовлетворён увиденным и, подойдя к комоду, достал швейные принадлежности: к завтрашнему утру мантия выпускника должна была быть готова.

***

Молодого человека звали Адам. Он был младшим, нет, не младшим, а самым младшим сыном Имира. Младшие сыновья, как водится, не остаются дома, они или служат, или учатся, или спиваются, но никогда не становятся продолжателями семейного дела: для этой роли есть старшие. Адам успел уже пару раз уколоть палец, но продолжал усиленно работать иглой. Мантию заказали у портного сразу после того, как его взяли на обучение в Замок. Если быть более точным, то замок Амона. Но все называли его коротко – замок Ан, или просто Замок. Когда отцу Адама принесли письмо, серьёзное такое с клеймом самого Канцлера, то ему сразу же заказали мантию, но судя по размеру, предполагаемый выпускник должен был вырасти гораздо выше, чем тот, что сейчас сидел и тихо ругался под нос, подшивая подол. Ну зачем эта морока? Эта мантия и нужна то всего на один вечер, а потом они получат настоящую. Первую, белую. Таков цвет молодого мага. «Беляк» – так иногда пренебрежительно называли выпускника Замка, чаще, конечно, за глаза. Ведь человек, вышедший из этих стен, уже признан высшим магом. Но будь ты самым что ни на есть высшим, всё это неважно, потому что твоя первая мантия белая. Ходили слухи, что на выпускной прибудут все прославленные маги, Первородные. Ведь по традиции в Совет семи, или Большую семёрку, входят только Первородные или равные им. Адам в это не верил. Ну не могло после Раскола на чистых землях остаться столько Первородных. Если бы люди не переняли способность к магии, волшебству, то маги бы уже перевелись.

***

Их группа считалась особенной, на неё возлагали большие надежды. И это не удивительно: впервые после возобновления учебы выпускалось такое количество магов. Семь – это очень много. Кроме того, семь – это самое магическое число, и все ждут от них какого-то чуда. «Самое чудесное в этом выпуске то, что я всё-таки закончил обучение», – подумал Адам, орудуя иглой. Все знали, что семь лет их обучения Замок жил на золото Имира, отца Адама. Почти весь первый год учёбы ходили сплетни, что Адам попал на учёбу по протекции и благодаря богатству своего отца. Ему даже прозвище дали Золотой мальчик. Долго он доказывал своё право на место среди учеников. Ну, а что золото? Даже магам и магистрам нужно на что-то покупать пищу, чем-то согревать свои покои и из чего-то шить свои балахоны. Да и за труды человеческие надо платить. А у кого много золота? У семейства Имира. А ещё у него много детей, и, если один из них готовится в наследники, двое обучаются военному ремеслу, двое – морскому делу, трёх дочерей можно выдать замуж, то остаётся ещё младший, Маленький Адам, как его с любовью называл отец. А так как Имир мог себе позволить выложить любую сумму для того, чтобы избавиться от головной боли в виде проблем с младшим, то он её, конечно же, и выложил, тем самым улучшив жизнь сына во время обучения. Так Адам и оказался в древнем замке, стоящем в Диких горах, замке Амона. Надолго. Ведь если ты отобран для обучения магии, то всё, на семь лет забудь про вольную жизнь!.. Ты будущий высший маг, а не просто человек, предрасположенный к магии, как называли простых обывателей, могущих творить малую магию. Этих, предрасположенных, обучали прямо в поселениях. Делал это любой маг, и по большой части обученные потом ему и служили. Таких «недомагов» называли серыми за цвет их одеяния.

***

Тогда, семь лет назад, перед самым своим отъездом, Адам не понимал, что отец дал магам золото не за его обучение, а в надежде на будущее доброе к нему отношение со стороны наставников. Он пожаловался деду на то, что будет учиться как бы за золото, и ему стыдно. Дед посмеялся и предложил не обращать на это внимания, потому что когда-нибудь, через много-много лет общество деградирует, и учиться за золото будет престижно. «Престижно!» – одиннадцатилетний Адам повторил незнакомое слово, которое слышал первый раз.

– А что значит это «престижно»? – полюбопытствовал он, сдувая непослушные волосы, падающие на глаза.

– Это как бы уважительно. Ну, представь себе, что те, кто учится по призванию, будут в меньшинстве, а те, кто за золото, будут уважаемыми людьми. И не важно, что они потом пойдут продавать сказки и песни. Если кто-то готов за это платить, всегда найдётся тот, кто это продаст.

Сейчас Адам вспоминал разговор с дедом и удивлялся. Он же ему тогда поверил и успокоился. Видимо именно этого дед и добивался. Ха-ха, за золото учиться «престижно», обхохочешься!.. Но несмотря ни на что, Адам достойно прошёл все испытания, в очередной раз доказав, что он высший маг, а не просто Золотой мальчик.

Последние полгода они только и делали, что проходили проверку знаний – от столового этикета до боевых заклинаний, от придворных танцев до драки в тёмной гипсовой пещере. Гипс – это такой странный материал, который по каким-то причинам замедляет или полностью блокирует магию, не дает подключиться к изначальной Силе. А в том случае, когда маг не может использовать свою силу, он должен уметь постоять за себя при помощи подручных средств, будь то палочка или посох. У каждого мага свой инструмент, свой артефакт. Адам с блеском прошёл всё, что подготовили Наставники. И сегодняшняя ночь, последняя в этих стенах, завтра он уже будет на просторах Империи. Где точно, ещё неизвестно, да и не важно, главное на воле. Он встал, встряхнул мантию, скептически оглядел её и остался доволен. Завтра после завтрака их представят шести лучшим магам мира. А потом откроется двор с Древом познаний, и они по одному войдут в это загадочное место. А оттуда только одна дорога, в чистые земли. А кем ты выйдешь на эти просторы, неизвестно; никто не знает, чем наградит тебя Древо – палочкой мага, посохом учёного или жезлом. Тут загадка. Все хотели палочку, но никто не хотел длиннющий посох учёного, это же так скучно. Но главное, что ты будешь свободен. Сво-бо-ден! До тех пор, пока твои услуги не понадобятся Империи. А они понадобятся. Каждый маг, вышедший из ворот Замка, должен отработать на благо Империи два года, не менее, на должностях, связанных с правоохранением, защитой, охраной, пресечением преступлений, розыском и так далее. Ведь никто на этих должностях не сможет добиться таких успехов, как маг. Ну, ещё, может, оборотни, но там чистая физиология.

Перед тем как его забрали из дома, на семейном совете было решено, что по окончании учёбы он вернётся и станет магом в родных местах. Мало кто может похвастаться тем, что имеет на месте мага не наёмного, а своего человека. «Ха-ха» три раза! Ни на какую службу к Имиру Адам не собирался, у него были свои планы на жизнь. И скучной работе на окраине Империи в них места не было.

***

Этим утром должно было состояться самое главное событие в жизни семерых учеников – признание их статуса и выход в мир. Однако, несмотря на всю грандиозность и волнительность предстоящего мероприятия, Адам спал крепко, и ему снился чудесный сон. Там был он, какой-то мальчишка в нелепой одежде и молодая девушка. Она отодвинула рукой мальчишку, ласково взяла Адама за руку и повела за собой. Незнакомые ощущения возникли в его теле, они нарастали, были очень приятными, и… вот в этот момент раздался стук в дверь. Адам встал, закутался в плед, подошёл и открыл. В комнату влетели два ведра с горячей водой. Вот это сюрприз так сюрприз. В первые несколько лет воду носили сами юные волшебники, а позже, когда учеба начала забирать всё время, – слуги. Но, видимо, сегодня в виде исключения вёдра с водой полетели сами, в воздухе чувствовалось присутствие магии. Вымывшись (когда ещё придётся, неизвестно), Адам прошёл в трапезную. Там собрались почти все выпускники. Свободными оставался только его стул и место его соседа Януса. Его комната была следующей за комнатой Адама, а значит, и разбудили его чуть позже по очереди. Вскоре появился и сосед, в праздничной мантии и с полным дорожным мешком. Было похоже, что Янус сложил в него все вещи, которые были с ним последние семь лет.

– Зачем ты это всё тащишь? – поинтересовался у него маленький и вертлявый Энки. – Мы же после завтрака вернёмся за вещами.

Янус окинул его пренебрежительным взглядом.

– Ой, я вас умоляю! Мы вернёмся. Тебе так и сказали, Энки, как покушаешь праздничной рыбки, так мы тебя сразу и отправим за вещами. Так, Энки, я себе знаю, а вы себе думайте, как хотите.

Янус ещё раз окинул всех высокомерным взглядом и уставился на стол. Наверняка, в поиске той самой праздничной рыбки.

***

Гулко ударил колокол, ученики встали, а в комнату вошли четверо Наставников, вошли и встали с двух сторон, вдоль стен. Следом вошёл магистр Набу.

Три отростка на верхушке его посоха расходились птичьей лапой, между ними проскакивали синие искорки. Магистр подошёл к столам, отодвинул главное кресло, стоящее во главе, и стал ждать. Ещё раз ударил колокол. Откуда-то послышался бой барабанов, который нарастал, становясь всё громче и громче. В комнате появились шесть дымных смерчей. С каждым ударом они росли, увеличиваясь в размерах, пока не заполнили всё помещение своей серостью. Адам протянул вперёд руку и ничего не увидел. Пелена, слепая пелена, и, словно сквозь вату, доносятся гулкие удары барабанов. Ритм, чёткий ритм. Где-то в глубине сверкнула молния, ещё одна. Запахло озоном. Что-то мягкое коснулась затылка, он вздрогнул. Потом по лицу пробежали чьи-то пальцы или лапки. Воображение сразу нарисовало мерзкого паука. Нервно вскинул руку к лицу, ощупал – ничего. Только капли влаги. И внезапная тишина. Барабаны смолкли. Молния сверкнула, щёлкнул разряд. Сколько они стояли в пустоте, в серой пелене. Неизвестно. Это было безвременье. И в тот же миг туман как бы втянуло в никуда, он рассеялся, а за столом появилось шесть человек. Один занял кресло во главе, а пятеро разместились по бокам. Все в мантиях разного цвета – от серого до тёмного, почти чёрного. Чисто чёрных мантий не было, в общем-то как и белых. Капюшоны скрывали их лица. Оставалось только догадываться, кто есть кто. Вернулся звук: стало слышно хриплое дыхание учеников, перешёптывание наставников – всё вернулось, всё стало, как прежде. Сидящий во главе медленно поднял руки и отбросил капюшон на спину. Чёрные густые волосы без единого седого волоса спадали на плечи тяжёлыми волнами. Лицо узкое, продолговатое с острыми краями, как будто скульптор вырубил черновую форму, а вот на шлифовку и сглаживание углов времени не хватило. Прямой нос, яркие губы на светлой коже. Лицо на удивление молодое для существа с тысячелетней историей. Первые упоминания в летописях про верховного мага связаны с самим Амоном, с Первородными магами. И вот он здесь, всё ещё молодой и неуловимо опасный. Маг сделал незаметное движение, и в его руке появился магический артефакт – палочка, не длинная, сантиметров двадцать пять, простая, прямая палочка, чуть толще у основания, сужающаяся к концу. Говорят, что такими маленькими артефактами Древо познания наделяет только тех, чей путь – война. Но в случае с Первородными возникает много вопросов, и главный из них, пожалуй, что появилось раньше, Древо или сами маги. Это с Наставниками всё ясно, у них у всех без исключения длинные тяжёлые посохи, которые указывают на их мирный нрав.

Верховный сделал быстрое движение палочкой, такое быстрое, что Адам не смог увидеть, в какую фигуру тот сложил пальцы, и перед ним на столе появился бокал с чем-то красным, то ли вином, то ли соком. Подняв его, маг с детским любопытством посмотрел сквозь напиток на свет.

– Дети мои! Нет, правильно будет сказать, братья. Вот пришёл и ваш черёд выйти к людям. Вас долго к этому готовили, не день, не год и не два. Семь долгих лет вы постигали науки, развивали свои магические способности. За это время вы выросли, возмужали и научились всему, что должен уметь и знать человек, который относится к высшим слоям общества. Но и не это главное. Умеющих вести себя в обществе хватает и среди людей.

Вы же отличаетесь тем, что вы маги, волшебники, вы наделены такой силой, такой властью, которой не имеет ни одно существо на нашей планете. Да-да, не имеет. В мире много сильных страшных беспощадных, очень быстрых смертоносных существ. Но мы маги! Мы сильнее, быстрее, беспощадней и смертоносней, чем все они. И именно поэтому на нас возложено бремя добра, порядка, ответственности, миролюбия. Мы хранители порядка, мы закон! Только благодаря нашим усилиям прекратился Раскол, братоубийственная война между разумными существами, чуть не уничтожившая всё живое на планете. Мы добились прекращения войны, мы принесли мир, и мы за него в ответе. Маг, кто он? Маг – это и врач, и судья, и учитель. Но есть одно «но», всегда есть одно «но». Какими бы вы не были добродетельными и наполненными любовью, вы должны всегда помнить, что на самом деле мир не так добр и отзывчив, а местами совсем не благоразумен. Бытует много разных мнений о нас и о нашей деятельности. А некоторые народы из населяющих чистые земли, или даже группы, сообщества не забыли сам Раскол, не забыли те смутные времена бесправия и хотят вернуть своё былое величие, другие живут разбоем и преступлениями и не хотят меняться. Да, что тут говорить!.. Порой даже маги даже между собой не могут договориться; количество поддерживающих идеи сбежавшей ведьмы Лилит растёт. В общем, братья, когда вы выйдете в мир, на просторы нашей Империи в чистые земли, помните, вас не всегда встретят с распростёртыми объятьями. В последнее время участились нападения на магов, есть единичные случаи исчезновения, и не только из серых мантий, а именно высших. Многие добровольно покинули занимаемые ими ранее посты и удалились на покой, опасаясь за свою жизнь. Ну, что же, они имеют полное право! Однако нас и так не особо много, а тут ещё и это. Всем вам придётся занять освободившиеся посты и должности. Вы молоды, не подготовлены и наивны. Я вас очень прошу отнестись серьёзно к моим словам. Я не знаю, кем вы выйдете отсюда, но в любом случае вы будете высшими магами. И если встретите что-то непонятное для вас, захотите в чём-то разобраться, что-то понять, но это не относится к вашим обязанностям, я вас прошу, не лезьте в такие дела самостоятельно. Позовите меня, и я обязательно приду и помогу. Скоро, совсем скоро на вас наденут белые мантии, символ незапятнанности и неопытности. Но мир жесток и не разбирает цвета. Если миру будет нужна кровь, то он сожрёт любого, не глядя на облачения, – он прервался и долгим глотком отпил почти половину бокала, – а сейчас… – он сделал шаг в сторону, и на его место скользнула чуть заметная тень, замерла и приобрела очертания.

Перед изумлёнными выпускниками стояла высокая, на голову выше верховного мага, фигура в тёмно-синей мантии, с вышитыми серебром узорами по краю рукава и объёмному капюшону, полностью закрывающему лицо стоящего. Это был Канцлер. Живого канцлера молодые маги видели впервые, но в этом не было ничего странного: большинство живущих на планете людей никогда не видели и никогда не увидят этих существ из тайной канцелярии. Канцлеры – самые древние существа на планете, их любимое занятие – наука, выведение каких-то одним им известных расчётов, формул и предсказаний. В современной Империи они занимались ведением документов, заключением межклановых договоров и разрешений на вмешательство в мироустройство. Они вписывают в свои свитки только исторически важные события, и какое из них важное, решают тоже они сами. Существо в синем даже не пошевелилось, но перед каждым сидящем за обеденным столом выпускником возник лист тонкого, почти прозрачного пергамента. На нём под текстом, написанным мелким замысловатым почерком, имелся маленький светящийся серебром квадратик. Как зачарованные, маги приложили подушечки больших пальцев к этим местам, и листья так же бесшумно исчезли, как и появились. Исчез и Канцлер. Повисла тишина.

– Очень интересно, что там было написано! – проговорил Энки.

– Очень глупо заверять документ канцелярии, даже не прочитав его, – назидательно проговорил верховный маг, – не делайте так больше никогда. Ну, а в этих бумагах была ваша родословная и отметка о том, что вы маги, вот и всё. Я смотрел, ничего особенного.

Верховный маг моргнул и исчез, и почти сразу снова появился на том же месте, но капюшон мантии был надет на голову, а в руках была палочка.

– Извините, дела! – совсем не просительным тоном извинился он. – Сейчас завтракайте, и я советую вам покушать плотно, потом проходите на задний двор к воротам. Я прибуду и сниму защиту, и вы по очереди будете подходить к нашему Древу и сдавать свой последний экзамен на мага. До встречи! – он опять исчез, а за столом остались сидеть мрачные молчаливые фигуры, так и не открывшие своих лиц. Через несколько мгновений они исчезли, беззвучно растворившись в воздухе.

Завтрак проходил не так, как обычно. Не шутил Энки, Янус не поучал всех, как обычно, не улыбался Хорс. Все семь мальчишек попали сюда в одиннадцатилетнем возрасте и прожили в замке целых семь лет, а семь лет это много, очень много. И были моменты, когда каждый из них считал Замок тюрьмой, а себя —заключённым. Но всё-таки это был их замок, их мир, и у каждого из них было шесть друзей, с которыми они росли, шутили, ссорились, мирились и мечтали о том, как они отучатся и, став высшими магами, выйдут в мир. И вот мечты сбываются, вот-вот перед ними откроют дверь, иди. Но почему тогда им так грустно?

Как и предполагал Янус, в комнаты они уже не вернулись.

***

Древо росло на заднем дворе, ограждённое отдельной от замка стеной. Кованая калитка, тяжёлая и высокая, не позволяла заглянуть и рассмотреть, что там находится. И только с верхних окон башни был виден небольшой двор, заполненный туманом, а в ясный, очень ясный день, становилась видна верхушка дерева. Они подошли к калитке. Наставники во главе с магистром Набу молча встали с левой стороны. С правой стороны стояли тяжёлые деревянные скамьи со спинками и заботливо разложенными подушками. Ученики расположились на них, перекидываясь скупыми фразами.

– Адам, ты ко мне в гости придёшь? – поинтересовался Энки.

Адам удивлённо уставился на него.

– Ты же планировал отправиться в путешествие?

Адам кивнул.

– Ну вот… когда будешь в наших краях, заходи, я скорее всего буду там, если… – он посмотрел на Наставников, – меня не отправят в другое место.

Адам ещё раз кивнул, как бы соглашаясь. Верховные могли отправить молодого мага туда, куда угодно, если считали, что там требуется его присутствие.

Тяжёлая рука легла на его плечо, он поднял голову и встретился взглядом с Хорсом, высоким и сильным белокурым парнем. Он был до такой степени молчаливым, что в неделю произносил только пару слов, зато на деле всегда был первым. И свои дела сделает, и всем друзьям поможет.

Хорс пошевелил губами, как бы репетируя речь:

– Адам, мы все тебе очень благодарны за возможность жить и учиться в школе волшебства, – он всегда говорил это старое слово «волшебство», и оно ему шло, – мы знаем, что только на золото твоей семьи Замок жил последние семь лет. А наши небогатые семьи не внесли в казну замка ни одной, даже мелкой, монеты. Мы сначала думали, что ты обычный золотой мальчик, но, узнав тебя поближе, изменили своё мнение. Ты хороший человек, верный друг и, на наш взгляд, из тебя получился отличный маг. Да что тут говорить, ты лучший из нас! Мы все твои друзья и немного должники, потому каждый из нас будет рад принять тебя в своём доме во время твоего путешествия. Мы будем ждать, когда ты заглянешь в наши земли, – и, ещё раз похлопав Адама по плечу, он отошёл.

Наступила мёртвая тишина. Хорс за одну речь произнёс столько же слов, сколько не произносил и за неделю.

– Чтоб я не дошёл туда, куда я шёл, но что-таки это было? – раздался изумлённый голос Януса.

– Хорс! Пора! – глухим голосом позвал Магистр.

Плавно и беззвучно открылась калитка, туман хищной змеёй кинулся наружу, но как бы упёрся в невидимую стену в полуметре от неизвестно откуда появившегося верховного мага. Никто и не заметил, когда тот успел вернуться и сейчас стоял, высоко подняв палочку, как бы охраняя наш мир от того другого, наполненного белым туманом, где растёт всемогущее дерево, которое смеет решать, кто и кем станет. Хорс встал, медленно обвёл всё и всех взглядом, молча шагнул в туман и исчез. Калитка бесшумно, но быстро захлопнулась, как рот земноводного, поймавшего вкусное насекомое.

***

Туман окружал Адама со всех сторон, касался его и оседал на нём. Казалось, что он холодными мурашками покрыл всё тело. Древо виднелось в центре двора, недалеко, но туман с каждым шагом как бы отодвигал его всё дальше и дальше.

– Куда ты собрался, человек? – вопрос колоколом отозвался в голове.

Адам завертел головой по сторонам, туман поредел, и стало видно, что никого здесь нет, только он и Древо.

– Э-э-э… в путь, – на всякий случай ответил он дереву.

Если никого нет, значит, у него спрашивает именно оно.

– Зачем?

– Хочу посмотреть Империю, я слышал, там очень красиво. Когда я был маленький, мы почти не выезжали за территорию наших земель. У нас население однородное, а на чистых землях живёт много разных существ, Но я встречал только гномов. А оборотни, вампиры? Я никого из них не видел…

– Ты ищешь знаний? Или просто хочешь удовлетворить своё любопытство?

– Если ответить честно, то я просто не хочу возвращаться к отцу и выполнять скучную работу личного мага, – не выдержал Адам, – а знания мне нужны для того, чтобы лучше ориентироваться в этом мире. Учёба, магия – это путь в высшие. Я его прошёл, я переполнен знаниями. Я прочёл все свитки во дворе моего отца и все, к которым имел доступ в замке. В них очень много теоретических знаний, но мне хотелось бы приобрести практические навыки, посмотреть своими глазами, потрогать своими руками.

– Так ты ищешь знаний, тогда тебе нужен посох учёного, наставника.

– Посох и вечно белая мантия… Нет, я хочу боевой жезл или даже палочку!.. Любой артефакт, кроме скучного посоха! Я считаю, нет, я абсолютно уверен, что я это заслужил.

– В Империи, куда ты так рвёшься, сейчас неспокойно. Многим не нравится ваша власть, они жаждут перемен.

– Но маги не обладают верховной властью. Ни один волшебник не вправе оспаривать решение императора. А Император у нас человек. И если маг пришёл на службу в город или посёлок, то он подчиняется управляющему, а управляющий выполняет волю всё того же Императора.

– Так может, их это и не устраивает. Мне кажется, ты умный молодой волшебник. Запомни, что я тебе сообщил. В дальнейшем это тебе пригодится.

– А что там, в дальнейшем, в будущем?

Ему всё представлялось гораздо проще. Пришёл, сломал ветку, она превратилась в символ мага, артефакт. Посох, жезл, палочка. Может, ещё что-то, о чём маги не знают. А на деле он разговаривает с Древом и рассказывает ему о своих планах на жизнь. Хорошо, хоть петь и плясать не просит.

– Подойди! – попросил тот же голос.

Адам приблизился, и тонкая, острая ветка, метнувшись молнией, хлестнула его по кисти правой руки, больно хлестнула. Выступили капельки крови.

– Да что это такое? – Адам вздрогнул от неожиданности и боли.

– Не бойся, так надо, – ветка протянулась, и капельки крови втянулись в неё, как в сухой песок.

Тут же она отвалилась от дерева и упала на землю.

– Бери и иди!

– Куда?

На земле появилась дорожка, ведущая к светлому проёму в стене. Адам нагнулся, поднял влажную веточку, скептически осмотрел её. «У всех будет палочка, а мой артефакт – веточка!» – он улыбнулся своим мыслям и спросил:

– Скажи, а для чего все эти вопросы? Мне кажется, ты не просто дерево… Вокруг тебя такая защита, я о такой даже не слышал. От кого тебя прячут?

– Я очень рад, что не ошибся в тебе. Иди, начинай своё путешествие!

Адам подождал, надеясь на продолжение. Тишина. Сделал шаг, ещё один.

– Конечно, я не просто одинокое дерево: все маги, вышедшие из этих стен, живут во мне, внутри. Я отдаю не просто ветку, я отдаю часть себя, оставляя себе частичку мага, а так как во мне есть частицы всех вышедших из Замка, то теперь они и с тобой. Ведь мы должны держаться все вместе. И все мы встретимся на Изнанке, так вы, вроде, говорите.

– Да именно, Изнанка.

– Ты спрашивал, что там, в будущем. Теперь это зависит от многих факторов, в частности от тебя и твоих друзей. А теперь иди, здесь нельзя задерживаться.

***

Пешком идти не пришлось: как только он шагнул в тоннель, невидимая сила подхватила его и понесла. Адам стремительно отдалялся от точки входа, всё дальше и дальше, пока тот не превратился в маленькую светящуюся точку и, моргнув, не исчез навсегда. Его несло вперёд, глаза постепенно привыкали к мраку и стали различать предметы, неожиданно выскакивающие навстречу, среди пульсирующих энергетических линий. Круглая оконная рама, зависшая в воздухе; за стеклом горела свеча и казалось, что там кто-то шевелится. Парковая скамья с сидящими на ней ногами; тело отсутствовало, а то место, где оно должно было быть, закрывал чёрный пульсирующий туман. Человек, сидевший на троне, положив руки на колени, обычный, в общем-то, человек, если не считать того, что вместо человеческой головы у него была собачья. Скелет чародея, одетый в лохмотья чёрной мантии и сжимающий в костяшках рук светящийся посох, не долетев буквально метр, исчез, и его место занял горящий куст. Что это было за растение, маг не разобрал, он ещё никогда не встречал разговаривающие горящие кусты, а этот что-то активно говорил на непонятном языке.

– Я не понимаю, – пробормотал Адам, через силу шевеля губами.

Его начало клонить в сон, усталость упала на него могильной плитой, веки потяжелели, и маг погрузился в темноту…

Он лежал на постели в своей комнате. Окно было открыто, и солнечные зайчики весело прыгали по стенам. Сегодня день рождения. Ему исполняется десять лет. Будут гости, приедут братья, сёстры, придут дворовые друзья из простых семей, поэтому не будет скуки, в замке Имира праздники всегда проходят весело. В первую очередь благодаря деду, который был тот ещё затейник и любил повеселиться не хуже детей. Сейчас откроется дверь, и он войдёт. Дед всегда поздравлял внука первым. Вот уже и шаги. Дверь открылась, но как-то осторожно, как будто стесняясь своего поступка; дед входил по-другому. Да, это был не он, какая-то незнакомая женщина вошла и робко остановилась у двери. Длинная чёрная мантия как с чужого плеча, из-под тёмного капюшона торчат седые волосы, лица не видно. Но это была женщина! Руки не находили себе места, они елозили по мантии, как бы ища, куда спрятаться от взгляда мальчика, – красивые руки со светлой кожей, на безымянном пальце – тяжёлое кольцо из светлого металла с чернотой. Она перебирала пальцами, как бы собираясь сотворить фигуру заклинания, а Адам всё смотрел и смотрел на неё, ему казалось, что она вот-вот заговорит. Но дверь резко распахнулась, и вошёл дед…

***

Адам проснулся от лёгкого прикосновения к руке. Что-то или кто-то коснулся его, и сразу же вокруг образовалась тишина. Сработало защитное заклинание «Латы», создающее вокруг тела невидимый каркас и не позволяющее нанести вред беспомощному телу мага. Такое заклинание называлось «подвешенное»: его можно сотворить заранее, но сработает оно только в тот момент, как только инстинкт почувствует опасность. Именно инстинкт, а не сознание. Инстинкт гораздо быстрее. Удобно, вот только срок действия такого заклинания недолгий, нельзя один раз подвесить и ходить радоваться, нет, срок использования – четырнадцать дней. Не использовал – сам виноват. По истечении этого срока претензии не принимаются. Последние дни в замке Ан они часто навешивали на себя разные заклинания, но там они почти не действовали, блокировались. И вот теперь, на воле, стали работать. «Надо будет пересмотреть, что мы имеем в резерве», – подумал маг и открыл глаза. Свет ослепил, Адам пару раз моргнул. И упёрся взглядом в копну ярких волос. Он ещё пару раз моргнул и понял, что волосы такие не из-за падающего на них солнца, нет, они от природы такие ярко-рыжие. Из волос выглянул любопытный носик и блеснули зеленью глаза. Это рыжее чудо, девочка примерно пятнадцати-шестнадцати лет, пыталась прикоснуться к нему пальцем. Но он упирался в невидимый барьер недалеко от руки юноши. Девочка попробовала ещё раз, посмотрела на Адама и улыбнулась.

– А зачем ты здесь спишь?

– А почему здесь нельзя спать? – улыбнулся он в ответ на эту детскую дружелюбную улыбку.

Настроение было чудесное. Глубоко вздохнув, он задержал дыхание и посмотрел на свою левую руку. Чем же наградило его Древо? Кем он стал? В побелевших костяшках пальцев он сжимал… О нет, он сжимал… посох, длинную палку с разветвлением сверху! Сбылось то, чего боялся каждый ученик: он стал скучным учёным. «Ну, спасибо тебе, Древо за твой выбор!.. Жаль, что я не могу сказать тебе своё спасибо прямо в лицо, у тебя же его нет, гадость ты ветвистая!» Адам поднялся, осмотрелся, сделал несколько шагов на трясущихся от волнения ногах вглубь леса и, взяв посох за нижний край, со всего размаха ударил его о ближайшее дерево, потом ещё и бил до тех пор, пока тот, сухо стрельнув, не переломился. Обломок, крутнувшись в воздухе, упал в центр поляны свободной от растительности. Адам подошёл, поднял его, сравнил два куска. Тот, что без разветвления, был больше похож на палочку. Размахнувшись, он глубоко воткнул обломок в землю, и тот застыл, подрагивая, выставив вверх свою «птичью лапу». «Расти тут, Древо познаний», – пробормотал маг. В его руках остался кусок длиной чуть больше локтя, ещё не палочка, но уже точно не посох. Жезл. Будет он работать или нет, это Адама сейчас не интересовало. Он был согласен навсегда распрощаться с магией, но не быть владельцем ненавистного ему посоха.

– Мог бы просто сказать, что не выспался, я бы подождала. Ты всегда так нервничаешь, когда тебя будят, – напомнила девочка о себе.

Адам вздрогнул от неожиданности. Он так погрузился в свои мысли, что совершенно забыл про свидетеля, невольного свидетеля его поступка.

Неопределённо пожав плечами, маг прикрыл глаза и одной лишь мыслью «коснулся» обломка. Тот глухо загудел и завибрировал. На душе Адама потеплело: «Работает!»

Девушка взвизгнула.

– Не бойся, – проговорил он, подходя к ней. В теле чувствовалась какая-то лёгкость и в то же время лёгкий дискомфорт. – Не бойся!

– Ты кто? Маг?

Адам кивнул.

– Не злой?

Маг осмотрел жезл и свою мантию, Праздничная мантия изменилась или, точнее, исчезла. Вместо этого он был одет в новую, с глубоким капюшоном, обязательный атрибут чародея и подарок Древа. Мантия двигалась в такт свечения трости и абсолютно не чувствовалась на теле. Получается, не зря говорили, что мантия мага – его первая кожа. Она была белого цвета. Ну, а он что хотел, синюю или сразу чёрную? Нет уж!..

– Что?

– Ничего, не злой я, не злой. А Дикие горы далеко?

– А где это? – изумилась девочка.

– Ты что, в лесу выросла?

Девочка выразительно посмотрела по сторонам, а потом на Адама.

– Ну да… Ну да, глупость сказал, извини.

«Вот значит, как действует туннель. Тебя просто выкидывает далеко от гор. И никто не знает, где находится сам замок, кроме Первородных магов!» – пронеслось в его голове.

Вольный воздух пьянил, ноги новоиспечённого мага немного подрагивали, он постоянно сглатывал, чтобы протолкнуть ком в горле, непонятно откуда там появившийся. Всё, вот она, свобода, свобода и ответственность. Теперь всё придется решать самому. Он вздохнул. Накинул капюшон.

– Веди меня к взрослым!

– А ты выключи свою палку, – попросила она, – а то мне страшно.

Адам вспомнил слова верховного, подтверждённые в беседе с Древом. Надо быть осторожным.

– Её просто так не выключишь. Очень много неизрасходованной энергии. Но мы с ней никому не причиним вреда, если нас не трогать.

– А если трогать? – хлопая глазками, невинно поинтересовалась девчонка.

Выглядела она гораздо старше и умнее, своего наигранного неведения, так показалось Адаму, но он решил не вмешиваться в естественное развитие событий, так как его знание теории жизни ничего не значило без практики. Пусть всё идёт своим чередом.

– Нельзя наносить вред или пытаться нанести вред магу или приравненному к нему. Вы разве не знаете Императорский указ и просьбу Первородных магов из Большой семёрки?

– Только в случае необходимой самообороны, – парировала девчонка, и снова невинно захлопала ресницами.

Вдоволь насладившись выражением его лица, махнула рукой.

– Пошли, волшебник! – и быстро зашагала вглубь леса.

Адам вздохнул и двинулся следом.

***

Сначала шли через лес, где высоченные сосны и ели закрывали обзор. Минут через сорок, пройдя довольно внушительное расстояние, они вышли к небольшому поселению. Такая себе неожиданная жизнь в глухом лесу! Стандартные круглые дома вольных поселенцев. В самом центре дом повыше, это дом старшего. Около него – большой очаг, выложенный из дикого камня. И тишина. Никого! Девочка подбежала к центральному строению и толкнула лёгкую дверь.

– Отдохни с дороги, волшебник!

– А где все?

– Ты откуда свалился к нам в лес? – девочка засмеялась. – Ведь сейчас сезон, и надо делать запасы.

Адам молчал, глядя на девчонку в упор.

– Вот странный! Сейчас одни на охоте, другие на рыбалке, к вечеру все соберутся. Отдохни. А я побегу позову кого-нибудь, – и убежала, только короткое платье заплясало среди деревьев.

Маг вздохнул: «Интересные и, что скрывать, красивые существа, эти женщины!» Он вошёл в дом, обычный дом со стандартной планировкой. Большое круглое помещение делилось на четыре комнаты поменьше. Стены расходились из центра образуя крест. Перейти из помещения в помещение можно было, двигаясь по кругу вдоль наружной стены. На ней же и располагались окна, также круглые, разделённые на четыре части. В этом доме было всё: посуда и другая нужная кухонная утварь. В детской – четыре кроватки, в родительской комнате – широкие шкафы и лежбище. В четвёртой комнате, где зимой обычно держат домашний скот, лежали попоны и много хорошей соломы. В этом доме было всё, за исключением жизни, здесь никто никогда не жил. Приходил, уходил, может, задерживался на час-два, но не жил. Это было бесспорно.

Адам вышел на крыльцо, закрыл глаза, чтобы ничего не мешало ему осязать пространство, постоял, тяжело втягивая ноздрями воздух. «Вся деревня – пустышка. А вот очагом пользовались, и неоднократно. – Молодой маг покачал головой. – Что же получается? Глухой лес, пустые дома, отсутствие населения, и девочка не такая уж простая, как ей хотелось казаться. Империя, конечно, большая, и он наверняка что-то не знает о её обитателях. Но люди, именно люди, а не все к ним примкнувшие, не селятся посередине леса. Ведь это идёт вразрез с элементарной безопасностью, потому что в лесу водятся дикие звери, да и не только. Однако кем бы ни были эти неведомые хозяева, они знают, что он маг, пусть даже и в белой мантии». Адам решил не торопиться и не строить догадки, а просто подождать. «Во-первых, было интересно. То, что он полноценный маг, не мешает проявлять обычное здоровое любопытство. А во-вторых, достаточно того, что «во-первых». Он не охотник за нечистью. Сейчас таких нет. Последний ведьмак сгинул во времена Раскола. Говорят, что он не погиб, а просто ушёл, перестал заниматься своим делом. Устал… Так что решено: он останется, посмотрит, что да как. Не захотят же они его сразу съесть?! Или всё-таки захотят? Вот и узнаем!» – на этом Адам прервал беседу с собой.

Он опустился на корточки, опёрся на стену, закрыл глаза и, проверив внутренние резервы, готовые заклинания, сосредоточился и соскользнул на Изнанку. Доступ был хороший, можно было, если понадобится, взять силу из первоисточника, он облегчённо выдохнул и стал ждать. Ждал он долго, и постепенно усталость и волнения прошедшего дня взяли своё, и маг не заметил, как задремал.

***

Что-то обожгло руку, он испугано вздрогнул и проснулся. Несколько секунд приходил в себя, не понимая, где находится. Вспомнил, лес, девочку, посох, фальшивое поселение. Идут или точнее, уже пришли. Девочка и ещё кто-то с ней пришли со стороны леса. Адам их не видел, но чувствовал хорошо.

«Тук-тук! Кто в домике живёт?» – пробормотал он и сам себе ответил: «Это я, мышка-норушка!»

Адам переложил обломок посоха в левую руку, а правую, мокрую от пота, вытер об мантию. В дверь вежливо постучали.

– Тук-тук! Войдите, – пригласил он и сделал шаг назад, стараясь принять непринуждённую позу.

Это была его первая встреча с другими представителями Империи. Руки начали немного подрагивать, как перед экзаменом в замке. Адам переступил с ноги на ногу и постарался замереть, подняв подбородок вверх. Войти себе позволил только один. Все остальные распределились по посёлку без какого-либо порядка. Адам попытался найти в этих движениях какой-то смысл или опасность, но не смог. Существа просто разбредались, устало опускались на траву и оставались лежать или сидеть, наслаждаясь отдыхам. Они были весьма опасны, но он не чувствовал никакой враждебности по отношению к себе. Перед самым входом, около двери, пришедший принял человеческий облик, сделав это быстро, очень быстро. Был бы на месте Адама обычный человек, он бы просто не уловил это мгновение, но он был магом, и этот переход из грозной туши волка к человеческому облику заметил.

Как же он не догадался сразу, это же оборотни. На просторах Империи встречаются довольно часто и не представляют особой опасности, если не трогать их и не посягать на их территорию. Маг понял, что всё это время не дышал, как вдохнул, так и стоял в нервном ожидании. Стараясь сделать это как можно незаметнее, Адам повернул голову чуть в сторону и выдохнул. Вошедший был невысокого роста, плечи узкие, руки длинные. Как сказал бы дед, нескладный. Но со всей своей нескладностью гость не выглядел слабым, он навевал лёгкое ощущение опасности. Нет, это был не страх физической расправы, который может вызывать сильный человек, а какой-то животный первобытный подспудный ужас откуда-то из памяти предков. Лица было не разглядеть: человек, если можно его было так назвать, постоянно исчезал. На долю секунды проявлялся, начинали появляться черты лица, и в этот миг он опять исчезал. Нет, он оставался на месте, но как-то сливался с окружением. Вроде, смотришь прямо на него, а видишь стенку комнаты.

– Прошу прощения, – наконец заговорил незнакомец хриплым, но приятным голосом. Я, когда волнуюсь, плохо контролирую своё тело.

– У вас есть причины для волнения?

– На земли моего племени пожаловал маг. И пришёл он без предупреждения. Есть ли у меня повод для волнения?

– В ваших землях я оказался случайно и не по своей воле.

– Можно ли сказать, что волшебник оказался здесь по воле Случая?

Он так и сказал, Случая, выделяя это слово, как будто это было имя живого существа.

– Да, можно сказать и так!

– Тогда я считаю, нам повезло с тем, что к нам пришёл волшебник.

Вошедший расслабился, теперь его черты можно было разглядеть. Узкое чуть удлинённое лицо с полными яркими губами, тоненькими приподнятыми вверх усиками и клиновидной бородкой. Нос прямой и длинный, глаза зелёные, Зеленые не так как глаза обычного человека, а более глубокие как будто прозрачный зеленый мед. И как положено, вертикальные зрачки. Волчьи глаза на человеческом лице означали только одно: звериные инстинкты не отключены.

– Как твоё имя, зверь? – Адам повёл рукой, и они оба опустились на пол.

– Хати. Здесь, в этих лесах, живёт мой народ.

– Хейтеры?

Вожак улыбнулся, чуть-чуть приподнимая уголки рта, от этого его лицо стало похожим на маску актёров-мимов, которые приезжали в замок Имира, когда Адам был ребенком. Это было очень давно, где-то в прошлой жизни. Мимов он не любил.

– Можно, конечно, нас назвать и так, но в основном нас называют лесным народом, мы испокон веков живём в этих лесах, и люди нас не тревожат.

– Люди вас не тревожат, это хорошо, особенно для вас, а вы людей не беспокоите?

После Раскола все жили мирно, но Адаму было любопытно, как же на самом деле обстоят дела здесь, на окраине Империи, в Чёрном лесу. Да, Адам понял, где он находится, Древо выкинуло его на абсолютно противоположенный конец Империи, край чистых земель. За Чёрным лесом не было ничего, только пустоши, солёные озёра, чёрные выгоревшие земли. Ходят легенды, что откуда-то оттуда, из холодных земель, ещё до Раскола и пришло племя огромных волков-оборотней. То ли у них там война какая-то случилась, то ли ещё что-то, доподлинно никто не знал. Если бы Адам захотел вернуться в горы, ему пришлось бы пройти по всей огромной территории Империи, а это не один месяц пути. Но в данный момент это было абсолютно неинтересно.

Сейчас ему была нужна конкретная информация. Маги не выполняли функцию защитников человечества или других народов. И не должны были выделять людей из общего населения Империи. Маг, скорее всего, не пройдёт мимо какой-нибудь несправедливости. Точно не пройдёт, особенно если на нём светлая мантия. Но именно защитой одних жителей страны от других они не занимаются, тем более бесплатно. Это функции местных управляющих и стражи.

– Прошли те времена, когда мы нападали на людей или они на нас. Мы чтим соглашение. Если с добром в лес зашли, то с добром и выйдут. А если с недобрыми намерениями: дерево срубить или на охоту, то сами виноваты. Мясо – это наш заработок. И это наша территория.

– И что за наказание? Оставить в лесу, чтобы задрали медведи? Что?

Хати засмеялся:

– Ты новичок, понятно! Нет, мы просто отведём его к управляющему, а уж он всыплет нарушителю плетей. Да так, что не только в лес, до нужника не дойдёт.

– Ты здесь на своей территории, здесь твой закон, я его принимаю, – фраза считалась одной из ритуальных, и Хати издал чуть слышный вздох облегчения.

– Можешь остаться на любое время и уйти, когда захочешь, но давай не будем задерживаться в помещении, давит. Пошли к стае, мы тебя накормим. А потом, раз уж случай выпал, будет у меня к тебе разговор, вернее, просьба, маг, серьёзная. По тому, что оборотень перешёл со старого слова «волшебник» на деловое обращение «маг», Адам понял, что разговор будет действительно серьёзным.

***

Был как раз тот трудноуловимый момент, когда ночные хищники уже спрятались, а дневные обитатели леса ещё не проснулись, и лишь только птицы где-то в высоте без устали восхваляли наступающее утро. Ветра не было, и огромные, покрытые толстой потрескавшейся корой деревья стояли, прямо, как свечи. Верхушки крон терялись в тумане, и сколько Адам ни пытался их рассмотреть, не получалось.

– Сейчас взойдёт солнце, и туман рассеется, – проговорила Флора.

Чуть приметная тропинка петляла и местами совсем исчезала, но девочка прекрасно знала дорогу из леса. Судя по её напускному безразличию и напряжённому затылку, они бы ни за что не покинули лес, будь на то её воля, именно её, а не воля вожака стаи, поэтому она постоянно что-то говорила, перескакивая с одной темы на другую.

–– А вот ты мог бы взять меня в свои ученицы?

– Нет.

– Вот ты объясни мне, почему? Я ведь очень способная. Смотри, чему я научилась у братьев, – Флора отошла на шаг и… исчезла. Нет, она не изменяла облик, как лесные братья, это было что-то другое, какой-то хороший способ маскировки. Очень хороший.

Адам моргнул и улыбнулся. Девочка стояла в полутора метрах от него. «Действительно хороший способ маскировки, – подумал он. – Только не против мага!»

– Я не могу брать на обучение вообще никого, так как на общем соборе магов было принят ряд правил, и одно из которых гласит, что обучение детей проводится в общем классе, на общих основаниях, одними и теми наставниками, дабы избежать искушения.

– А если бы магам разрешалось иметь своих учеников, ты бы меня взял?

– Нет.

– Интересно, а на этот раз почему?

– Из-за твоего пола. Ты же девочка.

– И что???

– На втором общем соборе магов было принят ряд правил и дополнений. Одно из них гласит: не брать в обучение никого, кроме людей. Кроме того, человек должен быть только мужского пола и полных одиннадцати лет.

– Дабы избежать искушения?

– Дабы избежать последствий.

– Дабы, кабы, если. А каковы причины? Они же есть?

– Официальная причина состоит в том, что вы более эмоциональны, поэтому даже после обучения не сможете держать себя в руках, а в порыве эмоций способны натворить бед. Ведьмы, одно слово.

– А какая причина неофициальная?

Неофициальную причину Адам не знал. Или вернее, никогда над ней не думал. В отцовском замке, конечно, были девочки, но на данный момент он не помнил, так ли они отличались от него в каком-то там эмоциональном плане. Они вместе бегали и дурачились, как и все дети. В замке были девушки, и не только в обслуживающем персонале. Они преподавали этикет, эстетику, танцы, мастерство кулинарии. Да, в Замке обучали не только махать волшебной палочкой! Маг, конечно, может многое, но чтобы развить в себе какое-то умение, ему надо знать основы этого умения, а из ничего может получиться только ничего. Сейчас, глядя на эту глазастую, идущую рядом, ему казалось, что она ничем не отличается от его товарищей по учёбе. Нет, конечно, отличия есть, но на уровне физиологии, а так человек как человек. Только смотреть на неё гораздо приятней, чем на надоевшие за все эти годы рожи друзей.

– Мне кажется, что этот вопрос о женщинах-магах, или, как их ещё раньше называли, ведьмах, возник давно, – начал он рассуждать вслух. – Ведьмы насылают несчастья на своих соседей, потому что поругались, или у соседки платье красивее, превращают своих мужей в лягушек и тараканов за супружескую неверность. И вообще, они выходят замуж!.. Ты представляешь, лишь один из десяти магов связывает себя узами брака один, а из десяти чародеек так поступают девять.

– И что в итоге?

– Итог печальный! – Адам улыбнулся. – Больше половины чародеек нарушает Кодекс. У магов есть способности, но закон они должны соблюдать, так же как, и все жители Империи.

– А остальные? Ну, те, кто не нарушил?

– Остальные остались при ремесле, но ничем себя не проявили, в общем, их уровень чуть выше, чем у серых, но гораздо ниже, чем у высшего мага.

– Ниже? А Лилит?

Адам глянул на Флору с интересом: она умела притворяться и казаться более несведущей, чем есть на самом деле. Вот и вопрос про Лилит задала так, будто была не в курсе. «Интересно, какая у лесных жителей версия на тему печально известной ведьмы».

– История Лилит печальна и поучительна. Красивая женщина, явившая себя миру после великого Раскола. Никто из простых смертных не знал, кто она и откуда, доступной информации о магах как тогда, так и сейчас, не много. Но Первородные, несомненно, знали, ведь неспроста в скором времени, в скором для магов, её назначают в Столицу, и она переезжает в Велькомир, во дворец Императора. Это хорошее назначение, официальное, от Большой семёрки. Итак, она и остаётся придворным магом на долгие годы вплоть до смены Императора, хотя, казалось бы, и после смены ничто не предвещало беды. Считается, что всё началось в тот год, когда умерла супруга нового Императора. Он, конечно, сильно горевал, а утешил его кто? Правильно, его личная помощница и по совместительству придворный маг, ведьма Лилит. В то время ещё никто ничего не заподозрил, а люди? Люди умирают, это естественно. Но она поспешила, и в тот момент, когда Император попытался протолкнуть указ о наследственности власти и следом сразу же Указ о подчинении Большой семёрки не одному из верховных магов, а ему лично, тут-то эти самые Первородные и поняли, здесь что-то не в порядке. Ведь все знают, нельзя стать императором по наследству, а особенно за золото. Если такое случится, то сразу полезет в правящую структуру всякое отребье, морально разложившиеся, никчёмные люди, которые будут не заботиться о населении, а только набивать свой карман. Если такое случится, то всему хорошему, той стабильности, что добились маги, принеся в жертву тысячи жизней живых существ, придёт конец. И жертв будет ещё больше, ведь нет бо́льшей напасти, чем дурак, дорвавшийся до власти. Потому Императора на должность утверждает лично Большая семёрка на общем Соборе высших магов и всех членов дружественных кланов. А подать прошение на должность Императора может любой человек. Правда, не любой пройдёт в финал, от магов не скроешь свои реальные помыслы. Так что должность Императора – тяжёлая и неблагодарная ноша, служение народу в ущерб своим интересам. И все же наступил тот момент, когда один из них решил, что его должность – это какой-то высший дар ему лично, и он может распоряжаться этим даром по своему усмотрению. Маги сильно удивились, но списали это на магнитные бури и отправили одного из своих в столицу для проверки и разговора с Лилит. Они ещё не могли поверить в преднамеренный обман. Первородный маг открыл врата в столицу и… исчез. Испарился, да так, что и остальные шесть его не смогли найти. Им это показалось очень подозрительным, и они прибыли в город с инспекцией. Ночью и без предупреждения. Зашли с шести сторон и…

– И всех победили?

– Не всё так просто… – Адам вздохнул.

Ему было тяжело понять, как так случилось, что маги выступили против друг друга. Ведь, как не крути, маги тоже люди, немного другие, но люди. Есть Первородные, это те великие, которые пришли с древних времён, ещё до Раскола, а есть, как и Адам, рождённые людьми, но ставшие магами. И есть ведьмы, но это же только древнее название женщин, занимающихся магией. Он ещё скрепя сердце понимал, когда разные виды живых существ начали взаимное уничтожение. С этого же и начался Раскол. И только объединившиеся маги при помощи слова и силы смогли убедить всех, что мы все не только живые существа, но ещё и разумные. Этот общий признак должен объединять, а не разъединять всех существ, живущих рядом. И все их послушали, точнее, были вынуждены выслушать. Потом потихоньку, год за годом всё забылось, до сих пор все живут рядом и почти мирно, ведь все они разумные существа. И абсолютно не важно, чьи предки первыми заселили этот клочок земли, это же не будет поводом для ссоры среди соседей. Говорят, что встречаются поселения со смешанным населением. И живут же как-то! Вампиров, правда, недолюбливают. Однако те особо не афишируют своё присутствие и неохотно покидают территорию клана.

И вот, когда шесть магов, неполная Большая семёрка появилась на окраинах города, ничто не предвещало беды. Царила тишь и благодать. Им дали войти в город, притупив тем самым бдительность, и напали. Это было первое полномасштабное боевое столкновение после Раскола. Бунт против устоев, привычного мира и порядка был подготовлен и выверен с ювелирной точностью. Император своей властью объявил прибывших магов бунтовщиками. И стража, к счастью немногочисленная, обязана была подчиниться его прямому распоряжению. Ведьмы усилили их чарами. Да, конечно, идея натравить людей на магов была грамотным тактическим ходом. Ведь со стороны казалось, что это маги напали на город, а стража мужественно защищает своего правителя. Лилит кинула клич, и на улицу вышел народ, все жители с детьми и женщинами. На этом всё должно было закончиться, так рассчитывала Лилит с примкнувшими к ней двенадцатью ведьмами. Высшие не могли причинить вред жителям. Даже если бы они это сделали во благо, то их существованию пришёл бы конец. Никто бы больше не относился к магам, как к спасителям мира, их помнили бы как убийц мирного населения. Но она немного просчиталась, не учла, что на каждую хитрость есть своя, ещё более хитрая. Они прикрылись живым щитом из людей. А Первородные пошли простым путём, просто взяв и превратив всех жителей города в застывшие статуи. Нет живых людей – нет живого щита для бунтовщиков. Очень необычно выглядел город в то время. Город застывших людей. А потом настало время Силы, чистой и беспощадной, которая рвалась из магических жезлов и палочек смертельными змеями, жёлтыми, красными, чёрными. Первородные работали напрямую с Изнанкой, и поэтому Сила не иссякала. Сила смертельная для всего живого, но не для каменных жителей. Использовались только самые жёсткие заклинания. Бунтовщиц надо было не просто остановить, а устроить показательную казнь, дабы избежать искушения. В ту ночь Лилит повезло, и она ушла через заранее подготовленные подземные ходы, которые выводили далеко за город. И вот уже пятнадцать лет о ней нет никаких известий. Исчезла…

Тогда всё было сделано на высшем уровне, поэтому не погиб ни один мирный житель. Двенадцать ведьм-бунтовщиц погибло, и не одной жертвы среди магов, если не считать первого погибшего, которого так и не нашли. Так в Большой семёрке осталось только шесть участников.

– А император? Его заменили? – острый носик Флоры сморщился от любопытства.

– Зачем заменили? Нет, конечно. Прочистили мозги, взяли под контроль, и он начал в спешном порядке исправлять ущерб, причинённый городу, и извиняться перед расколдованными жителями. Не будет же это делать его преемник. Его ошибки ему и исправлять. Вот после этого случая и приняли окончательное решение не брать на обучение искусству девочек.

– Дабы избежать последствий?

– Дабы предотвратить искушения.

– А в чём ваше отличие? Есть высшие маги и серые мантии, их же вроде так называют?

– Когда-то давно, во времена первых магов, всех делили на касты низкие, средние и высшие. В те времена я бы был родом из средних, а словосочетание «высший маг» придумали для удобства, чтобы отличать высших магов от Первородных. Так что раньше «высший» обозначало место в мире, а теперь служит как звание.

– Ну, это понятно, а чем отличаются высшие и серые в плане магии?

– Чувствую себя так, будто на устном ответе у наставника. Попробую объяснить попроще. Возьмём для примера мою мантию и представим, что наш человеческий мир находится сверху, снаружи, и надет он на сгусток бесконечной силы, на клубок энергетических нитей, на так называемую изначальную Силу. Там, под мантией, бушуют свободные потоки энергии. Мы сверху, потом надета мантия, под ней Сила. Тот внутренний мир мы называем Изнанкой по аналогии с одеждой. Так вот, серые маги чуют пробивающиеся сквозь мантию Силу, энергию и могут её накапливать в разнообразных предметах (чаще всего это палочка или небольшие амулеты типа колец, бус, браслетов), и использовать эту силу так, как им хочется. С её помощью можно сделать всё, что угодно. Одна проблема: это не полноценная сила, а лишь её лёгкий отголосок, пар. Если провести аналогию с водой. Этой силы не получится накопить много, максимум на одно-два заклинания, и поэтому серые не считаются полноценными магами, их силы хватает только на разжигание огня, разогрев пищи, короткое лечебное или кулинарное заклинания, но не более.

– А высшие маги?

– Подожди, отмечу ещё один очень важный момент: так как серые мантии всё-таки умеют пользоваться силой, то если их артефакты зарядит силой кто-то из высших или Первородных, то на некоторое время они могут почувствовать себя полноценными магами, но недолго, пока не кончится заряд. А вот высшие маги отличаются тем, что они не собирают крохи, а могут пробить верхний слой и проникнуть туда, в сосредоточие изначальной Силы, и брать её напрямую столько, сколько надо. Ведь для боевых заклинаний требуется очень большое количество энергии, а для создающих что-то материальное – ещё больше. Белые мантии отличаются тем, что у них ещё бывают маленькие проколы, и Силу они берут медленнее, чем более опытные волшебники.

Адам вспомнил то чувство, те ощущения, когда у него в первый раз получилось, закрыв глаза, увидеть Изнанку мира, море чистой энергии, вспомнил своё желание погрузиться в неё и черпать больше и больше. Тогда он и осознал, что такое высший маг. Осознал, что имеет возможность создавать, творить, что он стал причастным к создателям миров, ведь Сила – это их строительный материал. Правда, потом пришло другое знание: надо уметь делать то, что хочешь, а чтобы уметь, надо долго учиться. Ещё им чётко дали понять, что одно неправильное заклинание, как и неверно сложенный пальцами жест, не так или не в ту сторону закрученный поток Силы могут привести к беде. Их часами, сутками учили, мучали, заставляли выполнять пассы руками, растягивать пальцы и наращивать скорость жестикулирования, ведь когда-то от этого могла зависеть не только их жизнь, но и жизнь других.

– А Первородные? Те, что из Большой семёрки? – голос Флоры вырвал его из воспоминаний.

– Не знаю, про их возможности ничего не знаю. А ты поняла, что я тебе рассказал?

– Что тут непонятного!.. Мы, люди, видим наш мир состоящим из земли и камня, а вы видите наш мир таким непонятным шаром, покрытым твёрдым материалом, с кучей ничейной энергии внутри. Мы вообще не знаем, что такая энергия существует; серые видят дымок, который просачивается наружу, и используют его в своих целях, а вы, высшие, буравите твёрдое покрытие и черпаете, сколько вам надо. Всё просто!..

– Ну да, куда уж проще. Хорошо же ты всё поняла, и главное, всё почти так и есть, и ещё лучше, что такую сокращённую версию не слышат мои Наставники, их бы удар хватил.

– Главное, я поняла, ты не можешь взять меня в ученицы. И это, я тебе скажу, зря, из меня получилась бы отличная ведьма!

Она протянула руку к деревцу. Точнее, к его небольшой засохшей веточке, ласково погладила её, и ветка ожила, заиграла живыми цветами, и на ней медленно-медленно распустились зелёные листочки.

Адам с изумлением посмотрел на неё.

– Что глазками моргаешь? Я росла среди Лесных, а у них свои чары. И не всегда безобидные. Ты же знаешь, что женщины-маги, или так называемые ведьмы, могут не брать Силу напрямую, а черпать её через окружающую их природу, почти как ангелы.

– Ангелы, – наставительно произнёс Адам, – не черпали Силу из окружающей среды, а просто умели воздействовать на неё, вызывать молнии, грозы, землетрясения, но это было опасно и для них, за хороший катаклизм приходилось жертвовать своей жизнью. А ты что умеешь?

– В основном только то, что можно использовать для помощи животным и растениям, но и этому пришлось учить. А дети оборотней умеют это с рождения. О чём ты говорил с вожаком?

– Где здесь ближайший город, успеем до темноты?

Флора махнула рукой в сторону виднеющейся недалеко дороги, протоптанной немногочисленными путниками и повозками.

– По дороге прямо, часов четыре-пять пешком. Там начинаются крайние земли тетонцев, можно найти достойную пищу и ночлег.

То, что Адам перевёл тему, она как бы не заметила. «Какая умная девочка для своего возраста!» – в очередной раз подумал молодой человек.

***

Идти пешком не пришлось. Как только вышли с лесной на общую дорогу, за спиной чуть слышно зашелестели колёса, и грубый мужской голос окликнул:

– Не соизволят ли уважаемый маг и его дама воспользоваться моей скромной повозкой для дальнейшего путешествия?

Они обернулись – статный белокурый тетонец управлял невысокой лохматой лошадкой, запряжённой в аккуратную деревянную повозку. Он приветливо улыбнулся, и сделал пригласительный жест в сторону копны сухой душистой травы, наполняющей тележку. Это было предложение, от которого нельзя или, точнее, глупо было отказываться. Адам с наслаждением сел и вытянул гудящие ноги. За разговорами он и не заметил, как много они прошли. Ей-то что, она с детства с волками бегает! А он отвык от долгих переходов, хотя, если уж быть честным, никогда и не привыкал. Ну, такая вот доля мага, ходи, пока не научишься открывать врата или переноситься по воздуху. Конечно, переноситься – это удел Первородных. Для простого населения созданы стационарные врата, установленные для удобства передвижения и торговли на территории Империи. К сожалению, они есть не во всех поселениях и предназначены не для всех желающих. А опытные маги могут создавать свои врата-порталы. Но ему про собственные думать ещё рано. Теорию он знал, а вот попробовать на практике не было ни смелости, ни нужного количества силы. Ну ничего, всё придёт со временем. Сидеть и вдыхать аромат свежего сена было очень приятно; лошадка бойко несла к крайнему городу тетонцев. Возница что-то говорил, не останавливаясь. Адам отвлёкся от своих размышлений и прислушался.

– И снится мне, значит, что явился ко мне кто-то в чёрной мантии, лица не видно, только седые волосы торчат из-под капюшона. И говорит, мол, так и так, у меня для тебя хорошее известие. Ты хотел, чтобы у тебя родился сын. Хорошо, он у тебя родится в скором времени. Я очень обрадовался и не знаю, что ему сказать. Стою не дышу. А он повернулся и пошёл прочь. Тут я набрался храбрости и спросил: «О, великий маг! Будет ли мой наследник таким же добрым хозяином, как я? Унаследует ли моё дело? Или вырастет и выберет свой путь?» – а он повернулся, поднял вверх палец и говорит: «Будешь сегодня возвращаться домой, смотри внимательно, не пропусти. Твоего ребенка ждёт судьба первого, кого ты встретишь на дороге!» Сказал и исчез.

– Так чему ты радуешься? – спросил Адам.

– А почему мне не радоваться, сам я аптекарь, травы и мази изготавливаю. Если сын у меня будет маг, тогда скольким мы помочь сможем! Мои мази, травы да чуть-чуть магии. Я понимаю, что у вас строгие правила, но на травы и мази можно воздействовать, чтобы усилить их свойства, и всё. И меньшими дозами можно продавать, а помогать будет лучше. Двойная выгода!.. Эх, хорошо. – Тетонец помолчал, мечтательно глядя на небо. – А твоё имя как, девочка?

– Флора, – тоненьким голоском ответила она.

– Так вот, Флора, я значит и говорю своей хозяйке…

***

Песок обжигал ноги – забытое ощущение детства. Горячо и приятно. Ещё ребёнком он часто выезжал с дедом на месторождения чёрной воды. Люди Имира разрабатывали такие месторождения, откачивали ценную жидкость и продавали её по всей       Империи. И пока дед общался с работниками, маленький Адам бегал по горячему песку, обжигая ступни. И вот он идёт по песку, а в невдалеке уже виден большой дом их семьи. Если постараться, то можно было рассмотреть деда, сидящего в тени. Адам ускорил шаг, побежал. Он соскучился, очень хотел обнять любимого человека, увидеть братьев и сестёр. Но бежать почему-то становилось всё труднее и труднее. Маг опустил глаза и увидел, что ноги вязнут в песке, он почему-то из простого превратился в хищный, зыбучий. Рванул один раз, второй, упал и пополз. Песок всё ещё затягивал, но передвигаться стало немного легче, получалось рывками бросать своё тело вперёд, сантиметр за сантиметром приближая себя к свободе и к дому. Вот так, ещё раз. И вдруг ногам стало холодно, какой-то противный липкий холод обжог его лодыжки. Он дёрнулся раз, другой, но не смог освободиться, повернул голову и увидел, что его ноги обвила толстая и длинная змея. В детстве, когда он катался с дедом на лошадях, они часто видели таких змей, но поменьше.

Он испуганно вскрикнул, а после и услышал голос деда:

– Ты же маг, так сделай что-нибудь, – и хор детских голосов запел: «Маг, маг, волшебник…»

Адам вздрогнул и проснулся, они въезжали в город. За телегой бежали дети, на некоторых из них были какие-то тряпки имитирующие мантии, и всевозможные палки, символизирующие жезлы, выбранные по принципу «чем больше, тем лучше». Дети кричали: «Маг, маг!» Адам усмехнулся, помахал детишкам и только после этого стёр липкий, холодный пот с лица.

Тетонские городки всегда славились своей чистотой и порядком. Аккуратные круглые домики под соломенными и черепичными крышами. Красивые цветники. Мощённая камнями дорога и деревянные дорожки-настилы, ведущие ко входу в дома. На крыльце важно восседали хозяйки, вокруг бегали и играли дети. Адам с любопытством рассматривал всё вокруг. Для него это было первое знакомство с поселениями на чистых землях Империи. То, что их забирают в юном возрасте, а потом держат взаперти семь лет, уже не казалось ему такой уж хорошей идеей. Получается, что из Замка выходили молодые сильные и даже опасные маги, но не очень приспособленные или, лучше сказать, совсем отвыкшие жить в обществе.

Добрый человек остановил повозку у трактира. Это было очень аккуратное и чистое заведение. В связи с хорошей погодой столики вынесли на открытую веранду. На каждом из них стояли небольшие гонги. Люди, принимаясь за еду, легонько стучали по нему, отдавая дань уважения большому взрыву, буму, благодаря которому образовалась их планета. До Раскола во всей Империи люди верили в Большой бум, или Бон-Бон, как его называли созвучно со звуком гонга, а все остальные существа (оборотни, гномы, эльфы) верили в Случай. Случай – это такое бестелесное существо с чувством юмора, они верили, что только он определяет всю их жизнь. Но после войны эти понятия смешались, и все стали верить в Случай, но при этом не забывали благодарить Бон-Бона за создание мира.

На веранде было свободно, и они с девушкой удобно расположились за дальним столиком в углу.

– Что ты будешь есть? – полюбопытствовал Адам у Флоры.

– Всё, что едят Лесные: мясо и растения… То, что водится в лесах. – Она выдержала паузу и добавила: – Или приходит туда без приглашения… да шучу я, шучу, не напрягайся. Ты что, не изучал наш народ? Мы же не едим людей.

– Ты сама человек, а не оборотень, – возразил Адам.

– Я человек только по рождению, но Лесная по воспитанию. Так что какая-то часть волка во мне есть. Скажи, а если бы я была ведьмой, я бы смогла перекидываться, как мои братья?

– Перекинуться в другого человека могут все маги, и они могут сделать это почти мгновенно, главное, правильно закрутить силу заклинания и иметь образец ткани человека, а вот в животное могут только очень старые и опытные маги, прожившие не одну сотню лет. Это удел Первородных.

– А Лилит?

– Я слышал, что она может перекидываться в большого змия, но прямых доказательств тому нет. Это просто слухи, которые гуляли по замку, и мне кажется, что распускали их сами Наставники. А все свидетели и по совместительству её соратники мертвы или где-то прячутся.

***

Она возникла как призрак, как мираж. Создавалось впечатление, что это чудесное видение не шло, оно плыло. Светлые волосы вьющимся водопадом стекали вниз, покрывая плечи и полную грудь, которая всерьёз угрожала разорвать лёгкие завязки, призванные выполнять более декоративную функцию, а не вступать в неравный бой с этой пышущей молодостью. Видение приблизилось и что-то спросило, но Адам не обратил внимания на такую мелочь, как заданный вопрос, он был занят созерцанием.

Острый локоть больно вонзился под рёбра, и мантия. Мантия!, на которую он лично накладывал заклинания «Латы», не остановила удар. Это возможно только в одном случае: причинение вреда магу было целесообразно.

– Ой! – вскрикнул Адам.

– Мы закажем мясо с зеленью. Волшебнику принесите ваши фирменные колбаски, ну а мне, пожалуй, жареные рёбрышки. И поскорее! Маг устал и очень голоден, – Флора взяла организацию обеда в свои руки.

Светловолосая девушка (о великий Случай!), прекрасное видение оказалось живым человеком, поставила кувшин и пару тяжёлых глиняных кружек на стол, улыбнулась молодому человеку, и уплыла, плавно покачивая бёдрами.

В кувшине был слабенькое светлое пиво. За пару глотков осушив кружку, Адам спросил:

– Так на чём мы остановились?

– Сколько лет длится ваше обучение в замке?

– Семь долгих лет.

Флора проводила взглядом покачивающиеся бёдра тетонской красавицы.

– А ты знаешь, какое ходит поверье среди людей?

– Какое? – пиво приятно освежало и немного пьянило, но голова оставалась светлой.

– Если девушка родит от мага, то и ребёнок будет магом. Это правда?

Адам захохотал. Ему стало понятно поведение пышногрудой тетонки.

– Нет, скорее всего, это придумали маги, чтобы не платить. Ведь у белых мантий нет золота, а молодой организм берёт своё.

– Ты же понимаешь, если скажешь ей, что это неправда, то она всё равно тебе не поверит.

В этот момент принесли еду – две огромные порции мяса, большую корзину зелени и лепёшки. Девушка-видение приподняла кувшин, проверяя остаток напитка, ей показалось мало, и она ушла за вторым.

Ели молча, потом пару минут пили пиво. Обед был великолепным.

– Как зовут твоего волка? – Флора кивнула на артефакт.

Набалдашник для жезла в виде головы остромордого волка ему преподнёс Хати. Его жилище, то в котором он обитал в человеческом виде, не в поселении-пустышке, а настоящем, было забито различными археологическими находками. На полках среди толстых книг лежали ржавые стрелы, стояли кувшины, висели боевые секиры гномов, луки и ножи эльфов и много-много разных вещей, найденных в лесах. Такой вот древний коллекционер древностей. Заметив, что Адаму приглянулась искусно вырезанная голова невиданного волка, он позвал своего помощника.

– Мне кажется, – проговорил он, – эта находка дождалась своего часа.

И в тот же вечер на артефакте Адама, на обломке от посоха, появился набалдашник. Искусно вырезанный из кости, с двумя глазками из камня, он удачно скрывал неровный излом, придавая жезлу законченный вид.

– Зовут? Это же просто жезл, палочка, артефакт! – Адам принципиально не говорил слово «посох».

– Он же тебе выдаётся навсегда и будет с тобой до самой смерти. Или я чего-то не понимаю?

– Ты права, до смерти.

– Тем более, значит у твоего «вечного» спутника должно быть имя.

– Хорошо-хорошо, – Адам съел очень много мяса с овощами и совсем не был расположен к спорам, – я бы назвал его обломком, а ты, как бы назвала его ты?

Флора от радости захлопала в ладоши. Было видно, что плотный ужин не сказался на её подвижности.

– Я бы назвала его Арчи.

– Арчи? Я, конечно, никогда не слышал, чтобы предмету давали людское имя, но пусть так и будет.

Он взял артефакт, торжественно возложил левую руку на набалдашник.

– Отныне нарекаю тебя Арчи. Носи это имя с гордостью и достойно служи своему хозяину.

Глаза-камни у Арчи сверкнули голубым светом, и трость немного нагрелась. Адам от неожиданности вздрогнул.

– Вот видишь, видишь, ему понравилось, – Флора протянула руку в попытке погладить Арчи, но вовремя опомнилась и отдёрнула руку, стала серьёзней. – Какие всё-таки у нас планы? Или я так и буду идти за тобой следом, не зная куда, и ждать, куда нас выведет Случай?

– Когда твой вожак договаривался со мной на эту работу, то он мне пообещал, что ты не будешь задавать лишних вопросов. И вот теперь ты сидишь напротив меня и задаёшь.

– Да, я всё-таки задаю.

– Никаких секретов и далеко идущих планов. Меня наняли для того, чтобы я доставил тебя из пункта А в пункт Б, так как ты никогда не находилась среди людей такое продолжительное время.

– Действительно! Доверить девочку, которая выросла в лесу и только изредка выходила к людям, чтобы совсем не одичать, магу, который последние семь провёл вдали от людей и даже не знает, что сейчас происходит в Империи. Всё как раз в духе Хати.

– А что не так? Маг, даже молодой, это надёжный сопровождающий.

– Всё не так. Хати очень старый и умный оборотень, он ничего никогда не делает, не просчитав последствия. А пункт Б – это где?

– Вожак сказал, нас встретят в Велькомире, – казалось, маг не заметил нескрываемого сарказма в голосе девушки.

– А кто встретит, не сказал?

– Нет, не сказал. Я должен просто доставить тебя в столицу. Там на нас выйдут те, кто нужен.

– И всё?

– И всё. Мне отдадут вторую половину оплаты. И я продолжу своё путешествие, не задумываясь о финансовой стороне вопроса.

– Но ты же маг, волшебник. Ты всегда можешь заработать. Везде и всегда происходят преступления и нарушения закона. Ты хоть и Беляк, но всегда сможешь устроиться к управляющему дознавателем. Это же ваш хлеб. Ведь только маги со своими возможностями могут быстро и без затрат узнать правду. Именно вы наблюдаете за соблюдением правил и закона. За городами и поселениями. Вы же неподкупные судьи, лучшие сыщики. И только вам дано на это право. Так воспользуйся им.

– Всё точно, но как я уже говорил, мы неплохой эскорт, так как вряд ли найдётся желающий напасть на человека в присутствии мага, это же смерти подобно, ну не смерти, тут я, конечно, погорячился, но всё же. Пойми, я только несколько дней назад покинул стены Замка, мне надо прийти в себя, посмотреть на народ, людей, для которых я должен стать законом. Может, мне этого и не захочется. Есть же какие-то причины, по которым маги не занимают такие привлекательные посты, а занимаются, к примеру, изгнанием крыс из города. Даже на такие простые действия их приходится уговаривать и привлекать одноразово и за хорошие деньги.

К их столику подошёл человек в чёрной одежде стража Императора. Нет, сам Император находился не здесь, а в Велькомирском замке. Но все они приносили присягу верности непосредственно Императору. Потом отправлялись на службу по всему полушарию, по всем чистым землям, а иногда даже на острова и земли, находящиеся за солёными озерами, но в любой точке планеты они служат только его Императорскому величеству и Империи. И работа на управляющего из какого-то мелкого посёлка расценивалась как охрана ресурсов, а не служба непосредственно отдельному человеку.

– Господин волшебник! Поставленный Императором управляющий Тетонских земель хочет пригласить вас в гости.

– Передайте, пожалуйста, господину управляющему… Как его имя?

– Вольдемар, господин волшебник.

– Передайте, пожалуйста, господину Вольдемару, что я сейчас на отдыхе, не работаю и в золоте не нуждаюсь.

– У господина управляющего есть временный маг. А с вами он хочет поделиться информацией. Он просил передать, что она пригодится вам там, куда вы идёте и касается того, что вы сегодня узнали.

Адам задумался, что же такого он сегодня узнал? Да ничего такого, ради чего стоит поднимать своё тело и идти на встречу с незнакомым человеком. Хотя знакомство с управляющим может пригодиться в будущем: не всегда же он будет провожать красивых девушек в столицу. Могут наступить и тяжёлые времена. Официальную службу ему пока никто не предлагал.

– Господин волшебник! До темноты управимся, идти недалеко, а вот вашей спутнице лучше подождать здесь.

Адам выложил на стол пару монет для Флоры.

– Сними две комнаты, мы здесь заночуем. Когда вернусь, договорюсь о лошадях. Выедем с утра, как только рассветёт, – накинув на голову капюшон мантии, он ловко засунул артефакт за спину, в две специально закреплённые кожаные петли.

Набалдашник поблескивал влажными глазами, искоса выглядывая из-за правого плеча.

«Да, так действительно гораздо удобней, спасибо волчьему вожаку! Веди меня, страж».

***

Шли недолго, минут тридцать. Дорога вывела к большому зданию на пригорке. Дом был обнесён высоким каменным забором. Сверху его украшали совсем не декоративные пики.

– У управляющего есть причины кого-то бояться? – пики на заборе удивили молодого мага. – Зачем человеку, который служит народу, такой забор? Если он начинает прятаться от людей, то его надо снимать с должности. Прячется, значит, вор. А ворьём должны заниматься мы, маги.

– Нет. Просто дом очень старый. Забор стоит ещё с Раскола, в те времена оборотни шалили среди населения.

Адам понимающе кивнул, Раскол спишет всё.

– Вот калитка. Идите по дорожке на свет. Там вас встретят. – Страж махнул в сторону светлого пятна в глубине двора.

Маг неспешно направился в указанном направлении. Через несколько минут он достиг открытой веранды с зажжёнными лампами, толкнул массивную деревянную дверь, вошёл в помещение. В холле два стража, разгоняя скуку, играли в кости. При виде вошедшего они удивлённо замерли и вопросительно на него уставились.

– Доброго вечера! – поприветствовал их Адам, не снимая капюшона. – Мне передали, что ваш управляющий хотел меня видеть.

– Уважаемый маг! – чуть дрожащим голосом ответил страж, который был постарше. – Наверняка произошла какая-то ошибка. Господин управляющий уже два дня как уехал в столицу по личному приглашению Императора.

– Как уехал? Мне ваш собрат страж только что сказал…

– Уважаемый маг! – неучтиво перебил молодой.

Старший испуганно его отдёрнул, и тот сразу замолчал.

– Говори, – разрешил Адам.

– Нас здесь только двое, ещё двое уехали в столицу для сопровождения. Так что других стражей здесь нет. Вы можете переговорить с нашим магом, он как раз недавно прошёл в библиотеку.

Адам окинул взглядом стены и потолок холла, искусно сделанного из камня. До него дошло, что его обманули, обманули очень просто. Но для чего? Он же только появился на просторах Империи. Ещё сутки назад никто не мог знать, что он здесь появится. Значит, их цель не он, а любой, кто будет рядом с Флорой, точнее, сама Флора. А его просто и без шума удалили от неё. Скрипнув зубами, маг развернулся на каблуках и быстро вышел на улицу, оставив стражей сидеть в полном недоумении. Эх, почему он до сих пор не умеет открывать врата, не хватает ему на это сил. Мантия перестала обволакивать тело и развивалась за спиной тяжёлым крылом, как бы чувствуя настрой хозяина. Адам выхватил из-за спины артефакт и нервно им помахивал, периодически задевая мостовую и высекая искры из камней. В обеденной зале знакомая девица пересчитывала монеты, что-то помечая на листочке. Когда маг влетел в помещение, она приподняла голову и мило ему улыбнулась.

– Где моя спутница? – поинтересовался он.

– Меня зовут Амали, мой господин.

– Хорошо, Амали, где моя спутница?

– Госпожа заказала два номера, и удалилась в свой. Номера на третьем этаже, лучшие. Там их всего два.

Не дослушав её, Адам взлетел по лестнице. Толкнул первую дверь, было не заперто. Большая белёная комната, стол, стулья, кровать, комод. На комоде лампа с тусклым огоньком. Даже при таком тускло дрожащем огоньке было видно, что комната пуста. Не тратя время на изучение помещения, он шагнул в сторону и толкнул вторую дверь. Заперто. Наклонился, посмотрел в замочную скважину – темно. Адам постучал сначала вежливо, негромко, потом громче. Наконец забарабанил кулаками. Тишина. Он прикрыл глаза. Сила, где она? Надо найти источник, хранилище. Хватило бы и внутренних запасов, но неизвестно что там за дверью, а рисковать он не хотел. Вот она, гладкая поверхность, где-то там, под ней, бьётся сердце мира, сердце из чистой Силы. Осталось только взять, взять совсем немного, чуть-чуть. Серая поверхность немного разошлась, образуя небольшое отверстие с неровными краями, и Сила потекла наружу. Ручеёк был не особо сильный, но этого хватило на то, что задумал маг. Подцепив край, как нить, он впитал её в себя и направил через руку к основанию артефакта. Можно было увидеть, если присмотреться повнимательней, очень тонкие, тоньше волоса, нити, пронизывающие всё его тело и соединявшиеся с мантией. Так Сила пыталась устроиться на новом месте жительства, не подозревая о своей одноразовой роли. Но Адаму было не до изучения потоков и анализа поведения. Он просто повернул набалдашник жезла мордой вперёд и сложил пальцы второй руки в нужный знак: мизинец и большой палец согнуты, оставшиеся три пальца выпрямлены и направлены книзу «Т – Таран». Знак усилил действие палочки в несколько раз. Волчьи глаза сверкнули красным, и преграды не стало. Порыв Силы, как мощный порыв ветра, вырвал замок и с грохотом распахнул тяжёлую дверь. И в этой комнате никого не было. Даже не горела лампа. Но Адаму в его состоянии свет был не нужен. Он даже мог не открывать глаза, не было необходимости. По лестнице загрохотали шаги. К нему приближался здоровый белобородый мужик с кузнечным молотом наперевес. Увидев во мраке коридора тёмную фигуру, закутанную в мантию, да ещё и со светящимся магическим жезлом, он в нерешительности остановился. Из-за его плеча робко выглядывала Амали.

– Подойди сюда, женщина, – поманил он её.

Кузнец было дёрнулся следом, но Адам взмахом руки приказал ему не двигаться. Мужик был не робкого десятка, но, видимо, понимал, что против мага физическая сила не поможет. Амали медленно приблизилась.

– В этой комнате остановилась моя спутница?

Та быстро-быстро закивала.

– И где же она?

Амали с испугу вновь было начала кивать, но опомнилась и замотала головой.

– Я не знаю, мой господин. Она поднялась одна и просила не беспокоить её до вашего возвращения, больше я её не видела. Но я отходила в погреб ненадолго. Пить очень захотелось, – она виновато пожала плечами. – Я сходила за светлым пивом, а то не осталось совсем.

Адам прошёл в комнату. В воздухе витал какой-то запах, напоминающий запах воды из реки с водорослями. Непонятно. Никаких вещей не было. Только на кровати посередине ткань была смята, как будто кто-то там лежал.

– Хорошо, оставьте меня одного! – попросил маг и комната опустела.

Он опустился на одно колено, и голубоватый свет из глаз Арчи наполнил помещение. Следов было много, очень. Следы от босых ног, жирных пальцев, голых тел на постели. Но всё старое, затёртое и замытое. А вот пребывание девушки почти не ощущалось. Вот здесь она прошла и скользнула пальцами по столу. Легла на постель, встала, прошла к окну. Постояла, потом повернулась, сделала один шаг, ещё шаг к двери и куда-то исчезла. Возможны два варианта: или её унесли на руках, или она научилась летать. Чужих здесь не было, значит, второй вариант, летать. Не смешно. Так не бывает, маг не может не увидеть, на то ведь он и маг. Но здесь Адам ничего не видел. В комнате, кроме Флоры, никого не было, и из комнаты она не выходила. По крайней мере, своими ногами, следов нет. Адам медленно поднялся на ноги, вышел, спустился вниз, достал мелкую золотую монету, покрутил между пальцами и протянул кузнецу.

– Почини, пожалуйста, дверь к моему приходу. Я сегодня буду ночевать в этой комнате, никого в неё не заселяйте! – и кивнув Амали, он пошёл к выходу.

На несколько минут наверху воцарилась тишина, а потом загрохотали тяжёлые ботинки кузнеца, который спешил за инструментом. Где и когда ещё можно заработать целую, хоть и мелкую золотую монету за ремонт одной двери, как не сегодня, и только у чокнутого мага.

Ему требовались ответы, и так как осмотр комнаты ничего не дал, то Адам решил направиться к единственному источнику, хоть как-то связанному с похищением Флоры – к дому управляющего. Дорога была пустынной, вряд ли благополучным тетонцам придёт мысль выйти на улицу после наступления темноты. Но это скорее была уже привычка. После Раскола, когда маги взяли на себя ответственность за порядок и соблюдение законности, люди не боялись жить рядом с печально известным Чёрным лесом. Настали те времена, когда можно в темноте встретить пробегающего оборотня и спокойно с ним поздороваться, и скорее всего, он повернёт в твою сторону умную клыкастую морду и, оскалившись, дружелюбно махнёт в ответ хвостом. Да, так поступит оборотень, дружелюбно приподнимет шляпу гном, и даже вампир вежливо цыкнет сквозь клыки. Правда, есть ещё люди и к ним примкнувшие, оставшиеся после Раскола и не поменявшие свои убеждения. Некоторые из них убеждены, что закон для них не писан и их-то точно не накажут и не поймают. Вот от них-то и не знаешь, что ожидать. «Эх, что же вы творите? Что же с вами не так? Почему вы, как самые низшие существа, пытаетесь жить с позиции силы, а не разума, и очень удивляетесь тому, что на вашу силу приходит тот, кто ещё сильнее и беспощадней?! Из-за своей ограниченности вы думаете, что наказание вас не найдёт…» Вот именно из-за таких «соседей» или «гостей» добрые тетонцы и боятся выходить из дома в одиночку, особенно здесь на окраине. Даже то, что в поселении маг, а в данный момент даже не один, не успокаивало людей. В них засела застарелая и такая же обманчивая вера в крепость своего дома, в то, что их огонь не погаснет. И в то, что там за окном в темноте никого нет. Темно и пусто. Наивные. Но сейчас так оно и было. Одинокий молодой маг шёл к освящённому дому управляющего по абсолютно пустой дороге, не замечая внимательных глаз, следящих за ним из темноты.

***

Стражи всё так же сидели в холле. Дремали. Два опустошенных кувшина на столе явно указывали на отсутствие управляющего, а также на спокойную обстановку в поселении. Проснувшись от стука закрывшейся двери, они, сонно моргая, посмотрели на мага.

– Уважаемый маг, мы можем быть тебе чем-то полезны?

– Проводите меня к вашему волшебнику.

– Как доложить? По какому вопросу?

– Скажите, что с дружеским визитом, проезжал мимо.

Один страж убежал с докладом, второй медленно повёл гостя по коридору. К тому моменту, как они подошли к двери, первый уже доложил, и ждал их наготове у открытой двери. Он впустил молодого человека в комнату и медленно прикрыл за ним тяжёлую створку.

Стены в комнате были из камня, много полок с книгами, свитками и какими-то банками, оставшимися от волшебников прошлого. В то время существовали группы людей, которые были уверены в том, что для увеличения магических способностей необходимо собирать живых существ, растения и варить их в определённых пропорциях, изготавливать порошки и отвары. Даже ходила легенда, что при помощи этих зелий можно превратить обычного человека, не имеющего способностей, в мага. На самом деле нельзя. И хорошо, что нельзя. Представьте себе, что было бы, если бы каждый человек мог стать волшебником?! Секрет магии скрыт в самом человеке, его врождённой способности видеть мир по-другому, видеть Изнанку, проникать под неё, брать изначальную Силу и пользоваться ею по своему усмотрению. Нет, не нужно всем знать, что наш мир – это только часть, и не факт, что главная.

У противоположенной стены горел камин, напротив него стояло кресло, в котором кто-то неподвижно сидел.

– Хорошая библиотека! – попытался сгладить неловкое молчание Адам.

Высокая закутанная в белую мантию фигура молча поднялась, повернулась к юному магу. Молчание затягивалось. Адам чувствовал, как из-под капюшона мантии его рассматривают внимательные глаза.

Потом волшебник шевельнулся, половчее перехватил свой посох, больше напоминающий тяжёлую палку с утолщением на конце, и проговорил знакомым голосом:

– Я очень надеялся, что мы с тобой встретимся, но не думал, что это произойдёт так скоро. Хотелось бы успеть соскучиться по твоей роже, а я, если быть откровенным, ещё не успел, – высокая фигура сняла капюшон, и на Адама глянули стальные глаза Ареса.

– Здравствуй, Адам, выпьешь что-нибудь? – он широким жестом указал на столик у камина, заставленный тарелками с нетронутой едой и парой кувшинов.

Молодой маг облегчённо выдохнул и с благодарностью взял предложенную кружку, горло пересохло ужасно. И, как он подозревал, больше от волнения, а совсем не от быстрой ходьбы.

–Ты здесь маг?

– Временно. Меня выкинуло на реках у афисов, хороший, кстати, народ, встретили, накормили. Я же хотел направиться вглубь страны перед тем, как осесть. Планировал, попутешествую и за работу, всегда думал об официальной должности мага, не люблю я все эти временные жилища и случайные заработки. Зашёл к управляющему с визитом вежливости, а у него был этот, из тетонцев. Ну, он и попросил меня разобраться в одной щекотливой ситуации.

Арес сделал паузу, ожидая проявления интереса и вопросов от Адама. Но тот хмуро молчал.

– Узнаю характер, ничем не проймёшь, – вздохнул он. – Так вот, две недели назад куда-то пропал местный маг, сильный, ещё из первых выпусков. Работал на этом поселении и выезжал в близлежащие. Получается, что все они остались без закона и порядка. Маг исчез, а вместо неё появились какие-то так называемые Вестники, которые рассказали о приближении второго Раскола. Сумасшедших всегда хватало. Жаль, я с ними не смог поговорить, увезли их в Велькомир для разбирательств. А я вот сижу, пытаюсь понять, что здесь происходит, куда делась местная ведьма, кто такие эти Вестники и от кого они принесли нам весточку. Опыта не хватает. Вот читаю архив, – Арес кивнул на стопки книг, – завтра хотел заняться изучением местности, поговорить с людьми и наладить контакты с оборотнями.

– Ты сказал, что здесь была ведьма?

– Да, она. Диана, ещё из старых выпусков, первых. А что, это имеет какое-то значение?

Адам вспомнил недавний разговор с Флорой, темой разговора там тоже были ведьмы, и их верховная – Лилит. Не случись тогда бунт, и попытка захвата власти, женщины до сих пор обучались бы в Замке. «Слова Верховного на прощальной церемонии, намёки Древа, разговор с Флорой и вот сейчас ведьма Диана – слишком много совпадений. Интересно, связаны они между собой или нет?»

– Нет, думаю, что не имеет. У меня из под носа увели мою спутницу, девушку по имени Флора. Я должен был доставить ее в столицу. Хочу попросить, чтобы ты взглянул на комнату, из которой ее похитили. Ты всегда отличался особой скрупулёзностью. Поможешь?

– Мне кажется, это несправедливо: мы только-только закончили обучение и сразу попали в какие-то переделки, занимаемся решением каких-то вопросов. А где обещанный отдых? Где, я спрашиваю? – Арес вздохнул, помолчал, не дождался ответа и накинул капюшон на голову, сразу превращаясь из доброго друга в серьёзного мага. – Что ж пошли, посмотрим, подумаем. Как говорит одна моя недавняя знакомая, одна голова хорошо, а два жезла лучше.

***

Арес повторил ту же процедуру, что и Адам: встал на одно колено, сжав посох, застыл на пару минут, потом поднял голову, как бы прислушиваясь.

– А ведь ты был прав. Здесь действительно никого не было, кроме твоей знакомой и тебя.

– Ну я же говорил.

– Только ты не сказал, что в тот момент, когда ты приходил к управляющему, ты одновременно находился здесь, и стоял напротив… как там её имя?

– Флора.

– Интересное имя, она случайно не родственница..?

– Арес!!!

– Да-да, извини. Ты стоял напротив Флоры. Скажи, как ты научился быть в двух местах одновременно? Я, например, так не умею.

– То есть кто-то, выглядевший точно так же, как я?

– Не выглядевший, а точно такой же, как ты. С твоим по́том и запахом. Ты на сто процентов.

– Значит здесь был я? Именно я проник в комнату и похитил Флору. Перед этим отправил трактирщицу в погреб и беспрепятственно вынес девушку. Но всё это в тот момент, когда меня здесь не было.

– Получается так. И ты не заметил чужого присутствия в комнате, так как чужих в комнате не было.

– И где мне теперь её искать? Есть идеи?

– А ты обратись к своему эскорту. У них нюх лучше, чем у нас, у двух неопытных чародеев, у двух беленьких, – Арес откровенно издевался.

– К какому такому эскорту?! – Адам перешёл на повышенный тон. – Ты что, смеёшься? У меня похитили знакомую, и дело даже не в том, что она мне нравилась, как человек. И не в том, что она была первой, кого я встретил после Замка. Это еще и не выполненная работа. Здесь что-то не чисто.

– Она тебе нравится?

– Арес!!!

– Успокойся, ты что, действительно не заметил, что за тобой наблюдают?

– Перестань говорить загадками.

– Пошли, – Арес открыл недавно отремонтированную дверь, и они спустились в холл.

Взяв друга под локоть, он подвёл его к боковому окну и указал посохом в темноту.

– Вон он.

В темноте, скрытый от обычного человеческого взгляда, прогуливался худой невысокий парень. Его густые волосы спадали на лицо, возраст определить было трудно, но создавалось впечатление, что он молод.

– И с чего ты решил, что это за мной?

– Во-первых, видно, что он не местный.

– Ну и?

– Во-вторых, сейчас ночь, а он разгуливает по поселению. Здесь окраина, на окраине так не принято. В-третьих, это один из Лесных. Когда мы были в комнате Флоры, я почуял их запах. Она имеет к ним какое-то отношение?

– Да, они ее воспитали.

– Ух ты, в стае человеческий детёныш! Я такого ещё не слышал.

– Пошли, поговорим с волчонком, – сквозь зубы процедил Адам.

– Спорим, я первый его возьму! – воскликнул Арес и бегом бросился к двери.

– Прямо как ребёнок, – пробормотал Адам.

Когда он дошёл до проулка, всё уже было закончено, молодой оборотень даже не успел перекинуться. Он висел в воздухе, раскинув руки и ноги в стороны. Арес стоял неподалёку, небрежно помахивая своим посохом, как дубинкой. Адам прикрыл глаза, глянул из Изнанки. Да, в магическом мире картинка была более интересная: четыре силовые линии держали парня за конечности, растягивая в стороны, а пятая, напоминающая по форме ногу, отвешивала ему лёгкие, но обидные пинки. Молодой оборотень вздрагивал от каждого удара и пытался сместить свою пятую точку в сторону, но чары Ареса были крепки.

– В Замке я не замечал за тобой тяги к шуткам, – улыбнулся Адам. – Ты предпочитал книги, а не развлечения.

– Я же наполовину тетонец, а мы народ дисциплинированный, на учёбе учимся, на работе работаем.

– А это что у нас, не работа?

– Работа – это когда не особо хочешь, но надо. А ещё за неё платят. А если не платят, то это либо развлечение, либо ты дурак. Хочется думать, что у нас первое.

Арес ещё раз приложил паренька, подтащил его ближе и отпустил на землю.

– Даже не вздумай! – обо всём сразу предупредил оборотня молодой маг и снял заклинания.

Парень оказался понятливым и стоял, не делая попытки убежать или атаковать. Он обиженно зыркал из-подо лба, да смешно сдувал пряди, падающие на глаза.

– Есть хочешь? – неожиданно спросил Арес.

Глаза молодого волчонка азартно блеснули.

Паренька звали Вольфганг, что переводилось как Дорога волка. Имя типичное для оборотней, они в основном все Вольфы да Вульфы, традиция перекинулась и к людям: живущих рядом с Чёрным лесом детей часто называли волчьими именами, особенно после Раскола. Наверное, от радости, что война наконец-то закончилась.

Молодой оборотень ел много быстро и жадно, но при этом говорить не переставал. Как у него это получалось, непонятно.

– О том, что Хати отдал под вашу опеку Флору, мы узнали слишком поздно. Наша стая уходила в дальний лес с инспекцией. А когда вернулись, вы уже ушли. Вот мать и сказала: «Беги, мой маленький Вольф, пригляди за нашей сестрой, проводи до места, помоги, если надо будет». Я побежал, но опоздал.

Вольфганг перестал жевать, всхлипнул. На миг показалось, что он сейчас заплачет, но нет, он вздохнул и продолжил запихивать в себя мясо.

– Почему ты её назвал сестрой и почему ты пошёл за нами следом? Кто ты ей?

Вольф тщательно прожевал, проглотил и сыто откинулся.

– Я пошёл за ней, потому что я её брат. Когда Хати принёс девочку, он сказал моему отцу: «Пусть девочка бегает в стае. Воспитай её, отец». Мы вместе выросли, мы с ней одной крови. Так куда вы дели мою сестру, маги? Где она сейчас? – в голосе молодого оборотня прорезались волчьи нотки, и во рту блеснули острые, как бритва, клыки.

Как говорится, сколько волка не корми…

***

– Вот думал, отучусь и первое время буду отдыхать, удовлетворять свои прихоти, простые желания. Буду есть, пить, путешествовать, найду себе девушку, красивую. Я же маг, на меня все девушки заглядываться будут.

– И что, ты чего-то не успел? Девушку не нашёл?

– Нашёл сразу же, вне запланированной очереди, а уже потом хорошо покушал и выпил.

– Хорошая? Как имя?

– Я и не помню или забыл спросить. Если бы я знал, что на третий день ко мне припрётся старый друг, то я бы, конечно, запомнил имя своей первой девушки. Ведь из-за тебя и твоих дел она может оказаться последней.

– Расценивай это как приключение.

– Ну, конечно, не как работу, за неё хотя бы платят.

Маги ехали на лошадях, третья лошадь, осёдланная шла следом. Тот, для кого она была предназначена, воспользовался ею до окраины поселения, потом юркнул в лес и в скором времени вернулся из него не крупным, но жилистым волком. Некрупным он был для своих собратьев-оборотней, так как, по сути, был ещё волчонком, но в стае обычных волков он бы был самой крупной особью.

Сбоку тянулся Чёрный лес, в глубинах которого жили родичи волчонка, там с ними и встретился Адам. Лес притягивал, на родине у мага такой природы не было. Лес застыл в первозданном состоянии, в основном преобладали хвойные деревья. Это местные жители прозвали его Чёрным. И совсем не из-за деревьев. До Раскола и во время него вряд ли кто-то смог бы выйти из этого леса живым. А он манил своей красотой: крутые склоны, густые чащи и долины с виноградниками, высаженными одними из лесных жителей, эльфами. Говорят, что и сейчас их можно встретить здесь, в глубине, ближе к своим буковым рощам, около Горы Фельдберг, с одноимённой вершиной.

Горы как бы разделяют лес на две части; в одной живут оборотни и там царит покой и порядок, вторая половина остаётся свободной для посещения. Но даже сейчас, когда в Империи было спокойно и не велись междоусобные войны, в эту половину леса никто не рвался, особенно вглубь.

След похитителей или похитителя легко читался и шёл по самой кромке леса. Волчонок, как его шутливо называл Арес, шёл по нему легко, не оглядываясь. Несколько раз Адам опускал ресницы и осматривал пройденный путь сквозь Изнанку. Ничего. Пустота. Следов Флоры он не видел. Получается, им очень повезло, что её приемные родители забеспокоились и отправили братца присмотреть за ней. Арес назвал её «человеческий детёныш», и какая-то доля истины в этом была. Хотя какую логику, какую истину можно найти в сложившейся ситуации? Два молодых мага в компании с оборотнем едут искать девочку по имени Флора. Её воспитала стая волков-оборотней, и по всем признакам похитил её сам Адам в то время, когда его там не было. Нет слов, одни мысли.

– Ты не экспериментировал с заклинаниями? – вдруг оживился Арес.

– Если говорить начистоту, я не попробовал ничего из стандартных, а ты мне говоришь про эксперименты. И что в них можно добавить? Берёшь Силу, формируешь нужный знак, или просто Силу, и всё.

– Не совсем так. Есть варианты, особенно при снятии с человека наложенных заклятий… Мне как-то абсолютно случайно попали на глаза тетради моего наставника, и я прочел…

– В личных записях!?

– Ой, да что тут такого! – отмахнулся Арес. – Вот слушай, что я узнал. Если ты накладываешь стандартное заклинание, то любой другой маг его снимет. А если ты накладываешь именное, то ты и только ты сможешь его снять. Конечно, маг более высокого ранга увидит, что это именно твоя работа, но снять не сможет. Смотри. Он прикрыл глаза, сжал посох и сделал пальцами левой руки нужные движения, большой палец снизу, остальные сверху. Знак напоминал открытую змеиную пасть и в сочетании с движением посоха обозначал «С – Сон». У бегущего впереди волчонка подкосились лапы, он ткнулся носом в траву, перекувыркнулся и замер, уснув.

– Ну зачем?! – воскликнул Адам.

– Не бойся, сон ему не повредит. А теперь попробуй разбуди.

Маг сделал пасс рукой. Ничего. Волк продолжал посапывать, как ни в чём не бывало. Адам крутнул пальцами, в ладони появился чуть заметный дымчатый шарик, заклинание «Б – Бодрость» метнул. Спящая туша волка поглотила Силу и не шевельнулась. Прикрыл веки.

– Но я не вижу, чьё это заклинание, кто его накладывал.

– Да ты и не увидишь, мы же примерно одной силы!

Арес усмехнулся, спешился, подошёл, сделал такой же пасс рукой, как до этого Адам, и неожиданно щёлкнул Вольфа по носу. Тот завозился, открыл глаза, поморгал и с подозрением посмотрел на магов.

– Устал? Спишь на ходу, – спросил Арес.

Волк виновато потряс головой, прохрипев что-то похожее на «извините» и опять попытался уснуть. Говорить внятно в волчьем обличии у него получалось с трудом.

– Ничего страшного, – маг похлопал его по мощному загривку, – бывает. Но нужно спешить, а то и так время потеряли. Мне кажется, что путь наш лежит вон в те горы, что виднеются в глубине. Там много пещер, а населяет эту местность разный народец, не всегда добрый, но вроде и особо закон не нарушающий, – он вернулся к лошади, которую придерживал Адам.

– Ну что, ты понял? Если бы я не щёлкнул его по носу, он бы не проснулся. Я это вложил в само заклинание, и этот нюанс делает его именным, отличным от стандартного.

Адам задумался, они вышли на вольные хлеба почти одновременно, и почти в одной местности. Он побыл в гостях у оборотней, взял работу и потерял её. А Арес в это время совершенствовал заклинания, поселился в доме управляющего и нашёл себе девушку. Хотя последнее-то громко сказано. Учились одному и тому же, а какие разные поступки, шаги и действия. И что же будет дальше?

***

Они достигли подножья гор. Рассвело. Первые солнечные лучи пронзили лесной туман и, причудливо преломляясь среди еловых иголок, создали замысловатый световой узор. Так начался очередной день самостоятельной жизни. И встречали они его в Чёрном лесу. Не самое хорошее место для встречи утра, особенно, если тебя сюда не приглашали. Но кто говорил, что будет легко. Вольфганг уверенно свернул на чуть заметную тропу вглубь леса. Где-то впереди раздался едва слышный скрип, они замерли, превратившись в слух. Ничего, только шумят деревья, да утренние птицы, приняв эстафету, приветствуют новый день. Вроде никаких посторонних звуков. Постояли, вдыхая насыщенный хвоей воздух. Звук послышался опять. И ещё.

– Телега, – прошептал Арес. – Вперёд!

Волчонок серой молнией метнулся вглубь чащи. Всадники пригнулись, чтобы не задевать за ветки, и пришпорили лошадей. После непродолжительной скачки кони вынесли их на небольшую поляну. Адам даже не успел оглядеться, как в ствол дерева, рядом с его головой, впилась стрела. Как?! Он не поверил своим глазам, в него ещё никогда не стреляли. Нападение на мага чревато очень серьёзными последствиями. Додумать и порассуждать на эту тему ему не дали: вторая стрела легла опасно близко, прорвав мантию и оставив на плече небольшую рану. Недоумение перешло в холодную ярость. Адам чуть шевельнул пальцами, активируя «Л – Латы», аккуратно извлёк из-за спины магический жезл. Потом соскочил с лошади и смело шагнул вперёд. Третья стрела вонзилась в плечо, при этом её абсолютно не остановила ни его защита, ни мантия. Это было больно.

– В сторону! – крикнул Арес, сбивая его с ног и толкая в траву под защиту деревьев.

– Что это за стрелы? – спросил Адам, силясь вдохнуть такой нужный сейчас воздух, лёжа под тяжёлым другом. – Слезь с меня, раздавишь.

– Обычные стрелы, над которыми поработал опытный маг. «Латы» их, конечно, выдержат, только не такие слабые, как у тебя. Они прячутся за телегой. И как мне кажется, просто тянут время.

Арес отломал наконечник стрелы и резко дёрнул, извлекая её из раны. Потекла кровь, но не сильно, значит, артерия не задета. Маг положил сверху руку, накладывая «Лекаря». Адам раздражённо повёл плечом.

– Хватит! Просто останови кровь. Времени у нас и так мало. Давай, ты слева, я справа. Сначала «Таран», разносим вдребезги укрытие, потом «Сон», или лучше «Мумия». Пеленаем, потом допросим.

Арес не стал спорить, план был хорош. Он выглянул из-за деревьев, кивнул и бросился в свою сторону. Адам перекувыркнулся на влажных иголках и рванул в свою, стараясь не задерживаться долго на открытом пространстве. Стрела многое меняет в голове, даже если попадает в плечо. И они не заставили себя долго ждать, дружно засвистели между деревьями, сбивая ветки и втыкаясь в стволы. Он ещё раз перекувыркнулся и спрятался за дерево, заученным движением сложил пальцы и поискал взглядом друга. Арес стоял с другой стороны, также прижавшись к стволу, и ждал его сигнала. Адам кивнул, и они одновременно завершили заклинание. «Т – Таран» – заклинание, предназначенное для выбивания крепостных ворот, чудовищной силой ударило по телеге с двух сторон, разнеся её в мелкие щепки. Невысокие человечки, скрывающиеся за ней, кинулись в пещеру, но бежать могли уже не все, двое из них остались лежать на месте. Оборотень, занявший центр, первым метнулся в распахнутый зев пещеры и тут же с воем отлетел обратно.

– Щит мага мощный, нам не пройти! – выкрикнул Арес.

– Пройдём!!! – в сердцах рявкнул Адам, подбежал, вырвал клок волос у лежащего карлика, сунул его в руки друга, а сам дёрнул клок волос из бороды другого. Друг всё понял правильно. Превратиться в другого человека можно только при наличии образца его тела. Ни на одном из экзаменов маги не плели заклинания так быстро, как сейчас. Заклинание было не простое, а одно из самых сложных, и за скорость пришлось заплатить болью, но вариантов не было. Адам сделал пару шагов, привыкая к низкому центру тяжести, и рванулся вперёд. Следом, смешно перебирая короткими ногами, семенил его друг. «Щит», настроенный на непрошеных гостей, «своих» пропустил сразу. Тёмный проход уходил вниз. Друзья бежали, скидывая на ходу чужую личину, как уже ненужную шелуху. Впереди показалось голубое свечение. Быстрее, ещё быстрее. Наконец они ворвались в небольшой зал и… опоздали. Девушка находилась на грани перехода сквозь провал врат. «Как красиво! – подумал Адам, – сверкающие врата», – и девушка медленно погружалась в них. Кто-то с другой стороны тащил её за собой. Тут она резко открыла глаза, и в это же время остальные пять гномов кинулись в атаку, выхватив тяжёлые двойные топоры.

– Адам!!! – голоса друга и девушки слился в один крик. Арес приподнялся над землёй и, приняв горизонтальное положение, полетел навстречу злобным карликам.

Он был страшен: белая летящая фигура с пылающим, как огненный меч, посохом. Флора почти исчезла в ярком сиянии, её глаза умоляюще смотрели на Адама, она силилась поднять и протянуть к нему руку, но не могла, невидимая сила, тянущая её, была гораздо сильнее. Решение надо было принимать мгновенно. Рефлекторно сложив заклинания, он добавил в него свой личный знак – движения, как учил Арес. «Сон» накрыл девушку в последний миг, её веки дрогнули и облегчённо опустились. Такой он её и запомнил перед тем, как она исчезла. Врата захлопнулись, и в пещере стало темно. Арес заканчивал с гномами. Теперь, когда их не поддерживала сила неизвестного мага, они забились в угол и, размахивая топорами, старались не подпускать молодого мага к себе. Но тот с тетонской педантичностью пеленал их при помощи «мумии», хорошего заклинания, надежного. Последний, видно, старший в их компании, понял, что дела их плохи, потому что вдруг развернулся и бросился на своих же товарищей с топором, пытаясь их зарубить. Очень ему не хотелось, чтобы маги получили информацию. Но серая молния метнулась вперёд, мелькнули клыки, и карлик медленно осел на каменный пол, уже не способный никому и никогда навредить. Волчонок пришёл на помощь, а значит, щит мага исчез, и главного организатора похищения здесь нет. Адреналин перестал действовать, и силы покинули Адама. Он сел на пол пещеры, крепко сжимая Арчи, который был таким тёплым, что казался живым.

«Какие же мы всё-таки ещё слабые и человечные. Ни опыта, ни магической твердости. Нас, как маленьких котят, раскидал неизвестный маг. Если бы ему была нужна не только Флора, то размазал бы он нас тонким слоем по стенам этой пещеры. А моя привязанность к девочке? Это же похоже на личное, а не на работу. Хороший маг должен быть беспристрастен. Силы, нашей общей силы хватило на пару заклинаний. Мы даже не пробили “Щит”! Как мы слабы, нам ещё учиться и учиться…»

– Эй, что ты там сидишь? – позвал его неунывающий Арес. – Потащили этих мелких к управляющему в тюрьму, там и побеседуем.

– У него есть тюрьма?

– Да не то чтобы тюрьма, холодный погреб. Когда он переберёт немного пива, его там закрывают протрезветь – для этого и построили. Для четверых места хватит, хоть и тесновато будет.

Они вышли на свежий воздух. Карлики, обмотанные как мумии, и связанные между собой выглядели комично, но друзьям было не до смеха. Они устали. Первое испытание для двух молодых волшебников было тяжёлым. Взяв на себя груз ответственности за девочку, они взвалили на себя ещё груз нескольких жизней. И не важно, что они были случайны, и карлики погибли при совершении преступления, оказав сопротивление магам при исполнении своих обязанностей. Всё равно, жизнь живого существа бесценна, и этот груз навсегда ляжет на их плечи. Уже завтра в их мантии появится пара тёмных нитей, которые оттуда не вырвешь. Мантия волшебника – это его характеристика, его послужной список, его награда и наказание. С годами службы она будет всё темнее и темнее, правда, у кого-то быстрее, у кого-то медленнее. Но никто не придёт к концу в белой мантии. Но первые тёмные нити – это самое тяжёлое испытание для молодых и неопытных. Это первые пятна на их чистой биографии. Хотя, с другой стороны, есть и плюс: чем у волшебника чернее мантия, тем серьёзней его воспринимают.

Гномов свалили в кучу под деревьями. Друзья сели на траву и дышали, наслаждаясь свежим воздухом, солнцем, жизнью. Молодой волк бегал кругами, то ли охраняя их, то ли успокаивая нерастраченный адреналин. Первым шевельнулся Арес.

– Пошли, – он приподнял взмахом посоха двоих пленных, и они послушно зависли в полуметре от земли. – Тебе тоже двое. Левитируем до лошадей и грузим, как поклажу. Нечего пугать добрых обитателей поселения.

***

Разговорить пленников не получилось, заклинания молодых магов отскакивали от них, как горох от стены. После нескольких неудачных попыток они вернулись в дом управляющего и устроились в библиотеке. Энергией можно было бы подпитаться, а вот обычных человеческих сил у молодых людей уже не было, и всю процедуру дознания отложили на завтра.

– Ничего, – сказал Арес, – завтра они ответят на любые вопросы, это я как высший маг обещаю.

На том и порешили. Он принёс кувшин с пивом, налили по кружке.

– А зачем ты её усыпил? – поинтересовался Арес.

– Ты понимаешь, если бы её хотели убить, убили бы сразу. Зачем все эти хитроумные планы по похищению и переправке кому-то и куда-то. Флору украли сразу после того, как она покинула стаю, значит, ждали. Стая – это грозная сила, под предводительством Хати десятки разрозненных племён оборотней. И с ними связываться не осмелились. Значит, ждали, ждали долго, и как только представилась возможность, похитили её, даже несмотря на то, что её охранял маг. Из этого вытекает, что она им очень нужна. Но теперь они её не разбудят, и пока будут биться над этой задачей, я их найду.

– Или они тебя, – проговорил Арес и сделал глоток, – или они тебя.

– Правильно твой друг говорит, – раздался голос от двери, и молодые люди вздрогнули и синхронно обернулись.

Там стоял маг в тёмной мантии с накинутым капюшоном.

– Первородный, – прошептал Адам, узнав создателя школы и главного боевого мага даже не по голосу, а по выглядывающей из рукава палочке.

Тот кивнул и откинул капюшон. С узкого обрамлённого черными волосами лица смотрели яркие янтарные глаза с удлинёнными зрачками, как у представителей семейства кошачьих. Маг неспешно прошёл к столу, налил себе пива, отхлебнул, поморщился, сел в кресло и вытянул ноги, наслаждаясь теплом огня.

– Хорошо-то как!.. – проворчал он. – Так бы и сидел долго-долго. Кстати, я отправил одного из стражей за вашим другом. Вольфганг вроде. У мальчика сегодня тоже был трудный день, и ему хочется не лежать одному в холоде и поскуливать, а чтобы рядом с ним были его боевые товарищи.

Молодые маги опустили головы, им было действительно стыдно: доставляя пленных, они отправили волчонка в трактир, да за суетой как-то про него и забыли, и вот сейчас верховный недвусмысленно ткнул их в это носом. И правильно сделал.

– Ты поступил очень умно, наложив на девочку именное заклинание. Но и очень глупо, как сказал твой друг – тебя же по нему и найдут. Как я надеюсь, вы уже догадались, что вам противостоял довольно сильный маг.

– Кто-то из старых высших? – спросил Арес.

– Или из Первородных? – добавил Адам.

– Может, и высший, а может из Первородных. Высших я знаю всех. В основном это ещё мои ученики и ученики моих учеников. Первородных тоже всех знал, но во времена Раскола их столько погибло и исчезло, что сейчас нет никаких данных. Первородный маг может спрятаться от кого угодно. И даже от меня. Но не в этом дело. Что вам известно про девочку?

Друзья не спеша и обстоятельно всё рассказали.

– Хорошо. А что тебе сообщил о ней местный альфа?

– Кто? – не понял Адам.

– Альфа, Первый, я сейчас имею в виду лесного брата, волка-оборотня, он ещё называет себя Хати.

– А что, это не его имя?

– О-о-о… мой юный друг! Его, конечно. У него много имен. Это один из первых оборотней, от которых пошло всё их племя. Он очень старый и мудрый, именно поэтому в сказку про то, что он бежал по лесу, увидел пищащий сверток, в котором была девочка, я не верю. А вы?

– Нет, конечно, – покачал головой Адам.

– Вот и я думаю, что врёт, – Первородный взял со стола кувшин, зачем-то понюхал содержимое, долил пива в кружку, отпил, – врёт, но большего от него даже я не добился.

В двери вежливо поскреблись, и молодой страж впустил в комнату Вольфганга. Видно было, что оборотень помылся и старательно причесал волосы. Выглядел он нелепым, но счастливым. Как же, он воевал вместе с магами, а тут они его ещё позвали выпить в своей компании. «Что его позвали не мы, ему лучше не знать, – подумал Адам, – да и позвали бы мы его обязательно, но позже».

Он налил пива и протянул его парню.

– На, промочи горло, пересохло же после боя.

Тот счастливо оскалился и сделал большой глоток.

– Вы, молодёжь, отдыхайте, а я пойду пообщаюсь пару минут с вашими пленниками. Если вы не возражаете, конечно.

Молодёжь дружно закивала головами. Конечно, у боевого мага с вековым опытом получится узнать ответы на все вопросы. Им безумно хотелось посмотреть, как он работает, но их не звали, а напрашиваться было невежливо.

***

Адам и Вольфганг собрались выезжать с утра. Арес вышел их проводить. Карета, запряжённая четвёркой лошадей, ждала поодаль. Верховный маг ушёл ночью, сразу после разговора. Ему ничего не стоило открыть врата. Адам думал над тем, как они это делают, и не придумал. Пока для него это невозможно, а значит не важно. Силы и так мало, надо беречь. Было предчувствие, да и последние события намекали, что путешествие в столицу не будет таким уж спокойным. «Вот интересно, как Первородные маги вмещают в себя столько Силы, ведь её много не накопишь, а постоянно работать с Изнанкой не получится, ведь сначала ты берёшь от неё Силу, но после долгого нахождения там она начинает брать с тебя. Что ж, придётся несколько дней трястись на лошадях, но, что немаловажно, в удобной карете, да и четвёрка лошадей домчит быстро», тем более что после ночного разговора с Первородным он немного успокоился.

Они с другом обнялись, похлопав друг друга по плечам.

– Если найдёшь способ связаться, то обязательно сообщи, чем это всё закончится, – попросил Арес.

– Обязательно. А где волчонок?

Оборотень появился в дверях с двумя набитыми баулами. Подтащил их к карете и загрузил в задний багажный отсек, после подошёл к ним. Арес обнял его и немного приподнял над землёй.

– Ты береги моего друга, – попросил он. И очень ласково добавил: – А то я с тебя шкуру спущу и коврик сделаю, друг ты мой шерстяной.

Парнишка испуганно заморгал, а маг расхохотался.

– Да шучу я, шучу! – он ещё раз искренне крепко обнял парня.

– А ты чем займёшься? – спросил Адам.

– Зароюсь в книги и буду вспоминать, как мы с вами повеселились, – Арес как-то невесело улыбнулся и махнул рукой. – Поезжайте. Да поможет вам Случай.

Карета шла мягким и почти бесшумным ходом, не случайно она была во владении Императора; её они изъяли со двора управляющего совсем не для личных нужд, но с личного разрешения верховного. Молодой маг открыл окно и посмотрел на волчонка, который ловко правил лошадьми.

– Я посплю. Разбуди меня к обеду, как подъедем к какой-нибудь харчевне, но хорошей, смешанной, чисто человеческая трапезная не подойдёт, там народу много.

Тот кивнул, и Адам тяжело опустился на мягкие подушки, устраиваясь поудобней, сон – это лучший способ набрать Силу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.