# Деревня каннибалов

Арсений Александрович Истомин

Журналист Алексей решает отправиться в заброшенную деревню, в поисках приключений. С ним на пару в забытое поселение идёт подруга Ира. Они вместе ходят между покосившимися домами, пока не натыкаются на людоедов. Из деревушки живым выберется лишь один. Каннибалы гонятся за несчастным, но отстают. Алексей остаётся один на безлюдной трассе в тот момент, когда людоеды нападают на едущий автомобиль. Удастся ли выжить Алексею, и как с этим делом разберётся полиция?

В поисках забытых легенд, сказок, а так же предметов старины судьба забросила Алексея в знакомую для него тверскую область, где он провел несколько лет своего незабываемого детства. Его давняя подруга – Ирина, узнав, что Алексей должен приехать изучать местные леса, да поселения, где уже люди не живут, напросилась с ним, под видом сбора грибов. Лешка возражать не стал, вдвоем все лучше, чем одному бродить по давно забытым местам.

Вот и сейчас друзья тряслись в старой, но крепкой ниве, надеясь каждый на свое. Ира хотела отыскать грибные места, там, где раньше не ходила. Когда бы еще ей представилась такая возможность, съездить в лес, куда на своих двоих никто, как правило, не доходит. Алексей же надеялся, что ему удастся поживиться предметами старины, может быть украшениями и драгоценностями. Единственное, что в этой ситуации не привлекало его внимание – это иконы. Не сказать, что Лешка был очень набожным человеком, в заброшенную деревню он ехал далеко не с христианской миссией, но брать подобные предметы все же опасался.

Когда до предполагаемого поселения оставалось в районе десяти-пятнадцати километров, машина чуть не увязла в слое грязи. Поэтому пришлось оставить дедушкину ладу и идти на своих двоих. Потом, как оказалось, дорога стала окончательно разбитая, настолько, что автомобиль рисковал остаться тут доживать свой век. Ребята были готовы к любым погодным условиям, поэтому Иринка, выскочив из машины на обочину, нырнула куда-то в сторону, на поиски белых да подберезовиков. В прочем, чутье ее не подвело, пару грибов в корзинку она все-таки положила. Правда, то оказались две жухлые сыроежки, а не драгоценный «царь грибов», за которым она так охотилась.

Дорога немного петляла, Алексей шел прямо, ему хотелось поскорее дойти до вымершего поселения, чтобы развернуть поиски. Его нетерпеливости мешала Ира, которая старалась идти параллельно с ним, находясь при этом в лесу и тщательно всматриваясь под ноги. Время от времени она останавливалась, что немного напрягало Алексея, Иришка присаживалась возле гриба, осматривала его, аккуратно срезала ножом и проверяла на предмет наличия внутри червяков и слизней. Только после этого она складывала добычу к себе в лукошко и начинала продвигаться дальше. В конце концов, Алексея тоже увлекло это занятие, он достал из рюкзака пакет и стал идти по другую сторону от дороги. На грибы ему везло больше, чем Ире, той могли попасться разве что маслята, или старый моховик, который уже почернел и стоял, склонившись на тонкой ножке.

Набрав пол пакета, Алексей вспомнил, что он-то сейчас идет без машины. И, что любую вещь, которую он найдет, ему придется нести обратно этой же дорогой. Та вскоре повернула куда-то в бок, и друзья стали выходить из леса. Перед Лешкой открылся вид на широкое поле, тут и там по одной торчали маленькие сосенки. Местами, к опушке подходили пышные кусты, Ира было уже намеревалась проверить их на наличие поздней малины или ежевики, но Леша остановил ее, сказав, что им надо успеть вернуться к машине до наступления темноты. И так пришлось выехать после обеда, поэтому времени у них оставалось не так много.

Выйдя на пригорок, Ира увидела дома – деревня была близко. Когда ребята стали подходить ближе к покосившемся избушкам, справа и слева от дороги начали попадаться кресты. Гнилые, черные они стояли, словно встречая всех приезжающих в селенье. Какие-то из них стояли покосившиеся, а какие-то лежали, и было видно лишь пригорки да торчащий из травы черенок.

– Нормально вообще!? – испугалась Ира, заприметив парочку захоронений.

– А что тут такого? Старое, заброшенное кладбище. Это тебе не город, чтобы за ним ухаживали – рассуждал Алексей.

– Почему тогда они лежат вразнобой? – спросила Ира.

– Не знаю, честно – ответил Алексей. Он и сам не понимал, почему могильники находятся на значительном расстоянии друг от друга. Их было не так уж и много, но из за того, что они были так расположены, создавалось впечатление, что половина этого широченного поля является местным кладбищем.

– Может тогда не у всех кресты имеются? – предположила Ира.

– Не знаю – ответил Алексей. Ему уже поскорее хотелось заняться поисками.

Первые избушки заброшенной деревеньки не заставили себя долго ждать. Вскоре ребята вышли на первые дома, которые шли с двух сторон по кривой, петляющей улице. Алексей остановился у первого дома, напротив покосившегося палисадника с облупившейся белой краской. Дверца со скрипом поддалась и Леша зашел на заросший высокой травой участок. К дому вела тропинка из досок.

Тут, Алексей остановился. Посмотрел на угол дома и замер. За домом виднелось какое-то шевеление. Чей-то силуэт предательски выдавали развивающиеся на ветру рукава. Шуметь Лешка не стал, полез обходить дом по кругу, чтобы выйти на непонятный силуэт со спины. Сухая трава шелестела под ногами, пару раз Алексей наступал в огороженные грядки или клумбы, понять было сложно – кроме травы на них и не росло ничего.

Обойдя дом по кругу, Лёша вышел на задний двор. Он посмотрел на угол, из-за которого выглядывал странный тип, и спокойно выдохнул.

– Пугало, надо же было догадаться его в таком месте поставить – думал Алексей, подходя ближе. Как он и сказал это было чучело с соломенной головой, которую было не разглядеть, рубаха, развивающаяся на ветру и веник, служивший, по всей видимости, второй опорой.

Ира вообще не планировала заходить в дома, внутри могли оказаться одичавшие животные, которых здесь оставили на произвол судьбы, или, она боялась больше всего, люди. Она понимала, что деревня не первый десяток лет считается необитаемой, но что-то все равно мешало ей подняться, открыть дверь и зайти внутрь. Поэтому Иришка просто ходила вокруг участков, смотря нет ли где овощей, которые стали расти самосевом. Помимо покосившихся изб, коих в деревне было предостаточно, были так же и сгоревшие дотла домишки, от которых остались лишь печные трубы да головешки. Ириша зашла на очередной участочек и замерла. Возле будки на полуразвалившейся проржавевшей цепи сидел пес. Впрочем, от него остались только кости, Ире стало жалко животное, которое по всей видимости умерло здесь от холода или голода. Осмотр огорода за домиком ничего не дал, кроме высокой травы да чертополоха на заднем дворе ничего не росло. Ире нравился сам дом, светлый, аккуратный.

– Может зайти? Осмотреться – пробежала мельком мысль в голове.

Но Иру будто что-то держало за душу, не давая зайти в дом. Чтобы удовлетворить свое любопытство и при этом не быть одной, она решила ходить по древне на пару с Алексеем. Он и защитит если что, да и нравился он ей, но признаться в этом самой себе Ира боялась.

– Куда они могли так быстро уехать? – спросила Ира, подходя к Алексею.

– Много причин есть – ответил он, продолжая осматривать дома снаружи.

– А ты как считаешь? – прервала она его мысли.

– Ну, если всех хотели направить куда-то работать – одно дело. Может где-то неподалеку пожар крупный был, и чтобы успеть выехать из леса местные жители второпях оставили свои хозяйства – сказал он.

– А если их выгнали? – вдруг, спросила Ира.

– Кто? – не понял ее Алексей. Он был увлечен очередным домом и уже собирался зайти во внутрь. Ира вошла в дверь вслед за ним. Пол скрипел, сырые, мрачные хоромы встречали гостей, которые искали, чем поживиться. К удивлению Алексея, здесь словно уже кто-то успел побывать раньше них, не осталось даже икон в красном уголке. Из предметов старины остались лишь котелки, ухваты, да посуда, которой в городских музеях предостаточно.

Пройдясь еще через несколько домов, Алексею не удалось найти ровным счетом ничего. Первые дома даже с виду напоминали места скопления людей бомжеватого типа. Ценного внутри ничего не было, даже предметы обихода, одежда или посуда надлежащего качества попросту отсутствовали. Проанализировав местные строения, Алексей понял, что большинство из них построено по типу белой избы, тоесть печь топилась с использованием дымохода. Лешка хотел продолжать поиски, в конце концов он так долго планировал эту поездку, что уходить с пустыми руками было бы очень обидно. Он надеялся, что если в домах, которые стоят в самом начале, уже успели побывать мародеры и прочие маргиналы, то в последних могли остаться предметы старины, которые для воров ничего не значат, а для знатоков представляют определенную историческую ценность.

В очередную избу Алешка с Ирой заходили вдвоем, Алексей хотел найти что-нибудь стоящее, Ира же просто не хотела оставаться одна на пустой улице. Они зашли в сени, перешли высокий порожек и прошли в горничную, в углу торчала часть облупившейся за столько лет печи, за дверью виднелся бабий угол.

– А там что? – спросила Алешу Ира, указывая на пол. Из под края стола виднелась дверца погреба. Ничего не говоря, Алексей отодвинул деревянный стол и приоткрыл крышку лаза. Внизу было еще более сыро и темно, Алексей достал налобный фонарик и посветил вниз. Через секунду он отпрянул от погреба, чуть не упав навзничь.

– Что там? – спросила его Ира, но Лешка молчал, тогда она, чтобы показать себя смелой девчонкой, забрала из дрожащей руки фонарь и посветила вниз. Ира замерла прямо над подвалом, не в силах сдвинуться с места. Внизу, кроме кучи тряпок и сухой травы, лежали кости. Ира надеялась, что это корова или лошадь, которых могли сожрать оголодавшие жители деревни, но там были человеческие черепа, предательски смотревшие наверх своими пустыми глазницами.

– Может они здесь прятались, нет? – спросила Ира, пришедшая в себя немного раньше.

– От кого? – спросил Алексей. Этот вопрос остался без ответа. В ту же минуту уличная дверь с грохотом захлопнулась, Алексей резко встал, повернувшись назад, раздался крик испуганной Иры. На пороге было пусто, должно быть ветер привел в движение скрипучую дверцу. Громко выдохнув, Алексей закрыл лаз и продолжил осматривать дом. Возле умывальника, кроме обычной деревенской кухонной утвари, лежали топоры, точильные камни, тазы да кадки. Поняв, что вынести отсюда ничего не получиться, Алексей вместе с Ирой направились к другому дому. На выходе из избы Леша еле открыл старую дверь. По его соображениям та никак не могла захлопнуться сама, какой бы силы ветер не подул. Ничего не сказав Ире, он пошел к следующему домишке. Тот, по всей видимости, напоминал дом местного мясника. Должно быть в этом месте была деревенская живодерня. Скот забивали на заднем дворе, где для этого имелись все условия. В самом доме ничего не нашлось, Алексею это уже начало надоедать. С обратной стороны дома оставалось проверить сарай, в которой, скорей всего, либо держали скот, либо хранили инструмент для забоя. Сухенькая дверца сарая поддалась враз. Помещение, размерами с кухоньку в обычной хрущевке, освещалось через дыры в крыше, которая была кое-как прикрыта соломой.

Зайдя во внутрь, Лешка оторопел от ужаса. Посередине сарая ногами кверху был подвешен человек. Внизу под ним стоял металлический таз. Высохший труп покачивался вместе с сараем, веревка на ногах была примотана к одной из несущих балок. Когда труп повернулось в сторону Алексея, тот увидел безжизненное высохшее тело.

– Да что вообще здесь происходит?! – не понимал он.

– Может немцы поиздевались? Хотя какие, откуда? – опомнился он. Алексей не мог поверить, что все это сделали местные жители, лишь из за банального голода в деревне. Только в этот момент Алексей заметил, что у висевшего человека отсутствовали руки, тут он стал осматриваться вокруг в поисках двух человеческих конечностей. Кроме пустых кадок и ведер в сарае ничего не было. Оставаться здесь больше не хотелось, да и желание найти в здешних домах что-нибудь драгоценное в миг улетучилось. Впрочем, потерянные руки нашлись через секунду. Из дома донесся грохот и истошный крик Иры, Алексей бросился на помощь, рисуя в голове самые худшие кошмары, на которые только мог быть способен его мозг в тот момент. Буквально залетев с топором в дом, он увидел Ирку, которая забилась в угол, закрывая лицо руками. Возле печи лежал разбитая корчага, среди черепков валялись успевшие потемнеть отрубленные кисти рук.

– Что здесь вообще твориться?! – истерично заверещала Ира.

– Не знаю – полусомкнутыми губами пробормотал Алексей.

– Давай уедем, пожалуйста – сказала Ира и посмотрела на Лешу заплаканными глазами. Уезжать было нельзя. У него мог появиться такой репортаж, которого нет даже у опытных журналистов. Для подтверждения картины надо было обойти еще пару домов. Единственным препятствием на пути была испуганная Ира.

– Ир, давай так, ты сейчас можешь пойти со мной проверять другие дома или остаться здесь и ждать, пока я не закончу – предложил он. Но не успел Алексей договорить, как на него обрушилась гора возмущений.

– Ты совсем что-ли? – всхлипывала Ира.

– Тут людей мучали, а ты хочешь остаться – говорила она.

Идти одна через чащу к машине Ира бы не смогла, так что ей пришлось увязаться за Лёшкой, который подходил к следующему домишке. Все в один миг приобрело другие краски, Ира шла вслед за Лешей, постоянно оборачиваясь, задерживая взгляд на окнах, углах. Ей казалось, хотя нет, она чувствовала, ощущала на себе чей-то ледяной взгляд. По спине бежали мурашки, глаза метались между окнами соседних домов, в которых, как на зло, ничего не было видно. В очередной дом оказалось попасть не так легко. Дверь не поддавалась, как Алексей не старался ее выбить. Это радовало его внутреннего сталкера. Обойдя дом вокруг, он убедился, что других ходов нет, а окна заколочены с внутренней стороны. Алексея удивила одна деталь, которая могла сделать его инвалидом, не будь он внимательным в этот момент. Под каждым окном заботливо был поставлен капкан, спрятанный среди густой высокой травы. Подобные ловушки они с Иркой успели обнаружить и на других участках, правда там они были либо уже сработавшие, либо проржавевшие и не пригодные для ловли.