# Сказка о самолётике Ветерке и его друге, мальчике Тимуре

Игорь Дасиевич Шиповских

Сказка о встрече и дружбе двух таких, казалось бы, совершенно несовместимых единомышленников, и о том, как в одночасье можно обрести друга на всю жизнь и быть ей верным при любых обстоятельствах, даже невзирая на все трудности, что готовит вам судьба. А действие этой, несомненно, сказочной истории происходит в наше время, в небольшом городке, где каждый мальчуган способен найти себе занятие по душе, а речь пойдёт именно о нём, о мальчугане, и его негаданном друге… Иллюстрация обложки: автор текста – Игорь Шиповских

## 1

Жил да был в небольшом городке, на красивой поляне, в парке у реки маленький детский самолётик. Вот именно самолётик, а не самолёт, или ещё как. А всё потому, что до большого, огромного самолёта, сверхтяжёлого лайнера, он попросту не успел дорасти. Хотя если честно говорить, то он и не должен был стать таким огромным.

Самолётик, с самого его рождения на заводе, как раз и готовили только к тому, чтобы он был маленьким и служил увеселительным аттракционом для местной детворы. А он таковым и был. Скромным, одноместным самолётиком на большой, красочной, вращающейся карусели.

Конечно же, на той карусели он был не один. На ней ещё имелись лошадки-пони, машинки, оленята, бабочки и даже крохотные паровозики с медными, блестящими трубами. И все они были прикреплены к большой, круглой платформе карусели. А вот она уже в свою очередь находилась на живописной поляне в детском парке весёлых аттракционов.

А так как городок был небольшим, то парк, в котором имелись аттракционы, был единственным. А оттого ребят в нём всегда было столько, что аттракционы никогда не пустовали. И, разумеется, самым популярным из всех была карусель. Ребятня прямо-таки рвалась на ней покататься. И каждый из ребят занимал наиболее понравившуюся ему фигурку. Девочки стремились сесть на бабочек или лошадок-пони, ну а мальчишки предпочитали паровозики и, конечно же, самолётик. Он пользовался особым спросом.

Впрочем, это и немудрено, ведь он был один среди всей этой весёлой плеяды фигурок. Вот оттого-то прокатиться на самолетике мечтал каждый мальчуган. И если мальчишки мечтали о катании на нём, то у самого самолётика была своя мечта. И надо отметить, заветная. Он грезил небом. Ему так хотелось летать там, в высоте, среди облаков, купаясь в лучах солнца, что он был готов на любые жертвы.

– Ах, как же мне хочется подняться ввысь!… Взлететь над нашим городом!… Посмотреть с высоты птичьего полета, какой он!… Увидеть, что расположено вокруг! Я бы многое отдал, чтоб ощутить свежее дуновение ветра на своих крыльях!… почувствовать размах небесных просторов!… – не раз восклицал он, видя, как далеко в синеве над облаками пролетает реактивный лайнер дальнего следования.

– Ой, да полно тебе мечтать-то о том, чего никогда не будет,… радуйся тому, что есть!… Вон, тебя иногда во время вращения на немного приподымают вверх,… и то хорошо!… Пользуйся этим!… Нам с подругами и этого не дано… – говорили ему соседки лошадки, бегущие по кругу сзади него.

– Ах, соседушки, вам меня не понять,… ну, не могу я не мечтать о небе!… Ведь я же самолёт!… У меня и пропеллер есть,… вот только жаль он не крутится. А мне так бы хотелось взлететь, испытать порывы скорости,… поиграть с ветром вперегонки!… – взволнованно отвечал им самолётик и снова начинал мечтать. А надо сказать, что из-за такого своего пристрастия к мечтам о небе и стремлении соревноваться с ветром, он заслуженно получил своё лёгкое имя. Соседи по карусели стали называть его коротко и ясно – Ветерок. Только что он значился простой фигуркой на аттракционе, а тут вдруг раз, и он носит гордое имя Ветерок. Самолётик был этим очень доволен.

– Как же это замечательно,… моё имя сейчас звучит, будто призыв к полётам!… – польщённый тем, что к нему теперь так обращаются, радовался он. А однажды, как-то вечерком, когда рабочий день уже подходил к концу у него состоялся забавный разговор со своим соседом паровозиком, который бежал впереди его.

– А вот скажи мне, Ветерок,… зачем тебе летать!?… Ну, разве тебе плохо вместе с нами бежать по кругу?… ведь это так весело и озорно!… – в перерыве между заездами спросил его паровозик.

– Да, ты прав соседушка,… бегать по кругу это конечно весело и озорно,… и я всегда рад, когда ребятишки катаются на нас,… ведь мы для этого и созданы! Но и мечтать тоже нужно,… иначе даже самая развесёлая жизнь покажется скучной и быстро надоест! Вот ты, разве никогда не хотел встать на настоящие рельсы и помчаться по ним навстречу чему-нибудь неизведанному, чему-нибудь прекрасному!… Ну, неужели тебе неинтересно узнать, что находится за пределами нашего парка, за границами города,… а ведь там тоже кипит жизнь!… – тут же встрепенувшись, откликнулся самолётик.

– Да уж,… вот ты снова за своё,… видимо, ты неисправим Ветерок,… для тебя каждый день повод для мечтаний,… а мне и без них хорошо,… я за целый день так набегаюсь по кругу, что мне потом не до грёз,… я лишь спать хочу,… разные мы с тобой… – позёвывая, ответил ему паровозик.

– Ну как же так,… сразу спать,… а ночное небо,… а красавица луна,… а звёзды, неужели тебе не интересно на них смотреть!?… Любоваться ими!… – не унимался Ветерок.

– Ха!… Вот ещё,… больно надо на них любоваться,… скорей бы день прошёл да отдыхать,… как раз сейчас последний заезд будет,… и хватит на сегодня!… – встряв в разговор, с усмешкой воскликнула лошадка, бежавшая позади.

– И то, верно,… последний заезд,… вон и ребятишки уже идут к нам,… всё, тихо, теперь молчим… – тут же закончил беседу самолётик и приготовился к приёму своего очередного пассажира. Лошадка сказала правду, это действительно был последний на сегодня заезд, но он-то и оказался самым необыкновенным за весь день.

## 2

Ребятишки быстро расселись на заранее выбранные ими фигурки. Кто-то на лошадку, кто-то на слоника или паровозик. А один скромный и с виду ничем непримечательный мальчуган занял место на самолётике. И так он это уверенно сделал, что со стороны могло показаться, будто это настоящий пилот садиться в кабину настоящего истребителя. Точно такое же ощущение охватило и Ветерка. Уж он-то за свою жизнь катал немало разных мальчишек и научился их понимать.

Бывало садиться к нему какой-нибудь мальчуган, и он его сразу насквозь чует: коли дрожит, иль неловко себя ведёт, значит, новичок или бояка. А то и наоборот, залазит этакий хулиган-задавака, всё ножками своими испинает, вывозит, да ещё и напоследок гвоздём что-нибудь на приборной доске нацарапает. В общем, всякие мальчишки самолётику попадались. Но такой, чтобы так аккуратно и так мастерски занял своё место, такого ещё не было. Ветерок очень обрадовался ему, и сразу ощутил себя так, словно он в руках у самого надёжного лётчика в мире.

Но вот заработал электромотор и карусель начала вращаться. Первый круг был простым, разгонным, однако и он показался Ветерку каким-то необыкновенным. Мальчуган с таким достоинством взялся за штурвал и так откинулся на спинку сиденья, что это больше походило на настоящий взлёт. Разбег, отрыв от земли, и вот они уже в воздухе, летят вперёд, прямо на закат. Хотя, к сожалению, на самом деле, это всего лишь на втором круге сработало подъёмное устройство, и самолётик вместе с его пассажиром на немного приподняло вверх. Уж так запрограммирован аттракцион. Однако им это показалось натуральным полётом.

Ветерок и мальчишка в этот миг слились в единое целое, и у них обоих даже дух захватило от столь внезапного подъёма. Для них это было настоящим прыжком ввысь. Они в этот момент видели перед собой облака, небо, чувствовали свежесть встречного ветра и аромат грядущих странствий. Для них это не было разбегом по кругу, они сейчас ощущали настоящую романтику полёта. Но вдруг электромотор сбавил свои обороты, самолётик пошёл на снижение, и вскоре карусель остановилась. Однако мальчуган не сразу покинул своё место в кабине. На какую-то секунду он задержался, и будто не желая никуда уходить, неспешно провёл рукой по приборной доске, затем слегка склонившись над ней, тихо прошептал.

– Спасибо тебе дружище,… сегодня у меня был первый полёт,… и я рад, что провёл его с тобой… – откровенно признался он, и только после этого покинул кабину. Слова мальчугана стали для Ветерка, словно гром среди ясного неба. Таких признаний он не слышал никогда. Чтобы хоть кто-то, когда-то, говорил ему спасибо, да ещё и называл его другом, такого вообще не случалось.

Самолётик проводил мальчугана благодарным взглядом, и даже чуть неловкая слеза не навернулась на его нарисованных глазах. Мальчик тоже не остался равнодушным и, обернувшись, помахал на прощанье самолётику рукой. Такого раньше тоже никогда не было. Нет, ну, разумеется, случались иногда крики радости или восклицания восторга, но так, чтобы столь трогательно попрощаться, такого никто припомнить не мог. Ни лошадки, ни паровозики, ни даже нежные бабочки, ни разу не катали столь благодарных ребятишек. Но что ещё замечательно, на этом отношения мальчика и Ветерка не закончились, а наоборот только начались.

## 3

Последующая ночь и утро пролетели быстро. Можно даже сказать, мгновенно. Ночь, потому что все спали и не заметили, как время пронеслось, а утро оттого, что все начали трудиться. Однако ночью не все спали одинаково хорошо, самолётик например, никак не мог заснуть. Бедняга под впечатлением от столь яркой встречи задремал лишь под утро. Да и то ненадолго, ведь утром началась работа. Ну а так как мысли о том приветливом мальчугане не покидали его и во время работы, то и наступившее утро, и последующий за ним день пролетели гораздо быстрей, чем ночь. А так оно и бывает. Когда о чём-то важном напряжённо думаешь, то и не замечаешь, как проносится время.

Но вот настал вечер на аттракцион пошли ребятишки, которые привыкли гулять во второй половине дня. Ветерок почему-то был уверен, что этим вечером вчерашний мальчуган обязательно придёт его навестить. И надо же такому быть так всё и произошло. Но только теперь мальчишка был не один. С ним пришёл высокий мужчина средних лет. И по их общению можно было легко догадаться, что это был его отец. Они о чём-то оживлённо переговаривались, и мальчуган то и дело указывал отцу на самолётик. Отец понимающе кивал головой и, улыбаясь, что-то отвечал. Затем всё пошло своим чередом. Мальчишка взял в кассе билет и, дождавшись своей очереди, занял место в кабине самолётика. И вновь всё повторилось, как и вчера.

Мальчуган с таким уважением и почётом сел в кресло, что Ветерок опять почувствовал себя настоящим истребителем. И снова разгон, отрыв, полёт, и вновь вся гамма вчерашних ощущений нахлынула на них. Они слились воедино и круг за кругом опять в своих мыслях поднимались всё выше и выше. Всё было прежним, небо, облака и радость полёта. Однако были и различия, сегодня полёты не ограничились одним заходом. Едва закончился первый тур, как тут же начался второй. Мальчик даже не покинул кабины, он терпеливо дождался, пока на аттракционе поменяется детвора, и вновь уверенно взявшись за штурвал, продолжил прерванный полёт. И так повторилось целых три раза. Только после этого мальчуган благодарно попрощался с Ветерком и побежал к отцу.