Анастасия Щербина
Книга первая. Зима. Кружась снежинками

Серия из четырех книг

КНИГА ПЕРВАЯ. ЗИМА. КРУЖАСЬ СНЕЖИНКАМИ.

Книга вторая. Весна. Распускаясь цветами.

Книга третья. Лето. Согревая солнцем.

Книга четвертая. Осень. Опадая листьями.

Посвящается моей дорогой С.,

спасибо за 20 лет дружбы…

Часть 1

Пролог

Что такое любовь? Вопрос, который можно задать любому и у каждого в мыслях невольно возникнет свой ответ. Появится волнение, которое мы испытываем, открывая свое сердце этому чувству. У одних на лице возникнет счастливая улыбка, а у других на глазах появятся слезы. Каждый человек испытывает эти ни на что не похожие эмоции, не зависимо от того, как началась и чем закончилась история.

* * *

Почему некоторые влюбляются несколько раз, а другие любят одного партнера всю жизнь? Как найти своего человека и понять, что сделал правильный выбор?

Иногда я прокручиваю эти вопросы у себя в голове и не могу дать на них однозначный ответ. Сколько людей мы встречаем за всю жизнь и как понять, кто из них должен остаться в ней, а кто появился, чтобы научить чему-то, преподать урок и в последствии уйти? За кого нужно держаться, а кого отпустить?

Во что я точно никогда не верила, так это в любовь с первого взгляда. Как можно влюбиться, не зная имени, характера, чем занимается, что любит, каким на самом деле является человеком? Я, будучи рассудительной, всегда доверяла сначала голове, а уже потом сердцу.

Но больше всего меня волнует именно то, как найти своего человека и понять, что он – тот самый? Вы задумывались над тем, что, возможно, именно для вас его нет? Я, конечно, не имею ввиду, что из стольких миллиардов не найдется мужчина, с которым можно «посадить дерево, построить дом и родить сына». Я имею ввиду именно родственную душу, того, с кем с первых минут чувствуешь себя в гармонии, на которого смотришь и видишь себя в отражении, которого любишь даже за недостатки.

Признаю, такими вопросами и размышлениями я сама себя загнала в свои идеальные рамки. Мне говорят, что я слишком разборчива. У меня нет списка качеств, но я интуитивно, с одного взгляда или слова, чувствовала, что очередное знакомство пойдет по старому сценарию. Давала шанс себе, но первое свидание становилось последним. Умирающая я со скуки и мужчина напротив, восхваляющий себя – не лучший тандем. И снова разочаровавшись, вычеркивала очередного из списка контактов. Год назад я начала задумываться, может со мной что-то не так? Почему я не могу, как другие девушки флиртовать, хихикать от глупых шуток, а потом по телефону рассказывать подругам, как отлично провела вечер? На моем лице всегда отражалась скука. Во время свиданий я чаще всего подавляла зевок и думала о работе. Понятно, что мужчинам нужны победы, а не мое скучающее лицо напротив. Со временем я реже стала ходить на свидания, а потом и вовсе знакомиться.

В итоге я смерилась с тем, что для меня нет в мире «того самого». В мыслях была пустота и хотелось кричать: «Как так?» Сначала я потеряла надежду встретить своего мужчину, а потом и вовсе, перестала верить. С годами свыклась и даже полюбила свое одиночество. Став взрослее, поняла – любовь не приходит по расписанию. Она не появляется весной, в июне, в понедельник или за завтраком. Когда думаешь, что вот можно было бы и влюбиться, сегодня отличный день для этого. Любовь приходит тогда, когда этого совсем не ждешь.

Мое спокойствие было нарушено в тот момент, когда я ждала этого меньше всего. Зима – любимое время года. Моя размеренная жизнь, в которую ворвался он.

Глава 1

Это был обычный вечер, ничем не отличавшийся от тысячи моих вечеров, такой же по-зимнему холодный, пробирающий до костей. Привычно спокойный. Именно в этот зимний вечер я впервые увидела его глаза. Разве можно за доли секунд, по глазам, понять, что это он, тот, которого я ждала столько лет, тот, кого я уже никогда не надеялась встретить. Я смотрела в них, глаза, цвета моря, которое бывает на рассвете и чувствовала, что сердце пропускает удар и с этой секунды уже не принадлежит мне. Он завладел им.

Но даже не догадываясь об этом, мужчина проходит мимо меня, остолбеневшей на оживленной улице и судорожно думающей, что делать дальше. Та гамма чувств, что пронеслась у меня в душе заставила забыть о всех делах. И вот я уже иду за ним, глядя на широкую спину, приличный рост и легкую походку. Будто он единственный человек на планете, у которого нет проблем.

Я вижу, как люди смотрят с восхищением, а девушки мило улыбаются, когда он проходит мимо. Мужчина обернулся, чтобы посмотреть вслед очередной улыбнувшейся девушке. А я замерла, почувствовав странный укол в груди. Не в силах сопротивляться этому чувству и даже не боясь, что он может застать меня за преследованием, продолжила смотреть на него.

Что я делаю? Почему веду себя так странно? Но он смотрит куда-то в сторону, сквозь ту девушку, сквозь толпу, а потом и сквозь меня. Я не могу пошевелиться, снова увидев эти глаза. Представляю, как выгляжу со стороны. Но он меня не замечает и развернувшись, продолжает путь. Я медленно выдыхаю, оказывается, эти секунды я стояла, не дыша. Так же медленно прихожу в себя и не задумываясь продолжаю следовать за ним. Меня тянет к нему и даже если бы последняя крупица разума велела мне остановиться, я не в силах была бы это сделать.

Зачем я иду за ним? Что хочу узнать? Увидеть? Не могу ответить ни на один вопрос. Если бы мужчина сейчас сел в самолет, я бы не задумываясь последовала за ним.

Как в одну секунду, увидев только мельком его глаза, я смогла потерять себя и полностью довериться ему? Отдать душу, сердце, разум, мужчине, которого вижу впервые. Прожив больше четверти века, и обретя некую мудрость, я так легко последовала за незнакомцем, в желании узнать. Только что? Сама не могу себе объяснить.

За раздумьями, глядя на его спину, которую теперь могу узнать из тысячи, я не заметила, как мы дошли до центра. Он перешел через дорогу и зашел в кофейню, я, не задумываясь, сделала тоже самое и заняла столик поближе к его. При этом чувствуя, что наконец-то моя совесть проснулась и намекает, что такой вид деятельности мне не свойственен. Но впервые в жизни я затолкнула ее куда подальше и заказала себе кофе, сидя с таким видом, будто так я и запланировала свой вечер – наблюдением за незнакомцем.

В этой части города всегда много счастливых людей, которые гуляют парочками, с детьми, с собаками. Наверно, именно по этой причине я и бываю здесь редко.

Звякнул колокольчик над дверью и мимо меня проплыла красивая девушка. До последнего я надеялась, что она не к нему. Мой взгляд приклеился к ней, и я проводила ее точно до столика, где сидел он. Она села и потянулась к мужчине, чтобы поцеловать его в щеку. Чувствую, как кровь отлила от лица, а сердце ухнуло вниз, но я все-равно продолжала сидеть, прислушиваясь к себе и не понимая, что со мной происходит. За столько лет я не чувствовала ничего подобного.

Медленно перевожу взгляд к паре и вижу, как он улыбается ей. Разве может сердце второй раз упасть вниз, если оно уже там? Я снова замерла, не прилично глядя на мужчину. Его улыбка. Она настолько искренняя, нежная, другая, я никогда не видела, чтобы так улыбались. Его улыбка выбила из меня последнюю крупицу рассудка. Я смотрела на него, забыв о приличии и в этот момент он перевел взгляд на меня, застав врасплох. Я уткнулась в свои сложенные руки, чувствуя, что сейчас бухнусь в обморок от переизбытка чувств.

Больше не решалась так откровенно смотреть на пару, но в ходе их разговора, кое-что узнала о нем. Оказалось, что я видела его раньше, он работает на телевидении, в одной программе, но из-за работы у меня было не так много времени смотреть ТВ. Да и я не большая любительница залипать в телевизор, поэтому смогла вспомнить его только услышав имя. Мое и так испорченное настроение упало еще ниже и последние десять минут я, задумавшись, смотрела в стол. Что мне это дало? Ничего. Я сейчас в еще большем замешательстве. Не думала, что так все обернется, что попаду в такую западню. Я не умела знакомиться вот так, на улице, подойдя и просто сказав: «Привет». Да и в общем-то давно не знакомилась с противоположным полом, отдав себя полностью карьере и спокойной жизни. Для меня существовали только моя семья, подруги, работа, дом. И так по кругу. Это может показаться странным, но меня такая жизнь устраивала. Полный штиль. Никаких бурь. Поэтому узнав, кто он, не то, что растерялась, я прибывала в ужасе. Подойти познакомиться – об этом и речи идти не может.

Грохнул стул, я подняла глаза, смотря на девушку, она быстро собиралась, попутно что-то бурно объясняя. Чмокнула мужчину на прощание и удалилась, стуча каблуками. Я достала телефон и держа его в руке, поглядывала в его сторону. Он задумчиво смотрел в окно. В его глазах отражалась грусть и какая-то пустота, отстраненность от этого мира. Еще минуту назад, он излучал радость и непринужденность, а теперь будто снял маску, и я видела напряженность в его фигуре, как в голове проносятся сотни мыслей. В этот момент он был настоящий. Умный – его глаза говорили об этом. Он пережил много испытаний и смог пройти через них. Решительный, сильный, на таких, говорят, можно положиться.

Мужчина вздохнул, провел рукой по темно-русым волосам, растрепав их. Мимолетное движение, сделавшее его лицо еще более привлекательным. Сейчас он походил на хищника, решившегося на безумства, даже тени, залегшие под глазами, не портили вид. Я следила за ним, запоминая все, каждую деталь внешности, движения, не зная, зачем мне это нужно. Он поднялся, заставив меня вздрогнуть и перевести взгляд на окно. Я видела краем глаза, как он быстро одевается, оплачивает кофе и направляется к выходу. Подождав пару секунд, кидаю деньги на стол и вскакиваю, на бегу натягивая пальто.

Выбежав на улицу, ищу его в толпе, которой к вечеру стало еще больше. Но его нет. Всего минута и я потеряла мужчину из виду. Холодный морозный воздух немного остужает мои разгорячившееся щеки. Глубоко дышу, чтобы прийти в себя и успокоиться. Смотрю еще раз по сторонам и думаю, куда мог пойти мужчина. Мой взгляд тут же вылавливает из толпы его спину и взъерошенные волосы. Он садится в машину и уезжает. Провожаю его взглядом, зачем-то запоминая номер. Он скрылся за поворотом, оставив меня одну в резко похолодевшем городе и с опустошенной душой, без каких-либо мыслей в голове. Что мне делать дальше?

Пошел снег. Большие хлопья кружились в желтом свете фонарей, ложась на спящий город, предзнаменуя середину декабря и скорые праздники. Я всегда любила зиму. Запах ели и мандаринов, какао с зефиром и теплый свитер. Любила гулять по городу, любуясь по-новогоднему украшенными витринами, сидеть с подругами в уютных кафе по выходным и читать книги на подоконнике, укутавшись в плед. Зимой время как будто течет медленнее и спокойнее, не предвещая никаких бед и кардинальных изменений в жизни. Так было у меня всегда, на протяжении многих лет. Но сегодня все изменилось. Появился он.

Я прошла пешком до дома и даже не заметила всей зимней красоты, которой обычно любовалась. На данный момент все мои мысли были поглощены им. Я не узнавала себя и как бы не пыталась отвлечься, каждый раз видела его образ и улыбку. Остановилась, закрыла глаза и попыталась выкинуть все из головы. Как за один вечер я могла так сильно измениться и забыть все свои спокойные годы, когда я жила одна, никем не интересуясь. Единственная встреча. Один мужчина. Но он смог внести смуту в мою душу, сердце, разум. Я осталась в той кофейне, за тем столиком, глядя на него. Открываю глаза, все та же улица, мой дом, кружащиеся снежинки в ночи, но другая я, не чувствующая ничего, кроме разочарования.

У меня есть все, чего может желать молодая девушка моего возраста. Своя квартира, любимая работа, любящие родные и подруги. В общем, спокойное и размеренное существование, но теперь это все ушло на второй план и жизнь больше не казалась такой идеальной. Открываю дверь. Я любила свою квартиру, возвращаясь с работы, всегда чувствовала уют, безопасность, надежность. Я отдыхала здесь душой, принадлежа только себе – это мой маленький дом, мой островок тепла. Был. Стою на пороге и не могу сделать и шагу, тишина давит, такая звенящая, пустая, она проникает внутрь, не давая свободно дышать, ухудшая мое внутреннее состояние.

Бросаю ключи на комод и скидываю ботинки. Прохожу в комнату и падаю на диван, раскинув руки. Этот вечер вымотал меня. В груди какая-то непонятная тоска, как о чем-то потерянном. Беру себя в руки, собираюсь с мыслями, нужно заняться работой, она всегда помогала отвлечься.

На часах одиннадцать. Сижу перед ноутбуком, глядя в текст и в сотый раз перечитывая один и тот же абзац, а мысли каждый раз возвращаются к нему. Ладно. Достаточно себя мучить, понятно, что сегодня вечером работа не моя сильная сторона. Придется завтра обойтись без перерывов на чай. В голову приходит одна идея. Как я раньше об этом не подумала? Видимо, совсем потеряла остатки разума. Открываю поисковик. Что я хочу найти? Ввожу его имя в строку и в предвкушении улыбаюсь, надеясь, что вычитаю про него что-то интересное для себя. Наверно, со стороны я выгляжу как маньяк, вышедший на охоту. Закатываю глаза и вздыхаю. Посмотрите, до чего я докатилась. Страница прогрузилась. На первый взгляд ничего интересного. Фото на сайтах с эфиров программ, с коллегами, со всевозможных мероприятий и вечеров, с какой-то девушкой, минутку, где-то я ее видела. Точно, сегодня в кафе. Неужели его девушка или жена. Открываю статью известной желтой прессы. Сердце замедляет ритм, глазами быстро выхватываю контекст: «…семейная фотография на премьере фильма…», «…не менее известная сестра-блогер телеведущего…». Сестра значит. Смотрю в задумчивости на стену напротив. Мысли в голове подбивают найти их в социальных сетях и узнать побольше о жизнях: где бывают, чем занимаются в свободное время.

Я захожу в одну из социальных сетей и нахожу его. На странице также ничего интересного. Множество фотографий с работы, а под ними комментарии поклонниц. Морщусь и вбиваю имя его сестры в поисковую строку. Сверху высвечивается статья, которая привлекает мое внимание. Ого, у девушки явные конфликты с прессой. Захожу на ее аккаунт в социальной сети. Помимо фотографий из путешествий и с подругами, есть несколько фото с родителями и братом. Вглядываюсь в их лица, запоминая. По коже пробегают мурашки. Боже мой, что я творю? Закрываю ноутбук и встаю, начиная ходить по комнате в надежде успокоиться. Вылавливаю свой встревоженный взгляд в напольном зеркале. Из него в отражении на меня смотрит симпатичная девушка с волосами цвета пломбира, голубые глаза выдают легкую панику, а пухлые губы слегка приоткрыты. Прикладываю руку к груди, глубоко дышу и успокаиваюсь. Не хватало еще вести себя как ненормальная фанатка, которая преследует объект своих мыслей. Переодеваюсь в пижаму и ложусь в кровать. Подумаю обо всем утром, как никак оно мудренее.

Глава 2

Звон будильника заставил меня подпрыгнуть от неожиданности. Не помню, как заснула, видимо мысли меня вымотали. Еле открываю глаза и смотрю на солнечный свет, который пробивается из-за штор. Голова тяжелая после не спокойной ночи. Говорю спасибо самой себе за то, что давно не просыпалась настолько разбитой. Даже пробуждение после прогулок с подругами не сравнится с моим сегодняшним состоянием.

Встаю и плетусь в душ, чтобы хоть как-то прийти в себя. Представляю, какое сейчас я жалкое зрелище. На самом деле, я вполне себе жизнерадостный человек и очень люблю веселиться, танцевать, петь с девчонками в машине, как и все девушки моего возраста. У меня прекрасные подруги, которые всегда поддержат в сложной ситуации. Они часто обсуждают мужчин, но обычно в это время я сижу, задумчиво пялясь в окно и облизывая ложку с моим любимым чизкейком. Меня не волновали такие темы, как и в чем идти на первое свидание, на второе, десятое, что делать и как себя вести. В это время меня больше волновал чизкейк. В начале подруги хотели меня расшевелить, заставляли слушать их, потом начались шуточки, наподобие: «Снова вцепилась в свой десерт и детей с ним будешь заводить?» Примерно через год они оставили меня в покое, и я слышала только их вздохи и видела понимающие улыбки. Они не критиковали меня, не переставали общаться, но тему мужчин больше мне не навязывали. Думаю, девочки не хотели меня отделять, чтобы я чувствовала себя неловко. Мы никогда это не обсуждали, но я понимала, что между собой они так решили и просто не втягивали меня в неловкие разговоры. Я была очень благодарна им, не хотела, чтобы, между нами, что-то встало, и я отделилась от нашей маленькой компании. И теперь наши встречи происходили для меня в более расслабляющей атмосфере. Признаю, пялиться в окно, задумка так себе. Мне начинало надоедать и все чаще я грустила, ощущая себя не полноценной. Подруги всегда были неотъемлемой частью моей жизни. Я любила наши посиделки, пижамные вечеринка и распитие вина на четверых, когда у кого-нибудь из нас наступал сложный период, чаще всего в отношениях. Говорят, не бывает крепкой женской дружбы, я так не считаю. Нужно иметь разные вкусы на мужчин, одинаковое на вино и относиться друг к другу с пониманием и уважением, и самое главное – никаких обид. Я благодарна жизни за моих девчонок.

Опаздываю. Давно такого не было, сегодня я бью все рекорды и зачем-то нарядилась, как на праздник. Очень зря, уже представляю глаза Алисы, одной из нашего квартета, когда она увидит меня в юбке чуть ниже колена и на каблуках. Черт, расспросов не избежать. Я не любительница такой не практичной обуви, да и на работе удобней бегать по лестничным пролетам в ботинках или кроссовках. Выхожу из дома, сегодня морозно, еще и лед кое-где сковал тротуар, приходится семенить маленькими шагами.

Общественный транспорт – обожаю, особенно утром, особенно в час пик. Почти всегда за мной заезжает Алиса, мы вместе работаем, но иногда она ездит к своей маме в другой конец города. Поэтому сегодня я не только опоздаю, но также приеду злой. Автобус не делает меня добрее. Обычно я терпелива, но общественный транспорт, по-моему, может вывести из себя даже гуру спокойствия и уравновешенности, уже не говоря обо мне в таком состоянии, после бессонной ночи.

Не успеваю выйти из автобуса и дойти до нашего офиса, как звонит телефон. На экране высветилось: «Алиса».

– Ты куда идешь? Время уже сколько, мы опаздываем!

– Я за кофе. Ты где? Не вижу тебя.

– На обочине. В машине. Тебя увидела и остановилась. Обернись, дуреха, – Алиса умильно фыркнула, посигналив. – И мне возьми чай, ты знаешь какой. Не успела позавтракать, хотя если бы знала, что застряну в пробке, лучше бы променяла это время на бутерброды от мамы.

Я улыбнулась, представив, как она надувает губы. Алиса не может без завтрака или хотя бы без чая. А я? Я просто не выспалась.

– Хорошо, жди меня, я быстро.

Купив кофе и чай, медленно иду к машине, гололед, что б его. Через стекло автомобиля вижу, как у подруги сужаются глаза и появляется коварная полуулыбочка. Представляю, как у нее в голове зарождаются вопросы, на которые я не смогу дать ответы. Мысленно успокаиваю себя и стараюсь не выдать волнение. Что я ей скажу? Что влюбилась в человека, который далек от меня, как звезды. Ну уж нет, сначала я должна разобраться с этим сама, а потом уже посвящать в мои странности подруг.

Сажусь в машину и стараюсь непринужденно улыбаться.

– Твой чай, – не смотрю ей в глаза и сразу перевожу тему подальше от своей персоны. – Хорошо, что вместе со мной опоздала, хоть не скучно одной будет отрабатывать время. Ты у мамы была?

– Да, она соскучилась, последние дни звонила, уговаривала приехать, два месяца не могла к ней выбраться, – Алиса отхлебнула кофе и окинула меня заинтересованным взглядом, – ты при параде. Для кого разоделась? Или это в честь твоего любимого выпавшего снега?

– Ой, да брось, будто ты любишь больше серость и слякоть, а не снег, хрустящий под ногами.

Я блаженно прикрываю глаза, представляя, как вечером буду возвращаться домой, любуясь городом.

– Я люблю весну, это ты у нас ненормальная любительница холода и долгих ночей. Так, думаю, надо припарковаться и идти на работу, а то мы с тобой рискуем разгневать шефа и остаться ночевать в офисе.

Она завела машину и поехала на нашу парковку у бизнес-центра.

Автомобиль приятно шелестит шинами по асфальту, я пью кофе и радуюсь, что подруга быстро забыла про мой внешний вид, и надеюсь оставила свои расспросы до лучших времен.

Вылезаем из машины, держась друг за друга и посмеиваясь, заходим в здание. Поднимаемся на лифте до своего этажа. По пути попадаются коллеги, здороваются и не забывают показывать на часы, взывая к нашей совести. Сразу заходим к шефу, чтобы получить нагоняй и ценные указания на день, так как мы опоздали на утреннюю планерку.

Роман Александрович хмурит брови в нашу сторону из-под очков:

– Опаздываете, девочки? Как будете оправдываться?

Не понятно, хорошее у него настроение или уже с утра успели подпортить. Подруга мило улыбается и прибегает к своему женскому обаянию:

– Мы просим прощения, случились непредвиденные обстоятельства, не зависящие от нас. Но мы готовы исправиться и работать сегодня, не поднимая головы и не отрывая попы от стула до позднего вечера.

Смотрю на нее и мысленно ухмыляюсь. Не отрывать пятую точку от стула было лишним обещанием, мы те самые любители заглянуть в соседние кабинеты на чашечку чая и поговорить о тяготах и радостях жизни.

– Ладно, девочки, верю.

Начальник перестал хмуриться, видимо, на него подействовали наши улыбки и похлопывания ресницами.

– Держите статьи на день на редактуру, которые сверху в приоритете, их нужно будет перечитать еще раз и внести правки, не нравятся мне обороты в некоторых местах, – он обводит ручкой фрагменты текста, – нет целостности, такое на печать в журнал не пойдет.

Совещаемся еще минут пять, просматриваем статьи и сразу с Алисой делим на пополам работу. Роман Александрович ставит заметки в блокнот, чтобы вечером спросить с нас о проделанной работе. Выходим с кабинета шефа и выдыхаем – легко отделались. Начальник у нас хоть и понимающий, и даже местами добрый, но если ему с утра испортили настроение, то опаздывающие сотрудники для него как красная тряпка для быка. В общем, напрашиваться на неприятности не стоит.

Идем по длинному коридору, кабинеты открыты, везде слышится гомон, споры, смех и запах кофе с автомата. Утро у нас в издательстве каждый день одинаково суетливое. Заходим в наш с Алисой кабинет.

Ловлю на себе пронзительный взгляд зеленых глаз подруги:

– Не думай, что смогла заговорить меня. Ты не ответила на вопрос о своем внешнем виде.      Она остановилась, потянув меня за локоть и заставила встать рядом с ней, прикрыв дверь кабинета. На каблуках я была с ней одного роста и теперь стоя рядом, не могла смотреть куда угодно по сторонам. Алиса вцепилась в меня мертвой хваткой.

– С чего ты взяла, что я для кого-то разоделась? Когда я в последний раз одевала эти ботинки? Стоят – пылятся, а сегодня такая прекрасная погода. Алис, успокойся, ты же знаешь, не стала бы я что-то скрывать от вас. Тем более если бы у меня кто-то появился, к кому мне еще обращаться за советом?

Я улыбнулась, видя, как она успокаивается и из ее глаз пропадает огонек интереса.

– Ну ладно, верю, прости, что налетела, – она обняла меня и прошла к своему рабочему месту. – Просто ты так редко одеваешь что-то помимо кроссовок и ботинок с джинсами, что я сразу заподозрила неладное.

Я с интересом покосилась на нее:

– То есть, если я встречу понравившегося мужчину – это будет что-то неладное?

Алиса вздохнула:

– Я не так выразилась, имела ввиду, что… – она снова вздохнула, – ладно, не буду врать, ты же ходячее недоразумение в плане отношений. Притягиваешь к себе всяких недостойных тебя личностей, которые садятся к тебе на шею. Вот чего ты улыбаешься?

Мне хотелось не только улыбаться, но еще и треснуть ее чем-нибудь тяжелым. Вот что они думают обо мне, заразы.

– Ты так говоришь, будто другие не притягивают к себе таких, у какой девушки не спроси, каждая найдет хоть одну печальную историю. У меня же были отношения длинное не в один год, значит не настолько все было плохо. Согласись, были и хорошие моменты.

– Ой, отношения, это была первая детская влюбленность в девятнадцать лет. Просто ты немного припозднилась и поэтому не смогла отличить мужчину от сама знаешь какого животного. А хорошие моменты не перечеркивают все то плохое, что он делал, особенно в последний год, – она как всегда весьма прямолинейна.

– Хорошо-хорошо, спасибо за экскурс в мое прошлое, давай только без подробностей! – прикрыла глаза от стыда, вспомнив те годы, когда я была полной дурой. – Тем более ты сама только что сказала, что это была первая влюбленность, меня можно понять и простить, печальный опыт тоже опыт. Второй раз я в такое точно не ввяжусь.

Подруга засмеялась и кинула в меня подушкой, которые валялись по всему нашему кабинету. У нас в офисе не было строгих правил в плане обстановки и окружающего вида. Руководство позволяло обставлять кабинеты, как удобно сотрудникам. Мы с Алисой редакторы, делим это пространство на двоих и как прекрасно, что наши взгляды на удобства совпадают. Помимо дивана, усыпанного подушками, весь наш кабинет обставлен цветами. Это делает рабочее место близким к домашней атмосфере. И работать в такой обстановке одно удовольствие. Поэтому мне так нравится наша работа.

– Давай тогда работать, Ангелин, а то сейчас я начну развивать твою «любимую» тему отношений, – она поставила в воздухе воображаемые кавычки, – и ты не сможешь закрыться от меня своим пирожным.

– Это чизкейк, – я улыбнулась, понимая, что она шутит.

Удивительно, но время до вечера пролетело быстро. Даже слишком. Мы успели не только доделать всю работу, но и сходить на чай в соседний отдел к коллегам. Я потянулась, разминая косточки. Ноги ныли, и я тысячу раз прокляла себя за то, что надела эту обувь. Смотрю на подругу, которая порхает в сапогах на каблуке от одного кабинета к другому и немного завидую ей. Невольно вспоминается тот день, когда мы познакомились. Я пришла на стажировку и меня провели к девушке, с которой мне предстояло работать две недели. Помню тот взгляд, которым она меня окинула – не дружелюбный, мягко сказано. Что за мегера, подумалось мне тогда, мы никогда не сработаемся, да и скорее всего, в такой атмосфере, я никогда не пройду стажировку. Но страхи оказались напрасны. Как позже выяснилось, у нас много общего: вкусы, привычки, обе любим веселиться, обе обожаем смотреть кино, разговаривать до утра и поглощать шоколад тоннами. Алиса старше меня на год и единственное, что отличало нас – это взгляд на отношения. Но это нисколько не мешало нашей долгой дружбе. Я улыбнулась, вспомнив, как она смеялась после, когда узнала, что я о ней думала.

– Чего улыбаешься? – заметила Алиса, влетев в кабинет и практически упав на диван, который стоял в углу у окна.

– Вспомнила нашу первую встречу.

– А-а-а, – протянула подруга, подперев голову рукой, – ты мне не понравилась тогда.

Я рассмеялась:

– Взаимно.

Алиса скорчила рожицу в ответ.

– Ладно. Давай собираться, свое опоздание мы отработали, босс нас отпустил.

– Вот и молчала же! – сразу же возмущаюсь. – Ты домой или куда еще?

– Мне надо заехать документы отдать к маме на работу в институт. Доедешь сама? – Алиса виновато посмотрела на меня. – Завтра я исправлюсь и захвачу тебя, как обычно.

– Брось. Конечно, доеду, мама – это святое.

Телефон рядом со мной зазвонил переливом. На экране высветилось: «Инга».

– Кто звонит? – Алиса вытянула шею в мою сторону.

Беру телефон:

– Здравствуй, рыжая бестия, раз звонишь в конце рабочего дня значит с тобой снова приключилась какая-нибудь захватывающая история.

Алиса закатывает глаза, показывая своим видом, что она не готова второй раз за два дня успокаивать нашу не от мира сего подругу. На том конце трубки засмеялись:

– Нет, этот день был до безумия скучным и даже грустным. Алиса рядом?

Перевожу взгляд на подругу и ставлю телефон на громкую связь.

– Ты на громкой, мы тебя внимательно слушаем.

– Может завтра на обеденном перерыве пересечемся? Кире уже позвонила, она согласна, – Инга тяжело вздохнула и на том конце послышались торопливые шаги.

Мы с Алисой одновременно напряглись.

– Ты рассталась с ним?

Делаю страшные глаза, глядя на подругу, она, как всегда, задает вопросы в лоб, не пытаясь хоть немного смягчить обстановку.

Послышался всхлип:

– Рассталась. Я понимаю, что правильно поступила, что у нас разные взгляды на жизнь, на будущее. Мы отдалились друг от друга. Но мне все-равно немного тоскливо.

– Малышка, брось грустить, завтра мы, конечно, будем в нашей кафе. Ты правильно поступила, – смотрю на Алису, она согласна кивает в такт каждому моему слову. – У тебя есть мы. Ты главное сильно не уходи в себя. И если хочешь приезжай ко мне на ночь, посмотрим фильм, съедим банку мороженого и придумаем ему много лестных прозвищ.

Инга перестала плакать:

– Я сегодня хочу побыть одна, переосмыслить все и свыкнуться с новым статусом.

Алиса забрала у меня телефон из рук. Я успела ее дернуть за рукав, предупреждающе подняв брови, чтобы она не вздумала в своей манере рубить с плеча.

– Так, не вздумай всю ночь лить слезы и трепать себе нервы. Этот придурок не сделал ничего для твоего счастья – он думал только о себе. Хоть бы раз вы сделали то, что хочешь ты. Было такое? Нет. Всегда все по его желанию, даже приезжал к тебе тогда, когда ему было удобно. Я вот тебе честно скажу, как наблюдатель со стороны. Рада, что ты поумнела и рассталась с ним первая. Не удивительно, что у него нет планов на будущее, потому что он был бы с тобой до того времени, пока его это устраивало.

На том конце слышалась тишина, видимо Инга обдумывала сказанные слова.

– Спасибо, девчонки, ваша поддержка как бальзам на душу. Все нормально, честно, я правда чувствую некую легкость. Понимаю, что все правильно сделала.

Мы попрощались, перед этим договорившись, что завтра даже если будет конец света, все-равно придем в наше место.

За окном уже темно. Перед выходом из офиса мы зашли к Роману Александровичу, чтобы одобрить правки и пообещать, что завтра будем на утренней планерке без опозданий. Шеф устало махнул рукой. Мы, обрадовавшись, вышли на улицу. Там заметно похолодало и пахло морозом. Попрощавшись с подругой, я медленно побрела в сторону дома, наслаждаясь зимней красотой города. Вчерашние переживания немного отпустили, но я все еще чувствовала некую пустоту в душе, будто оттуда что-то вытащили и не желали возвращать на место. Рассказать подругам о своей ситуации – не вижу смысла. Представляю их выражения лиц, на мое: «Он публичная личность и я влюбилась в него, случайно встретив на улице». Даже самой стало бы смешно, услышав такое. Нет, я, конечно, хотела бы все рассказать, послушать советы, но как по мне, это все будет звучать настолько глупо, что я сама же начну путаться, мямлить и в итоге не придумаю ничего лучше, как отшутиться. Да и вообще зачем я нагнетаю? Может быть, через недельку все пройдет, и я заживу своей привычной жизнью.

Снег хрустит под ногами, приводя мои мысли в порядок. Смотрю по сторонам, чтобы насладиться новогодней атмосферой и проникнуться всеобщей суетой. Всегда замечала, что перед Новым годом становится больше счастливых лиц на улицах. Сколько бы лет вам не было, каждый начинает ощущать себя ребенком в преддверие Нового года. За это я и люблю зиму – за волшебство. Кажется, что все мечты должны осуществиться.

Проходя мимо театра, я остановилась посмотреть репертуар на декабрь. Давно мы с девчонками не посещали культурные мероприятия. Почему-то у меня театр ассоциируется именно с зимним временем года, летом ни за что не пошла бы туда. Наверно, это из-за обилия новогодних концертов, которые я посещала в детстве с родителями. Рядом кто-то остановился, я подвинулась, освобождая место и чувствуя некое тепло, исходившее от человека. Обернулась без какого-либо умысла, банальное любопытство и в ту же секунду пожалела об этом. Он стоял немного позади меня, изучая афишу. Вот интересно, какая вероятность, в таком большом городе встретить человека, из-за которого я мучаюсь душевными терзаниями второй вечер? Либо я такая везучая, что маловероятно, либо жизнь как бы намекает: «Не жди, что спокойствие вернется». Вот и мое неспокойствие стоит рядом и улыбается мне. Что?! Моментально выхожу из задумчивости. Оказывается, последнюю минуту я смотрела на мужчину, и он это заметил. Мысленно ругаю себя последними словами, улыбаюсь в ответ и быстро ухожу на ватных ногах, пока снова что-нибудь не выкинула. Отойдя на приличное расстояние, оборачиваюсь, чтобы посмотреть на него. Мужчина быстро поднимается по ступенькам театра и заходит внутрь. Немного постояв, бегу следом, соображая на ходу, что сказать. У меня появился небольшой план.

На входе сидит билетёр. От счастья я чуть не вскидываю руки к небу в благодарственном жесте. Женщина замечает меня и мило улыбается – хороший знак.

– Добрый вечера, чем могу вам помочь?

– Добрый, подскажите, мужчина, который только что сюда зашел, играет в спектакле? Я просто такая его поклонница, очень хотелось бы посмотреть на него вживую, а в репертуаре не увидела его имени ни в одном спектакле, – специально говорю, как ненормальная фанатка, даже самой противно.

Женщина понимающе улыбается, видимо ни я первая, ни я последняя, значит, моя тактика оказалась правильной.

– Нет, он у нас работает, натаскивает молодежь, очень хороший учитель, сама иногда засматриваюсь на их игру, – заговорщицким шепотом говорит билетер.

– Повезло, можете посмотреть, я вам очень завидую.

– Ох, девочки-девочки, что ж мне с вами делать, – она смотрит на меня оценивающе, – ты вроде интеллигентная такая барышня. Работаешь где-то? Как зовут?

– Ангелина. Работаю в издательстве, редактором.                                     От такого неожиданного вопроса я совсем забыла, что прикидываюсь глупой фанаткой.

Женщина заулыбалась еще больше:

– Ты похожа на ответственную девушку, да еще и театр любишь. Мне нужна помощница на пару дней в неделю, по вечерам. Не хочешь попробовать? Будешь мне помогать проверять билеты, провожать зрителей, когда будет большая загруженность. Я одна не справляюсь, – она вышла, взяв меня за руку, – а заодно, сама посмотришь на репетиции. Сможешь приходить сюда в любое время, я оформлю на тебя пропуск.

У меня, конечно, был план, но, чтобы я нашла себе вторую работу, такого точно не ожидала.

– Я не буду отказываться, но мне все-таки надо подумать, как никак это дополнительная ответственность.

– Конечно-конечно, надумаешь, приходи, мы будем очень рады такой поклоннице театра, – женщина мило улыбнулась, погладив меня по руке. – Меня зовут Антонина, можно просто Тоня, спросишь меня у охранника, как придешь.

– Спасибо вам.

Попрощавшись с билетершей, я выбежала из здания и вызвала такси. Хотелось побыстрее добраться домой, принять душ и завалиться в теплую кровать. Подумать над предложением и взвесить все плюсы и минусы. Все-таки вторая работа, хоть и пару дней в неделю, может стать большой нагрузкой для меня. Но, с другой стороны, там работает он, и я могу хотя бы наблюдать за его игрой.

За прошлую ночь на улице выпал снег, он лежал ровным слоем на детских площадках и клумбах, красиво поблескивая в свете фонарей. Я сощурила глаза, любуясь бликами.

Перешла аллею и села в такси. Доеду до своего района, а до дома немного пройду пешком, хочу насладиться этим прекрасным вечером. Запрыгиваю в такси. Водитель молчаливый, что радует. Хорошо, что завтра еду на работу с Алисой, можно поспать на полчаса дольше, а то после сегодняшней беспокойной ночи и бодрого дня чувствую себя разбитой. Выхожу вблизи своего дома, прогулка перед сном, то, что надо.

Раздумываю что подарить подругам и родителям на Новый год. С девочками мы давно договорились не преподносить друг другу дорогие презенты. Считаем, что главный подарок нам и так сделала жизнь за встречу друг с другом. С родителями сложнее. Точнее, сложнее с мамой. Если дарю ей что-то дорогое, она потом отдает вдвойне деньгами на мое день рождение. И я тогда чувствую себя так, будто ничего не дарила. Мамулю, конечно, не переубедишь, она считает, что пока может радовать меня деньгами, будет делать это как можно чаще. С папой проще, он заядлый рыбак, с ним мы договорились, что я дарю ему сертификат в рыболовный магазин и он сам покупает себе то, что считает нужным. Вспоминаю, что в последний поход по магазинам, мама задумчиво смотрела на духи, потом долго нюхала, но так и не решилась купить. Сказала, что понравились, но еще подумает. Значит, подумаю за нее я, а то она так их и не купит себе, скажет, что одних духов ей вполне достаточно.

За раздумьями не заметила, как дошла до дома. У входной двери сидит кошка соседей, при виде меня красавица оживилась и забавно начала перебирать лапками, намекая своим видом как она замерзла тут сидеть, и чтобы я скорее открывала дверь. Пикаю ключом, кошка забегает первая, отряхивается от снежинок на шерсти и посматривая на меня, идет к лифту. Заходим в него уже вдвоем. Беру ее на руки в желании погладить.      Эту милую морду знает и любит весь дом. Пару раз в неделю соседи отпускают ее на улицу. Как они говорят, она сама просится на прогулку, а потом возвращается как ни в чем не бывало. Выхожу на своем этаже и отпускаю кошку, она подходит к своей двери и начинает мяукать, просясь в квартиру.

Захожу к себе. У меня в сумке звонит телефон. Алиса.

– Ты соскучилась?

Снимаю пальто и скидываю полусапожки на каблуке. Ноги ноют. Вот зачем я решила прогуляться до дома?

– Ты чего там стонешь? – Алиса хихикнула в своей манере.

– Ноги гудят от каблуков. Радуюсь, что сняла их. В следующий раз, если увидишь их на моих ногах, напомни этот день.

– Непременно. Напоминать – мое любимое занятие.

Так и вижу, как она кивает головой с умном видом.

– Ты уже дома? – задаю ей вопрос.

Прохожу на кухню и ставлю разогреваться еду в микроволновку.

– Да, недавно приехала. Я звоню тебе сказать, что завтра все в силе, я за тобой заезжаю и едем вместе на работу.

– Я очень рада это слышать. Можно поспать подольше.

– Поспать? Ты не высыпаешься? Что делаешь ночами, интересно? – Алиса засыпала меня вопросами, зацепившись за слово.

Мешаю в тарелке говядину в соусе и улыбаюсь. Она будто чувствует, что я ей что-то не договариваю.

– Высыпаюсь, все нормально. Вчера работала допоздна, ты же знаешь, я брала статью на редактуру домой. Ту, про цветение орхидеи. Тема цветов не совсем мне близка, надо было вникать дольше.

– Точно, помню. И как успехи? Орхидея расцветет завтра статьей на столе у шефа? – она говорит немного не внятно, тоже что-то жуя.

– Сегодня закончу, – надеюсь на это. – Приятного, кстати.

– Спасибо. Тебе тоже.

– В чем на работу завтра пойдешь? Не забудь, завтра пешком идти до кафе. Я тебя по льду тащить на твоих десятисантиметровых каблуках не собираюсь.

Говорю серьезно, потому что несколько раз уже было такое, когда Алиса не шла, а скользила еще и цеплялась за меня, желая, чтобы мы вдвоем получили переломы конечностей.

– Ой, ладно, не бурчи. И не собиралась.      Слышу, как она убирает что-то в свой обувной шкаф с скрипучей дверкой и смеюсь в голос.

Подруга фыркает, но ничего не говорит, зная, что я могу продолжить занудствовать на эту тему.

– Инга не звонила тебе? – вспоминаю про нашу подругу, которая теперь, как и мы, в свободном плавании.

– Нет. Я сама позвонила ей полчаса назад, пока шла от парковки к дому. Она лежала смотрела какой-то плаксивый фильм. Сказала, что ее коллеги подумали, что она заболела и выпроводили ее раньше домой. Поэтому у нее есть еще пару часов в придачу к размышлениям.

– Ты была не слишком строга с ней?

Я доела ужин и теперь смотрела на кружащийся снег за окном.

– Она сказала, чтобы мы ей не названивали весь вечер, хочет собраться с мыслями. Но не волнуйся, я ее успокоила. Еще раз. И сказала, что она может звонить любой из нас хоть в три часа ночи.

– Это правильно, значит, не буду сегодня ночью ставить телефон на беззвучный. Жаль Кира уехала в командировку, так могла бы быть рядом с ней хотя бы на работе, – вспомнила позавчерашний разговор с Кирой, они с Ингой работают вместе.

– Хорошо, что завтра утром прилетает уже со своей командировки. Две головы хороши в успокоении, а три лучше.

– Точно.

Мы распрощались до завтрашнего утра. Я набрала ванну, окунувшись в нее, закрыла глаза и стала думать о предложении по второй работе. Меня не пугал труд, но я теряла часы, которые могла бы провести с подругами, съездить к родителям или просто отдохнуть дома. Подруги. Как я им объясню мой порыв устроиться на вторую работу. Особенно Алисе. Она знает, что зарплата у нас отличная, есть премии, повышения. Поэтому ответ что мне срочно нужны деньги не прокатит. Сказать им правду тоже не вариант. Я сама еще не до конца осознаю, что происходит. Да и вообще, а что, собственно, происходит? Какая-то глупость. Честное слово. Про которую даже стыдно заикнуться. Есть только один вариант. Соврать. Но делаю я это очень плохо. Ложь должна быть такая, с толикой правды. Как бы не совсем ложь. Скажу, что это мое новое хобби, увлечение, хочу больше узнать о театре и его закулисье. Посмотреть, так сказать, внутреннюю атмосферу, то, что не видит обычный зритель.

Открываю глаза и улыбаюсь. Хорошо придумала. Совесть немного выпустила свои когти, но я ее засунула куда подальше. Если ничего не случится, зачем все рассказывать подругам? Конечно, если что-то произойдет, я им все расскажу в первую очередь.

Закрываю снова глаза, даже думать о таком страшно. Мое сознание отказывается принимать такие мысли. Что может быть у меня с этим мужчиной? Мы как далекие галактики. Но все же я зачем-то собираюсь начать эту игру и заранее готовлюсь остаться в проигрыше. Если бы на моем месте была Алиса, она бы давно прошерстила интернет и навела о нем справки через знакомых. Но я трусиха и могу только играть за кулисами, наблюдая.

После ванны заваливаюсь в теплую постель с ноутбуком. Надо до редактировать эту несчастную статью про орхидеи.

Мне нравится моя работа тем, что всегда узнаешь что-то новое. Каждый день приходят статьи на разные темы. Мы с Алисой работаем в паре и сами делим понравившиеся темы. Статью про орхидеи никто из нас не хотел брать, и она досталась мне из-за проигрыша в пари. Я не угадала в каком головном уборе придет наша коллега, которая каждый день их меняет и удивляет нас разнообразием беретов в своем гардеробе.

В начале своего карьерного пути щесть лет назад, я думала, что стану крутым редактором в огромном издании. Но жизнь чуточку сложнее. Конечно, без опыта работы ты всего лишь новичок в этой индустрии. Большинство набирается знаниями в мелких изданиях или желтой прессе. Ничего не имею против людей, работающих во втором пункте, но начинать карьеру именно там я не хотела. Поэтому мне оставался один путь – редактура статей в журнал. Меня приняли в первое же издание, его я выбрала из-за близости к дому. Со временем наш журнал приобрел своих читателей и расширил штат, арендовал офис на несколько этажей в бизнес-центре и закрепился на рынке.

Время одиннадцать. Чувствую, что сейчас усну прям так с ноутбуком на коленях. Статья отредактирована, завтра обсудим ее на планерке с Романом Александровичем. Выключаю свет и засыпаю в надежде, что не буду просыпаться каждый час как прошлой ночью.

Глава 3

Звонит телефон, странно, будильник вроде бы не срабатывал еще. Смотрю на время, почти семь утра. На экране пропущенный от Киры. Еще одна возмутительница моего сна и спокойствия. Перезваниваю. Занято. Наверняка уже щебечут с Алисой. Это надолго.

Можно было бы вздремнуть еще немного, но на удивление я чувствую себя выспавшейся и бодрой. Полежала еще пять минут и решила вставать. Смотрю на себя в зеркало. Синяков под глазами нет, лицо не опухшее, волосы лежат легкими волнами как после укладки. Ого, да сегодня будет замечательный день.

После утренних процедур быстро надеваю джинсы клеш, тонкий свитер, так как буду ехать в машине, немного косметики на лицо. Звонит телефон. Конечно, Кира.

– Доброе утро, командировочным, ты приземлилась?

На заднем фоне слышатся голоса и какой-то скрежет. Кира очень громко возмущается:

– Кому доброе, а кому не очень, блондинка. Уже сорок минут жду багаж. Я, между прочим, ночь нормально не спала.

– Главное, что ты дома и у тебя есть еще два дня отдохнуть, не причитай. Тем более мы за неделю по тебе соскучились, – решаю поднять ей настроение.

– Да, дома хорошо. И я знаю последние новости. Сегодня тоже буду на нашем месте, без меня не начитайте, – приказала Кира и послышались шаги и стук колесиков чемодана по плитке аэропорта.

– Конечно мы тебя дождемся, отдыхай.

Я послала поцелуй через трубку телефона. Кира ответила тем же и отключилась. Интересно, о чем они так долго говорили с Алисой? Наверно снова продумывали психологический штурм для успокоения Инги после расставания, будут читать лекции и приводить примеры. А я буду кивать, поддакивать и иногда запоминать что-то из сказанного. Нет, мне не наплевать, просто я закрылась для отношений, поэтому немного инфантильно относилась к разговорам о расставании. Хотя, сегодня, мне почему-то кажется, что все изменится.

Позавтракав, надеваю куртку полегче и кроссовки. Чтобы не тратить время и снова не опаздывать, добегаю до дороги и жду Алису. Из далека вижу ее синий кроссовер. Подруга останавливается, и я запрыгиваю в теплый салон. Мы чмокаемся в щеки и здороваемся, выезжая с обочины на свою полосу.

– Меня разбирает любопытство, – смотрю на нее в упор, и она начинает улыбаться, – о чем вы разговорили с Кирой целых пятнадцать минут?

Алиса останавливаться на светофоре и поворачивается ко мне.

– Неужто ты начала интересоваться темой отношений? Ты же сама прекрасна знаешь о чем мы разговаривали, – она поддевает меня и хитро смотрит, откинув голову на подголовник сиденья.

– Я решила вылезти из своего панциря и присоединиться к вам, – говорю немного тихо и отвожу взгляд.

– Ого, Лин, аплодисменты, – она забавно хлопает и кивает головой. – Я, конечно, не поверю, что ты это делаешь просто так по какому-то внутреннему порыву. Уж прости, подруга, но я тебя знаю. Мужчины и все что с ними связано проходит мимо тебя. Не буду допрашивать. Пока что. Но надеюсь, ты не будешь тянуть и расскажешь кто этот потрясающий экземпляр. А я надеюсь когда-нибудь пожму ему руку.

Чувствую, что краснею. Алиса окидывает меня взглядом и выдает свою фирменную улыбочку «я попала в цель». От дальнейших расспросов меня спас зеленый сигнал светофора.

Мы доезжаем до бизнес-центра, паркуемся и выходим в морозное утро. Я смотрю на обувь подруги и удовлетворенно киваю. Она тоже в кроссовках. На обеденном перерыве быстро дойдем до кафе.

Офис уже кипит жизнью. Поднимаемся на лифте и спорим про головной убор коллеги, Татьяны Тимофеевны. Чувствую, если не остановимся, снова заключим пари. Выходим на нашем этаже и мельком смотрим в ее кабинет. Она еще не пришла, поэтому мы раздеваемся, наливаем чай и усаживаемся на стулья в ее кабинете, разговаривая с другой коллегой – Мариной.

– Не видела шефа? Как у него настроение сегодня интересно. Нам надевать каски или достаточно приветливой улыбки? – спрашиваю и одновременно отпиваю чай. Вкусно.

– Вроде бы нормальное настроение, даже прошелся по кабинетам минут десять назад, поздоровался со всеми.

Марина выводит графики, и что-то записывает себе в блокнот.

Мы пьем чай и пытаемся предугадать что нас ждет сегодня за день. Пройдет ли все гладко или мы будем решать очередную проблему. Заходит коллега из технического отдела и сообщает, что в обед будет переустанавливать программы на наших компьютерах. Переглядываемся с Алисой и одновременно пожимаем плечами. Мы не против, все-равно нас не будет в офисе.

Перед самой планеркой в кабинет влетает Татьяна Тимофеевна с растрепанными волосами и без своего любимого, цветастого берета на голове. Подруга сигналит глазами в ее сторону, я шикаю в ответ.

– Девочки, доброе утро, чуть не опоздала, – она очень быстро на ходу снимает верхнюю одежду. – Пробки сегодня ужасные.

– Вы где-то потеряли свой берет? – Алиса пропускает мимо ушей новость о пробках и задает в лоб мучавший ее вопрос.

Татьяна Тимофеевна останавливаться к ней лицом и задумывается. Потом в ее глазах видится облегчение, и она достает головной убор красивого бордового цвета из сумочки, картинно им взмахнув.

– Сняла его в лифте и видимо задумавшись положила в сумку.

Мы все улыбаемся и выходим из кабинета на планерку. По пути с Алисой ставим кружки на стол в нашем кабинете и захватываем отредактированные статьи. Я надеюсь, сегодня мне одобрят эту злосчастную орхидею. Идем по длинному коридору к шефу. Алиса нагибается поближе ко мне и шепчет:

– Надо было спорить с тобой, я была права насчет цвета ее берета.

Кошусь на нее в недоумении:

– Ты сказала, что она придет в красном. Я вроде бы еще различаю цвета, он – бордовый, но никак не красный.

– Почти красный, цвета стоят рядом. Ты вообще сказала, что будет зеленый.                  Мы останавливаемся и пропускаем вперед коллег, чтобы нас не услышали.

– Тоже мне одинаково, красный и бордовый! Я вообще с тобой тогда больше спорить не буду, – не очень вежливо тычу в нее пальцем.

– Ладно, признаю, это нечестно, – подруга отвечает после не долгой паузы, – так я побеждать не люблю.

Окидываю ее взглядом:

– Надо же, ты не стала пререкаться.

Беру ее под руку и тяну за собой, а то все уже прошли вперед, мы последние.

– Иногда думаю, как ты меня терпишь, – она говорит это задумчиво, даже можно сказать серьезно.

– Я не терплю тебя, а люблю, принимаю такой, какая ты есть, – смотрю на нее с улыбкой, – как бы банально это не звучало.

Мы улыбаемся друг другу и заходим в кабинет к начальнику. Коллеги усаживаются на стулья и громко разговаривают, кто-то спорит за места. Никому не хочется сидеть в первых рядах, как на линии огня.

Алиса наклоняется ко мне, чмокает в щеку и шепчет:

– И я люблю тебя.

Она берет стул прямо у меня из-под носа, хитро сверкнув глазами.

Я закатываю глаза и улыбаюсь. В этом вся моя подруга. Беру стул у стены и иду к ней, видя, как она ногой держит место рядом с собой, не давая сесть коллеге. Парень уходит, конечно же ничего не добившись, и я сажусь рядом, готовясь внимать.

После того как все расселись и гомон затих, Роман Александрович начинает свою речь о том, как важно нам работать в команде, слушать друг друга, не ругаться и достигать компромисса во всех вопросах. Каждое утро он говорит это в одном смысле, но в разных интерпретациях. Все делают вид, что внимательно слушают.

Обсматриваю коллег. Кто-то пишет сообщение в телефоне, кто-то просматривает текст, готовясь отвечать на вопросы шефа. Справа парни смотрят в телефон сидящего посередине и хмурят брови. Прямо перед нами женщины из бухгалтерии передают друг другу колпачок от духов и поочереди его нюхают.

Люблю наблюдать за коллегами на планерке, когда почти весь наш офис находится в одном кабинете. Кошусь на Алису, она смотрит на колпачок, переходящий из одних рук в другие, и накручивает прядь своих русых волос на палец.

Роман Александрович заканчивает речь и смотрит на притихших работников. Обводит глазами всех, видимо решая кого выслушать первым и останавливает свой взгляд на нас с Алисой. Толкаю ее в бок локтем, она вздрагивает и вопросительно смотрит на меня. Показываю ей глазами, чтобы не отвлекалась.

– Ангелина, Алиса, давайте начну с вас, чтобы не задерживаться, сегодня много работы.

Шеф не радует нас словами о количестве текстов на редактуру. Встаю со стула, чтобы меня было лучше видно.

– Я подготовила статью про орхидеи, – передаю листы через коллег начальнику.

Он пробегает глазами текст, кое-где задерживая взгляд. Потом одобрительно кивает:

– Отлично, отдашь сегодня на печать. Включим в выпуск на следующую неделю в раздел про садоводство.

Мысленно радуюсь и отвечаю:

– Хорошо, сделаю.

Листы возвращаются ко мне назад таким же путем.

Роман Александрович перебирает документы на своем столе и передает мне один текст. Опускаю глаза, чтобы прочитать заголовок: «Спектакли в новогоднюю ночь в театре». Сердце забилось чаще. Я зависаю на этих шести словах и не могу пошевелиться. Алиса дергает меня за рукав, возвращая в реальность. Оказывается, шеф что-то говорит, а я все прослушала. Мельком смотрю на подругу, она, немного откинувшись на бок, смотрит вопросительно и заинтересовано.

– Ангелина, вы меня поняли? У вас время до конца недели, я в вас верю, – шеф сжал кулак и помахал им в воздухе.

– Будет сделано, – улыбаюсь в ответ, соображая, что он там говорил эту минуты, пока я находилась в прострации.

Сажусь и смотрю на Алису, придется спрашивать у нее. Она забирает у меня из рук листы и читает заголовок. Переводит взгляд на меня и шепчет:

– Ты чего зависла? Тема сложная для тебя? – она еще раз просматривает текст. – Или здесь что-то другое?

Она не успевает продолжить свой допрос. Как начальник поднимает ее и спрашивает про работу.

Смотрю на текст в своих руках. Это что, издевки жизни? Мне нужно будет сходить в тот самый театр, чтобы узнать репертуар на новогодние праздники и по возможности взять интервью у актеров. Так сказать, из первых уст узнать о спектаклях, в которых они играют, чтобы добавить это в текст. Для дальнейшего привлечения людей к посещению культурных мероприятий в праздники.

Начальник раздал нам задания и отпустил в кабинет. Выходим в коридор тихонько прикрыв дверь.

– Почему так много работы он тебе дал? – смотрю удивленно на кипу бумаг в руках у Алисы.

– Потому что мне в отличие от тебя не надо ходить по театрам и собирать инфу.

– А ты бы хотела? Давай поменяемся? – предлагаю ей, а сама с замиранием сердца жду ответа.

– Нет уж, спасибо. Ходить по холоду и ветру точно не мое. Я лучше в кабинете посижу с чашкой чая. Тем более тут нет сложных текстов, до конца недели можно работать не напрягаясь.

– Бросаешь меня значит, – картинно дую губы в ее сторону.

Алиса щипает меня за бок:

– Если хочешь, могу составить тебе компанию вечером.

– Нет, не надо, езжай домой. Лучше завтра утром меня забери. С театром я как-нибудь сама справлюсь.

– Конечно, я и не думала без тебя ехать на работу.

Заходим в наш кабинет и кладем на столы тексты, включаем компьютеры. Алиса достает из сумочки помаду и красит губы в ярко-алый цвет немного шокировав меня. Она ловит мой взгляд в зеркале:

– Что? Сегодня у меня игривое настроение, – подруга шлет поцелуй в мою сторону уже накрашенными губами.

– Игривое? Или ты хочешь чьей-то крови испить?

Сажусь на диван и смотрю на нее снизу верх.

– Может я сегодня встречу свою судьбу.

– А красной помадой хочешь поразить его, сбив с ног? Или ослепить?

– Не занудствуй. Я решила, что надо быть женственнее. Даже если сейчас зима, а я в кроссовках и пуховике.

– Ладно, поддерживаю. Завтра тоже приду на работу как джокер.

Алиса смотрит на меня непонимающе, потом до нее доходит смысл моих слов, и она смеется:

– Слишком агрессивно, да?

Она поворачивается к зеркалу и смотрит на свое отражение.

– Как по мне да, но тебе идет. Правда. Просто не заманивай мужчин ярким макияжем. Твой человек обратит на тебя внимание даже без грамма косметики на лице.

Подруга смотрит ошарашено, приоткрыв рот в немом вопросе. Встаю с дивана и пытаюсь быстро прошмыгнуть мимо нее на свою рабочее месте.

– Не так быстро, – она хватает меня за руку, останавливая. – Ты сейчас дала мне совет в плане отношений? Ого, подруга, небеса упадут на землю из-за тебя. Ты поосторожней в следующий раз.

Высвобождаюсь из захвата и играю бровями:

– Может, я тоже оттаяла и хочу встретить свою судьбу.

Она смотрит на меня насторожено:

– Кто он?

– Да что ты пристала кто он, кто он? Я же шучу, – вижу, как она хочет задать следующий вопрос, – Алис, отстань, а то я перестану разговаривать с тобой.

Она закрывает рот и складывает руки на груди.

– Будь, по-твоему, подруга. Но знай, я все правильно поняла и не забыла.

Кладу голову на скрещенные пальцы и смотрю как она, беря наши кружки, выходит из кабинета. Вот почему она такая приставучая? Ничего нельзя держать в секрете.

Берусь за работу, надо доделать две статьи до вечера и потом заняться темой театра. Театр. Пялюсь в экран компьютера и думаю, как лучше поступить. Можно поговорить с актерами и без него – это будет проще. А можно усложнить себе жизнь и тем самым сделать ее интересней. Кстати, если задать ему вопросы по поводу его наставничества это тоже улучшит общий вид статьи, сделает ее привлекательней для читателя. Главное не запинаться и не вести себя как дурочка. Думаю, я справлюсь. Или нет. Поворачиваю голову и смотрю в окно на голубей на соседнем здании. Что здесь такого? Он меня не знает, да и, возможно, мы больше никогда не встретимся. Может, он вовсе завершит эту работу в скором времени. Чего я переживаю? Решаю, что думаю в правильном направлении.

В кабинет возвращается Алиса с вымытой посудой.

– В офисе творится бардак. Программисты устанавливают всем какие-то файлы, отрывая от работы. Коллеги психуют. Надо позвать шефа, чтобы он снова прочитал лекцию о понимании и компромиссах.

Алиса садится за компьютер, собираясь редактировать текст.

– Тогда работаем, а то они могут и до обеда к нам прийти, а мне надо закончить сегодня две статьи, – говорю, одновременно открывая на компьютере первый документ.

До обеда мы работали почти не переговариваясь, изредка спрашивали друг у друга синонимы к тому или иному слову, чтобы не повторяться в тексте.

Около двенадцати позвонили Инге и Кире, чтобы уточнить смогут ли девочки приехать. А заодно и узнать, как дела у первой. Голос звучал нормально, и мы успокоились. Значит подруга быстро справится с расставанием.

Около часа мы начали собираться. Идти нам предстояло минут пятнадцать. Кира уже была там, заняла столик и заказала нам обед, чтобы мы не ждали, когда придем.

На улице светило солнце. Было морозно, но безветренно. Я надела перчатки, руки у меня всегда мерзли при малейшем минусе. Алиса взяла меня под локоть. Так мы и дошли до кафе, изредка переговариваясь ни о чем.

Подруги уже находились внутри, помахав нам через окно. Мы зашли в теплое помещение, отметив, что сегодня в заведении малолюдно. Направились к столику, к уже вскочившим девочкам. Кира смешно прыгала на месте и тянула к нам руки, приглашая обняться. Алиса первая бросилась к ней, так же забавно подпрыгивая и подражая подруге. Я подошла, чмокнула Ингу в щеку и заглянула ей в глаза. Грустные. Она вздохнула и вымученно улыбнулась. Все понятно. Еще страдает. Погладила ее по плечам и улыбнулась, поддерживая. Алиса подошла, посмотрела на нее и схмурила брови, тоже все поняв.

Я обняла Киру, которая теперь тянула руки ко мне и спросила ее шепотом:

– Все так плохо?

Подруга не определенно пожала плечами, не давая мне четкого ответа.

Мы сели за стол, на котором уже стоял обед. Для меня принесли равиоли с курицей и сыром, Алисе макароны с курицей и грибами в сливочном соусе, Инга с Кирой обошлись медовиками с облепиховым чаем, который так хорошо сочетался с этим морозным днем. Я налила себе и Алисе чай из стоящего на столе чайничка. Хотелось побыстрее согреться им.

– Ин, рассказывай, почему я все еще лицезрю твой грустный взгляд и поникшие плечи? Ты с ним всего лишь рассталась. О, а может он умер?! – Алиса воскликнула это так радостно и громко, что я чуть не выронила вилку из рук.

– Лучше бы умер, ей богу! – Инга широко улыбнулась и ее взгляд потеплел.

Мы все засмеялись, и обстановка перестала быть, как на похоронах.

– Я ей уже сказала, что нечего лить слезы и мотать сопли на кулак, – Кира ковыряла медовик и не смотрела на нас. – И вообще, я знаю, что он уже подкатывает к другой.

Она отложила вилку и обвела нас взглядом. Я даже перестала жевать от удивления. Перевела взгляд на Ингу, та сидела с широко открытыми глазами и лицом, бледным, как мел, что даже веснушки на ее щеках стали ярко выраженными.

– Откуда знаешь? – Алиса сложила руки на стол и в упор посмотрела на Киру.

– Я сегодня утром пока ехала в такси домой, решила просмотреть его подписчиков. У одной девушки в истории был он, – подруга посмотрела на Ингу настороженно, решая, продолжать или не стоит, – и… там были еще цветы на фоне, стол накрытый со свечами.

Алиса стукнула ладонью по столу, да так, что мы с Ингой одновременно подскочили.

– Вот после такого не смей даже реветь из-за этого мерзавца!

– Алис, потише, – я тронула ее за плечо, призывая к спокойствию. А то люди за соседним столиком обернулись к нам.

Она посмотрела на меня и кивнула:

– Хорошо. Но что это за чучело такое? Прыгает от одной к другой. Еще нервы тратить на него не хватало.

Мы втроем посмотрели на Ингу. Ее лицо уже приобрело нормальный оттенок, а глаза перестали выдавать вселенскую печаль. Подруга сжала кулак и Алиса, сидящая рядом с ней, погладила ее по плечу.

– Вы права, как никогда. Я красивая? – мы втроем одновременно кивнули. – Умная? – снова кивок. – Самостоятельная и успешная девушка, знающая себе цену! И я правильно поступила! Спасибо, Кир, что рассказала, у меня прям глаза во второй раз открылись и теперь точно нет никакого сожаления.

Кира посмотрела на нее, с тревогой во взгляде:

– Ты уверена? Точно все хорошо? Или вечером у тебя будет откат и нам придется тебя откачивать мороженным с вином?

Мы тоже смотрели на нее, ожидая ответа.

– Я не скажу, что мне прекрасно. Но то, что хорошо, могу сказать с уверенностью, – Инга пожала плечами и засунула в рот кусочек медовика. – Погрустить могу. Но больше не от того, что мы расстались, а потому что я жалею о потерянном времени и о том, что дарила ему всю себя. Жалею, что доверяла и рассказывала свои секреты, показывала фото с семьей, родителями. Он не тот человек, которому стоило это все показывать. Я знала это, но все-равно старалась идеализировать его. Сейчас розовые очки упали, и я понимаю, как глупо это все было с моей стороны.

– Моя хорошая, не вини себя, ты была влюблена, а когда человек влюблен он поступает немного безрассудно и в начале не видит в партнере плохих сторон, – я попыталась поддержать подругу. – Тем более это опыт, ты умненькая, вынесешь с этого урок и впредь будешь не так сразу открываться мужчинам.

Алиса кивала каждому моему слову и поглядывала то на меня, то на Ингу, проверяя как до нее доходят мои слова. Инга положила голову на руки и послала мне воздушный поцелуй, я ответила ей тем же. Мы все засмеялись и приступили к обеду. Чай как раз остыл, и я выпила сразу пол кружки, радуясь, что мы встретились с девчонками и вот так тепло сидим.

Когда равиоли были съедены я подняла глаза от тарелки и поймала взгляд Киры, которая доела медовик и теперь сидела, не сводя с меня глаз.

– Ты чего так смотришь? – я даже напряглась немного.

Алиса с Ингой переводили взгляд с меня на Киру и не могли понять, что происходит.

– Да вот думаю, когда это ты вдруг стала гуру советов, относящихся к отношениям.

Алиса потянулась через стол и выставила пятерню, Кира хлопнула по ней, и они обе с хитрыми улыбками уставились на меня.

– Я тоже подметила эти перемены в нашей Ангелине, которая обычно сидела, уставившись в окно и ела свое пирожное. Интересно, к чему такие резкие изменения?

Пытаюсь говорить равнодушно:

– А ты я смотрю нашла поддержку в лице Киры и решила, что добить меня вдвоем глупыми вопросами вам будет проще?

– Не обижайся, нам же интересно, – Алиса не отступала.

– Да, мне тоже интересно, хотя я и не могу въехать до конца в тему разговора.

Мы посмотрели на Ингу, которая вопросительно смотрела на нас по очереди, ища ответ.

– Мы с Кирой заметили, что Лина в последние дни начала давать советы в плане отношений.

– Причем дельные советы. Даже тебе сейчас разложила все по полочкам, – Кира не унималась.

Инга открыла рот от удивления и помахала пальцем в мою сторону:

– Точно. А я вот не буду тебя допрашивать, захочешь расскажешь. И я думаю, что расскажешь уже в скором времени. А так я рада, что ты вышла из состояния анабиоза, а то мне иногда казалось, что ты сидишь на пытке, а так хотелось и тебя втянуть в наши разговоры.

– Ну ты чего отступаешь? Втроем нам легче было бы ее расколоть, – Алиса нагнулась ко мне ближе, сузив глаза.

– Отстань от меня, – улыбнулась и ткнула ее пальцем, отодвигая от себя.

Слева вздохнула Кира:

– Ладно, оставим тебя в покое, а то сбежишь еще.

– Это я могу, – взяла кружку и отпила, глядя на девочек поверх нее. – Лучше расскажи, как съездила в командировку.

– Да как обычно. Много людей, много информации и ни одного красавчика, – она сморщила нос, показывая, как было скучно.

– Вам бы с Алисой лишь бы красавчиков везде искать. Это ведь не главное.

Девочки снова переглянулись и красноречиво уставились на меня.

– Ой, молчу! Алис, пойдем на работу, обед скоро закончится.

– Сбегаешь?

Кира улыбалась так, что я не сдержалась и показала ей язык.

Мы втроем поднялись из-за стола. Инга одновременно одевалась и говорила по телефону о каких-то чертежах. Они вдвоем с Кирой работали авиационными инженерами. Девочки познакомились еще в вузе и устроились вместе на одно предприятие. Работали там уже семь лет. Мне всегда было интересно слушать их рассказы о работе. Нас иногда спрашивают, как мы такие разные умудряемся дружить. Я считаю, что мы отлично дополняем и уравновешиваем друг друга.

С Кирой и Ингой мы познакомились четыре года назад на стендапе. Нас посадили за один стол, и мы вчетвером весь вечер смеялись как не нормальные. Эти два часа сблизили нас и после выступления Алиса предложила всем посидеть в этом самом кафе. Мы сразу нашли общий язык. Разговоры были непринуждёнными и возникало чувство, что мы знаем друг друга уже много лет. Оказалось, что мы даже живем и работаем в относительной близости, не нужно ехать через пол города. С тех пор мы прошли через многое. Были даже большие ссоры, но мы быстро понимали, что по раздельности уже не сможем и кто-то обязательно придумывал план, как помирить поругавшихся. Моя мама называет нас сестрами и мне это очень нравится. Ведь даже отпуска мы берем в одно время и обычно куда-то уезжаем вчетвером. Жду всегда лета, чтобы снова лететь на отдых вместе и развлекаться по полной, купаться в море и ходить по достопримечательствам красиво фотографируясь.

Мы собрались, помахали Кире и двинулись на выход, оставив ее за столом. Она была выходная, поэтому оплата счета легла на нее.

С Ингой попрощались уже на улице, ей нужно было идти в противоположную сторону. Назад мы шли быстрее, так как опаздывали. Зашли в офис почти вовремя и поднялись на свой этаж. Я вспомнила про то, что сказала Кира.

– Алис, ты знала, про ту историю в социальной сети? – спросила, снимая шарф и куртку.

– Да, она позвонила мне и рассказала, мы думали говорить Инге или не стоит.

– А почему ты мне утром не рассказала? – говорю немного обижено.

Алиса виновато посмотрела на меня:

– Я хотела, но подумала, что ты, как всегда, будешь говорить, что это будет очень жестоко по отношению к Инге.

– Нет, не сказала бы. Это правда, которую не нужно скрывать. И она должна знать это правду, чтобы перестать себя мучить.

Сказала, и самой не верится, как это по-взрослому разумно прозвучало. Раньше бы я побоялась говорить подруге, которая только рассталась с парнем сложную для принятия новость. А сейчас считаю, что лучше горькая, но правда. Когда я успела так измениться?

– Не обижайся, ладно? – Алиса подошла и заглянула мне в глаза.

– Я не обижаюсь, просто в следующий раз можете и со мной посоветоваться.

Подруга кивнула головой:

– Отлично, теперь и тебя включим в наш список для обсуждения проблем и их решений в плане отношений с мужчинами.

До конца рабочего дня я спокойно работала. Закончила две свои статьи и согласовала их с начальником. Завтра все отдам на печать. Сегодня вечером надо сходить в театр, может быть, решусь пройти внутрь, посмотреть на работу актеров.

В кабинет забежала Алиса и отвлекла меня от мыслей. Она, как всегда, не могла усидеть на месте, ходила в соседние кабинеты и отвлекала коллег очередным вопросом.

Сегодня мы успели доделать все намеченные планы по работе и спокойно собирались домой, как и все. Вышли из здания. На улице уже стемнело и заметно похолодало.

– Может не пойдешь сегодня в театр? Ты легко одета, – Алиса окинула меня взглядом и поежилась.

– Нет, надо сходить. Ничего страшного, пойду быстрым шагом и тем самым не замерзну.

– Не смей только заболеть и оставить меня одну на неделю! – она погрозила мне пальцем.

– Не заболею, – чмокнула ее на прощание, – до завтра, заберешь меня.

– Конечно-конечно, до завтра.

Подруга побежала на парковку к машине, иногда скользя на тонком льду. А еще мне что-то говорит, сама бы не упала и не сломала себе что-нибудь.

Я пошла в противоположную сторону. Мечтая побыстрее попасть в театр и увидеть его.

Глава 4

Мороз усилился. Я накинула капюшон и перебежала дорогу. В отдалении показался театр, располагавшийся за небольшим парком. Я мысленно успокаивала себя и даже подбадривала, мне не хотелось выглядеть глупо перед актерами. Надо показать, что я профессионал своего дела, уверенная в себе девушка, умеющая преподнести себя с лучшей стороны.

Дойдя до театра, остановилась и привела дыхание в норму. Шла я слишком быстро. Поднявшись по ступенькам, зашла внутрь. На встречу мне по коридору шла Антонина, что-то держа в руках и шевеля губами, видимо читала.

– Добрый вечер, – решила привлечь к себе внимание.

Антонина вздрогнула и приложила руку к груди:

– Милая, ты меня напугала. Я зачиталась и не услышала тебя. И тебе доброго вечера.

– Извините, пожалуйста, – я виновата улыбнулась, – не хотела вас пугать.

– Ничего-ничего, – она замахала руками и подошла ближе. – Раз ты пришла, значит подумала над моим предложением?

– Да, я бы хотела попробовать поработать у вас, если, конечно, вы еще никого не взяли.

– Что ты! Молодежь сюда не затащишь, а люди постарше все-таки хотят более серьезную и оплачиваемую работу. Поэтому я рада, что ты приняла мое предложение. Я оповещу руководство, и мы согласуем твою зарплату.

– Да мне не столько важны деньги. Смотреть за работой актеров – это уже хорошая оплата.

Антонина обняла меня, и я аж ойкнула от неожиданности.

– Ты прости меня впечатлительную бабушку, я просто рада, что у меня будет такая помощница, как ты.

– И я рада, что так случайно вчера зашла к вам. А оказалось совсем не случайно.

– Судьба, – она пожала тонкими плечами, – пойдем, сегодня будет репетиция, посмотришь. И напиши мне свой номер, – она протянула мне телефон раскладушку.

Мы шли по залу и наши шаги отражались в стенах здания. Здесь было непривычно тихо без толп людей.

– Скажите, а я могу поговорить с актерами? – спрашиваю после недолгих раздумий.

Антонина поравнялась со мной и теперь внимательно слушала.

– У меня на работе в издательстве дали задание, подготовить статью о спектаклях к новому году. Я хотела бы из первых уст узнать о том, что нас ждет, узнать какие эмоции испытывают ребята.

– Я думаю, можно, когда у актеров будет перерыв. Хорошее дело у тебя, полезное. О таком надо писать.

Мы вошли в партер и прошли ближе к сцене. Там уже стояли актеры и читали текст, о чем-то споря. Я оглядела ребят: молодые, моего возраста и даже младше, некоторые похожи на еще учащихся в вузе. В душе возникло чувство разочарования. Его не было. Сначала я хотела спросить у Антонины, придет ли он сегодня, но постеснялась. Такой явный интерес вызвал бы подозрение, да и не хотелось мне больше вести себя как фанатка.

– Я тебя оставлю, схожу пока что к руководству, расскажу о новой сотруднице, – она приветливо улыбнулась и надела очки, снова идя и читая текст у себя в руках.

А на сцене уже что-то происходило. Ребята разбежались по разные ее стороны и кричали оттуда друг другу реплики, словно дразнясь. Я засмотрелась на это действо и начала отходить задом к ряду, не отрывая глаз и протягивая руку к ближайшему креслу. И тут почувствовала, что меня кто-то схватил за ладонь. От испуга дернулась, запнулась о кресло и наверняка упала бы, если бы меня не придержали за талию сильные руки. Я схватилась за мужчину, не очень прилично держась за его плечи. Подняла глаза в желании поблагодарить своего спасителя и замерла. На меня смотрели глаза, цвета моря.

– Надо быть осторожнее, принцесса, вы могли упасть и ушибиться или даже серьезно пораниться, – он опустил голову ближе к моему уху, так что я почувствовала его дыхание. – Театр этого не стоит, надо беречь себя в первую очередь.

У меня по коже пошли мурашки, да и вообще я близка была к обмороку. Можно сразу упасть в его руки и желательно больше не приходить в себя, чтобы так не позориться. Судорожно пытаюсь придумать что ответить, а в голове ни одной разумной мысли.

Голубоглазый оглядел мое лицо, и я заметила, как его зрачки расширились и он на мгновение сжал губы. Всего секунда, но я успела это увидеть.

– Вы побледнели, все хорошо? – он провел ладонью по моей щеке.

Нет, не хорошо, вот сейчас я точно позорно упаду в обморок.

– Да, хорошо, извините, что вам пришлось меня ловить, – говорю и сама удивляюсь, как ровно и холодно звучит голос, словно живет отдельно от моего сердца.

Он молчал, и я осмелилась поднять на него глаза. Мужчина смотрел на мои губы не отрываясь, и я почувствовала, как он сильнее обхватил меня за талию, прижимая к себе. От неожиданности я надавила ему на плечи, останавливая. Он встряхнул головой, будто приходя в себя и тут же отпустил меня, убирая руки в карманы брюк и немного отдаляясь.

– Прошу прощения, – мужчина схмурил брови. – Как вас зовут?

– Ангелина, а вас?

Девочка, ты серьезно? Какое еще «а вас?»

– Артур, – он протянул руку, смотря прямо мне в глаза, без тени улыбки, – приятно познакомиться. Вы будете здесь работать?

Смотрю в шоке на его руку, потом поднимаю глаза и также без улыбки протягиваю свою:

– И мне приятно. Да, буду здесь работать несколько дней в неделю. А как вы догадались?

– Антонина сказала, мы пересеклись в фойе.

Он все также держит мою ладонь и не отпускает. Я смотрю в его глаза. Так мы и стояли эти секунды, не прерывая зрительный контакт. Вся эта ситуация выглядела очень комично, но я чувствовала себя так комфортно рядом с ним, будто все происходит правильно, как надо. Мы одновременно отпустили руки друг друга, и я почувствовала, как предательски начинаю краснеть.

На сцене что-то упало, и я обернулась, приходя в себя. Совсем забыла про репетицию и людей.

– Извините, я вас отвлекла.

Мужчина встал вровень со мной и тоже смотрел на сцену.

– Ничего страшного, эти оболтусы должны и без меня справляться, – он впервые улыбнулся и повернулся ко мне. – Давай перейдем на ты? Не люблю излишнюю офицальщину.

– Д-д-а, давайте. То есть давай, – от такого неожиданного вопроса я начала заикаться.

– Вот и отлично! – Артур хлопнул в ладоши и привлек внимание ребят. – Если хочешь, оставайся на репетицию, это иногда бывает очень забавно.

Он улыбнулся мне еще раз и пошел на сцену.

Я села на кресло, сняла куртку и положила ее на колени. Смотрю на то, что происходит на сцене и не могу сосредоточиться, мысли витают в другом месте. Артур. Конечно, я знала его имя, но познакомиться лично – это другое. Вспоминаю, как он держал меня за руку, а еще то, как я оступилась. Буду вспоминать этот момент каждый раз и краснеть. Ладно, ничего страшного. С каждым такое бывает. Впредь буду внимательна. Разум продолжает подкидывать воспоминания о его близости ко мне, руки на талии, то, как он прикасался к моей щеке и по телу снова прошла волна тепла. Мужчина, словно прочитав мои мысли, обернулся. В его глазах была задумчивость и какое-то сожаление. Я попыталась улыбнуться. Он, бросив взгляд на мои губы, свел брови и отвернулся, начав кричать парню неподалеку, что ему не мешало бы наконец выучить текст.

Я вздохнула, задумываясь о его реакции на меня. Будто я его раздражала своим присутствием, хотя он сам же предложил мне остаться и посмотреть репетицию. Вот и пойми, о чем думает этот мужчина.

Ко мне подходит Антонина и дает листок, на котором распечатано мое рабочее расписание, номера телефонов, имена коллег, начальника и заработная плата. Пробегаю глазами текст. Деньги меня не волнуют. А вот номера. Ага, надейся. Его телефона конечно же нет.

– Тебя все устраивает? – она садится рядом, чтобы не отвлекать громким разговором актеров.

– Конечно, более чем. Спасибо, – говорю искренне.

– Вот и отлично, милая. Ты сказала Артуру, что хочешь поговорить с ним и ребятами по поводу твоей статьи?

– Ох, забыла.

После такого знакомства у меня все вылетело из головы.

– Ничего, подойдем к ним после репетиции.

Мы обе засматриваемся на сцену. Артур показывает, как нужно отыгрывать эмоции, чтобы зритель поверил. Он так злиться профессионально, что я ему точно верю.

Еще минут двадцать ребята репетировали, носились по сцене и иногда подшучивали друг над другом.

– Давайте не сегодня закончим, вижу, все устали, – говорит Артур.

Мы с Антониной одновременно поднимаемся и подходим ближе к сцене.

– Артур, дорогой, – женщина окликает его, он поворачивается и смотрит на нас сверху вниз, – ты уже познакомился с Ангелиной?

Он переводит взгляд на меня и кивает вместо ответа.

– Она бы хотела задать вам пару вопросов по поводу работы для своей статьи.

Ребята перестали одеваться и подошли к нам, внимательно слушая. Смотрю на Артура и вижу, как он не добро сощурился после слов Антонины.

– Ты журналист? – его голос звучит жестко.

– Н-нет, редактор, – снова заикаюсь и не знаю, что еще сказать.

– Что за статья тогда такая? Насколько знаю, редакторы таким не занимаются.

Ух, не просто холодной голос, ледяной. У него похоже проблемы с журналистами.

Беру себя в руки. Не нужно так нервничать.

– Ты не много не прав насчет редакторов. Мы как универсальные солдаты. Можем и интервью взять, если нужно и статью написать. Но в отличии от журналистов мы не бегаем и не выискиваем скандальные сплетни. Мой начальник решил, что было бы неплохо рассказать читателю о новогодних спектаклях. Включить это в основной текст. А от себя я хочу добавить не много эмоций от актеров, чтобы зритель точно был заинтересован. Ничего сложного для меня, работа на один вечер. А я как раз так удачно устроилась сюда, – говорю это все на одном дыхании и вижу, как Артур расслабляется.

– Чего ты так бурно реагируешь, сынок? Аж девочку напугал своим напором, – Антонина положила руки на бока и посмотрела на него из-под очков.

Он смерил меня внимательным взглядом:

– Извини, не люблю журналистов. Лично к тебе это не относится. Поднимайся сюда к нам, поможем, чем сможем.

Я положила сумку и куртку на сиденье, достала блокнот и ручку и поднялась на сцену. Ребята поставили стулья и расселись полукругом, глядя на меня десятью парами глаз. Я смутилась от такого внимания. Артур стоял чуть справа и этим нервировал меня еще больше. Пауза затягивалась.

– Не волнуйся, мы не кусаемся, – он издевательски улыбнулся.

Посмотрела на него предупреждающе, тоже мне шутник. Я не много разозлилась на себя и это привело меня в чувства, сразу собрала все мысли воедино. Дальше дело пошло быстрее. Ребята с удовольствием рассказывали мне о постановке, а я делала пометки. Память у меня хорошая, но я все-равно стараюсь почти дословно все записывать. Так что приду домой и сразу перенесу все из блокнота в электронный вид. Я поблагодарила всех за сотрудничество, и актеры начали расходиться, не забыв прихватить с собой стулья.

Артур тоже попрощался с ребятами, напомнив им напоследок про текст, который нужно подтянуть к следующей репетиции. Мы остались на сцене одни.

Я дописывала в блокнот некоторые мысли, пока Артур убирал реквизит. Из-за кулис послышался грохот. Я вскочила от этого звука.

– Все нормально? – крикнула как можно громче.

В ответ тишина. Пошла посмотреть, что там происходит и чуть не засмеялась в голос от увиденного. Артур стоял на полусогнутых ногах и держал большое… эм… Что это вообще такое? Дерево что ли?

– Может перестанешь хихикать и поможешь мне?

Я тут же подошла, убрала упавший реквизит и помогла ему опереть дерево к стене. Мы отряхнулись и посмотрели друг на друга.

– Хорошая работа. Спасибо. А могла бы оставить меня здесь позориться под этим бревном.

– Да, упустила такой шанс, – осмелившись поддела его. – Зачем ты его вообще трогал?

– Я не трогал, передвинул вон ту скамью немного, – он показал на нее, – и как-то неудачно. Хорошо, что ты здесь была. Теперь я твой должник. Проси, что хочешь.

Тебя хочу. Тьфу, да о чем я вообще думаю?

– Ничего не нужно, – смущенно улыбаюсь.

Он задумчиво смотрит на меня, будто что-то придумывая:

– Ты далеко отсюда живешь? На улице холодно. Хочу тебя подвезти. Если ты не против, конечно. А то может у тебя планы какие есть.

Чуть не открыла рот от удивления. Что это за прекрасные повороты в жизни? Сегодняшний вечер заставляет меня поражаться всему, что происходит.

– У меня нет планов. Но я могу, и сама добраться, живу недалеко, на такси пятнадцать минут ехать, – не хочу напрашиваться на его предложение.

– Никаких такси, – он взял меня за локоть и повел из-за кулис. – Одевайся и жди меня на выходе. Я забегу к начальнику и приду.

Спускаюсь в шоке со сцены и надеваю куртку. Артур быстрым шагом выходит из партера. Провожаю его взглядом, беру сумку и иду к выходу из театра. В коридоре стоит Антонина и разговаривает с охранником, при виде меня она ему что-то отдает и идет ко мне навстречу.

– Как тебе, понравилось у нас?

Вы даже не представляете насколько.

– Конечно. Все очень приветливые и дружелюбные. Я очень хорошо провела вечер.

– Вот и отлично, получилось написать статью?

– Да, завтра обрадую своего начальника, что так быстро получилось справиться с работой. Спасибо вам огромное, – беру ее за руку и легонько пожимаю.

– Не за что, милая. Через два дня жду тебя, у нас будет аншлаг.

– Обязательно приду, сразу после работы.

Сзади послышались шаги, Антонина посмотрела мне за спину, и я обернулась. Артур шел по коридору одновременно надевая куртку. Его волосы растрепались, и он провел рукой по ним таким же жестом, как тогда, сидя за столиком в кафе. Я невольно засмотрелась.

Он подошел к нам, посмотрел на женщину и поклонился в шутливой манере:

– Антонина, целую ваши руки. Готова? Едем? – а это уже мне.

– Ты подвезешь Ангелиночку?

– Да, холодно на улице.

– Вот молодец какой. Настоящий джентльмен. Смотри, – она подмигнула мне, – надо брать, пока другие не забрали.

Я искоса взглянула на Артура. Он стоял как стена, не выдавая своих эмоций. Не поймешь, какие мысли у него были в этот момент.

– Теть Тонь, мы пойдем, а то город сейчас в пробках встанет.

– Идите-идите, – она лукаво улыбнулась и махнула рукой, – доброго вечера вам.

– Доброго вечера, – ответили с Артуром синхронно и переглянулись.

Он положил мне руку на спину и повел на выход. На улице и правда было холодно, а может это меня морозило от такой непривычной нагрузки.

Мы прошли на парковку и сели в уже теплую машину, я расстегнула куртку и уставилась на своего водителя, смотря как он открывает навигатор.

– Скажешь адрес?

– Конечно, – называю улицу, он ее вбивает в строку и нам показывается путь до моего дома.

– И правда не далеко, но в пробке все-равно придется постоять, – говорит Артур и выруливает на дорогу.

– Тебе точно не сложно меня подвезти? Ты все-таки не обычный человек. Мне как-то неловко, если честно.

Он останавливается на светофоре и поворачивается ко мне всем корпусом.

– Что значит не обычный? – Артур оглядывает себя. – Вроде ноги-руки как у всех.

– Я имела ввиду, что ты популярный, – смущенно отвечаю после его реакции.

– Забудь, что я медийная личность. Мы от этого с тобой как-то хуже общаемся? Я прежде всего человек, такой же, как и ты. И помочь хорошей девушке мне не сложно. Тем более если заболеешь, Тоня с меня потом три шкуры снимет.

Загорелся зеленый и нам начали сигналить сзади, подгоняя.

– Мне она нравится, – стараюсь не зацикливаться на других словах, уж слишком они приятны для меня.

– Она нам всем как мама, – он улыбнулся при упоминании Антонины. – Раз ты будешь у нас работать, хочу узнать о тебе побольше. Твоя основная работа в издательстве?

– Верно, я редактор, как и говорила. Работаю со своей подругой в офисе недалеко от театра.

– Почему захотела еще и в театре ставку взять?

Мы остановились, впереди была пробка. Теперь Артур повернулся и в упор смотрел мне в глаза, словно пытаясь поймать на лжи.

– Люблю театр, если честно. Мы часто ходили с родителями, а теперь еще и с девочками стараемся посещать спектакли на новогодних праздниках.

– С девочками? Подругами то есть?

– Да, с подругами. А почему ты так отреагировал в начале, на то, что я статью пишу? Ты не ладишь с журналистами? – решила тоже задать интересующий меня вопрос.

Он задумался, видимо решая рассказать мне или не стоит. Сзади нам снова посигналили, Артур дернулся и посмотрел в зеркало заднего вида. Мы проехали несколько метров и остановились.

Я думала уже не ждать ответа на свой вопрос, но через время он повернулся ко мне:

– Я отношусь нормально к журналистам, есть из них и хорошие ребята. Но некоторые преследует и не дают покоя даже тогда, когда я допустим обедаю с семьей, друзьями или нагло заявляются ко мне на работу. Задают бестактные вопросы. И ладно если бы эти вопросы касались только меня, но они суют свой нос и в дела моих родных, которые вообще не имеют отношения к шоу-бизнесу. Вот таких не терплю и стараюсь избегать, им лишь бы только выслужиться и написать статейку в своей желтой прессе. Такие люди лишены моральных принципов и не стоит им что-то рассказывать, приплетут потом еще что-нибудь от себя.

Он отвернулся и глядел на дорогу. Мы проехали еще немного вперед.

– Так говоришь, как будто уже испытывал на себе последствия таких вот статей.

Он смерил меня взглядом:

– Ты не читала разве?

– Нет, – удивилась этому вопросу, – а должна была?

– Ты ведь знаешь кем я работаю?

– Знаю, но я не смотрю телевизор и не зависаю в социальных сетях. В общем, не следила за твоей жизнью и уж тем более не читала всякие статьи, – смутилась, сказав все это. Я знала немного, но все же знала.

Возможно, он думал, что я вешаюсь на него специально. И на работу в театр устроилась, чтобы разузнать о нем. Черт, ведь это так и есть. Мне стало стыдно, и я отвернулась к окну, сделав вид что смотрю на площадь, мимо которой мы проезжали. Он так доверился мне и еще к тому же помог, а я, по сути, играю в какую-то игру. Наше знакомство ложь, которую я заранее спланировала и умело провернула ее себе во благо. Мне стало дурно, и я открыла окно, вздохнув морозного воздуха. Не люблю врать, но с самого начала именно это и делаю, еще и так профессионально.

– Все хорошо? Тебе плохо? – спросив, он прикрутил печку и дотронулся до моего плеча.

Я вздрогнула и повернулась к нему, объясняя:

– Жарко что-то стало.

– Выключу тогда пока что печку на совсем, – он повернул колесико вниз. – Мне очень нравится, что ты не следишь за всей той мутью, что творится в социальных сетях. Я обычно только и слышу от девушек всю свою биографию от самого рождения. Это очень напрягает, если честно. Хочется поговорить с человеком о простых вещах, но как это сделать, если собеседник знает даже в каких носках я хожу?

– А в каких носках ты ходишь? – выпалила это, не подумав и замахала руками, – извини, можешь не отвечать.

Артур засмеялся:

– Вот видишь, другая бы это не спросила, потому что знает. А ты не обычная, я сразу это понял, как увидел твой испуганный взгляд на меня в театре, когда ты оступилась.

Я очень смутилась, вспоминая этот момент, и он не стал продолжать, увидев мои заалевшие щеки.

– Наклонись ближе.

Я сделала это, и Артур поднял штанину брюк, показывая мне носки. Они были ярко-оранжевые.

– Никогда бы не подумала, что ты носишь такие цвета. Мне ты кажешься очень серьезным.

– Сейчас кое-что скажу, но это будет наш секрет.

Ну вот, у нас уже и секреты появляются.

– Я люблю яркую одежду, в меру конечно. Но моя работа не позволяет прийти мне на студию в рубашке цвета апельсина.

Я хихикнула, представив это.

– Поэтому приходится добавлять красок в жизнь там, где этого не видно, – он заговорщицки посмотрел на меня.

А я подумала еще об одном предмете гардероба. Но, конечно, не стала спрашивать. Меня уже одни только мысли смущают о таком вопросе. Артур засмеялся, наверно на моем лице было все написано и даже озвучивать не надо.

– Я унесу этот секрет в могилу, – пообещала ему.

– Надеюсь, – он смотрел без улыбки, – мне очень легко тебе доверять, будто мы давно знакомы.

– У меня тоже такое чувство. А еще с тобой легко общаться, будто ты вовсе не популярный человек, – сказала это, а совесть выпустила когти.

– Я обычный, все нормально, – он грустно улыбнулся.

Мы оба знали, что все не так просто. В мире шоу-бизнеса все играют свои роли. Это сидя здесь, в машине, мы два обычных человека. Но там, где каждый норовит задеть тебя, и видно в большинстве ложь и лицемерие, он должен тоже играть роль и не показывать лишних эмоций.

Мы въехали во двор моего дома. В большинстве окон горел свет, люди возвращались с работы. За разговорами я даже не заметила, как мы приехали. Я показала на свой подъезд, он остановил машину у тротуара.

– Когда у тебя снова будет рабочий день в театре?

– Через два дня, в пятницу.

Он что-то прикинул у себя в голове.

– Вроде бы в пятницу вечером я не занят. Надо уточнить расписание. Тоже хочу прийти на спектакль. Составишь мне компанию?

– Конечно, с радостью, – принимаю его предложение.

Мы улыбнулись друг другу.

– Мне хорошо было вот так просто с тобой разговаривать, спасибо тебе, – он тоже как будто смущается и на мгновение отводит взгляд.

– Мне тоже понравилось с тобой общаться. Да и это я тебя должна благодарить.

– Мне не сложно было тебя довезти. Значит, до встречи, Ангелина?

– До встречи, Артур, – произнесла его имя и застыла, так не обычно это прозвучало.

Я вышла из машины и подошла к двери подъезда. Оглянулась посмотреть на него, чтобы запомнить этот момент. Он все еще стоял и тоже смотрел на меня через открытое окно автомобиля. Я помахала ему, Артур кивнул в ответ. Зайдя в подъезд, услышала звук отъезжающей машины. Приятно, что он ждал до последнего.

Поднялась на лифте, зашла в квартиру, скинула обувь и как была в верхней одежде прошла в комнату и упала на диван. Хотелось принять горизонтальное положение после такого насыщенного дня. Даже не верится, что все случившееся произошло со мной. Кажется, что прошло не пару дней, а целая жизнь. Какая-то другая реальность. Но за этой радостью слышался голосок моей совести. Она шептала, что такого не должно быть, это все сказка, которую я решила воплотить в жизнь. При чем воплощала ее ложью.

Я помассировала виски, чувствуя, что голова сейчас взорвется из-за мыслей. Не могу рассказать ему правду, то, как на самом деле его встретила. По сути, я не отличилась от других девушек, которых он описывал. Думаю об этом и становится мерзко. А еще меня тревожит тот факт, что он видел меня в кафе. Не знаю, как до сих пор не вспомнил, может конечно не придал значения тогда, был в задумчивости. Не сказать, что я очень выделяюсь от массы людей. Скорее всего тогда не зациклил свое внимание на мне.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.