Светлана Багрянцева
Билет в один конец

Глава 1

Алëна

Раздался грохот входной двери. Я осторожно вышла в прихожую. Брат стоял, оперевшись о стену, и смотрел на меня стеклянными глазами. Было страшно до икоты.

Что в очередной раз взбредёт на ум этому придурку в голову? В прошлый раз чуть не избил и я едва успела убежать.

– Валер, я поговорила с риэлтором. Нашу квартиру можно продать и купить две комнаты в общежитии, – осторожно сказала я.

– Ал, ты охренела?! Я в общаге жить не буду! – заорал он, глядя на меня стеклянными глазами.

– А я так больше не могу. Валер, ты вынес из квартиры всё, что можно было. Если бы посчастливилось, ты бы бабушкины панталоны заложил за наркоту.

– Бабушку не трожь, шлюха.

– Я не шлюха! – крикнула с гневом, обида пересилила страх.

Брат подошёл ближе и улыбнулся ехидно.

– А кто ты? Спуталась с иностранцем. Залетела от него. Тебя предохраняться не учили, курица тупая. Ано мне поможет. Он вернётся, – передразнил мою речь брат. – Где теперь твой Ано? Скоро рожать, а его нет. Ты куда этих высерышей притащишь? Сюда? Ну, ок, чë. А кормить и одевать на что? Много тебе декретных заплатят с твоей поломоечной работы? Институт теперь псу под хвост. Если ты рассчитываешь на меня, Ал, то херушки. Самого еле на работе держат.

Я заревела и понеслась в свою комнату. Закрылась на ключ и села на кровать.

Бесит, что брат сокращает моë имя до двух букв Ал. Страшно находиться с ним в одном доме. Наркоманы – люди непредсказуемые. Обидно, что мать лопает с утра и до ночи, к ней тоже жить не поедешь.

Мы с Валерой погодки. Он на год меня старше. Мама родила его в двадцать пять будучи замужем. Потом появилась я. Ничего не предвещало беды, но через пять лет брака отец ушёл к другой.

Мать пыталась его вернуть, но он заявил, что разводится. Любовница ждёт малыша. Мама запила с горя, да так сильно, что не смогла остановиться. В нашей однушке появились компании таких же выпивох, как она. Через год родительница привела сожителя. Тот сильно избил Валерку. Соседи сообщили в опеку и полицию, сославшись на громкие детские крики. Нас забрали из квартиры.

Жаль, бабушкино больное сердце не позволило оставить у себя. Она хотела, не разрешили. Папина родня открестилась от нас. Отец заявил: «Не верю, что дети от меня. Томка их где-то нагуляла».

Суду было всё равно на его заявления. Нет теста ДНК, значит, по закону твои. Алименты на нас отец платил, хоть и скудные. Бабушка с маминой стороны заботилась. Добилась, чтобы меня и брата хотя бы на каникулы к ней отпускали и на выходные.

Валерка озлобился на родителей, а бабушку обожал. Она умерла от сердечного приступа. Нам завещала квартиру. Тогда брата некому стало сдерживать. Он влился в дурную компанию. Пристрастился к наркотикам. Кое-как закончил колледж и устроился работать электриком.

Мне сейчас двадцать один год, учусь в институте на дизайнера интерьера.

Семь месяцев назад познакомилась с Ано. Молодой тридцатилетний мужчина приехал по делам бизнеса в Россию. Он родом с острова Альхайхор.

Ано рассказывал о родине, повествуя о прекрасном курорте. В интернете такая же информация. Как живут там люди, я не знала.

Мы встречались, приятно проводили время.

Ни я, ни Ано не ожидали моей беременности. Это вышло случайно. Порвался презерватив. Да, так тоже бывает. Самое поганое, что всё произошло на пике моих благоприятных для зачатия дней.

Через месяц я заявила, что беременна. Ано был в бешенстве. У него на родине уже есть невеста. Я для него была просто развлечением. К тому же он засомневался, что отец малышей.

Врач, к которому мы вместе обратились, заверила нас: нужно подождать ещё три недели для теста ДНК. По современным технологиям биоматериал ребёнка выделяют из крови матери.

Ано остался в России ещё на месяц. Чтобы провести тест и узнать результат.

– Хорошо. Я позабочусь о детях. Ты ни в чëм не будешь нуждаться. Альхайхорцы своих не бросают. Я полечу домой, мне визу не продлили. Расскажу родителям и через пару недель смогу вернуться, – сказал Ано, когда прочëл официальный документ о родстве.

Я согласилась ждать и не делать глупостей. По их законам предохраняться можно, но аборт – страшный грех. Ано дал мне денег на жизнь и пропал.

Валерка был в бешенстве. По его мнению, я должна была избавиться от детей. Теперь он и вовсе укоренился во мнении, что Ано просто сбежал, оставив любовницу на произвол судьбы.

Мне приходится ходить на занятия, а вечером всё так же мыть подъезды в нескольких домах. Тяжело, но я выдержу. Нужно продержаться до декрета, чтобы какие-то деньги получить. А потом что? Институт бросать? На няню денег нет. Матери малышей не доверишь. Брат тоже работает. Сейчас конец мая, срок моей беременности – шесть месяцев. Рожать в конце августа. По-любому придется академический отпуск брать. Вытерла слезы руками. Нельзя плакать. Малыши это чувствуют и тоже волнуются.

Я не собираюсь их бросать. Люблю, несмотря ни на что.

Любовь – дело одно, нужно ещё постараться вырастить без мужа. Хорошо хоть крыша над головой есть и какая-то работа.

Легла на бок и погладила живот. Пинаются. Им там тесно вдвоем. В прошлом году случился бум в городе на двойню. Меня вот тоже угораздило зачать двоих. Недавно была на УЗИ. Всё хорошо. Родятся девочка и мальчик.

Где же Ано? Почему не приехал? Он с самого отъезда не был в социальной сети и на звонки не отвечает. Абонент вне зоны действия. Он сменил номер телефона? Внёс меня в чëрный список? Женился и забыл о нас?

Да, между нами не было любви, но Ано сказал, что у них детей не бросают. Неужели соврал?

Так горько и обидно, что хочется выть. Помочь некому. Отец заявил, что мои дети – моя проблема. У него своих забот полон рот. Этот престарелый ловелас снова женился и молодая жена беременна.

На следующий день я поплелась сдавать последний в этом году зачёт. Валера почему-то не пошёл на работу. Сидел на кухне взволнованный.

– Я в институт. Сдам зачëт и назад. Сегодня ещё полы мыть идти. Ты почему не на работе? – спросила я.

– А? – Валерка очнулся от своих мыслей. – Выходной у меня. Просили в субботу на смену выйти. Ты не переживай, иди куда шла, – махнул он рукой.

Я поправила лямку комбинезона для беременных и пошла в прихожую. Брат выглядел странно. Напуганный. Волосы торчат клоками. Вчера вечером он куда-то уходил и вернулся поздно ночью. Что могло случиться? И ведь не скажет ничего. Валерка всегда был скрытный. «Не твоё дело, Ал» – его любимая фраза.

Постаралась успокоиться. Нужно абстрагироваться от проблем брата. Если я сдам и этот зачёт на высший балл, мне обещали поставить экзамены автоматом, учитывая мою беременность.

Уверена в себе на все сто процентов. Память у меня всегда была хорошая. В школе почти одни пятëрки. Институт выбрала по зову сердца. Учиться было легко.

Всё вышло так, как я надеялась. Меня пропустили в аудиторию первую. Я быстро ответила на все вопросы и заслужила одобрение преподавателя Марины Сергеевны.

– Будешь брать академический? – спросила преподаватель.

– Деваться некуда. Но я обязательно вернусь, чтобы доучиться последний год.

– Я попробую договориться, чтобы тебя на заочное обучение перевели. Если не получится, тогда возьмешь академ. Позвони мне через неделю, будет какой-то результат по твоему делу.

– Спасибо, Марина Сергеевна, – улыбнулась я.

Лимарова единственный учитель, который дал мне свой телефон. Она искренне переживала за меня. Остальные только осуждающе головой качали, ну и фиг с ними.

Я доучусь обязательно и буду работать по профессии. Ни за что не стану пить, как моя мать. Мои малыши заслуживают счастливого детства.

Когда приехала домой, брата там не оказалось. Я заглянула в его комнату. Кругом разбросаны вещи, будто он что-то искал. В шкафу часть одежды отсутствовала. Спортивной сумки на месте не оказалось.

Уехал куда-то? Почему мне не сказал? Странно всё это.

Достала телефон из сумочки и начала звонить брату. Тот долго не брал трубку, потом ответил.

– Валера, ты где? – быстро спросила я.

– Уехал ненадолго. Меня в командировку послали. Это срочно. Никто не согласился, кроме меня. Тут связь пропадает, я далеко от города.

Брат отключился. Я готова материться. Слышно было в телефоне, как гудит мотор его скутера. Неужели и правда командировка? Хоть бы за продуктами сходил перед отъездом, просила же вчера помочь с покупками.

Поплелась на кухню. Заглянула в холодильник. Пусто. Посмотрела в шкафчике шкатулку. Тоже ничего. Этот гад ещё и деньги выгреб все, что я на еду ему оставила.

На банковской карте крохи, но не сидеть же голодной. Придётся идти в супермаркет самой.

Если честно, то кушать хотелось, утром я даже бутербродами не перекусила. Брат последний хлеб умял.

Когда вышла из лифта, в подъезд зашли трое парней.

– Болт, кажись, сестрёнка Вишни, – сказал один.

Второй схватил меня и прижал к себе спиной.

– Братишка дома? – раздалось над ухом.

– Нет. Он в командировку утром уехал. Честно, – промямлила я.

– Пусть он лапшу на уши вешает кому-то другому, но не нам. Передай брату, если он завтра мне бабло не вернёт, я тебе твоё пузо внутрь вдавлю, чтобы оно со стороны спины вышло. А если брат не явится, должок ты отдавать будешь. Он просрал товар, пусть заплатит.

– Ребят, у меня только тысяча рублей на карте. Я переведу, если надо, – испуганно пролепетала я.

Парни дружно расхохотались. Они были похожи на отморозков, по манере поведения, по лицу и одежде так и не скажешь, что бандиты. Хотя сейчас же не девяностые.

Тот, что стоял впереди, сверкнул передо мной выкидухой.

– Пол лимона деревянных. Если братишка не отдаст завтра, тебе даю неделю на поиски бабла. Иначе ты и твои детишки пройдёте на органы. Мне похрену, как я свой долг заберу, а это будет, не сомневайся. Идёмте, парни.

Бандюганы ушли. Я выползла на улицу мелкими шагами и села на лавочку. Дети сильно пинались в животе. Где я такие деньжищи найду?

Позвонила Валерке. Его телефон оказался выключен. Замечательно и что делать? На глаза навернулись слезы. Эмоциональное состояние и так нестабильное, а тут ещё проблемы.

Посмотрела на экран телефона. Отправлю сообщение Ано. Вдруг оно до него дойдёт?

«Здравствуй, Ано. Я понимаю, ни я, ни дети тебе не нужны. Я бы не стала больше беспокоить, но брат что-то натворил, и мне угрожает опасность. Если у тебя есть совесть, приезжай и спаси своих детей. Нам ещё и есть нечего. Сам знаешь моё положение. Мне уже рожать скоро, три месяца осталось ждать. Кстати, у меня будет мальчик и девочка. Ано, почему ты не отвечаешь на звонки? Неужели твои родители не поверили тесту ДНК, который ты им привёз», – написала я.

Удивительно, но появился значок в мессенджере, что собеседник прочитал сообщение, вот только ответа не последовало.

Глава 2

Рамиль

Я зашёл в комнату Ано. Здесь осталось всё, как при нëм. Служанка убирает пыль раз в неделю и тут чисто. На синем покрывале кровати лежит его сумка. Я забрал её из дорожной полиции и просто кинул здесь.

Из сумки вывалился сотовый, и теперь я смотрел на эту вещь с тоской. Сел на кровать, взял гаджет в руки и зачем-то включил. Будто это вернёт мне младшего брата.

Ано было всего тридцать лет, когда он погиб. Он на пять лет меня младше, но мы были очень дружны с ним. Брат делился секретами и сказал однажды: «Пароль от моего телефона – день и месяц твоего рождения, Рамиль».

Нажал на клавиатуре двадцать пять, ноль, один. Смартфон ожил.

Брат ездил в Россию по делам нашей фирмы. Потом попросил отпуск, чтобы погостить в этой стране, пока виза не кончится. Отец разрешил, но сказал, чтобы Ано был осторожнее. Ему начали подыскивать невесту.

Когда брат собрался домой, он сказал, что летит с новостями и всё расскажет дома. Он не успел нам ничего поведать. У такси внезапно отказали тормоза, и оно врезалось в дерево по дороге из аэропорта. К сожалению, и водитель, и Ано погибли на месте.

Пришли сообщения. Какая-то девушка звонила много раз. Она же только что отправила письмо в мессенджере. Я решил прочитать. Было любопытно. Что связывает Ано с именем Алëна?

«Здравствуй, Ано. Я понимаю: ни я, ни дети тебе не нужны. Я бы не стала больше беспокоить, но брат что-то натворил и мне угрожает опасность. Если у тебя есть совесть, приезжай и спаси своих детей. Нам ещё и есть нечего. Сам знаешь моё положение. Мне уже рожать скоро, три месяца осталось ждать. Кстати, у меня будет мальчик и девочка. Ано, почему ты не отвечаешь на звонки? Неужели твои родители не поверили тесту ДНК, который ты им привёз», – написала Алёна.

Что?! Как это?! У Ано в России будут дети?! Я был в глубоком шоке и не мог поверить в происходящее.

Схватил сумку, стал копаться в ней. Нашел официальный документ с печатями и подписями. Тут говорилось, что ДНК детей выделили из крови матери. Предполагаемые дети Алëны Игоревны Вишневской. Предполагаемый отец Ано Морели. Девяносто девять и девять процентов, что брат является отцом этих детей.

Как это вышло? Брат спал с девушками из других стран, неженатым же можно, но он всегда был осторожен. Даже если дамочка заявит, что пьёт таблетки, он всё равно использует презерватив. Это закон безопасности, прописанный у нас в стране, чтобы не завезти на остров венерические заболевания. Другое дело, если мужчина сам хочет ребëнка-метиса. Это не возбраняется, хотя бывает весьма редко.

Я сегодня не поехал на фирму, взял выходной. Вынул свой телефон из кармана и позвонил отцу, который был в офисе.

– Пап, ты мне срочно нужен, это важно. Приехать к тебе или сам домой поедешь? – спросил я.

– Буду минут через пять. Чувствую себя неважно, решил уехать пораньше, – ответил отец и отключился.

Я вышел во двор. Стал расхаживать у крыльца.

– Папа! – крикнул мне с детской площадки семилетний сын и помахал рукой.

Я подошёл к нему и обнял. В этом году Жордан пойдёт в школу. Жаль, Фатима этого не увидит.

Жена умерла от рака. Болезнь была стремительной. Врачи пытались её спасти, но не вышло. Пришла пора снова жениться. Год траура я выдержал, да и сыну мать нужна.

Во двор заехала машина отца. Он вышел из салона и тяжëлой поступью пошёл к нам.

– Давление поднялось. Выпил таблетку и поехал домой. Хорошо хоть водителя нанял недавно, – сказал отец. – Поезжайте домой, Грегори, вы мне сегодня уже не понадобитесь.

Грегори сел в свой автомобиль и укатил. Я пошёл вслед за отцом и остановился у крыльца.

– Что случилось, Рамиль? – спросил отец.

– Дело серьёзное, пап. Приходи в гостиную. Я пойду маму позову. Она, наверное, клумбы на заднем дворе поливает, – ответил я.

Вскоре все собрались в просторной гостиной на первом этаже. Даже сын пришёл.

Жордан сидел на своëм коврике и собирал конструктор. Мама и отец сели в кресла. Я расположился на диване напротив них.

– Помните, Ано говорил, что летит домой с новостями? – спросил я.

– Да. Жаль, он не успел ничего сказать, – вздохнула мама.

– Я сегодня зашёл в комнату брата. Включил его телефон. Будто кто-то свыше попросил меня это сделать. Девушка прислала Ано сообщение на русском. Только я и брат знаем этот язык. Сейчас переведу.

Прочëл сообщение Алëны. Потом достал из кармана сложенный лист бумаги и перевёл его.

Отец протянул руку, и я подал ему бумагу.

– Печати, как настоящие. Не думаю, что Ано вëз бы сюда подделку. Если он сдал материал на тест ДНК, то позаботился о том, чтобы всё было честно. Я верю, это его дети.

– Пап, Ано сам мне говорил, что всегда предохраняется. Как это могло случиться? Откуда дети?

– Открою секрет. Розу мы с твоей мамой зачали случайно. Презерватив порвался. После этого случая Малика начала пить таблетки, – ответил отец.

Роза была моя сестра-погодка. Она давно замужем и живёт в другой семье.

– Что будем делать, пап? – спросил я взволнованно.

– Закон един для всех. Дети, рождённые от альхайхорца, должны проживать на острове. Особенно это касается девочек. В других странах царит разврат. Спят до свадьбы, иногда и не с одним мужчиной. Детей надо забирать, – строгим тоном ответил отец.

– Алëна их не отдаст, пап. Я мог бы дать ей денег, чтобы девушка жила до родов нормально. Переселить её в другой город и снять ей там жильё тоже не проблема. Опека не отдаст детей нам даже на основании результата ДНК. Я дядя. Вы дедушка и бабушка. Она мать, у которой в России приоритетное положение. Если она нормальная, то по суду детей оставят с ней. У нас ещё закрытая страна и это огромный минус, – поведал я.

– Её нужно спасать прямо сейчас, как она пишет. Вылетай ближайшим самолётом. Не важно, действительно ей угрожает опасность или это блеф, дети Ано будут жить рядом с нами. Ты женишься на ней и притащишь сюда. Делай, что хочешь, Рамиль, но мои внуки должны родиться на Альхайхоре, – голос отца был взволнованный, но не терпящий возражения.

Я и сам понимал, что девушку нужно везти сюда. Если мы в итоге не понравимся друг другу, я всегда могу взять вторую жену.

– Отец прав. Как бы ни было, вези девушку сюда, – поддержала мама.

Я уже смотрел с телефона билеты на рейс в Россию из столицы.

– Есть одно место на сегодняшний самолёт. Вылет через четыре часа. Покупаю билет. Успею на самолёт.

– Хорошо. Держи нас в курсе событий, сынок, – улыбнулся папа. – Поверить не могу, кровь моего Ано всё же продолжится в его детях. Слава Всевышнему.

– Слава Всевышнему, Ильсар. Это просто чудесная новость. Ано уже не вернуть, но он успел оставить после себя потомство, – довольным тоном сказала мама.

Я пошёл собирать вещи. Быстро покидал в спортивную сумку сменную одежду. Потом перенëс в свой телефон номер Алëны.

Через полчаса я уже ехал на такси в аэропорт Барясхора. Повезло, в единственном внутреннем аэропорту города был сегодня рейс. Они не каждый день, и вылетают самолеты небольшой вместимости. Туристам вглубь страны нельзя, а на курорте свой аэропорт, куда прибывают рейсы ежедневно.

«Алëна, здравствуйте. Меня зовут Рамиль Морели. Я брат Ано Морели. Сожалею, что поздно узнал о вас. Уже вылетаю к вам. Через пятнадцать часов буду в Москве. Напишите свой адрес».

«Почему Ано не может приехать?» – быстро пришёл ответ.

«Ано погиб, когда ехал из аэропорта домой. Он вас не бросил, просто не успел нам ничего рассказать. Не бойтесь, Алёна. Я вам помогу. Адрес», – написал я, чувствуя, что в моём сообщении куча ошибок.

Девушка всё же дала ответ. Теперь я могу поехать к ней. Вот и отлично. Сейчас ещё партнëра по бизнесу подключу. Пусть наймёт мне ребят в качестве охраны.

Глава 3

Алëна

Я уже ни на что не надеялась, когда неожиданно в мой мессенджер пришло сообщение с незнакомого номера.

«Алëна, здравствуйте. Меня зовут Рамиль Морели. Я брат Ано Морели. Сожалею, что поздно узнал о вас. Уже вылетаю к вам. Через пятнадцать часов буду в Москве. Напишите свой адрес».

«Почему Ано не может приехать?» – быстро написала я.

«Ано погиб, когда ехал из аэропорта домой. Он вас не бросил, просто не успел нам ничего рассказать. Не бойтесь, Алёна. Я вам помогу. Адрес», – ответил незнакомец.

В тексте оказалась куча ошибок. Возможно, это действительно иностранец, потому что номер начинается не с плюс семь, как в России. Скорее всего этот Рамиль прочëл моё сообщение, которое было для Ано. Я решила рискнуть и написала адрес. Из двух зол нужно выбирать меньшее, а брат Ано мне пока агрессивным не показался.

Тут же пришло понимание, что я идиотка. Как можно судить о человеке по парочке смс? Я его никогда не видела. Ано когда-то рассказывал, что у него есть старший брат, но я даже не знаю, как его зовут.

Осталось подождать пятнадцать часов, в крайнем случае ещё несколько, пока мужчина доберётся из аэропорта до моего дома.

Завтра никуда не пойду. Последний зачёт сдала и меня освободили от занятий. К тому же суббота и на работу идти не надо.

Я вздохнула, встала с дивана и заставила себя идти мыть полы. Если жильцы пожалуются на грязь, мне влетит. И так в последний месяц разрешили два раза в неделю приходить. Я разделила всё на пять дней, чтобы не так тяжело было. Каждый раз по восемь подъездов. Тяжело уже работать, а куда деваться, декретные нужны. Этот Рамиль может деньгами не помочь.

Вечером я уставшая сидела на кухне и пила чай с подругой. Та выслушала мои откровения, качая головой.

– Твой братишка наконец-таки вляпался. Я даже больше, чем ты, знаю. Отец рассказал. Твоей брат в розыске за перевоз наркотиков.

– Как это? – я была в шоке.

– Молча. Ты же знаешь, что отец в полиции служит. Он скинул большой пакет со «снежком» и успел сбежать. Глянули по камерам и сделали фото. Отец увидел его и узнал твоего брата. Папа просил тебе передать, чтобы ты не глупила и, как только брат позвонит или появится, сообщила в полицию, – ответила подруга.

– Только этого не хватает. Теперь бандиты с меня бабки трясут. Ещё брат Ано едет. Я ему адрес дала, – сказала я дрожащими губами.

Подруга откусила печенье и нахмурилась.

– Я бы не стала доверять кому попало. Этот чувак может и брат Ано, но ты уверена на сто процентов, что это так? – наставительно произнесла подруга.

– Уверена или нет, мне помощь нужна, – заявила я.

Ритка учится со мной на одном факультете и по счастью мы живем в соседних домах. Подруга всегда была рассудительной. В отличие от меня, она редко поддаëтся эмоциям и всегда трезво мыслит. Возможно, сказалось воспитание. Мама у неё врач, а отец служит в полиции.

Мы ещё немного поболтали с Риткой, и она ушла. Я легла спать. Тревога не давала покоя. Похоже, на этот раз брат вляпался по-крупному.

Насколько по-крупному, я узнала утром, когда квартиру наводнили полицейские. К нам пришли с обыском. Хорошо, что с ними дядя Женя, отец Ритки, напросился специально.

– Не бойся. Я рядом. Тебе сейчас нельзя волноваться, – мужчина присел ко мне на диван и обнял за плечи.

– Дядь Жень, что грозит Валерке? – спросила я взволнованно.

– Ничего пока сказать не могу. Это суд решит. Выловили пакет. Он недалеко в ливневку упал. Там на особо крупный тянет. Так как парень судим не был, могут хорошо скостить. Есть крошечный шанс на условный срок. Я его предупреждал, чтобы завязывал с дурью. Жалел. Дожалелся, блин.

Дядя Женя был добродушным человеком. Он мне нравился. Пришёл, чтобы меня поддержать, хотя был не обязан и служил в другом отделе.

При нём оперативники действовали аккуратно. Вещи не раскидывали, не грубили. Понятые стали подписывать бумаги. У одного из мужчин зазвонил телефон, потом он подошёл к нам.

– Товарищ майор, ничего не нашли. Сейчас сообщил дежурный, что Вишневский арестован. Его везут к нам.

– Хорошо. Можно уходить. Алён, если что, звони напрямую мне. Надеюсь, Валера сдаст подельников, и они не смогут тебе навредить. Я пойду, – сказал дядя Женя.

– Спасибо, что потратили на меня свой выходной. Надеюсь, их скоро поймают.

Проводила всех за двери и пошла готовить. Было обидно, что я от страха толком не запомнила рожи бандитов. Даже фоторобот не составить. По тем приметам, которые удалось вспомнить, можно каждого второго в полицию тащить.

Дядя Женя посоветовал несколько дней сидеть дома и никому не открывать. Бабушка в своё время поставила железные двери с хорошими замками. Пока их вскроют, успеют приехать патрульные или дядя Женя примчится, если будет дома.

К вечеру заявилось несколько парней. Я видела их в глазок.

– Открывай, сучка! Мы видели тебя в окно! Бабло приготовила?! – крикнул один из парней, тарабаня кулаком в дверь.

– Я сейчас в полицию позвоню! Валерка уже там и вас загребут! – сказала я, тоже переходя на крик.

Соседи мне не помогут. Нужно звонить. Стала судорожно искать в телефонной книге номер дяди Жени.

– Вам что тут надо?! – вдруг раздался гневный голос.

Я снова посмотрела в глазок. На площадке кроме двух бандитов стояли ещё трое человек. Один из них был в чëрном костюме, остальные в синих рубашках и джинсах.

– Мы к другу пришли, а его дома нет. Сестрёнка сказала, он в отъезде. Пожалуй пойдём, – протараторил один из парней и быстро забежал в открывшийся лифт.

Кто-то спугнул бандитов, но кто? Я на цыпочках отошла от двери и направилась на кухню. Притворюсь, что меня нет дома. Как назло, зазвонил телефон. На экране высветилось «Рамиль». Я поспешила ответить.

– Я у твоих дверей, открывай, Альёна, – сказал в трубку мужчина, после буквы л в моëм имени он добавил мягкий знак.

Я поколебалась. Открывать или нет? Почему-то молчала в трубку. Было страшно не меньше, чем когда уроды в двери ломились.

– Альёна, ты меня слышишь? Ты в безопасности. Никто из нас не причинит тебе вреда.

Поплелась назад, открыла дверь. Мужчины вошли в нашу крошечную прихожую и заняли всё пространство. Двое были молодыми, не больше тридцати лет на вид. Тот, что в костюме, на вскидку лет на пять старше.

– Здравствуйте, – промямлила я.

– Здравствуй. Меня зовут Рамиль. Это Виктор и Егор. Парни местные, моя временная охрана. Собирай необходимые вещи. Нужно уехать отсюда, – сказал тот, что в костюме, именно он оказался братом Ано.

– Как это уезжать? Куда? Я должна позвонить знакомому полицейскому, – затараторила я.

– Хочешь, чтобы я тебе помог, никуда звонить не будешь. Или едешь со мной на съёмную квартиру, или до свидания, – заявил Рамиль.

– Я не могу так! Вижу вас в первый раз в жизни и прямо сейчас должна ехать? – возмущенно спросила я.

– Вить, принеси мою сумку из багажника. Егор, позвони риэлтору и скажи, чтобы не приезжал на квартиру. Если девушка не хочет ехать с нами, то мы останемся тут, – на ломаном русском приказал Рамиль.

– Как это останетесь у меня? Жить? – я была в шоке.

– Да, но не долго.

Рамиль снял туфли, спросил, где уборная и исчез за дверью. Витя принёс спортивную сумку.

Вскоре парни без зазрения совести прошли в комнату, которая принадлежала брату. Сели на диван. Я хлопала глазами и ничего не могла сказать.

– Тут спишь ты? – раздалось над ухом.

– Нет, это комната брата, – промямлила я. – Мы её в редких случаях как гостиную используем.

– Хорошо. Тогда идём к тебе. Поговорим.

Рамиль пошёл вперёд. Было такое впечатление, что это он тут хозяин, а я просто пришла в гости.

Я уставилась в спину мужчины. Высокий, стройный и красивый. Он слегка похож на Ано. По поведению и взгляду было видно, что он привык повелевать.

Скорее всего это так, потому что одежда на нём весьма дорогая. Я не особо разбираюсь в брендах, но дешевизну от дорогого костюма отличить могу.

– Присаживайтесь, – я указала мужчине на одно из кресел, сама села во второе. – Простите, я не предложила чаю.

– Потом закажем еду в ресторане. Давай сначала поговорим. Расскажи, как получилось, что ты забеременела от моего брата? Как вы вообще встретились.

Я сглотнула нервно и начала говорить.

Глава 4

Рамиль

Миша Горин, наш партнëр по бизнесу, прислал ко мне двух парней из своей службы безопасности. Я им должен заплатить за работу, помимо того оклада, который они получают на его фирме.

Это хорошо, что люди свои, проверенные. Уже встречался с ними в прошлом. Парни спортивные, владеют боевыми искусствами, имеют разрешение на ношение оружия.

С риэлтором Миша тоже договорился, тот должен подъехать на квартиру, забрать деньги за аренду и передать ключи.

Я думал, что особых сюрпризов не будет, но они начались уже у квартиры девушки. В подъезд мы попали запросто, домофон был сломан. У дверей Алёны орали какие-то придурки и ломились в дверь.

Судя по их быстрому оправданию и бегству, я понял: это именно те люди, которые ей угрожают. Алёна не сразу открыла дверь, а когда это произошло, она выглядела испуганно.

На съёмную квартиру девушка ехать отказалась, приведя разумные доводы. Пришлось отменить встречу с риэлтором и остаться у неё. Парни расположились в одной комнате, а мы с Аленой в другой.

Тут были: кровать, стол и шкаф. Два кресла. Одно компьютерное, а другое обычное, в которое девушка предложила присесть мне. Сама она расположилась напротив.

Я видел, как девушка нервничает, закусывает нижнюю губу и явно меня боится. Она извинилась, что не предложила чаю.

– Потом закажем еду в ресторане. Давай сначала поговорим. Расскажи, как получилось, что ты забеременела от моего брата? Как вы вообще встретились? – спросил я.

Девушка начала нервно и сбивчиво говорить:

– У подруги был день рождения. Она пригласила в бар. Там ко мне подошёл Ано и предложил познакомиться. У нас завертелось. Я знала, что он тут в командировке и ни на что не рассчитывала. Мне просто было хорошо с ним. А потом в один из моих самых опасных дней у него порвался презерватив. Я думала, пронесёт, но оказалось, что нет. Ано поначалу разозлился, думал, что я таким образом пытаюсь его женить на себе, несмотря на то, что у него на родине невеста. Поверьте мне, я не специально. И замуж я за него не хотела. Потом он узнал, что дети его. Уехал, но сказал, что вернётся.

– Сожалею, брат действительно погиб. Он не успел нам о вас рассказать. Если бы я сегодня случайно не включил его телефон, так бы ничего и не было. Его карту не отключили ещё. Это происходит, когда со дня смерти исполняется полгода. Теперь рассказывай о тех придурках, что сюда ломились. Ещё мне интересно, почему родители о тебе не позаботились?

Девушка опустила глаза. Было видно, как ей стыдно, и я вскоре понял почему.

Отец их с братом бросил в раннем детстве и не признаëт. Мать долгие годы пьёт. Алёна и Валера воспитывались частично в детском доме, частично покойной бабушкой.

Мне пришлось даже переспросить, что такое детский дом, и я ужаснулся. Как такое возможно? История с братом тоже повергла в шок.

У нас на острове не бросают детей, даже если погибли оба родителя, что бывает крайне редко. Малышей забирают дедушка и бабушка или дядя и тëтя. С кем будут жить сироты, решается на большом семейном совете.

Спиртное на острове запрещено продавать, как и сигареты. Про наркотики вообще речи не идёт. За такое сразу смертная казнь.

После рассказа девушки я осознал, что не зря наши забирают детей-полукровок на остров. Ни один альхайхорец не захочет такой участи, как у Алёны и брата. Ни одна семья на острове не допустит, чтобы дочь спала с мужчиной до свадьбы.

Девушка вздрогнула. Я поднял её голову за подбородок и понял, что она плачет.

– Не расстраивайся. Я здесь, чтобы помочь тебе и детям, – ласково сказал я.

– Как? Отдадите деньги бандитам? Полмиллиона российских рублей это много, – всхлипнула она.

– Проблемы твоего брата меня мало волнуют. Пусть расплачивается с бандитами как хочет. На острове тем, кто торгует наркотиками, быстро устроили бы суд, а потом смертную казнь. У нас жëсткие законы и мало кто хочет их нарушать. Поэтому и тюрем нет. Полиция есть, но она дорожная. Расследуют аварии, которых тоже крайне мало, – строгим тоном ответил я.

– Я хорошо училась в школе и отлично говорю на английском языке. Если хотите, можно общаться на нём. Ано говорил, вы его учите с детства наравне с местным.

– Хорошо, – я перешёл на английский. – сейчас попрошу кого-то из ребят заказать для нас еду. Со мной можно разговаривать на «ты».

Я встал с кресла. Девушка осторожно поднялась со своего места и пошла на выход.

– Постой, Рамиль, ты говоришь, что не намерен отдавать долги моего брата. Как тогда нас спасёшь? Что будет со мной и детьми? – всхлипнула она.

– Всё будет хорошо. Я заберу тебя с собой, – ответил я.

– Как это? Я никуда не поеду. Мне рожать скоро, – возмутилась она.

Началось. Ничего, поедет как миленькая.

Алёна

Мне пришлось всё рассказать. Рамиль слушал и почти не перебивал. Его лицо становилось задумчивым и строгим. В конце он заявил, что проблемы моего брата его не волнуют. Интересно, а как он нам поможет? Если этих бандитов посадят, могут прийти другие и потребовать деньги. Я осмелилась спросить об этом Рамиля, когда выходила из комнаты.

– Постой, Рамиль, ты говоришь, что не намерен отдавать долги моего брата. Как тогда нас спасёшь? Что будет со мной и детьми?

– Всё будет хорошо. Я заберу тебя с собой, – ответил он.

– Как это? Я никуда не поеду. Мне рожать скоро, – я была в шоке.

Как он меня заберет? Беременность на большом сроке. Детей двое. Можно ли мне вообще летать?

Я повернулась к нему и заглянула в глаза. Он был совершенно спокоен, будто давно всё решено, а меня спросить забыли.

– Это необходимо. Ты улетишь на остров, пока тут всё не уляжется. Будешь рожать в нашей клинике, где оборудование по последнему слову мировой техники. Я мог бы оплатить роды тут, в частной клинике, но не доверяю местным врачам. Потом я и родители обеспечим тебя и детей до конца жизни. Вы не будете ни в чëм нуждаться.

Рамиль зашёл в комнату, где сидели парни. Попросил заказать еду за свой счёт, а он отдаст наличными. Егор спросил меня, что я буду. Ответила, что мне всё равно.

На стене висела фотография бабушки. Я взглянула на неё и мысленно попросила прощение за то, что происходит. На самом деле я хотела бы помочь брату, но не знаю как. Платить за него бандитам не вариант. Я знаю характер Валерки, он воспримет такое как должное и примется за старое. Уже проверено и не один раз.

Прошла на кухню. Поставила чайник на плиту. Потом встала у окна. Двор заполонили дети и мамочки с колясками. Жара к вечеру немного спала, самое время выйти на прогулку.

Рамиль встал рядом. Он оказался выше меня на целую голову. Почему-то рядом с ним было как-то тревожно.

– Я не могу тебе всецело доверять. Мы знакомы от силы час, а уже нужно куда-то ехать с тобой, – произнесла я взволнованно.

– Вот доказательство, что я тот, за кого себя выдаю. Паспорт международного образца, он даёт право ездить по миру. Прочти имя и фамилию. А это справка, которую Ано вёз к нам.

Рамиль достал из внутреннего кармана пиджака документы и подал мне. Я внимательно посмотрела паспорт и, конечно, узнала результат теста, который забрал Ано на родину. Только от него Рамиль мог получить этот документ или найти в его вещах, как он и сказал.

Отдала всё назад. Убедилась, что это действительно брат Ано, только почему всё равно так тревожно?

– Алёна, сейчас у меня на родине ночь. Завтра утром я свяжусь с родителями по видеосвязи, и вы сможете поговорить. Поверь мне, наша семья не хочет тебе ничего плохого. Несмотря на то, что мы богаты, никто не собирается разлучать тебя с детьми. Малышам нужна мама, мы это понимаем. Пожалуйста, позволь нам позаботиться о тебе и детях вместо Ано, – начал заверять меня Рамиль.

– Ано говорил, что ему подыскивают невесту на родине и он женится только на своей девушке, – вздохнула я.

– Это так. Браки с другими народами у нас очень редки, но они есть. За последние лет пять я знаю только два случая. Один у нас, в Барясхоре. Девушка тоже из России. И всё равно если бы брат женился не на тебе, детей он бы ни за что не бросил. У нас такое запрещено. Нет этих ваших детских домов. Сирот воспитывает родня. Я не стану тебя больше уговаривать. Пообщаешься с родителями и примешь решение.

– Хорошо. Я обещаю подумать над твоим предложением уехать, – ответила я вежливо.

Чайник вскипел. Я подошла к плите. Присутствие чужих людей в доме напрягало, но они хотя бы не угрожают мне.

Глава 5

Рамиль

Дома я не нуждаюсь в охране, но здесь ребята со мной двадцать четыре на семь. Они легли спать на диване, мне в этой же комнате разложили кресло-кровать. Немного неудобно, но я не привередливый.

Утром встал раньше всех, умылся и пошёл на кухню. Позвонил отцу. Тот ждал моего звонка и ответил быстро. Я вкратце обрисовал ситуацию.

– Пап, она мне не доверяет и по логике вещей правильно делает. Я бы на её месте тоже никуда не поехал с человеком, которого впервые в жизни вижу.

– Да, девушка поступает верно, я тут даже спорить не буду, но судя по твоему расскажу, ей действительно нужно помочь. В таких условиях, как у неё, мы не можем оставить детей. Брат наркоман, мать алкоголичка. Ни для кого не секрет, что дети алкоголиков рано или поздно могут пойти по их стопам. В России же доступ к спиртному и сигаретам не ограничен, – сказал отец.

– И не только к спиртному, пап, тут курят все. Абсолютно. Даже дети, – ответил я.

Мы с отцом специально разговаривали на айхо, поэтому я не боялся, что меня поймут другие.

– Как это курят дети? Что ты несëшь? – удивился отец.

– Здесь есть запрет на курение в общественных местах, но его никто не соблюдает. Смолят на остановках и даже детских площадках. Мамочки качают коляску и невольно заставляя детей вдыхать эту дрянь. Они же не заботятся, куда дым идёт. Это называется пассивное курение. Квартира Алëны настолько прокурена, что табачный дым в стены въелся. Я чуть не задохнулся, когда зашёл к ней. Обещал, что позвоню вам по видеосвязи. Пап, осторожнее в словах. Уговаривайте её, но так, чтобы она ничего не поняла, – поведал я.

– Хорошо. Я подготовлю сейчас маму, – ответил отец.

– Как ты сходил в администрацию, пап?

– Приняли меня сразу, но новости не очень утешительные. Ты не сможешь прилететь прямым рейсом в Барясхор. Алёна не гражданка Альхайхора и не полукровка. Даже если бы она была дочерью кого-то из наших мужчин, её бы не пустили, потому что она уже не девственница, – ответил отец.

– А как же дети Ано, пап? – удивился я.

– Дети не рождены ещё. По нашему закону мы должны дождаться родов, забрать у неё детей и привезти сюда. Либо мужчина женится, но берёт второй женой. Ты вдовец, поэтому препятствия для брака нет. Чиновник сказал: ты должен взять её в жёны по закону России и со свидетельством о браке обратиться в администрацию Каразана. Девушка подпишет там согласие на въезд в страну, брак с тобой и отказ от гражданства России. Так же подпишет документ на получение нового паспорта с другим именем. Перед посещением администрации ты должен взять справку о её здоровье в местной клинике. Напиши мне потом, когда прилетаешь. Я приеду за вами в Каразан на машине.

– Я понял тебя, пап. Всё сделаю. Ваша задача – уговорить девушку поехать со мной. Алена свободно говорит на английском языке. Отключаюсь, пап. Она встала.

Я сбросил вызов, услышав шум. Охрана уже умывалась, а вот Алёна ещё спала. Теперь она вышла на кухню.

– Доброе утро. Я сейчас приведу себя в порядок и приготовлю завтрак. Рисовая каша на молоке пойдёт? – произнесла девушка, но каким-то взволнованным тоном.

– Доброе утро. Не переживай, я не привередлив в еде, – улыбнулся я.

На кухню зашла охрана, мы поздоровались. Я предложил парням уйти в комнату и не путаться у хозяйки дома под ногами.

Алёна.

Я проснулась от того, что захотелось в туалет. Надела халат, открыла дверь и услышала необычную речь. Сразу стало неуютно. Мой дом наводнили посторонние мужчины.

С одной стороны, это хорошо, с другой – я не привыкла к такому. Когда была жива бабушка, она запрещала водить в дом толпы друзей. После её смерти я отвоевала у брата право жить в тишине. Он мог позвать друга или даже несколько, но это знакомые мне люди. Шумных вечеринок и гулянок в квартире не было. Я тоже соблюдала эти правила. Хочешь повеселиться с девчонками – иди в недорогой бар или кафе. У Ритиной семьи дача и мы можем тусить там.

Теперь в моëм жилище звучит иностранная речь и это слегка пугает. Всему виной то, что Рамиль мне кажется странным. Молчаливый, строгий, с властными нотками в голосе.

Когда ели вчера на кухне, он не проронил ни слова. Я задала вопрос, а он посмотрел на меня осуждающе.

– Все важные разговоры после еды, Алёна, – ответил Рамиль резко.

И всё же мужчина был максимально корректен и вежлив. Ни одного плохого слова в свой адрес я не услышала.

Вышла на кухню. Рамиль сидел на стуле у окна. Я спросила, можно ли приготовить рисовую кашу на молоке. Оказалось, мой гость непривередлив в еде.

Тут пришла охрана, мы поздоровались, и я ушла в уборную, уже с трудом терпела, нужно поторопиться.

Вскоре все сидели за столом. Рамиль по обыкновению молчал. Охрана тоже не стремилась заводить беседы. Я сравнила братьев и поняла, что Ано мне казался немного другим. Возможно, из-за того, что мы ели в кафе, а там обстановка располагает к беседе. В моей квартире любовник никогда не был. Встречались только в гостинице или ресторанчике.

На Рамиля мне удалось взглянуть по-другому. Он вëл себя почти как дома. Надел рубашку с коротким рукавом и джинсы. Со мной разговаривал так, будто я член его семьи, а он вовсе не в гостях.

После завтрака охрана удалилась в комнату брата. Было слышно, что они включили телевизор. Мы с Рамилем остались на кухне.

Мужчина включил свой телефон, потыкал пальцем по экрану. Раздалась непонятная мне речь. Говорила женщина.

Рамиль пересел на соседний со мной стул и показал экран. Я увидела симпатичных пожилых мужчину и женщину. В крошечном окошке сверху появилось моё изображение.

– Пап, мам, знакомьтесь. Это – Алёна. Маму зовут Малика. Папу Ильсар.

– Здравствуйте, – сказала я вежливо.

– Здравствуй, доченька. Как же мы рады тебя видеть, – улыбнулась Малика.

– Здравствуй, дочка, приятно познакомиться. Мы с женой рады, что после нашего Ано останется след на этой земле, – Ильсар тоже улыбался.

– Мне тоже приятно с вами познакомиться. Не думала, что вы примете меня и детей, – смутилась я оттого, что они меня дочкой называют.

– Как иначе, дочка. Ты носишь внуков нашего Ано. Приезжай к нам. Тут хороший чистый воздух, прекрасная медицина. Всё будет только для тебя, – сахарным голосом сказал Ильсар.

– Мы тебя ждём, милая. Я помогу во всём первое время. Одной тяжело будет с двумя крохами. У нас большой дом. Есть детская площадка во дворе, – начала уговаривать Малика.

– Как-то неудобно. Да и ехать к незнакомым людям страшно, – сказала я.

– Почему к незнакомым? Мы с тобой не чужие люди. Ты носишь наших внуков. Вот сейчас познакомились с тобой. Жили бы рядом, обязательно приехали бы, – продолжил уговаривать Ильсар.

– Хорошо, я обещаю подумать. Мне ещё нужно с гинекологом посоветоваться. Вдруг мне нельзя летать на самолёте на таком сроке. Мне как раз завтра к врачу, – ответила я.

– Вот и славно. Ждём тебя, милая. Поверь, рожать у нас будет самым лучшим решением. А уж мы с Ильсаром постараемся, купим всё для деток. Кроватки, коляску – всё, что твоей душе приглянëтся. Ты, наверное, сейчас думаешь, что мы потом у тебя детей заберём, ведь богатым всё можно. Это не так. Никто их не будет лишать мамы. Сыну Рамиля семь лет. Невестка умерла, к сожалению. Мы видим, как внуку тяжело без матери. Я пытаюсь её заменить, но это не то, – ласково произнесла Малика.

– Пора заканчивать разговор. Нам нужно сходить за продуктами. У Алёны холодильник пустой. Троим здоровым мужикам есть нечего, – вежливо сказал Рамиль.

Мы тепло попрощались, и связь прервалась.

Первое впечатление о родителях Рамиля осталось хорошее. Они даже взглядом не показали, что им неприятно общение со мной, наоборот, упрашивали меня приехать. Стоит действительно спросить у врача о перелёте. Если есть выбор, рожать здесь или за границей, я выберу второе.

– Теперь ты видишь, что родители тебя ждут? Подумай как следует. Мы не хотим ничего плохого. Для деток Ано будет всё самое лучшее. Алëна, я понимаю, тебя страшит неизвестность, но ты сейчас не о себе должна думать, а о малышах, – на этот раз голос Рамиля был ласковым.

– Обещаю серьёзно подумать, но завтра. Я ничего не могу решать без вердикта гинеколога. Если она скажет, что лететь опасно, останусь тут, – решительно заявила я.

– Хорошо. Пойдём в супермаркет. Нам действительно нужно купить еды, – улыбнулся Рамиль.

Глава 6

Алёна

После завтрака я отправилась в больницу, но не одна. Со мной собрались Рамиль и охрана. Как только мы вышли во двор, ко мне подошёл мужчина в форме полицейского.

– Здравствуйте. Вы Алëна Игоревна Вишневская? – спросил он вежливо.

– Здравствуйте. Да, – с недоумением ответила я.

– Следователь Романенко Леонид Константинович. Могу я вам задать несколько вопросов? – мужчина показал документы.

– Конечно.

– Ваш брат утверждает, что вы знали о его зависимости и преступной деятельности, и покрывали всё. Так ли это?

– Алёна Игоревна не будет отвечать на такие вопросы без своего адвоката. Если нужно, господин Романенко, вызывайте нас повесткой, мы придём с адвокатом, – сказал Егор.

Я хотела ответить, что ничего не знала, но охранник выступил вперёд.

– А вы кто такие? Или на этот вопрос мне тоже нужно присутствие адвоката? – спросил Романенко строгим тоном.

– Мы охрана гражданина Альхайхора Рамиля Морели, – ответил Егор.

– Я отец детей госпожи Вишневской. Если это всё, то для дальнейшего разговора вызывайте девушку повесткой, – вставил своё слово Рамиль. – Она же не под следствием?

– Пока нет. Мы вызовем госпожу Вишневскую повесткой. Простите за беспокойство, господин Морели, – отчеканил Романенко и ушёл.

Неужели брат мог такое сделать? Сам попал в неприятности, ещё и меня туда тянет. Вот же сволочь. Да, знала, что он употребляет, но это всё.

– Никакую преступную деятельность Валерки я не покрывала. Вы мне верите? – спросила я, когда мы все сели в автомобиль одного из охранников.

– Верю, Алёна, не переживай, – ласково сказал Рамиль. – Егор, ты же раньше служил в органах. Какова вероятность, что её приплетут к делу брата?

Егор сидел впереди, он обернулся к нам.

– Если по-честному, то смотря какой следователь этот Романенко. Пожалеет и она останется свидетелем. Валерий же с ней в одной квартире проживал. Если следак захочет выслужиться и получить премию, будет тащить Алëну прицепом за братом. Раскрыли преступную ячейку, брат и сестра торговали наркотиками. Не думаю, что ей дадут реальный срок из-за беременности, но даже условник портит репутацию нехило, – ответил Егор.

– Что делать? – спросил Рамиль.

– Пока она не оформила подписку о невыезде, может передвигаться, где хочет. Советую, как можно скорее увезти Алёну отсюда.

Я была в шоке от происходящего. Слышала много раз, как сажали людей ни за что. На ютубе таких роликов полно.

– Надо позвонить дяде Жене. Он полковник полиции и поможет, – я достала телефон из сумочки.

– Если мне не веришь, можешь звонить, – усмехнулся Егор.

– Не надо, – Рамиль отобрал у меня телефон. – Зачем лишний раз привлекать внимание. Моя семья здесь сотрудничает с очень известным предпринимателем. Думаешь, он или я хотим, чтобы нас впутывали в эти дрязги с наркотиками? А если до моей родины дойдут слухи? Я и без того подставился, назвав себя отцом твоих детей.

Голос Рамиля был строгим и не терпящим возражения. Я вспомнила, что он говорил о законе на острове. За наркотики только смертная казнь.

– Что тогда делать? – испуганно пролепетала я.

– Узнавать, можно ли тебе улететь. Зачем ввязываться в это и просить у кого-то помощи? Твой знакомый попытается помочь, я не сомневаюсь. Сможет ли? Не проще поступить, как говорит Егор? Пока нет подписки о невыезде, просто уехать. Этим ты спасёшь детей. Сейчас же стресс начнётся из-за допросов, а тебе нельзя волноваться.

– Хорошо. Я тебя поняла.

Доводы Рамиля показались мне верными. Чем бодаться с системой, лучше от греха свалить из страны. Вернусь, когда малыши чуть подрастут. За это время тут всё уляжется.

Мы приехали в клинику. Мужчины не остались в машине. Они всё так же меня сопровождали. Женщины пялились на нас с любопытством, отчего я чувствовала себя неуютно.

Заняла очередь ко врачу. Хорошо хоть тут только две беременные девушки сидели и одна из них зашла в кабинет через минуту после нашего появления.

– Алёна, давай договоримся. Ты везде говоришь, что я отец твоих детей. Так будет удобнее, – сказал Рамиль на английском языке.

– Хорошо, – пожала плечами я.

Какая теперь разница. Ано всё равно нет в живых. Хорошо хоть Рамиль согласился о нас позаботиться.

Наконец-то пришла моя очередь заходить в кабинет. К удивлению, со мной зашёл Рамиль. Мы поздоровались.

– Здравствуйте. Мужчина, подождите за дверью, – строго сказала Ирина Петровна.

Моя гинеколог пожилая строгая женщина с огромным опытом работы. Я в своё время была рада, что мою беременность будет наблюдать именно она. Мне всегда казалось, что такую властную особу должны все слушаться.

Рамиль только усмехнулся. Сел на стул у стола.

– Я отец её детей. Хочу знать всё о здоровье Алёны и малышей. Скажите, можно ей летать на самолёте или нет? Девушка будет рожать за границей.

Врач округлила глаза, поняв, что перед ней иностранец и не стала больше выгонять. Она велела мне встать на весы, потом лечь на кушетку.

Ирина Петровна послушала сердцебиение малышей и ушла за стол.

Я села на кушетке. Хлопала глазами от происходящего. Рамиль заявил всё так, будто мои роды за границей дело решëнное. Возможно, в сложившейся ситуации это выход. С одной стороны, меня прессуют бандиты, с другой – полиция привязалась.

– Анализы хорошие пришли. Гемоглобин мы подняли до нормы. В целом состояние Алëны Игоревны и малышей отличное. Имейте в виду, если вы решились рожать за рубежом, то нужно вылетать заранее. У неё двойня и на крайнем сроке не рекомендуются перелëты. Впрочем, у нас прекрасная медицина… – говорила врач.

– Простите, уважаемая, – вежливо перебил Рамиль. – Верю, что у вас хорошая медицина и всё прочее, но я хочу увезти свою девушку к себе домой. Меня интересует только один вопрос, можно ей сейчас лететь или нет?

– Сейчас можно. Через месяц я бы уже не советовала. Для перелёта ей понадобится справка, что девушке ничего не угрожает в плане здоровья, – ответила гинеколог со вздохом, одновременно она что-то писала в моей карте.

– Отлично. Тогда нам нужна такая справка и выписка из её медицинской карты на английском языке со всеми анализами. Завтра я заеду за документами. Вот вам вознаграждение за скорость, – Рамиль положил на стол две пятитысячные купюры.

Я раскрыла глаза от шока. Ирина засунула деньги к себе в карман.

– Я работаю с двух часов дня. Приезжайте к этому времени. Документы будут готовы. Можете идти. Хороших родов, Алёна Игоревна.

– Спасибо. До свидания.

Я первая ринулась из кабинета и понеслась по коридору на выход. Выбежала во двор и несколько раз сжала руки в кулаки от возмущения. Рамиль и охрана быстро вышли за мной.

– Ты соображаешь, что ты творишь? Тебе без охраны шагу ступить нельзя, а ты несëшься на улицу одна, – ледяным тоном произнёс Рамиль, подходя ко мне вплотную.

– А ты соображаешь, что делаешь? Заявил врачу, что я обязательно буду рожать за рубежом. Попросил у неё справки. Я обещала подумать над переездом, но ещё ничего не решила, – ответила гневно, жестикулируя руками.

Подошла к автомобилю и забралась на заднее сиденье. Рамиль плюхнулся рядом, закрыл дверь. Охрана осталась снаружи.

– Я не понимаю, Алёна, что ты от меня хочешь? Ты написала Ано и попросила помощи. Я откликнулся на зов вместо него, хотя не обязан был. Просто у нас своих малышей не бросают. Прилетел я и что вижу? У тебя действительно проблемы. Бандиты требуют денег. Окей. Ты мне что предлагаешь, заплатить полмиллиона за твоего брата-преступника, которого я знать не знаю? Тебя пытаются посадить вместе с братом. Окей. Что должен делать я? Давать кучу взяток, чтобы освободить тебя из-под ареста? Мне есть куда потратить эти деньги, Алёна. На своего сына, родителей и племянников, которые ещё не родились. Открою тебе секрет, мне эти деньги не с неба упали. И да, у меня рабочие получают оклад не такие копейки, как у вас. Поэтому я не вожу домой деньги и слитки золота грузовиками.

– Прости. Я просто не знаю, что делать, – всхлипнула я.

Рамиль прав, он мне ничем не обязан. Нас с братом собственный отец знать не хочет. Рамиль просто дядя этих малышей. Он не должен отдавать за меня кучу денег кому попало.

– Алёна, мои родители звали тебя к нам в гости. Я тебе талдычу который день. Поехали со мной. Этим ты спасёшь себя и детей. Тут всё обязательно наладится и без твоего присутствия. Если не хочешь, не надо. Я сегодня же куплю билет на самолёт и улечу. Оставлю деньги на еду и буду присылать каждый месяц. Но не жди, что я буду ввязываться из-за тебя в историю с наркотиками, если сама не захотела обезопасить своих детей и осталась поджидать бандитов в своей квартире, – голос Рамиля был строгим и вкрадчивым, он как будто в самую душу пробирался.

Я понимала его доводы. Закусила губу, раздумывая. Неожиданно в животе заворочались дети. Ради малышей я должна сделать всё. Рожать на Альхайхоре? Пусть будет так. Мои малыши там действительно окажутся в безопасности.

– Хорошо. Я плечу с тобой, – ответила я.

– Отлично, – Рамиль открыл дверь. – Парни, поехали. Везите нас к нотариусу. Потом в… Как его? Зевс? Зувс? Забыл.

– ЗАГС, – хохотнул Егор.

– Постой. Зачем нам туда? – удивилась я.

– По счастью, я взял с собой свидетельство о смерти жены. Это доказательство, что вдовец. Нам нужно расписаться. Без этого тебя не пустят на территорию страны. Пойми, это чистая формальность. Иностранцев иногда пускают вглубь острова, но только мужчин, приехавших по делу бизнеса на пару дней. И то такие случаи редки. В основном партнëры встречаются в курортной зоне. Девушку, будучи не замужем за альхайхорцем, никто не пустит. Более того, никто не станет принимать в больнице. У нас бесплатная медицина, но только для своих. И даже платно нельзя.

Я заволновалась, даже руки затряслись. Рамиль неожиданно взял мои пальцы в свои ладони и погладил.

– Посмотри на меня, девочка, – ласково сказал он, и я подчинилась. – Ничего не бойся. Это чистая формальность, чтобы тебя пропустили на территорию страны и позволили пользоваться нашей медициной.

– Формальность? – переспросила я.

– Разумеется.

– Тогда поехали.

– Умница. Я узнал, сначала нужно сделать нотариально заверенные переводы моих документов. Только потом нас распишут. Ждать не придётся, ведь ты беременна.

Только теперь я поняла, почему Рамиль попросил меня захватить с собой паспорт. Он надеялся уговорить меня улететь с ним.

Сейчас я не вижу выхода. Единственным правильным решением кажется уехать на время и переждать все неприятности. Страус закапывает голову в песок от страха. Наверное, я сейчас делаю то же самое.

Глава 7

Рамиль

У нас на острове отец выбирает сыну жену. Есть много случаев, когда молодые встречаются на свадьбе друзей и проявляют симпатию. Тогда парень идёт к родителям и просит посвататься.

Фатиму я видел до свадьбы только на фото. Она мне понравилась внешне. Мы стали жить вместе, уважали друг друга, но любви, о которой говорят так много, не было. И тем не менее, когда она скончалась, я искренне скорбел по ней.

Теперь пришло время начать жить без неё. Я осознал это, когда мне понравилась девушка, с которой встречался когда-то мой брат.

Алёна оказалась очень красивая, но она совершенно не кичилась этим. Она будто бы и не подозревала, что она самом деле может с лëгкостью соперничать с мировыми фотомоделями.

Мы с ней пошли в магазин. Охрана с нами. Девушка могла бы подумать, что нужно пользоваться моментом и хватать с полок всё, что приглянется, но она этого не делала. Постояла у холодильника с мороженым, вздохнула и двинулась дальше.

– Хочешь что-то купить? – спросил я.

– Да ну, не надо. Это дорого, – ответила она.

– Алёна, я не спрашиваю, насколько это дорого. Ты можешь купить всё, что захотелось. Другое дело, что не стоит забывать, мы можем скоро улететь. Если ты согласишься, разумеется.

– Неудобно как-то, – смутилась она. – С таким братом, как у меня, невольно привыкаешь к экономии. У нас ещё… – она начала, но не договорила.

– Что? Давай ты скажешь честно, – строгим тоном потребовал я.

– Стыдно говорить, но в этом месяце даже за коммунальные услуги нечем заплатить. Ничего, я скоро зарплату получу и как-нибудь выкручусь, ты не переживай.

– Завтра погасим все долги, какие есть.

Я умел разбираться в людях и видел, что её поведение не наиграно. Девушка не пытается произвести впечатление, она действительно такая – скромная, экономная, хозяйственная. Уже успел оценить, как чисто у неё дома. К тому же девушка замечательно готовит.

Из Алёны выйдет хорошая жена. Если поначалу я сомневался, стоит ли поступать так радикально и жениться на ней, то теперь был уверен, что это необходимо.

Вечером пришла соседка. Попросила её посидеть пару часов со своим двухлетним сыном. Я имел возможность наблюдать, как нежно Алёна обращается с ребёнком. Она настолько заинтересовала его игрой, что малыш даже не плакал.

И всё же девушка не особо жаждала уехать со мной. Она много расспрашивала о моей родине, а я мог дать только общеизвестные сведения. Наша страна закрытая и распространяться о жизни внутри острова я не имею права. Да и пугать её не стоит.

Разумеется, Алёна напряглась из-за моего обещания показать и рассказать подробнее на месте. Девушка заявила, что ей страшно лететь со мной и она всерьёз думает, стоит ли стремиться в неизвестность.

Тогда ко мне пришло понимание: нужно сделать так, чтобы ей было страшнее остаться тут, чем улететь на остров. Устроить такое не составило труда. Я знал, что один из охранников – бывший полицейский. Он поговорил со своим другом, который остался служить в органах. За деньги Леонид сыграл для нас мини-спектакль. Я заверил его, что после этого девушка быстро исчезнет из России и никто ничего не узнает.

Когда ехали к женскому врачу, я видел, как Алёна испугалась перспективы попасть в тюрьму. Она нервничала и даже руки слегка дрожали. Мне стало стыдно за свой поступок, но я успокоил совесть тем, что для детей Ано жизнь на острове будет лучше, чем здесь.

Теперь следовало дожать девушку. Что я и сделал, когда мы сидели в машине, после визита к врачу.

– Алёна, мои родители звали тебя к нам в гости. Я тебе талдычу который день. Поехали со мной. Этим ты спасёшь себя и детей. Тут всё обязательно наладится и без твоего присутствия. Если не хочешь, не надо. Я сегодня же куплю билет на самолёт и улечу. Оставлю деньги на еду и буду присылать каждый месяц. Но не жди, что я буду ввязываться из-за тебя в историю с наркотиками, если сама не захотела обезопасить своих детей и осталась поджидать бандитов в своей квартире, – сказал я.

Нисколько не соврал. Я действительно не намерен ввязываться в дрязги с её братом. Кто он мне такой, чтобы я впрягался за него, платил деньги бандитам и, возможно, нанимал адвоката? Слышал, в России дают бесплатного защитника, вот он пусть и работает.

Если бы Алёна окончательно отказалась ехать, перевёз бы её в съёмную квартиру в другой город, нанял помощницу. Потом вернулся за детьми. Тягаться с судами не вариант, но знаю случаи, когда полукровок и без решения властей забирали на остров. Это всё же единичные случаи. У нас мужчина крайне осторожен за границей и без кучи презервативов интрижку с женщиной не заводит. Женатым вообще запрещено изменять. Хотя опять же единичные случаи есть.

Алёна думала не долго. Мои доводы и страх сесть в тюрьму вместе с братом сыграли свою роль. Она согласилась улететь.

Теперь осталось уговорить стать моей женой. Тут я тоже не соврал, что это чистая формальность. Ведь у нас гражданского заключения брака нет. Российское свидетельство нужно лишь для того, чтобы ей разрешили въехать в страну. В остальном для чиновников Альхайхора это просто бумага, которая внутри страны не имеет юридической силы.

Алёна согласилась оформить всё в странном месте, которое у них называется ЗАГС.

Мы сначала перевели и заверили у нотариуса мои документы. Потом подъехали к небольшому двухэтажному строению.

Одеты по-простому. Я в чëрных брюках и тëмно-синей рубашке. Алена в розовой блузке и сером комбинезоне для беременных. Не праздничные наряды, но сейчас и так сойдёт.

Вчера я изучал всё связанное со свадьбой здесь. Если Алёна возьмёт мою фамилию, её паспорт будет недействительным. Как же она станет документы подписывать в Казаране?

– Милая, напиши в заявлении, что хочешь оставить свою фамилию, – произнёс я, заходя с ней под руку в здание. – Тебе нужно ещё сделать заграничный паспорт и как можно скорее.

– Я давно сделала. Ано, когда уезжал, дал денег и попросил позаботиться об этом, – ответила она.

– Замечательно. Значит, сможем улететь ближайшим рейсом, – улыбнулся я.

Зашли в кабинет, где было написано, что здесь подают заявление на роспись. За столом сидела молодая симпатичная женщина. Мы поздоровались.

Женщина пялилась круглыми глазами на большой живот Алёны. Лепетала, что для регистрации не хватает справки о беременности, иначе придётся месяц ждать.

– Девушка, милая, по невесте не видно, что ей скоро рожать? Я уже билет заказал на самолёт, войдите в положение. Нам всего лишь нужно свидетельство о браке.

– Ладно. Вот вам бланки. Пишите пока. Пойду посоветуюсь с заведующей, – ответила она, забрав наши документы.

К счастью, никакой бюрократии тут не было. Вскоре сотрудник ЗАГСа вернулась и заверила, что нас распишут прямо сейчас. Мои документы в порядке и препятствия нет. Замечательно. Теперь Алёна никуда не денется и ей придётся улететь со мной.

Глава 8

Алёна

Руки дрожали, когда я расписывалась в книге регистрации. Нервы давали о себе знать. Каждая девушка мечтает когда-то выйти замуж, а уж сколько позавидуют мне – не сосчитать. Жених богатый, к тому же иностранец. Мне не радостно и вовсе не потому, что мой брак фиктивный ради того, чтобы въехать в чужую страну.

Регистратор попросила подождать в холле несколько минут, пока она всё оформляет. Мы вышли. Я села на диванчик и уставилась на фикус в кадке, который стоял возле него.

Рамиль разместился рядом, стал что-то смотреть в телефоне. Потом сказал будничным тоном.

– Завтра есть несколько свободных мест в чартерном рейсе до Казарана. Вылет в шесть вечера. Если мы в два часа заберём справку у врача, можем сразу выехать в аэропорт.

– Так быстро? – удивилась я. – Хотела с подругами попрощаться. Мне ещё в институте нужно написать заявление на академ отпуск.

– Алëна, ты хочешь получить подписку о невыезде и остаться тут? – спросил Рамиль.

– Не хочу.

– Тогда какие проблемы? Заявление в институт пошлëшь по электронной почте. Подругам напишешь, чтобы не волновались, когда уже будем в Казаране. Ты же сама говорила, что отец одной из девушек – полицейский. Если он узнает об отъезде, что сделает? Ты же ему не дочь, чтобы покрывать, да и погоны на плечах дороже. Я оплатил билеты.

Немного неприятно, что мы улетаем так быстро и мне запрещено даже с подругами увидеться. С другой стороны, утренний визит полицейского пугает ещё больше. Он обещал меня вызвать повесткой на допрос, а там и до подписки о невыезде недалеко. Пока меня никто не останавливает и не просит не уезжать из города.

– Хорошо. Купил так купил, – обречëнно сказала я.

Из кабинета вышла регистратор и протянула Рамилю документы.

– Поздравляю, господа, ваш брак зарегистрирован, – улыбнулась она.

– Спасибо, – поблагодарила я вслед за Рамилем.

Испугалась, думала, что он заберёт у меня паспорт, но он отдал. Я раскрыла его и глянула на печать. Странное чувство. Ты вышла замуж, а на самом деле нет.

Охранники нас поздравили, когда мы выходили из здания. Рамиль приказал ехать домой. Нужно собираться в дорогу.

– А в чëм я вещи повезу? У бабушки старый чемодан, ещё советского периода. У меня есть спортивная сумка, но она маленькая, – поведала я.

– Мы не станем брать много. Спортивной сумки достаточно. Всё, что нужно, я куплю тебе на месте, – ответил Рамиль. – Я помогу тебе собраться, не переживай.

– А продукты куда денем?

– Что не доедим, заберёт охрана, – улыбнулся Рамиль.

Вскоре мы приехали домой. Парни вызвались пожарить картошку, а мне велели отдохнуть. Я действительно устала и с удовольствием ушла в свою комнату.

Легла на кровать, но если до этого хотелось спать, то теперь нет. Все мысли крутились вокруг поездки. Внезапно заверещал телефон. Пришлось встать и вынуть его из сумочки. Звонила Рита.

– Привет, подруга. Как ты? Не звонишь.

– Привет. Нормально всё. Ездила к врачу сегодня. Рамиль с охраной у меня живёт пока. Их семья хочет мне помочь.

– Это здорово, что они приняли детей и не оставят без денег. Отец сегодня к твоему брату ходил. Сегодня был суд. Ему оставили меру пресечения нахождение под стражей, но у него жëсткая ломка началась. Пришлось перевести в лазарет при сизо. Валерка просил передачку. Написал список.

– Рит, а можно сделать так, чтобы дядя Женя сам всё отнёс? Деньги тебе на карту перекину. Мне Рамиль сегодня дал немного, – попросила я.

– Хорошо. Отец предлагал такой вариант. В твоём положении нельзя по сизо.

– Передай ему спасибо.

– Ладно. Как гости уедут, маякуй. Мне очень интересно, что было. Пока.

Ритка отключилась, а я вздохнула с облегчением. Едва не проболталась, что улетаю из страны. Сейчас с приложения банка оплачу коммунальные услуги и Ритке денег кину. Пусть брату купят, что он просил.

Встала и занялась делами. До отъезда нужно многое успеть.

Вскоре ребята пригласили кушать. Они порезали овощи на салат. Пожарили картошку. На столе лежала буженина в тарелке.

Как-то неудобно даже, что они занимаются хозяйством вместо меня. Я искренне поблагодарила их за помощь и села кушать.

– А мы точно завтра в аэропорт успеем? – спросила я.

Мы живём в небольшом городе недалеко от Москвы, но и аэропорт в столице не один.

– Вылет из Шереметьево. Туда полтора часа ехать. Даже с учётом возможных пробок успеем. Мы с Егором вас отвезём и посадим на самолёт, – ответил Виктор.

Это хорошо, что ребята будут сопровождать нас до самого самолёта. Я видела сегодня во дворе упырей, что привязались ко мне. Вышла из машины, они дëрнулись в мою сторону, но встали. Увидели Рамиля и охрану. Значит, эти уроды не потеряли надежды стрясти с меня бабла.

– Спасибо за еду, парни. Всё было вкусно. Не знал, что у вас мужчины умеют готовить, – улыбнулся Рамиль.

– А у вас будто не умеют? Спасибо. Только за обед или ужин не понять, – хохотнула я.

– Четыре часа дня. Почти ужин. У нас готовят мужчины. Работу повара никто не отменял. И рестораны у нас отличные. Сама потом всё увидишь, – Рамиль встал и направился на выход.

Охрана помогла убрать со стола. Я быстро вымыла посуду, потом присоединилась к мужу.

Оказалось, он бесцеремонно залез в мой шкаф и разглядывает вещи.

– Не смотри так. Я же обещал помочь собраться. Эта сумка? – Рамиль достал её из шкафа и показал мне.

– Она.

– Тогда укладывай вещи.

Сумка полетела на кровать, за ней платье с рукавом. Оно было единственное в моëм гардеробе очень длинное. Потом Рамиль выбрал несколько блузок и юбку. Из ящика он вытащил нижнее бельё, и оно упало в маленькую кучку одежды на синем покрывале.

– Это всё, что ты сможешь взять, – заявил Рамиль.

– Как всё? У меня есть хорошие джинсы я недавно купила. Шорты до колена тоже носить можно, – возмутилась я.

Рамиль захлопнул шкаф и подошёл ко мне. Заглянул прямо в лицо.

– Брюки и шорты на женщине – это позор, – отчеканил он.

– Давай надень на меня паранджу тогда! – вскрикнула я.

– Не утрируй. Наши женщины ходят в красивых цветных платьях или юбках. Так положено. А вот уподобляться мужчине не нужно. Ты едешь в чужую страну, Алёна. Будь добра соблюдать её обычаи.

– Но у меня ещё есть платья и юбки, – заявила я.

Рамиль неожиданно протянул руку и погладил щеку.

– Не нужно со мной спорить, милая. Я в состоянии купить тебе новый гардероб. Не обижай меня. Можно взять фото или что-то, напоминающее о бабушке. Ведь ты едешь надолго, – тон мужчины перешёл на ласковый.

Я поëжилась. От его резкого перепада настроения стало неуютно. На память возьму только фото. Больше ничего не осталось. Драгоценных изделий у бабушки было мало и все Валерка продал за наркоту.

Положила фотоальбом в сумку. Если он хочет покупать мне вещи, пусть будет так. Сейчас всё равно из старого на меня ничего не налезет.

Глава 9

Алёна

Страшно. Я никогда не летала на самолёте. Рамиль меня успокоил, сказав, что всё будет хорошо. Как-то легче от его слов не стало.

Мы приехали в аэропорт, даже не к началу регистрации на рейс, а ещё раньше. Перекусили в кафе, посидели в зале ожидания. Охрана всё время была рядом. Ребята ждали до последнего и уехали только тогда, когда мы направились на посадку.

Всё было очень странным. Альхайхор закрытая страна и тем не менее до зоны курорта безвизовый режим. А дальше? Теоретически любой человек может взять машину напрокат и поехать в другой населенный пункт.

Чтобы успокоиться, я задала этот вопрос Рамилю, когда уже сели в кресла лайнера.

– У нас нет системы проката авто, как у вас. Можно нанять такси. Также практически все семьи имеют свой автомобиль. Общественного транспорта в городах нет.

Я удивилась. Как же без общественного транспорта?

– У вас так много денег, что каждая семья может себе машину позволить? Даже если и так. Муж уезжает на работу, а жена? У неё тоже машина?

– Сейчас на острове идёт реорганизация. Автомобили большого срока эксплуатации меняют на новые. Они на электромоторе. Выпускает их завод, принадлежащий нашей семье. Какие-то запчасти берём из России. Правительство заинтересовано в хорошей экологии на острове. Они даже дают немного денег за утилизацию старой машины. Насчёт возможности населения, я уже говорил. У нас нет сильного разделения на богатых и нищих.

Рамиль вроде и ответил, и в то же время не до конца. Ладно, увижу всё на месте. Уже лечу к нему в гости.

За разговором пережила взлёт легче. Потом меня отпустило, и я уже не испытывала такого страха, как по началу. Рамиль предложил посмотреть кино. Лететь 12 часов и мы успеем даже выспаться.

По просьбе пассажиров стюардесса выдавала планшет с наушниками. Мы взяли один на двоих.

В восемь часов всех накормили. Я разомлела после еды, глаза слипались. Рамиль опустил спинку моего кресла, накрыл меня пледом, и я уснула.

Ночью пару раз пришлось дойти до уборной, но, как ни странно, засыпалось потом легко. Окончательно разбудил голос стюардессы, которая просила пристегнуться. Она объявила, что в Казаране двадцать пять градусов тепла и тринадцать часов по местному времени.

Я посмотрела в иллюминатор. Внизу была бескрайняя гладь океана.

– Не бойся, мы приземлимся нормально, – успокоил меня Рамиль и сам пристегнул мой ремень безопасности.

Мужчина взял мою ладонь свою и поглаживал, пока мы не сели.

Наконец-то нам разрешили покинуть лайнер. По специальному рукаву вышли в аэропорт. Я восхитилась тому, как здесь всё устроено. Кругом диванчики или отдельные кресла, чтобы можно было подождать свой рейс или встретить гостей. Зал ожидания и зал прилета один. Увидела вывеску кафе. В животе сразу заурчало.

– Прости, но я хочу есть, – смело заявила я.

– Хорошо. Мы пообедаем в каком-нибудь ресторане на берегу океана. Нас должен встретить папа. Вот и он, – ответил Рамиль.

Посмотрела вперёд, к нам действительно шёл пожилой мужчина, которого я узнала как отца Ано и Рамиля. Он был одет в белую рубашку с коротким рукавом и брюки кремового цвета.

– Доброго часа. Приветствую вас на Альхайхоре, Алёна, – сказал Ильсар.

– Дорого часа, папа, – лучезарно улыбнулся Рамиль.

Я повторила приветствие. Ильсар кивнул. Он вёл себя подчëркнуто отстранëнно.

– Идёмте. У вас назначен визит в мэрию Казарана на три часа. Договорился обо всём. Потом можем поехать домой. Будем только к ночи, но зато не придётся искать место для ночлега. Курортный сезон. Все номера заняты, – заявил Ильсар.

– Спасибо, папа, что позаботился, – улыбнулся Рамиль. – Время есть. Отвези нас быстро перекусить на берегу океана.

Ильсар забрал у Рамиля одну сумку и пошёл вперёд. Мы двинулись за ним. Я круглыми от изумления глазами рассматривала всё. Кроме родного города нигде не была. Всё так интересно.

Стоянка автомобилей окружена величественными пальмами. Кругом зелень, лавочки, клумбы с цветами. Даже фонтан есть. Небо до невозможности голубое.

Восхищаясь красотами, не заметила, как подошли к автомобилю. Он оказался белоснежный и неизвестной мне марки. Внутри бежевая отделка.

Рамиль помог мне сесть на заднее сиденье. Стекла тут были сильно тонированные, но всё равно видно, что происходит снаружи.

Жаль, я хотела попроситься вперёд, чтобы всё как следует рассмотреть, но меня запихнули внутрь, пристегнули и не дали слова сказать. Муж сел впереди. Может, тут так положено? Вдохнула и не стала спорить.

Довольно быстро мы подъехали к ресторану. Он действительно находился на самом берегу океана. Столики как внутри, так и на улице.

Нас проводили за свободное место, потом приняли заказ. Странно, тут работают одни мужчины, но сервис на высшем уровне. Еду принесли быстро. Вкус блюд необычный, но всё вкусно.

Ильяс и Рамиль молчали за столом. Я не стала заводить беседу. Любовалась бескрайними водами, которые казались изумительного бирюзового оттенка.

– Хочешь подойдём к воде? У нас есть ещё минут десять, чтобы насладиться видом на океан, – спросил Рамиль, когда мы поели.

– Хочу, – улыбнулась я.

Ильяс пошёл с нами, и я снова удивилась. Он встал со стороны сына, как будто боялся даже рядом со мной стоять. Почему?

– Можно снять босоножки и походить по воде. Тут очень чисто и камней нет, – предложил Рамиль.

Так и сделала, сетуя на то, что в моём положении даже искупаться нельзя. Возможно, на обратном пути домой, я смогу это сделать. Пока хватало побродить по кромке воды и ощутить, как мало человеку иногда надо для счастья.

Вскоре отправились в мэрию. Рамиль наставлял меня по дороге.

– Для того, чтобы тебе выдали разрешение на въезд, ты обязана подписать несколько документов. У нас внутренние бумаги только на айхо, но я буду говорить, что ты подписываешь.

– Хорошо, – пожала я плечами.

Стало вдруг тревожно, если бы документы дублировались на английском языке, я бы легко прочла. Айхо не знаю. Надеюсь, чиновник будет хоть что-то объяснять на английском языке.

Я не угадала. В мэрии сновали немногочисленные люди, но разговаривали исключительно на местном. Вывески на дверях были двойные. На одной из них красовалась надпись «Коммерческие визы и приëм жалоб от отдыхающих».

Рядом с кабинетом никого не было. Рамиль постучал и нам разрешили войти. Ильсар с нами не пошёл, остался ждать в машине.

Рамиль

Мы зашли в кабинет. За массивным столом сидел седой чиновник. Рядом с ним молодой мужчина. Мы поздоровались и представились друг другу. Чиновник Донелюсь заявил, что Монти его преемник, сейчас мужчина проходит стажировку.

Я ответил, что не против присутствия стажёра. Прошёл к столу, взяв Алëну за руку. Тут были два гостевых кресла, и мы сели.

– Ваш отец был утром и забронировал визит ко мне. Он вкратце рассказал о деле. Я разрешил пройти процедуру без медосмотра, на основании беременности девушки и справки из России.

– Вот копия выписки из больницы. Здесь все анализы. Девушка здорова. Документ составлен на английском языке.

– Пойдёт. Можно паспорт ваш и девушки?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.