Анастасия Незабываемая
Вирус S

ПРОЛОГ: ИСКРА

Подземная лаборатория «Фармакс», уровень B7. Пять лет до инцидента.

Воздух в лаборатории был стерильным и холодным, пахнущим озоном от работающей техники и сладковатым запахом питательной среды для клеточных культур. Доктор Алан Смит, мужчина лет пятидесяти с уставшими, но горящими одержимостью глазами, стоял перед огромным голографическим дисплеем. На нем пульсировала сложная трехмерная модель вируса, напоминающая диковинный цветок с кристаллическими шипами.

«Она прекрасна, не правда ли, Эллис?» – его голос был глухим от усталости, но в нем звучали нотки гордости.

Доктор Эллис, молодая женщина в белом халате, скрестила руки на груди. «Она пугающе эффективна, Алан. Скорость репликации на семьдесят процентов выше, чем у любого известного ретровируса. Но я снова вижу аномалии в шестой цепи. Стабильность…»

«Стабильность относительна! – перебил ее Смит, резким жестом увеличивая масштаб модели. – Смотри! Он не просто встраивается в ДНК. Он… читает ее. Как библиотекарь, находит нужные тома и активирует спящие гены. Гены регенерации, мышечной силы, нейропластичности!»

Дверь в лабораторию бесшумно открылась, и в помещение вошел мужчина в строгом темном костюме. Мистер Уикхэм. Его лицо не выражало никаких эмоций.

«Доктор Смит, доктор Эллис, – его голос был ровным и холодным, как сталь. – Я ознакомился с последним отчетом. Прогресс впечатляет. Но меня не интересует терапия. Меня интересует результат. Солдат, который не чувствует боли. Который не знает страха. Чьи раны затягиваются за считанные часы. Ваш «Прометей» все еще слишком… человечный».

Смит сглотнул, его энтузиазм поугас. «Мистер Уикхэм, мы не можем просто отключить лимбическую систему! Эмоции, боль – это защитные механизмы. Без них…»

«Без них мы получим идеальное оружие, – закончил за него Уикхэм. – Я не прошу вас, доктор. Я информирую вас о требованиях заказчика. Усильте агрессивный потенциал. Сделайте так, чтобы инстинкт выживания особи был подчинен цели выживания коллектива. Роевой интеллект, доктор Смит. Вот что нам нужно. Избавьтесь от «сентиментальностей». Сознание – это помеха».

После его ухода в лаборатории повисла тяжелая тишина.

«Он хочет создать не солдата, Алан, – тихо прошептала Эллис. – Он хочет создать раба. Биоробота».

Смит отвернулся от нее и уставился на фотографию на своем столе. На ней смеялась его дочь, Эмили. Ее не стало год назад из-за болезни, которую он не смог победить.

«Чтобы спасти одних, иногда приходится пожертвовать другими, Сара, – его голос дрогнул. – Представь, что «Прометей» смог бы спасти ее. Любая цена была бы оправдана. Любая».

Он потянулся к клавиатуре и начал вводить команды. На экране этические ограничители, отмеченные красным, один за другим стали отключаться.

«Что ты делаешь?» – голос Эллис прозвучал с ужасом.

«Я даю ему то, чего он хочет, – прошептал Смит. – И то, чего хотим мы. Силу. Бессмертие. Новую ступень эволюции». Он посмотрел на обновленную модель, которая теперь пульсировала тревожным багровым светом. «Добро пожаловать в мир, «Формула-S». Sigma. Сумма всех наших амбиций».

ГЛАВА 1: ПАДЕНИЕ ТИТАНОВ

Настоящее время. Подземный комплекс «Фармакс».

Доктор Итан Стивенс бежал по бесконечному белому коридору, его дыхание срывалось. В ушах стоял оглушительный вой сирен, смешанный с яростным ревом урагана «Атропос», бушующего снаружи.

«Не должно было этого произойти. Протоколы безопасности… все было просчитано», – лихорадочно думал он.

Он ворвался в центральную диспетчерскую. На гигантских мониторах отображались данные с камер наблюдения. То, что он увидел, заставило его кровь похолодеть.

Через бронированное стекло главного экспериментального отсека он увидел доктора Эллис. Она стояла, неестественно выгнувшись, ее тело содрогалось в судорогах.

«Сара! Держись! Система герметизации…» – он закричал в микрофон, хотя знал, что она его не слышит.

Но это были не судороги. Это был метаморфоз. Ее кости перестраивались с сухим, щелкающим звуком. Кожа на руках и спине потемнела и покрылась чем-то вроде хитинового налета. Когда она подняла голову, Стивенс отшатнулся. Ее глаза, некогда полные ума и доброты, теперь светились холодным, бездушным синим светом. Таким же, как у тех медуз в старой лаборатории Смита.

«Вентиляция… – прошептал он, глядя на показания датчиков. – Они запустили аварийную вентиляцию! Идиоты!»

Внезапно Сара Эллис повернула свою новую, ужасную голову в сторону стекла. Она не выглядела обезумевшей. Ее взгляд был любопытным, изучающим. Она медленно подошла и провела своими пальцами, сплетенными в костяные клинки, по бронированному стеклу. Раздался скрежет, и на поверхности осталась глубокая борозда.

«Система, голосовая команда! Активировать протокол «Нектар»! Полная изоляция блока Альфа!» – скомандовал Стивенс.

«Ошибка. Отказ систем управления. Аварийный режим», – бесстрастно ответил электронный голос.

За спиной Сары из клубов аэрозоля появилась другая фигура. Массивная, приземистая. Профессор Смит. Вернее, то, во что он превратился. Его правая рука представляла собой сплав мышц и кости, напоминавший гигантский молот. Он, не раздумывая, обрушил его на стальную дверь отсека. Металл прогнулся с оглушительным грохотом.

«Нет… – прошептал Стивенс. – Нет, нет, нет!»

Он отступил назад, к аварийному шлюзу. Его взгляд упал на главный монитор, где отображалась тепловая карта комплекса. Отдельные красные точки зараженных быстро сливались в единую, пульсирующую багровую массу, похожую на гигантское сердце. Они не просто бежали. Они двигались как единый организм.

Он нырнул в аварийный отсек и захлопнул за собой дверь. В крошечной, освещенной аварийными лампами комнате он схватил коммуникатор.

«Мэй-Дэй! Мэй-Дэй! Это доктор Стивенс из комплекса «Фармакс»! Код «Нектар»! Произошел несанкционированный выброс «Формулы-S»! Повторяю, «Формула-S» на свободе! Мы…»

В ответ он услышал лишь треск помех и нарастающий низкочастотный гул, исходящий, казалось, из самых стен. Это был не звук. Это была вибрация. Ощущение гигантского, пробудившегося сознания.

«…Кто-нибудь… – его голос сорвался на шепот. – Пожалуйста… Ответьте…»

Но ответа не было. Только гул. И тихий, методичный скрежет за дверью.

ГЛАВА 2: ОСКОЛКИ МИРА

Хьюстон, пригород. Три месяца до эпидемии.

Вечерний воздух был теплым и наполненным ароматом свежескошенной травы. Джон Рид сидел на крыльце своего дома, с наслаждением потягивая холодный чай. Из открытого окна доносился смех его дочери, Эмми, и мелодичный голос жены, Кейт.

«…и тогда диплодок сказал птеранодону: «Летать – это, конечно, здорово, но прочно стоять на земле – надежнее!» – донесся из окна голос Кейт.

Джон улыбнулся. Его мир был прочным и надежным. Как мосты, которые он проектировал. Он состоял из точных расчетов, любви к своей семье и тихого счастья.

Внезапно из дома донесся приглушенный, ночный, разрывающий кашель. Улыбка Джона мгновенно исчезла. Он вошел внутрь.

Кейт сидела в кресле, бледная, прижимая к груди платок. Ее плечи тряслись от каждого надсадного приступа.

«Снова? – тихо спросил Джон, подходя и кладя руку ей на лоб. – Может, вызвать доктора Фицджеральда?»

Кейт покачала головой, пытаясь отдышаться. «Нет… не нужно. Он… он ведь уже все сказал, Джон. Идиопатический легочный фиброз. Они… они не знают, как это лечить. Только… замедлить».

В ее глазах стояли слезы. Не от боли, а от бессилия.

«Я нашел кое-что в Швейцарии, – сказал Джон, садясь на корточки перед ней. – Клиника «Хоффман». Они проводят эксперименты с генной терапией. Есть шанс».

«Шанс? – она горько усмехнулась. – Джон, мы уже заложили дом. Твои сбережения… все ушло на эти «шансы»».

«Я найду деньги! – страстно прошептал он, сжимая ее руку. – Я продам все что угодно. Машину. Почку. Я не позволю… я не позволю тебе уйти».

В дверь просунулась испуганная физиономия Эмми. «Мамочка, с тобой все в порядке?»

Кейт мгновенно преобразилась, натянув на лицо улыбку. «Конечно, солнышко! Просто перышко в горло попало. Иди, дорисуй своего диплодока».

Когда Эмми убежала, Кейт посмотрела на Джона. «Она наше все, Джон. Что бы ни случилось… мы должны сохранить для нее этот мир. Хотя бы кусочек».

«Я сохраню, – пообещал он. – Я сохраню тебя. И наш мир».

Он не знал, что очень скоро его мир рассыплется на осколки, и ему придется собирать их заново, чтобы построить не мост, а крепость для двух самых дорогих ему людей.

ГЛАВА 3: ЦЕПНАЯ РЕАКЦИЯ

Хьюстон, три недели спустя после инцидента в «Фармаксе».

Телевизор показывал одно и то же. Диктор с слишком спокойным лицом читал с суфлера: «…настоятельно рекомендуем гражданам сохранять спокойствие и не покидать свои дома. Временные трудности с поставками связаны с…»