Екатерина Жебрак
Интриги Тёмного двора. Книга 1

Окрестности Андивера. Похищение

Мы – Тёмные. Так нас назвали. Просто так удобнее. Удобнее настроить весь мир против. И ничего не докажешь – некому. Кто стал бы верить Тёмным? Да никто. А летописи пишут победители. Так уж сложилось. Летописей побеждённых попросту не существует – сожжены. Вместе с павшими городами.

Мы – ещё держимся. Уничтожены не до конца. Как и наши летописи. Но даже в них – лишь часть того, что было на самом деле.

Летописцы не заглядывают в душу. Не знают, что стоит за сложным выбором. Они говорят о свершившемся. Мы же, кто пока жив – пусть и незаконно – можем сказать многое.

Вот только слушать это – некому…

***

Собравшиеся тихо перешёптывались, ожидая начала Совета. Над их головами был лёгкий купол, сотканный из живых ветвей удивительных деревьев, кора которых отливала под солнечными лучами текучим серебром. Это чудесное место не вызывало в них особых эмоций, оно было привычно, ибо эта красота была их домом.

Чуть поодаль от собравшихся сидела сероглазая эльфийка, тёмные волосы которой были собраны на затылке в высокий хвост. Яркая внешность была отличительной чертой эльфов леса Эльсир, так же как и неукротимый страстный нрав. Остальные эльфы принадлежали к обширному эльфийскому государству Андивер – светловолосые, с голубыми или зелёными глазами, обладающие нравом мирным.

И всё же все они были представителями Старшей расы, бессмертными существами. Здесь не было ни людей, ни гномов. Им не место в нежном и изящном убранстве зачарованного леса.

Голоса резко стихли. Взгляды собравшихся обратились в центр зала. Там стоял высокий русоволосый эльф в длинном зеленовато-серебристом облачении.

– Повелитель Илонэр, – пронёсся шёпот.

Эльф оглядел сумрачным взглядом всех собравшихся.

– Приветствую вас в этот недобрый час, друзья мои. Я рад, что все вы откликнулись на мой зов. Сегодня среди нас гостья, – он указал на темноволосую эльфийку. – Её зовут Альдис.

Она встала. Её осанка была царственной, а взгляд – пронзительным.

– Благодарю Повелителя Илонэра за оказанный приём. Я – посланница леса Эльсир. Наш народ хочет присоединиться к войскам Освободителей.

– Эльсирские эльфы хотят прийти на помощь? – усмехнулся сероглазый эльф, поглаживая свой лук. – Неожиданно.

– Эльсирские эльфы разумны, – взгляд Альдис был жёстким. – К тому же эльсирские эльфы не хотят, чтобы победа досталась одним только эльфам Андивера, – она надменно улыбнулась.

– Может, у эльсирских эльфов есть идеи, как достичь победы? – снова заговорил тот же эльф, глядя на неё неприязненно.

– Разумеется. У нас есть ценные знания, которые пригодятся для победы. И мы готовы ими поделиться. Вы ведь знаете, что мы сведущи в магии, особенно в магических артефактах?..

Эльф усмехнулся. В зале резко заговорили. Илонэр поднял руку. Звуки стихли.

– Альдис, расскажи нам, что вы предлагаете, – голос Повелителя был спокойным и слегка уставшим.

– Я уполномочена обсудить это исключительно с вами, Владыка, – она слегка склонила голову. – Это особые знания, это могучие чары – нашему народу не хотелось бы, чтобы они попали в недобрые руки.

– Здесь нет таковых, Альдис.

– И всё же я дала клятву моему королю, – её тон был непреклонен.

Илонэр медленно склонил голову.

– Я чту клятвы. Я выслушаю тебя наедине.

– А как с керами и Марами справиться, вы знаете? – раздался безразличный голос одного из эльфов, пепельноволосого, с прозрачно-зелёными глазами. – Или предпочтёте оставить это нам?

– Разве эльфы Андивера просто так решились на эту войну? – тон Альдис стал отстранённым. – Разве у вас нет ответа на этот вопрос? – она повернулась к Илонэру.

– Разумеется, есть, – он мягко улыбнулся. – Иначе мы бы не решились на это рискованное дело. Мы знаем, как уничтожить Маров раз и навсегда.

Альдис медленно поклонилась.

– Это удивительно и радостно слышать мне…

– Магия – великая сила, – кивнул Повелитель. – Победить можно любого.

– Мы рады встать рядом с вами в этом великом деле… – Альдис посмотрела ему в глаза.

– Почему же только сейчас? – удивился один из эльфов.

– Эльфы Андивера по результатам прошлой войны причислили победу себе. Мы, эльфы Эльсира, были опозорены этим решением. Мы не были согласны с таким итогом – и с тем решением, которое было принято. Поэтому мы удалились, – её глаза были холодны. – Сейчас же, видя, что наши братья, наконец, решили вспомнить то, что говорили мы несколько сотен лет назад, мы готовы присоединиться. На законных правах и основаниях.

В зале стало тихо. Эльфы старались не смотреть на посланницу.

– Довериться Эльсиру – это самоубийство, – выплюнул кто-то. – Да вы развернётесь и уйдёте, если что не так.

– Может, вы вообще нас подставите…

Альдис осуждающе покачала головой. Илонэр вновь поднял ладонь, требуя тишины.

– Друзья мои, – его голос был уставшим, – негоже отказываться от помощи собратьев.

– На нашей стороне Гальдин и Сантил, зачем нам Эльсир?!

Альдис, не моргая, смотрела на Илонэра.

– Вы доверяете Марам?! – изумилась она. – Эти маги – это ведь Мары Орин и Мхэлен…

– Гальдин и Сантил – не Мары, – спокойно отозвался Повелитель. – Это заблуждение, считать так, – продолжил он, глядя на удивлённую посланницу. – Я расскажу вам, как всё началось.

В зале стало тихо.

– Вы знаете, что в нашем мире живут три сознательные расы – эльфы, гномы и люди. Эльфы бессмертны и малочисленны. Гномы долгоживущи, живут скрытно и почти не интересуются наземными делами – разве что торговлей. Люди умирают, но их очень много. Таков порядок вещей. И среди людей, и среди эльфов, и даже среди гномов встречаются те, кто владеет магией. Магией этого мира, магией стихий. Маги-люди живут чуть дольше своих собратьев, но, всё же, они стареют и умирают. Но были те, кто не согласился с установленным миропорядком, – Илонэр поднял подбородок. – Они совершили некое страшное, преступное колдовство, привлекая существ иного мира, заключая с ними некую сделку. Они стали Марами. Магами-нелюдями. Они не умирают, ибо их источник сил находится в других мирах. Они способны менять физический облик…

Присутствующие внимательно слушали Повелителя. Альдис, чуть опустив голову, смотрела в пол.

– Маров немного, и всё же они угрожают миру. Волею богов не просто так решён удел эльфов, гномов и людей. Эльфы бессмертны, и их нрав миролюбив. Люди настроены зачастую разрушительно. Люди меняют облик земли, эльфы – живут в согласии, гномы роются в пещерах. Мары же – это бывшие люди и невесть какая ужасная Сила.

– Почему же не умирают Гальдин и Сантил? – негромко спросила Альдис.

Она была напряжена и как будто выбита из колеи.

…А на неё смотрел невесть откуда взявшийся человек, только что незаметно зашедший в зал. Он остановился в дверях, и, склонив голову к плечу, изучал её облик.

Илонэр вздохнул.

– Это байка врага, Альдис. Это не Мары. Те Мары давно исчезли, так же, как и Мара Тарис – сгинули или ушли в другие миры вслед за своей демонической природой. Погибла лишь Мара Мириан. Остались только Сэахор и Хэлдэрэ. Гальдин и Сантил – просто очень сильные маги.

– Благодарю, Повелитель. И всё же наш народ не доверяет этим магам. Они слишком сильны. Они могут быть Марами в изменённом обличье…

– Эльфы Эльсира подозрительны, – усмехнулся всё тот же эльф-лучник, придирчиво глядя на Альдис.

Она молча взглянула на него. Взгляды скрестились.

– Это не так, Альдис, – мягко проговорил Илонэр. – Кроме того, – он продолжил свою речь, – Мары создали так называемых керов… Это те, в ком текла кровь эльфов и людей, и были магические задатки. Мары сотворили с ними что-то, исказили их природу, сделав их тела неумирающими, а Душу привязав к плоти этого Мира. Они не столь сильны, как Мары – они не умеют менять облик. Но сотни и сотни лет жизни сделали их куда более опасными, чем могут быть обычные люди или эльфы. Мары не раз развязывали войны, в которых гибло огромное число мирных жителей. Поэтому, несмотря на результаты прошлой войны, сохранившей им жизнь, мы приняли решение закончить дело, – твёрдо проговорил Илонэр. – И освободить от Маров тех несчастных, что живут под их властью.

– Прошлая война закончилась их поражением…

– Верно. Но они остались живы. Они находятся в резервации. Чары Охранных Камней не дают им выходить за пределы отведённых им земель. И всё же, с ними остались те, кто родился и вырос в тех краях. Люди страдают, они боятся выйти за пределы Тёмных Земель – хотя Камни оставляют им такую возможность – и многие ушли, освободились. Но остальные запуганы. Мары – тираны, их народ живёт под тяжёлой дланью нелюдей. Но время Маров заканчивается. Мы должны освободить несчастных и восстановить порядок в мире, уничтожив тех, кто его нарушил. И у нас есть те, кто всячески в этом помогают. Мы не начали бы это дело, не будучи уверенными в том, что у нас всё получится. На нашей стороне людские королевства, которые выставят воинов, и вместе с нами – Гальдин и Сантил.

– Зачем нам люди? – спросил один из эльфов. – Они будут мешаться под ногами эльфов и магов. С ними невозможно договориться, – он презрительно скривился. – Они слишком глупы.

– Магам нужны защитники, – негромко проговорил человек, остановившийся в проёме двери. – Маги слишком ценны. Как и эльфы. Люди же… Люди рождаются часто и в изобилии. Их жизнь стоит того, чтобы потратить её на благое дело. Наша же жизнь нужна этому миру. Мы служим ему не в бою.

Он был высоким, худощавым, немолодым мужчиной. Цепкий взгляд невероятно ярких голубых глаз, неброская одежда, короткие седые волосы. Собравшиеся обернулись на него.

Альдис быстро отвела глаза.

– Проходи, Гальдин. Мы ждали тебя, – с облегчением произнёс Илонэр. – У нас есть добрые вести. Эльфы леса Эльсир желают присоединиться к Освободителям. У них есть тайные знания, которые помогут в этом.

Эльфийка низко поклонилась магу.

– Это очень хорошо, – тот внимательно на неё смотрел. – Посланница, расскажи, что вы предлагаете. Не бойся меня…

– Я могу открыть это только Повелителю. Мой король не дозволял мне иного, – её голова была опущена.

– Что ж… – он кивнул. – Илонэр, нам нельзя медлить.

– Альдис, ты готова?

– Да, Повелитель.

Эльф молча склонил голову.

– Совет закончен. Как только я узнаю суть послания эльфов Эльсир, мы соберёмся вновь и наметим чёткий план наших действий.

– И стоило ли тратить время на пустую болтовню, – проворчал высокий эльф, покосившись на Альдис. – Лучше бы лишний раз обстреляли позиции врага… Или на свидание сходили, – добавил он себе под нос.

Но темноволосая эльфийка не слышала его.

– Альдис, – Илонэр оказался рядом с ней, – подожди меня здесь. Я должен уделить несколько минут Гальдину.

– Да, Повелитель. Я отойду в беседку, дабы не мешать вам, – она указала на мага, внимательно рассматривающего её.

Илонэр слегка улыбнулся и кивнул.

– Не волнуйся. Здесь никто тебя не обидит.

– Благодарю, Владыка…

– Повелитель, – Гальдин тепло улыбнулся, подходя к эльфу.

– Не смею мешать… – пролепетала Альдис, отступая назад.

Илонэр уже что-то говорил высокому гостю. А темноволосая эльфийка как будто растворилась в вечерних сумерках.

***

–…Ах, как интересно, – вздохнула белокурая эльфийка, глядя на свою спутницу. – Ты так здорово рассказываешь… Мне бы очень хотелось побывать у вас…

– Может быть, тебе и представится такая возможность, – загадочно отозвалась та, перекидывая за спину тёмные волосы, собранные в высокий хвост и быстро двигаясь по едва заметной тропинке.

– Ты думаешь? – её голубые глаза были очень большими. – Но вы же не принимаете у себя гостей…

– Когда всё закончится, такая возможность появится, – она улыбнулась уголками губ, отодвигая с пути ветку с крупными резными листьями. – Разве не так, Ларэль? Я же здесь. Повелитель Илонэр впустил меня, несмотря на холодные отношения наших народов.

– Он очень мудрый и добрый! – горячо подтвердила та.

– Я надеюсь, – бархатно ответила её собеседница, внимательно вглядываясь в зелёную массу кустов. – Мы почти пришли…

– Да? – зелёно-голубые глаза Ларэль стали испуганными. – Где-то поблизости и произошёл тот бой?..

Ответа на этот вопрос не последовало. Серые глаза её новоявленной подруги становились всё холоднее, а её напряжение – всё более ощутимым. Она что-то искала. Внезапно она обернулась в сторону Андивера – неясный, но совершенно определённо приближающийся шум, доносящийся оттуда, похоже, насторожил её.

– Пойдём, – она властно махнула рукой.

– А почему тут даже следов нет? – недоумённо спросила Ларэль, оглядывая окрестности.

– Если мы ещё немного помешкаем, то будут, – вдруг неожиданно-желчно заметила та. – Вместе с трупами.

– Какими?! – белокурая эльфийка отшатнулась.

– Эльфийскими… – назвать эту демоническую улыбку милой смог бы только отъявленный лжец. – Алхор, хватит уже изображать дерево, всё равно это не твоя сильная сторона, – обратилась она в сторону.

…И эльфийка увидела…

Из-за ближайшего дерева с гладкой серебристой корой вдруг выступил воин. Довольно высокий, в чёрном облачении, черноволосый, с широким плащом за спиной. На неё насмешливо смотрели синие глаза на аристократичном лице с характерными чертами Старых рас, где смешивались крови эльфов и людей. Таких лиц нет больше на земле… Разве что у керов… Страшных воинов, слуг Маров… Здесь, в средоточии Светлых сил, в цитадели эльфов.

– Нет…– прошептала эльфийка, отступая назад и глядя на него в ужасе.

– Хм, у тебя новая подружка? – усмехнулся он, взглянув на Альдис.

– Представь себе.

– А там, я так понимаю, толпа поклонников? – он указал кивком в сторону нарастающего шума.

– Есть такое, – легко кивнула та эльфийка. – Ты хочешь с ними познакомиться?

– Хм, пожалуй, не сегодня, – он откровенно потешался. – Так мы уже уходим?

– На чай нас не пригласят. Думаю, пора уходить.

– Жаль, очень жаль… – он поцокал языком. – А эту куда? – он указал на Ларэль.

– С собой.

– Хэлдэрэ, а нельзя было обойтись без живого груза? – в его голосе послышалось недовольство.

– Нельзя, – жестко отрезала она. – Едем, незачем ждать почётного эскорта.

Это было не предложение, это был приказ. И, озвучив его, она решительно двинулась в сторону густых кустов.

А кер сделал шаг по направлению к эльфийке.

– Именем…!

– Без имени, – передразнил он. – Иди, – кер подтолкнул её в сторону, куда ушла темноволосая эльфийка.

Но Ларэль, не выдержав, упала на землю, лишившись чувств.

– Дурацкие эльфки, – проворчал он, раздражённо поднимая её и закидывая на плечо. – Слабонервные.

Оглядевшись, он направился за спутницей. Им действительно пора было уходить.

***

Тот, кто жил под именем мага Гальдина, смотрел в небо. Его необычайно, нечеловечески-яркие голубые глаза были насмешливы. Уловка Тёмных была наивна и проста. Смешна и нелепа. Глупа настолько, что им пришлось бежать – впопыхах, некрасиво… Ещё и с заложницей…

Тёмные сами подсказывали ему, что стоит сделать. И потому губы не мага, но Мара, чуть шевелились, а дружественный ему ветер относил его слова туда, куда было необходимо. Магия звука и ветра, усиленная демонической силой, догоняла беглецов, окружая их сонмом ярко-голубых искр. И пусть они бессильны против мятежной Мары –люди и эльфы беззащитны перед лицом этой магии.

Особенно Светлые эльфы. Наивные и глупые. Доверчивые и неразумные. Охотно верящие в то, во что им хочется верить.

Впрочем, у них не было выбора. В крови эльфов Андивера уже вовсю сияли ярко-голубые искры магии ветра. Магии, способной убеждать.

Магии, способной убивать.

А теперь она просто станет сильнее.

Лонмор. Планы

Сотни лет без покоя. Сотни лет одиночества. Одиночества в толпе. Ещё бы – Левая рука Лорда по определению не может страдать от изоляции. А от многого другого может – когда никто не видит. Особенно по ночам, ибо ночью я предоставлена самой себе. И крадущемуся ко мне безумию. Беспросветному, затягивающему. Я цепенею в тишине своих пустых покоев. И никого рядом, и нет сил просить о помощи. Потому что утром всё уходит, растворяется, и я сама сомневаюсь в том, что помню. А ночью мне не к кому идти. Зачем пугать и без того не слишком счастливых друзей? К тому же, весьма немногочисленных… И я одна. И мне страшно.

…Но об этом никто не знает. И никто не поможет.

Потому что те, кто не-умер, не имеют права на спасение.

***

Высокий, затянутый в чёрное, с волосами цвета воронова крыла и с пронзительным взглядом необычных, ртутно-текучих серых глаз, он нетерпеливо и странно-неприязненно смотрел на сидящих перед ним соратников. Его Правая рука, невозмутимый Хэлгар, Левая рука – подчёркнуто-спокойная Хэлдэрэ и привольно развалившийся на стуле Алхор – главный прознатчик Тёмной стороны и шпион на Светлой. Не хватало только советника…

– Я опоздал? – тут же раздался жизнерадостный голос, и на пороге показался пепельноволосый эльф.

– Нет, ты пришёл абсолютно вовремя, – проворчал Сэахор. – Заходи, не тяни время.

Эльф лёгкой походкой прошел в кабинет, дружески улыбнулся Хэлдэрэ, которая заметно обрадовалась его приходу, и слегка кивнул безразличному Хэлгару. Алхора он взглядом не удостоил. Тёмный Лорд, внимательно проследив за этой молчаливой сценой, оглядел всех участников своего военного совета.

– Итак, думаю, можно приступить, – проговорил он. – Хэлдэрэ, поделись впечатлениями от посещения вотчины нашего драгоценного Илонэра, – Мара слегка перекосило.

– Было бы, чем делиться, – темноволосая красавица слегка сжала губы. – Из основного – они действительно собираются на нас войной. Настроения там Светлые, готовые уничтожать зло в твоём и моём лице, – она качнула головой. – Все участники их военной верхушки – на месте… И, похоже, в этот раз они уверены, что у них есть способ убить нас.

– На что они рассчитывают? – нахмурился Лэнхэллир, мигом утратив весёлый вид.

– На то же, что помогло им в тот раз, – Хэлдэрэ взглянула на менестреля. – Уповают на Мхэлена с Орином. Собственно, кто их подбил на это дело, я думаю, понятно… Собираются в поход.

– После того, как они тебя раскрыли, они соберутся в него очень быстро, – хмыкнул Алхор. – А можно было попытаться договориться, – он обернулся на Сэахора.

Тот скривился.

– Бесполезно. Я тебе это десять раз говорил. Орин и Мхэлен не намерены договариваться.

– Их можно обмануть.

– Алхор, тема закрыта. Если там – Орин, то говорить будет не о чем, – скривился Сэахор. – Его магия заставляет прогибаться всех. Он искушает и уговаривает. Не удивлюсь, что нет у них никакого способа нас убить, – он взглянул на Хэлдэрэ. – Он наверняка решил подчистить количество эльфов и людей и выиграть что-то для себя. А уговорить их ему несложно. Он – мастер воздуха. И лжи, – неприятная гримаса возникла на лице Лорда. – Война уже началась. Ещё и Хэлдэрэ раскрыли.

– Даже если бы и нет – это ничего не изменило бы, – Мара сжала губы.

Лэнхэллир устроился поудобнее на стуле.

– Как они вообще догадались? – Сэахор недоброжелательно посмотрел на неё. – План не предполагал твоего скорого возвращения.

– Орин явился туда собственной персоной. Я еле успела сбежать… Не знаю, узнал ли он меня… Я решила не проверять. Кстати, его действительно называют там Гальдином, – она качнула головой. – И верят его сказкам, что он, дескать, не Мар. И маг Дирег, погибший в прошлой войне – это, в их понимании, совершенно не он. Подумаешь, глаза похожи, – Мара недовольно выдохнула. – Слепые они, что ли…

– Можно подумать, что нет… – процедил Сэахор.

– Это очень плохие новости, – негромко проговорил эльф, покачав головой. – Опять война… Ещё и здесь, в резервации… Нам придётся сидеть и ждать, когда они придут убивать нас… – на его лбу пролегла морщина.

– Они охотятся только за нами, – Хэлдэрэ указала на себя и Лорда. – Люди выживут.

Сэахор рассмеялся.

– Ты в это веришь? Да и, потом, кто сказал, что всё настолько плохо? Мы на своей земле. Мы встретим их так, что мало не покажется, – он недобро улыбнулся.

Мара опустила голову.

– Мы не выиграем эту войну, – проговорил молчавший до этого момента Хэлгар. – Наши войска не столь велики. Нам не победить, – он смотрел исключительно на Повелителя.

– А драконы? – негромко спросил менестрель.

Сэахор резко покачал головой.

– Исключено. Я не намерен смотреть, как Орин их душит в полёте. Мару-воздушнику я наших драконов не покажу.

– И что тогда? Выходить к ним? – тихо проговорила Хэлдэрэ, болезненно взглянув на Лорда. – Попытаться решить дело поединком?

– Только не это, – выдохнул эльф. – Хэлдэрэ, это слишком опасно. Они, может, этого и ждут…

– Но иначе у нас вообще нет шансов победить… – она с болью посмотрела на него.

Алхор вдруг прищурился и фыркнул.

– А нам это и не надо. Мы проиграем.

– Чегооо?!

Взгляды обратились к вальяжно сидящему на стуле керу.

– Обстоятельства складываются шикарно, – он обвёл взглядом шокированных соратников. – Мы можем подыграть им. И освободиться…

– Алхор… – в голосе Сэахора послышалась угроза.

Кер усмехнулся.

– Нам выгоднее проиграть войну. Так, чтобы они посчитали, что мы проиграли. Окончательно проиграли, – он красноречиво посмотрел на Хэлдэрэ и Сэахора.

– Что ты имеешь ввиду? – возмутилась Мара.

– То, что ты, помнится, когда-то умела мороки делать, – ехидно отозвался Алхор. – Не разучилась ещё? Нет? Вот и чудно. Мы можем инсценировать всеобщую гибель основного состава.

– И зачем?! – спросил возмущённо Лэнхэллир.

– Чтобы Светлые от нас отстали. И сняли заклятия с Камней, – он взглянул на менестреля, как на дурака. – Если Мары и керы погибли – кого держать в резервации?

– А люди? Замок?..

– Помнится, на севере есть старый город Рамгар. Заброшенный.

– И что?!

– Там была неплохая крепость. Туда можно перевезти всё ценное из этого замка. И людей перевезти. В Рамгаре остались дома. Что-то придётся начинать с нуля, но это лучше, чем встретить войну.

Хэлдэрэ недоверчиво смотрела на кера. Сэахор был задумчив. Хэлгар смотрел без эмоций, но всё же внимательно.

– И как ты намерен это провернуть? – спросил Лорд.

Алхор позволил себе усмешку.

– Дождаться Светлых и обрушить старый город, – проговорил он, пожимая плечами. – Похоронить там такую массу артефактов, чтобы магический выплеск уничтожил всё на несколько миль вокруг. Чтобы они поверили, что и вы погибли, – он указал на Маров. – Тогда им незачем будет подпитывать Камни. Мы станем свободны. С известной осторожностью, но это лучше, чем вот так.

– Опасно, – качнул головой Лэнхэллир.

– Тогда нас ждёт война на уничтожение, – развёл руками Алхор. – Мне бы не хотелось умирать за идеалы…

– Потому что у тебя их нет… – проворчала Хэлдэрэ.

– Знаешь, – он подался вперёд, – мне, так-то, живётся недурно. Я, в отличие от вас, могу за пределы Камней выходить. Я почти свободен. Это вы сидите взаперти – и только в жалких эльфийских или людских обликах, без должной магии, можете кое-как протиснуться в большой мир. Так что я за то, чтобы использовать этот поход Светлых как возможность освободиться. В ином случае мы просто бесславно сдохнем тут. Уж вы с Сэахором точно.

– Маров не убить, – возразила Хэлдэрэ.

– Передай это моей бабке. И нашей славной Тарис – даже если она жива – какой в этом прок, если сидеть в темнице у Мхэлена, – он жёстко посмотрел в глаза Хэлдэрэ.

Мара дрогнула и отвела глаза.

– Алхор прав, – вдруг проговорил Хэлгар. – Против всего мира мы не выстоим, и это известно всем. Если они собрались в этот поход, значит, на что-то рассчитывают. Скорее всего, хотят разбить нас на границах и вынудить Лорда выйти к ним. Пленить или убить – смотря что они подготовили. Эта война будет для них самой быстрой и не слишком затратной.

Хэлдэрэ удивлённо смотрела на керов. Лэнхэллир был хмур. Лицо Сэахора было непроницаемо.

– Значит, нам придётся запустить врагов на свою территорию…

– Именно. Нападать исподтишка, трепать бочину их отрядов, откусывать от них понемногу. И заманивать их сюда, к городу, под видом того, что мы слабы и отступаем, – кивнул Алхор. – К замку. Чтобы было фееричное зрелище. В конце концов, пусть он им на головы и осядет. Чтоб неповадно было, – он зло улыбнулся. – Сами нарвались.

– Это огромная работа… – простонала Мара.

– А умирать – проще? – Алхор сверкнул синими глазами.

Хэлдэрэ не удостоила его взглядом, только тревожно поправила рукав рубашки.

– Как внушать Светлым, что играем всерьёз? – спросил Хэлгар. – Мы не можем позволить им полностью оставаться победителями, но и постоянно оставлять в проигрыше не имеем права. Значит, должны быть какие-то мелкие, но значимые для них успехи.

– Что, исполнение каких-нибудь глупых древних пророчеств? – фыркнул Алхор.

– Вполне возможно, – невозмутимо отозвался Хэлгар, даже не поворачиваясь к нему, а глядя исключительно на Сэахора.

– Лэнхэллир?

– Пророчества, пророчества…– эльф задумался. – А что, есть такие… Помните легенду о заре в полуночи? Якобы она предвещает великую битву? Хэлдэрэ, сумеешь такой морок сотворить?

Мара нахмурилась.

– Можно. Думаю, получится.

– А было ещё одно забавное пророчество, – вдруг оживился менестрель. – По поводу пещеры Эрден. Что там хранится чудесный амулет, источник невероятной силы, охраняющийся Тёмными денно и нощно.

Хэлдэрэ вздохнула.

– Это тоже мне делать?

Менестрель развёл руками.

– Понятно, – она вздохнула.

– А Светлые знают об этой пещере? – ехидно поинтересовался Алхор.

– Узнают. У меня есть ключик от Андивера, – проговорила задумчиво Хэлдэрэ. – Эльфийка эта, Ларэль. Она ученица Илонэра, – она взглянула на Сэахора.

– Ученица?.. – переспросил Мар, и в его серых глазах зажглись нехорошие огоньки. – Хм, недурно…

– Да. Эльфы по-прежнему обучают молодёжь через связку сознания. Я доберусь до его разума через неё. Смогу внушить правильные мысли. Если, конечно, пробьюсь сквозь магию Орина, – она болезненно скривилась. – Или хотя бы смогу узнать, что они придумали. Я её для того и привезла… Лэнх, ты бы занялся ею, – вдруг спохватилась Хэлдэрэ. – Ей надо успокоиться, привыкнуть, научиться жить здесь, а ты лучше всех находишь общий язык со своими соплеменниками.

– Придётся, – слегка перекосился тот. – Где-нибудь столкнусь с ней… Абсолютно случайно…

Мара удовлетворенно кивнула.

– А если не пробьёшься? – насмешливо спросил Алхор, окинув Мару откровенным взглядом. – Если там всё на замке? Что тогда будешь делать?

– Предложу Сэахору предоставить это право тебе, – Хэлдэрэ остро посмотрела на него. – Ты же найдёшь способ, не так ли? – сарказм в её голосе был неприкрытым.

– Безусловно, – Алхор по-кошачьи ухмыльнулся. – Я всегда нахожу способ добиться своего, Хэлдэрэ…

Взгляды скрестились. Серо-призрачный вихрь закрутился в нечеловеческих глазах Мары. Но безмятежной синеве было всё равно. Туманы и вихри были бессильны против неё.

И Мара, шумно выдохнув, отвернулась. Лэнхэллир с осуждением посмотрел на кера. И на Сэахора, явно довольного этим противостоянием.

– Так что Илонэр вспомнит про это милое местечко – так или иначе, – снова заговорила Хэлдэрэ, глядя исключительно на Лорда. – Благо, оно на нашей территории. Ульфар может духов вызвать, напугать всех. Я могу заранее наложить на пещеру какие-нибудь заклятия… Можно, кстати, туда керов отправить. Для пущего эффекта. Пусть испугаются.

– Отправим, отправим…

– Алхора? – вдруг прищурилась Хэлдэрэ.

– Почему обязательно его? – удивился Сэахор.

– Ну он же у нас самый умный… Пусть работает, – она пожала плечами.

– Пусть мечами работают те, кто головой не умеет, – усмехнулся синеглазый кер. – Впрочем, я не против. И, если ты рассчитываешь, что меня убьют – не питай иллюзий.

– В бою всякое возможно, – она посмотрела ему в глаза.

– Думаешь, Повелитель откажет мне в возвращении в тело, буде враги меня из него принудительно выкинут? – он приподнял бровь.

– Думаю, что кровь Мары Мириан в твоих жилах может подвести тебя, – изящные губы сложились в нехорошую улыбку. – У тебя нечитаемое сознание, как и у нас с Сэахором. На тебя не действуют мои мороки. Кто знает, как поведёт себя твоя Душа, оставшись без тела. Это у керов она привязана к этому миру, а у тебя – как знать… Ты не совсем кер, но и не Мар…

– Как нехорошо, Хэлдэрэ, желать смерти соратнику, – усмехнулся ей в лицо Алхор. – Я тут пекусь о вашем с Лордом благополучии, думаю, как сохранить ваши жизни, да ещё и свободу организовать – а ты продумываешь, как бы меня убить. Некрасиво, – он картинно покачал головой.

– Хэлдэ, – с давлением проговорил Сэахор. – Выясняй свои отношения с Алхором другими способами. Он мне слишком полезен.

– Звучит, как угроза, – невесело усмехнулась та.

– А это и есть угроза, – в упор посмотрел Тёмный Мар.

В воздухе зазвенело.

– Я придумал! – вдруг возвестил Лэнхэллир, и все присутствующие вздрогнули. – Можно порадовать Светлых исполнением пророчества про керов!

– Это которым? – прищурился Сэахор.

– Которое гласит, что когда между керами возникнет междоусобица, когда один поднимет меч на другого, тогда и падёт Тёмная сторона.

– Хм, можно будет кого-нибудь убить? – картинно оживился Алхор. – Я согласен. Отдайте мне Тенну, и я вам это пророчество изображу во всех красках…

Хэлдэрэ, выдохнув, покачала головой.

– Лэнх? – Сэахор с некоторым удивлением смотрел на своего советника.

– Да, я в своём уме, – тот тряхнул светловолосой головой, в его голосе прорезалась серьёзность. – Убивать никого из них я не предлагаю. А вот инсценировку – вполне можно. Хэлдэ, ты сумеешь иллюзию сделать на эту тему? – он обратился к Мара.

– Опять я, – простонала она. – Надо только продумать хорошо…

– Продумаем, – отмахнулся менестрель, начав расхаживать по кабинету. – Пусть и правда будет показательный бой, – он кивнул на Алхора. – А саму гибель Хэлдэрэ изобразит мороками.

– Замечательно, – кивнул Сэахор. – Ещё предложения есть?

– Пока нет, как будут – сообщу, – проговорил эльф.

– Не сомневаюсь…

– Что же такого надо сделать, чтобы они поверили, что мы с тобой действительно погибли? – Хэлдэрэ была задумчива. – До сих пор только Мара Мириан прекратила своё существование. И то непонятно, каким образом…

– Главное, что на месте её гибели осталась выжженная пустыня, – заметил Алхор. – Так что стоит изобразить нечто подобное. Сделать всё достаточно эффектным. И про вас забудут. Ничего особенного. Всё уже сделано, нам надо просто повторить.

Хэлдэрэ демонстративно вздохнула. Сэахор был безразличен.

– Хэлгар, – он повернулся к керу, – за противником следить, в Рамгар отрядить разведку. Если город пригоден для переселения – начинать подготовку и перевозку. Пока Светлые дойдут до наших границ, надо успеть увезти основное. Бери в помощь Хэруола, Хонада. Кто-то ещё понадобится – говори, отправим.

– Понял, Владыка, – кивнул тот.

– Хэлдэ, на тебе Илонэр и эта эльфийка…

– Ларэль на Лэнхе, – возразила Мара.

– Да мне вообще всё равно, на ком она! Главное, чтобы польза была. А что вы там ей наговорите – дело ваше.

– Мы ей наговорим всё то, что положено говорить Светлой эльфийке для её успешного перехода на Тёмную сторону, – спокойно и размеренно проговорил Лэнхэллир.

Мар только отмахнулся.

– Алхор, – Сэахор задумался.

– У меня есть задачи, – резковато ответил тот.

– Прекрасно. Если вопросов нет – все свободны.

Ответом ему были молчаливые кивки и быстрое освобождение помещения. Как и всегда…

***

Вдох-выдох – и голубые искры проникают внутрь.

Вдох-выдох – и голубые искры в крови.

Вдох-выдох – и голубые искры начинают убивать.

Неявно. Тонко. Изящно. Просто чуть тяжелее дышать. Просто сердцу и мозгу не хватает воздуха. Просто всё вокруг становится тёмным и беспросветным.

Вдох-выдох – и голубые искры переходят к другим…

***

Алхор, не прощаясь, вышел первым. Мы с Лэнхом шли следом. К счастью, нам не по пути с этим неприятным кером.

Я посмотрела на менестреля. Мой добрый друг был мрачен. Заметив мой взгляд, он вымученно улыбнулся.

– Лэнх?

– Грустные вести, – вздохнул он, и его улыбка стала ещё печальнее. – Война на пороге.

– Всё из-за нас…

Он приобнял меня за плечи. Я не противилась. Лэнхэллир – единственный, кто всегда поддержит. Кто всегда на моей стороне. Поэтому можно и в плечо ему уткнуться.

– Это не из-за вас. Это из-за них. Из-за Орина и Мхэлена. Их безумие ведёт их в новую войну. Опять тысячи жизней пойдут под нож. Так бессмысленно…

– Это страшно… – вздох рвался сам.

– Очень.

– Хорошо бы и правда отделаться мороками. Не подставлять народ. Чтобы не как тогда… Мы не имеем права жертвовать жизнями ни в чём не повинных людей, решая свои дела.

Он кивнул.

– Да. Увы, Светлая сторона давно забыла, что значит Свет.

– Когда рядом Орин – и не такое забудешь, – настал мой черёд грустных усмешек. – Он давно там. Давно внушает свои мысли. Мы недооценили его.

Эльф молча кивал. Я отстранилась.

– Пора, – он улыбнулся.

– Да…

– Ты же… Ты же позаботишься о людях, если вдруг мы… – мне не хотелось продолжать, называя вещи своими именами.

Лэнх сумрачно посмотрел мне в глаза.

– Даже не думай об этом. Вы с Сэахором должны выжить и остаться на свободе. Иного и быть не может.

Я улыбнулась. Хоть кто-то может так искренне выражать своё тепло. И это так странно… Быть не-умершим магом – и быть для кого-то столь ценной. А Лэнх уже помахал мне на прощание и ушёл. Хорошо, что он есть. Без него было бы куда страшнее…

– Хэлдэ!

Я обернулась. Неподалёку от входа в тронный зал стоял Тенна. На смуглом лице была улыбка, карие глаза тепло смотрели на меня.

– Наконец-то ты вернулась, – он подошёл ближе. – Слышал, всё прошло не так, как хотелось… Ты в порядке?

– Всё нормально, – я отмахнулась.

– Я нужен сейчас? – он смотрел внимательно.

Я пожала плечами.

– Можешь составить мне компанию, если располагаешь временем…

– С большой радостью, – он снова улыбнулся, поправив перевязь с мечом. – И, потом, меня же никто не снимал с должности твоей охраны…

– Тенна, ну здесь-то меня зачем охранять? – мне стало смешно.

– Знаешь, – он качнул головой. – Лучше не проверять…

– И то правда… – я вздохнула. – Пойдём…

То ещё чудо в моей жизни… И кто кого охраняет – большой вопрос. Впрочем, Тенна не злой – а это уже прекрасно. И сказки знает. Много. Всё лучше, чем сидеть вечерами в одиночку. А он такой же никакой и никому не нужный, как и я. Уродам лучше держаться друг друга. Глядишь, и выживем.

Главное, чтоб не из ума…

***

Алхор, прищурившись, смотрел на идущую по коридору замка пару. Синие глаза были холодны, аристократичные черты лица кривились в усмешке.

– Бездельник-Тенна, – фыркнул подошедший к нему шаман.

Он был невысоким, плотного телосложения, с лысиной, с негармоничным, но при этом странно-привлекательным лицом. Его довольно узкие глаза выдавали в нём уроженца степей. Свободная одежда простого кроя, удобная, не сковывающая движений рубашка и широкие штаны. Несколько амулетов на шее и татуировка в виде змеи, заметная под закатанным рукавом. На поясе степняка был кинжал, на пальцах – несколько колец.

– Да уж, работёнка у него не пыльная. Ходить за Хэлдэрэ хвостиком.

– И не только ходить, – он глумливо усмехнулся.

Алхор приподнял бровь.

– Не выдумывай.

– Завидуешь? – ёрничал тот.

Алхор смерил его презрительным взглядом.

– За кого ты меня держишь?! Завидовать – Тенне?!

– Скорее его работе.

Синеглазый фыркнул.

– Я способен на большее.

– А на меньшее? С ней-то он, а не ты.

– А ты чего такой весёлый? – синие глаза сузились.

– Смешно потому что, – тот потешался. – Да не злись ты. Подумаешь…

– Ульфар… – в его спокойном голосе послышалась угроза.

Маг примирительно поднял руки.

– Расслабься. Дуракам везёт. А ты – умный. Да и…

Кер молча взглянул на него. Шаман резко замолчал. Взгляд приятеля был красноречив.

– …Да и что за бред – рушить Лонмор?.. – быстро вывернулся Ульфар.

Алхор усмехнулся.

– Это ты что ли предложил?! – Ульфар недоумённо воззрился на него. – Зачем?!

– Просто так, – белозубо улыбнулся Алхор. – Не хотят давать мне чрезвычайные полномочия – пусть рушат свою же крепость. Я мог добиться мира иным путём, но, увы, – он развел руками в притворном сожалении.

Ульфар покачал головой.

– Как они вообще на это согласились…

Синеглазый кер презрительно фыркнул.

– Проглотили – не поморщились. Наши Мары очень дорожат своей шкуркой. Идти и разбираться со своими врагами боязно, – он усмехнулся. – Проще обрушить стены. Ну и ладно. Нам же выгодно, чтобы наш Лорд был жив и здоров, – он подмигнул Ульфару.

– Не то слово… – протянул тот.

– Нечего стоять. Пошли. Светлые нас ждать не будут.

Шаман равнодушно пожал плечами и пошёл следом за Алхором. Ему было всё равно, куда идти – развлечение он себе умел находить в любом месте. И в любом обществе.

Обрывки записей Алхора

Увы, договариваться в этой войне, похоже, не с кем. Во всяком случае, нашим Владыкам нравится думать именно так. И очень зря. Какая злобная муха укусила Сэахора? Неужто его ручной эльф? Редкостная дрянь эти эльфы. Вывернутые наизнанку мозги и торчащие из них острые уши. А, ещё куча бесполезной суеты. Надоели. Где мой карт-бланш?!

***

Я вошла в покои, расположенные неподалеку от моих собственных, и предназначенные для всевозможных «почётных гостей». На Тёмной стороне это понятие весьма многозначно… Так что почётным может считаться любой, за которым нужен особый пригляд…И сегодняшняя гостья этих комнат вполне подходила под такое описание.

Ларэль резко встала, увидев меня. Она уже знала, что эльфийка Альдис и Мара Хэлдэрэ – одно и то же. Видела, как я меняю облик… Вот и боится теперь. Бледная, руки сжимаются в кулачки. Приготовилась бороться – не иначе.

– Доброе утро, Ларэль, – я как могла доброжелательно поздоровалась с ней и прошла в комнату.

Здесь было уютно и хорошо – много солнечного света, проникающего сквозь два окна, светлые покрывала… Кто-нибудь непосвященный мог бы подумать, что неосмотрительно держать фактически пленницу там, где есть возможность хотя бы из окна выброситься, особенно если эта пленница – эльфка. Но это только непосвящённый. Все остальные знали, что эти покои мы с Сэахором собственноручно зачаровывали. Так что ни выброситься из окна, ни повеситься здесь невозможно. Даже вены перерезать не получится. Такие уж заклятия наложены… Веревки, ткань, простыни, одежда – завязывай, что хочешь, но на живом теле эти узлы вмиг развяжутся. А на окнах отражающий упругий барьер… А столовые ножи могут резать что угодно, кроме, опять-таки, живой плоти. Так что, увы… Придётся жить. Мы ведь Тёмные, мы знаем, что страшнее не смерть, а жизнь на нашей стороне. Мы ведь сами здесь живем… И вам, нашим гостям, придётся жить с нами… Чтобы не только мы одни сходили здесь с ума. Впрочем, к нам просто так не попадают. Судьба, чтоб её…

– Разве здесь вообще бывает что-то доброе? – она смотрела на меня враждебно и отчаянно.

– Бывает, – легкомысленно согласилась я, подтягивая поближе стул. – Ты присядь, в ногах правды нет…

– Это у вас, Тёмных, правды нет! Вы враги, вы…– она захлебнулась своими словами. – Вы…

– Мы?.. – я всем своим видом продемонстрировала заинтересованность в её ответе.

Эльфийка же молчала, и отчаяния в её больших зелёно-голубых глазах становилось всё больше.

– Разве мы с тобой плохо обращаемся? Держим в темнице? Разве ты видишь на своих руках цепи? Тебя истязают, мучают? Что, Ларэль?

– Вы… Вы лжёте… Вы похитили меня…

– Мы с тобой ещё не так долго общаемся, чтобы делать выводы относительно моей лживости, – я усмехнулась. – То, что мы тебя похитили – не спорю. Но и успокоить не могу – поскольку домой мы тебя не отпустим… По крайней мере, в ближайшие два месяца.

– Два месяца?! – изумлённо переспросила она.

– Да. Вряд ли война продлится дольше. Перед её концом мы освободим тебя…

– А что я буду делать эти два месяца? – осторожно осведомилась эльфийка.

– Жить среди нас, – я постаралась убрать все лишние интонации, дабы не пугать её ещё больше. – Походишь, посмотришь. Можешь вопросы задавать. Только и всего. Естественно, жить придётся по нашим правилам и распорядкам – но этому, я думаю, ты не удивишься. Так что не волнуйся, ничего плохого с тобой не случится.

– Но это всё равно бесчестно… – она вздохнула, медленно опускаясь на стоящий рядом стул.

– Ларэль, давай не будем торопиться с выводами, – я устало на неё посмотрела. – Не вешай ярлыки на то, с чем не знакома. Ты уже видела, что не все твои убеждения верны – хотя бы то, что ты не в окружении пыточных орудий… Поэтому, пожалуйста, не торопись…

Эльфка подозрительно на меня взглянула.

– Я однажды тебе уже поверила… Я боюсь поверить тебе снова… – в её взгляде появилась болезненность.

– Понимаю, – я говорила искренне, и эльфийка должна была почувствовать это. – Но и ты попытайся понять меня.

– Тебя? Тёмную Мару?

– Именно, – я кивнула. – Хотя бы попытайся. Ты Светлая, ты сможешь…

Эльфийка вздрогнула – против моей воли в этих словах прозвучала откровенная горечь. Ларэль пристально смотрела мне в глаза и молчала.

– Я постараюсь, – негромко произнесла она после нескольких десятков секунд молчания.

– Спасибо тебе, – я улыбнулась, вставая. – Кстати, ты не ограничена пределами этой комнаты. Можешь свободно перемещаться в пределах замка. Если кто будет спрашивать, говори, что ты под моим покровительством. Договорились?

– Хорошо… – несколько растерянно проговорила Ларэль.

Я кивнула ей на прощание и вышла. Дел, как всегда, невпроворот, так что нечего рассиживаться…

Задумавшись, я вышла из гостевых апартаментов и направилась в сторону больничного крыла. Всё-таки, я формально являюсь ещё и «главной целительницей». Надо бы проверить, как там дела. Помнится, у нас запасы трав подходят к концу… А ещё до Хонада прогуляться. И Хэруолу подзатыльник дать за последнее экспериментальное заклятие, влетевшее прямиком в моё окно… А ночью заняться Илонэром – надеюсь, он спит по ночам?

…И ещё одному индивиду шею свернуть… В которого я сейчас едва не врезалась… Не вовремя я углубилась в свои размышления. Впрочем, как всегда. На Тёмной стороне задумываться можно только в своём доме, причём с крепко запертыми дверьми и ставнями. В любых других точках пространства этого делать не следует.

– Хм, Хэлдэрэ, что же так неосторожно? – он усмехался, глядя на меня свысока.

Напыщенный, с иголочки одетый, ухоженный – тьфу, гадость…

– Моя осторожность – не твоя забота, – проговорила я максимально холодно и сделала шаг в сторону, дабы обойти этого малоприятного индивида.

– В военные времена – и моя тоже. Ты – крайне ценный кадр. Тебя стоит беречь. Где же твой охранник? Почему не выполняет своих обязанностей, не бережёт тебя? – он невозмутимо заступил мне дорогу. – В замке же столько опасностей. Один только я чего стою, – он скабрёзно улыбался.

Я молча на него посмотрела. Нормальный человек, оказавшийся на его месте, должен был уже побледнеть и удрать. Алхор нормальным человеком не был…

– Ты слишком много себе позволяешь, – я подпустила в голос металл. – Помяни мое слово, я найду способ сделать так, чтобы ты потерял значимость для Сэахора и, следственно, свою безопасность и безнаказанность.

– Я так о тебе забочусь, а ты так люто меня ненавидишь, – он усмехался. – Впрочем, попробуй. Это даже интересно. А я не останусь в долгу… – закончил он, слегка склоняясь к моему плечу и глядя мне в глаза.

Я едва сдержалась, чтобы не отпрянуть. Пара секунд, и он отвернулся. И, не прощаясь, отправился дальше.

С трудом выдохнув, я последовала по прерванной траектории. Надеюсь, в выдыхаемом мною воздухе не было дыма. А то вид мог получиться весьма… специфический…

***

Ларэль облегчённо выдохнула. Самое страшное было позади. Эти ужасные ртутно-текучие глаза Тёмного Повелителя, к которому её вызвали, остались где-то там, в тронном зале. Она же стояла посреди небольшого сада. Да ещё и не одна. Рядом с ней был эльф. Настоящий эльф. Его облик, его зелёно-серебристая одежда, его повадки – всё это было, как и должно быть у эльфов. Изящно, красиво, нежно, спокойно. И девушке становилось легче. Она здесь не одна. Тут есть подобные ей. Тут есть деревья, цветы и птицы. Вот только…

Она посмотрела на эльфа внимательным взглядом.

– Лэнхэллир…

– Да, Ларэль? – он мягко улыбнулся.

Он был высоким, как и полагается эльфам. Длинные пепельные волосы, голубые глаза, длинные ресницы. Чуть печальный, но добрый взгляд. Как будто она дома, в Андивере.

В Андивере… Лэнхэллир…

– Твоё имя… Я слышала его, – она чуть нахмурилась.

Эльф слегка свёл брови. Ветер шевельнул ветку над его головой, бросив тень на лицо.

– От Хэлдэрэ? Это неудивительно. Я – её друг…

– Нет. Я слышала его дома… – Ларэль хмурилась сильнее. – Это очень древнее имя…

– Ты права. Я очень стар, – улыбка Лэнхэллира стала натянутой, в глазах сверкнуло что-то странное, длинные пальцы дрогнули.

Листва зашелестела под новым порывом ветра. Птицы на мгновение умолкли, а потом снова защебетали.

– Так это ты?! – Ларэль вдруг отшатнулась, глядя на собрата с ужасом. – Я вспомнила! В старых летописях было написано про Лэнхэллира… Про тебя… – страх в её глазах стал запредельным. – Ты – тот предатель, который…

Эльф резко взглянул на неё. Ларэль замолчала и закусила губу.

– Да, Ларэль, – тон менестреля был спокоен, но напряжён. – Это я. То, как та история описана летописцами Андивера, и то, как её мог бы рассказать я – слишком сильно отличаются. Увы, летописи пишутся победителями. Книги часто лгут… – его голос стал грустным. – Я не буду рассказывать тебе это, не хочу, чтобы ты думала, что я оправдываюсь…

Эльфийка с болью смотрела на него.

– Я… Поняла… Можно… Я пойду? Туда, где меня поселили?..

– Ты испугалась? – он был расстроен.

– Нннет… – она жалобно смотрела на эльфа. – Просто устала. Тут очень красиво, но я… Я хочу спать. Очень… Пожалуйста… Можно?

Менестрель вздохнул.

– Пойдём. Ты же не запомнила дорогу? Я покажу…

Девушка, опасливо косясь на соплеменника, семеня, пошла за ним. Лэнх обернулся, как будто пытаясь дождаться её. Но Ларэль тоже останавливалась.

Идти рядом с предателем она не желала.

***

Эльфийка спала. А я нет. Я – Мара… Но это сейчас не важно. Важно, что её наставник тоже спит. А его связь с собственной ученицей никуда не делась… Он не подумал об этом. Он не догадался, что мне может это дать…

А я возьму из этой связи многое. Например, их планы. Их решения. Их пути. Провалится план Алхора или нет – но мы хотя бы будем на один шаг впереди.

Глядишь, и выживем…

***

– И толку?! – Мар гневно посмотрел на собрата, стоя под кронами чудесных деревьев с серебристой корой.

Его собеседник с яркими голубыми глазами усмехнулся.

– Толк будет. Непременно будет.

– И какой же? Кто-нибудь из них под действием твоих чар воткнëт моему братцу нож в спину? Неужто эта эльфийка? Зачем она вообще им понадобилась?!

Орин неспешно пожал плечами.

– Может, как заложник. Может, просто так – увязалась за Хэлдэрэ, пришлось забирать с собой. Пожалели, похоже. Не убили. А нож… Это лишнее. Достаточно того, что они начнут совершать ошибки.

Тот, темноглазый и смуглый, раздражённо на него посмотрел.

– Скажи связно, что ты сделал?!

– Ничего особенного, Мхэлен… Просто они начнут случайно говорить то, что раньше предпочитали только думать. И видеть то, чего раньше они не замечали. А затем снова думать…

Мхэлен презрительно фыркнул.

– Всего-то! Мог что посильнее сделать!

– Это было бы заметно, – Орин был невозмутим. – А такую мелочь они пропустят.

– Действительно. Потому и пропустят, что это им никак не навредит.

– Мой дорогой тревожный соратник, – голубые глаза устремились на Мара. – Сохраняй спокойствие. И терпение. Ты плохо понимаешь страшную силу мыслей и слов. Слов, сказанных невовремя. Не там. Не тем. Мыслей, которые возникнут и не отпустят… Ты и представить себе не можешь, как разрушительны могут быть слова и мысли… Особенно когда слова одного начнут разжигать пожар в душах других людей. Или эльфов…

– А драконы?

– Драконы? Драконы не умеют думать и говорить…

Мхэлен зло выдохнул.

– Они ведь действительно сумели их приручить! Значит, ты бессилен против них? Ты ничего не предпринял?

– Ну почему же, – лукаво улыбнулся тот. – Разумеется, предпринял. Драконы нам не помешают – потому что их ездоки будут не в порядке.

– А если те, – он скривился, – снимут эти чары?

– Они не заметят, – Орин был безмятежен. – Всё слишком тонко. Впрочем, те, кто подхватит эту заразу, обречены. Даже если с них снимут моё заклятие, они не смогут жить дальше. Слишком больно будет помнить…

Мхэлен недовольно покачал головой.

– Те, кто подхватит? А могут сопротивляться, что ли?!

– Конечно. Те, кто бесполезен для моих чар, не возьмут их, – Орин оторвался от созерцания облаков. – Они для тех, кто долго терпел, страдал, отказывал себе во многом. Таким несложно внушить любую идею. Думаю, их много на той стороне. Но хватит об этом. Время покажет. Пойдём. Эльфам пора собираться в поход.

Справка из Техники безопасности. Мары

Мары – это особый вид магических существ. Особо-опасный вид. О тайнах своего происхождения Мары не распространяются, но известно, что это как-то связано с такой неприятной субстанцией, как демоны.

Мары появились самопроизвольно в те далёкие времена, когда произошёл Магический катаклизм. Сквозь проломленные границы миров демоны вторглись в наш мир. Погибли многие маги – так как для демонов они были лучшей пищей. Но некоторые маги сумели не только выжить, но и выиграть в этой войне, став Марами. Но, повторюсь, секрета своего происхождения они не открывают. С тех самых пор, как мир залечил эту рану в своей плоти, демоны больше не проваливаются в наш мир и Мары больше не появляются.

Убиваемы ли Мары – вопрос открытый. Пока доподлинно известно о смерти лишь одной Мары – Мириан. Существует версия, что убить их невозможно. Их тела могут быть разрушены, но через некоторое время восстановлены. Даже если б они и захотели, умереть у них теперь не получается.

Но для нас с вами это не значимо. Нам значимо, как рядом с ними жить.

В обращении с Марами важно помнить – эти существа обладают серьёзной магической силой, физической выносливостью, и при этом они абсолютно неадекватны. Общаться с ними надо крайне осторожно.

Мары способны читать мысли. Поэтому, если у вас есть желание выжить, научитесь хотя бы думать тихо. В идеале – вообще не думать. Если же такой навык ещё не развит, вспоминайте в их присутствии свою родословную, годы правления королей Дартига, имена всех детей князя Аттаны и прочее. Некоторым помогает.

К другим важным особенностям Маров стоит отнести крайне хорошую память. Отсюда вытекает их ярко выраженное качество – злопамятность. Не стоит им вредить. Запомнят и отомстят. Не важно, что вы к тому времени уже капитально забудете те события. Расплата настигнет вас всё равно. Не в эту сотню лет, так в следующую. Они никуда не спешат.

Отношение ко времени у Маров тоже весьма своеобразное. Они Бессмертны, это знают все. И живут они с сознанием обилия времени. Поэтому, пообещав что-то, они обязательно сдержат свое слово. Вопрос, через сколько сот лет… И будете ли вы ещё живы. Поэтому, прося у них чего-то (что следует делать только в крайнем случае и в безвыходной ситуации), чётко оговаривайте сроки.

Мары склонны анализировать поступки окружающих с точки зрения мотивов. Причем, глубина анализа бывает такова, что они находят те мотивы, о которых сам собеседник даже и не подозревал в силу своих ограниченных (не Марских) способностей.

А они на основе этих выявленных мотивов делают свои выводы. Поэтому их поведение может казаться нелогичным. И даже их сородичи могут не понять логики своего собрата, поскольку она у них, у каждого – своя, неповторимая. Пытаться просчитывать, как поведёт себя и что решит Мар – занятие не только бесполезное, но и вредное для здоровья.

Часто возникает ещё одна проблема в общении – Мары часто считают поведение окружающих абсурдным, так как оно не подчиняется логике самого Мара. Они этому очень удивляются. Иногда расстраиваются. И плохо после этого становится всем. Потому обучение профессиональному общению с Марами – важнейшая задача подпольной Тёмной Службы Безопасности (ТСБ), основной документ которой вы читаете в данный момент.

Особенно огорчаются они нелогичному поведению своих врагов и друзей. Поэтому всеми силами избегайте подобной участи. Для этого старайтесь пореже попадаться им на глаза. Это весьма сложная задача, так как Мары – существа очень любопытные, стремящиеся к познанию, а потому вездесущие. Не удивляйтесь, если встретите Мара на посадке цветов, закладке фундамента новой крепости или создании оросительных сооружений. В подобном случае стоит всем своим видом показать, что ничего из ряда вон выходящего не происходит. Это ведь вполне нормально, правда? Правда.

Если же, по воле злого рока, вас занесло в категорию «Друзья, приближённые, протеже», данную инструкцию вам необходимо выучить наизусть. Но, приходится огорчить, вам это не поможет. Мары слишком непредсказуемы…

Отдельно стоит отметить вопрос близких отношений с Марами. Их нет. Нет и не может быть. Несмотря на крайнюю физическую привлекательность, они категорически сторонятся отношений с противоположным полом. Ухаживать за девушками-Марами – бесполезно. Не рискуйте здоровьем, честью, достоинством, самолюбием и прочими истинно мужскими ценностями. А они непременно пострадают, так как эта самая Мара вас и вашего существования попросту не заметит.

Мары не размножаются в привычном понимании этого слова. Если точнее – у них не бывает детей. Исключение, опять же, Мара Мириан. Но её ребёнок был зачат до того, как она сделалась Марой. Правда, особых талантов её дочь не проявила. За исключением того, что стала матерью Алхора – нам всем на беду. В остальном же можно быть спокойными. Потомков у Маров нет и не будет.

Важное уточнение – Мары умеют менять облик. Поэтому, заметив мышку с разумным взглядом, выбирайте выражения. И любите животных…

Некоторым может показаться, что Мары – сверхсущества, великие и могучие. А всё изложенное – не более, чем клевета. Не делайте подобных поспешных выводов. Я не враг им. Я просто слишком долго живу рядом с ними. И ещё мне жалко всех тех, кто не знает их так, как я. Поскольку при всём величии и могуществе Мары – глубоко несчастные существа. Им тяжело жить в столь изменчивом мире, да ещё и с такой памятью, как у них.

Жизнь действует на них разрушающе. Потому и возникла потребность в написании данного руководства. Хочется, чтобы безвинных жертв было поменьше… Они требуют сочувствия и огромного терпения… Будьте к ним снисходительны и не тратьте их нервов – нервные клетки не восстанавливаются, за столько сотен лет их запас истощился. Отсюда – крайняя неадекватность. Им даже лечить нечего!

К счастью для нас всех, Маров на Тёмной стороне всего трое. Концентрация «больше трёх» считается критической. Если вы встретили подобное скопление Маров, с максимальной скоростью удалитесь с места возможного светопреставления. Отдельно стоит отметить состояние «Хэлдэрэ и Тарис». Если при общении этих девушек в воздухе ощутимо пахнет озоном и проскальзывают молнии или любые другие проявления боевой магии, немедленно известите Сэахора. Он вас даже не тронет. А многие будут спасены…

Лонмор. Затишье

Ночь над Лонморским замком… Тихая безлунная ночь, беспросветная и страшная. По крайней мере, для одной Тёмной Мары в моём лице. Просто тишина и неподвижность. Это невозможно, я знаю. Но я не слышу ничего. Ни стрёкота, ни ночной возни животных и насекомых. Ни–че–го. Я глохну. И слепну – по совместительству. Потому что не вижу ничего, кроме темноты. Темнота и тишина. Дикая, до звона в ушах. Но это будет чуть позже – через несколько часов. А пока я просто глохну и слепну.

И схожу с ума. Но это уже привычно…

И хочется кричать, но звук не может родиться в этой кошмарной тишине. И хочется плакать, но я не умею. Умирает всякое движение, замирает весь мир вокруг меня. И я тоже замираю. И чудится, что камень стен живее меня самой. И страх. И холод. Но Мары не должны мерзнуть. Я ведь Мара?.. Разве такое бывает? Или я свой собственный кошмар? Это было бы даже к лучшему…

Мне холодно и страшно. И одиноко – до боли, до крика. Но нет никого, кто мог бы быть рядом. Кто сумел бы прогнать мой кошмар. Кто убедил бы меня, что это лишь морок.

Я устала быть одна. Я устала жить. Я ничего уже не хочу – потому что слишком хорошо знаю цену любых желаний.

Я схожу с ума…

***

– Ой! – эльфийка испуганно вскрикнула, увидев в коридоре одетого в чёрное мужчину.

Был яркий солнечный день, коридоры замка были освещены бьющими сквозь бойницы лучами.

Мужчина обернулся, недоумённо посмотрел на белокурую девушку.

– Здравствуй, – пискнула она.

– Здравствуй, – отозвался он, непонимающе рассматривая её. – Мы знакомы?

– Нет… – голубые глаза стали огромными. – Я не представилась. Ларэль из Андивера…

– А, Хэлдэрэ про тебя говорила, – проговорил он. – Я Тенна. Кер.

– Я… Я поняла… – она смотрела всё так же испуганно.

– Ты чего боишься?

– Н-не знаю…

Мужчина улыбнулся.

– Давай я покажу тебе замок.

Девушка быстро закивала.

– Да не бойся. Пойдём, – он протянул ей руку, но та в ужасе покосилась на неё.

Тенна, слегка улыбнувшись, сделал приглашающий жест.

– Ладно, пойдём так. Да не трону я тебя, успокойся!

Эльфийка, недоверчиво покосившись на него, осторожно пошла рядом.

– А почему ты тут? – вдруг поинтересовалась она.

– А где я должен быть? – он повернул на неё голову.

Он был смуглым и кареглазым, полной противоположностью ей – белокожей и светловолосой.

– На войне…

Тенна нахмурился. Эльфийка смотрела ещё испуганнее.

– Я – охранник Хэлдэрэ. Она сейчас в замке. Поэтому и я здесь.

– Ааа, понятно…

– Пойдём, покажу тебе главный зал. И библиотеку. Хочешь в библиотеку?

– А можно?! – осторожно спросила она.

Тенна кивнул.

– Естественно. Пленникам, кто мирный, всё можно.

– А нас тут много? – зелёно-голубые глаза расширились.

– Ну да.

– Вы воруете людей, – она чуть отвернулась и опустила голову.

Кер равнодушно пожал плечами.

– Бывает иногда. Жизнь такая. Пошли, покажу тебе всё. В библиотеке наши летописи есть. Почитаешь… – он почему-то вздохнул. – Идём. Нам направо.

Они шли молча, только лёгкий шорох длинного платья Ларэль да тихий звук шагов выдавал их.

– А почему ты кер?

Тенна повернул голову к ней. Брови его чуть сошлись.

– Я не должна спрашивать это? Извини… – Ларэль немного вжала голову в плечи.

– Да нет, ты можешь спрашивать… – медленно ответил он. – Почему… Да кто его знает, почему. Так случилось.

– Ты не хотел умирать?

– Нет! Не в этом дело… – он стал хмурым. – Просто так надо было. Чтобы своим помочь. Сэахор предложил свою помощь в обмен на это. Точнее, чтобы его помощь дошла до моей земли, я должен был быть не совсем человеком. Вот всё так и вышло.

– Ааа, – протянула она. – Тебе нравится?

– Что?! – Тенна удивлённо переспросил.

Эльфийка испугалась ещё больше.

– Тебе нравится был кером?

– Нравится – не нравится, – проворчал он. – Никто не спрашивает. Есть – и всё. В конце концов, это жизнь, – он улыбнулся, но как будто через силу.

Девушка опасливо на него покосилась.

– Вот там главный зал. А в библиотеку – вниз. Иди, не бойся, тебя там Аэлинн встретит. Тоже эльфийка. Назад сама дойдёшь?

– Дойду…

Он, помедлил.

– Если хочешь, завтра могу показать окрестности.

– Это было бы чудесно, – она натянуто улыбнулась. – Спасибо.

– Я вернусь с задания и найду тебя.

– Хорошо…

– Ты уже с кем-нибудь познакомилась?

– С Лэнхэллиром…

– Прекрасно, – кивнул кер. – Он безопасный. И тоже с Андивера. Его не бойся.

Эльфийка робко кивнула. Кер, внимательно посмотрел на неё, а затем, развернувшись, ушёл в противоположном направлении. Ларэль, вздохнув, стала спускаться по ступенькам. Ей нужно было очень многое узнать…

***

Магия была в воздухе, который она выдыхала. Магия была в словах. Магия мягко касалась первой жертвы. Почти невесомо.

Вдох-выдох…

Лёгкое прикосновение – ничего более. Ничего более заметного.

Голубые искры ложились на влажную почву. Почву боли, обиды, ничтожности. Почву отринутости и одиночества. Почву бунта и несогласия. Почву тоски о доме, который был потерян навсегда.

Голубые искры жгли глаза и выматывали сердце.

Этого было достаточно. Пока.

***

Длинные пальцы перебирали струны лютни. Мелодия лилась, заполняла комнату, заполняла душу. Мелодия помогала мыслям собраться воедино. Помогала отвлечься. Забыть. Вытеснить старую боль.

Негромкий стук вплëлся в мелодию.

– Входи…

Дверь приоткрылась. В комнату заглянул золотоволосый зеленоглазый эльф.

– Не помешал?

– Проходи, Айрам, – кивнул менестрель, а его пальцы продолжали перебирать струны.

Гость аккуратно затворил дверь.

– Лэнх, я хотел спросить…

Хозяин снова кивнул и взглядом показал эльфу на стоящий неподалёку изящный стул.

– Что с этой новенькой делать? Уже начинать? Давать книгу?

Менестрель резко покачал головой.

– Нет. Нельзя. Хэлдэрэ использует её разум, смотрит в него каждую ночь. Мне бы не хотелось, чтобы она случайно увидела…

– Ой! – Айрам замахал руками. – Понял! Не знал, даже подумать не мог. Фух, хорошо, что спросил тебя…

Лэнхэллир кивнул.

– Ты всё сделал верно. Как и всегда.

Его гость выдохнул с облегчением.

– Спасибо, что веришь в меня, – он прижал руку к груди. – Есть ли распоряжения?

– Всё то же. Помогайте людям, поддерживайте, не давайте паниковать. Гасите разговоры о войне. Им незачем переживать раньше времени, – на его лбу появились морщины. – Когда всё начнётся, они увидят. Незачем пугать заранее.

– Лэнх… – Айрам сумрачно посмотрел на него. – Война будет, да? Уже точно? Началось?

– Да. Началось. Крепись, друг мой.

– А Лорд? Он знает, что будет делать?..

– Ты знаешь, каков он. Он всегда знает… Но часто ошибается.

– Лэнх, ты так мрачен… Ты думаешь, шансов нет? – зелёные глаза эльфа расширились.

– Увы, друг мой. Увы. В прошлый раз мы проиграли, имея куда большую армию, чем сейчас. Есть план Алхора… Что ж, я пожелаю ему удачи. Но буду готовиться к худшему, – менестрель вздохнул. – Думаю, Светлые идут вырезать нас под корень.

Айрам шумно выдохнул.

– Только не это… Только не это… Что же делать, Лэнх?!

– Как всегда, – тот вздохнул. – Тушить пожары, спасать людей…

– Как? Мы же просто помогаем людям прижиться здесь… Как мы поможем, если Светлые… Если война…

Взгляд голубых глаз менестреля стал печален.

– Когда мы поймëм, что шансов нет, будем уводить людей. Прятать. Вывозить. Мары думают, что та сторона охотится только за ними, но я не верю в это. Лорд и Хэлдэрэ вряд ли позаботятся об обычных жителях, они не допускают мысли, что им тоже грозит опасность… Этим придётся заняться нам. Как и всегда, Айрам, как и всегда.

– Я понял, – светлые брови молодого эльфа были сведены. – Не зря меня кошмары мучили. Я чувствовал…

– Да. Многие ощущают это. Многие неравнодушные. Иди, друг мой. Нужно позаботиться о людях и эльфах. У них кроме нас – никого.

…Айрам вышел из покоев Лэнха и задумчиво потёр переносицу. Друг и покровитель был непривычно-мрачен. Но кто такой он, Айрам, чтобы судить его? Лэнхэллиру виднее. И он полностью доверяет ему. Значит, надо просто делать то, что сказано.

***

Целители собирали травы, а я смотрела в пустоту. Недалеко от меня, рядом с драконом, обретался Тенна, куда более задумчивый, чем обычно.

– Ты в порядке? – проговорила я.

Это было непохоже на него. Обычно я молчу, а он что-то рассказывает. Байки какие-то, сказки… А я хоть немного оттаиваю под звуки этой ненавязчивой трескотни. Сегодня же он задумчиво гладит дракона по мощной шее, да смотрит ему в жёлтые глаза с вертикальным зрачком, что-то шепча на пределе слуха.

– Я? Да-да, конечно… – он был рассеян. – Да ты не волнуйся, всё нормально, Хэлдэрэ… – он провёл ладонью по голове дракона, снова прошептав что-то.

– Знаю. Нормально. И всё же?

– Эльфийка эта, Ларэль. Вопросы такие задаёт смешные, – он натянуто улыбнулся. – Нравится ли мне быть кером, например.

– И как? – я усмехнулась. – Нравится?

– Не знаю, – он пожал плечами. – Привычно. Я и забыл, как иначе.

Я кивнула. Ну а что тут скажешь? Я тоже забыла, как это, не быть Марой…

– Где она сейчас? Ларэль.

– В библиотеку проводил. Потом заглянул туда, она уже помогает Аэлинн свитки и книги упаковывать.

– Прекрасно. Они подружатся, – я оглядела окрестности – зелёный луг и порхающих над ним бабочек. – Так, давай-ка грузить потихоньку, – я указала на полные трав корзины. – Кстати, где остальные головорезы?

Тенна, казалось, с нежеланием оторвался от чешуйчатой шеи дракона и подошёл к корзинам.

– Кто где, – он пожал плечами, беря две из них. – Хэлгар в Рамгаре, Хэруол тоже – готовят крепость к переезду. Ульфар у себя, кажется… Хонад с драконами. Где Алхор – понятия не имею. Кстати, Светлые уже близко к границам.

– Ясно, – я наблюдала, как он грузит корзины на дракона.

– Нормально? – до меня донеслись его слова, обращённые к дракону. – Не тяжело? Не надорвёшься?

– Ты думаешь, ему тяжело?! Это всего лишь трава…

Он медленно обернулся ко мне.

– Да. Но их же нещадно гоняют, – он снова смотрел на зверя. – Безжалостно. Вижу в них себя, – он слабо рассмеялся. – Такое же беспросветное и бессмысленное бытие.

Я вздохнула.

– Это эльфийка на тебя навеяла такую тоску?

– Возможно…

– Драконы родились здесь. Они не шли на сделки.

– Да, они счастливее меня, – он грустно кивнул. – Наверное… И всё же мне их жалко. Им бы свободы. Летать, охотиться, вить гнёзда, создавать пары, выводить птенцов…

Я удивлённо смотрела на него.

– Затосковал ты не на шутку…

– Прости. Я не должен был этого говорить, – он выпрямился и вымученно улыбнулся.

– Сказал и сказал. Не всё же сказки рассказывать… – я чувствовала растерянность.

– Уж лучше сказки, чем такая быль.

– Наверное… Тенна, надо грузить. Жалко тебе драконов или нет.

Он медленно поклонился и пошёл за корзинами.

Идиллическая картина – Тёмные целители собирают траву, кер навьючивает драконов, ласково с ними разговаривая, а я сижу и смотрю на всё это благолепие. А где-то к нашим границам подходят войска, движимые одним желанием – желанием нашей смерти. А я смотрю на бабочек и голубое небо. Интересно, удастся ли план Алхора? Умён, нечеловечески умён. И столь же подл. Страшный человек. Боюсь его. Но в этот раз мне очень хочется, чтобы его идея воплотилась в жизнь. Даже не верится, что наше заточение может закончиться…

Вот только интересно, что-то изменится в моей жизни, когда мы освободимся от Охранных чар Камней на границах?.. Или просто будем собирать травы на других полях?

Хотя, какая разница. Я – Мара. Мне не выбирать.

***

Сэахор вложил клинок в ножны. Эльф напротив него вздохнул с облегчением.

– Надоело, – процедил Лорд. – Хочу нормальную драку.

– Тебе нельзя, – покачал головой менестрель, убирая парные клинки. – Опасно.

– Враги уже у границ. Так что скоро я могу к ним в полной силе выйти, – демонически улыбнулся тот.

– Стоит ли искушать?

– Стоит ли сидеть, как трус, за стенами, – Мар сжал губы. – Нннадоело.

– Пора в Рамгар. Хэлгар многое перевёз, пора и тебе туда, – голубые глаза менестреля были спокойны. – Без Повелителя там пусто. И магов свободных туда же. И эльфов. Пусть наводят красоту, готовят город. Это ведь будет радостное событие – конец этого противостояния длиной в несколько сотен лет…

Сэахор скривился.

– Будем верить, что это так.

– План Алхора разумен. Удивлён, что говорю это, но… – менестрель развёл руками.

– Ваша с Хэлдэрэ неприязнь к нему – смешна. Он всегда разумен. Потому и держу при себе, – процедил Сэахор. – Он куда полезнее того же Тенны.

– Это сейчас Алхор полезен. А в более-менее спокойные времена он разжигатель смуты и вражды, – в голосе эльфа слышалось осуждение.

– Вот наступят эти спокойные времена – и поговорим, – отрезал Мар. – А пока он работает получше многих.

Лэнхэллир внимательно взглянул на Повелителя.

– Что там с эльфийкой этой?

– Нормально, – он едва заметно помрачнел. – Она уже с местными вовсю общается. Можно не переживать за неё. И всё же…

– Что? – с раздражением спросил Лорд.

– Меня беспокоят наши враги, – голубые глаза стали тревожны. – Если Орин и твой брат решились начать войну, значит, они на что-то рассчитывают. У них есть план. Надо быть во всеоружии.

– Мы и так во всеоружии, – процедил Мар. – И днём, и ночью. У меня нет иллюзий, Лэнх. Гладко не будет. Но и умирать я не намерен. Во всяком случае не по воле дорогого братца… – он зло усмехнулся. – А вот его отправить на тот свет я считаю своим долгом, хотя пока и не знаю, как. С моей помощью стать Маром – и против меня же пойти… – он покачал головой, лицо его было искажено гримасой гнева. – Тварь. Я не успокоюсь, пока он жив.

– Он тоже… – вздохнул менестрель. – Это-то меня и пугает… Он может рассчитывать на это. На твоё желание отомстить ему. Не поведись на это, Сэахор. Мхэлен коварен… А шанс на жизнь и свободу куда важнее шанса на месть.

Серые глаза вперились в лицо эльфа.

– Не будет мне, Лэнх, ни жизни, ни свободы, пока эта сволочь ходит по земле. И ты это знаешь…

Менестрель вздохнул.

– Собирайся. Поедем в Рамгар. Пора переселяться.

***

Эльфийка с осторожностью и интересом смотрела на своего смуглого собеседника. Он сдержанно улыбался, показывая ей замок. Ей уже не было страшно. Он был простым, понятным, бесхитростным – не похожим на других. Конечно, он был кером, орудием Тьмы… Но эльфийка понимала – он всего лишь человек, потому и ошибся, купился на искушение Маров. Сам же он не плох.

Она мягко улыбнулась, поймав его взгляд. Она сумеет осветить эту Душу, и, быть может, помочь ему вновь обрести себя.

– Ты уже что-нибудь прочитала в летописях? – вдруг спросил он.

Эльфийка слегка закусила губу.

– Да… – она отвела взгляд.

– Не веришь? – усмехнулся Тенна, жестом показывая дорогу. – Ну, это понятно. Кажется, что мы просто врём, да? Ладно, не отвечай. И так ясно. У каждого своя правда…

– Правда едина, – Ларэль не смотрела на него. – Ваши летописи умело искажают её, вот и всё. Для вас мы – враги. Мы нападаем первыми, – голос эльфийки был печален. – И это почти правда. Мы идём войной на вас, чтобы избавиться от постоянной угрозы в вашем лице. Чтобы прекратить постоянные набеги… Вы же замалчиваете многое.

Кер пожал плечами.

– Да, наверное. Поэтому проще смириться и жить дальше.

– Во лжи?

Он повернулся к ней, тёмные глаза смотрели мрачно.

– Какая разница? От нас с тобой тут ничего не зависит. Ты не сбежишь – я и подавно. Ложь тут или правда – что это изменит? Ты или жив – или мёртв. Выбор только в этом. Можно нарваться – и сдохнуть. Можно не нарываться. Всё. Ты не добьёшься тут ничего, никакой справедливости. Никто не изменится – ни на нашей стороне, ни на вашей. В конце концов, здесь не так уж и плохо, – он с трудом улыбнулся. – Особенно простым жителям.

– А тебе? – осторожно спросила она.

– Мне? – фыркнул Тенна. – Я предпочитаю не думать об этом. Пойдём. Вот там драконник. Хочешь погладить дракона? Да не пугайся ты. Они спокойные. И у них очень красивые глаза. Пошли…

Ларэль смущённо посмотрела на него. Тенна, слегка улыбнувшись, жестом показал направление пути. Наблюдать за ней было приятно. Она была нежная и наивная. Немного глупая, но очаровательная. Со странными мыслями. Она и его заставляла задуматься о многом. Эти раздумья были невесёлыми, а выводы и того хуже, но…

Но почему-то ему хотелось находиться рядом с этой девушкой… Может, потому, что эльфийки Тёмного происхождения слишком резкие… Слишком прямые. Слишком сильные. Обманчиво-нежная эльфийская внешность – и стальной характер. Как у той самой Аэлинн. Тенна предпочитал не бывать в библиотеке – уж слишком жёстко смотрела эта эльфийка. Да и то, кому она принадлежала, было не слишком приятно.

А Ларэль была эльфийкой ещё пока Светлой. Мягкой. Доверчивой. Которая никого не знала здесь. А это отличный шанс стать для неё чем-то большим, чем просто первый встречный.

Раз уж Тёмные эльфийки предпочитают обходить его десятой дорогой…

***

– Рассказываю, – Алхор низко поклонился Лорду.

Он был в дорожной пыльной одежде, как будто бы только что с коня. Но на аристократичном лице гуляла привычная ехидная усмешка. В руках кера появились свёрнутые листы пергамента.

– Свежие донесения таковы – андиверские эльфы вышли на прямую. Заходили к эльсирским, те их послали, – он глумливо усмехнулся. – Но в целом двигаются бодро. Через неделю-полторы будут у границ. Идут прямиком от своего леса. Ещё подтянулись люди – Мхэлен с Орином постарались. Несколько наших приграничных соседей собирают рати. Вербуют магов – в изобилии, буквально отовсюду. Даже аттанских видели.

Сэахор мрачно слушал его.

– Воинства уверены в победе. Ходят слухи, что найден способ уничтожения Маров. Идут за вашими головами.

– Бред. Маров не убить.

Алхор пожал плечами.

– Возможно. Людей будем уводить? Уже примерно понятно, куда зайдут эльфы. Людские рати, вполне вероятно, пойдут с другой стороны, от Зарита. В любом случае стоит что-то делать. А то, пока они дойдут до Лонмора, мы рискуем остаться без подданных.

– Хэлгар получит соответствующее распоряжение, – кивнул Мар.

– А разве он не Рамгаром занимается? Его, наверное, заменит Лэнхэллир?

Мар передёрнул плечами.

– Лэнх – советник. Ему незачем быть где-то там. Чего ты кривишься?

– Да так… Воспоминания… Ассоциации… Ничего такого, – он белозубо улыбнулся.

Взгляд Сэахора стал давить. Мар встал с трона.

– Ты про прошлую войну? – он подошёл к бойнице.

– Да. Нечто похожее было и в тот раз. Эльфийская логика, как я понял тогда, противоположна логике войны. Очень странно эльфы мыслят. Странные решения принимают… – Алхор был безмятежен. – Смотрю на это андиверское воинство – и убеждаюсь в этом всё больше и больше. Опасные они создания – эльфы. Опасные своим взглядом на мир. Никогда не знаешь, какую дичь они посчитают наивысшим благом… – он карикатурно закатил глаза. – Мой Лорд, новостей больше нет, – продолжил он уже совершенно другим тоном. – Готов к новым приказам.

– Завтра. Завтра все приказы. Пока иди, – Сэахор не оборачивался.

– Благодарю, Повелитель, – Алхор низко поклонился.

Усмехнувшись, он вышел из тронного зала. На красивом лице гуляла ехидная усмешка. Ненужные уже бумаги с донесениями он спрятал за пазуху.

– Господин… – раздался тихий женский голос.

Алхор обернулся. На него смотрела кареглазая невысокая девушка в довольно простой одежде. Он окинул её изучающим придирчивым взглядом.

– Вы с дороги… Устали… Разрешите, я принесу воды для омовения… И помогу…

– Поможешь… – его взгляд скользил по изгибам её фигуры.

Лицо девушки просияло. Она нервно облизнула губы, дыхание участилось. А Алхор уже властно привлёк её к себе за талию. Девушка зарделась, её губы приоткрылись, глаза расширились.

– Неплохо, неплохо… – мурлыкнул он. – Давай, поспеши. Принесёшь воду и чего-нибудь поесть. Быстрее.

– Да, господин. Бегу, – выдохнула она.

Кер фыркнул, проводив её взглядом. Замок встречал его, как и всегда. Как и положено. Ровно так, как он и добивался.

Он всегда всего добивался. Быстрее или медленнее – не суть. Он был терпелив, хотя вряд ли кто-то сумел бы заподозрить в нём это качество. Но на то и нужны маски, чтобы спрятать то, что важно сохранить при себе.

***

– Хэлдэрэ, ты уже вернулась? – раздался полный удивления голос Лэнхэллира за моей спиной.

Я повернула голову в его сторону, оторвавшись от созерцания заката. Тенну я отпустила, а сама проводила последние светлые часы этого дня одна. Смысл ему снова около меня топтаться? Я – не самый лёгкий и не самый приятный собеседник. В конце концов, Тенне нужно время и на личную жизнь. Наверняка же она у него есть? Хотя, слухи это отрицают. Но керы обычно имеют отношения, пусть и поверхностные. Чем Тенна хуже? Наверняка кто-то из служанок к нему захаживает.

Это нормально. Он всего лишь кер. Это Марам уже ничего не нужно… Хотя, наверное, это печально. С другой стороны, я не та, кто умеет быть в паре. Мой опыт слишком неудачен, чтобы стремиться его повторить…

– А у тебя есть сомнения, что ты видишь именно меня? – я с трудом вышла из задумчивости.

– Я думал, вы как обычно, на пару дней в поля… – эльф подошёл поближе, легонько приобнял меня за плечи.

– Эти травы и за день собрать можно. Это за другими в ночь летим…

– Грустна ты, подруга, – он внимательно вглядывался в моё лицо.

Я пожала плечами.

– А что, я бываю весела?

– Когда слышишь что-то забавное, то да, – он тепло улыбнулся. – Эта твоя Ларэль, кстати, чуть меня до обморока не довела!

– Чем же? – я оперлась на каменный выступ стены.

– Я к Сэахору пришёл, – Лэнх слегка фыркнул, приобретя от этого хулиганистый вид, – а Ларэль от него выходила. Аудиенция у неё была. Знакомство с Повелителем. Причём выходила она в самом классическом светлоэльфийском зеленоватом оттенке, – по лицу эльфа гуляла сложносочинённая усмешка. – И на меня она вытаращилась так, что мне не по себе стало. Хотелось срочно себя ощупать на предмет потери одних частей тела и появление новых, – менестрель открыто и с удовольствием ёрничал. – А уж когда она спросила, кто я, мне окончательно поплохело… Стал судорожно проверять уши, – он наяву потрогал острый кончик нормального эльфийского уха, – у неё спрашивал, не затупились ли…

– А почему местные потом перешёптывались, что Лэнх сошёл с ума? – мне было смешно представлять эту картину.

– Потому что я у них уточнял, – он гордо поднял подбородок.

– Зачем?! – я рассмеялась.

– А вдруг Ларэль мне из жалости соврала, сказав, что уши всё-таки острые… – запальчиво ответил он. – Надо было спросить у независимых наблюдателей.

– А потом? – поинтересовалась я.

– Что потом? – голубые глаза смотрели непонимающе.

– Ну, обсудили вы вопрос твоего происхождения… И что, разошлись? – меня почему-то сильно заинтересовала эта тема.

Впрочем, я сейчас готова говорить о чём угодно. Всё лучше, чем остаться наедине с собой.

– Нет, я её в сад повёл, – как само собой разумеющееся, ответил Лэнхэллир. – Надо ведь было продемонстрировать Светлой эльфийке, что страшные и ужасные Тёмные сумели создать «такую красоту», – он явно передразнил Ларэль на последней фразе, закатив глаза и состроив восторженную мину.

– Решил добить девочку? – уточнила я, усмехнувшись его пантомиме.

Только вот она была слишком наигранной. Неживой. Ненастоящей.

– А что их жалеть? – невозмутимо отозвался менестрель.

– Лэнх, ты меня пугаешь!

Он сделал зверское выражение лица, вызвав у меня очередной приступ смеха.

– Не надо, пусть народ верит, что среди нас хоть кто-то хороший, добрый и понимающий имеется, – я погладила его по плечу. – Кстати, если ты вдруг опять засомневаешься, к какой расе относишься, могу предложить тебе простейшую проверку…– я замолчала, ожидая реакции.

– Предлагай, – эльф даже чуть наклонился вперёд, а в его миндалевидных глазах заблестели озорные огоньки.

– Разве ты не помнишь? В какой-то старой книжке была гениальная фраза: «Если вы встретили в чёрном коридоре Чёрного замка высокого мужчину в чёрной одежде, широком чёрном плаще и с нахальным выражением лица – то перед вами кер!». А кто-то дописал – «… то у вас хорошее зрение, и вообще, вы – эльф, потому что больше никто всё это разглядеть в темноте не сможет!!!»

Мы с Лэнхом с удовольствием рассмеялись над старой, но по-прежнему забавной шуткой. Вот только в глазах его оставалась тоска.

– Хорошо, если засомневаюсь, кто я, пойду искать в чёрных коридорах чёрных керов…

– Только ищи кого-нибудь мирного…– попросила я.

– Это уж как получится, – развёл руками менестрель.

– Лэнх, ты грустен, – я всмотрелась в его лицо.

Он печально улыбнулся.

– Война.

Я могла лишь вздохнуть.

– Ладно, ты извини, мне бежать надо. Ты завтра здесь?

– Нет, – я покачала головой. – Завтра в Рамгар. Перевозим завтра с Тенной целительское крыло…

– Тогда – отдыхать! – он добавил в голос строгости. – Завтра у вас сложный день.

– Не волнуйся, сейчас пойду.

– Удачи! Береги себя… – Лэнх сострадательно улыбнулся, помахал рукой на прощание, и ушёл прочь.

А я осталась досматривать закат. Красивый, просто шикарный закат. Оранжево-алый, дающий изумительный отблеск на светлых волосах Лэнхэллира. И просто великолепный – на чёрных волосах Сэахора…

Хорошо, что ни один, ни другой не являются для меня никем. Один – никогда. Второй – уже давно…

Обрывки записей Алхора

Ещё одна капля. Надеюсь, Сэахор не разучился понимать намёки? Эльфа самое время отодвинуть от трона. Хватило мне его самодеятельности в прошлый раз. Да и вообще. Бесит. Не люблю эльфов. Вечно мешаются под ногами.

Мары, особенно некоторые, тоже бесят. Но это привычно. Ничего, Хэлдэрэ, доберусь и до тебя. Война – самое лучшее время для свершений. Война выбивает почву из-под ног. А ты и так еле стоишь. Я подтолкну… Аккуратненько…

А то надоело, знаешь ли, со служанками спать. Мне должно принадлежать лучшее. Хотя бы временно. Постоянство надоедает. Оставим его эльфам. А у меня пари, понимаешь ли, проиграно, ещё лет триста назад. Нехорошо и некрасиво. Надо исправляться.

Избавиться от тебя, когда надоешь, будет несложно.

Справка из Техники безопасности. Керы

Как известно, керы – это лучшие представители человеческой расы, принявшие Тёмную сторону и давшие присягу Сэахору на вечную службу. Сразу надо заметить, что термин «лучшие» не совсем точно отражает суть явления. Правильней сказать, что это самые выдающиеся, уникальные и своеобразные личности. Хвала всем богам, Сэахор обзавёлся всего шестью такими уникумами. Большего количества, я думаю, мы просто не выдержали бы.

Уникальность и своеобразие каждого кера просто потрясают воображение. Иногда возникает ощущение, что каждый из них наделён особым, неповторимым заболеванием рассудка, не подлежащим лечению. И Сэахор, видя страдания их родных и близких, принял героическое решение изолировать их от мирного общества, обрекая себя на вечную муку общения с ними. Возможно, именно керы поспособствовали ухудшению состояния самого Лорда.

К вопросу о том, откуда берутся керы.

Керы – это бывшие люди. Претендентов на роль керов было много. Но человеческий век недолог, и наш Лорд старался найти способ продлить жизнь полезных для него людей.

Эксперименты были не самыми безопасными. Пожалуй, погибло человек 15, пока Сэахор смог найти решение этой задачи.

Что именно он сделал – не знает никто. Эту тайну он охраняет поболе, чем тайну собственного происхождения. Известно лишь, что человек может стать кером, только если соблюдены два условия: в его крови есть эльфийская примесь и он обладает магическими задатками. А дальше всё решает магия Сэахора. И его связи с демоническим миром, которые не дадут Душе убитого кера сбежать в посмертие.

Наличие тела для этого действа – обязательно. Поэтому с поля боя необходимо доставлять любого кера, пусть даже по частям.

Шрамы после возвращения в тело сохраняются. На данный момент успели погибнуть по разу Алхор и Ульфар. Они и могут похвастаться пугающего вида отметинами. Остальные обошлись без этого.

Из особенностей. Керы видят в темноте. Керы чудовищно-выносливы. Керы не умирают. Керы не размножаются. Последний пункт очень радует многих молодых женщин замка. При полной мужской дееспособности и активности оставить потомство они не могут.

Керы – первая линия обороны Тёмной стороны. Потому что их не жалко. Они многоразовые. На всех самых опасных участках боевого соприкосновения – именно они. Такова их работа, удел и смысл жизни.

Ввиду этого керам позволено многое. Крайне многое. Практически всё. На них не распространяются законы. Они – глаза, уши и руки Сэахора. Им подчиняются и с ними не спорят. Они опасны.

Керы полностью зависят от Сэахора. Их жизнь – в его руках. От их службы зависит, вернёт ли он Душу кера в тело в случае смерти. И есть смутное опасение, что, случись с Сэахором беда, керы погибнут внезапно и безвозвратно.

Впрочем, в таком случае и от Тёмной стороны мало что останется.

Как узнать кера… Признаков не так много. Основной – наглость. И плащ. Если про наглость и вседозволенность уже было написано выше, то с плащом всё не так просто.

Плащ – это обязательный элемент их военной формы. Почему именно широкий – неизвестно, я так и не добился этого от Сэахора. Возможно, чтоб жертву прятать? Или коня? Или даму сердца? Ну или это он решил сделать на вырост, на всякий случай… Вдруг растолстеют, форму им ещё новую шей, а так как раз будет. Хотя, предположить, что с такой муштрой они растолстеют… Тем более, что в таком состоянии они будут идти вразрез с Сэахоровым чувством прекрасного… Так что лучше им за собой следить. А то вдруг он ими займётся?.. Кстати, вы не замечали, что все керы отличаются весьма привлекательной внешностью? По какому принципу Сэахор их отбирал?..

Таким образом, если вы встретили в узком коридоре или тёмном переулке достаточно высокого мужчину в чёрном плаще и с крайне наглой физиономией – я вам сочувствую.

Если вы мужчина – поклонитесь и идите дальше. По крайней мере, постарайтесь идти дальше. Если же вы женщина… Молитесь. Вдруг поможет? Или, если кер вас-таки заметил, объясните ему, что вы спешите к Сэахору. Это, наверное, единственный довод, который может подействовать на кера.

Есть ещё один вариант. Если принципы вам позволяют, можно броситься ему на шею. Только лучше, чтобы это был не Хэлгар.

Вообще, по какой-то причине керы являются объектом многих художественных произведений Тёмной стороны. Часть из них, разрешённая к печати, создаёт героический образ вышеупомянутых личностей. Большую часть цензура не пропустила. Это различного вида насмехательства. Их публикация может вызвать волну недовольства вышеуказанных персон. Но, тем не менее, многое просочилось в свет…

Если коротко – остерегайтесь керов! Но избежать встречи с ними вряд ли получится. Они везде…

Рамгар. Драконы

Невесомая магия тихо наполняла выдыхаемый воздух. Невесомая магия струилась вокруг. Незаметно, секунда за секундой, отравляя тела. Отравляя умы…

Невесомая магия становилась внутренним голосом. Странным голосом.

Голосом, который говорил странные вещи. Который диктовал странные решения. Такие родные, такие свои… Те самые, которые давно хотелось бы сделать – достало бы смелости.

А сейчас смелость была. Смелость, нашёптываемая тихим голосом. Смелость ярко-голубого цвета. Как небо. Как нечеловеческие глаза…

***

Великое переселение… Какая же ужасная затея. Такая складная на словах, и такая безумная в воплощении. Люди, кони, эльфы, драконы, пожитки тех и других, гомон… И старый замок, не слишком-то готовый к переезду всего Тёмного двора…

Хорошо, что Хэлгар здесь. Пока ему как военачальнику нечем заняться – Светлые к нам ещё не пришли – он организовывает весь этот кошмар во что-то более или менее осмысленное. Удивительно, что меня на этот фронт работ не отправили. Хотя, хватит и одного только целительского крыла, которое мне надлежит развернуть, да слежки за Светлыми через Илонэра. Хорошо, что Тенна со мной. Не гнушается никакой работы, всё без лишних слов делается.

– Хэлдэ…

– Хонад?

Передо мной стоял озадаченный кер. Он был одет довольно просто, как будто простой крестьянин с полей Вайлида. Наш главный мастер по драконам. Человек, благодаря которому их удалось приручить. Даже не так – именно Хонад сумел вывести ту породу, которая пригодна к полётам под седоком. Правда, способность плеваться огнём им пришлось потерять – вместе с изрядными размерами. Наши драконы – не крупные, послушные, уравновешенные. Как и сам Хонад, да простит меня кто-нибудь за такое сравнение…

– Мне не нравятся драконы, – заявил он.

Я удивлённо на него посмотрела.

– Они не едят. Ничего не понимаю.

– Только не это…

Мне стало дурно. Не-едящие-драконы – это бред. Драконы на аппетит не жалуются. Ну не умеют. Потому что они драконы.

– Посмотришь?

– Конечно! Тенна, я с Хонадом в драконник…

– Я… – он высунулся из дальнего угла зала, в котором мы располагали целительский скарб.

– Продолжай тут. Быстрее закончим…

Шли быстро. Я перебирала в голове все возможные варианты.

– Кормил, как всегда. Но те, которые уже тут, вдруг стали отказываться от еды. Лежат, головы под крыло засунули, и не хотят ничего. В Лонморе всё в порядке, я узнавал. Как бы не эпидемия. Или им Рамгарский воздух вредит? Или магическое поле? – тон Хонада стал жалобным.

– Не может твоим драконам ничего такого вредить. Они живучие, как Мары, – я покачала головой.

– Но они и отравиться не могли! Они рыцаря в полном облачении переваривают!

– Не знаю, Хонад… Давай посмотрим…

Драконы – это не шутки. Драконы – это связь между крепостями. Это превосходство в небе. Мы не можем без них. Всё рухнет, просто рухнет, если начнётся мор. Проще самим сдаться Светлым, чем это… Илонэр, Орин, Мхэлен – к чёрту их. Драконы – наше всё…

***

Чары окутывали магических существ, проникали внутрь. Ослабевшие тела жадно впитывали её. Призрачно-серая волна тумана пропитывала драконов, насыщала тела. Животные тихонько взрыкивали от нетерпения. Мара изобильно отдавала силу… Но и она была не бесконечна… А изголодавших драконов было много…

Хэлдэрэ устало села на пол – ничего другого рядом не оказалось. Драконы следили за ней чуть посветлевшими разумными глазами.

– Ничего. Скоро пройдёт… Мы вас выходим…

Она устало откинула голову, закрыла глаза.

– Когда же всё это кончится… Или это бесконечно? Кара богов за их нарушенную волю? Как я устала, знали бы вы, ящерицы… А я ж даже отравиться не могу…

Чёрные ресницы плотно смежились. Что-то блеснуло на самом их кончике. Но нет, это лишь отсвет заходящего солнца…

Мары не плачут. Не-умершие лишены чувств. Они потеряли право на эту роскошь.

***

– Только не это… – еле слышно прошептал высокий пепельноволосый эльф, бессильно уронив руки. – Только не драконы… Это слишком… Без них мы обречены… Мы не успеем. Не спасёмся. Мы делаем слишком мало. Мы делаем не то. Тушим пожары, а надо… Надо другое…

Тяжело вздохнув, он встал. На душе было тоскливо. От привычной веры в лучшее не оставалось и следа. Сомнения разъедали разум, открывая дорогу беспощадной памяти и предательскому страху.

Страху ярко-голубого леденящего цвета…

***

– Всех, кто имеет отношение к драконнику – привести. Кто сейчас здесь – не выпускать. Всех, кто выходил-заходил – найти и вернуть, – побледневшая Мара отрывисто отдавала приказы. – Они больны, Хонад.

– Жить будут? – тёмные глаза кера были тревожны.

– Не знаю. Если не начнут есть сами – то нет, – она болезненно скривилась. – Питать их магией я не смогу долго… Это не может быть случайностью. Надо срочно известить Сэахора.

Хонад кивнул.

– Я сделаю им эликсир. Поить. И кто здоров – тех тем более.

***

Я устала. Я сильно устала. А допросы – не мой профиль. Нет, я могу, но не люблю. Но тех, кто любит, под боком нет. Придётся самой.

Нет, мне не нужны клещи и тиски. Я просто вскрою память всех тех, кто был в драконнике с момента начала переезда. А если не найду здесь виновника – поработаем с теми служителями, которые остались в Лонморе.

Потому что с драконами так нельзя…

***

Тёмный Лорд быстро шёл по коридорам своей новой резиденции. Красивые губы были плотно сжаты, глаза сужены. Настроение Владыки читалось легко и понятно, поэтому местные почти не встречались на его пути – выучив за годы, что это самое лучшее, что стоит делать в таких случаях.

Мар шёл в драконник. Тревожные вести уже были переданы ему. И, кажется, дело требовало его прямого вмешательства и его же решений.

Он вошёл в предбанник. Там, около большого высокого стола стояла Хэлдэрэ.

– Нашла? – спросил Сэахор вместо приветствия.

Она, бледная и осунувшаяся, покачала головой. Тёмные волосы были заплетены и заколоты. Рукава рубашки закатаны. Черты стали острее, зубы плотно стиснуты…

– Все чисты. Из тех, кто тут. Нужно проверить Лонморских.

– Уверена, что это отравление?

– Скорее да, чем нет. Хонад выводил крайне живучую породу. Они не могли протухшей рыбкой отравиться. Это чья-то злая воля. Но я не могу найти виновного, – в её голосе звучала тоска. – Я разрываюсь на два фронта, Сэахор. Мне надо следить за Илонэром и не дать умереть нашим драконам. Мне не хватает сил, – она устало уронила руки. – Перевозить сюда пока нельзя ничего – если это какая-то болезнь, мы можем заразить здоровых. Этого нельзя допустить…

– Мы не успеем, – он сжал губы.

– Иначе мы точно всё провалим. Без драконов всё пойдёт прахом, – в серых глазах Мары была боль. – Сэахор, помоги. Я не справляюсь…

– Опять, – процедил он.

– Да, опять! Да, мои силы не бесконечны! Да, я…

– Прекрати истерику!

Хэлдэрэ вздохнула.

– Нужна помощь. Керы. Маги. Не знаю… Пришли Хэруола…

– Скорее Ульфара.

– Не надо. Он не может работать со мной. Слишком наглый. Хэруол хотя бы слушает меня.

Лорд сжал губы.

– Ладно. Будет тебе Хэруол. А пока иди к эльфийке. Мне нужны свежие данные из головы Илонэра.

– Через полчаса…

– Сейчас.

Хэлдэрэ молча взглянула на него.

– Мне. Нужно. Полчаса. Иначе я такого насмотрю, мало не покажется, – в её голосе внезапно послышался металл.

– Допустим… – сквозь зубы проговорил Лорд. – Где Тенна? – он оглянулся.

– Помогает мне. Выхаживать больных драконов непросто. Он и Хонад трудятся, не покладая рук.

– Прекрасно, – взгляд Сэахора был отстранён. – Иди. Пошлю за Хэруолом. Он должен быть в окрестностях. Придёт к тебе на помощь, раз уж у тебя всё так плохо…

– Это не у меня. Это у нас.

Взгляды скрестились. Серое и серое.

– Кстати, Сэахор. Помоги ты. Твоя магия сильна. Вдвоём мы быстрее поднимем их, – Хэлдэрэ почти не моргала.

Лорд скривился.

– Уже и грязная работа достаётся мне, – процедил он.

– Не грязнее, чем на поле боя, – тихо проговорила Мара. – И не чище, чем демоническая магия…

Он остро взглянул на неё, но Хэлдэрэ уже устало шла к массивной двери, ведущей в вольеры. Мар тихо выругался.

– Пошли. Только быстрее. У меня нет времени.

Обрывки записей Алхора

Интересно. Кто-то отравил наших летающих ящериц-переростков. Сэахор грозится спустить три шкуры с диверсанта. Переселение встало колом. Вылеты запрещены. Белая, как смерть Хэлдэрэ, потерявшая весь лоск и половину красоты, не вылазит из драконников. Сейчас в Лонморском шухер наводит. Говорят, мозги выворачивает всем, кому можно и нельзя. Надо бы тоже поискать концы. Ящерицы – это удобно. Я не согласен пересаживаться на коня, вот ещё.

Да и вообще, эта эпидемия ставит под угрозу мой гениальный план обмана Светлых. Так не пойдёт. Ящерицы обязаны выжить.

Кстати, можно под это дело от парочки неугодных избавиться… Кто там у меня в списке? Хм… Подумаем…

***

– Да, Лэнх? – у меня не было сил поворачиваться.

К счастью, Лэнхэллир избавил меня от этого, обойдя высокий стол, на котором я собирала ингредиенты для эликсира, за которым скоро придёт Тенна.

– Как думаешь, из-за чего это? – он смотрел мне в глаза.

Это немногим по силам. Потому что мои собственные глаза давно сгнили в земле. А на мир смотрят глаза демона. Вот только демонам не место в этом мире – потому и взгляд Маров отвратителен всему живому.

Спасибо Лэнху – он прекрасно умеет скрывать омерзение.

– Я не знаю… Не могу найти причину.

– Это случилось после вашего возвращения от Илонэра… Могли ли они…

Я покачала головой.

– Если б Орин мог навредить драконам, не оказавшись рядом с ними, они бы даже и не вылупились. Это не он. Не его магия.

– Странно, что он дал тебе уйти, – эльф нахмурился. – Если он узнал тебя, было бы так естественно пленить тебя там, пока ты всего лишь в облике эльфийки…

– Потому я и сбежала тут же. Чтобы он не сделал этого, – я продолжила раскладывать травы по бутылям. – Риск слишком большой.

Я не поднимала головы, только чувствовала взгляд Лэнха.

– Могла ли Ларэль?..

– Я проверила её. Она не накладывала заклятий на драконов. Я бы заметила враждебную магию. Но этого нет. Я теряюсь в догадках, Лэнх…

– Без драконов план Алхора рухнет, – его руки сжались в кулаки. – У вас с Сэахором есть стратегия на такой случай?

Я подняла глаза и помотала головой. Лэнх прерывисто вздохнул.

– Странная штука – жизнь, – я зло рассмеялась. – У нас с Сэахором она давно закончилась – а нет же, страшно. Боремся за её остаток, как живые. Как хочется прекратить это всё… Как хочется мира… Жить без постоянного ожидания нападения… Как я устала, Лэнх… Скорее бы всё закончилось…

Он сумрачно посмотрел на меня, потом на эликсиры.

– Может, новые травы в еде им навредили? – он указал рукой на лежащие передо мной соцветия и корни. – Вы тогда вернулись с полей…

– Травы? Драконам Хонада?

Эльф грустно усмехнулся.

– Да, звучит смешно. Значит, кто-то предал? – он с болью посмотрел мне в глаза.

Я против воли вздрогнула.

– Если это так, то мне страшно.

– Мне тоже… – его взгляд был долгим.

– Сейчас буду чары накладывать на эликсиры, – я кивнула на бутыли. – Тебе лучше не смотреть… Неприятные ощущения могут быть.

– Хорошо, – он кивнул. – Пойду… Удачи тебе, Хэлдэрэ… Надеюсь, мы выживем. Все выживем…

Ещё один долгий взгляд. Как будто Лэнх хочет что-то сказать, но не решается.

Странно. Вот только у меня нет сил разгадывать эти странности. Он боится – я знаю. Ему, как и нам, есть, чего опасаться. Светлые эльфы ничего не забывают. Если мы падём, они разыщут Лэнха, и… Нет, не буду об этом думать. Надеюсь, он уже придумал, как покончит с собой в случае нашей с Сэахором гибели. Это будет наилучший вариант. Потому что способ Светлых эльфов будет куда мучительнее… За такие грехи, как у Лэнха, они карают бесчеловечно.

Впрочем, на то они и эльфы, а не человеки.

***

– Ларэль, сегодня без прогулок, – встретившийся ей в коридоре кер был мрачнее обычного, в его руках была большая корзина с какими-то бутылями.

– Что-то случилось? – Ларэль испуганно взглянула на Тенну.

Кер молча кивнул, поставил корзину наземь и вытер пот со лба.

– Драконы заболели.

– Как?! – ахнула та.

– Не знаю, – он скривился. – Никто не знает. Они еле дышат, не едят, не могут взлететь. Мне кажется, они погибнут. Всё слишком плохо.

– И что теперь? – Ларэль прижала руки к груди, шумно выдохнув.

– Теперь? Хэлдэрэ сбивается с ног, пытается спасти их, – он пожал плечами. – Понимаю, что тебе всё равно, но для нас они важны. Без них мы точно проиграем эту войну. А они даже не боевые. Они ездовые. Мы людей на них вывозим из тех мест, куда ваши зашли…

– Это незачем делать. Светлые воины ни за что не тронут мирных жителей. Они идут сюда именно ради них, – эльфийка слегка нахмурилась.

Тенна усмехнулся.

– Ну-ну… Чего ж они в прошлый раз вырезали целые поселения?

– Это ложь. Мы не убиваем мирных людей. Если был бой, значит, те люди сами выступили против Светлого воинства, – она смело посмотрела в глаза кера.

– А, ну да. Наши все вооружены. Сопротивлялись.

– Нужно было просто сдаваться.

Кер молча усмехнулся.

– У вас, у Светлых, всё просто… Пойду я. А то Хэлдэрэ голову оторвёт.

Ларэль с жалостью на него посмотрела.

– Она злая, да?

Тенна, уже наклонившийся за корзиной, распрямился.

– Она? Нет. Она… Никакая, – его брови сошлись к переносице. – Она не человек. Полу-демон. Но не злая. Замороженная. Не живая.

– Глаза у неё страшные. Очень, – эльфийка прерывисто вздохнула. – Ты же с ней постоянно…

Он кивнул.

– Я привык. Рассказываю ей сказки. Да, не удивляйся, – он рассмеялся. – Она тогда как собака. Видела, как собаки сидят, смотрят на человека? Почти умными глазами. Ничего не говорят, а кажется, что думают… Вот и она так же… Но лучше так, чем когда у неё взгляд безумный, в одну точку, – он скривился. – Вот это страшно. Что в её голове – никому не ведомо… А сейчас она не в себе. Это уже опасно. Лучше не приближайся к ней лишний раз, пока она с драконами не разберётся.

Эльфийка горячо закивала.

– Спасибо… Что предупреждаешь меня об опасности, – она опустила взгляд.

– Это несложно, – он пожал плечами. – Я тоже сейчас стараюсь не соваться. Исполняю приказы, и только. Письмецо вот написал, – он коснулся нагрудного кармана. – Передам ей. Поддержу. У неё нет права на ошибку, а это даже для полу-демона страшно. Если она не справится, всё рухнет. Светлые всё ближе, а у нас то ли эпидемия, то ли предательство… Тебе, конечно, всё равно… Но нам это важно, – он нахмурился и наклонился за корзиной.

– Ой… – едва слышно проговорила Ларэль, делая шаг назад.

– Трудишься на благо Родины? – раздался насмешливый голос. – Хотя, что это я? Твоя Родина тебя давно забыла. Ты и там оказался не нужен.

Тенна медленно разогнулся.

– А ты, как обычно, не знаешь, чем заняться? – он с ненавистью взглянул в синие глаза подошедшего к ним Алхора.

Тот выглядел идеально – по своему обыкновению. Тенна же был в простой одежде. А в объёмной корзине у него были бутыли со снадобьями для больных драконов.

– Да вот ищу причины, пока ты разгребаешь последствия, – он презрительно махнул рукой на ношу Тенны. – Каждый, знаешь ли, занимается тем, что ему по силам…

– Ну так и иди, ищи, вызнавай, копайся в грязном белье. А я поработаю честно. Проваливай, Алхор, – Тенна сделал шаг в сторону, заслоняя испуганную Ларэль.

Ларэль, которую тот рассматривал внимательным изучающим взглядом.

– Это ты проваливай. А я выполняю приказ Лорда. Опрашиваю местных жителей, – он хищно улыбнулся. – Вот эту эльфийку как раз надо, хм, опросить…

Ларэль вжалась в стену.

– Она под покровительством Хэлдэрэ. Ты не имеешь права, – Тенна чуть наклонил голову.

– Как интересно, – усмехнулся Алхор. – А ты в этом лично заинтересован, как я погляжу? Защищаешь её, что ли?

– От такой мрази, как ты, грех не защитить. Вали отсюда, Алхор. Ларэль вне подозрений. А всё, что знала, она рассказала.

Синеглазый кер усмехнулся.

– В моих руках многие вспоминают то, что в обществе Маров забывается, – негромко проговорил он.

Его усмешка стала злее. За спиной Тенны послышался шорох. Обернувшись, он едва успел поймать оседающую эльфийку.

Алхор рассмеялся. А потом быстро наклонился, подбирая что-то с пола и пряча в рукав.

– Как мило. Не забудь воспользоваться ситуацией. По праву, хм, победителя… Защитника. Считай, я тебе подыграл, – он подмигнул Тенне, который разгневанно смотрел на него. – Благодарностей не надо. Сделал из мужской, хм, солидарности. Да не переживай, такое, – он презрительно оглядел белокурую эльфийку, – не в моём вкусе… Не понимаю, что вы в них находите – ни фигуры, ни округлостей… Впрочем, что взять с такого, как ты…

Тенна молча и зло посмотрел вслед ненавистному керу и поудобнее перехватил Ларэль.

– Падла… И носит же земля его…

Он глубоко вздохнул. Теперь помимо болеющих драконов ему надо было позаботиться и об испуганной до потери сознания эльфийке…

***

Алхор прислонился плечом к стене. В руках его был маленький клочок бумаги, выпавший у незадачливого Тенны. Кер брезгливо стряхнул с бумаги травинки и пыль, развернул.

Синие глаза быстро пробежались по строчкам. Брови его взметнулись.

– Вот так раз… Тенна, да что ж ты за человек-подарок? Будем считать, мы в расчёте. Я подсобил тебе, а ты – мне…

***

Голубые искры пропитывали тело. Пропитывали душу. Апатия, замешанная на страхе, расползалась тлетворным облаком. Страх усиливался. Животный, тяжёлый, безрассудный страх.

Страх, избыть который хотелось любой ценой. Даже ценой чужой жизни.

Справка из Техники безопасности. Кер Хонад

Имена

Хонад. Других имён не имеет.

Происхождение

Северные племена, происхождение простое (если не считать эльфийской примеси в крови)

Внешность

Довольно высокий. Волосы прямые, тёмные, до плеч. Глаза серо-голубые. Черты лица тяжеловаты.

Профессия

Выведение новых видов животных.

Особенности

Родом из мест, куда власть и влияние Маров Мхэлена и Орина не добрались. А Сэахор добрался. Поэтому Хонад изначально воспитан соответствующим образом, в нужной морали и с нужным взглядом на мир. Из людей, ныне живущих у нас, Хонад – самый Тёмный. Просто до мозга костей. Тёмное мировоззрение впитал с молоком матери. Потому и предан. Ему, наверно, даже мысль об измене в голову прийти не сможет. Для него всё это – естественная среда и единственная нормальная вера.

При этом Хонад далеко не фанатик. Он просто очень спокойный. Но очень нелюдимый и необщительный. Предпочитает проводить время с живностью. Вот уж с кем у него полный контакт налажен. Звери его понимают гораздо лучше, нежели люди. А ему этого вполне достаточно. По крайней мере, не жалуется.

Благодаря Хонаду у нас появился вид драконов, пригодный для использования. Так что Хонад чрезвычайно полезен в нашем хозяйстве. Занимается делом, приносит пользу. В интриги не лезет, никому жизнь не портит. Вообще, достаточно мирный. Но очень замкнутый. Неразговорчивый. Хотя, если поймать его, когда некий проект удачно завершён, может на эмоциях много интересного рассказать.

В целом, Хонад не злой. Просто полностью погружён в своё Дело. Подлости от него ждать не приходится. Он просто не видит в этом смысла. Ещё чего, тратить время, силы и нервы на такую дурь!

Он достаточно умён. Но в своей области. В животных. А остальные сферы жизни его интересуют мало. Разумеется, учитывая его происхождение, он и в лесу проживёт, причём неплохо, и с оружием обращаться умеет. Но если предоставляется возможность не отвлекаться на вопросы выживания, при наличии регулярной кормёжки и прочего обеспечения, он не огорчится, а только с большей силой займётся драконоводством.

Мечом владеет хорошо. Конечно, до Сэахора и Хэлгара достаточно далеко, но вот составить пару тому же Тенне или Хэруолу вполне способен. Чем довольно часто и занимается.

Степень конфликтности – средняя. Если его не трогать, он достаточно мирный. А если размахивать красной тряпкой перед носом – не обессудьте. Повторяю, он хороший мечник. По крайней мере, могу успокоить – он убьёт вас в честном поединке. Хонад из-за угла не бьёт. Вера не позволяет.

К женскому полу относится весьма лояльно. Как и полагается нормальному мужчине. Никаких перекосов и извращений, вроде, не имеется. Достаточно стабилен – подруг редко меняет. Он ведь у нас занятой человек. Времени на поиски и завоевание нет. Поэтому, захватив одну, дальше не идёт. Ему удобно, что его всегда кто-то ждёт, кто накормит, приласкает, утром разбудит. Удобно. И всё тут. Сэахор на этот счёт молчит, хотя не одобряет постоянные связи керов – в его понимании, нормальный кер не должен даже имя помнить той, что греет ему постель. Работает Хонад хорошо – так чего придираться? Тем более, что имя он, может, и не помнит. Зачем ему имя женщины, если у него есть имена драконов?..

Таким образом, встретив Хонада, можете особенно не волноваться. Ему не до вас. Он новый вид выводит.

Впрочем, он остаётся довольно живым и адекватным. Иногда его можно заметить среди веселой компании. Но это иногда. Когда проект сдан.

Но вот просить о помощи… Ему всё равно. Его чужие беды не волнуют. Вера у него такая. Каждый – за себя. Наломал дров – вот и разгребай. Сам. Ручками. Тем более, вера Хонада предполагает преодоление препятствий только своими силами, так как это даёт возможность расти духовно. Поэтому он из самых лучших побуждений откажет вам в помощи. А вот если он согласился… Значит, он желает вам всего самого нехорошего. Он ведь таким образом отбирает у вас возможность подняться выше…

Рамгар. Козни

Магия ярко-голубого цвета растекалась по жилам. Магия была в каждой капле крови. Магия искушала. Нашёптывала. Сламывала сопротивление. Разъедала принципы. Искажала ценности. Изгибала видимую реальность. Разжигала обиду.

Магия передавалась в словах. Из уст в уста. Сея бессилие и пустоту.

Всё легко и просто. Ненавязчиво. Не пачкая рук.

***

Ничего. Ничего. Абсолютно ничего!!!

Я готова выть от отчаяния. Но драконы отравлены, а я не могу найти отравителя. Мы с Сэахором перетрясли мозги всех, до кого дотянулись. И ничего. Как будто драконы просто от переезда захворали. Просто потеряли нюх и перестали понимать, кто рядом, что из этого еда, и куда лететь. А так не бывает.

Ещё этот Илонэр. Надо опять подсмотреть через сон за ним и его планами. Последние сны мне не понравились. Уж очень быстро идут к нам Светлые. А мы не успеваем переезжать. Точнее, с сегодняшнего дня Сэахор приказал продолжать перевозку. Но – и слава богам – в поселение неподалёку от Рамгарского замка. Так, чтобы не дать встретиться Лонморским драконам с местными. А тех, кто бывает и там, и там, Хонад перед посадкой облучает артефактами. Естественно, всё это замедляет работу.

Боги, как мне всё это не нравится… И вот эта наглая физиономия – тоже…

– Отдыхаешь? А говорили, Мары выносливы, – он насмешливо оглядел меня.

– Там, где устали Мары, керы давно бы сдохли, – я встала с нагретого солнцем камня около крепостной стены, где отдыхала, сбежав от всего этого бедлама.

Встала и пошла. Алхор – не лучший компаньон для отдыха.

– Как знать, – он усмехнулся мне в спину. – Кстати, Хэлдэрэ, я тут решил посыльным подработать…

– Да неужели? А раньше ты этим не занимался? Ты же у нас главный доносчик, – мне не хотелось с ним разговаривать, я ускорила шаг.

А вот ему – хотелось. Судя по тому, что он уже шёл рядом со мной.

– Не доносчик, а осведомитель и разведчик. А письмецо-то – тебе.

– Я не читаю доносы, – я не смотрела на него.

Куда приятнее было просто идти и греться под лучами летнего солнца. Идти по местами пожухлой траве, слушать птиц и дышать слегка пыльным воздухом равнины. Я так редко бываю под открытым небом, сейчас как будто выгоревшим от жара… А я пропадаю в драконнике, в крепости, в подземельях. Хотя чему тут удивляться? Солнце – оно для живых.

– Зато их читаю я, – его голос сочился ядом.

Он достал из-за пазухи сложенный вчетверо лист пергамента. На душе стало неспокойно.

– Без меня, – я свернула под крышу навеса, ведущего в замок.

Алхор остановился. Что ж, прекрасно. Отстал, и слава богу.

– Хэлдэрэ! Делаю, что могу, – послышался его голос, вот только тон был не его… – Непросто, но ничего. Справимся. Выстоим. И не из такого выходили живыми и здоровыми.

Я обернулась. Он, демонстративно остановившись, читал с листа.

– Держись. Скоро всё утихнет. Скоро всё закончится… – он взглянул на меня, нагло усмехаясь.

– Замолчи!

Я резко взмахнула рукой, накрывая нас с ним заклятием невидимости. То, что он читал, не стоило слышать никому. Вообще никому.

– Отдай!

Он фыркнул и взглянул на письмо.

– Осталось немного. Я знаю, у тебя всё получится. Ты сильнее многих. Что бы кто ни делал, ты сможешь это преодолеть, выстоять, справиться, – он как будто изображал тон одного нашего общего знакомого, а я ощущала, как в душе поднимается буря. – Им тебя не сломать. Цена вопроса слишком высока. Это слишком серьёзно. Это смертельный удар. Ты сможешь довести дело до конца, я знаю. Хотя я понимаю, как давит Сэахор. Понимаю, как тебе страшно. Но правда на твоей стороне. И магия. Мы будем свободны. Всё образуется. Тенна.

Он поднял на меня глаза, отвратительно усмехаясь. А я ощущала, как тело начинает исходить мелкой дрожью.

– Что это за бред?

– Это – эпистолярный жанр твоего охранничка, – он неторопливо свернул бумагу и спрятал за пазуху. – Как считаешь, что подумает Сэахор, прочитав сие творение? Не видится ли тебе в этом то же, что и мне?.. – он открыто издевался.

– И что же увидел твой воспалённый мозг в этом наивном письме со словами поддержки? – дрожь едва удавалось гасить – негоже ему видеть, что меня колотит.

– То же, что и твой, – он подошёл ко мне и вдруг наклонился к моему плечу. – Заговор, Хэлдэрэ. И предательство. Всё идеально – ты никак не можешь найти виновника, потому что сама им и являешься…

– Что?! – я развернулась к нему, оказавшись критически-близко.

– То. Кто знает, что на самом деле было в вотчине Илонэра? О чём ты договорилась с Орином? И почему тебе дали уйти, – я ощущала его дыхание на своём лице. – Всё это, я думаю, ты расскажешь Сэахору, как только он прочитает эту забавную записку…

– Алхор! Это бред сумасшедшего!!!

– Ну так выбирай, с кем якшаешься, – он отстранился. – А от сумасшедших ничего другого ожидать я бы не стал.

– Это ты сошёл с ума!

– Э, нет, – он поднял вверх палец. – У меня как раз всё хорошо с разумом. Чего не могу сказать о тебе. Ты неразборчива в выборе соратников. А они о тебе даже и не думают. Пишут записки всякие… Но это не мои проблемы. Это пусть Сэахор уже выясняет…

– Алхор! Алхор, прекрати, ты же понимаешь…

Стоп. Я не буду за ним бегать. Не буду играть под его дудку… Пусть идёт. Не буду унижаться…

Я буду думать. Теперь ещё и об этом. Кроме драконов, Илонэра, переезда, мне теперь ещё надо как-то позаботиться о себе.

Я тихо сползла по стене. Земля и стена были тёплыми, нагретыми солнцем. Они были спокойны и стойки. А я – нет. Что-то в глубине меня рвалось, трещало, расходилось по швам. Что-то, принадлежащее мне. Остатку меня. То, что сейчас затапливало мою душу чёрным отчаянием. Что-то, что жгло глаза, буквально выедая их изнутри. Что-то, что заставляло хрипеть сердце – или что там у меня? Что у Маров гоняет кровь по жилам? Да и есть ли жилы? Мы же так, подобие человека…

Глаза жгло всё сильнее. Я устала. Нет у меня сил. Тенна не поможет – уж лучше бы и не начинал. Лэнх… Лэнх никогда не лезет в дела, где замешан Алхор. А больше и попросить некого. Такие они, Тёмные друзья. Сложные.

Я прижалась к стене, вытянула ноги. Всё равно я под заклятием. Могу творить, что хочу. Могу даже биться в рыданиях.

Только не умею. Поэтому просто подожду, пока перестанет дрожать тело да гореть глаза. И пойду спасаться сама…

***

Сердце билось тяжело, надрывно. Как будто за воротами уже стояло Светлое воинство. Как будто близок час расплаты. Как будто всё уже рухнуло. Время эльфов течёт иначе, но тем мучительнее ожидание гибели. А она случится, непременно случится, ведь для этого сделано всё необходимое. Нет ни армии, ни магов, и даже драконы больны.

И есть рядом тот, кто предал. Тот, кто ждёт войско Светлых с надеждой и нетерпением. Понять бы…

Он заглушил мысли. На каменном зубце крепости, как изящная статуэтка, сидела Она. Обдуваемая всеми ветрами, неподвижная – лишь только несколько прядей выбились из причёски и развеваются ветром. В простой одежде, без украшений и изысков… Эльф всегда любовался ею, её необычной красотой. Те, кто несли в себе смеси кровей, всегда были прекрасны. А Мары располагали ещё и неким иным, демоническим обаянием, только глаза немного портили картину. Они были странными: то магически-текучими – ртутью, как у Сэахора, или призрачными туманами, как у Хэлдэрэ, то просто серыми…

…Вот только сегодня прекрасная статуя как будто сменила облик. А, может, это он, наконец, стал видеть правду. Или же яркое голубое небо за её силуэтом подсвечивало отнюдь не прелестность.

…Резкие черты лица. Сжатые губы. И жуткие, нечеловеческие глаза.

«Она ведь умерла… Умерла много сотен лет назад. А это – это демон… Это то, что осталось от демона. Мертвец в мертвеце…»

Лэнха пробрало до костей. От Хэлдэрэ веяло чем-то жутким, не-местным, не этому миру принадлежащим. Одно слово – Мара. Недо-человек, полу-демон… Эльф вздохнул. Находиться в её обществе было непросто. Раньше он не ощущал этой тяжести. Но с начала этой войны странная апатия и уныние стали заполнять его душу.

«Бедный Тенна, – подумал эльф. – Ему рядом с ней приходится быть целыми днями. Хотя, он кер… А это немногим лучше. И всё же – не настолько, чтобы получать удовольствие от общения с ней»

Эльф оправил серебристый камзол. Он не был кером, но он привык. Привык к Сэахору, к Хэлдэрэ. Это была его работа. Тяжёлая, но необходимая… Это был его шанс выжить.

Накопленная столетиями усталость, похоже, проявила себя, парализуя. Эльфу не хватало сил даже на то, что стоило делать – общаться с пленницей, обращать её в нужную веру. Ужас в её больших глазах – или даже скорее брезгливость – останавливали его. Она не услышит того, чьё имя покрыто позором. А никого другого Лэнх отправить к ней не мог. Хорошо, что Тенна взялся за это дело сам. Но вот Аэлинн… Не самая лучшая компания для вновь прибывшей… Но всё же она Тёмная, и по-своему любит эту землю. А, значит, сумеет привить эту любовь и новенькой. А уже потом, после войны, эльфийкой займётся кто-то из Службы, и обучит правильному отношению к Тёмному миру.

Если, конечно, он ещё будет существовать.

– Хэлдэрэ, – он окликнул изящное изваяние.

Серые туманы повернулись к нему.

– Лэнх? – она изобразила бледное подобие улыбки.

Эльф подошёл ближе, глядя на неё с теплом. Он умел. И не такое умел. Даже если страшно или противно – он изобразит то, что нужно. А ей сейчас нужно тепло.

– Ты плохо выглядишь. Я могу тебе помочь? Что-то с драконами? Им хуже? – он внимательно и участливо смотрел в её лицо.

Мара покачала головой и горько улыбнулась.

– Драконам лучше.

– Почему тогда такая печальная?

– Свои беды обнаружились внезапно… – она отвела глаза.

Эльф нахмурился.

– Расскажи мне. Я постараюсь помочь.

Хэлдэрэ снова улыбнулась.

– Не сможешь.

– Почему?

– Алхор, – она посмотрела ему в глаза.

Эльф поджал губы.

– Тааак. Хорошо… Что он сделал? Расскажи, я хотя бы могу придумать что-то…

– Сомневаюсь. Это мне надо разгребать. Тенна-дурак, по его наивности… – она недоговорила и снова покачала головой.

Лэнх сел на край стены, глядя на неё с участием.

– Рассказывай, – решительно произнёс он. – Безвыходных ситуаций не бывает.

Мара выдала тяжёлый вздох.

– Тенна написал мне письмо и потерял. Алхор нашёл. Или украл – не знаю. А там такая чушь написана, – она перекосилась. – Ничего внятного, одни сопли. Но выводы можно сделать весьма произвольные…

Лэнхэллир непонимающе на неё смотрел. Ветер ворошил волосы Мары, как будто окутывая её плащом из резких чёрных росчерков.

– Алхор намерен на основании этой записки обвинить меня в отравлении драконов, – выдохнула Мара. – По его мнению, всё очень складно. И мой странный визит к Илонэру, и встреча с Орином, и невозможность найти виновника – тоже… Лэнх?! Ты что, тоже готов так подумать?! – она с возмущением смотрела на резко задумавшегося эльфа.

– Нннет. Нет, конечно, – он потряс головой. – Это же бред. Ты бы не стала…

Хэлдэрэ сжала губы, недоверчиво на него глядя.

– Лэнхэллир. Ты что, готов меня записать в предатели? – серые глаза въедливо смотрели на него.

– Я просто обдумываю… У Алхора набрались прекрасные козыри… Это ужасно, – он нахмурился.

– Да, – она говорила с давлением. – Прекрасные козыри для управления мною – но никак не правда. Будь это правдой, он бы уже сдал меня Сэахору. Он не самоубийца, он предан Тёмной стороне куда больше многих других. Будь он уверен в своей правоте, он не шантажировал бы меня, а просто нанёс бы удар…

– Разумно… – медленно проговорил менестрель. – Что ты планируешь делать?

Мара отвернулась.

– Не знаю. В крайнем случае – ничего. Если он отдаст письмо Сэахору, а тот начнёт давить на меня, самое простое – это прошерстить память Тенны. Он просмотрит его воспоминания и не найдёт подтверждения бредням Алхора…

Лэнхэллир помотал головой, светлая прядь упала на его лицо.

– Опасно. Потому что потом он возьмётся за тебя. Словам он не поверит, значит, будет дознание…

Мара нервно рассмеялась.

– Тут уж и правда впору задуматься о том, чтобы стакнуться со Светлыми. Боюсь, мстительный Мхэлен – это не настолько страшно, как Сэахор, считающий, что его предали.

Лэнх изучающе на неё посмотрел. Хэлдэрэ развернулась к нему, спустив ноги с парапета.

– Вот почему? Почему, Лэнх, ты сейчас смотришь на меня с подозрением? Почему ты всерьёз рассматриваешь мои слова? Что происходит?! Я и при тебе должна теперь молчать, чтобы в решающий момент ты не подлил масла в огонь?

– Хэлдэ, как можно! Я думаю о другом!

Мара вздохнула и махнула рукой, окончательно спрыгнув со стены.

– Сил моих нет на вас на всех. Не хочу. Не могу…

– Хэлдэрэ…

Но она, отмахнувшись, уже уходила. Эльф пристально смотрел ей вслед.

Доверие было редким гостем Тёмной стороны. Гостем, больше похожим на шпиона и убийцу.

На Тёмной стороне доверять было нельзя. Никому. Никогда. И даже себе. Потому что кто знает, на какую сделку с совестью придётся пойти, чтобы сохранить жизнь, душу или совесть. Или хотя бы остатки самолюбия…

…Особенно когда в жилах сияют ярким голубым светом искры чужой магии…

***

– Госпожа, вас вызывает Лорд…

Мара устало взглянула на передавшего послание слугу и коротко кивнула.

…Длинные переходы, темнота. Как будто и не жаркое лето там, снаружи… Внутри замка было прохладно, стыло. Мара шла, не слыша собственных шагов.

Она толкнула массивную дверь, ведущую в новый тронный зал их новой обители. На неё мгновенно устремились две пары глаз.

«Я не люблю синий цвет, – отстранённо подумала она. – Потому что синее – это Алхор…»

Алхор насмешливо рассматривал её. Хонад же смотрел пытливо, ожидая чего-то. Лорда в зале не было.

– Даже не поздороваешься? – усмехнулся Алхор.

– Ты не тот, кому я стала бы желать здоровья, – Хэлдэрэ взглянула в окно за его спиной.

Но там был лишь кусочек выцветшего голубого неба.

– А зря, – он ехидно улыбнулся. – Моё здоровье очень важно для выживания Тёмной стороны.

– Как и моё, – она жёстко посмотрела ему в глаза.

На Алхора смотрели призрачные льды и туманы. На Алхора смотрел не-человек. Это был омут, ведущий прямиком в ад, это было окно в бездну. Хонад попятился, случайно бросив взгляд в эту иномировую топь. А Алхор стоял, улыбаясь. Что-то внутри него ликовало. Что-то просыпалось, что-то повело носом, принюхиваясь… Ощущая нечто знакомое, хоть и противоположное по сути. Что-то раскрывалось, вставало в полный рост… Так, что призрачные туманы отпрянули.

Мара отвела глаза, резко разорвав контакт. Кер усмехнулся.

– Собрались? – раздался голос Сэахора.

Лорд стоял в углу зала, наблюдая за подчинёнными. Хэлдэрэ вскинула брови.

– Твоё заклятие невидимости стало ещё сильнее. Ты всё это время здесь был?

– Да, мои заклятия улучшаются, – он прошёл к высокому трону. – Чего не могу сказать про твои. И, собственно, это была не Невидимость… Но ты же не уделяешь внимание развитию мастерства – тебе и незачем это рассказывать, – он зло усмехнулся. – Скоро Хэруол станет сильнее тебя… Докладывай. Ты нашла источник отравления?

Мара покачала головой.

– Нет. Никто ничего не помнит и не знает. А самим драконам лучше. Снова различают запахи, знакомятся заново друг с другом, едят. Я не представляю, что они должны были понюхать или съесть, чтобы им настолько отшибло понимание запахов… – Хэлдэрэ вздохнула. – А рептилиям без нюха никак…

– Хонад?

– Да, они поправляются, – на лице кера было откровенное облегчение. – Если найду этого гада, кто это сделал, дам надышаться этой дрянью…

– Алхор? Ты-то чем-нибудь порадуешь? Выяснил что-нибудь?

Синеглазый кер привычно усмехнулся и сделал несколько шагов вперёд.

– В процессе. Есть намётки, – уклончиво проговорил он, останавливаясь рядом с Хэлдэрэ. – Виновный хорошо скрывается. Полагаю, искать надо среди магов, раз уж никто из обычных служителей не оказался замешан.

– Магов? – переспросил Сэахор. – А им зачем?

– Возможно, кто-то вступил в сговор со Светлой стороной, – Алхор говорил чуть медленнее обычного, как будто тщательно выбирал слова. – Это весьма разумно, лишить нас такого козыря, как драконы.

– Или Светлые кого-то заставили. Или наложили чары, – вдруг проговорила Хэлдэрэ. – Или отравили корм через кого-то, тоже заколдованного. Вариантов масса. И я меньше всего на свете верю в сознательный сговор и предательство. Это слишком рискованно. Кто решился бы?

– Тот, кому нечего терять, – прищурившись, ответил Алхор. – И кому могут пообещать что-то ценное по ту сторону Охранных Камней.

– Люди и эльфы спокойно выходят за их пределы. Ты хочешь сказать, что предатель – среди керов? – приподнял брови Сэахор.

– Среди тех, кто не может быть свободным просто так. А это у нас Мары и керы.

Лорд фыркнул.

– Особенно идея с Марами меня радует.

– Да уж, полный бред… – сквозь зубы произнесла Хэлдэрэ. – Алхор, будь разумнее. Всё может оказаться гораздо проще. Это может быть неизвестная нам болезнь, которую мы могли принять за яд. Хонад, выясни, не добавлялись ли новые ингредиенты в корм? С каких новых полей собирались травы? Всё на эту тему. Может, что-то из трав было поражено болезнью…

– Твоя версия неплоха, – Алхор взглянул на неё. – Но всё же я продолжу свою проверку. В конце концов, возможна и оплошность – преступная, но оплошность – кого-то из магов, служителей или даже керов… Или даже твоя, Хэлдэрэ, – он взглянул в её глаза. – Причина может быть и там. А может – и в предательстве… Этот вопрос нужно тщательно изучить. Драконы – слишком значимы для нас. Разобраться придётся.

– Разбирайтесь, – сжал губы Сэахор. – И побыстрее.

Ответом ему были кивки и поклоны. Всё, как всегда. Всё, как положено.

***

В комнате царил приятный полумрак. Приятный для него, Алхора. Многие его гости почему-то не разделяли его предпочтений. Впрочем, кера это волновало меньше всего на свете. Как и их мнение в отношении всех остальных его желаний и намерений…

В дверь коротко постучали. Алхор с удивлением обернулся. Он никого не ждал… Но если уж кто-то решил сам, добровольно, прийти к нему… Что ж, это стоило того…

– Хм… – вырвалось у него, когда он отворил дверь.

Он молча отошёл в сторону, пропуская гостя.

Точнее, гостью.

– Чем обязан? – с ноткой ехидства поинтересовался он, запирая дверь на ключ.

– Называй цену, – Хэлдэрэ без эмоций взглянула ему в глаза.

Заколотые волосы, сжатые губы, деланое безразличие…

– Цену чего? – вкрадчиво спросил он, устраиваясь в кресле с высокой спинкой.

– Не ломай комедию, – Мара сжала губы. – Ты понимаешь, о чём я. Ты ведь этого и хотел, чтобы я пришла. Ты хочешь какую-то сделку. Иначе ты бы сразу пошёл к Сэахору, и опала свалилась бы на мою голову неожиданно. Вот только зачем это делать во время войны, когда меня рано списывать… – она непонимающе пожала плечами.

Кер усмехнулся.

– Ну, во-первых, я никуда не спешу. Я могу подождать конца спектакля… Во-вторых, я уже получаю желаемое, видя, как ты дёргаешься на крючке, – он слегка усмехнулся.

Взгляд Мары стал неживым.

– Ясно, – с трудом проговорила она. – Ну что ж, наслаждайся. Теперь у тебя есть новый козырь – тот факт, что я приходила и была готова к сделке. Браво, Алхор… – она развернулась и подошла к двери. – Дай ключ.

Кер, усмехнувшись, встал из кресла и подошёл к ней, остановившись за её спиной.

– Уже уходишь? Так рано? Что, дела? – с сомнительным участием проговорил он.

– Да. Дела. Завещание написать, знаешь ли, надо, – слова выплёскивались толчками, как кровь из перерубленной артерии.

Алхор коснулся её плеч. Сначала осторожно, а потом крепче.

– Убери лапы, – процедила Мара. – И открой дверь.

– Открою… Но сначала задам два вопроса…

– Я не на допросе.

– Это пока, – ехидно отозвался Алхор. – Но я успокою. Я задам вопросы, на которые не надо отвечать. Согласна?

– Быстрее. Мне неприятно твоё общество.

Кер, ухмыльнувшись, придвинулся к ней ближе. Ладони плотнее обхватили её плечи.

– Вопрос первый. Почему оплошность Тенны исправляешь ты? Почему не он пытается сейчас отобрать это письмо? Почему он не вызывает меня на поединок, не пытается защитить твою честь, на которую он кинул тень? Вопрос второй. А что твой ручной эльф? Он же уже знает. Он отделался советами – по своему обыкновению? Он не предложил заступиться за тебя перед Сэахором? У него не нашлось никаких аргументов против моих выводов? В конце концов, он не поделился каким-то своим компроматом на меня? Думаешь, у него ничего нет? Как же… Советники – редкостно-подлые люди, которые, как правило, знают много грязного про каждого члена двора. Так вот, Хэлдэрэ, тебе не кажется…

– Это уже третий вопрос, – она перебила его. – Я соглашалась на два. А ответы на них действительно не требуются. Мы оба знаем их. Каждый делает, что может. А дружба – это не только о том, чтобы выручить, это и о том, чтобы не подставить. Так паду только я. Иначе – и они тоже.

– Каааак благородно, – издевательски протянул Алхор. – Забавная дружба получается. То есть ты героически не втягиваешь в эту историю тех, кто втянул в неё тебя… Хм, я запомню…

– Лэнх тут не при чём.

– Разумеется, – легко согласился кер. – Он всегда не при чём. Ты раньше не замечала эту его особенность? Он всегда где-то рядом, но он никогда ни в чём не замешан. Святой эльф. Безгрешный. Наверное, надо начинать строить храм во славу Лэнхэллира и собирать паству. Как считаешь?

Мара медленно обернулась.

– Ты изводишь меня которую сотню лет… Зачем? – её голос был уставшим.

Он улыбнулся.

– Неправильный вопрос. Но я отвечу. Это называется «месть», Хэлдэрэ.

– За что?

– За всё, – он вдруг провёл пальцами по её скуле. – За всё, что ты сделала – и не сделала – в отношении меня…

– Ясно, – она убрала его руку. – Значит, просто так. Ты мстишь мне за то, что я такая, какая есть.

– Возможно, – он тонко улыбнулся.

– Интересно, – Хэлдэрэ вдруг развернулась, встав к нему лицом. – А если я перестану дёргаться, перестану сопротивляться – тебе станет скучно, тебе надоест это? Или ты отстанешь, только когда вы развеете мой пепел над Лонмором?

– Не знаю, – он легкомысленно пожал плечами, откровенно пользуясь возможностью рассмотреть её вблизи. – Не думал об этом. Мары бессмертны, прах вряд ли удастся. Ну а сдаться ты не сможешь. Ты и сейчас – вроде сломлена, а нет-нет, да выдаёшь искру. Так что наша игра может быть бесконечной…

Мара молча смотрела на него снизу вверх. В комнате было тихо. Враги рассматривали друг друга. Так, что со стороны могло казаться, что это любовники, которые не могут оторвать взгляда от желанного существа.

Руки кера осторожно легли на её талию. Она едва заметно вздрогнула.

– Знаешь, ты победил. Ты сделал мою жизнь невыносимой – вдобавок к тому, как её переломал Сэахор. Если бы я могла, я давно бы сбросилась с башни, – тихо проговорила она. – Но в случае Маров это бесполезно. Это не моё тело сейчас греет твои ладони. Это то, что создано демоном. Моё тело погибло. От меня тут только сознание, – она приложила руку к груди. – Да память…

– Ну так я тоже не совсем человек, – он улыбнулся уголками губ. – Во мне демонического весьма достаточно для того, чтобы считаться нелюдем.

– У тебя хотя бы тело… – её голос прервался. – А моё… моё давно сгнило… – её рука, прижатая к сердцу, вдруг опустилась к животу. – Хочешь посмотреть? – её пальцы вдруг стали высвобождать ткань рубашки, заправленную в штаны.

Брови кера взметнулись. А ткань тем временем отодвинулась, обнажая нежную кожу живота.

И три бугристых багровых шрама, идущих справа от рёбер вниз налево.

– Я не могу избавиться от этой памяти, и потому это тело воссоздаёт эти шрамы, – тихо проговорила она, наблюдая, как Алхор внимательно смотрит на страшные отметины. – Ты же понимаешь, что с такими ранами не живут? Никакой целитель не спасёт… И когда твои же кишки лежат на полу, а ты на них смотришь… – её голос снова прервался. – После этого сложно жить. Сложно забыть… – она закусила губу.

А потом вздрогнула, потому что пальцы кера коснулись шрамов.

– Уродливо, правда? Это чтобы помнить, что я умерла тогда. Чтобы не обольщаться… – её голос прервался.

Кер продолжал скользить пальцами вдоль багровых отметин, соскальзывая на неповреждённую кожу живота. Мара неровно вдохнула.

– Алхор, давай закончим эту войну, – продолжила она, остановив его руку. – Я устала. Я не понимаю, чего ты хочешь от меня, зачем это всё… Я прошу тебя о мире. Я не лезу в твою жизнь, ты – в моё подобие существования. Пожалуйста… – тихо закончила она.

Кер взглянул в измученные глаза.

– Я сейчас должен растаять и преисполниться сострадания? – так же тихо спросил он.

Но это «тихо» было наполнено ядом.

Хэлдэрэ слегка отпрянула.

– Мне всё равно, чьё это тело, – он взглядом ценителя оглядел изящную фигурку, а его руки властно легли на обнажённую талию. – Ты дышишь, мыслишь, говоришь, совершаешь глупости, отдаёшь предпочтение дуракам, – он усмехнулся попытке Хэлдэрэ отодвинуть его руки от своего тела. – Ты жива – из чего бы ты не состояла. А шрамы… – он отстранился и картинно посмотрел на них. – Имеешь право сохранять их. Захотела бы – убрала. Ты же Мара, ты можешь. А эти слезливые драмы оставь для Тенны, – он усмехнулся ей в лицо, окончательно отодвигаясь.

– Зря я, значит… – тонкие пальцы Мары, путаясь, принялись поправлять одежду. – Надеюсь, это хотя бы приснится тебе в кошмарах…

– Я не вижу снов, – ухмыльнулся он. – А ещё на меня не действуют твои мороки. Если вдруг ты позабыла…

– На память не жалуюсь, – тускло ответила она. – И что же дальше, Алхор? Ты обвинишь меня в измене? Или ты пытаешься меня к этой измене подвести?

Кер усмехнулся.

– Как драматично. Что ж вы, Мары, так легко лапки складываете? Почему ты готовишься к опале вместо того, чтобы собирать алиби? Почему ты не подумала заранее об этом? Я вхож в Светлое сообщество, но меня никто не подозревает в предательстве. Ты же вышла туда тааак, да ещё и столь эффектно вернулась, что при известной фантазии заподозрить тебя можно в чём угодно. И это могу быть я. А может быть и другой. Тут и письма не надо. Кстати, если виновник не найдётся, Сэахор может начать размышлять – странно, что он до сих пор этого не сделал. И его размышления могут привести его к таким же выводам, как и меня. Что ты играешь не на нашей стороне. Что ты выкупила помилование… А тебе даже сказать нечего… – он усмехнулся с оскорбительной жалостью. – Эта бумажка, – он извлёк лист из-за пазухи, – на самом деле не стоит ничего. Не она тебя похоронит, а твоя глупость, – он протянул ей письмо. – Забирай. Да-да, не удивляйся, я сам отдаю тебе эту улику. Она не нужна. Если я захочу твоей опалы, я устрою это и без помощи растяпы-Тенны. Ты дашь мне достаточно поводов для этого. Иди, Хэлдэрэ. Ты выполнила свою задачу, получила письмо. Иди. Расслабься – а то на тебя смотреть тошно, – его голос звучал издевательски. – Жалкое зрелище. Смешное и нелепое. Иди. Не позорься, – он отодвинулся от неё и подошёл к выходу.

Лязгнул ключ в замке. Алхор распахнул дверь.

– Иди. Навстречу свободе и новым глупостям. И навстречу друзьям. Они же волнуются за тебя, – он откровенно язвил. – Они же честные, добрые и преданные. Иди к ним. А я пойду, построю ещё какие-нибудь козни каким-нибудь Светлым. Я же подлая тварь. Мне до вас, добрых и честных, далеко. И это очень меня радует. Иди уже, Хэлдэрэ….

Пальцы Мары сжали записку в бесформенный комок. Она с болью посмотрела в аристократичное лицо кера.

– Я не понимаю твою ненависть ко мне, Алхор…

– Опять неправильный вопрос, – усмехнулся он.

Хэлдэрэ непонимающе на него посмотрела.

– Я не знаю, какой – правильный.

– Ты должна была спросить, чего мне от тебя надо, – ехидно-участливо сказал он.

Хэлдэрэ нервно сглотнула.

– И что же это?

Алхор захлопнул дверь.

– Ты, – ответил он, поворачиваясь к ней и делая шаг навстречу. – Я хочу тебя. Себе. В постель. И все козни закончатся. И улики исчезнут. И любые интриги враждебных тебе личностей будут растворяться, как утренний туман.

Его руки снова легли на её талию. Взгляд волшебницы стал враждебным.

– Я не шлюха.

– Но ты же и не дура, я надеюсь? – фыркнул он. – Между моей постелью и пыточной Рамгарского замка – огромная разница, – его руки привлекли её к себе. – И пара слов. И то, какие это будут слова, определит то, где же ты окажешься рано или поздно…

Щёки Мары начал заливать гневный румянец.

– Что в этом такого, Хэлдэрэ? – продолжил он. – Ты спала с Сэахором, я знаю. Терять тебе нечего. А вот приобрести можешь многое. Глядишь, не такая бешеная станешь, с нормальным мужчиной…

– Я – Мара, а не женщина.

Он презрительно усмехнулся.

– Ты краснеешь. У тебя сбивается дыхание. Расширяются глаза. Ты – женщина, какое бы чудовище ни было внутри тебя. Я не вижу ни единой причины к тому, чтобы ты могла отказаться от моего предложения. Любить меня не надо, – скабрёзно улыбнулся он. – Со мной достаточно просто спать. И все твои невзгоды закончатся сами.

Она прерывисто вздохнула. Кер крепко притиснул её к себе. Его руки потянули многострадальную ткань рубашки, скользнули под неё. Хэлдэрэ вздрогнула от его прикосновения к своей коже.

– Ммм, какая нежная… – его руки пошли вверх по спине.

– Нет… – выдохнула Мара, пытаясь отстраниться.

– Я слышал это «нет» тысячи раз… – он провёл губами по её шее. – А тебе это «нет» не выгодно… И, знаешь ли, я давно научился отличать настоящее «нет» от такого, наигранного… Ох как тебя колотит-то… Это не страх, ты же понимаешь?

– Это ужас и отвращение, – она упёрлась кулачками в его грудь.

– Неправильный ответ. Это – желание, которое ты себе не позволяешь…. Твоё тело очень даже за. Ты отстраняешься, но так ненатурально. По-настоящему отстраняются иначе. Поверь, я знаю.

Её сердце стучало набатом, руки Алхора путешествовали по её фигуре.

– Нет! – она отпрянула, вложив в это все свои силы.

Кер отстранился.

– Нет? – он вдруг отпустил её. – Ты хорошо подумала? Ты взвесила все последствия?

– Я не верю тебе. С тобой в такие сделки идти… – её тело дрожало, взгляд был расфокусированным. – Что может заставить меня довериться тебе? Ничего!

– Ой ли? – он фыркнул. – Впрочем… Зачем я тебя уговариваю? Это же ты под ударом, а не я…

Он снова открыл дверь и сделал недвусмысленный жест на выход. Мара, посмотрев на него затравленной ланью, скользнула мимо него. Алхор же проследил взглядом за стройной фигуркой. На лице его гуляла довольная усмешка.

– Иди-иди. Твои друзья оценят твою победу… Вот только не так, как ты думаешь…

Обрывки записей Алхора

Дьявол… Как хороша… Ничего, я подожду. Кажется, я нашёл верный тон и направление. Я не спешу, незачем. Я умею растягивать удовольствие. Хотя это и сложно. Но, потерпев сейчас, я получу куда больше – потом. Игра стоит свеч.

А демон ты, иллюзия или ночной кошмар – меня не волнует. Мои глаза видят тебя, мои руки ощущают твоё тело – этого достаточно. Высокие материи оставь Тенне. Мне хватит приземлённых радостей жизни.

Хм… Мне срочно нужно к Сэахору… Надо подкинуть ему пару гениальных идей…

***

– Ну давай, удиви меня, – Сэахор откинулся на спинку трона. – Что-нибудь придумал? Алхор, вон, вовсю ищет концы.

Эльф качнул головой.

– Я – не Алхор. А концы… Увы, пока я их не вижу. Я разговаривал с Хэлдэрэ. С ней что-то не то. Она странно себя ведёт… – Лэнхэллир посмотрел в ртутные глаза. – Как будто её мысли не здесь…

Лорд отмахнулся.

– Она вечно не здесь. А где она, никто не скажет.

– Возможно… Но мне странно видеть её такой. Не подвела бы она нас… И от Илонэра она вернулась не в себе. И болезнь драконов…

– Ты тоже в последнее время не в себе, – фыркнул Мар, отмахнувшись. – Боишься встречи с сородичами? Ладно, не отвечай, и так понятно. Тебе не стоит лезть в военные дела. Будешь пока на подхвате.