Кэт Киттлер
Холодное блюдо

Глава 1, в которой зло торжествует

Daily Fox от 1 марта 1945 года:

«Конфликты продолжаются. Находиться на улицах больших городов по-прежнему небезопасно».

Daily Fox от 8 марта 1945 года:

«Неужели перемирие возможно? Главы правящих кланов Мартин Хилл и Уильям Росс сели за стол переговоров».

Daily Fox от 9 марта 1945 года:

«По всей стране прошли акции протестов. Сможет ли полиция остановить череду насилия?»

Daily Fox от 14 апреля 1947 года:

«Власти определились с новым миропорядком. Теперь нас ожидает увеличение состава правительства за счёт вливаний членов нового клана».

Лиз скривилась и бросила газету на рабочий стол.

«Грёбаные кровопийцы! Всё же пролезли во власть».

Она медленно выдохнула и поправила папку с недописанным отчётом. Надо бы его, конечно, закончить, но настроение не то. После таких новостей хочется напиться в ближайшем баре.

В дверь просунулась белокурая голова помощницы.

– Эй, тебя там шеф вызывает. Срочно.

Лиз удивилась и быстро встала из-за стола. Если Харви вызывает срочно, значит, стряслось что-то действительно паршивое. Обычно шеф никуда не торопится: трупы уже не убегут, а если преступник успеет скрыться в другой стране, прикрываясь экстрадицией, так это не его, Харви, проблема.

Пройдя по узкому коридору, Лиз постучала в дверь с надписью: «Капитан управления полиции г. Корбелл Х. Ричардсон», а затем вошла в кабинет и села в кресло напротив начальника. «Трон» Харви занимал добрую половину его кабинета. Вторую половину – огромный стол, на котором в беспорядке валялись папки с делами и прочие документы. Как там у Эйнштейна, «гений господствует над хаосом»? Если так, шеф должен быть настоящим мыслителем. Хотя кто его знает, может, раньше так оно и было. Дослужился же он до капитана. Кабинет удобен для Харви. Но не для подчинённых. Один человек, конечно, мог поместиться на маленьком стуле у двери, а вот двоим уже приходилось тесниться. Для шефа двое – это уже толпа. А толпу Харви не любил. Поэтому, если начальнику приспичило отчитать больше одного сотрудника, это делалось там, где шеф их поймает. То есть на виду у всех. Лиз ещё повезло – она работает без напарника, так что все выволочки получала здесь же, в кабинете.

Харви кинул ей папку.

– Сильно-то не рассиживайся. Твоё новое дело: труп на Эш-Роуд. Прямо на ступеньках Капитолия. – Он зло сплюнул. – Даже спрятать не попытались. Ублюдки!

– На главной улице города? Ого. – Лиз открыла папку. – Пустая?

– Это твоя работа – её заполнить, моя – задать тебе направление.

Харви уткнулся в очередной документ, демонстрируя своим видом, что закончил.

– Убили-то хоть кого?

– Я почём знаю? По-твоему, я гадалка на городской ярмарке? Съезди посмотри, – не отрывая глаз от документа, проговорил шеф.

Лиз закатила глаза, но всё же молча поднялась и вышла из кабинета. Иногда шеф ведёт себя как настоящий засранец, и в этом случае лучше смириться и делать своё дело. Желательно хорошо.

Она спустилась на парковку и подошла к любимому мотоциклу, который так выделялся среди патрульных машин и стареньких «фордов». Только на такие и хватало денег большинству её коллег. Девушка, однако, предпочитала свободу передвижения в любую погоду. Дождь? Снег? Абсолютно не важно. Иногда после поездки приходилось отпаивать себя горячим кофе, чтобы согреться, но потом Лиз снова садилась на байк.

Голубой «Индиан» уверенно маневрировал по улицам города, не задерживаясь в пробках миллионника. Люди торопились по своим делам и нетерпеливо нажимали на клаксон, как будто посигналишь – и сразу выберешься из затора. На стенах серых бетонных домов то и дело мелькали граффити: «Вампиры от дьявола!», «Убирайтесь к чёрту!», «Защитим наших детей!». Люди боялись, и это было вполне естественно. Одно дело, когда о вампирах читаешь в книгах Брэма Стокера и сопереживаешь главному герою, но совсем другое, когда тебе приходится жить с ними бок о бок. Кто, будучи в здравом уме, по-настоящему поверит, что кровь вампирам нужна только в битвах и для восстановления после тяжёлой травмы? Как же… нашли идиотов…

Подъехав к Капитолию, Лиз продралась сквозь толпу любопытствующих и попала, наконец, на место преступления. На ступенях уже собралась команда. Кто-то фотографировал, кто-то отмечал улики. У тела склонился медэксперт.

– Привет, Джош. Как оно?

Полноватый мужчина слегка повернул голову и устало вздохнул:

– Я не спал уже трое суток. То тут, то там новые трупы. Такое чувство, что война не закончилась. Ещё подробности нужны?

Лиз усмехнулась:

– Нет. Кто у нас тут?

– Ребёнок мужского пола, лет восьми.

Лиз нахмурилась и почувствовала, как сердце сначала ускорилось, а потом болезненно сжалось. Ему столько же лет… Она встряхнула головой, отогнав от себя непрошеные мысли. Не время раскисать и поддаваться слабости. Снова взяв себя в руки, девушка присела на корточки рядом с судмедэкспертом, чтобы самой взглянуть на тело. Худой и мелкий. Даже для своего возраста. На детском лице навечно застыла маска удивления. А рядом лежала мягкая игрушка – дракончик, сделанный своими руками: криво, косо, но видно, что с любовью. Убийство детей – это всегда не просто.

– Ну и какая тварь дрожащая решила, что право имеет?

– Что?

– Это Достоевский, неуч. Между прочим, самый популярный автор русской классической литературы в наших широтах. Я думала, его все знают.

– Не хвастайся своим образованием. Кстати, – он подозрительно сощурился, – откуда оно у тебя?

– Не все полицейские тупые. Так кто решил, что убивать ребёнка – это норма?

Джош лишь пожал плечами:

– Люди боятся, что вампиры сошлют всех в гетто на убой. Вот и отыгрываются на слабых: на тех, кто ответить не может. И неважно, человек или вампир. – Он устало вздохнул. – От себя могу сказать, что у жертвы перелом черепа, его затылочной доли. Убийца был сзади. Признаков борьбы нет.

– Получается, парень знал убийцу, повернулся же он к нему спиной? Или сзади догнали?

– Не знаю. Но убили его не здесь: крови практически нет. Пока это всё. Подробнее, как всегда, расскажу после вскрытия.

– Уже известно, кто он?

– Адам Хилл, – раздался низкий голос у них за спиной.

Лиз и Джош обернулись. Чуть поодаль стоял мужчина лет тридцати пяти в чёрном костюме. Образ дополнял узкий галстук. Первое правило нового мира – смотреть на цвет глаз. Если видишь красные – беги или бей со всей силы. А лучше сначала бей, а потом беги, если успеешь.

«Человек», – одновременно подумали оба и слегка расслабились.

– Его зовут Адам Хилл. Он внук Мартина Хилла, лидера клана людей. И да, ему восемь.

– Мы знаем, кто такой Мартин Хилл. – Лиз нахмурилась. – А вы вообще кто? И что делаете на месте преступления? – Она повернулась к стоящему у полицейского заграждения патрульному: – Энди! Ну какого чёрта?

Тот лишь пожал плечами.

– Успокойтесь, – примирительно сказал незнакомец. – Меня зовут Крис Картер.

Он протянул ладонь для пожатия, но девушка лишь подняла одну бровь вверх, скрестив руки на груди в ожидании дальнейшей информации.

Мужчина доброжелательно улыбнулся и продолжил:

– Я частный детектив. Семья Хилл наняла меня, когда Адам вчера не вернулся из школы. Узнав об убийстве, Лидер попросил найти того, кто посмел это сделать. Сами понимаете, – он развёл руками, – таким людям не отказывают.

Лиз закатила глаза:

– Только этого мне не хватало. Мало того, что отпрыск не простой, так ещё и ищейка на хвосте.

Крис продолжал доброжелательно улыбаться.

– Вы не сможете отвязаться от меня, офицер. Только если лично убедите Лидера, что я вам не нужен. Но сомневаюсь, что у вас есть такие ресурсы. Нам придётся подружиться, и будет лучше, если мы сделаем это быстро. Так мы не будем тратить время на бессмысленную борьбу и, соответственно, быстрее найдём убийцу. Считайте, я ваш новый друг.

– У меня нет друзей.

Крис попытался сохранить серьёзное выражение лица, но искорка в его карих глазах выдавала отношение к происходящему:

– Не понимаю почему.

Лиз развернулась к Джошу, который молча, с ехидной улыбкой наблюдал за сценой знакомства.

– Во сколько было совершено убийство?

Медэксперт сразу сосредоточился на деле:

– Между тремя и четырьмя часами утра.

– Чёрт! В это время обычно у Капитолия никого нет. – Она посмотрела на величественное здание перед собой. – Пойду, что ли, с охраной пообщаюсь. Может, повезёт.

– Как я могу вам помочь? – спросил Крис.

– Купите мне кофе.

Уже развернувшись, Лиз услышала смешок Джоша:

– Привыкай, мужик. Она у нас девочка с характером.

Она сделала вид, что не услышала реплику коллеги, и решительно направилась к входу в здание.

Крис догнал её уже на подходе и галантно открыл дверь:

– Прошу вас.

Лиз молча вошла, не удостоив нового знакомого взглядом и вежливым «спасибо». Они огляделись. Капитолий, конечно, впечатлял не только снаружи, но и внутри. Могущество империи читалось в каждом камне, каждой колонне и многочисленных украшениях. Везде присутствовали военные темы: сцены охоты, рог изобилия, оружие. Золото орнаментов резко контрастировало с тёмно-красным ковром, простирающимся от входа по коридорам, и светлым мрамором пола. Лиз потребовалось несколько секунд, чтобы воспротивиться давлению этого места и сохранить спину прямой, а плечи расправленными. И как они здесь работают? Невозможно же.

Рядом раздался продолжительный выдох нового знакомого:

– Никогда не любил ампир и камень. Слишком уж массивно. И агрессивно.

– Боитесь, что сломаетесь под его тяжестью?

– А вы нет?

– Нет. Я кремень.

– Самоуверенно.

– Зато правда.

– Простите, я могу вам помочь? – прервал обмен любезностями один из охранников у рамки досмотра.

– Да!

Лиз уверенно прошла вперёд; стук её шпилек отражался от мраморных стен и эхом оседал на ушах окружающих. Девушка про себя хмыкнула: «И колокольчика на шею не надо».

Она достала жетон и показала охранникам:

– Меня зовут Лиз Хант, я офицер полиции южного округа. У вас тут труп на ступеньках нашли, что-нибудь об этом знаете?

Охранники встревоженно переглянулись.

– Конечно, знаем, мы о нём и доложили.

– А кто его туда положил, не видели?

Те лишь покачали головами.

– Если бы что-то заметили – сразу бы сказали.

– Расскажите, пожалуйста, что вы видели, поподробнее, – вмешался в разговор Крис, чем вызвал неудовольствие Лиз.

Это её дело и её охранники!

Тот, что постарше, почесал затылок:

– Да ничего мы не видели, в том-то и дело. В четыре заступили на смену, как обычно, сделали обход периметра, вернулись – там что-то лежит у входа. Следуя инструкции, доложили начальнику смены. Тот попросил проверить, но осторожно: вдруг диверсия? Ну вот один из нас и вышел посмотреть.

– Ага. Я, как вышел, даже не понял сначала, что это человек, – продолжил второй. – Слишком уж маленький. А когда дошло – страшно стало. Кто ж его так. Сразу и позвонил копам.

Лиз кивнула:

– Это вы правильно сделали. Итак, у вас есть камеры, вы их смотрели? Что-нибудь увидели?

Охранники отрицательно помотали головами. Даже почти синхронно получилось.

– Нет, не смотрели. У нас-то и доступа к ним нет. Только у старшего смены и начальника охраны.

– Как нам можно с ними поговорить? – спросил Крис.

Лиз сжала челюсти от злости, чтобы не сказать чего-нибудь лишнего. Видит бог, ей понадобилось много усилий. Она терпеть не могла, когда кто-то перетягивал одеяло на себя. Именно поэтому и предпочитала работать одна: сама по себе такая умная и со всеми справится; всех найдёт и нужных посадит. А этот… Девушка прикрыла глаза и сделала глубокий вдох с медленным выдохом и вновь включилась в происходящее. Охранники уже куда-то звонили, а затем вернулись к ожидающим.

– Том, старший нашей смены, скоро подойдёт. Вы можете подождать пока у окна, чтобы не мешать входящим.

Крис и Лиз отошли в сторону. За их спинами уже собралась приличная толпа из сотрудников Капитолия. Люди не могли попасть на свои рабочие места без досмотра службы безопасности, а потому с любопытством слушали разговор охранников с полицией, не стесняясь перешёптываться, обсуждая случившееся.

– Значит, так. – Лиз повернулась к детективу. – Это моё дело и мои свидетели, – произнесла она с нажимом на местоимения. – И не надо вмешиваться в моё расследование!

Крис раздражающе доброжелательно улыбнулся и склонил голову:

– Как скажете. Вы – босс.

Она подозрительно сощурилась:

– Как-то вы слишком быстро согласились.

– Я лишь не хочу лишних конфликтов, детектив. Для меня важен результат.

– Ладно…

Том, начальник смены, подошёл спустя десять минут тишины между вынужденными партнёрами. Лиз не была настроена разговаривать с незнакомцем, обдумывая расследование дальше. Интересно, зафиксировали ли камеры происходящее? Возможно, уже сегодня она будет пить ром в честь быстрого окончания расследования где-нибудь на пляже Мексики. Крис тоже не пытался завязать разговор. По тем недовольным взглядам, что он бросал в сторону Лиз, можно было подумать, что думал он о ней.

– Добрый день, детективы! Меня зовут Том Вернер, я начальник смены.

Девушка придирчиво осмотрела подошедшего. Типичный представитель охраны: немолодой, с сединой, судя по застёгивающимся пуговицам пиджака, склонный к перееданию. И почему мужчины в возрасте перестают следить за собой? Это же как минимум некрасиво. И здоровье страдает.

– Здравствуйте. Меня зовут Лиз Хант, а это… – Она кивнула на Криса.

– Крис Картер. Я частный детектив. Помогаю детективу Хант.

Том пожал Крису руку и начал говорить, не замечая девушки рядом.

– То, что случилось, ужасно. К сожалению, у меня нет полного доступа к данным камер. Я уже связался с начальником охраны. Но из-за политики безопасности мы сможем просмотреть их только в его присутствии и с его ключом.

Лиз пощёлкала пальцами перед лицом охранника:

– Эй, это я здесь из полиции. – И только после того, как тот, наконец, удостоил её вниманием, продолжила: – Как мы можем их посмотреть?

Мужчина вздохнул:

– Только с ордером от окружного судьи.

– Серьёзно?! – Лиз закипала. – У вас на ступеньках обнаружен труп ребёнка, внука нашего Лидера. Точно без ордера не обойдёмся?

– К сожалению, нет. Я бы и рад не затягивать. Но это Капитолий. Самое главное здание клана людей в стране. Да я за такое сам под суд пойду. Это же нарушение протокола безопасности. И полного доступа у меня всё равно нет.

– Ладно, мы поняли. Скажите, у вас всегда пересменка в четыре утра? – Крис попытался дать напарнице остыть.

– Нет. Каждый день в разное время, с часу ночи до четырёх.

– Кто знает о времени смены?

– Только сами охранники, старшие смен, начальник службы и Лидер Хилл.

– Понятно. В последнее время ваши охранники ничего подозрительного не замечали?

Мужчина нервно теребил край своего пиджака. На заплывшем лице отражался сложный мыслительный процесс. Но пару минут спустя с тяжёлым вздохом произнёс:

– Вроде ничего такого не докладывали. Но я поспрашиваю ещё и попрошу других старших расспросить своих. Пока это всё, чем я могу вам помочь.

Детективы попрощались и пошли к выходу из здания. Каждый обдумывал полученную информацию. Что ж, быстро закрыть дело не получилось, жаль. Ну, мы пойдём другим путём. В груди Лиз ещё теплилась надежда, что сегодня вечером, если судья на месте, максимум завтра утром, она сможет получить ордер. И тогда всё тайное станет явным. Но это не точно.

Крис вырвал Лиз из пучины размышлений:

– Тяжело, наверное, быть девушкой в профессии мужчин? Каждый раз приходится отстаивать право делать свою работу.

Она покосилась на идущего рядом. С чего бы такая забота?

– Я привыкла.

Труп уже увезли, и толпа довольных зевак разошлась по своим делам, чтобы пересказывать коллегам и знакомым об убийстве у Капитолия. Сколько бы времени ни прошло, а людей по-прежнему интересуют только хлеб и зрелища. Мир и технологии движутся вперёд, но люди остаются людьми.

Лиз прошла к своему мотоциклу.

– Вы сейчас в участок и за ордером? – спросил Крис.

– Это самое логичное, не правда ли? – ответила вопросом на вопрос Лиз.

Мужчина протянул ей визитную карточку:

– Не выбрасывайте сразу. – Он улыбнулся и продолжил: – Позвоните мне, как только его получите. – Затем чуть склонился и сложил руки в молитвенном жесте: – Пожалуйста.

Лиз взяла протянутую визитку и засунула её во внутренний карман своей куртки.

– Сохраню её здесь, – она похлопала по груди, – у самого сердца.

«Индиан» взревел и рванул вперёд. Лиз увидела в зеркало заднего вида, что Крис покачал головой ей вслед. Пусть знает, что она не собирается прогибаться и не даст ему быть ведущим.

Лиз всю жизнь приходилось отстаивать себя и своё право жить так, как она хочет, а не так, как диктует ей общество. Девушка на полицейской должности, носит брюки, да ещё и ездит на байке – нонсенс. Вслед ей то и дело оборачивались прохожие: мужчины с недовольством, иногда граничившим с брезгливостью, а женщины с завистью. У каждой из них свои тайные желания, о которых неприлично мечтать вслух. И Лиз – одна из немногих, кто осмелился бросить вызов миру мужчин, которые навязывают женщинам свои представления о жизни. Как будто им мало того, что приходится бороться против вампиров в войне, в которой ни одна из сторон так и не смогла победить.

Лиз вошла в участок, сразу направившись к комнате отдыха. После такого дня ей просто необходима чашка кофе.

Как всегда, в кафетерии находилось много народу. В и так небольшом помещении были заняты все стулья, кто-то сидел на подоконнике и даже на столе, где стоял алтарь всех сотрудников её участка – кофемашина. Коллеги смеялись, громко обсуждая свои внутренние дела и личную жизнь. Не работает здесь никто, кроме неё, что ли?

– Эй, Хант, слышал, у тебя наконец-то появился напарник? – за спиной раздался голос самого неприятного типа в их участке. – Народ, делаем ставки, через сколько он от неё сбежит.

Послышались смешки коллег.

«Джош! Увижу – убью!» Лиз развернулась к Смиту с елейной улыбочкой:

– Хочешь, тебе подарю? Парень смышлёный, симпатичный, тебе понравится. А… хотя чего это я… Ты же не любишь людей умнее себя. Комплекс развивается, как его… – Она пощёлкала пальцами, пытаясь вспомнить. – Неполноценности.

Глаза коллеги опасно сощурились:

– По тонкому льду ходишь, Хант.

– И что же ты сделаешь, родной? Жене пожалуешься? – Лиз захлопала глазками. – Ты же самостоятельно ничего решить не можешь. Каждый знает, что все дела закрывает твой напарник. У тебя даже фамилия среднестатистическая – Смит. Хуже и придумать было нельзя.

С этими словами Лиз с высоко поднятым подбородком вышла из кафетерия. В её руках находилась такая желанная чашка ароматного кофе. Позади слышались смешки:

– Она уделала тебя, мужик!

Зайдя к себе, Лиз с наслаждением уселась в мягкое кресло. Тут же в кабинет впорхнула всегда улыбающаяся Эльза, которая так не подходила их мрачному месту, и затараторила:

– Ну, что там? Джош рассказал в паре слов. Это правда внук Лидера Хилла? А этот Крис, вы будете работать вместе? Он симпатичный?

– Так, стоп! – Лиз жестом остановила поток вопросов. – Отвечаю по порядку: да; надеюсь, нет; тебе понравится. И раз уж ты зашла, подготовь, пожалуйста, ордер для окружного судьи. Мне нужно разрешение на просмотр камер в Капитолии.

Эльза расстроенно надула губки:

– Вот никогда от тебя подробностей не дождёшься. Уже иду.

– Не обижайся, потом всё расскажу, но сначала дело.

Эльза улыбнулась и вышла из кабинета. У Лиз было минут пять-семь, чтобы насладиться своим кофе в тишине и подумать. Сделав глоток обжигающего напитка, она вытащила визитку Криса. Итак, Крис Картер, частный детектив, адрес: 1 С Касс Аве, Вестмонт, что же мне с тобой делать?

Если его нанял сам Лидер, то отвязаться, конечно, не получится. Можно попробовать решить этот вопрос через Харви, типа конфиденциальность информации, у частных детективов нет доступа к полицейским данным, а вдруг утечка? Да, как и сказал Крис, у неё нет достаточных ресурсов бороться против решений Лидера. А вот начальник и не такое отстаивал. Последний глоток тишины совпал с появившейся, пусть и призрачной, но надеждой.

– Вот я оформила тебе ордер. Осталось только его подписать, это ты уж сама.

– Спасибо, дорогая.

– Только не заработайся, а то знаю я тебя. Напоминаю, что мы идём на свидание в Speakeasy.

– Детка, я никогда не забываю про свидания с тобой.

Эльза рассмеялась:

– Не совсем со мной. Всё же парни там тоже будут. В восемь. И, пожалуйста, возьми такси. Оставь свой мотоцикл дома.

– Думаешь, он не подойдёт моему образу? Как по мне, так отличный аксессуар.

Эльза рассмеялась:

– Ну нет, не в этот раз.

Лиз притворно тяжело вздохнула:

– Вот не могу тебе отказать. Верёвки из меня вьёшь. Совести у тебя нет!

С этими словами она вышла из участка и направилась в сторону окружного суда. Она не переставала благодарить себя за то, что однажды пересела с машины на байк, иначе и до завтра не добралась бы до офиса судьи. Неважно, в какой день недели или какое время суток, на улицах города всегда царило оживление. Даже во время финансового кризиса, который накрыл мир после затяжной войны против вампиров, люди всё равно умудрились сохранить свои сбережения и не отказывали себе в удовольствии передвигаться на автомобилях, создавая всё новые и новые пробки. Ситуация осложнялась в плохую погоду. Первые капли дождя или первые снежинки зимой, казалось, парализовывали движение, заставляя водителей нервничать и вести себя осторожно, медленно продвигаясь из точки А в точку Б. И только мотоциклисты, рискуя собой, лавировали между полосами дорожного движения.

– Привет, Кейт, отлично выглядишь. Джефферсон у себя?

Лиз вошла в приёмную, стряхивая с себя капли дождя.

Секретарь окружного судьи Кейт Далтон считала, что работает у самого важного человека в городе, а значит, должна выглядеть соответственно. Одетая всегда элегантно и с причёской по последней моде, она стала настоящим символом этого места. Даже самые высокие чины были вынуждены сначала пройти через неё, чтобы попасть к Джефферсону. И удавалось это не всем.

Она недовольно посмотрела на мокрую Лиз перед собой и демонстративно отодвинула документы подальше от края стола, на котором царил идеальный порядок.

– Привет. Нет. И не будет сегодня. Он в суде. У них там какое-то сложное дело.

– Чёрт! Мне срочно нужна его подпись.

– Не тебе одной. Оставляй в этой стопочке. Он завтра с утра всё подпишет. Я позвоню.

– Хорошо. Спасибо. Ты лучшая.

Кейт и бровью не повела, продолжая что-то печатать на пишущей машинке:

– Я знаю.

Что ж, на сегодня дела закончились. Самое время поехать домой, принять ванну и собраться на встречу. Эльза обещала, что парни, с которыми у них двойное свидание, – достойные члены общества. Было что-то ещё, но Лиз, как всегда, отфильтровала эту информацию: во-первых, она абсолютно лишняя, с точки зрения копа, а во-вторых, вряд ли они ещё когда-нибудь встретятся.

Лиз поднялась на четвёртый этаж. Так. Стоп. Почему дверь неплотно закрыта? Она прокрутила в голове утро и пришла к выводу, что не запереть дверь попросту не могла. Лиз достала из-за пояса пистолет и тихо шагнула за порог.

Глава 2, в которой кто-то останется голодным

– Джош! Ну какого чёрта! А предупредить?!

– Прости, Лиз. Ты уже уехала, когда я сюда собрался. Чего орать-то? – сонно пробормотал парень.

– Да я тебя чуть не пристрелила! В следующий раз повесь записку на дверь.

– Да понял я тебя, только помолчи, пожалуйста. У меня всего три часа на поспать.

Джош перевернулся на другой бок, лицом к спинке дивана, стоящего в небольшой гостиной, и вновь провалился в сон.

Лиз тихо прошла в ванную и включила воду. Она улыбнулась своему отражению в зеркале. Однажды предложив поспать между сменами у себя, теперь не отвертишься. Но, справедливости ради, Джош и вправду жил далеко от работы, а так как медэкспертов катастрофически не хватало, они были вынуждены работать сутками, пытаясь урвать себе хотя бы пару часов на сон. Им в кабинет даже диван поставили. Один. Так что кто успел, тот и занял. Поэтому Лиз дала Джошу ключ от своей квартиры и разрешила спать на диване в гостиной с условием не заявляться к ней среди ночи без предупреждения. Иначе могло получиться неловко. Обычно он звонил, и если после двух гудков Лиз не взяла трубку, спать ему в управлении на стульях.

Лиз на цыпочках прошла в спальню и взяла полотенце. В ванной сбросила с себя одежду и наконец-то свободно вздохнула. Ничто не держит женщину в тисках так, как одежда: выглядит красиво, но местами жутко неудобно.

Позже, погрузившись в горячую ванну, Лиз отпустила мысли об убийстве и переживания из-за нового дела, позволив себе, однако, задержаться на Крисе. Даже при условии её сегодняшних восьмисантиметровых шпилек парень всё равно был выше. Спортивная фигура, дорогой костюм, запонки с драгоценными камнями. Частные детективы нынче много зарабатывают? Мысли девушки расслабленно потекли в новом направлении. Интересно, удастся ли затащить его в постель? Он должен быть очень даже неплох в этом деле. Лиз встряхнула головой и отогнала эти мысли. Прежде всего – дело, а он только мешает.

Вода постепенно остывала, время утекало, и пора уже собираться. Чего бы точно не хотелось, так это приезжать куда-то в мыле. Про опоздание речи быть не могло – их в мире Лиз просто не существовало. Всегда точна как швейцарские часы, как говорила Эльза.

Выбравшись из ванной, Лиз прошла в спальню в одном полотенце. Она не боялась, что Джош её увидит в таком виде, попробуй его сейчас вообще разбудить…

Она стояла перед открытой дверцей шкафа, решая вечный философский вопрос, которым задаётся каждая уважающая себя девушка утром: «Что надеть?» Ну и что, что сейчас уже вечер? Вопрос остаётся по-прежнему актуальным. Хлопнула дверь, Джош ушёл на очередную смену. Лиз включила радио в надежде услышать лёгкую музыку и настроить себя на маленькое приключение.

«И ничто не огорчает Создателя так, как нарушение законов его. То, что не было создано Им, то от Дьявола. Ибо зависть очернила сердце когда-то любимого сына. Но не смог он стать равным Ему в творениях своих, и населили землю создания мёртвые и без души…»

Лиз поморщилась и выключила приёмник. Интересно, как правительство позволяет Триединой церкви проповедовать против вампиров. Они же теперь вроде часть общества. Да, нежеланная, но всё же.

Она тряхнула головой и начала перебирать вещи в гардеробе. После целых пяти минут раздумий выбор пал на красное элегантное платье. У Лиз были большие планы на сегодняшний вечер, и она очень надеялась, что парни не подведут.

Ровно в восемь такси остановилось напротив ресторана, и Лиз вошла в тяжёлые дубовые двери. За ними переливались огни мягкого белого света; оркестр музыкантов наигрывал незатейливую мелодию, создавая уют и ощущение комфорта для присутствующих; официанты бесшумно сновали между столами, разнося блюда и принимая новые заказы. В воздухе пахло миром и немножко богатством. Заведение не представляло собой ресторан высокой кухни, но не было и обычной закусочной. Парни не пожалели денег, но на многое, видимо, их не хватит. Хорошо, что по своей старой привычке Лиз всегда имела при себе наличные. Иногда их вполне хватало, чтобы оплатить счёт и отвязаться от нового знакомства.

– Добрый вечер, вас ожидают? – обратился к ней метрдотель.

– Да, здравствуйте. Где-то здесь мои друзья.

Лиз обвела взглядом зал и увидела подругу, машущую ей из-за столика в углу. Рядом сидели парни, в глазах которых не было ни намёка на интеллект. Таких можно встретить в любой школьной команде по американскому футболу. Считающие, что они самые классные и юморные. Их не покидает чувство собственной значимости даже во взрослой жизни. Этакий стереотип, который продолжает жить несмотря ни на что. Ну, у неё здесь определённая цель – развлечься. Вряд ли они будут вести интеллектуальные беседы про расцвет философских школ золотого века Османской империи.

Лиз подошла к столику, и один из парней буквально вскочил, отодвигая её стул. Итак, распределение девушек уже прошло.

– Привет. Я Даррен, – сказал брюнет, – а это Калеб, – он указал на блондина.

Тот лишь кивнул, обнимая Эльзу.

– Это тебе.

Красные розы, как банально. Лиз натянуто улыбнулась. С чего парни решили, что они нравятся абсолютно всем и всегда уместны? Подумаешь, однажды Афродита порезалась и обагрила белые цветы своей кровью, так теперь все девушки должны страдать? И вообще, разве это не признак любви и страсти? Они же даже не виделись ни разу. Лиз оглядела парня внимательнее. Типичный янки.

– Спасибо. Очень мило с твоей стороны.

Официант подал меню, пообещав вернуться через пару минут.

– Ром?

– А что, девушка не имеет права его пить? У нас есть какой-то закон по этому поводу? Чего-то я о нём не слышала.

– Лиз! – одёрнула подругу Эльза. – Он просто удивился. Обычно девушки предпочитают вино.

– Ага, – подтвердил Даррен.

– От вина у меня лицо краснеет и наутро жуткое похмелье. А я девочка занятая, мне завтра на работу.

– Кстати, девушки, а где вы работаете? – поинтересовался Калеб.

Подруги обменялись взглядами. Говорить о том, что работают в полиции, они не любили. Сразу начинались несмешные шуточки и комментарии по поводу ограниченного женского интеллекта со стороны мужчин, которые упивались собственным чувством юмора.

– Мы работаем в одной фирме, – начала Эльза уже отрепетированную на нескольких свиданиях речь. – Мы обе секретарши.

Лиз продолжила:

– Ага, Эльза – помощница у шефа, а я в техническом отделе.

– Как интересно. А мы военные, – с гордостью проговорил блондин.

– Ветераны. Всю войну на передовой, – продолжил брюнет.

Они стукнули друг друга кулаками.

– Не какие-нибудь крысы тыловые.

– Так-то война два года назад закончилась. Что, нигде себя не нашли? Больше ничего не умеете, кроме как слепо выполнять приказы вышестоящих? – Лиз положила подбородок на ладонь и томно произнесла: – А может, вам нравится подчинение?

– Лиз!

Парни нахмурились.

– Вообще-то, мы сейчас проходим подготовку в полицейской академии.

– Это та, которая полгода длится?

– Лиз! Прекрати! Ты позоришь нас! – разозлилась не на шутку Эльза.

– Простите, мальчики, это я так флиртую, – улыбнулась Лиз и сделала глоток рома.

– Итак, вы хотите стать полицейскими? Это благородная профессия. Хотите помогать людям? – продолжила разговор Эльза.

– Да! От нас никто не уйдёт! – засмеялись парни.

Лиз отвернулась в сторону и посмотрела в глаза подруге. Эти идиоты и понятия не имеют, что такое полицейская служба. Их ждёт большое разочарование. Возможно, она бы даже на это посмотрела. Хотя… каждый год к ним в участок приходит много новеньких, и лишь единицы остаются на службе. Остальные не выдерживают этой грязи, бюрократии и ещё много чего. Главная же проблема в том, что, к сожалению, не всех можно найти и уж тем более не всех можно посадить. И с этим нужно просто смириться.

– Простите, но вам сюда нельзя, – послышались негромкие слова метрдотеля у выхода.

– Почему это?

– Мы не обслуживаем вампиров.

– Но у нас ведь те же права, что и у них. – Один из пришедших махнул рукой вглубь ресторана.

Люди в зале начали оборачиваться. Никто не произносил ни слова, все молча ожидали, удастся ли сохранить остатки привычного им мира. Несмотря на равные права, никто из присутствующих не жаждал находиться рядом с вампирами. Проще их вовсе не замечать, так создаётся иллюзия, что их как будто бы не существует. Музыканты продолжали играть лёгкие и ненавязчивые мелодии, отвлекая посетителей от инцидента у дверей, обещая, что в ресторане по-прежнему мирно и безопасно.

– Простите. Такова политика нашего ресторана.

– Хреновая у вас политика. Ваше правительство согласилось, что мы такие же члены общества, как и люди, сидящие здесь. Значит, мы можем поесть и отдохнуть везде, где пожелаем.

– Простите, но я не могу вас сюда пустить. К тому же в нашем заведении не подают кровь.

– Что? С чего вы взяли, что нам нужна кровь?

Метрдотель лишь пожал плечами:

– Вы вампиры. Это часть вашего питания.

– Нам не нужна кровь, нам нужно лишь поужинать в хорошем заведении. Но, видимо, ваш ресторан не сильно-то и хорош.

– Я понимаю ваше негодование, но, к сожалению, ничем не могу вам помочь. – Метрдотель пожал плечами. – Уверен, вас с удовольствием примут в другом ресторане.

Один из пришедших обвёл зал взглядом красных глаз. Женщины были испуганы, мужчины хмурились. Лиз было подумала, что зря она не взяла с собой пистолет. Мало ли что придёт на ум обиженным вампирам. Второй тронул его за локоть, и оба вампира молча удалились.

То тут, то там слышались тихие перешёптывания:

– Как они посмели сюда явиться…

– О, милый, я так испугалась, что они здесь останутся…

– Ублюдки. Почему их не сослали куда-нибудь в Антарктиду. Они же опасны для нас…

– Наш Лидер совершил большую ошибку, позволив им быть полноценной частью нашего общества…

– У них же есть собственные бары, разве нет?..

Постепенно разговоры возвращались в привычное русло. Что бы ни происходило за пределами ресторана, пока здесь спокойно и вкусно, собственные проблемы и жизни представлялись людям гораздо интереснее. Спустя несколько минут после конфликта у входа первые пары вышли на танцпол и закружились в вихре танца. С каждой минутой смех становился всё громче, разговоры откровеннее, а танцы быстрее. Эльза смущённо улыбалась Калебу, который что-то рассказывал ей, интимно наклонившись к уху своей визави. Даррен изо всех сил пытался произвести впечатление на Лиз, рассказывая истории с фронта. Во всех из них вампиры выступали слабаками, которые при появлении их отряда теряли дар речи от страха, и единственное, что могли, – умолять, чтобы их убили быстро. Лиз, конечно, тоже не любила вампиров и хотела, чтобы их не существовало, но не могла не признать, что среди них встречаются действительно сильные и свирепые. Сначала Лиз пыталась отшутиться, потом и вовсе перестала слушать. Плохо, когда человек настолько туп, что не понимает, что над ним смеются.

Ближе к полуночи в ресторане постепенно становилось малолюдно. Эльза с Калебом ушли под руку в сторону дома девушки. Даррен, как настоящий джентльмен, вызвался проводить Лиз, но узнав, что девушка живёт на другом конце города, немного приуныл. Попытался даже пригласить её к себе, клятвенно обещая не притронуться к Лиз, если та сама того не пожелает. Лиз же такое положение вещей не устраивало. Во-первых, она желала, во-вторых, когда-то давно она взяла себе за правило не ночевать в чужих квартирах, а в-третьих, если она в этом платье придёт завтра на работу, случится коллапс. Поэтому Лиз предложила проводить её домой на такси.

В квартиру ввалились шумно, сметая всё на своём пути. Тяжело это – смотреть по сторонам, когда глаза закрыты от страстных поцелуев. Её соседка, добропорядочная миссис Риддл, снова неделю будет недовольно поджимать губы, когда увидит Лиз. По мнению старушки, молодая девушка не может вести себя подобным образом, зазывая к себе мужчин на одну ночь. Не по-божески это. Так что Лиз уготована прямая дорожка в ад, с красным ковром и фанфарами в исполнении оркестра чертей.

– Доброе утро!

– Привет. Ванная – там, запасная зубная щётка лежит на раковине, кофе выпьешь дома. Я тороплюсь.

– А как же утренний поцелуй?

– Зубы сначала почисти!

Парень вздохнул и ушёл в душ. Лиз в это время надела любимые брюки, рубашку и туфли. Вышли из квартиры они вместе.

– Ого! – присвистнул Даррен, увидев, как Лиз садится на мотоцикл. – Классный байк! Подкинешь до дома?

– Тороплюсь. Сам доберёшься. Стоянка такси на следующей улице. Остановка автобусов там же, недалеко.

– Мы ещё увидимся?

– Возможно, – неопределённо улыбнулась Лиз, кивнула на прощание и была такова.

Глава 3, в которой смирение – это добродетель

Daily Fox от 15 апреля 1947 года:

«Убит восьмилетний внук Лидера Хилла. Главный вопрос, который будоражит общественность: человек или вампир? Настороженность в обоих кланах сохраняется».

Лиз пыталась не уснуть, сидя за письменным столом. Нужно как-то взбодриться, но вторая выпитая чашка кофе совсем не помогала. Она вспоминала прошедшую ночь. Даррен, как и предполагала Лиз, оказался выносливым. Возможно, есть смысл иногда встречаться ради совместного досуга. Размышления прервала оглушительная трель телефонного звонка. Господи, что ж так громко!

– Хант.

– Это Кейт Далтон. Твой ордер подписан.

– Спасибо. Уже лечу!

Кейт, не прощаясь, положила трубку, что, собственно, ей свойственно. Всегда только по делу, ничего лишнего. И Лиз нравится такой подход. Она рывком встала с кресла и рысцой двинулась к выходу. Вот что действительно придаёт ей сил и желание жить дальше после бессонной ночи – подписанный ордер.

Погода на удивление была тёплой и солнечной, асфальт быстро высох, как бы извиняясь перед мотоциклистами, что вчера своим мокрым покрытием создавал им неудобства. Лиз, несмотря на новые покрышки, купленные на прошлой неделе, продвигалась медленно. Вот уж не только автомобилисты создавали препятствия для быстрой езды, но и другие мотоциклисты, которые так же, как и она, протискивались между рядами, за что их буквально ненавидели те, кто застрял в машине без возможности проехать хотя бы на пятьдесят метров. Как же Лиз сейчас хотелось набрать действительно хорошую скорость, когда мысли отключаются и остаются только она, её байк и дорога. Надо бы выехать вечером на прогулку.

Кейт даже не взглянула на Лиз, лишь указав на документ на краю стола, продолжая печать на машинке. В такие моменты её лучше не отвлекать, иначе потом можешь неделю ждать подписи судьи. Проверено. Поэтому, как ниндзя, Лиз тихо вошла и вышла, как будто и не было её.

День становился всё лучше и лучше. В груди Лиз поселилось несвойственное ей светлое чувство. Она принялась перечислять прилагательные в своей голове, чтобы его идентифицировать, но ничего подходящего на ум не приходило. В результате остановилась на надежде. Конечно, опыт подсказывал, что убийцу так просто не найти. Только если отморозок какой-нибудь. Но это же Капитолий. К их камерам так просто не подберёшься, служба безопасности у них что надо, с мозгами. Вампиры во время войны так и не смогли захватить его.

Чувство эйфории резко сменилось раздражительностью, когда Лиз увидела перед входом в здание Криса. Чёрт! Как он узнал, что она будет здесь? Прицепился как клещ!

Он оттолкнулся от стены и выкинул пустой стаканчик из-под кофе в урну.

– Доброе утро, офицер!

– Не помню, чтобы я вам звонила.

Крис наклонил голову в сторону и улыбнулся:

– Я знал, что не позвоните. Поэтому связался вчера с Кейт и узнал, что судья занят, все документы будут подписаны сегодня.

Кругом враги!

Он посмотрел на наручные часы:

– Я жду вас уже два часа. Боялся упустить.

– Настолько запала вам в душу? Небось, ещё и думали обо мне всю ночь не смыкая глаз, лёжа под своим колючим одеялом.

Крис улыбнулся:

– Конечно. Вы весьма проницательны. – Он сделал приглашающий жест к двери: – Идём?

Ничего не оставалось, как пройти в здание и вдвоём направиться к охране. Их недавние знакомые уже сменились. Пришлось объяснять, кто они и зачем здесь, во второй раз. Ждать нынешнего старшего смены пришлось недолго. За это время Лиз и Крис прошли строгий досмотр, который был необходим, чтобы пройти вглубь Капитолия. В процессе досмотра пришлось сдать оружие и все металлические предметы. В карманах Лиз неожиданно оказалась серебряная мини-фляга. Она потрясла её, пустая.

Крис поднял бровь в удивлении. Лиз не удостоила его вниманием и с невозмутимым видом спрятала её обратно: надо хотя бы изредка проверять карманы…

– Итан Лонг, наш начальник, скоро подъедет. Без него я не могу проводить вас к мониторам.

Крис кивнул:

– Конечно, мы понимаем.

– Вы пока можете выпить кофе в нашем кафетерии.

Кофе пили в молчании. Лиз пыталась вспомнить, когда положила фляжку в карман и почему не убрала её после использования. На ум ничего не приходило.

Итан Лонг, рослый брюнет, под одеждой которого угадывалось натренированное тело, прибыл через полчаса. Лиз удивилась, что он также проходит полный досмотр. Казалось бы, начальник. Интересно, а Лидер тоже его проходит?

В сопровождении старшего смены и начальника службы безопасности Лиз и Крис прошли в комнату с мониторами. Охранник поста посторонился и освободил место начальнику. Тот вставил электронный ключ и открыл шкаф с видеокассетами.

– Итак, вас интересуют камеры за вчера, правильно?

– Именно, – подтвердила Лиз.

– Только у входа или все по периметру?

– Все.

– Скажите, у вас есть слепые зоны, где бы смог пройти убийца? – с видом знатока спросил Крис.

Итан покачал головой:

– Нет. Есть немного слепых пятен внутри, но не снаружи. Там камеры покрывают всё.

Он вынул несколько кассет и протиснулся к небольшому столу у другого конца кабинета, где стоял видеомагнитофон с небольшим монитором. Для четверых места в крохотном помещении, которое можно смело назвать каморкой, катастрофически не хватало. И вот долгожданное – кассета вставлена в магнитофон, и шесть пар глаз впились в экран. Сердце Лиз забилось чаще. Ну что ж, вот и настал момент истины.

– Предлагаю начать с двух часов и до утра.

– Ничего не имею против, офицер.

Крис лишь кивнул. Это самое разумное предложение Лиз. А дальше ускоренная перемотка и…

– Какого чёрта?!

– Как такое возможно? Я думала, вас не взломать.

– Я тоже так думал! – кипятился Итан. – Вайс! Всех срочно на собрание!

Он встал и грубо оттолкнул Лиз со своего пути. Если бы Крис её вовремя не придержал – она смела бы стул и больно ударилась головой о край металлического стола.

Ну что за мужлан!

– Спасибо.

Крис ухмыльнулся:

– Видите, офицер, я не так уж и бесполезен.

– Ага. Прям Великий Триединый вас мне послал. Как манну небесную.

Они вдвоём ещё раз посмотрели на экран. Лиз немного перемотала назад. На записи совершенно чётко можно было увидеть, как в 4:00 на ступеньках ещё ничего нет, а в 4:01 магическим образом появляется тело Адама.

За их спинами в это время что-то орал начальник охраны, слышался топот бегущих ног и гомон бесчисленных телефонных звонков с одним и тем же текстом: «Срочно в Капитолий!»

Казалось, все забыли о существовании двух ищеек в маленьком кабинете. Но их вполне можно понять: то, что случилось, невероятно. Кто-то взломал камеры правительственного здания, а они этого не заметили. В воздухе запахло жареным и возможным увольнением нескольких сотрудников. Может, даже скамьёй подсудимых.

– Интересно, конечно, получилось.

– Ага. А счастье было так близко.

– С другой стороны, было бы странно, если бы преступник не подумал о камерах.

– Я, вообще-то, надеялась, что он в неё ещё и рукой помашет.

Крис засмеялся:

– Вы неисправимы.

– Да, это мой особый шарм.

Они оглянулись на только что вошедшего начальника.

– Итак, что вы планируете делать дальше? – поинтересовалась Лиз.

– Найти, когда это произошло и как.

– Думаете, это кто-то изнутри? Но ведь доступа нет ни у кого, – задумчиво протянул Крис.

– Я уверен, здесь замешан кто-то из охраны. И я выясню кто! – Начальник ударил кулаком по столу. Громко.

– Мы бы хотели участвовать в расследовании, – высказался Крис. – Возможно, тот, кто отключил камеры, и связан с нашим убийством.

– Возможно? – Лиз скептически подняла бровь.

– Исключено! Это внутренние дела Капитолия.

– Так уж и внутренние? Напоминаю, тут труп вчера нашли. Мне его расследовать, а вы сейчас, можно сказать, препятствуете правосудию. Это статья, между прочим. – Лиз пыталась говорить спокойно, но выходило откровенно плохо.

– Да плевать мне на вас и ваше расследование! – уже не стесняясь, орал начальник охраны. – Вайс, выведи этих отсюда!

Лиз было сделала шаг в сторону Итана Лонга, но Крис придержал её за локоть:

– Хорошо, мы уходим. Не кипятитесь. Мы ни в коем случае не собирались встревать в ваше расследование.

Лиз и Крис двинулись на выход.

– Упёртый баран! – рассердилась Лиз.

– Вы слишком вспыльчивы, офицер. И как вам только удаётся закрывать дела?

– Учить меня будешь?!

– Ни в коем случае, – покачал головой Крис. – Просто интересно.

Вместо того чтобы выйти из здания, они повернули в сторону лифта, который унёс их наверх, в приёмную Лидера Хилла. Если кто и мог им помочь, так это тот, кто обладает большей властью, чем начальник охраны.

– Не против, если переговоры буду вести я?

Лиз посмотрела на Криса исподлобья и приглашающе махнула рукой в сторону отрывающихся дверей. В приёмной царила тишина, лишь помощник что-то печатал на пишущей машинке, не подозревая о том хаосе, который царил всего пятью этажами ниже. Он был настолько увлечён, что даже не поднял головы, пока Крис и Лиз не подошли вплотную.

– Добрый день. Чем я могу вам помочь? – удивление молниеносно сменилось профессиональной дежурной улыбкой.

– Здравствуйте. Мы бы хотели поговорить с Лидером, – доброжелательно проговорил Крис.

Помощник нахмурился и оглядел стол в поисках записной книжки.

– Вам было назначено?

– Нет, – встряла в разговор Лиз, которая, сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, успела успокоиться. – Мы из полиции по поводу убийства Адама. – Она достала жетон и показала его помощнику.

– Ах да. То, что произошло, ужасно. Но, к сожалению, я не могу вам помочь. Лидер Хилл в рабочей поездке и будет только через три дня. У него расписаны все встречи, но, уверен, он найдёт время поговорить с вами.

– Это ещё не всё. У нас случилось небольшое недопонимание с вашим начальником охраны Итаном Лонгом, – всё так же доброжелательно продолжил Крис. – Дело в том, что мы сейчас смотрели камеры наблюдения и ничего не увидели.

– Простите? – Брови помощника поползли вверх, пока до него доходил смысл услышанного.

– Мы тоже очень удивились, когда поняли, что ваша система видеонаблюдения была взломана. Итан Лонг, естественно, решил всех собрать и провести внутреннее расследование, что, конечно, и должно быть сделано. Мы попросили включить нас в расследование, так как очевидно, что эта ситуация связана с убийством, которое мы расследуем.

Помощник кивнул, а Лиз подавила зевок. Как же медленно и витиевато изъясняется Крис. Почему бы просто не рассказать суть проблемы? К чему весь этот поток слов?

– Но Лонг отказался, мотивируя тем, что внутренние дела полиции не касаются. Мы согласны с этим утверждением, но не в данном случае. Согласитесь, наши проблемы связаны между собой общим знаменателем. Мы не хотим мешать расследованию, но нам важно знать, кто отключил камеры. От этого, возможно, зависит, найдём ли мы убийцу Адама.

– Я понимаю, – спустя некоторое время задумчиво проговорил помощник.

А парень быстро соображает. Лиз бы после такой речи зависла на подольше.

– Не волнуйтесь, офицеры, я решу эту проблему. Вы вправе знать результат, однако я не могу включить вас в группу, тут Лонг прав. Вам позвонят.

– Благодарю. На большее мы и не рассчитывали.

Лиз и Крис вернулись к лифту.

– Видите, дипломатией можно решить всё.

– Ой ли?

– Ну, многое. По крайней мере, стоит попытаться, прежде чем выходить из себя.

– Ага, как-нибудь попробую, если раньше не умру от скуки от ваших долгих и витиеватых фраз.

Стоя в просторном лифте, который был рассчитан на большое количество людей, Лиз поймала взгляд Криса на себе. Тот разглядывал её. Она самодовольно ухмыльнулась своим мыслям, ведь посмотреть было на что. Внешность Лиз заставляла мужчин оборачиваться: невысокая блондинка с яркими голубыми глазами, стройная и подтянутая. Она, конечно, не подходила под современный стандарт красоты: для пин-апа ей не хватало пышных бёдер и шикарной груди, но мужчинам нравилось. Правда, девушки на плакатах не обладали стальным характером, который был виден даже сквозь одежду, и цепкими холодными глазами. В отличие от других, Крис рассматривал Лиз как-то деликатно: никаких липких или сальных взглядов, больше интереса, чем злого намерения мужчины по отношению к девушке.

Она с вызовом посмотрела на напарника. Тот лишь мягко улыбнулся:

– Что вы намерены делать дальше?

– Поехать обратно в участок, выпить кофе. Вас интересует мой полный распорядок? Прям в деталях? Боюсь, некоторые из них могут оказаться слегка неловкими.

– Я имею в виду расследование, офицер, – заметил Крис.

– А-а-а… так бы сразу и сказали, детектив. Думаю, настало время поболтать с родителями.

– Согласен. – Он подумал немного, затем кивнул своим мыслям: – Пожалуй, поеду с вами.

– Куда?

– Ну вы же мне не позвоните, а стоять днями и ночами у дома четы Хилл мне, если честно, не хочется.

– Да? А у вас так хорошо получается. Прямо как верный страж на службе у господ.

Крис лишь покачал головой, не пытаясь что-либо ответить.

Спустившись, они прошли на парковку. Крис посмотрел, как Лиз садится на мотоцикл.

– Я поеду за вами в участок. Не начинайте, пожалуйста, без меня.

Лиз кивнула и нажала на газ. Чёрт побери этого ищейку. Надо срочно поговорить с Харви.

Она ждала Криса у входа в полицейский участок. Тот подъехал с большим опозданием. Видимо, по незнанию поехал по улице Халстед и встрял на перекрёстке с 87-й. Позже они вместе ещё раз застряли у дежурного, выписывая Крису пропуск.

– Проходите, располагайтесь, – Лиз указала на стул для посетителей у своего стола.

– Отдельный кабинет? Вы на хорошем счету.

Лиз взяла толстый телефонный справочник.

– Думаете, новичку поручили бы столь важное дело? – И уткнулась в книгу, пытаясь найти номер телефона четы Хилл.

– А стул у вас жутко неудобный. – Крис поёрзал. – Больше похоже на пыточное устройство.

– Ага-а-а, – протянула Лиз, скользя взглядом по буквам. – Это чтобы тут всякие не рассиживались и не мешали работать… Нашла!

В кабинет без стука зашла Эльза с чашкой кофе.

– Вот, я вам сделала. А то Лиз не предложит, знаю я её. – Она подала чашку Крису.

– Спасибо. – Крис аккуратно взял напиток из её рук.

– Эй, а мне? – наигранно возмутилась Лиз.

– Я тебе не секретарша. Хочешь кофе – сделай сама.

Эльза развернулась к выходу. Крис улыбался:

– В этом мире есть кто-то, кто может вам противостоять? Я впечатлён смелостью этой девушки.

– Я сейчас.

Лиз вышла из кабинета вслед за Эльзой. Вроде всё как обычно, но чутьё Лиз обострилось ощущением чего-то неправильного.

– Детка, с тобой всё нормально?

– Заметила всё-таки? – грустно улыбнулась подруга. – Прости, я не готова сейчас об этом говорить. Может, позже.

– Хорошо. Но если что, я знаю, как спрятать труп, чтобы его не нашли.

Эльза прыснула со смеху:

– Хорошо. Спасибо. Но надеюсь, обойдёмся без этого.

Лиз вернулась в кабинет и подвинула к себе телефон. Не отрывая взгляда от телефонной книжки, она набрала нужный номер и подняла глаза на Криса. Тот с интересом разглядывал кабинет. Да, за него ей никогда не было стыдно. Она любит порядок и в этом полная противоположность своего шефа. Все папки аккуратно лежат на краю стола, а законченные дела – в шкафу, ожидая своего переезда в архив, отсортированные в чётком соответствии с годом и алфавитным порядком.

– Здравствуйте! Меня зовут Лиз Хант. Я веду дело об убийстве Адама. Скажите, когда я смогу поговорить с его родителями?.. Простите? – Лиз нахмурилась.

Крис напрягся.

– Хорошо. Я поняла. Спасибо. – Она положила трубку. – Не, ну нормально вообще?!

– Что случилось?

– У них там сегодня какой-то траурный приём.

– Похороны? – удивился Крис.

– Нет, – покачала головой Лиз. – Просто бал. Тело до окончания расследования им никто не отдаст. Они даже из убийства собственного сына сделали повод для вечеринки! – возмутилась Лиз. – У них всех вообще сердца нет?

Крис лишь пожал плечами.

– Это лишь ритуал высшего общества. Всегда держать лицо, помните?

– Не понимаю.

– С этим нужно просто смириться. Они сказали, когда можно заехать?

– Завтра в десять будут нас ждать.

– Понял. Тогда до завтра. – Он сделал последний глоток, поднялся и вышел из кабинета.

Лиз встала и подошла к окну. Вид не радовал. Взгляд упирался в торец соседнего заброшенного здания, штукатурка которого местами обвалилась, обнажая кирпич. Странно, что никто не хотел жить рядом с полицейским участком. Вроде бы самое тихое и спокойное место в городе. Внизу в мусорных баках копошились два бомжа, разыскивая сокровища. Лиз присмотрелась. Движения и жестикуляция становились всё более отрывистыми и амплитудными. Ругаются они там, что ли? Видимо, их голоса достигли участка, потому как оттуда вышел дежурный с дубинкой наперевес. Бомжи подняли руки в ответ на угрозу избиения и медленно покинули территорию. Дежурный выкурил сигарету, щелчком выкинув окурок в стену заброшки, и вернулся в участок. Магическим образом у баков появились всё те же бомжи, которые уже в более дружелюбной атмосфере продолжили поиски.

Лиз с трудом оторвала глаза от окна и села обратно в кресло. Надо не забыть узнать у родителей, где учился Адам, и наведаться в школу. Часто родители совершенно не знают, что собой представляет их чадо. Но это уже всё завтра. А сегодня у неё свободный вечер, и надо бы им воспользоваться. Лиз покрутила ключ от мотоцикла на пальце, наткнувшись взглядом на чашку на письменном столе, размышляя, не выпить ли сначала кофе. Она прислушалась к своим ощущениям. Сидеть лишний раз в участке не хотелось, разговаривать тоже. Она всегда была одиночкой, изредка примыкая к разным группам. Друзей среди коллег у Лиз не было. Ну, только Джош и Эльза. Остальные сначала не хотели принимать её в качестве полноценного коллеги, а потом и вовсе отстранились, когда поняли, что Лиз обскакивает их по числу раскрытых дел. В открытую конфронтацию это не переросло, однако отголоски давнего бойкота до сих пор присутствовали.

Лиз решила, что выпьет кофе где-нибудь в более приятном месте. Но сначала проветрить голову.

Она вышла из кабинета и в коридоре наткнулась на Эльзу. Та быстро опустила взгляд и спрятала лицо в тени, но Лиз поймала её за подбородок и повернула к себе. На свету стали видны опухшие глаза и красные пятна.

– Всё ещё не хочешь об этом говорить?

Эльза отвела глаза и мотнула головой.

– Что там в Капитолии?

– Прискорбно признавать, но ничего. Кто-то взломал их систему. Камеры ничего не показали. Завтра едем к родителям, и думаю заскочить в школу Адама.

– Хорошо. Тогда до завтра.

Эльза быстрым шагом пошла в противоположную от выхода сторону. Лиз лишь посмотрела ей вслед. Нечего навязываться, если человек не хочет, чтобы ему помогали. Будет нужна – Эльза знает, где её найти.

«Индиан» мчался по трассе, развивая почти рекордную для себя скорость. Только там, за городом, Лиз могла по-настоящему отвлечься от всех забот и вернуть себе удовлетворённое состояние. Парни – это, конечно, хорошо, но скорость – её главный наркотик. Дело совсем даже не в том, что Лиз хотела разбиться или покалечиться, просто, когда чувствуешь встречный ветер и сопротивление воздуха, единственное, что нужно делать, – это контролировать дорогу и угол наклона на поворотах, чтобы не вылететь с трассы. На другие мысли не остаётся ресурсов.

На обратном пути домой, когда уже стемнело и редкие кафе оставались открытыми, Лиз завернула в ближайшее и заказала любимый напиток. Кто сказал, что нельзя пить кофе на ночь? Кофе – это ведь не напиток, это ритуал. Лиз устроилась за столиком на улице, которую освещал лишь фонарь в пятидесяти метрах от Лиз, создавая уютную атмосферу. Она любила это время, когда солнце уже клонилось к закату, но ночь ещё не вступила в свои права. В это время город был таким, каким он был на самом деле: никаких тёмных пятен, скрадывающих шаги ночных воров, но и никаких засветов, не дающих разглядеть грязь на улицах.

Тишину нарушали редкие прохожие, разговаривающие друг с другом. Даже спустя два года после окончания войны люди опасались лишний раз выходить из дома после захода солнца. В переулке недалеко послышалась какая-то возня и заглушённые чем-то крики. Не её дело.

Однако звуки нарастали с арифметической прогрессией. Лиз вздохнула и направилась в сторону тёмной подворотни.

– Эй!

Клубок из рук и ног у стены оказался мужчиной и девушкой. В темноте сверкнули красные глаза.

– У нас всё хорошо.

– У тебя-то, может, и да, а у твоей дамы?

Девушка, явно человек, ластилась к своему кавалеру и, не отрывая глаз от его губ, а руки от… кхм, томно произнесла:

– Когда ты уйдёшь, будет лучше.

Говорила же ей мама не гулять по тёмным переулкам. Зачем только пошла? Настроение снова было испорчено. Вот же идиотка! Как вообще можно сношаться с вампиром? Мерзко и некрофилией попахивает. Сожрёт и не заметит. Лиз передёрнуло. Допив одним глотком свой кофе, Лиз села на мотоцикл и устремилась в сторону дома.

– Эльза?

– Привет. Прости, что без приглашения. К тебе можно?

Лиз достала ключ из кармана:

– Конечно. Заходи.

Количество незваных гостей за последние два дня зашкаливает.

Глава 4, в которой дружба — это не всегда взаимопонимание

– Заходи, располагайся. Я пока умоюсь.

– Хорошо.

Эльза прошла в кухню и затихла там, пока Лиз отмывалась от пыли дороги и унижения переулка.

– Ты что будешь? Есть чай, кофе, вода.

Лиз вошла в кухню и бросила полотенце на подоконник. Эльза сидела на краешке стула, по её лицу катились слёзы.

– А можно чего-нибудь покрепче? – спросила подруга еле слышно.

Что-то новенькое. Обычно Эльза не проявляла интереса к алкоголю и пила исключительно за компанию не больше одного бокала вина. Дальше в дело вступал вишнёвый сок или лимонад, чтобы не возникало лишних вопросов или стремлений окружающих напоить непьющего.

– Давай посмотрим. У меня есть… – Лиз открыла свой мини-бар.

– Ром! – засмеялась Эльза сквозь слёзы. – У тебя точно есть ром.

– Точно. Откуда знаешь?

– Ты всегда пьёшь только ром. Откуда к нему такая любовь?

Лиз достала бутылку и налила напиток в высокий стакан, смешивая его с яблочным соком. Сама она предпочитала чистый, но организм Эльзы такого не выдержит.

– Ну, его любили братья Барбаросса. Знаешь таких?

– Ага, пираты такие были.

Лиз отсалютовала стаканом:

– Точно! Они когда-то выбрались из грязи в князи. Стали султанами, притом что родились в нищей семье. Один правил в Алжире, другой имел свой дворец в Османской империи. В Стамбуле!

– Кстати, я совсем ничего не знаю о твоей семье. У тебя есть родные?

– Не-а. Меня аист где-то по дороге к дому богатых родителей выронил. Так и прожила всю жизнь на улицах: то там, то сям. Не бери в голову.

Лиз отмахнулась и сделала глоток. Говорить о своей семье она не любила. Не то чтобы у них были плохие отношения, но злость на саму себя никак не проходила. Может, если бы она тогда вела себя более благоразумно, ничего бы и не случилось. А так приходится жить с последствиями своего выбора, даже если они тебе не нравятся и ты уже тысячу раз пожалела о сделанном. Вот только прощения уже не попросишь. Да и вряд ли они простили бы.

– Так что произошло?

Эльза сделала небольшой глоток и отвела взгляд в сторону.

– Красивая у тебя кухня, светлая. Только пустая какая-то. Никаких вещей для красоты.

– Ты пришла мою кухню обсудить? Ну давай. Я – человек прагматичный, не вижу смысла в красивостях. На них пыль собирается, а долго убираться мне некогда, работа.

Лиз подняла одну бровь, внимательно смотря на подругу. Та собиралась с силами, хотя можно поставить доллар на то, что причина страданий – мужчина.

– Калеб… Он… Он не позвонил мне сегодня, хотя мы договаривались. Я… Я целый день ждала.

Лиз покачала головой:

– Нашла из-за кого страдать. В них же обоих интеллекта ноль. Найдём тебе нормального.

– Я думала, он особенный.

– Давай посмотрим правде в глаза, – вздохнула Лиз, – ты часто так думаешь.

– Да, но здесь другое. Он был галантен, имел прогрессивные взгляды и был не против, что я работаю, хотя сама знаешь, как в наше время мужчины хотят иметь в жёнах идеальную хозяйку: красиво одета, волосы уложены, на кухне готовится ужин из трёх блюд, а идеальные дети приносят из школы только пятёрки. Калеб… он не относился ко мне со снисхождением, подумаешь, работает она, ещё и секретарша…

– Да секретарши вообще главнее начальника. Попробуй обидеть Далтон и можешь забыть о карьере в полиции.

Эльза засмеялась сквозь слёзы.

– Кейт необыкновенная.

Лиз кивнула. Она мало кем восхищалась, но Кейт была в её списке. Так поставить себя и заработать такое уважение в их мире могла женщина только с действительно сильным характером, примерно таким, как у Лиз. В их обществе, несмотря на недавнюю войну, во время которой женщины вкалывали наравне с мужчинами, снова культивировались идеи ухоженной и красиво одетой хранительницы домашнего очага. Она приносит уставшему после работы мужу тапочки и кормит его вкусным ужином, в доме царит идеальная чистота, дети радуют хорошими отметками и идеальным поведением. И, главное, не забывать улыбаться. Даже если эта улыбка нервная.

– Калеб… он не настаивал на ночи вместе, говорил, что хочет подождать, что не может бесчестно поступать по отношению к девушке…

Лиз отметила про себя, что его Даррен был совсем не против секса в ночь знакомства. Вряд ли Калеб ушёл далеко от взглядов друга.

– Он не был похож на остальных моих кавалеров.

Эльза смахнула слезу, опустила голову и помолчала. Лиз вздохнула. Она встала и открыла шкаф с посудой. Лиз взяла стопку тарелок и поставила их перед Эльзой. Та посмотрела сначала на них, потом на Лиз.

– Вставай.

Эльза покорно встала.

– Берёшь тарелку и с силой бросаешь об пол, чтобы прям на мелкие осколки.

Лиз взяла тарелку и бросила вниз, вложив в удар всю злость по поводу навязанного напарника и бессилие, потому что никак не может повлиять на Хилла. Тарелка разбилась на множество мелких осколков. Лиз стало немного легче. Она перевела взгляд на Эльзу. Та нерешительно взяла тарелку.

– Это же твоя посуда.

Лиз лишь пожала плечами.

– Во-первых, она самая дешёвая, так что не жалко, а во-вторых, ты с премии купишь мне новую.

Эльза улыбнулась и бросила тарелку на пол. Та отскочила и покатилась под шкаф.

– Нет, детка, не так. С силой, со всеми эмоциями. Иначе никакого толка.

С пятого раза тарелка, наконец, разбилась.

– Так держать! – подбодрила Эльзу Лиз.

Оставшиеся тарелки недолго оставались целыми. В конце Эльза глубоко выдохнула с облегчением. Лиз взяла стоящую на столе бутылку рома и подлила себе в стакан.

– Почему ты вообще ищешь мужчину? Ты же достаточно образованна и не нуждаешься в деньгах, чтобы выскочить замуж за первого попавшегося, чтобы хватало на еду и жильё.

– Просто мне нравится заботиться о ком-то, создавать уют.

– Заведи себе кошку.

С улицы послышался какой-то гомон и возня, что свойственно ночным магазинам, один из которых как раз находился в доме Лиз и был весьма популярен у представителей местной «знати». Этот магазин был бельмом на благочестивом лике их недавно отремонтированной улицы. Соседи никак не могли от него избавиться, хотя и постоянно писали жалобы в правоохранительные органы. Лиз встала и закрыла окно. Щёлкнула кнопка включающегося радио. Попали на выступление отца Себастиана:

«Молитва – наше занятие, пока наш мир утопает во грехе. Здесь, на Земле, нам нужно постоянно себя понуждать к молитве. Особенно молиться нужно в неприятностях, тяжести сердечной. Очень важно искать присутствие Бога, искать его ходатайства, его исцеления. Очень важно, чтобы не только наши тела, но и больше наши души были исцелены. То, чего нет у вампиров, ибо прокляты они жизнью. Они умерли, их душа освободилась, но их тела остались на Земле, не получив перерождения. Они жаждут крови, без которой немыслимо их естество и существование, ибо нельзя это назвать жизнью. Сегодня мы будем молиться Богу за мир, за душу, за людей».

– Как может такой красивый и умный человек говорить такие страшные вещи?

– А красивые люди должны быть милыми? Страшные речи оставим уродам?

– Нет, но… Как же так можно? Вампиры живут среди нас. И всегда жили, просто мы об этом не знали. Истребить целый клан только потому, что они другие?

– Ну, давай разбираться по фактам. Первое. Им нужна кровь для существования. Своя им не подходит. Кто ещё может быть в меню, кроме нас?

– Они берут кровь в больнице.

– Ага. Значит, она не достанется человеку, который в ней нуждается. Их много, доноров – нет. А если нужно срочное переливание ребёнку, а кровь продали вампирам?

– Но она же им вроде бы нужна только для восстановления.

– А кто нам об этом сказал? Они сами. Никаких научных данных у нас нет. Второе: они сильнее и быстрее. Если захотят – перебьют нас поодиночке.

– Но ведь в войне они не победили.

– Так в ней никто не победил. Просто людей больше. Да и истреблять нас им невыгодно, иначе будут перебои с поставками крови.

– Но ведь они могут питаться животными. Мы ведь тоже едим мясо. И используем животных, а не людей.

– Так спроси их, почему они убивают людей. Даже до Великой войны! – Лиз уже кипела от злости.

Она прикрыла глаза, чтобы не сорваться на подругу. Эльза – дитя любви, выросшее в хорошем доме в центре Корбелла. Она если и выезжала за его пределы, то только в компании родителей на курорты с закрытой территорией и охраной. А Лиз… она видела жизнь. Видела трупы людей, растерзанных, словно дикими зверями, и в которых иногда сложно угадать, мужчина это или женщина. Когда живёшь на окраине, видишь, что люди не всегда добрые и милые. И в попытке спасти себя могли уничтожить соседа. Вампиры… Они задолго до войны вышли в свет с «добрыми намерениями». Вот только кривая жертв среди человеческого населения резко поползла вверх. Её дед работал егерем в заповеднике и долго не мог понять, куда пропадают туристы, почему те тела, которые они находят, обескровлены. Всё встало на свои места после выхода вампиров к людям. Им нужно лишь немного и только для восстановления? Как же. Скажите это тем, кто не вернулся с прогулки домой.

– Знаешь, что самое странное? Раньше было столько религий, а сейчас одна Объединённая Организация Веры. Больше нет церкви или мечети. Есть только Дом Веры.

Лиз пожала плечами:

– Объединились против общего врага. Как и люди во время Великой войны.

Эльза задумчиво проговорила:

– Знаешь, к нам в дом на прошлой неделе въехал вампир. Улыбчивый дедушка. На такого посмотришь и не скажешь, что он убивает людей. Очень приятный на вид. Так вот, три семьи, которые жили в этом доме чуть ли не поколениями, съехали.

– Может, и тебе? Кто его знает, что у него на уме…

Эльза ответила:

– Нет. Я не поддамся панике. Пока он не сделал ничего плохого – я останусь. Очень люблю свою квартиру.

Нужно будет присмотреться к этому вампиру. Лиз не сомневалась, что разбирается в людях лучше подруги.

– Ладно. Будь осторожна. Если что – говори сразу.

– Хорошо.

– Ещё коктейль?

– Лучше чай.

Лиз потрясла спичечным коробком, убеждаясь, что не нужно бежать в магазин за новой пачкой. Зашумела вода, наполняя чайник, чиркнула спичка, от появившегося огня потянуло теплом. Помолчали, каждая в своих мыслях. Тишину нарушали тиканье часов и свист закипевшей воды. Лиз обернулась на свой стакан. Ром ещё не закончился. Пожалуй, не будет допивать.

Она достала две чашки и заварку. Эльза встала и, чуть пошатнувшись, вышла из кухни.

– Хочешь, оставайся сегодня ночевать у меня.

– Нет, Джош говорил, у тебя неудобный диван. Потом спина болит.

Лиз возмутилась:

– Ну не нахал ли?! Конечно, на стульях в участке очень удобно спать. Где там моему дивану с ними сравниться!

Подруга засмеялась:

– Вы с ним стоите друг друга. Никогда не думала попробовать с ним?

– Мы пробовали с ним одно мороженое на двоих. Он съел его бо́льшую часть, представляешь?

– Ты поняла, о чём я.

– Конечно. Поэтому и рассказала тебе. Зачем мне жадные мужчины? К тому же ты знаешь, я предпочитаю короткие разовые встречи. Нет мужчин – нет проблем.

Эльза лишь покачала головой. Переубедить в чём-то Лиз практически никогда не удавалось.

Уже далеко за полночь хлопнула дверь такси, и Эльза отбыла в сторону дома. Лиз, стоя на улице, потёрла лицо руками. Усталость давала о себе знать, но отказать подруге в поддержке она бы не смогла. Даже у её чёрствого сердца есть слабость. Несмотря на разное отношение к жизни и взгляды на мир, Эльза – близкий человек для Лиз. Единственный человек, ради которого Лиз нарушила своё правило – не привязываться к людям. Ведь так или иначе они все уходят.

***

– Ну же, зайка, ты же знаешь ответ.

На кухне, залитой солнцем, улыбаясь стояла молодая женщина и помешивала ужин в кастрюле. В уголках её глаз и губ притаились паутинки морщин, которые появляются, когда человек много смеётся, а волосы серебрила первая седина. Рядом с женщиной стояла девочка двенадцати лет и нарезала овощи для салата. Её худоба и угловатость были предметом шуток отца, который на следующий её день рождения обещал подарить косу и чёрную шёлковую мантию.

– Я вообще не понимаю, почему я должна делать и школьные уроки, и твои, – насупилась девочка.

– Потому что ты не хочешь прожить всю свою жизнь в нашем городке на отшибе. А для того, чтобы найти достойное место в центре – нужно быть образованной.

– Ты же живёшь в нашем захолустье. Ты тоже образованна.

– Да, но это был мой выбор – переехать сюда за твоим отцом. А ты другая. Скоро тебе будет здесь тесно. Ну так что, как именно Отелло убил Дездемону?

Девочка вздохнула.

– Да мечом он её зарезал.

– Умничка! – мама ласково потрепала девочку по голове.

Лиз резко проснулась. По её щекам текли слёзы, сердце стремительно галопировало, а в груди всё сжалось от боли. Лиз прикусила одеяло и тихо, чтоб не разбудить соседей, завыла от тоски. Она так по ним всем скучала…

Глава 5, в которой богатой женщине грустно

Утром Лиз не встала с кровати, а восстала. Причём не с той ноги. Прохладный душ не помог против усталости и недосыпа – прилива сил не произошло. Но самое обидное – сбежал её утренний кофе. Первая чашка задавала настроение всему дню. Это был своеобразный ритуал: выпить первую чашку неспешно, смотря в окно на прохожих, приводя мысли в порядок, настраиваясь на новый день. Значит, сегодня определённо всё пойдёт наперекосяк.

Потом на перекрёстке 55-1-й и Мэйн-стрит, когда она ожидала смены красного цвета на зелёный, какие-то ещё не отошедшие от ночной жизни придурки высунулись из машины, улюлюкая и пытаясь дотянуться до стратегически важных мест Лиз. А когда она уже подъезжала к участку, её подрезал какой-то урод на новеньком «форде». Вишенкой на торте стал вызов к начальнику. А ведь утро только началось. Что ждёт её дальше, страшно представить.

– Хотел меня видеть? – Лиз устало плюхнулась на стул напротив начальника.

– Вообще-то, я хотел видеть океан и собственную яхту у себя за окном. А тебя я вызывал.

Она молча смотрела на Харви, не настроенная поддерживать игру «Кто кого пересарказмирует».

– По поводу твоего напарника. Работаешь с ним дальше. Дело сложное, все следят, облажаться никак нельзя. Вторая голова не помешает.

– Но…

– Напоминаю, – с нажимом произнёс Харви, – ты под моим началом. Если что-то не нравится, всегда можешь попросить перевод в другой участок. Если не нравится напарник – могу отдать дело кому-нибудь другому.

– Ты прекрасно знаешь, что я твой самый эффективный сыщик. И я знаю, что ты знаешь.

– Так не разочаровывай меня! Раскрой дело – и сможешь послать Картера. Иди.

Лиз резко поднялась. Сегодня определённо не её день.

– Эй, Хант! – начальник окликнул её уже у двери.

Она повернулась.

– Его нанял сам Лидер Хилл. Надеюсь, ты понимаешь, что я ничего не мог сделать?

Лиз кивнула и вышла из кабинета.

Нужно как-то успокоиться!

Из кафетерия слышались смешки, из-за чего идти туда совсем не хотелось. Ещё одной битвы за утро она точно не выдержит, кого-нибудь да убьёт или как минимум покалечит. Лиз вошла в свой кабинет и склонилась над столом, схватившись за его край; костяшки пальцев побелели от напряжения. Она ударила кулаком по столу. Глухой удар не вышел за пределы кабинета, а боль в руке перенаправила внимание от злости в кулак. Лиз сосредоточилась на этой боли, чувствуя, как ярость понемногу утихает.

– Я приготовила тебе кофе.

Она резко обернулась, застигнутая врасплох. В дверях стояла Эльза с любимой кружкой в руках.

– Ты пролетела мимо меня и не заметила. Я не помню, чтобы видела тебя в таком состоянии. Что случилось?

Лиз села и медленно выдохнула, прикрыв глаза. Эльза села с другой стороны стола.

– Утро не задалось. И Харви не смог отделаться от детектива, потому что его нанял сам Лидер. Мне придётся с ним работать, хочу я этого или нет. Это бесит. Мне не нужен напарник! Я сама могу справиться. Не в первый раз. А этот будет только раздражать.

– Может, всё к лучшему? Крис выглядит порядочным человеком, ну насколько я успела понять по первой встрече. Знаю, ты думаешь, что я совсем не разбираюсь в людях, но подумай сама. Нанял бы его Лидер, если бы сомневался в профессиональных навыках Криса?

Лиз напряглась, схватилась за подлокотники кресла, чтобы усмирить вновь поднявшуюся волну гнева.

– Ты сейчас вообще не помогаешь.

– Прости. Но ты ведь всё равно ничего не можешь изменить? Так что придётся приспосабливаться. Или собираешься идти наперекор всем?

– Думаешь, я буду тормозить расследование просто потому, что мне не нравится Картер? Серьёзно? Такого ты обо мне мнения? Я профессионал!

Эльза мягко улыбнулась.

– Не сомневалась в этом.

Лиз кинула взгляд на часы – пора выходить. Крис как раз уже должен подъезжать. Проглотив остатки кофе, она, стуча шпильками по коридорам, вышла из здания. Пасмурная погода и дождь подошли бы больше настроению Лиз, но вдобавок ко всем неприятностям сегодняшнего утра погода тоже решила поиздеваться. День выдался тёплым и солнечным, лёгкий прохладный ветерок путался в кронах зелёных деревьев и волосах прохожих. Люди пребывали в добродушном настроении и улыбались, чем раздражали Лиз ещё больше. Центр её ненависти стоял у новенького «Шевроле Делюкс» бежевого оттенка, одетый, как всегда, в костюм-тройку, и улыбался.

– И без цветов? Что вы за мужчина такой? – пробурчала Лиз, подходя к пассажирской двери.

– Утро не задалось?

– Ага. Сегодня особенно. Будет чу́дно, если не станете раздражать своим хорошим настроением.

Она хлопнула дверцей машины. Мелочь, а приятно.

– Куда едем, офицер?

– К богатеям.

– Конкретный адрес подскажете или будете направлять по пути? Ну, налево, направо, прямо.

Тяжёлый вздох.

– Едем в Кенилворт.

Крис кивнул, вывернул с парковки на дорогу и через десять метров встал в пробку.

– Да не может быть! Серьёзно?! – Лиз легко ударила по двери и сползла по сиденью. – Вот поэтому я предпочитаю мотоциклы! Мы же теперь и до второго пришествия не доберёмся до места!

– Успокойтесь, офицер. Нам нужно только выехать на 94-ю. Сейчас там движение в другом направлении. К десяти должны успеть.

– Ага, вот только до неё сначала добраться надо. – Она посмотрела на тянущуюся пробку впереди и тихо проговорила: – Надо было ехать на байке.

– Вы всегда так пессимистичны?

– Ненавижу опаздывать.

Крис лишь покачал головой.

Вырвавшись из плена городских улиц, они выехали на автомагистраль, уходящую на запад. Крис нажал на педаль, и машина, благодарно урча за пробежку, заметно набрала скорость. С опозданием в пять минут они всё же добрались до особняка четы Хилл. Выбравшись из машины, Лиз и Крис осмотрели дом.

– Чтоб мне так жить!

– Осторожнее со своими желаниями, офицер. Как показывает практика, иногда чем больше дом, тем менее счастливый человек в нём живёт.

– Ой, подумаешь. Сами-то, наверное, не теснитесь в маленькой квартирке на окраине.

Крис улыбнулся.

– Вы правы, не теснюсь. Но и жить здесь бы не захотел.

Перед ними с тихим скрипом открылась дверь в мир роскоши и богатства четы Хилл. В этом доме было всё: и опасная мраморная лестница, ведущая на второй этаж, и вазы со свежими благоухающими цветами, и золотые подсвечники.

– Чем больше денег, тем меньше вкуса, – тихо выдохнул Крис.

Лиз удивлённо повернулась к напарнику.

– Бог мой Триединый, что это я слышу из ваших уст? Кто вы и где этот дипломатичный, который не признаёт конфликтов?

Крис усмехнулся:

– Вы плохо на меня влияете.

Горничная встретила их и проводила в гостиную, которая напоминала французский салон со всей этой отделкой и мебелью Позднего Ренессанса. Светлые стены с нишами, в которых стоят бронзовые статуэтки, цветочный орнамент на потолке и ковёр, покрывающий начищенный паркет. На небольшом диванчике сидела хрупкая женщина, непрерывно утирающая катящиеся по её лицу слёзы, мать Адама. У окна в позе мыслителя могучим изваянием застыл его отец.

– Добрый день, детективы. – Мать грациозно встала и проплыла к гостям пожать руки. – Прошу, садитесь.

Она махнула в сторону двух кресел, стоявших сбоку у дивана, на котором сидела сама. Отец повернул голову и кивнул, не удостоив гостей приветственным словом. Лиз и Крис сели и представились. С этих мест они могли видеть обоих родителей; наверное, кресла специально переставили к их приходу.

– Простите, что не приняли вас вчера. – Она развела руками. – К сожалению, в этом доме есть свои правила и традиции, которые не принято нарушать. Смерть – это лишний повод высказать своё почтение и заверение в поддержке. И неважно, сколько лет усопшему, восемь или восемьдесят.

Пф… парад лицемерия.

– Не беспокойтесь, мы всё понимаем, – с мягкой улыбкой проговорил Крис. – Расскажите, пожалуйста, нам об Адаме.

– Адам чудесный. – Она улыбнулась. – Я знаю, каждая мать так говорит о своём ребёнке, но это правда. Он необычайно добрый и отзывчивый мальчик. Мухи не обидит. – Она промокнула белоснежным платком слёзы.

Отец молча поджал губы.

– Вы не согласны с этим? – обратилась к нему Лиз.

– Мямля он был! Слабак, воспитанный женщиной!

– Не говори так! – вскинулась мать. – Он рос бы более мужественным, уделяй ты ему хоть каплю внимания!

– Замолчи, женщина! – взорвался отец. – Что ты понимаешь?! Я работаю! И оплачивал, между прочим, его дорогое обучение и любые игрушки!

– Ах, работаешь?! Играя в гольф и отдыхая в мужских клубах?!

– Давайте все успокоимся, – попробовал воззвать к здравому смыслу Крис.

Лиз попыталась отвлечь мать следующим вопросом:

– Скажите, в какую школу ходил Адам? Как он учился?

Но ту было уже не остановить. Видимо, со смертью Адама в ней что-то надломилось. В такой момент держать лицо, играя примерную жену и мать, не получилось – подавленные ранее эмоции вырвались наружу, снося любые преграды и маски. Она стремительной тенью метнулась к отцу, ударяя его кулаками по груди.

– Это ты во всём виноват! Постоянно гнал от себя! Ты ненавидел его! Возможно, он был бы жив, научи ты его, как себя защищать!

Крис и Лиз не успели её перехватить, а отец легко поймал хрупкую жену и встряхнул её, словно тряпичную куклу:

– Что ты несёшь! Угомонись!

И, дабы закрепить превосходство, залепил ей такую пощёчину, что та упала. Крис кинулся к матери Адама, помогая ей встать, а Лиз – к отцу, не давая тому приблизиться к жене и ещё как-нибудь ей навредить.

– Успокойтесь! – твёрдо проговорила Лиз, глядя снизу вверх прямо в глаза отцу Адама.

Она упёрла ладонь в его грудь, сдерживая натиск наступающей маскулинной силы. Он возвышался над Лиз и сделал шаг вперёд, угрожая:

– Не лезьте не в своё дело!

Лиз продолжала твёрдо стоять на своих шпильках, не сделав ни шагу назад. Такие, как он, могут запугивать только слабых. Храбрости выступить против равного себе противника им не хватает. Думал, если Лиз маленькая и худенькая, тоже получится? Чёрта с два! Характера в ней на добрую роту солдат. Она смотрела на отца вся напряжённая, с идеально ровной спиной и высоко задранным подбородком. Попробуй подвинуть, подонок! Лиз своей спиной закрывала мать, которую Крис вновь усадил на диван и, стоя перед ней на коленях, что-то тихо говорил.

Отец лишь презрительно взглянул на жену через плечо стоящей на страже Лиз и вновь отвернулся к окну. Как будто и не было ему дела до смерти сына.

Лиз отступила на шаг и, убедившись, что отец больше не представляет опасности, вновь села в кресло.

– Простите за это, детективы. – Мать снова взяла себя в руки. – На чём мы остановились? Адаму был очень интересен этот мир. Я не могу представить, что кто-то мог так с ним поступить. Это чудовищно… – Она вновь коснулась лица платком. – У Адама были хорошие оценки, а недавно он стал посещать театральный кружок, который есть в школе.

– У него были друзья? – поинтересовался Крис.

Мать покачала головой.

– Мне об этом неизвестно. Отношения с одноклассниками у него не складывались.

– Почему? – спросила Лиз.

Мать пожала плечами.

– Он был мягким и добрым. А дети, они, знаете, очень злые.

Крис понимающе кивнул. Лиз же удивилась этому кивку, поставив себе мысленную галочку позже спросить, что это было.

– На приёмах, конечно, ничего такого не происходило, но когда я спрашивала Адама о школе, он закрывался и отвечал неохотно.

– Мы нашли эту игрушку на месте преступления. Она вам знакома? – Лиз протянула фотографию дракончика матери.

Та покачала головой.

– Впервые вижу.

– А вам? – Лиз повернулась к отцу.

Тот лишь фыркнул.

– Откуда я знаю, в какие куклы играл мальчишка?

Лиз подавила в себе гнев. Семью, конечно, не выбирают, но такого отца врагу не пожелаешь. И толку, что Адам родился в богатой семье? Возможностей больше, но любовь за деньги не купишь.

– Как он обычно добирался в школу? – спросила Лиз.

– Его отвозил и забирал наш водитель.

– А в этот раз?

– Он настаивает, что я позвонил ему и сказал, что заберу сына сам, – вдруг вклинился в разговор отец.

– А вы ему звонили? – повернулась к нему Лиз.

– Нет. В это время я играл в гольф со своими партнёрами. Мы обсуждали начало поставок нефти в Европу. Можете их спросить, они подтвердят.

– Обязательно спросим, – кивнула Лиз.

Мать лишь усмехнулась, как бы показывая: «Я же говорила».

– Можно нам поговорить с водителем? – спросил Крис.

– Конечно, – отозвалась мать. – Мы подумали, что он вам может понадобиться, и попросили подождать на кухне.

Она поднялась, мягкой поступью прошла к двери и попросила позвать водителя, а потом так же мягко вернулась на место. Уже через минуту в гостиную вошёл мужчина в чёрном костюме и с фуражкой водителя в руках. Он прошёл к гостям, не переставая нервно теребить головной убор.

– Не волнуйтесь. Мы здесь не для того, чтобы обвинять, – Лиз доброжелательно улыбнулась. – Расскажите, почему вы не забрали Адама из школы?

Водитель покосился на отца и затем вновь перевёл взгляд на Лиз.

– Мне позвонил мистер Хилл, мисс.

– Какой из?

– Не Лидер Хилл, мисс. Мистер Хилл. – Он вновь посмотрел на отца, который не обращал на происходящее никакого внимания, продолжая разглядывать пейзаж за окном. А может, мысленно раздевал горничную, которая утром накрывала ему завтрак.

– И что он вам сказал?

– Мистер Хилл сказал, что не нужно ехать за Адамом, он сам заберёт сына.

– И как вы это восприняли? – спросил Крис.

– Я очень удивился, сэр.

– Почему? – решила уточнить Лиз.

Водитель немного замялся и взглянул на мать. Та молча кивнула.

– Мистер Хилл никогда не забирал Адама, мисс. Я ни разу не видел, чтобы мистер Хилл вообще когда-либо общался с сыном.

Лиз и Крис кивнули.

– Вы уверены, что звонил мистер Хилл?

– Да, мисс. Это, несомненно, был его голос.

– Хорошо. Что случилось дальше?

– Когда в назначенное время они не приехали, я начал волноваться.

– Почему? – удивился Крис.

– Как я уже сказал, сэр, мистер Хилл не проводил много времени с Адамом. Подумал, вряд ли они вместе поехали в магазин игрушек.

– Что было дальше?

Он вздохнул.

– Я позволил себе пройти в дом и рассказал всё миссис Хилл.

– Да, я сразу позвонила в офис мужа, но там мне ответили, что его нет на месте. Тогда я начала звонить в другие места, где он мог появиться. В гольф-клубе мне сказали, что мистер Хилл только что уехал. Нам оставалось только ждать его возвращения. По приезде Адама с ним не оказалось, и мы забили тревогу.

– Как именно? – уточнила Лиз.

– Я поехал в школу, мисс. Но там мне сказали, что Адам ушёл сразу после уроков. Я ещё раз медленно проехал весь путь и заглянул везде, где он любил останавливаться. Никто его не видел. Из магазина мороженого позвонил сюда в дом, сообщить о результатах, и поехал обратно.

– Почему вы позвонили? Всё равно же ехали сюда.

– Так быстрее, мисс. Пока я по пробкам сюда добрался, два часа прошло. А они могли быть решающими.

– После звонка я связалась с Рэем Эггерсом, капитаном центрального управления. Он пообещал отправить патрульных на поиски. А утром уже нам сообщили… – она сделала паузу, собираясь с силами. – …что Адам мёртв.