Светлана Багрянцева
Больно

Глава 1

Станислав вышел из душа. Промокнул волосы и тело полотенцем, глядя на себя в зеркало в полный рост. Год назад он отрастил волосы и наконец-то стал похож на симпатичного мужчину, а не на зека, только что вышедшего из тюрьмы. Он и сам не понимал, почему ëжик волос в миллиметр ассоциируется у него только с этими людьми и ещё с новобранцами в армии. Многие мужчины предпочитают очень коротко стричься, но он не любил. Почти бритая налысо голова напоминала ему о годах, проведённых в армии и на войне.

Стас рано поседел, ещё там, на второй чеченской войне. Поэтому и старался, чтобы волос было мало и никто не заметил изъяна. Шутка ли, двадцать с небольшим, а волосы «инеем» покрыло. Внезапно он обнаружил, что оттенок снова стал родной – русого цвета. Станислав даже к врачу сходил. Ему сказали, что такое бывает. Человек седеет в результате стресса, но в редких случаях всё может восстановиться.

С тех пор он решил больше не стричься под машинку. Из-за этого лицо приобрело более мягкое выражение. Обманчиво мягкое. На самом деле все, кто его знал, были в курсе: у Татарина на пути лучше не стоять с кинжалом за пазухой.

Татарин – его прозвище от фамилии Татаринцев, а вовсе не национальная принадлежность. Так его любит называть лучший друг Славка Чигринский, у которого он продолжал работать начальником службы безопасности.

Сейчас Стасу тридцать два года. Друг женился на Ане три года назад. У них растёт сын. В их семье всё хорошо, а у него…

Впрочем, у него тоже всё нормально. Славка женился, Стас съехал из его дома. Продал однушку, когда-то щедро подаренную государством после детского дома. Добавил денег и приобрёл небольшой коттедж. Молодожёнам не хотелось мешать, хоть они и уговаривали остаться.

Расчесав волосы, Станислав, не одеваясь, вышел из ванной. На улице стояла жара, дома работал кондиционер, но он всё равно предпочитал ходить голый. Кто его тут видит, живёт же один. Ни семьи, ни детей. Есть любовница, она же саба, но ей вход в дом закрыт.

Оксане двадцать пять. Полгода назад пришла в «Логово» и попросилась на обучение именно к нему. В глубине души Стас понимал, что не стоит за это браться, но дал Пауку себя уговорить. Девчонка достала его с просьбой попасть именно к мастеру Станко. И как только узнала, где его можно найти?

Станислав не любил навязчивых дамочек. Познакомились в баре – переспали в номере гостиницы. Она сама с ним пошла, никто не уговаривал и уж тем более не заставлял. Утром он накормил её шикарным завтраком в ресторане и дал денег на такси. Девица уехала, но через какое-то время отыскала его. Возможно, выкрала визитку из кармана. Станислав носил несколько штук с собой на всякий случай.

Как бы ни было, а с Оксаной он уже полгода. Девушка его устраивала. Быстро поняла суть игры. С удовольствием приняла тот факт, что Стас всегда возбуждается во время сессии, а значит, трахает свою сабу. Вот только было какое-то «но», и он никак не мог понять, что это.

Станислав поплёлся в спальню, потом прошёл до кровати. Здесь была только она и прикроватная тумбочка. Стиль минимализм и так во всех комнатах, кроме кухни.

Татаринцев не любил нагромождения мебели. Не покупал кучу одежды. Не приветствовал сувениры, которые пылятся на полках серванта или стеллажа. К тому же так было проще прибраться самому, не нанимая клининговую компанию.

Завалившись на матрас, он взял телефон с тумбы и написал Оксане смс. «Завтра в шесть вечера в клубе. Подготовься, хочу анал».

«Я приду», – быстро пришёл ответ.

Вот и всё, пора спать после трудовых будней. Впереди два выходных. Он отлично отдохнёт, сходит в «Логово» к Пауку.

Ночью Стасу снова приснилась армия. Дневальный раздавал письма. Ему, кроме девушки, никто не писал.

– Татаринцев, танцуй, тебе письмо, – весело сказал Пашка.

Сказано было просто так. Все знали, что он, не думая, может врезать, да и с «дембелем» особо не поспоришь.

Стас забрал письмо и вышел на улицу. Сел на лавку, недалеко от плаца, и принялся читать. Оля всегда начинала письмо со слова «любимый», но сегодня всё не так.

«Привет, Стас. Пишу тебе только для того, чтобы сказать, что нам нужно расстаться. Я нашла другого человека. Мы встречаемся уже три месяца. Миша очень добрый, к тому же богатый. Он предложил мне замуж и я согласилась. Прости меня, Стас, но у нас разные дороги. Я больше не смогла терпеть твой характер».

Стас смял письмо и бросил в урну. Он был злой как чëрт. Как так? Полгода назад ему предложили отпуск. Ехать было некуда, квартиру ещё не предоставили. Оля сама заявила, что они могут пожить на даче у её родителей. Через два месяца он уже был у подруги. Провёл с ней две недели, потом вернулся в часть.

Татаринцев поднялся с лавки и принялся пинать кирзачами бордюр. Оля заверяла, что любит, обещала ждать. Появился богатенький член, и она упорхнула к нему, не глядя. Разумеется, кому нужен детдомовец, которого родная мать, как ненужного щенка, в роддоме кинула.

– Татаринцев! Отставить портить обувь! – раздался грозный окрик капитана Вольского.

Стас проснулся, вытер пот со лба. Захотелось пить. Он поплелся на кухню за минералкой.

Налив себе стакан, Станислав встал у открытого окна. Сейчас бы закурить, но он давно бросил. Было бы глупо начинать смолить снова, как и вспоминать Ольгу, но она не выходила из головы.

Именно из-за неё Стас тогда сказал, что хочет подписать контракт на пару лет и остаться в армии. Вольский тогда предложил присесть на лавку.

Оказалось, началась вторая чеченская. Новобранцев туда не брали, но подготовленные снайперы нужны. Их часть именно таких специалистов готовила. Стас в детстве посещал кружок по биатлону. Имел разряд, но далеко не продвинулся. Зато стрелял виртуозно.

Вольский умел уговаривать, и Стас сам не понял, как подписал контракт на три года.

Через месяц он уже по-настоящему сражался в горах Кавказа. Перед окончанием контракта получил ранение. Госпиталь, куча раненых и покалеченных. Многие парни так и остались инвалидами. Татаринцев там такого насмотрелся, что никому не пожелаешь.

Когда вернулся в родной город, сразу вручили ключи от квартиры. Заслуги ветерана и прочее. Хотя его одногодки еще ждали своей очереди.

По той же причине без разговоров взяли в милицию. Потом объявился школьный приятель Славка Чигринский и предложил хорошую работу. В то время Стас ходил к ещё одному другу, создавшему клуб «Логово».

Об Ольге он больше не вспоминал. Погрузился в мир БДСМ и вольную жизни. Денег хватало. Чигринский оплачивал его работу щедро и, нужно признать, было за что.

Стас допил воду и нахмурился. Не к добру он Олю вспомнил. Она ему даже не снилась никогда. С чего вдруг сегодня ему напомнили момент из прошлого?

Глава 2

Время близилось к вечеру. Оксана ходила по квартире и думала, что делать дальше. Её план провалился в тартарары. Мужчина, которого она полюбила, так и не воспринял её всерьёз.

Всё началось в одном из городских баров. Там она встретила его. Высокий, спортивный, красивый. Русые, слегка вьющиеся волосы. Потрясающая улыбка. Он сидел у барной стойки. Оксана рискнула подсесть к нему и не прогадала. Мужчина её заметил и предложил угостить выпивкой.

Она не отказалась, но попросила слабоалкогольный коктейль. Увидела, что незнакомец изрядно подшофе и разговаривает с барменом, как с другом. Вскоре он кинул купюру за её напиток и ушёл. Они даже не познакомились и не поговорили.

– Простите, Игорь, вы его знаете? – спросила Оксана у бармена.

– Да. Зовут Станислав. Ходит сюда почти каждую пятницу. Чаще всего заказывает что-то безалкогольное, но сегодня почему-то напился.

– У него девушка есть? – осмелилась спросить Оксана.

– Откуда же я знаю? Ни разу его тут с девушкой не видел, – развел руками парень.

Оксана стала приходить в это заведение каждую пятницу. Один раз не застала Станислава. Второй раз он был не один. Сидел с каким-то мужчиной и беседовал. На третий раз ей снова удалось к нему подсесть.

Станислав был трезвый, но её не узнал. Как и в прошлый, раз угостил выпивкой, познакомились. Потом он неожиданно предложил провести время в более интимной обстановке.

Оксана обожала секс. С удовольствием ушла со Станиславом из бара. Тот был на машине. Мужчина сказал, что они поедут в гостиницу. Оксана согласилась, но как-то сразу сникла. Он приезжий, а она уже размечталась закадрить богатенького мужика.

Уже в гостинице он снял номер на ночь, и мелькнула слабая надежда, что Стас просто не хочет вести её в свою квартиру.

Как же он шикарно выглядел. Дорогая одежда, брендовые часы. Когда его вещи полетели в кресло, Оксана увидела слегка мускулистое тело. Ни грамма лишнего жира. О таком альфа-самце мечтает любая девушка и она не была исключением.

Ночь тогда оказалась просто волшебная. Оксана ещё не получала такого удовольствия и влюбилась в Стаса безоговорочно. Утром снова переспав с ней, Станислав ушёл в душ. Она осторожно порылась в карманах его пиджака и нашла несколько визиток. Одну взяла себе. Как оказалось, не зря.

Стас никаких намерений встретиться снова не предпринимал. Телефонами не обменялся, новое свидание не предложил. Накормил завтраком в ресторане при гостинице, сунул денег на такси и уехал.

Судя по визитке, мужчина вовсе не предприниматель. Начальник службы безопасности в одной известной фирме. О чудо, там у Оксаны работала одноклассница, которая выболтала информацию о Станиславе Михайловиче Татаринцеве. Знала Верка немного, но уже этого хватило, чтобы припереться в клуб «Логово» и достать его владельца просьбами попасть на обучение к мастеру Станко.

Оксана ещё раз прошлась по своей крошечной студии, которую купила в ипотеку. Ей было всё равно, что Стас не богач, как она подумала сразу, но она устала подчиняться. Она по натуре не такая, но прогнулась ради него. Думала, Стас её оценит и назовёт своей девушкой. Не тут-то было.

«Завтра в шесть вечера в клубе. Подготовься, хочу анал», – написал вчера вечером Стас.

Оксана ответила коротко, что придëт на встречу.

Подготовка означала очищающую процедуру, смазку специальным лубрикантом и вставку анального плагина как минимум за час до встречи. Она и на улицу обязана выйти, пряча в трусиках под юбкой маленький секрет. Всё должно быть готово к тому, чтобы он в любой момент вынул пробку и вошёл.

Оксана решилась. Всё, с неё хватит! Она не будет больше этого делать. Не станет слепо подчиняться и каждый раз валяться на полу, встречая его в комнате клуба.

Так было всегда. Она вставала на колени, потом садилась на пятки, наклонялась вперед, ложилась грудью на пол. Руки должны быть расставлены в стороны. Лежать так неудобно, а если достаточно долго, то и больно. Стасу было на это наплевать. Он входил в комнату, закрывал дверь на ключ и скидывал обувь. Потом медленно подходил к ней.

Стопы оказывались у лица, они пахли шоколадом. Нужно отдать ему должное, он прямо тут, в клубе, мыл ноги, когда приходил.

Оксана начинала целовать каждый пальчик на его ступнях. Вот такое приветствие вместо слова «здравствуй».

Стас в ответ подавал руку, чтобы схватиться за неё. Он разрешал сесть на колени, потом сам опускался на корточки и хлопал её по щеке ладонью.

«Ждала меня, Сана?» – спрашивал Стас вкрадчивым тоном.

Это прозвище, которое он ей придумал, бесило, но она покорно смотрела в пол и отвечала: «Ждала, мастер».

Да, она прогнулась. Она унизилась перед ним. Валялась в ногах. Научилась делать глубокий минет. Подставляла ягодицы под удары его ладони или флоггера. Разрешала трахать себя во всех извращëнных позах.

Что в ответ? Ничего. Он просто воспринимал это как должное. Ни разу не позвал на свидание. Не пригласил домой или в ресторан. Оксана была для него игрушкой и сейчас она чëтко это понимала.

Хватит. Она выскажет ему всё. Если хочет и дальше играть в свои игры, пусть назовёт её своей девушкой и пригласит на свидание.

Оксана надела блузку и джинсы. Стас не любил, когда она летом не в юбке или платье, но ей теперь всё равно.

Приготовившись к выходу, Оксана подхватила сумочку и выбежала из дома. До «Логова» ещё добраться нужно. Автобус с её района ехал сорок минут. Обратно Стас отправит её, как всегда, на такси.

В клубе её давно знали. Охрана выдала ключ от комнаты, которую забронировал Станислав. Оксана медленно пошла по коридору. Время до встречи ещё было. Она бы успела подготовиться и принять нужную позу. Не стала. Вместо этого прошлась по комнате. Тронула наручи, висевшие в шкафчике. Провела рукой по ненавистному флоггеру. Потом посмотрела на себя в зеркало, потрогала шею и вздохнула. Полгода усилий, а он даже ошейник ей не подарил. Сказал, что его ещё заслужить надо. Она плохо служила?

Станислав зашёл в комнату, закрыл дверь на ключ, но, как обычно, не стал снимать обувь. Сегодня он был во всём чëрном, словно демон, спустившийся с небес.

– Привет, Сана. Что за неповиновение? – резким тоном спросил Станислав.

– Вау. Сегодня «привет». Чем же я такую милость заслужила? – усмехнулась Оксана.

Станислав расслабленной походкой подошёл к ней и заглянул прямо в лицо.

От взгляда его тëмно-карих, почти чëрных глаз по спине поползли ледяные мурашки. Станислав иногда мог смотреть так, будто в самую душу заглядывал.

Оксана опустила голову, уходя от леденящего душу взгляда. Стас подцепил её подбородок одним пальцем, будто брезговал прикоснуться, и приподнял.

– Что за шутки, Сана? Хочешь на наказание нарваться? Мы эту сессию ещё в понедельник обговорили. Да, я сказал подготовиться, но ты могла отказаться от этого и сообщить мне, – сказал он строгим тоном.

Оксана нервно сглотнула. Она пришла сюда, чтобы поговорить, но стоит и слова сказать не может. Привыкла за пол года? Нет, чëрта с два! Она не рабыня!

– Я устала, Стас. Устала пресмыкаться перед тобой, – резко выпалила она, набравшись смелости.

На лице Станислава на миг появилось такое выражение лица, что Оксане показалось, он её сейчас ударит. Не ударил. Вместо этого он отошёл на несколько шагов и сказал будничным тоном:

– Не держу. Можешь идти. Контракт расторгнут.

– Контракт?! – взвилась Оксана. – Это всё, о чëм ты сейчас способен думать?! Я останусь с тобой, Стас. Буду играть в дурацкий БДСМ, но ты должен увидеть, как я тебя люблю. Да, я никогда не говорила об этом, думала, поступки скажут за меня. Я прогнулась под тебя. Сделалась твоей подстилкой, лишь бы ты стал моим. Мы за полгода кроме клуба нигде не встречались, да и тут два раза в неделю. Ты мне за это время даже ошейника не подарил.

– Я повторю в сотый раз, Оксана. Ошейник нужно заслужить. Его дают сабе. Ты играла роль, но я это чувствовал. Всё ждал, когда же ты наконец-то сломаешься. Ты захотела уйти. Иди, – ледяным тоном сказал Станислав, кивая на дверь.

Оксана подбежала к нему, обняла, принялась целовать любимое лицо.

– Стасик, не бросай меня, пожалуйста. Давай будем встречаться по-настоящему. Мы полгода вместе. Неужели этого мало? – умоляла она его.

– Когда ты подписывала контракт на обучение, там не было и слова о любви. Через два месяца я подписал с тобой другой контракт и взял своей сабой. Там было что-то о любви? Я сразу озвучил наши отношения. Всё объяснил досконально. Я – доминант. Ты – моя саба. Встречи в клубе два раза в неделю. Ты со всем согласилась и подписала бумаги. Какие ко мне претензии? – ледяным тоном сказал Стас, отстраняясь.

– Ты сволочь, Татаринцев. Я ради тебя прогнулась. Ты просто обязан был за эти полгода сделать меня своей девушкой, – зло сказала Оксана.

Она размахнулась и хотела ударить его по лицу, но Стас перехватил её руку, захватывая пальцами запястье. Потом он резко дёрнул её на себя, впечатывая в своё тело.

– Ты перепутала роли, девочка. Только я имею право здесь приказывать. Я был обязан, ты права. Следить за твоим состоянием и стараться не покалечить ни физически, ни душевно. По-моему я справлялся со своими обязанностями. А теперь уходи. Мне не нужна девушка. Была когда-то. Больше нет никаких романтических отношений и проблем в жизни, – шикнул он прямо в её лицо.

– Пусти, – Оксана дернула руку и пошла на выход, подумав про себя: – Ты ещё пожалеешь, сволочь. Заплатишь за всё моё унижение.

Глава 3

Оксана ушла. Его сердце не ëкнуло. В глубине души Татаринцев понимал, что так будет. Между ними всегда висело какое-то «но». Теперь было понятно, что это.

Оксана не просто так пролезла в закрытый клуб «Логово». Она жаждала заполучить его и вовсе не как учителя по БДСМ и будущего верхнего. Дурочка влюбилась.

Стас видел, как она играет роль сабы. Иногда, мимолетным выражением лица или взглядом, Оксана себя выдавала. Она не саба и никогда ею не станет.

Подчинение верхнему – это не только игра на сессии. Это веление души. Человек этим живёт, он жаждет, чтобы кто-то им руководил. Некоторые обожают пирожные, а другие практически не едят сладкого. Тут также. Либо ты любишь унижаться перед другими или стоять под плетью, либо нет.

Стас ждал, пока она сломается. Некоторые девушки, пришедшие в БДСМ ради любопытства, уходили быстро, потому что это не игрушки для юных особ, тут всё серьёзно. Оксана продержалась целых полгода, но всё же не выдержала. Решила шантажировать его. «Буду играть в дурацкие игры, если назовешь своей девушкой», – как-то так она сказала.

Татаринцеву не нужна девушка. Саба? Да. Любовница на одну ночь? Да. Оксана ошибалась, если думала, что за эти полгода она была у него одна.

Они встречались два раза в неделю. Проводили сессию, которая всегда заканчивалась сексом или была завязана на нëм. Но этого недостаточно для молодого тридцатидвухлетнего мужчины. В качестве сабы он больше не стал никого брать, кроме неё, но несколько любовниц, готовых в любой момент прыгнуть в его постель, у него водилось.

Стас вышел из комнаты, закрыл дверь на ключ и пошел в зал. Вечер не задался. Падла обломала ему кайф от предстоящей сессии. Он жалел только об этом. В остальном пусть катится колбаской.

Как только Татаринцев вышел в зал, сразу увидел Паука. Тот, как всегда, сидел у камина со стаканом апельсинового сока в руках. Напротив никого не было.

Стас знал, что на самом верхнем этаже несколько соединëнных между собой комнат. Это своеобразная квартира, которую оборудовал себе Паша по прозвищу Паук. Он тут жил, но прописан был в другом месте.

– Привет, Паучок, – поздоровался Татаринцев, присаживаясь напротив.

– Привет, Стас. У тебя же вроде сессия сегодня? – весëлым тоном спросил Паша.

– В жопу такую сабу. Выпендрилась сегодня. Я ухожу. Мне надоело пресмыкаться. Я пошла на это только потому, что люблю. Назовешь своей девушкой – будем и дальше играть в дурацкие игры, – произнёс Стас и скривился, словно зуб заболел.

– Вот это финал. Мне показалось сначала, что она всерьёз хочет влиться в наше общество, – удивлённо вскинул брови друг.

– Ко мне она хотела подобраться, вот и всё. Я разорвал с ней контракт. Пусть уходит. Ты меня знаешь, я не люблю ультиматумы. Шкурных девок, гоняющихся за членами, ненавижу ещё больше. Мужчина по природе своей хищник. Это он должен завоёвывать женщину. Если происходит по-другому, то уже не интересно.

– Тогда извини, что когда-то уговорил тебя взять её, – развёл руками Паша.

– Да ладно, дружище, это не твоя вина. Я мог и не поддаваться на уговоры. Просто тогда моя саба замуж выходила и решила разорвать контракт. И всё же неприятно себя чувствовать дурачком, которого полгода водили за нос. Если бы она в самом начале мне в любви призналась, я бы её сразу турнул под зад коленом. Бежала бы так, что пятки сверкали, – ответил Стас. – В воскресенье придëм с Чигом на шоу. Он соскучился по «Логову».

– Я думал, Славка правильный стал, семейный, – хохотнул Паук.

– Кто? Чигинский? Держи карман шире, – рассмеялся Стас. – Безусловно, он изменился. Жене не изменяет. Боготворит её. Анечка всё же ему сына родила. В остальном Славка остался прежним. Кто в этот раз заявлен?

– Я и мастер Мау будем плести паутинку. Мастер Велс отработает на своей мазе приемы порки. Приедут несколько человек из другого города, чтобы показать своё мастерство. Что намерен делать? Возьмёшь девушку из свободных?

– Настроение уже не то. Поеду домой. Я слегка разозлился, а в таком состоянии, сам знаешь, на сессию нельзя, – ответил Стас.

– Тогда поужинай со мной. Я заказал перед твоим приходом. Могу сказать, чтобы сделали на двоих, – предложил Паша.

– Вот от ужина я не откажусь, – улыбнулся Станислав.

Друг подозвал официанта, попросил сбегать на кухню. Тот кивнул и ринулся прочь. В «Логове» всё было по высшему разряду. Персонал отбирали строго. Потом обучали. Все парни и девушки были вышколенные. Они знали свои обязанности и среди каких гостей находятся. Тут не бывает зевак или пришедших выпить. Клуб специфический, без танцулек и стриптиза. Именно поэтому все прилично одеты, что девушки, что парни. Униформа – чëрная рубашка и такого же цвета брюки.

Станислав огляделся. За три года тут практически ничего не изменилось. Интерьер всё так же выдержан в чëрных и красных тонах. Посетители все знакомы по именам. Сюда принимали новеньких, но прошедших строгий отбор. Паша сам за этим следил.

Ужин им подали довольно быстро. Жаркое из говядины, салат и нарезка из различного сыра. Станислав взял вилку и принялся есть.

– Вчера Мартин звонил, – неожиданно сказал друг.

– Как он поживает? Как его молодая супруга? – усмехнувшись спросил Станислав.

– Родила мальчика. Собственно он и звонил, чтобы сказать об этом. Оказалось, Вика умудрилась купить противозачаточные и пила. Когда он об этом узнал, чуть не покалечил её. Бил долго и со вкусом. Она хотела назад к маме улететь. Куда там. Денег он ей много не даёт, билет на самолёт не купить. По-английски Вика говорить начала, но с трудом. Он её тупо запер в подвале дома, пока не залетела, – совершенно будничным тоном ответил Паша.

– Мартин не состоит в нашей субкультуре. Это настоящий садист. Такого в тусовку не возьмут во избежание неприятностей. Он иногда берегов не видит. Как его ещё не посадили?

– Он знает, что делает. К тому же владеет огромной фирмой. В нашем мире всё решают бабки. Именно они боги земли, а не кто-то другой. Взять «Логово» к примеру. Сюда ходят такие «шишки», что полиция в мою сторону даже смотреть боится.

Станислав поужинал с другом, болтая о разном. Потом поехал домой. Жаль, но придётся искать другую нижнюю. Теперь он будет умнее и возьмёт опытную. Хватит, поверил одной дуре, что она хочет влиться в их тусовку.

Глава 4

Ольга сидела в кабинете врача, рядом муж. Она схватила руку Миши и сжала его пальцы. Нервы в последние месяцы были не к чëрту, а сегодня и вовсе. Решающий момент. Что скажет Егор Александрович?

– Сожалею, но вы не подходите на роль донора, Михаил Аркадьевич, – сказал врач.

– Я предполагал это, ведь Максим не мой сын. Сдал анализы на всякий случай. Ведь бывает, когда не родня, но совпадает, – быстро сказал Миша.

– Бывает и наоборот. Вы, Ольга Владимировна, и ваша сестра тоже не подходите. Мы будем искать донора, но на это нужно время. К сожалению, у нас его не так много. Советую вам отыскать отца ребенка и попросить его помочь. Не все отцы чëрствые. Как правило, когда они узнают, что их детям угрожает смертельная опасность, то бегут на помощь.

– Хорошо. Я поговорю с отцом ребёнка. Мы постараемся приехать в ближайшее время, чтобы сдать анализы, – обречённо сказала Ольга.

– Буду вас ждать. До свиданья, – ответил врач.

Михаил встал и попрощался. Ольга последовала его примеру. Они вышли из кабинета и поплелись на выход. К сыну зашли перед тем как побывать у врача.

– Ты знаешь, где искать отца? – спросил Миша.

– Знаю. Как-то на встрече одноклассников Лëня Чигинский обмолвился, что он работает у них на фирме начальником службы безопасности. Сам Стас на таких встречах ни разу не был.

– Чигинский? Знакомая фамилия. Это не совладелец фирмы «Чирута»? Говорят, генеральный директор Вячеслав Чигинский отбитый на всю голову.

– Я свяжусь с Лëней, у меня его номер телефона есть. Через него выйду на Стаса. – Ольга посмотрела через дорогу, где был большой парк. – Миш, можно я побуду одна. Приеду домой на такси.

– Конечно. Я тогда на работу. Держи меня в курсе событий. Ты же знаешь, я люблю Максима как родного.

Михаил сел в машину и уехал. Оля пошла в парк. Она свернула на безлюдную аллею и медленно побрела среди деревьев. Не давала покоя мысль. Неужели это наказание за то, что она пообещала ждать Татаринцева и обманула? Пусть бы судьба наказывала её, но причëм тут ребёнок.

Ольга вспомнила, как всё было.

Со Стасом они стали встречаться ещё в одиннадцатом классе. Шифровались от всех поначалу. Потом перестали. Родители были против их дружбы. Отец узнал, что Стас из детского дома, причём там с самого рождения. Он негодовал, кричал, что у его дочери не будет такого мужа. Мать ему вторила. Как оказалось, родители предвзято относились к детдомовским детям. Они заранее поставили на них клеймо, что это ребёнок алкаша или наркомана, и гены возьмут своё.

– Нормальные родители не бросают детей! У него мать – даун или, ещё хуже, сколотая вся! – орал отец.

– Папа прав. Не бросишь его и ты нам не дочь, – соглашалась с ним мама.

Оля не хотела бросать Стаса. Сделала вид, что рассталась с ним. Проводила в армию и обещала ждать.

Завязалась переписка. Славка писал на адрес её подруги Ирки Нестеровой. На второй год ему пообещали отпуск на две недели. Ехать некуда. Квартиру ещё не дали. Оля написала, что можно пожить у них на даче. Мать и отец как раз в это время собрались на юг уезжать.

Сестру отправили жить к дедушке и бабушке с папиной стороны. Знали, что Оля может в клубе загулять и о сестре забыть. Лене тогда было всего лишь одиннадцать лет. Одну дома на ночь не оставишь.

Несколько дней отпуска Стаса прошли в каком-то невероятном угаре. Ольга на радостях устроила крутую тусу на даче. Они много пили вина и занимались сексом. Порою даже не понимали, надевали презерватив или нет. Было весело и море по колено.

Потом друзья разъехались, и они остались одни. Использовали защиту, но это уже не помогло. Через полтора месяца Оля узнала, что беременна.

Она не спешила говорить об этом родителям, а тем более Стасу. Хотелось подумать, делать по тихой аборт или нет.

Неожиданно на горизонте появился Миша. Сокурсница пригласила на день рождения, а к ней пришёл дядя.

Оля моментально оценила стоимость его одежды, так как училась на дизайнера и знала мировую индустрию моды.

Михаил выглядел шикарно и дорого. В свои тридцать шесть лет был подтянутый с брутальной внешностью. Он много шутил и запросто общался с молодёжью.

Миша пригласил Ольгу на свидание, она согласилась. Попасть в престижный ресторан она могла только в мечтах. Михаил пришёл без цветов. Зато преподнёс коробочку, где лежал золотой браслет на руку.

Оля не хотела брать, но он настоял. Сказал, что это её ни к чему не обязывает. Он не тащит её в постель, но хочет встречаться с девушкой, которая ему понравилась.

У них моментально завертелось. Ольга поняла, что любовь к Стасу была какой-то детской. Здесь же всё по-настоящему. Не последнюю роль играл тот факт, что Миша очень богат. Только вот куда деть ребëнка? Убивать его было жалко.

Через две недели свиданий Михаил в первый раз предложил поехать к нему на ночь. Ольга поколебалась, но всё же приняла приглашение. Они приехали в большой особняк за городом. Михаил усадил её в гостиной на диван, предложил выпить.

– Ты же знаешь, я не пью. Миш, я люблю тебя. Хочу быть с тобой, но не могу обманывать. Мой парень в армии. Скоро должен вернуться. Он тут в отпуске был… – Оля замолчала и потом выпалила разом. – Короче, я беременна от него, срок – два месяца.

Миша сел рядом и обнял.

– Знаешь, почему я до сих пор не женился? Дело в том, что я стерильный. Врожденная аномалия. Спать с девушкой могу, но не зачать с ней ребенка. Кто захочет такого мужа? Многие мечтают о детях. Выходи за меня замуж, Оль. Мы воспитаем этого ребёнка. Я полюбил тебя с первого взгляда и, клянусь, воспитаю малыша как своего.

Оля согласилась выйти замуж за Мишу. Такую удачу глупо было упускать из рук. Кондрашов владеет огромным строительным холдингом. Он обеспечит её будущее. Ребёнка после рождения запишут на него и когда-то все миллионы Миши будут его.

Она написала Стасу письмо, что бросает его. О ребëнке ни слова. Миша попросил об этом. Никто не должен знать, что малыш не от него.

Когда родился Максимка, все были счастливы. Миша приехал забирать её из роддома с огромным букетом роз. Взял малыша на руки и сказал, что это его наследник, настоящий Кондрашов.

Столько лет прошло. Максиму уже одиннадцать. Неожиданно он серьёзно заболел. Химиотерапия не дала положительного результата. Поможет только пересадка костного мозга. Ольга надеялась, что будет донором. Лена тоже согласилась помочь. Ни она, ни сестра не подошли.

Ольга села на лавочку и позвонила.

– Привет, Лёня.

– Привет, Оль. Что-то случилось, если ты решилась меня набрать? – весëлым тоном ответил одноклассник.

– Ты мне можешь устроить встречу со Стасом? Срочно надо. Желательно сегодня.

– Оля, вряд ли он с тобой захочет увидеться. Ты же знаешь, что он и на встречи одноклассников не ходил из-за тебя.

– Лёня, миленький, скажи что это вопрос жизни и смерти. Уговори его, пожалуйста, – всхлипнула Ольга.

– Ты чего там, ревёшь, что ли? Не плачь, Оль. Татарин сейчас в офисе. Я поговорю с ним. Рядом с фирмой есть кафе «Уютный домик». Приезжай туда. Когда сможешь быть?

– Через час.

– Хорошо. Я попытаюсь его уломать, но, сама понимаешь, это Татарин.

– Понимаю. Спасибо, Лёня. Если что, звони, – Ольга отклонила вызов и вытерла слезы ладонью.

Она знала Стаса хорошо. Твердолобый, непрошибаемый человек. Если он чего-то не хочет, то уговорить можно, но весьма трудно. Лёня говорил: он сильно изменился за годы армии. Теперь это не тот веселый парень, душа компании. Деваться всё равно некуда. Оля перед ним унизится и просит сдать анализ на совместимость. Если нужно, будет ползать у него в ногах. Ради сына она пойдёт на многое.

Глава 5

Стас погрузился в очередное досье, которое ребята нарыли на предполагаемого сотрудника фирмы. Всех, кто хотел устроиться на работу, предварительно проверяли, а уже потом брали в штат.

– Стас, это Лëня, – раздался за дверью голос.

Татаринцев встал и пошёл открывать. У него не было секретаря и он предпочитал закрываться в своём кабинете, чтобы не шастали посторонние.

– Что-то случилось? – Стас впустил заместителя генерального директора в кабинет и снова повернул вертушку замка.

Лëня прошёл до небольшого диванчика в углу и сел. Он выглядел помятым и взволнованным. Синяя рубашка неглаженная. Галстук отсутствует.

– Любовница что-то натворила? Или ты бросил эту малохольную? Пришёл, будто от спячки очнулся, – усмехнулся Стас, присаживаясь на край стола.

– Ты о Зойке? Бросил. Но ночевал я не дома, в этом ты прав. У меня к тебе дело, Стас. Оля просит тебя о встрече.

– Оля? Какая? – удивился Татаринцев.

– Та самая. Одноклассница наша.

– Пошли её сам знаешь куда, – буркнул Стас, скрещивая руки на груди в защитном жесте.

– Я бы не пришёл к тебе по пустяку. Просто Оля плакала в трубку. Просила тебе передать, что вопрос жизни и смерти. Я понимаю, ты её ненавидишь и всё такое, но блин, Татарин, один раз выслушать можно. Вдруг там что-то действительно серьёзное? – начал уговаривать Лëня.

– Ты не меняешься, святоша. Славка сейчас бы сказал: «Оля просила встречу с тобой, но я назвал адрес, по которому ей следует идти с этими просьбами. Что, действительно ревела в трубку?

– Да. Я бы не стал просить за неё просто так, ты же знаешь, Стас. Она через час будет в кафе, где мы обычно обедаем.

– Даже так? – удивился Татаринцев.

Стас подумал, что если Оля стремится увидеться так быстро, то дело серьëзное. Почему бы не узнать, что ей надо. Он ничего не теряет и в любой момент может послать её лично, а не через посредника.

На прощальное письмо Ольги он тогда не ответил. Когда вернулся из армии, даже на встречи одноклассников не ходил, чтобы с ней не видеться. Славка тоже ни разу не был на этом сборище, а вот Лёня не пропускал ни одного.

– Ладно, можешь ей передать, что я приду, – решительно заявил Татаринцев.

– Скажешь хоть потом, что за дело у неё? Интересно же, – улыбнулся Леонид.

– Скажу, если ничего секретного.

– Тогда я удаляюсь.

Лëня поднялся и быстро ушёл. Стас закрыл за ним дверь, потом развалился на диване и положил ноги на подлокотник.

Он согласился на встречу с бывшей возлюбленной. Не хотел поначалу, но любопытство сыграло свою роль. Оля не вспоминала о нём все эти годы и если он немедленно понадобился, то это действительно вопрос жизни и смерти.

Он повалялся немного, посмотрел на сейф и всё же решил оружие с собой не брать. Пиджак тоже не надел. На улице было очень жарко. Он и без того примечательно выглядит в чëрной рубашке и такого же цвета брюках.

Из офиса Стас вышел, никому не докладывая. Так было всегда. Никто не контролировал, где и когда он бывает. Впрочем, Татаринцев никогда не злоупотреблял и отсутствовал на работе только по делам фирмы или личному поручению Вячеслава.

Кафе, в котором они с Славкой и Лëней обычно обедали, находилось рядом с офисом. Тут ели практически все сотрудники. Хозяин заведения в определенные часы делал недорогие бизнес-ланчи. Стас глянул на часы. Как раз заодно и поест.

Когда он зашёл в зал, то Олю увидел сразу, так как посетителей практически не было. Она не изменилась, всё так же хороша и выглядит моложе своих лет.

Только когда Стас подошёл близко, заметил, что у неё посеревшее лицо и заплаканные глаза. Она смотрела в чашку, которую обхватила ладонями, словно грела их.

– Здравствуй, Оля, – поздоровался он.

Ольга вздрогнула и подняла голову.

– Здравствуй, Стас. Спасибо, что пришёл.

Татаринцев присел напротив, посмотрел в окно, потом в зал. Радовало, что до обеда полчаса и они поговорят без свидетелей.

– Здравствуйте. Вам, как всегда? – к нему подошла официантка.

– Здравствуйте. Да, – коротко ответил он.

Девица упорхнула. Стас снова перевёл глаза на Ольгу. Дорогая одежда. Золотые серьги. На нескольких пальцах кольца с драгоценными камнями и обручальное на месте.

Она замужем и не бедствует. Он тоже не нищий, но теперь это уже не важно. Они давно расстались, и сердце не ёкнуло при виде неё.

Обед принесли быстро, не прошло и пяти минут. Оля смотрела на него и молчала.

– Говори, зачем звала? Я поем и уйду. Если ты в курсе, то я на работе, – недовольно пробурчал Стас, принимаясь кушать.

Оля вздохнула. Достала кошелёк из сумочки. Внутри, в кармашке, была фотография мальчика с тëмно-карими, почти чëрными глазами.

– Это твой сын Максим. Я была беременна от тебя, когда уходила к другому.

– Это шутка такая, да? – усмехнулся Татаринцев, продолжая есть.

– Мне сейчас не до шуток, – обиженно ответила Оля.

– Я понял. Твой муженëк узнал каким-то образом, что ребёнок не от него и выгоняет тебя без денег. Ты пронюхала, что я неплохо зарабатываю и решила с меня срубить бабло на ребёнка? Без теста ДНК ничего не будет, – скривился Татаринцев.

Он доел суп, но пюре и котлету отодвинул. Есть расхотелось.

Оля никак не отреагировала на его обвинения. Помолчала пару секунд и сказала совершенно спокойно.

– Миша знает, что Максим ему не родной. Я ему сразу сказала. Он не может иметь детей, поэтому предложил пожениться и воспитать как своего. У Кондрашова большой строительный холдинг. Максим его наследник.

– Замечательно. Причëм тут я? – нетерпеливо перебил Станислав.

– Это твой сын, Стас. ДНК можно сделать, но результат ждать долго. Ему нужна помощь прямо сейчас. У Максимки лейкемия. Может помочь только пересадка костного мозга. Я делала анализ и не подошла как донор. Стас, пожалуйста, спаси его, – умоляюще сказала Ольга.

Теперь Татаринцев понял, что она не врёт. С большей вероятностью доноры костного мозга – это родители или братья с сëстрами. На душе появились противоречивые чувства. С одной стороны, он был рад, что у него есть сын, с другой – поселилась тревога за мальца. Он не совсем очерствел и раньше мечтал о детях. Именно от Оли он хотел ребёнка, но она его бросила.

Волна гнева начала подниматься в груди. Бросила, скрыв от него беременность. Он бы ни за что не отпустил её, если бы знал, что она в положении.

Оля посмотрела на него и прикрыла рот рукой. Её глаза расширились в испуге. Стас понял, что всё отразилось на его лице. Когда он был зол, люди начинали бояться.

– Значит так. Мы немедленно едем сдавать анализ на совместимость. Если я подойду, то буду донором. У меня условие. Вы дадите мне видеться с сыном, – решительно заявил Татаринцев. Оля хотела что-то сказать, но он остановил её жестом руки и продолжил: – Я всё понимаю, Оль. Мальчик считает папой другого человека, но это мой сын и я имею право. Можете назвать меня хоть двоюродным дядей, но я хочу его видеть. Дарить подарки на праздники и прочее.

– Я поняла, Стас, – как-то поспешно ответила Ольга. – Ты будешь приходить к нам в дом и видеться с ним. Идея с двоюродным дядей хорошая.

– Тогда поехали в клинику. Ты на машине?

– Нет. Я приехала на такси. Хотя у меня есть автомобиль.

– Правильно. В таком состоянии тебе нельзя за руль. Поедем на моей. Пошли, – Татаринцев подозвал официантку и заплатил за обед.

Когда он вернулся к офису, поспешил за руль своей машины. Оля заняла переднее сиденье. Она теребила ремешок сумочки, висевшей на плече. Он её понимал, сам разволновался. Узнал, что имеет сына, а оказалось, что тот смертельно болен.

– Что говорят врачи? – спросил Станислав, заводя мотор.

– Процент ремиссии после пересадки достаточно высок среди детей. Я надеюсь, что всё будет хорошо. Хоть бы ты подошёл.

– Будем надеяться. Мне бы этого очень хотелось.

В клинику приехали быстро, благо пробок на дорогах не было. Стас не удивился. Он слышал о предпринимателе Кондрашове. Разумеется, такой богатый человек выбрал самую лучшую частную больницу. Сервис тут был на высшем уровне. Быстро взяли кровь на анализ, пообещав, что через шесть дней результат будет готов. Заодно его проверят, на кучу других заболеваний, чтобы исключить ВИЧ или гепатит.

– Я скажу тебе, подошёл ты или нет, – произнесла Ольга, когда он вышел из процедурного кабинета.

Они уже обменялись телефонами.

– Я могу увидеть мальчика? – спросил Стас.

– Не сегодня. Уже тихий час. В следующий раз. Хорошо? Мы придём вместе и я представлю тебя. Не нужно ходить туда самому и пугать ребёнка, – шëпотом сказала Ольга.

– Понял, значит, в следующий раз. Отвезти тебя домой, Оль?

– Спасибо, Стас. Я возьму такси и доеду.

– Как хочешь. Тогда до встречи, – Татаринцев на прощание пристально глянул на Ольгу, прищурив глаза, и пошёл прочь.

Сейчас он действительно мечтал, чтобы они с Максимкой оказались совместимы. Чтобы не натворили в жизни его родители, малыш должен жить. Пусть судьба сжалится над ним.

Глава 6

Ольга зашла в огромный особняк, в котором жила с мужем. О таких хоромах мечтают многие девушки. Она видела, как возле мужа вьются молоденькие охотницы за богатыми мужчинами. На вечеринках или в ресторанах всегда так было. Не успеешь отойти, какая-то девица строит ему глазки.

Оля знала, что Миша относится ко всему спокойно. Повода не даёт. Не изменяет. Муж предан семье, любит её.

Сняв туфли, она первым делом пошла в уборную. Потом поднялась в спальню. Скинув с себя одежду, легла на кровать.

– Простите, Ольга Викторовна, я хотела прибраться, – постучав, в комнату заглянула служанка.

– Завтра тут уберешь, – махнула рукой Оля.

В доме были слуги. На кухне кухарка. Во дворе работал садовник. Самой ничего делать не нужно. Муж выделил деньги, и она арендовала помещение в центре города под бутик женской одежды. Оля ходила туда раз в день выручку забирать и всё.

Когда-то она уцепилась за Мишу. Полюбила его, и но богатство прельстило. Оля думала, что детдомовец Татаринцев не сможет пробиться в жизни. Будет работать каким-то участковым в полиции и прозябать в маленькой однушке, которую дали от государства.

Сегодня она встретила Стаса снова. Он изменился. Возмужал. Стал брутальным мужчиной. О таких говорят альфа-самец. Только взгляд иногда жёсткий и пугающий.

И всё же Стас пробил себе дорогу в жизни. Оля заметила, что одежда на нём весьма дорогая. Ездит на приличной машине. Когда Стас упомянул, где живёт, она удивилась. У него дом в коттеджном посёлке. Там в основном селились предприниматели, имеющие малый и средний бизнес.

Ольга подумала, что, скорее всего, Славка Чигинский не поскупился на зарплату. Они со Стасом дружили с первого класса. Вся школа стонала от этой парочки. Без причины никогда не обижали, но если где-то драка, то они непременно там. Кинешь в их сторону не то слово и огребешь по полной. Обиды они не прощали и мстили люто.

За этими мыслями Оля не заметила, как уснула. Разбудил шум. Служанка постучала и доложила, что ужин готов.

Оля надела красивый халат, который привезла из поездки в Японию, потом спустилась на первый этаж.

В столовой за длинным столом уже сидел Миша. Он ждал её.

Оля села напротив него. Взяла серебряную вилку.

Сегодня подали: картофель, сëмгу, французский салат и нарезку из разных сортов сыра.

– Какие новости? Ты виделась с отцом Максимки? – спросил Миша.

– Виделась, – Оля подцепила вилкой кусочек рыбы. – Он сдал анализ на совместимость. Готово будет через шесть дней.

– Это хорошо, что он согласился помочь.

– Да. Стас сказал, что если они с Максимом совпадут, то он всё сделает. Взамен он попросил общение с мальчиком. Сказал, что мы можем представить его ребëнку двоюродным дядей. Я пообещала, – тихо сказала Ольга.

– Что ты пообещала?! – взвился Михаил. Он бросил вилку, и она звякнула, упав в тарелку. – Ты соображаешь, что ты натворила? Это отец ребёнка, Оля. Когда-нибудь он не выдержит и скажет Максиму правду. Ты забыла золотое правило. Всех сначала нужно проверить, а потом уже доверять. Напиши мне его данные. Всё, что помнишь. Завтра дам начальнику службы безопасности задание. Пусть пробьет его по полной программе.

– Татаринцев сам начальник службы безопасности. На такую должность не берут кого попало, Миша, – попробовала оправдаться Оля.

– Ты сама себя сейчас слышишь, Оль? Кого попало не берут, если человек незнакомый. Ты сама сказала, что Чигинские и Татаринцев одноклассники. Теоретически, они могли и уголовника на эту должность нанять, потому что друг детства. И я уже говорил, в кругах предпринимателей у Чигинского не самая добрая слава. Он отбитый на всю голову. Я слышал, один крупный предприниматель из Москвы пытался у него бизнес отжать. Что в итоге? Все местные филиалы Московской фирмы выкупил Чигинский, причём не по рыночной цене, – возразил Михаил. – Я решу, будет Татаринцев общаться с Максимом или нет. Ты пока молчи. Пусть результат анализа получит. Сдаст костный мозг для ребёнка, а там посмотрим.

– Как скажешь, Миша, – ответила Ольга. – Пока можно сказать, что врачи запрещают к Максиму ходить посторонним, чтобы никакую инфекцию не занесли.

– Я поговорю с его лечащим врачом. Он подтвердит эту информацию, если будет нужно.

Оля отпила сока. Руки дрожали. Она нервничала из-за всей этой ситуации. Если бы не болезнь сына, она бы никогда к Стасу не обратилась за помощью.

– Когда свадьба твоей сестры? – неожиданно переменил тему муж.

– В сентябре. Ещё успеем подготовиться. Не нравится мне этот Рудик. Да, парень не из бедной семьи и всё прочее, но какой-то он скользкий. Родители настояли на этом браке. Выгодный союз для обоих семей и прочее.

– Твоему отцу виднее. Я не буду вмешиваться. Одиннадцать лет назад Юрий Максимович пришёл ко мне с бизнес-планом. Я одолжил денег на раскрутку. Теперь твоя семья весьма состоятельные люди. Не олигархи, но всё же. Союз с Крутиковыми действительно выгоден для них.

Оля помнила, как отец пришёл к Мише просить денег. Он давно горел идеей о собственном деле. В банке простому рабочему крупную сумму не давали. Занимать у сомнительных людей чревато неприятностями. Миша решил помочь, увидев в деле перспективы. Отец не только отдал долг, но и со временем приумножил бизнес. В то время только начинали ставить пластиковые окна и папа попал в нужную волну, тем более, что у них было собственное производство.

После ужина Ольга пошла в гостиную. По телевизору начинался Турецкий сериал, который она смотрела. Миша обычно со скучающим видом сидел рядом, чтобы чем-то себя занять.

Хотелось отвлечься хоть немного, не думать о сыне. Тревога за него постоянно жила в сердце. Если с мальчиком что-то случится, она не переживёт и уйдёт вслед за ним. Весь смысл её жизни – сын, муж, родители и сестра.

Оля села на кожаный диван. Миша плюхнулся рядом и обнял за плечи. Она включила огромный телевизор, висевший на стене, и положила голову на плечо мужу.

В свои годы Михаил выглядел моложе. Чëрные волосы только тронула седина. На лице почти не было морщинок. Он с молодости не курил и предпочитал выпивать только в исключительных случаях. Бегал по утрам. Возможно, поэтому смотрелся моложаво. Ольга не перестала его любить и ни разу не пожалела, что бросила тогда Стаса.

Теперь жизнь подкинула свои страшные сюрпризы, но она искренне надеялась, что всё образуется. Сын поправится и всё будет, как прежде.

Глава 7

Рудольф пришёл с друзьями в клуб, чтобы повеселиться. Последние месяцы его беззаботной жизни. Родители думали, что после свадьбы он остепенится. Дети пойдут и будет не до пирушек.

В свои двадцать пять Рудольф ещё не нагулялся. Окончил финансовый институт, помогал отцу на фирме, но пьянки и походы в клуб не прекращались. Он думал, что и после женитьбы всё будет по-прежнему. Ведь хорошее дело браком не назовут, особенно если он договорной.

Родители настояли на его свадьбе с Леной Боярской. Заставили ухаживать за девушкой. Это выгодный союз, к тому же её сестра замужем за самим Михаилом Кондрашовым, одним из самых богатых предпринимателей страны. На сентябрь наметили свадьбу и со дня на день должна начаться подготовка.

Рудик отпил коктейль из бокала и улыбнулся. Ленка перешла на пятый курс медицинского института. Потом будет ординатура. Ей сейчас явно не до детей. Когда она окончит обучение, он постарается с ней развестись. До этого знаменательного события никто не мешает ему, как сейчас, иметь любовниц.

– Эх, друг, скоро мы тебя потеряем, – Паша хлопнул его по плечу.

– С чего бы это? Ты думаешь, я буду примерным семьянином ради Ленки? – скривился Рудольф. – Она же в постели никакая. Бревно и то привлекательнее.

– Так зачем женишься? Откажись, – спросил Виктор.

– Папаша ультиматум поставил. Не женюсь на ней и наследства как своих ушей не видать. Мне каждый раз блевать хочется, когда я на неё залезаю. Его такое не волнует, разумеется. О, идёт, королева помоечная. Говорят, её папаша был простым работягой на заводе. Миша Кондрашов подняться помог. Тоже мне, вылезла из грязи и мнит из себя.

– Рудик, если она тебе не нужна, отдай мне? Я бы с удовольствием ей вдул, – поинтересовался Паша.

– Пока не могу. Вот поженимся и забирай. Если она мне изменит, будет чем перед предками за развод оправдаться, – хохотнул Рудольф.

Он посмотрел на Лену, которая шла к ним с двумя подругами. Метр с кепкой. Маленькая грудь. Единственное достоинство – смазливое личико и длинные платиновые волосы натурального оттенка.

В отличие от Лены, её подружка Маринка вызывала вожделение. Жгучая брюнетка с пышной грудью, красивой попкой и длинными ногами. Настоящая фотомодель. Она и работала в местном агентстве. Снималась для рекламы.

Вторая подруга Полина, встречалась с Виктором. Ничего так, симпатичная, но не вау.

Рудольф знал, что обе девушки – одноклассницы Лены. Они даже в одном дворе раньше жили. Поля дочка мелких торгашей. Марину воспитывала одна мама, учительница начальных классов.

Девушки расселись за столиком, перед этим поздоровавшись. Марина, как всегда, состроила ему глазки и обворожительно улыбнулась. Рудольф подумал, что не против погонять свой жезл между её пухлых губ.

– Девушки, выпивка за мой счёт. Заказывайте, – сказал Рудик, взмахивая рукой.

– Мне безалкогольный мохито, – улыбнулась Лена.

Подружки, как всегда, заказали «голубую лагуну».

– Опять ты за своё. Выпила бы с нами нормально хоть раз, – попросил Рудольф.

– Не буду. Я и так способна веселиться и танцевать, – ответила Лена.

Она редко ходила по клубам, ибо учеба жрала всё свободное время. Родители тоже не приветствовали такое времяпрепровождение. Пить Лена не любила и на это была своя причина.

Бяская вздохнула, глядя на раскрепощенных подружек. Вот у кого не было комплексов. Она же с детства была предметом издевательств.

Маленькая, тощая, неказистая Лена была похожа на гадкого утёнка. В школе все гнобили. Единственные подруги, Марина и Поля, защищали её от нападок. Потом её старшая сестра вышла замуж за состоятельного мужчину. Отец попросил у него денег и умудрился открыть бизнес. Волна хейта возросла. Лену буквально ненавидели за то, что её семья сумела подняться из грязи.

Людской зависти не было предела. Под раздачу попала и Маринка, которая уже в старшем классе снималась для рекламы.

Лена к этому времени тоже расцвела, но не верила в это. Одноклассники продолжали обзывать уродским гномом.

На первом курсе института один парень устроил на даче крутую тусовку по поводу дня рождения. Виталий был из состоятельной семьи и пригласил весь курс. Лену уговорили выпить. Потом ещё и ещё. Она танцевала вместе со всеми и снова пила.

В итоге девушка даже не поняла, как оказалась у Виталика в постели и подарила свою невинность.

Воспоминания приходили урывками. Он тащит её наверх. Дальше провал. Она вскрикивает от боли и снова провал.

Лена проснулась и поняла, что переспала по пьяни. Она не стремилась сохранить девственность до брака, но всё равно вот так вот бездарно распорядиться своей первой ночью с мужчиной не планировала.

Лена села на кровати и по щекам потекли слëзы. Виталик в это время напяливал на себя одежду. Он только что вышел из душа.

– Не знал, что буду первым, – усмехнулся парень. – Только ты не придумай там себе ничего. Я жениться не собираюсь. Ну трахнул доступную девку, подумаешь. Да-да, не смотри так затравленно, ты сама со мной пошла. И встречаться мы с тобой не будем. Ты не в моём вкусе. На один раз пойдёт, но не более того.

После этого случая Лена перестала пить алкоголь в компании. Не соглашалась на свидания, потому что все при этом раздевали взглядом.

Только через пару месяцев она узнала, что Виталик растрепал парням на курсе, как переспал с ней. Всё было рассказано в таких грязных подробностях, что Лена готова была сквозь землю от стыда провалиться. Самое страшное, что она не помнила ничего.

В пору уходить из института из-за насмешек, но она с гордо поднятой головой продолжала несколько лет ходить на лекции.

Полгода назад родители пригласили в дом предпринимателей Крутиковых. С ними пришёл сын Рудольф. Парень принялся ухаживать, звал на свидания. У них завертелся роман. Родители сказали, что хотят видеть их свадьбу. Лена была не против. Она стала иногда ходить с парнем и друзьями в клуб. Оставалась ночевать у него на квартире. Дело шло к свадьбе. Назначили на сентябрь, ведь ещё подготовиться надо.

Лена улыбнулась, глядя на своего парня. Он был высокий, с обычной внешностью. Спортом заниматься не любил. Выглядел худым. Положение спасали брендовые шмотки, именно из-за них на Рудика вешались девушки.

Он заверил, что переживать по этому поводу не стоит. Лена его будущая жена, изменять он ей не намерен.

Все пошли танцевать. Лена отправилась с ними. Только с Рудольфом она решилась выйти на танцпол, до этого боялась очередных насмешек.

Завтра воскресенье. Как всегда, веселились до глубокой ночи. Потом Рудольф вызвал такси, и они поехали к нему на квартиру.

Отец давно купил парню двухкомнатное жильё в элитном доме. Обставил всё дорогой мебелью. Оборудовал кухню по последнему слову техники. Лена считала, что на первое время им и этого хватит, а когда появятся дети, они купят что-то большее.

– Я быстро в душ, а потом ты, – Рудольф скинул туфли и удалился.

Лена зашла в туалет, потом вымыла руки и направилась в спальню. Рудик, как всегда, не заправил постель. У стены валялись грязные носки. На прикроватной тумбе – фантики от конфет.

Девушка поморщилась. Её мама была строгой и за такое руки бы поотрывала.

Она вспомнила, как родители всю жизнь держали их с сестрой в ежовых рукавицах. Оля в один момент выбилась из-под контроля, поэтому они с увеличенным рвением принялись воспитывать её, Лену. Даже сейчас в двадцать два года она без одобрения родителей шагу ступить не могла.

– Иди мойся, – из мыслей вырвал Рудик.

Парень без стеснения зашёл в комнату голый и тут же повалился на кровать.

Лена пошла в ванную. Тут висело её полотенце и банный халат. Единственные вещи в его доме. Скоро будет больше. Она уже предвкушала, как в шкафу рядом с его рубашками повесит платья, а потом на одну из полок уберёт детское бельё.

Лена заколола волосы на макушке, чтобы не намочить. Аккуратно приняла душ. Поля проболталась, что они с Виктором иногда моются вместе. Рудольф никогда такого не предлагал.

Лена вздохнула. У них не было той страсти, что показывают в фильмах, когда двое ещё на пороге начинают раздевать друг друга, целуясь. Да и поцелуев тех было немного. Она иногда задумывалась, почему так происходит, но гнала от себя эти мысли.

– Иди сюда. Долго я ждать буду, – нетерпеливо пробурчал Рудольф, когда она зашла в спальню.

Лена скинула халатик, положила его на стул. Затем сняла заколку. Волосы рассыпались по плечам и прикрыли грудь.

– На спину ложись, – скомандовал Рудольф.

Лена подчинилась. Послышался шелест. Потом он раздвинул её ноги, навалился и вошёл.

Так было всегда. Рудик указывал в какую позу лечь и занимался сексом. Лена не испытывала ничего, кроме лёгкой боли от проникновения. Потом она лежала и думала: поскорее бы он кончил.

Через пару минут парень скатился с неё. Лена повернулась к нему. Рудик снимал с себя презерватив и хмурился.

– Ленка, ты бы хоть камасутру, что ли, прочитала. Или порнуху какую-то посмотри. Может, сосать научишься. Валяешься ни рыба, ни мясо, – пьяным голосом сказал Рудольф.

– Ты же сам так хочешь, – она не ожидала грубых слов, и на глаза навернулись слëзы.

– Я? Приехали. Ты сама хоть раз инициативу проявить можешь? Баба ты или кто? А, кому я это говорю, – парень пренебрежительно махнул рукой. – Ты же глаза закрываешь, когда по телеку интимную сцену показывают.

– Меня мать за порно прибьёт, – сказала Лена.

– Можно подумать, она святоша и твоему отцу не отсасывает. Ещё как, только за ушами трещит. Ладно, спать давай.

Рудольф отвернулся. Лена тоже легла к нему спиной. Она украдкой вытерла слëзы, чтобы не разреветься. Может быть действительно книжки какие-то почитать?

Глава 8

Михаил Кондрашов развалился в кресле с высокой спинкой и постукивал ручкой по столу. Он нервничал. Сегодня утром жене сообщили, что биологический отец Максима подошёл как донор. Малыша начнут готовить к операции. Хотелось бы знать, что за человек господин Татаринцев, но начальник службы безопасности не спешит с докладом.

– Михаил Аркадьевич, к вам Олег Алексеевич, – раздался голос секретаря по селектору.

– Пусть заходит, – сказал Миша, нажав кнопку на панели.

– Приветствую, Михаил Аркадьевич.

– Здравствуйте, Олег Алексеевич. Присаживайтесь. Новости есть?

Вронский был отставным офицером и работал у него уже десять лет. Зарекомендовал себя как грамотный специалист. Не зря на такие должности чаще всего брали военных или полицейских пенсионеров.

На этот раз Олег задержался с компроматом. У него не вовремя разболелся зуб, и он два дня отсутствовал на работе. Торчал в стоматологии. Потом ещё четверо суток ушло на сбор информации, хотя обычно это занимает меньше времени.

Вронский уселся в гостевое кресло и положил флешку на стол.

– Тут вся информация. Сухие факты биографии.

Миша знал, что у Олега прекрасная память. Он подвинул флешку ближе к себе, но не стал вставлять в компьютер.

– Спасибо, Олег Алексеевич. Расскажите своими словами. Мне нужны не сухие факты, а ваши впечатления, – попросил Михаил.

Вронский устроился в кресле поудобнее и сложил руки на своём немаленьком животе.

– Станислав Михайлович Татаринцев. Тридцать два года. Родился в роддоме номер один нашего города. Мать от него сразу отказалась. Он воспитывался в детском доме. Ходил в школу недалеко от него. Был одноклассником вашей жены. В армии служил. Подписал контракт. Воевал в Чечне. Имеет награды и ранения.

– Воевал? – удивился Миша, Оля об этом ему не рассказывала.

– Да. Он три года служил по контракту. После устроился на работу в тогда ещё милицию. Работал опером несколько лет. Получил однокомнатную квартиру. Потом устроился работать в фирму «Чирута».

– Знаю. Общество с ограниченной ответственностью «Чирута» принадлежит его одноклассникам и друзьям Вячеславу и Леониду Чигинским, – махнул рукой Миша.

– У вас устаревшая информация. Три года назад фирму переделали на открытое акционерное общество. Леонид и Вячеслав Чигинские имеют по сорок пять процентов акций. Станислав Татаринцев – десять процентов. По сути, он совладелец фирмы.

– Чего?! – воскликнул Миша от шока. – Вы когда-либо видели, чтобы владелец компании дарил своему безопаснику долю в фирме? Не накопил же Татаринцев на покупку акций? Даже десять процентов стоят хороших денег.

– Лично я таких подарков не припомню. Татаринцев не бедствует. Живёт в престижном коттеджном посёлке. Он не снимает жильё. Продал квартиру и купил. Периметр его дома увешан камерами. Поставлены профессионально, слепых зон нет. Через забор незамеченным не перемахнуть.

– А что по поводу службы и работы? – спросил Михаил, нервничая всё больше.

– У меня есть пара знакомых в том отделение, где работал Татаринцев. Они говорят, что когда он ушёл, все жалели. Не знаю как, но Стас мог выбить показания у подозреваемого, не прибегая к избиению. Его взгляда даже сослуживцы боялись. Он производил впечатление хищника, который в любой момент готов перегрызть глотку. Татаринцев имеет разрешение на ношение огнестрельного оружия. Хорошо стреляет с двух рук. У него потрясающая меткость. Что касается его работы на Чигинского, то мне с трудом удалось установить, что он не просто начальник службы безопасности. Он в буквальном смысле «правая рука» Вячеслава. Тот брату так не доверяет, как Татаринцеву.

– Во дела. Интересная личность этот Татаринцев.

– Ещё какая, – усмехнулся Вронский. – Официально он не привлекался. Даже свидетелем ни по одному делу не проходил. Из источников в криминальных кругах, которым я бы не сильно доверял, у него и Вячеслава были тëрки с авторитетом Ростиславом Романовым по прозвищу Ростик. С чего бы у честного предпринимателя проблемы с криминалом? Разве что дань не заплатили, но сейчас уже не крышуют, как в девяностые. Многие авторитеты сами в легальный бизнес ушли. Ростик пропал. Говорят, сбежал за границу. Накосячил перед своими. Кто знает, как оно на самом деле? Мутно там всё.

– Озвучь выводы, Олег Алексеевич, – попросил Михаил.

– Я бы был осторожнее с этим человеком. Он очень скрытный. Как видите, нарыть на него удалось скудную информацию. В свою личную жизнь никого не допускает. Постоянной девушки нет. Временных пассий была куча. Предпочитает тратиться на гостиницу. Почему бы холостяку даму в дом не привести? Ещё одно. Татаринцев принадлежит к субкультуре БДСМ. Ходит в закрытый клуб «Логово», который держит его друг Паша. Мне удалось найти его последнюю любовницу и сабу.

– БДСМ? Что-то слышал, но не вникал в подробности, – задумчиво произнёс Михаил, поглаживая подбородок пальцем.

– Если коротко, там несколько направлений. Подчинение и садизм например. Татаринцев садист, – совершенно спокойно ответил Вронский.

Михаил даже икнул от такого заявления.

– Спасибо, Олег Алексеевич. Можете идти. Выпишу вам премию за работу.

Вронский поднялся и ушёл. Миша вставил флешку. Быстро пробежался по сухим строчкам маленького досье. Тут и отчёт хакера был и фото Татаринцева. Безусловно, он мужчина красивый. За таким идут поклонницы толпами, прыгают в постель, не думая. У Стаса красивая улыбка. Слегка подкачанное спортивное тело. На одном из снимков Станислав посмотрел в камеру. Взгляд такой, что даже у Михаила похолодело на душе, несмотря на то, что это всего лишь изображение на экране компьютера.

Работать Миша уже не мог. Снова откинулся на спинку кресла, взяв смартфон в руки. Он нашёл в интернете общую информацию о БДСМ. Потом начал размышлять. Ростик пропал. Возможно, и правда провинился перед своими и свинтил за границу. Есть и другой вариант, но тут не пойман – не вор. Скрытность Стаса настораживала.

Миша вспомнил свою молодость. Он тоже имел любовниц до брака и, не стесняясь, таскал их домой. Платить за номер в гостинице, когда есть куда привести даму, мягко говоря, странно.

Десять процентов акций он тоже не случайно получил. Вопрос за что? Опять же есть вариант, что никакого криминала нет. Допустим, Стас спас жизнь Лëне или Славе, но если бы было покушение на них, об этом бы раструбили СМИ. Анатолий Чигинский всё же один из депутатов в областной Думе.

Ещё один минус в копилку Татаринцева – это увлечение БДСМ. Миша прочитал об этом и ужаснулся.

Вывод. Он не хочет подпускать такого человека к своему ребёнку.

Мишу совершенно не волновало, что Стас на самом деле биологический отец Максима. Он воспитал мальчика как родного и любит всем сердцем.

Выключив компьютер, Михаил встал из-за стола. Работать он всё равно не сможет. Нужно ехать домой.

Через час Михаил припарковался в гараже. Машина жены была на месте, а значит, она дома.

Оля сидела в беседке и просматривала какие-то бумаги.

– Миш, Стас подписал все документы. Ему дали нужные препараты, чтобы стволовые клетки вышли в кровь. Нужно ждать как минимум неделю. За это время Максима подготовят. Ему будут давать ударную дозу химии, чтобы убить собственные клетки. Я так переживаю.

Миша сел рядом с женой и обнял.

– Наш Максимка сильный. Он столько пережил. Будем надеяться, что клетки отца приживутся, – подбодрил Михаил.

– Егор Александрович говорит, что у Стаса и Максима очень высокая совместимость. Он надеется, что отторжения не будет.

–Насчёт Стаса. Его проверили. Да, он сейчас спасает нашего сына, но не нравится мне. Скрытный тип. Увлекается БДСМ. Забор его дома камерами увешан.

– И что, он не имеет права оградить себя от воров? – удивилась Оля.

– Имеет право, Оль. Только если на других людей мне Олег приносил гигабайты информации, на Татаринцева он ничего толком нарыть не смог. Сухие факты биографии. Родился в этом году. В школу ходил там-то. В армии служил в эти года и в этом городе. Работа тут и тут. Всё. Несколько человек смогли рассказать о нём немного, но опять же несущественные вещи. Баб он домой не водит. Спит с ними в гостинице. В социальных сетях не зарегистрирован. На форумах не торчит. Олег там какого-то хакера нанял. Знаешь, какой самый популярный запрос с его компьютера? Как приготовить то или иное блюдо. И ещё одно. Служанки у него нет. Клининговую компанию для уборки не нанимает. Прямо какая-то добрая фея этот Татаринцев. Нигде не замешан и не привлекался. И при этом фея увлекается садизмом. Любит помахать плёткой и носит с собой оружие. Разрешение на ношение у него есть, но даже Вронский оружие не носит. Достаточно я привёл аргументов?

– Миша, это что же получается, он может что-то скрывать о себе? – спросила Ольга нервно.

– Я предполагаю, что так. Если ещё рассмотреть его конфликт с бывшим смотрящим города, после которого тот бесследно исчезает. Якобы за границу уехал. Возможно, и вправду решил покинуть родину. Олег сказал, что источнику информации доверять на сто процентов нельзя.

– И что теперь делать? – спросила Ольга.

– После переливания Максим где-то месяц будет в стерильной палате лежать. К нему никого не пустят. Ты в это время поговоришь со Стасом и объявишь, что мы запрещаем ему видеться с мальчиком. Будет настаивать – обратимся в суд. Судиться он с нами не будет, если у него рыльце в пушку, – решительно заявил Михаил.

– Хорошо. Я так и сделаю. Спасибо, что узнал о нём правду. Надеюсь, всё обойдется без эксцессов. Пойдем в дом, Миш. Я прикажу подавать ужин.

Михаил встал и расслабленной походкой направился в дом. Он был уверен, что поступает правильно.

Глава 9

Оля не давала видеть сына. Она сказала, что любая инфекция сейчас может навредить мальчику. «Позже, Стас. После того, как Максиму перельют твои стволовые клетки», – заверила она.

Станислав попросил переслать несколько фото Максима на телефон. Оля исполнила просьбу.

Мальчик оказался похож на него. Такие же тëмно-карие, практически чëрные глаза. Его густые брови. Его губы. От Оли сыну достался красивый нос и светлые волосы.

Татаринцев жалел, что не узнал тогда о беременности девушки. Он бы ни за что не ушёл служить по контракту. Вернулся бы из армии и добился того, чтобы Оля жила с ним. В противном случае оставляй ребёнка и вали на все четыре стороны.

Теперь было поздно. Максим считает отцом совершенно постороннего человека. Стас ни в коем случае не хотел ломать ребёнку психику. Он готов быть рядом в качестве дяди. Назваться двоюродным братом Оли, лишь бы видеть сына и общаться с ним.

Стас посмотрел на трубку, по которой течёт его кровь в специальный аппарат. Там отделяются стволовые клетки и всё возвращается в вену на другой руке. Его предупредили, что процедура длится пять часов, но он готов выдержать ради своего малыша.

Это странно, но после расставания с Олей он не задумывался над тем, чтобы жениться или завести детей. Ему и без этого хорошо жилось. Теперь он тоже не стремился иметь семью. Его грела мысль, что у него и без этого растёт сын. Стас верил, что спасёт своего мальчика.

Врач заверил, что в некоторых случаях ремиссия при лейкемии бывает долгой. Люди живут до старости. Самое главное – проскочить пятилетний порог после пересадки стволовых клеток. Ещё важнее, чтобы они прижились. Через месяц уже можно делать об этом выводы. У них девяносто процентов совместимости и это более чем достаточно.

Наконец-то всё завершилось. Ему забинтовали руки и позволили встать. Медсестра сказала, что его оставят в клинике до утра и попросила следовать за ней.

Палата, куда его привели, оказалась одноместная с отдельной уборной. Кровать застелена чистым белоснежным бельём. На столе стоял поднос с едой.

Татаринцев уже успел оценить сервис в этой клинике. Всё на высшем уровне. Кругом почти стерильная чистота. Есть даже бесплатный доступ в интернет.

Станислав поел, потом написал другу.

«Привет, Слава. Всё хорошо. Оставляют в клинике до утра».

«Привет. Завтра на работу не приезжай. Отлежись. Надеюсь, у тебя всё получится и с Максимом всё будет хорошо», – ответил Вячеслав.

Единственные, кому он сказал о сыне, это Чигинские и Паша. Стас знал: те не подведут и не станут трепаться об этом на каждом шагу. Каким бы отбитым не считали Славку, но друга он никогда не предаст.

После процедуры слипались глаза. Станислав разделся и лёг. За руль ему сейчас всё равно нельзя, а вот завтра он поедет домой.

Вечером принесли ужин. Потом пришёл дежурный врач и поинтересовался самочувствием.

– Всё хорошо. Отоспался и пришёл в норму. Я могу видеть мальчика, для которого сдаю кровь? Хотя бы издалека.

– Вообще-то не положено, – буркнул пожилой доктор.

Стас вынул портмоне из пиджака, который висел на стуле. Потом достал две пятитысячные купюры и сунул доктору в карман синей рубахи.

– А так? – спросил Татаринцев, глядя мужчине в глаза.

– Хорошо. Только никому не говорите, особенно его родителям. Разбужу, когда все лягут спать.

Врач быстро удалился, но не обманул. Ночью он осторожно провёл Стаса к палате Максима.

Стена с одной стороны от двери была стеклянная и занавешена жалюзи. Татаринцев раскрыл пальцами две пластинки и заглянул в щель. Комната освещалась ночником, который стоял на тумбе у кровати. Мальчик спал, подложив ладонь под щëку. Его голова была бритая налысо. От носа тянулась какая-то трубка. С другой стороны кровати стояло оборудование.

У Стаса защемило сердце при виде этого.

– Когда ему будут вживлять мои клетки? – поинтересовался он.

– Завтра. Потом малыша переведут в другую палату. Там специальные фильтры стоят и никто, кроме медсестры или врача, не сможет зайти. Максим будет находиться там месяц. Если за это время не произойдёт отторжение и появится положительная динамика, его выпишут домой. Идëмте. Как бы нас тут не увидели, – шепнул врач.

– Спасибо, что позволили увидеть его.

Стас вернулся в палату, но с трудом уснул. Утром снова пришёл врач, поинтересовался самочувствием и отпустил домой.

Первым делом Татаринцев заехал в ближайшую церковь. Он ещё в армии, перед отправкой на фронт покрестился. Стас и сам не понимал, зачем это сделал. Уж точно не из большой веры. Он, скорее, причислил бы себя к атеистам. Просто тогда был такой прорыв.

Неловко перекрестившись, Татаринцев зашёл в помещение. Спросил у бабушки за прилавком, как заказать молитву за здравие. Потом поставил свечку за погибших ребят на войне и одну за здоровье сына. Его заверили, что вечером во время службы батюшка помолится за Максима.

***

Оля ходила по коридору больницы, кусала кулаки, нервничала. Она уже побывала в часовне при клинике и помолилась. Сейчас её мальчику пересаживают стволовые клетки Стаса. Процедура сама по себе несложная. Всё поступает через катетер, но всё равно уже в первые часы может начаться негативная реакция.

Наконец-то врач вышел к ней и посмотрел строго.

– Вы всё ещё здесь? Я же говорил вам ехать домой.

– Как он, Егор Александрович? – нервно спросила Оля.

– Всё прошло замечательно. Максима перевели в стерильную палату. Острой реакции не произошло. Будем надеяться, чтобы и дальше всё сложилось удачно. Нечего тут торчать, Ольга Владимировна. Звоните на пост медсестры. Она будет рассказывать, как идут дела у вашего сына. Мальчик уже большой и может лежать один. Вас в стерильную палату всё равно не пустят.

– Спасибо. До свидания.

Ольга поспешила на выход. Уже на улице она глубоко вздохнула. Телефон завибрировал в сумочке. Она достала его и увидела, что звонит муж.

– Как Максимка? – спросил Миша, как только она приняла вызов.

– Егор Александрович говорит, что первая реакция на пересадку хорошая. Но это ещё не окончательно. Нужно ждать. Меня теперь в палату к сыну не пустят. Будем звонить и узнавать, как дела.

– Меня радует, что всё прошло успешно. Надеюсь, и дальше так будет. Осторожно за рулём, Оля. До вечера. Мне пора на совещание.

Миша отключился. Оля подошла к машине и села за руль. Руки слегка подрагивали. Она успокоила себя и поехала в ресторан, где обещала встретиться с сестрой.

По дороге она окончательно успокоилась и заходила в помещение с высоко поднятой головой.

Лены нигде не было видно, хотя сестра должна была уже быть тут. Оля прошла в другие двери и оказалась на летней веранде. Отсюда открывался шикарный вид на реку.

Сестра всегда любила летом сидеть именно здесь. Занимала один из столиков прямо у ограждения. Сейчас она тоже сидела тут. Было три часа. В будний день в это время народу было немного.

– Привет, сестрëнка, – Ольга подошла к столику и села.

– Привет. Как Максим? – затараторила Лена.

– Первая реакция хорошая. Врач говорит, что надежда на положительный результат очень высока.

– Это радует. Я уже оформила заказ. Сейчас принесут, – улыбнулась сестра.

Принесли еду. Лена заказала салат, картофель и мраморный стейк. Ольге поставили то же самое. Официантка удалилась и только после этого Оля завела разговор.

– Как идёт подготовка к свадьбе? – спросила она.

– Мама никак не может остановить свой выбор на ресторане. Ей хочется самое лучшее. «Престиж» на дату нашей свадьбы забронирован. Мама разозлилась так, будто ей нанесли кровную обиду. Платье начали шить. Рудольф укатил в командировку ещё десять дней назад. Вернётся только через три дня.

– Он хоть как-то участвует в обсуждении праздника? – просила Ольга, разрезая ножом стейк.

– Нет. Рудик сказал, что это не его дело. И вообще ему пофиг, пусть моя мама хоть клоунов пригласит, он не обидится. Меня никто не слушает. Мать и тëтя Маша Крутикова сами рулят. Как только я начинаю соваться, мне намекают, что я дура и ничего не смыслю в хороших свадьбах.

Ольга знала: её матушка та ещё самодурка. Впрочем, они с отцом друг друга стоят. Воспитывали их с сестрой, будто они в армии служат. Должно быть полное и беспрекословное подчинение.

Лене досталось больше всего. Когда Оля умудрилась выйти из-под контроля, то родители с удвоенной силой взялись за сестру. Мало того, что её в школе гнобили, так ещё и дома диктатура.

– Оль, а как у вас с Мишей… – начала Лена шёпотом, но замолчала, потом продолжила, покраснев до кончиков ушей. – Ну это, в постели. Рудольф говорит, что я хуже бревна. Я не понимаю, что я делаю не так.

– Нормально у нас всё. Долгие ласки, потом всё остальное. Миша меня любит. Блин, ты же будущий врач.

– Я терапевт, а не сексолог, – Лена обиженно надула губы.

– Порно какое-то посмотри, что ли. Хотя нет, это я зря. Есть в интернете книжка. Перешлю ссылку. Не кисни, сестрëнка. Если честно, я думала, у тебя с этим всё в порядке.

Ольга снова перевела разговор на подготовку к свадьбе. Хотелось чем-то помочь. Лена только махнула рукой в ответ и сказала, что все вопросы к матери.

Глава 10

Рудольф видел, как сексапильная подружка невесты на него всё время смотрит. Она буквально раздевала его взглядом. Он не понимал, как Ленка может этого не замечать. Другая бы уже давно послала подругу куда подальше.

Марина действительно была хороша собой. О таких говорят «секс бомба». И эта особа сама плыла к нему в руки. Рудик подумал, что грех отказываться от предложенного.

Отец отправил в командировку в другой город. Необходимо проверить дела филиала. Не будешь жëстко контролировать всё – сотрудники распоясаются, так считал папа. Рудольф с удовольствием воспользовался возможностью уехать от Ленки. Снял номер в гостинице с большой кроватью и предложил Марине улететь с ним.

Девушка в этом году окончила институт дизайна, но не спешила устраиваться на работу. Снималась для рекламы местного бизнеса и гуляла вволю. Рудольф знал: она умудряется пролезать на светские вечеринки в поисках богатого жениха, но ему было плевать на это.

Уже десять дней они жили в другом городе. Посещали клубы, бухали. Ночью Мариша устраивала стриптиз и ублажала его, как первоклассная шлюха. Он тоже не отставал, с наслаждением мял её пышную грудь, радуясь тому, что наконец-то перед глазами не прыщики с сосками.

Впрочем, о работе Рудик не забывал и пофигу, что сотрудники филиала были вынуждены терпеть его перегар.

Рудольф сидел в ресторане при гостинице. Напротив – любовница в новеньком платье. Они ужинали.

Девушка выглядела шикарно в почти откровенном наряде, все сворачивали головы в её сторону. Рудик был доволен. Он не поскупился и отвалил ей бабла на шоппинг. Впрочем, было за что.

Маринка расстаралась, позволяла вытворять с собой немыслимые вещи. Практиковала глубокий минет. Не брезговала анальным сексом. Рудик скривился, вспомнив, как однажды попытался уговорить на заднюю позицию Ленку. Та чуть не орала от ужаса.

Мысль о том, что подготовка к свадебным торжествам идёт полным ходом, приводила его в уныние.

– Марин, тебе не стыдно перед подругой? – неожиданно даже для себя спросил Рудольф.

– Пф. Почему мне должно быть стыдно? Это ты ей со мной изменяешь, а не я ей с тобой. В школе все завидовали Ленке. Её мамаша из кожи вон лезла, но покупала дочери эксклюзивные наряды. Да, всего-то несколько вещичек, но Ленка в них в школу ходила. Потом её сестра вышла замуж за богача и завалила подарками. Через год её отец стал предпринимателем. Ты не представляешь, сколько зависти было. У многих в то время родители от зарплаты до зарплаты гроши подсчитывали. Я тоже завидовала. Люто её ненавидела, но дружила. С такими клушами нужно общаться. Нет-нет, да и выгода перепадёт.

– Цинично, – улыбнулся Рудик.

– Ой, кто бы говорил? Сам-то на гномихе зачем женишься? Не за красивые глаза ты её полюбил, а? – усмехнувшись, спросила Марина.

– Сдалась она мне сто раз. Родители заставляют. Этот брак выгоден для бизнеса, и потом, мы косвенно породнимся с самим Мишей Крарандашовым, – Рудик поднял вилку вверх.

– Тебе двадцать пять лет. Как можно заставить? – удивилась Марина, округляя глаза.

– Батя сказал, что если я на Ленке не женюсь, то наследства как своих ушей не видать. Он всё перепишет на Лёшку, младшего брата. Папаша у меня такими вещами не шутит. Если бы я отказался, пошёл бы за копейки работать. Пришлось знакомиться с Леной и ухаживать за ней, будто она мне пиздец как понравилась. Видеть эту дуру не могу. Каждый раз залезаю на неё и готов блевать от отвращения.

– Ну ты даëшь. А жить тогда как?

– Потерплю пару лет, потом разведусь. Главное, до детей не доводить. Родятся ещё такие же гномы, – скривился Рудик.

Марина смотрела на любовника и давила улыбку. Не красавец, а мнит из себя суперзвезду. В постели посредственность. Любит, чтобы его ублажали, а сам применяет минимум усилий, чтобы возбудить девушку. Единственное достоинство этого мужика – карманы, набитые баблом.

Марина долго к нему подбиралась. Строила глазки. Когда подруги не было рядом, делала намëки. Рудик оказался достаточно похотлив, сдался быстро. Взял её с собой в командировку.

Вот тут Марина развернулась. Многое ему позволила, но и намекнула, что нужно отблагодарить. Рудик дал денег, но потребовал ещё больше. Она стала для него персональной проституткой. Главное, чтобы он её не бросил, продолжал встречаться и одаривать. Возможно, удастся влюбить его в себя. Рудольф женится на ней, пусть не сразу, хотя бы после развода.

Стыдно не было. Совестно перед подругой тоже. Нужно застолбить для себя тëплое местечко под солнцем, а на остальных пофиг.

Мать родила её от женатого, вполне состоятельного мужчины, но оказалась слишком совестливой, чтобы разрушать его семью или просить финансовой помощи. В самые трудные времена отец подкидывал денег, в остальном о ней и бывшей любовнице не вспоминал. Мама тащила её одна. Брала обноски у подруг, дочери которых были старше. За это Марина её люто ненавидела. Могла попросить у отца крутые алименты и они бы как сыр в масле катались, но она не захотела.

Когда Марина пошла работать в модельный бизнес, мать орала, что не позволит. Там, видите ли, одни проститутки. Да, кое с кем пришлось переспать, чтобы пробиться туда и что?

Вот и сейчас Марине было не стыдно. Она наслаждалась жизнью, брала от неё всё, что по праву должно принадлежать ей.

– Скоро домой. Что будет дальше, Рудик? Прошла любовь, завяли помидоры? – спросила Марина.

– Ещё чего? Я же отдельно от родителей живу. Будешь ко мне на хату приходить, когда Ленки там нет, – ответил Рудольф.

Марина ликовала в душе. Первый шаг к сердцу парня сделан. Она в итоге добьётся, что он женится на ней, а не на Ленке.

Глава 11

Прошла неделя с того момента, как Максиму пересадили его стволовые клетки. Оля не звонила. Только в день, когда он был на процедуре, от неё пришло короткое смс: «Спасибо, Стас».

Больше они не общались. Оля не удосужилась сообщить, как мальчик. Татаринцев сам позвонил доктору на следующий день после того, как Максима перевели в закрытую стерильную палату.

– С пациентом всё хорошо. Большего я сказать вам не могу. По закону вы мальчику не родственник и я не имею право выдавать врачебную тайну, – поведал Егор Александрович.

Стас несколько раз попробовал связаться с Олей, та не ответила. Потом и вовсе внесла его в чëрный список.

Татаринцев повертел ручку в руках. Он только что закончил читать досье на очередного предполагаемого работника. Подумав немного, Стас написал на папке: «Можно нанять».

Больше работать он не мог. На душе поднималась волна гнева. Станислав не думал, что Оля в очередной раз его обманет. Умоляла его помочь, обещала сделать всё, что он попросит.

Деньги ему не нужны, он достаточно обеспеченный человек. Зарплаты и доли в компании хватало на комфортную жизнь, тем более, что Стас не любил шиковать. В любом случае он помог бы своему сыну, но всё же попросил о малости. Татаринцев хотел всего лишь видеть, как растёт его сын. Ходить к нему на дни рождения и другие праздники с подарками. Катать на каруселях. Пусть он будет для малыша всего лишь мамин дальний родственник, но уже этого достаточно.

Подумав, Стас позвонил Оле с другой сим-карты, номер которой она не знала.

– Алло, – раздался в трубке голос.

– Сегодня в четыре часа в ресторане «Причал». Не придёшь – пеняй на себя, Оля, – сказал Татаринцев гневным тоном.

– Что за угрозы, Стас? – нервно произнесла Ольга.

– Я ещё не угрожал, Оля. Просто хочу поговорить.

– Да, нам действительно нужно поговорить. Ничего не заказывай, я есть не буду, – буркнула она и отключилась.

Стас по голосу заметил, насколько она нервничает. Есть что скрывать или намерена озвучить неприятные вещи? В любом случае он намерен потребовать, чтобы ему докладывали о здоровье мальчика, пока тот в больнице.

Оля ошиблась, если думала, что он проглотит обиду, как тогда, когда она ушла от него. Того, прежнего Станислава Татаринцева давно нет.

В узких кругах в курсе, что переходить ему дорогу чревато большими неприятностями. Лучше не делать этого. За считанные дни он сможет нарыть на человека всю информацию и вынуть все скелеты из шкафов. Преданные ребята, работающие в его отделе, помогут с этим.

Сильно постараться – и можно узнать, какие секс-игрушки применяют в постели Оля и Миша Кондрашовы, если применяют их вообще. Для выуживания информации у Татаринцева имелось множество способов. Практически безотказно действовали деньги. Бабло народ любил больше, чем что бы то ни было.

Стас дождался нужного времени, подошёл к зеркалу и взглянул на себя. Голубые джинсы и рубашка цвета кофе с молоком создавали слегка неформальный вид. Стас поправил ворот. Расчесал волосы. Потом положил портмоне в карман.

На столе, рядом с телефоном, валялась папка. Он подхватил и то, и другое и вышел из кабинета.

По дороге Татаринцев заглянул в свой отдел.

– Андрей, отнеси, пожалуйста, в отдел кадров. Я уехал, – Стас бросил папку на стол подчиненного.

– Сделаю, – быстро ответил Андрей.

В его отделе было четверо человек. Двое воевали. С остальными он работал в полиции. Ребята проверенные, верные. Не падкие на взятки и льстивые речи. С такими хоть сейчас в разведку. Они не задавали лишних вопросов. Беспрекословно выполняли поручения. Вот и сейчас Стас сказал, что уехал и никто не поинтересовался куда.

Он собрался в ресторан «Причал». Выбрал его не случайно. Недалеко от офиса, да и место живописное. Летняя веранда заведения прямо у реки. Летом Станислав любил приезжать туда в выходные или сидеть с очередной временной любовницей. Зимой по пятницам он отдыхал в баре. Там легко склеить девушку на одну ночь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.