# Верни мои крылья

Амайрани Лу

– Что ты творишь? – зашипела, изучая его невозмутимый профиль.

– Забираю своё, – коротко отозвался он и, скользнув взглядом по моему лицу, поинтересовался: – Вика, ты и правда поверила, что так просто от меня скроешься?

– Своё? – проигнорировав его вопрос, проблеяла я.

– Тебя, Вика, тебя…

* * *

Жестокий и притягательный настолько, что я сама позволила сломать мои крылья и вторгнуться в мое сердце.

Чтобы приручить, а потом предать и оставить одну среди осколков НАС.

Смогу ли простить и дать второй шанс?.. В первую очередь самой себе.

От автора: Очень откровенно, горячо и жестоко. Разбивая розовые очки стеклами внутрь… ХЭ

## РАЗ…

Вика

– Ви, шевели булками, тебя в пятой випке ждут, – забежав в комнату отдыха, затараторила Кристина и, подскочив к зеркалу, начала подкрашивать губы.

– В випке? – опешила я и, подняв чашку кофе вверх, намекнула: – У меня перерыв ещё десять минут. Да и випки я не обслуживаю.

– Ви, это распоряжение босса, – почмокав губами и распределяя помаду, сообщила подруга и, обернувшись, хмыкнула: – Он злой как чёрт, я бы на твоём месте не заставляла его долго ждать.

– Да я же сегодня на столиках третьего зала и…

– Забудь, – отрезала она и, взбив причёску пальцами, добавила: – Ирка заболела, и её випка осталась без обслуживания.

– Ирка? – вскинув брови, переспросила я и, встав, потянулась всем телом, следом добавив: – Она час назад порхала как ни в чём не бывало. Что случилось?

– Не знаю, – отмахнулась Кристина и, расстегнув верхнюю пуговку на блузке, скомандовала: – Марш в пятую випку, а я пошла твой зал обслуживать.

– Но…

– Распоряжение босса, – строго напомнила она и, игнорируя мой вздох, подкрасила мои губы ярко-красной помадой.

Одёрнув ажурный передник, я взяла лежащий на столе блокнот и направилась на второй этаж клуба. Время давно перевалило за полночь, поэтому народ куражился вовсю. У шестов на отдельных пьедесталах крутились девчонки, а у бара не было ни одного свободного места.

Ноги гудели, а законный перерыв помахал ручкой. Поднявшись на убийственных шпильках на второй этаж, процокала к нужной комнате и, взявшись за ручку, вздохнула, заставляя себя расплыться в кокетливой улыбке.

– Викуля, стой! – окрикнул спешащий в мою сторону босс и, подойдя ближе, оглядел меня более чем придирчиво, тут же буркнув: – То, что надо.

– Что? – переспросила я.

– Вик, давай-ка по шустренькому, – отмахнувшись, затараторил обычно невозмутимый босс. – Принеси лучший коньяк, лёд, лимон, фрукты, сырную и мясную нарезку. Всё только лучшее! Поняла?

– Да, – доставая блокнот, кивнула, но босс лишь закатил глаза, нервно выдохнув.

– Ну что ты не запомнишь, что ли? – раздражённо рявкнул он и, выхватив мой блокнот, вложил в него пару тысячных купюр, сунул в мой передник, тут же повторив: – Коньяк, лёд, фрукты, закуску. Давай-давай… И ещё, – придержав за локоть, склонился ниже, прошипев таинственным шёпотом: – Викуль, там очень важный человек. Будь поласковей, но не болтай без дела. Ок?

– Ок, – тоже закатила глаза и, высвободив локоть, поспешила за заказом.

Торопилась, как могла и, затарив полный поднос всем, что просил босс, добавила ещё тарелку канапе и тарталеток с икрой. Сам же сказал, что гость очень важный, так что пусть раскошелится.

Вернувшись к вип-комнате, осторожно постучала. Дверь открыл высокий амбал с непроницаемым лицом. Точно не из наших, либо устроился совсем недавно. Мужчина ощупал меня прищуренным взглядом и коротко кивнул, пропуская внутрь комнаты.

Не поднимая взгляда, процокала к столу, стоящему между двух кожаных диванов и, склонившись, начала расставлять закуски, стаканы и алкоголь.

– Ты что меня за идиота держишь? – раздался низкий хриплый голос, и, невольно вздрогнув, я подняла глаза на вальяжно сидящего в кресле мужчину.

Тёмные, волнистые, чуть взъерошенные волосы, густые чёрные брови с глубокой складкой между ними, пронзительные почти чёрные глаза, чувственные губы, сейчас сжатые в жёсткую линию, густая щетина. Он сидел, широко расставив ноги и, опершись локтями на бёдра, склонялся вперёд, вперив сканирующий взгляд в моего босса.

Босс, напротив, выглядел непривычно растерянным, и как будто загнанным в угол. Оттягивая узел галстука, он криво улыбался и старательно избегал взгляда незнакомца.

– Демид Максимович, вас явно ввели в заблуждение. Вы же знаете, что я бы никогда… – блеяние босса тоже разительно отличалось от его обычной манеры общения.

– Не люблю повторяться, но… – незнакомец, которого босс назвал Демидом, откинулся на спинку кресла, поцокал языком и протянул почти лениво: – Ты что меня за идиота держишь?

– Что вы…

– Сразу двое за один вечер?! – рявкнул Демид и, переведя на меня взгляд, скомандовал: – Коньяк и вот эти, как их?..

– Канапе, – тихо подсказала я, но босс, видимо решив сорваться хоть на ком-нибудь, многозначительно шикнул.

– Ви, иди, мы сами, – прорычал босс и, обратившись к Демиду, заискивающе добавил: – Позовём, если что и…

– Я её не отпускал, – вкрадчиво намекнул важный гость и, приняв из моих рук стакан и тарелку, поинтересовался: – Или она тоже? Не думаю, что ты прислал бы сюда одну из них.

– Это недоразумение, – проблеял босс и, зыркнув на меня, выпалил: – К тому же девушка занята на обслуживании столиков. Вы же забрали уже двоих, поэтому сегодня нехватка кадров и…

– Иди сюда, – нахмурившись, потребовал Демид, а я в недоумении перевела взгляд на босса.

– Что происходит? – уточнила едва слышно.

– Сюда иди! – рявкнул мужчина и, встав, приблизился ко мне.

Схватив пальцами мой подбородок, рывком задрал лицо, вынуждая встретиться с ним взглядом. Тёмные, почти чёрные глаза в скупом освещении випки обожгли и заморозили одновременно. Повернув моё лицо из стороны в сторону, он нахмурился и едва слышно зарычал.

– Тоже зрачки огромные! – не выпуская моё лицо, рявкнул Демид и, оглянувшись на притихшего босса, прошипел: – Так это ты идиот. Я же предупреждал!


## ДВА…

Вика

– Не может быть! – притворно ахнул босс и, переведя на меня хмурый взгляд, поцокал языком: – Ви, от тебя я не ожидал и…

– Заткнись! – рявкнул Демид и, толкнув меня к дивану, скомандовал боссу: – Вышел отсюда!

– Но она не…

– Пошёл я сказал! – пророкотал мужчина и, обратившись к охраннику, распорядился: – Макс, запри его в кабинете и вызывай наших. Надо проверить весь персонал.

– Я не понимаю, – пролепетала, едва за мужчинами закрылась дверь.

– Рассказывай, – почти ласково проурчал Демид и, нависнув надо мной, рявкнул: – Давно под кайфом?! Кто снабжает?!

– Я не… – поняв на что он намекает, задохнулась от возмущения и, вскочив с дивана, скрестила руки на груди. – Как вы могли такое подумать?!

– С глазами что? – рявкнул он, склонившись так, что между нами осталось лишь пару миллиметров пространства.

– Линзы это! – прошипела в ответ. – А наркотики я никогда не…

– Допустим, – явно не веря, усмехнулся он и, притянув меня рукой за талию, пророкотал: – Но я должен тебя обыскать. Слишком много совпадений за один вечер.

– Да кто вы вообще такой?! – выпалила возмущённо и, упёршись руками в его грудь, потребовала: – Отпустите! Не имеете права!

– Я хозяин этого клуба, – невозмутимо сообщил Демид и, заведя мои руки за спину, сжал запястья одной своей рукой.

Второй начал бесцеремонно меня обшаривать. Прошёлся рукой по талии и бёдрам, перешёл на грудь и, грубо сжав, дёрнул ворот блузки так, что пуговицы разлетелись в стороны.

Взвизгнув, начала вырываться, но он швырнул меня на диван и, оседлав мои бёдра, завёл руки над головой, прижав к дивану. Второй рукой он сжал мою шею и, склонившись совсем близко к моему лицу, зашипел:

– Лучше сама признайся, кто снабжает?

– Не понимаю, о чём вы, – задыхаясь от нехватки воздуха и страха, пролепетала я.

– Ещё скажи, что ты просто студентка, а тут подрабатываешь, чтобы платить за учёбу, – оскалившись, прорычал Демид.

– Да, так и есть! – выпалила ему в лицо и, борясь с подступающими слезами, всхлипнула.

– Вот сейчас и проверим, – злорадно проурчал он и, ухватив мой передник, дёрнул, отбрасывая на стол.

Блокнот от удара вылетел из кармашка и упал на пол. Демид скользнул по нему взглядом, а потом, нахмурившись, выпустил мои руки и склонился, чтобы подобрать.

Отползла к противоположной части дивана и, поджав под себя ноги, попыталась собрать края распахнутой блузки на груди.

Демид поднял блокнот и, вытащив из него свёрнутые купюры, швырнул к моим ногам. Вместе с деньгами на диван упали два пакетика с круглыми розовыми шариками. Уставившись на них, распахнула от шока глаза и, переведя взгляд на разъярённого мужчину, вздрогнула и судорожно выдохнула.

– Откуда?! – его рёв разнёсся по комнате, а я вжалась в спинку дивана, пытаясь понять, что происходит и что это за шарики, которых точно не было в моём блокноте.

Как и купюр, которые мне сунул мой босс перед визитом в вип-комнату. Осознав, кто меня подставил, ахнула и, отчаянно замотав головой, отпихнула пакетики ногой.

– Это не моё! Мне подкинули! – выкрикнула, продолжая дрожать всем телом под пронзительным взглядом мужчины.

– А я Дед Мороз, – зло прорычал он и, дёрнув меня за щиколотку на себя, добавил: – Сейчас буду проверять, хорошо ли ты себя вела.

– Не надо! – завыла, пытаясь отбиться и отползти в сторону.

– А иначе вы не понимаете, – сдёргивая через голову чёрную рубашку, Демид отбросил её в сторону и снова потянул меня на себя, подминая и придавливая всем телом.

Начала отбиваться, но он будто не замечал мою возню. Распахнул мою блузку и, просунув руку под спину, расстегнул бюстгальтер. Дёрнул чашку вниз и, грубо смяв грудь, сжал пальцами сосок. Второй рукой расстегнул ширинку своих брюк, устраиваясь между моих ног. Задрал короткую юбку вверх и, скользнув рукой по внутренней стороне бедра, сгрёб трусики и резко рванул, отбрасывая лоскутки в сторону.

– Как же вы достали… Узнаю, кто вас нанял – уничтожу, – продолжая рычать, Демид вдруг замер и, повернув моё лицо, вынудил смотреть в глаза, предупредив вкрадчивым голосом: – Сознайся, пока не поздно.

– Да пошёл ты! – взвизгнула и, замахнувшись, полоснула ногтями по его шее, оставляя кровавые борозды.

– Значит, вот как, – оскалился он и, не замечая сочащейся крови, склонился и закрыл мой рот поцелуем.

Хотя поцелуем это назвать было сложно. Он терзал, кусал, всасывал мои губы, грубо орудовал языком внутри рта, заставляя почти задыхаться. Придавив всем телом к дивану, снова вернулся руками к моей груди и, продолжая мять полушария и больно сжимать, оттягивал соски, утробно рыча.

Истерзав мой рот, спустился жалящими поцелуями по шее, оставляя болезненные засосы. Накрыл ртом сосок и, втянув, прикусил. Охнув, выгнулась и, вцепившись в его волосы пальцами, попыталась оторвать от себя.

– Да ты горячая штучка, – с влажным звуком выпустив мой сосок, пророкотал Демид и, приподнявшись, дёрнул меня на себя.

Развернув, швырнул животом на спинку дивана и, задрав юбку, вклинился коленом между ног, раздвигая их ещё шире. Сгрёб мои волосы в кулак и, оттянув назад, заставил откинуть голову ему на плечо. Машинально выпятила попу, замирая от ужаса.

Прижав меня всем телом, Демид просунул руку между ног и, введя палец в лоно, довольно заурчал.

– Мокрая ведь, чего выебываешься? Накажу и отпущу. В следующий раз неповадно будет связываться с плохими дядьками, пытающимися разрушить мой бизнес.

От бессилия заскулила, но, когда он заменил палец горячей упругой головкой члена, задёргалась с новой силой.

– Красивая шлюха, – рыкнул Демид и резким толчком вошёл в меня, вырывая протяжный крик боли.

Закусила губу и, зажмурившись, тихо завыла. Не так я представляла себе свой первый раз.


## ТРИ…

Вика

Прижав меня к спинке дивана всем телом, Демид фиксирует мои бёдра руками и начинает вбиваться резко и мощно, рыча мне в шею и обжигая кожу горячим дыханием.

– Расслабься, чего так зажалась, – цедит сквозь зубы и, сжав мои бёдра, продолжает двигаться.

Зажмурившись до белых пятен перед глазами, почти не дышу и, постанывая от дикой рези и жжения, закусываю губу. Чувствую металлический привкус во рту и, уронив голову на руки, до побелевших пальцев сжимающие спинку дивана, тихо плачу.

Ещё несколько сильных толчков и, выйдя из моего тела, Демид с низким рыком начинает кончать, изливаясь на мою поясницу и попу. Помогает себе рукой и, видимо что-то заметив, резко отшатывается.

– Что за чёрт! – выругавшись, проводит пальцами по внутренней стороне моего бедра, где по ощущениям стекает горячая и липкая жидкость.

Резко дёргает меня лицом к себе и, продемонстрировав измазанные в крови пальцы, рычит: – Ты что?.. Почему не сказала? Дура! Ты девственница?!

– Была, – на выдохе горько отзываюсь я и, скривившись, намекаю: – Не особо ты верил моим словам. Разве это остановило бы?

Недоговорив, начинаю горько плакать. Он поднимает моё лицо за подбородок и, заметив кровь ещё и на нижней губе, разражается отборным матом. Отпихиваю его руки и, закрыв лицо ладонями, отворачиваюсь.

Демид вскакивает, бряцает пряжкой ремня, видимо одеваясь. Потом шарит по столу, роняя бокалы и приборы. Снова шагает к дивану и, присев рядом, раздвигает мои ноги. К промежности прикасается шершавая ткань салфетки и, вздрогнув, я шиплю и отползаю.

– Сиди здесь, – подскочив, откидывает окровавленную салфетку и более жёстко командует: – Жди, я скоро! И чтоб никуда не дёргалась!

Накидывает на мои плечи свою рубашку и идёт на выход.

– Макс, наших вызвал? – слышу, как обращается к своему охраннику, который, похоже, всё это время был рядом с випкой. Ответа не слышу, но следом снова следует фраза Демида: – Девушку не выпускать, и к ней никого не впускать, я сейчас вернусь.

– Ты что её?.. – следует растерянное блеяние.

– Заткнись! – рявкает Демид, и тут же добавляет: – Головой за неё отвечаешь.

Дверь хлопает. Шаги удаляются и в комнате становится нереально тихо. Кроме моих всхлипов ничего… Отнимаю руки от лица и судорожно выдыхаю. Накрывает опустошение.

Его рубашка пахнет им, и я бы отбросила её в сторону, но моя блузка теперь напоминает лохмотья. Юбка измята, внутренняя часть бёдер измазана кровью, в промежности пульсирует и жжёт. Чувствую, как кожу бёдер стягивает плёнка подсыхающей спермы. Рубашка?.. Да я вся им пропахла. Брезгливо вздрагиваю. Хочется в душ… Желательно горячий душ… или ванну… с кипятком.

Не знаю, куда он ушёл и как быстро вернётся, но оставаться здесь, а тем более видеть его снова не хочу. Но у двери этот самый амбал Макс.

Без особой надежды, прихрамывая, подхожу к двери. Я всё ещё на шпильках, которые не слетели в процессе всего происходящего только за счёт декоративной шнуровки, фиксирующей туфли на щиколотках. Приоткрыв дверь, сразу попадаю под хмурый взгляд амбала Макса. Смотрит растерянно, но взгляд не отводит. Спасибо, что не разглядывает всё что ниже подбородка. Стягиваю полы чужой рубашки на груди, чтобы хоть немного прикрыться.

– Мне нужно в туалет, – прошу заикающимся голосом.

– Демид велел ждать его тут, – качает головой Макс и, скользнув взглядом по моим ногам, морщится и вздыхает: – Ты посиди пока.

– Мне срочно надо, – добавляю в голос металлических ноток и, приподняв край юбки, демонстрирую следы крови на бёдрах.

Макс вздрагивает, сжав челюсти, порывисто выдыхает и, нахмурившись, оглядывается.

– Идём, провожу, – бросает в итоге и, указав рукой на лестницу, уступает мне идти первой.

Пользуясь такой удачей, не иду в ближайшую уборную, а спускаюсь на первый этаж. Повернув в сторону коридора со служебными помещениями, чувствую, как Макс следует по пятам. Дойдя до женского туалета, оборачиваюсь и, приподняв бровь, впиваюсь взглядом в сопровождающего меня охранника.

– Жду десять минут, – стушевавшись, предупреждает он и, кивнув на туалет, требует: – Дверь не запирай, и… не задерживайся там.

Фыркнув, дёргаю ручку и, зайдя внутрь, приваливаюсь к дверному полотну. Задираю голову и, сделав пару глубоких вздохов, шагаю к раковинам и осматриваюсь. Благо тут сейчас никого.

Быстро умываюсь и, выдернув из держателя несколько бумажных полотенец, смачиваю их водой и вытираю бёдра и промежность. Больно даже прикасаться, поэтому шиплю от собственных манипуляций. Обрывки трусиков остались в випке, а сменная одежда, телефон и сумочка в служебной раздевалке. Туда мне сейчас не попасть…

Просто оправляю юбку и, нехотя надев рубашку Демида, завязываю полы узлом на животе. Оглянувшись на дверь, забираюсь на столешницу тумбы, поддерживающей раковины и, осторожно открыв узкое окно, упираюсь в решётку.

Заминки это не вызывает. Механизм открытия нам рассказывали на инструктаже по пожарной безопасности. Кодовый замок открываю без проблем и, подтянувшись, пытаюсь пролезть в узкое пространство. Застреваю на уровне бёдер, но упёршись руками о стену с наружной стороны, упорно тяну тело наружу.

С трудом, но протискиваюсь, оцарапав руки, колени и ягодицы. Боли почти не чувствую… Просто хочу побыстрее убраться отсюда и забыть весь этот кошмар. Остальное уже не важно.


## ЧЕТЫРЕ…

Вика

Ни телефона, ни денег при себе нет. Благо до дома минут двадцать пешком, но если срезать через парк, то и того меньше. Понимаю, что по примерным подсчётам сейчас около двух часов ночи, и раньше я бы никогда не рискнула идти через парк в такое время, тем более одна.

Кристина осталась в клубе, но её проводят. Жаль, что нет возможности сообщить ей о моём столкновении с хозяином клуба и побеге. Обычно мы с ней или с Женей возвращаемся домой вместе. Даже смены подгадали так, чтобы никогда не работать в одиночку. Тем более, квартиру снимаем втроём.

Прохожу вдоль здания клуба и, обойдя стоянку, перебегаю пешеходный переход, в надежде, что меня не заметят. Стоит углубиться в парк, выдыхаю с облегчением. Но ненадолго…

В такое время здесь много шумных и пьяных компаний, из-за чего, собственно, обычно мы с подругами избегали срезать путь через парк. Но не сегодня…

Иду, глядя строго перед собой и, обняв себя руками, почти до боли сжимаю предплечья. Вид у меня сейчас, наверное, ужасный. На удивление ни одна из попавшихся компаний меня не тормозит, не пытается окликнуть или сделать что-то плохое. Самое плохое уже случилось… Видимо, это отпечаталось на моём лице, так как стоит поравняться с очередной толпой молодёжи, разговоры и смех стихают, и моя персона навязчивого интереса не вызывает.

Дойдя до дома, звоню в домофон, надеясь, что Женя не уснула опять в наушниках и услышит звонок.

– Кто? – слышу растерянный голос.

– Женя, это я, открой, – прошу, вздрогнув от хриплых ноток собственного голоса.

– Вика?! – ахает подруга, и тут же раздаётся сигнал разблокировки подъездной двери.

На третий этаж поднимаюсь уже в полном бессилии. Дверь нашей квартиры распахнута, а Женя мнётся на пороге и, завидев меня, округляет глаза.

– Боже мой, Вика, что случилось? – причитает и, оглянувшись на двери соседних квартир, торопит: – Иди скорей.

Не выдержав, делает шаг навстречу и, поймав меня за руку, затягивает в квартиру. В прихожей пытается усадить на банкетку, но я молча мотаю головой и, привалившись к стене, наклоняюсь, чтобы расшнуровать туфли.

Женька садится на корточки и, возмущённо сопя, помогает. Скользит взглядом вверх по моим ногам, оцарапанным коленям и, заметив что-то выше, ахает и плюхается прямо на попу.

– Вика?! – выпаливает шокировано, и огромные голубые глаза начинают блестеть от слёз. – Викуль, кто это сделал?

Приподнимаю юбку и, заметив на бедре синяк, закрываю лицо руками и начинаю плакать навзрыд.

– Вика! – подруга подрывается с пола и, обняв меня, начинает реветь вместе со мной, захлёбываясь и сбивчиво тараторя: – Да что же такое случилось? Может, полицию? Скорую? Ну не молчи, пожалуйста!

– Дай телефон, – чуть успокоившись, мягко отстраняю Женю и, зайдя в кухню, бросаю взгляд на разложенные на столе конспекты.

Наливаю в стакан воду и, жадно пью, проливая и захлёбываясь. В кухню забегает Женя и, протянув мне свой мобильник, достаёт с верхней полки буфета аптечку.

Осторожно сажусь на табуретку и, ойкнув от боли в промежности, морщусь. Женя откладывает таблетки в сторону, оставляя только ватные диски и перекись водорода. Потом снимает с полки объёмную коробку и, оглянувшись на меня, хмурится, что-то обдумывая.

Она у нас странная. Медикаменты не приемлет, но всегда имеет запас разных лекарственных трав, которые каждый год привозит от своей деревенской родственницы. Женя – отличница, и я не удивлена, что свой выходной она тратит на подготовку к экзаменам. А ещё она невероятно чувствительная особа, но при этом упорно борется с любой несправедливостью. По сравнению с разгильдяйкой Кристиной, она настоящая фиалка, но обе подруги неразлучны, а все трое – мы будто сестры.

Перекись и ватные диски Женя оставила на столе, даже не пытаясь навязать свою помощь. Знает, что не дам к себе прикоснуться, особенно сейчас. Пока обрабатываю царапины и ссадины, подруга ставит чайник и, выбрав несколько разных матерчатых мешочков, составляет непонятную смесь, скидывая травы, бутоны и ягоды в большой заварник. Заливает всё это водой из только что вскипевшего чайника и, укутав полотенцем, подходит ко мне.

Выкинув использованные ватные диски, беру Женин телефон и, набрав номер Кристины, нервно потираю и сжимаю переносицу. Подругу подставлять не хочу, но нужно всё выяснить и предупредить её прямо сейчас.

– Женя? – раздаётся удивлённый голос подруги.

– Это Вика, – поправляю тихо.

– Ты куда пропала?! – вопит подруга и, судя по звукам, спешит укрыться от шума, тут же продолжив: – Ви, что случилось? Тебя ищут. По слухам, приехал владелец клуба, сейчас всех в кабинет директора вызывают по одному.

– Кристина, – выдерживаю паузу и, протяжно вздохнув, прошу: – Не говори, что знакома со мной. И где живу тоже… Вообще ничего не говори. Хорошо?

– Да что случилось? – раздражённо фыркает подруга и, понизив голос, шипит в трубку: – Ты где вообще?

– Дома, – не выдержав, всхлипываю и, переглянувшись с Женей, шепчу: – Спрячь мою сумку и телефон в своей кабинке, а после смены забери, пожалуйста.

– Хорошо, – растерянно отзывается она и, ойкнув, тараторит: – Всё, я пошла. Меня какой-то амбал зовёт.

– Никому и ничего, – напоминаю строго и, завершив звонок, откладываю телефон.

– Так, а сейчас будем тебя приводить в чувство, – наливая из заварника ароматный чай, сообщает Женя и, поставив передо мной парующую чашку, командует: – До дна. А потом в душ и спать.


## ПЯТЬ…

Вика

В душе больше ревела, чем мылась. О случившемся напоминало всё… Особенно вид собственного тела, на котором остались отметины жадных рук и губ Демида, следы его спермы, а главное, запах, который невозможно было перебить ни одним гелем для душа.

Кожу пощипывало, а промежность болела. Выбралась из-под горячих струй, только когда начала понимать, что, даже содрав с себя кожу, не избавлюсь от оставленного им клейма.

Надев пижаму, замотала волосы в полотенце и, прокравшись в свою комнату мимо кухни, где ждала Женя, сразу же забралась под одеяло. Подтянув колени к груди, свернулась калачиком и, накрывшись с головой, замерла.

Дверь приоткрылась, но я сделала вид, что сплю. Несмотря на разбитое состояние, либо от приготовленного Женей чая, либо из-за морального опустошения, уснула я очень быстро.

Проснулась утром от ощущения, что за мной кто-то наблюдает. К ощущениям добавились звуки шуршания и многозначительного сопения. Открыв глаза, обнаружила Кристину, сидящую в ногах моей кровати и Женю, устроившуюся по-турецки прямо на полу. Закатив глаза, попыталась отвернуться, но подруги этого сделать не позволили.

– Вика, – осторожно позвала Крис и, стянув с меня одеяло, потребовала: – Рассказывай.

– Потом, – отмахнулась я и, отвернувшись, уставилась в окно.

– Ви, я не отстану, – строго намекнула подруга, а Женя кашлянула, подтверждая свою солидарность.

– В клуб я не вернусь, – садясь на кровати, сообщила я и, ойкнув от тянущей боли, скривилась.

– Зубы мне не заговаривай, – скрестив руки на груди, проворчала Кристина и, кивнув на Женю, добавила: – Женька рассказала в каком состоянии ты вчера вернулась. Или ты сейчас всё рассказываешь или я вызываю скорую и полицию.

– Что ты хочешь услышать? – выпалила я и, приспустив пижамные шорты, продемонстрировала яркие синяки в форме отпечатков рук, зло процедив: – С чего начать? Как меня подставил босс, подбросив наркоту? Или как меня допрашивал владелец клуба? Или как он меня наказывал за то, к чему я не причастна, но не смогла доказать свою невиновность?

– Вика! – ахнула Кристина и, вскочив с кровати, рявкнула: – Я вызываю скорую и полицию!

– Не смей! – подскочила я следом и, выдернув из рук подруги телефон, с издёвкой уточнила: – Ты что не понимаешь, что, таких, как он, не наказывают? Он меня уничтожит! И вас заодно…

– Да что ты такое говоришь? – вмешалась Женя.

– Повторяю… – прошипела я и, снова сев на кровать, перечислила, загибая пальцы: – Мне подкинули наркоту, доказать, что не виновата, я не смогу, а у него связи и деньги.

– Чёрт! – выругалась Женя, от которой услышать любое ругательство было сродни чуду.

– Тебя ещё и обвинят, – в бессилии выдавила Кристина и, плюхнувшись рядом со мной, проблеяла: – И что теперь делать?

– Я просто туда не вернусь, – подытожила я и, подумав, дополнила: – Сессия закрыта, уеду куда-нибудь на лето, а там, может быть, всё забудется постепенно.

– Через неделю я еду к тёте, – напомнила Женя о своей деревенской родственнице, тут же осторожно предложив: – Поехали со мной.

– Ну я не знаю…

– Тётка не лучший выход, – буркнула мрачная Кристина и, глянув на меня в упор, сообщила: – Это владелец клуба расспрашивал только о тебе. Всё равно ведь найдёт.

– Думаешь, из-за наркоты? – округлив глаза, промямлила я.

– Похоже, что не из-за этого, – замялась Кристина и, переглянувшись с Женей, покраснела.

– Да говори уже! – не выдержала я.

– Личное дело твоё у босса затребовал, а как узнал, что ты не устроенная была, чуть по стенке того не размазал. Его друг Макс кое-как от босса оттащил.

– Друг? – рассеянно переспросила я.

– Ну или охранник личный, – пожала плечами подруга и, подняв руки, обрисовала образ, дополнив описание: – Такой огромный, с короткой стрижкой. Он его Максом называл.

– Надо уехать, – заключила Женька и, покрутив в руке телефон, добавила: – Тёте позвоню прямо сейчас. Предупрежу, чтоб встречала тебя послезавтра.

– А пока мне надо спрятаться, – кивнув, вздохнула я.

– Может, у сестры побудешь? – предложила Кристина, а я покачала головой.

– Я там прописана, если будет искать, то начнёт с адреса сестры.

– Предупредить бы её, – округлив глаза, намекнула Женя. – А то твой реальный адрес выдаст, и конец конспирации.

– О боже, – обречённо протянула я и, закрыв лицо руками, выдохнула: – За что мне всё это?

– Прости, – виновато проскулила Кристина.

– Ты то тут при чём? – раздражённо огрызнулась я, тут же перечислив: – Ты мне наркоту не подкидывала, не обвиняла, не насиловала и не…

– Я тебя туда работать сманила, – опустила глаза подруга.

– И меня, – зло засопела Женька.

– Я же не знала, что всё так получится, – состроив самый жалостливый взгляд, проблеяла Крис и, пожав плечами, всхлипнула: – Как лучше хотела, да и деньги там неплохие платят, график удобный и…

– И неизвестно, как ещё нас с тобой зацепит, – закатив глаза, дополнила Женя и, бросив взгляд на яркий настенный календарь, протяжно вздохнула: – А между прочим, сегодня моя смена. Вот как туда теперь идти?

– И моя, – напомнила Кристина и, нахмурившись, заметила: – Вместе будем держаться. Не думаю, что этот Демид там появится, но на всякий случай…

– Давай не пойдём, – решительно выпалила Женя и, загибая пальцы, начала перечислять: – Официально мы не устроены, график плавающий, просто созвониться и сказать, что заболели, а потом и вовсе…

– Ага, – передразнила Крис и, скривившись, намекнула: – А на следующий день сюда нагрянет Демид и его дружок под два метра ростом. Слишком подозрительно вот так исчезать.

– А что тогда делать? – вмешалась я, понимая, что подруга права.

– Делать вид, что тебя не знаем и вести себя как обычно, – подвела она итог и, переведя взгляд на Женьку, скомандовала: – Вику накорми и побудь с ней, а я отсыпаться.


## Я ИДУ

Демид

Выбесила заноза мелкая!

Своим личиком смазливым, почти не тронутым косметикой, своим взглядом невинным с веером ресниц. Своими губами пухлыми, так крышесносно округляющимися от удивления. Всколыхнула всё чёрное в душе. С момента, как появилась в випке. С момента, как стала оправдываться. С момента, как сопротивляться начала. С момента, как сбежала. Дура! Думает теперь так просто исчезнуть.

Как в тумане был… Не сразу понял, что первым стал, не сразу поверил. В таких клубах невинные фиалки не работают. Такие юбочки не носят. В випке не появляются. Как её до сих пор не тронули – не представляю.

Не хотел ведь заходить так далеко, да и не насилую я баб. Сами на член прыгают, сами на колени опускаются, да ещё и добавку просят. Природа меня не обделила, причём ниже пояса тоже. Смазливая морда, накаченное тело и толстый кхм… кошелёк. За всё это они готовы простить и грубость, и пренебрежение.

На хрен полез её досматривать?! Надо было успокоиться и расспросить нормально, камеры посмотреть, просто припугнуть. Припугнул, блядь!

Стоило блузку на ней порвать и бак сорвало. Чуть слюнями не захлебнулся. От запаха её, от нежной и гладкой кожи. Как пацан сопливый, ей-богу. Как будто не ебал буквально пару часов назад на всё готовую тёлку. Сам не понял, как распял и взял. Своё ведь взял, больше никого к ней не подпущу.

Хреновое у нас знакомство вышло. Ещё бы понять, как теперь загладить то, что натворил, но девочке я скрыться не дам. Сбежала сучка такая. Обвела вокруг пальца Макса и смылась. Чуть не порвал его прямо там же.

Пока бегал по подсобкам, ища аптечку, сколько прошло? Минут десять, может, пятнадцать не больше. Пока я метался в панике, что порвал её без подготовки, она просто сориентировалась и скрылась. Найду – жопу отобью!

Примчался назад в випку, а там пусто. Лишь обрывки трусиков, которые тут же подобрал и в карман спрятал. Оглядел полутёмную комнату, с трудом соображая, что произошло. Может, приснилась она мне? И Макс зараза исчез. Поначалу решил, что это он девчонку умыкнул. Видел же гадёныш в каком состоянии я её оставил. Пожалел, что ли?..

Метнулся к выходу, но и шагу не успел сделать, как в челюсть прилетел мощный удар. На ногах устоял, но в глазах всё потемнело.

– Ты попутал, что ли?! – рявкнул на набычившегося Макса, загородившего своей тушей всё пространство дверного проёма. – Где девчонка?!

– Демид, сука, – прорычал друг и, сжав кулаки, пошёл на меня, рокоча диким зверем: – Ты что с ней сделал? Она же целкой была? Тебе баб мало?

– А что, приглянулась?! – взревел я и, свирепея от непонятных чувств, кинулся на него.

– Нашёл, на ком зло срывать, – хрипя от моего захвата, огрызнулся Макс и, врезав мне по рёбрам, отскочил в сторону, вставая в стойку. – Нюх потерял? С чего решил, что она причина этих подстав? Крыша поехала?

– Не твоё дело, – выплюнул я и, стирая с разбитой губы кровь, потребовал: – Куда увёл? Где спрятал?

– Сбежала она, – опешив, Макс замер и, потупив взгляд, пояснил: – В туалет попросилась… Там все ляжки в крови были. Я и проводил… а она в окно и…

– Дебил! – взревел я и, пихнув его в сторону, рванул к выходу, базлая уже на ходу: – Где её теперь ловить в таком состоянии? С моста сиганёт, ты виноват будешь.

– Да ты охуел! – догоняя, рявкнул Макс и, свернув к комнате охраны, прошипел: – Её состояние ты ей оформил.

– Заткнись! Как теперь искать?

– Ща камеры пробьём и пойдём твоего дирика допрашивать.

– Иди на камеры, а я пощупаю этого урода, – скомандовал я, поворачивая в сторону кабинета директора клуба.

Парни, стоящие у дверей живыми столбами при моём приближении, шарахнулись в стороны. Видимо, моя подбитая и злая рожа сработала вперёд приказа. Дверь от моего пинка распахнулась и, ударившись о стену, качнулась назад. К дивану, на котором трясся бледный директор, подлетел в два шага.

Среагировать он не успел. Лицо вытянулось, а глаза полезли на лоб. Он даже рот раскрыл, пытаясь что-то проблеять. Тоже не успел…

Схватив этого гондона за шею одной рукой, сжал со всей силы, а второй отвесил смачную оплеуху. Башка этого мудака дёрнулась, а рожу перекосило маской муки.

– Диманчик, – притворно ласково проворковал я и, отвесив ещё одну затрещину, предупредил: – Даю один шанс. Соврёшь, завтра будешь рыб кормить. Понял?

– Да-а, – проблеял теперь уже бывший директор и, переведя взгляд на зашедшего в кабинет Макса, взбледнул ещё больше.

Правильно. От вида этой туши многие кирпичи откладывают прямо в штаны, особенно если им есть что скрывать и терять. Сам его боюсь, когда он взбешён. А выбесить Макса удаётся очень редко. Вот как сегодня, например…

– Я спрашиваю – ты отвечаешь, – напомнил я и, отойдя к окну, достал сигареты. Макс, взяв стул, оседлал его, повернув спинкой вперёд и, замерев напротив трясущегося говнюка, впился в него хищным взглядом.

– Я всё скажу, – проблеяло нечто и, оттянув узел галстука, громко сглотнул. – И про наркоту и про…

– Об этом позже, – резко оборвал я и, подойдя ближе, нагнулся и выпустил сигаретный дым ему в рожу. – Кто эта девочка, что ты так тупо подставил?

– Я бы никогда… – начал он, возмущённо закатив глаза, но спустя секунду взвыл от первого удара. Макс явно заскучал, и даже почти не старался. Но, похоже, скоро оторвётся на славу.

– Шанс на лёгкую смерть ты только что просрал, – криво усмехнулся я, цокая языком и отворачиваясь к окну.

– Я скажу, всё скажу! – заголосил этот гад и, упав на колени, пополз в мою сторону, противно подвывая: – Викуля она. Ой, то есть Вика. Недавно работает. Откуда я мог знать, что она такая гадина и…

– Я же предупреждал, – протяжно выдохнул я и, вложив всю силу в удар, вмазал ему в солнечное сплетение.

Диман упал, хватая ртом воздух, хрипя и пуская слюни. Выждав, когда он отдышится, присел на корточки и стряхнул пепел на его посеревшую рожу. Длинно затянулся и, медленно выдохнув, впился в него взглядом, не обещающим ничего хорошего.

– Дим, последний шанс, или я отдаю тебя Максу. Давно он грушу не колотил. Мне нужны ответы. Кто эта девочка? Где живёт? Номер её телефона? И всё, что знаешь, не забудь рассказать.

– Понял, – еле слышно отозвался он и, зыркнув на Макса, кивнул: – Я всё расскажу. Всё, что знаю…


## ТЕБЯ

Вика

Кристина тихо посапывала на своей кровати, а я изучала потолок. Боль от телесных ран потихоньку утихала, а вот в душе творился полный бардак. Обида душила, снова и снова выталкивая слёзы и рваные всхлипы.

Никогда бы не подумала, что мой первый раз произойдёт вот так… С мужчиной, которого не знаю, а теперь и боюсь. С грубостью, жестокостью и болью, которую я не заслужила. Красивый гад… Встреть я его при других обстоятельствах, вполне могла бы залипнуть. Как теперь жить в постоянном страхе? Он ведь найдёт, не сейчас так позже. А что потом?.. В полицию сдаст или ещё что похуже сотворит. Хотя, куда уж хуже.

Была бы мама жива, я бы сейчас ревела, уткнувшись в родное тепло. Жаловалась бы на несправедливость и жестокость. А она бы гладила по голове и успокаивающе ворковала. А ещё она бы нашла выход, помогла бы, защитила бы. Но мамы нет уже три года.

Отца почти совсем не помню. Он погиб, когда мне было всего пять, а сестре около десяти. Мама всё время работала, хватаясь за любую возможность обеспечить нам нормальную жизнь и образование. Собой не занималась, поэтому запустила болезнь, которая её угробила всего за несколько месяцев.

Сестре на тот момент уже было двадцать лет, но безработной студентке меня не доверили, и два старших класса я провела в детском доме. За это время мы сильно отдалились. Катя успела выйти замуж, родить ребёнка, и великовозрастная обуза в виде сестры ей была только в тягость.

Я и не настаивала. Поступила на бюджетный и поселилась в общаге, хотя всё ещё была прописана в квартире мамы, где теперь жила Катя со своей семьёй. Пособия от государства хватало впритык, так что спустя год, закончив первый курс, я подыскала работу.

Втроём с подругами мы, отработав лето и подкопив денег, сняли квартиру, тут же переехав из общаги. А ближе к Новому году Крис устроилась в клуб, сманив нас с Женькой туда же. Ведь платили хорошо, а график позволял не пропускать учёбу. Кто же знал, чем всё кончится…

Теперь работы нет, а скоро, возможно, не станет и свободы. Он же может сдать меня в полицию или отдать на растерзание таким же, как он. Кто он вообще? Простые смертные не владеют подобными клубами. Бандит?.. Мажор?.. Такой, если захочет, то уничтожит, не моргнув. Ещё и сестру подставляю… И подруг…

Покосившись на спокойно дрыхнувшую Кристину, судорожно сглотнула. Встав с кровати, осторожно вышла из комнаты и прошлёпала на кухню.

– Помочь? – тихо уточнила у колдующей над кастрюльками Жени.

– Есть его фотография? – проигнорировав мой вопрос, спросила она.

– Чья? – опешив, выдохнула я и, подойдя ближе, уточнила: – Жень, ты что задумала?

– Нашлю на него пакость какую-нибудь, чтоб свой отросток не пихал, куда не… – задумчиво пробормотала она и, вскинув на меня взгляд, отмахнулась: – Шучу, конечно. Просто, чтобы знать, кто такой, а то вы с Крис его видели, а я…

– Забыла спросить фото на память с автографом, – закатив глаза, притворно ахнула я, невольно вспоминая об оставленных им отметинах на моём теле.

– Я сама найду, – пожала плечами Женя, а в зелёных глазах затанцевали чертенята.

– Даже не думай, – зарычала я и, фыркнув, напомнила: – Ты, может, и из рода ведьмочек, но, во-первых, я во всё это не верю, а во-вторых, тебе мало того, что он со мной сделал?

– Гаденыш-ш-ш, – потревоженной коброй прошипела подруга и, бросив в кастрюлю какие-то травки, помешала варево ложкой.

– Не ищи приключений на свою волшебную задницу, – повторила я строго и, потянув носом пряный запах варева, пробурчала: – Ещё не известно, чем всё это кончится. Как бы вам ни досталось заодно.

– Надо увольняться, – констатировала Женька и, повернувшись ко мне, добавила: – И Крис оттуда забирать. Она оторва точно нарвётся на приключения.

– Кто? Я? – фыркнула Кристина и, зевая и потягиваясь, прошлёпала к столу. Тоже принюхалась и, вытянув шею, мяукнула: – Жень, ведьмочка ты наша, а что там у нас на обед?

– Кто ещё из нас ведьмочка, – хохотнула Женька и, окинув подругу сканирующим взглядом, прицыкнула языком: – Жрёшь и не толстеешь. Вот как так-то?

– А ты забыла, что я помимо работы в клубе, ещё и на танцы хожу? – показав язык, мыркнула Крис. – Там сто потов за час сходит.

– На танцах? – протянула Женя и, переглянувшись со мной, хмыкнула: – Стрип-пластика разве танцы?

– Сходим вместе? – подмигнула Крис, тут же намекнув: – Сама проверишь.

– Достала уже, – протяжно выдохнула Женька и, подумав, снисходительно добавила: – Через три дня последний экзамен сдам и так уж и быть схожу с тобой за компанию.

Наблюдая, как Женька накрывает на стол и препирается с Кристиной, я снова погрузилась в свои мысли. Мне, похоже, уже не светит ни на танцы пойти, ни работу нормальную найти. Больше всего переживала за учёбу.

– Жень, ты тётке-то позвонила? – спохватившись, поинтересовалась у подруги.

– Сразу же, – кивнула она и, нахмурившись, начала рассуждать: – Ждёт тебя завтра. Только вот что…

– Я ей заплачу за проживание и питание и помогать буду по огороду и в доме, – взволнованно затараторила я.

– Да ну ты брось, – перебила Женька и, покачав головой, хмыкнула: – Да и не возьмёт она деньги.

– А что тогда не так? – растерялась я.

– На автобус тебе нельзя, – сев напротив, заметила Женька.

– Нельзя, – приступая к еде, закивала Кристина, тут же поясняя: – Сразу выследят.

– И как быть? – опешила я.

– Сейчас на рынке сезон, – ставя передо мной парующую тарелку, продолжила Женька. – Наши везут зелень, огурцы, редиску, клубнику, молоко. А обратно пустые едут.

– И-и? – поторопила я, не понимая, к чему она клонит.

– К двум поедем на рынок, я договорюсь с кем-нибудь из соседей. Уедешь на машине.

– А согласятся? – засомневалась я.

– Ха, ещё и приплатят, – расплылась в улыбке Женька, загадочно добавив: – Узнают, к кому едешь, до самой калитки доставят и вещи донесут.

– Отличный выход, – поднимая вверх большой палец, проурчала Крис, продолжая набивать рот.

– Ага, – кивнула я. – Поем и пойду вещи собирать.


## ИСКАТЬ!

Демид

Всю ночь провёл в клубе. Пока мои парни шерстили все подсобки и опрашивали сотрудников, я искал информацию на Вику. Её оказалось ничтожно мало, так как девочка в клубе работала неофициально. Подозреваю, что и платили ей лишь малую часть заработанных денег.

Судя по графику, работала два через два в ночную смену, которая начиналась в шесть вечера и заканчивалась почти под утро.

Всю ночь лопатил горы документов, находящихся в кабинете директора. Помимо подстав с наркодилерами, выявил кучу финансовых афер и махинаций с поставками продуктов и алкоголя. Сам виноват… Подзабросил клуб, вплотную занимаясь раскруткой нового бизнеса. Если бы не вовремя подкинутая доброжелателями информация, неизвестно, чем всё это закончилось бы. И потеря бизнеса, пожалуй, стала бы цветочками по сравнению с…

Хотя, сейчас все мои мысли крутились вокруг моей беглянки. Единственным оставшимся вариантом выяснить, кто она и где обитает, оставался бухгалтер, выплачивающая сотрудникам деньги в конце каждой недели. Но её появления ждал только утром.

Пока копался в бумагах, ещё и коньяк глушил. Чувство вины и злости не отпускало. Только на кого злился больше, так и не понял. Как вырубился, не заметил…

Очнулся уже утром, лёжа на диване директорского кабинета, обложенный документами. Но проснулся я не потому, что выспался. Дверь резко открылась, и протопав в кабинет, Макс рухнул в одно из кресел.

– Дрыхнешь гад?! – рявкнул друг, намеренно тревожа мою гудящую голову.

– Заткнись, – огрызнулся я и, сев на диване, стиснул пальцами пульсирующие виски. Посмотрев на подозрительно бодрого Макса, тут же окрысился: – Чё пялишься? Я всю ночь не спал.

– На, – швырнув мне на колени папку, скривился друг и, подавшись вперёд, пробасил: – Можешь собой гордиться. Девочка – студентка, девятнадцать лет, сирота, кроме старшей сестры никого, но по ней нарыть ничего не успел.

– Откуда? – листая щуплую анкету, удивился я.

– Бухгалтерша поаккуратнее Димана оказалась, – пожал он плечами и, хмыкнув, уточнил: – Что делать думаешь? Что-то мне подсказывает, что Вика сюда не вернётся.

– Да ладно? – изобразив удивление, выпалил я и, вытащив фотографию улыбающейся Вики, фыркнул: – Без тебя знаю, что не вернётся.

– Ну и? – вздёрнув брови, продолжил допытываться Макс. – Как искать думаешь?

– Адрес сестры пробью первым делом, – нахмурился я и, подумав, предположил: – Только не думаю, что это чем-то поможет.

– Диман проболтался, что она с подружками сюда устроилась, – задумчиво сообщил Макс и, пожевав губу, отвернулся к окну.

– А чего ж ты молчал?! – подскочив с дивана, рявкнул я. – Кто подруги? Когда работают?

– Одна Кристина, – хмыкнув, поделился Макс. – Она её сюда и привела вместе с некой Женей.

– И-и?! – продолжил напирать я.

– Обе работают сегодня в ночную, – зевнув, дополнил друг и, покачав головой, проворчал: – Не удивлюсь, если тоже зашухерятся.

– Где живут?

– Да кто же их знает, – пожал плечами Макс. – Скорее всего, квартиру снимают. Работали тоже неофициально, так что адреса нет.

– Значит, будем караулить, – заключил я и, захлопнув драгоценную папку, выдохнул: – Хорошо, хоть телефоны их есть. Если потеряются, можно будет от имени бухгалтера позвонить. За деньгами всё равно придут.

– Прийти-то они, конечно, придут, но чую, нескоро теперь.

– Не нагнетай, – рявкнул я. – Сначала подождём, не явятся, – решим, что дальше делать.

– Охрану предупредил, – кивнул Макс и, прищурившись, дополнил: – Сообщат, как только любая из них явится.

– Отлично, – буркнул я и, глянув на часы, предложил: – Пойдём пожрём. Потом я домой.

– Отсыпаться?

– Нет. Приму душ, переоденусь и назад.

– Пока мотаешься, я тут побуду, – согласился друг и, встав, направился к двери.

Перекусили прямо в клубе, потом я поехал домой и через час уже мчался обратно. Боялся, что Вика может заявиться за расчётом как раз в дневное время.

Весь день снова провёл за бумагами. Кадровые перестановки предстояли грандиозные. Несколько человек уволил, а после обеда вместе с Максом уже проводил первые собеседования. Благо период сессий остался позади, и многие студенты потянулись на поиск временной или просто денежной работы.

Еле дождался вечерней смены. Стоя на втором этаже, жадно всматривался в лица появляющихся в зале сотрудников. Макс топтался рядом, коршуном сканируя залы, зону бара и сцену.

– Вот они, – буркнул друг и, указав на двух перешёптывающихся девушек, которые шли к барной стойке, добавил: – Светленькая Кристина, а вторая, похоже Женя.

– Угу, – отозвался я и, прищурившись, скомандовал: – Пригласи-ка их ко мне.

– Обеих? – вздёрнув бровь, уточнил Макс.

– Да, – подтвердил я и направился в кабинет, бросив уже на ходу: – Приведёшь, и пока я с ними говорю, понаблюдай за реакцией.

Девушки вошли с абсолютно невозмутимым видом и, коротко поздоровавшись замерли в ожидании. Указав рукой на диван, пригласил их присесть. Макс опять устроил свою тушу в кресле, продолжая сканировать девчонок взглядом.

– Вызывали? – не выдержала Кристина и, пожав плечами, фыркнула: – Я вроде вам вчера всё рассказала.

– Тут такое дело девушки, – протяжно вздохнув, я встал и, заложив руки за спину, подошёл к окну, спокойно сообщив: – Несколько сотрудников уволены.

– И мы? – охнула Женя.

– Да вас вроде не за что, – хмыкнул я, и отвернувшись, продолжил: – Кадров не хватает. Возможно, ваша подруга сможет выйти сегодня. Как думаете?

– Какая подруга? – нахмурилась Кристина.

– Вчера работала, – изобразив замешательство, сделал вид, что вспоминаю, тут же выпалив: – Вика, кажется.

– Вика? – девушки переглянулись, и, покачав головой, Женя добавила: – Она не подруга вовсе, мы только здесь и общаемся.

– Жаль, – вздохнул я. – Ладно, что-нибудь придумаем. Можете идти работать.

– Ну? – едва за девчонками закрылась дверь, повернулся к Максу. – Что скажешь?

– Ну то, что они соврали, ты и без меня знаешь, – хмыкнул друг и, не сдержавшись, рассмеялся.

– Чего ржёшь? – опешил я.

– Эта Женя тебя чуть взглядом не расчленила. Ведьмочка.

– Значит, они в курсе всего, – задумчиво протянул я.

– Какие планы?

– Не имеет смысла спрашивать адрес, – нахмурился я и, вздохнув, прорычал: – Поймут и предупредят Вику.

– И-и?

– Пусть работают спокойно, а потом ты проследишь за ними до самого дома.

– А ты?

– А я в это же время поеду по адресу прописки, – поделился я и, взъерошив волосы, пояснил: – Раннее утро. Если Вика у сестры, я сам её заберу. А если девчонки живут вместе, наберёшь мне – я примчусь.

– Замётано…


## НИКУДА

Вика

Когда подруги ушли на работу, попыталась отвлечься. Странно, но сегодня я волновалась за них, как никогда. Теперь сомнительное положение неофициальных сотрудников казалась почти удачей. Никаких подробных анкет или личных дел, никаких адресов и копий документов.

Мы никогда не афишировали среди коллег, что живём втроём. Не потому, что ни с кем не общались, просто на смене для пустой болтовни не было времени. Да и коллектив менялся слишком часто, особенно среди официанток. Кто-то просто подрабатывал на каникулах, а кто-то не выдерживал подобного ритма.

Пытаясь скоротать время, собрала сумку в дорогу, положив с собой планшет, все свои документы и пару учебников. Я не была уверена, есть ли в посёлке, куда я еду, интернет или стабильная связь, но планировала поработать, хотя бы удалённо.

Я всегда любила рисовать и всерьёз увлекалась дизайном. И, хотя профессию выбрала более приземлённую, постоянно совершенствовала свои навыки художника и брала небольшие заказы по оригинальному оформлению бизнес-страничек в соцсетях. Платили немного, но для меня приобретаемый опыт был важнее. А ещё, постоянно пополняемое портфолио со временем стало привлекать более крупных клиентов, готовых платить за заказы больше.

Ночь почти не спала, то погружаясь в беспокойную дрему, то вздрагивая, подрывалась на кровати и прислушивалась к любому шороху. Натянутые струной нервы успокоиться и забыться не давали, поэтому, когда лязгнул замок входной двери, я резко села и откинула одеяло.

Затаила дыхание, но звуки стихли, а через несколько секунд в дверь начали отчаянно колотить. Подтянула колени к груди и, зажмурившись, зажала уши ладонями. Но даже так я слышала, как дверь практически вышибают.

Плюнув, подскочила с кровати и, решив позвонить в полицию, схватилась за телефон. На экране высветилось оповещение о десятке пропущенных звонков и непрочитанных сообщений от Жени. Секунда, и экран вновь замигал входящим вызовом.

– Да-а, – заикаясь, проблеяла я.

– Манда! – со злостью выругалась обычно скромная подруга и, посопев в трубку, заорала: – Ты где?!

– Дома…

– На щеколду закрылась? – протяжно вздохнув, уже спокойней уточнила Женька.

– Да-а, – охнула я и, выскочив в прихожую, отперла дверь.

– Дура! – залетая в квартиру, напала на меня подруга и, окинув меня убийственным взглядом, затараторила: – Я уж думала, ты тут руки на себя наложила. Чуть полицию не вызвала. Чего не открывала?

– Испугалась… – промямлила я, закрывая за Женькой дверь и запираясь на все замки и щеколду, а потом, спохватившись, уточнила: – А Кристина где?

– В магазин за углом побежала, – разувшись, Женька прошлёпала на кухню и, налив стакан воды, залпом осушила, всё ещё косясь на меня колким взглядом.

– Как смена? – суетясь у плиты и ставя чайник, поинтересовалась я.

– Чуть с ума не сошла от страха, – устало плюхнувшись на стул, закатила глаза Женька.

– Почему? – опешила я и, обернувшись, вскинула брови, заметив её смущение.

– Будто весь день под наблюдением провела, – пожала она плечами и, покраснев, фыркнула: – Этот амбал по пятам ходил, всё что-то вынюхивал.

– Кто? Макс? – похлопав ресницами, выдохнула я.

– Не помню, – явно соврала Женька и, обхватив руками кружку, повернулась на звук дверного звонка.

– О, Крис пришла, – направляясь в прихожую, констатировала я и, не глядя в глазок, распахнула дверь.

Не веря, уставилась на раннего и незваного гостя, но отмерев, попыталась захлопнуть дверь. В проём вклинился ботинок, а дверь под превосходящим мои силы напором открылась.

Выставив руки вперёд, начала отступать, когда, между нами, дикой кошкой возникла Женька. Не боясь огромной фигуры, занявшей почти всё пространство маленькой прихожей, подруга пошла на Макса, сверкая глазами.

– Ты чего здесь забыл? – прошипела Женька, а Макс шагнул ей навстречу, глядя сверху вниз и криво ухмыляясь.

– Ведьмочка, давно не виделись, – проурчал он и, не обращая на меня внимание, вытянул из кармана толстовки телефон. Ткнул пальцем в экран и через пару секунд, выпалил: – Демид, ты далеко успел отъехать? Не надо к сестре, подгребай на первый адрес. Нашёл я твою пропажу.

Не успел он завершить звонок, как Женька впихнула его в кухню и, прикрыв дверь, повернулась ко мне.

– Беги, Вика, – зарычала она, а я метнулась в свою комнату за собранной сумкой.

Надеяться на то, что хрупкая девчонка удержит дверь, в которую ломится амбал ростом под два метра, было наивно. Я даже не успела подхватить свои вещи, как в прихожей раздался визг, грохот, звуки борьбы, и в мою комнату с Женькой на плече зашёл Макс. Скинул её на кровать и молча вышел, закрыв за собой дверь.

Понимая, что мой побег закончился, не успев начаться, я села рядом с пыхтящей подругой и закрыла лицо руками. Уже не плакала. Просто устала думать о том, что со мной сделают. Устала переживать…

Женька, достав свой телефон, тут же набрала чей-то номер и коротко отчеканила:

– Кристина, не ходи домой. Засада… Вызывай полицию и…

– Не надо полицию! – выхватив у подруги мобильник, заорала я в трубку и, переглянувшись с прищурившейся Женькой, тихо пояснила: – Он меня им сдаст, а так есть шанс договориться.

– Но может быть… – начала Кристина.

– Не может, – перебила я и, прежде чем завершить звонок, попросила: – Погуляй пока, а я тут попробую решить вопр…

Договорить не успела. Дверь резко распахнулась, и в комнату зашёл Демид. Оглядел комнату и, скользнув взглядом по собранной сумке, шагнул ко мне.

Открыла рот, чтобы оправдаться, но слушать меня не собирались. Пока кинувшуюся на помощь Женьку схватил и удерживал зашедший в комнату Макс, Демид без лишних слов скрутил меня. Вернее, просто молча…

И не просто скрутил, а, повалив на кровать, замотал в покрывало, игнорируя любые попытки сопротивления. Спеленал так, что я не могла даже шевельнуться и лишь возмущённо сопела, прожигая его взглядом, полным ненависти.

– Сумку захватишь, – обратился Демид к Максу и, подхватив меня на руки, понёс на выход.

– Что ты творишь? – зашипела, изучая его невозмутимый профиль.

– Забираю своё, – коротко отозвался он и, скользнув взглядом по моему лицу, поинтересовался: – Вика, ты и правда поверила, что так просто от меня скроешься?

– Своё? – проигнорировав его вопрос, проблеяла я.

– Тебя, Вика, тебя…


## НЕ УБЕЖИШЬ

Демид

Хорошо, что, прежде чем ехать по адресу Викиной сестры, решил зарулить на заправку. Макс поехал проверить адрес, где, по некоторым данным, девчонки снимали квартиру, и стоило мне заправить тачку, как он позвонил.

– Демид, ты далеко успел отъехать? – хмыкнул друг в трубку.

– Нет, только с заправки…

– Не надо к сестре, подгребай на первый адрес. Нашёл я твою пропажу.

– Еду, – рявкнул я и, отбив звонок, развернул автомобиль и рванул туда.

Не зря полночи Макс словно ищейка следил за двумя подружками. Сразу учуял, что они солгали о том, что Вику почти не знают. Даже просмотр архива записей с камер за предыдущие дни подтвердил, что девчонки дружили. И не просто дружили… Приходили и уходили вместе, всегда заступая на смену парой, подменяли друг друга без согласований с администратором и частенько болтали на перерывах, секретничая в комнате отдыха.

Расспрашивать подробнее, подлавливать на лжи или запугивать не стал, понимая, что Вику мгновенно предупредят, и она сразу же исчезнет. Всё равно нашёл бы, но сейчас было совсем не до этого.

Проблемы с клубом, подбрасываемые кем-то с завидной регулярностью, росли будто снежный ком. Не сказать, что я бы со временем не справился и не разрулил бы, но… Все эти заморочки очень отвлекали от нового проекта, а я прекрасно понимал, кому он мешал, как кость в горле.

Подозреваемых было всего двое, но, прежде чем взяться за их приструнение, я должен был спрятать Вику. В клубе слух о моём повышенном интересе к её персоне разошёлся мгновенно. Возможно, подвели записи с камер, которые я не успел вовремя подчистить. А это значит, что Вику могут использовать в войне против меня.

Диман тоже после встряски куда-то исчез. Ему доверия не было изначально, но я и предположить не мог, что эта гнида рискнёт шкурой, чтобы меня подставить. Интересно, что ему за это предложили. Найду и вытрясу правду, но не исключено, что он успел почуять мою слабину и доложить о ней подельникам. Нельзя допустить, чтобы они добрались до Вики первыми.

До нужного адреса домчал быстро и, взлетев по лестнице, начал нетерпеливо звонить и колотить в дверь. Открыл Макс почти сразу же и, кивнув на подпёртую стулом дверь, сообщил:

– Там сидят.

– С кем? – опешил я.

– Подружка её – ведьмочка зеленоглазая чуть шары мне не выцарапала, – взъерошив волосы, усмехнулся друг.

– Придержи, если кинется, – попросил я и, распахнув дверь, впился взглядом в сидящую на кровати Вику.

Бледная, осунувшаяся, с припухшими и явно заплаканными глазами. Заметив меня, она вздрогнула и тут же подобралась для защиты.

Округлив глаза, сунула под подушку телефон и, открыв рот, собралась что-то сказать. Скользнув взглядом по комнате, заметил собранную сумку, мысленно радуясь, что успел перехватить беглянку до отъезда. Диалог, к которому тщательно готовился заранее, не состоялся…

Кинувшуюся на защиту Вики подружку оперативно перехватил Макс и, оттащив в сторону, скрутил, уступая мне дорогу к цели.

Пока моя беглянка металась растерянным взглядом между Максом, пищащей в его железной хватке подругой и мной, я молча приблизился и, повалив её на кровать, замотал в покрывало, туго фиксируя руки и ноги. Спеленал как ребёнка и, подхватив на руки, понёс к двери, на ходу бросив Максу:

– Сумку захвати.

– Что ты творишь? – возмущённо зашипела Вика.

– Забираю своё, – отозвался коротко и, скользнув взглядом по бледному личику, поинтересовался: – Вика, ты и правда поверила, что так просто от меня скроешься?

– Своё? – выдавила она, будто не услышав последний вопрос.

– Тебя, Вика, тебя…

Мой ответ её явно ошарашил. По пути до машины она даже не дёрнулась и ни разу не пискнула. Глядя перед собой в одну точку, хмурилась и, закусив губу, прерывисто сопела. Когда у самой машины нас нагнал Макс и, закинув Викину сумку в багажник, открыл мне заднюю дверь, она начала вырываться и орать.

– Помогите! Пожар! Убивают! – заверещала Вика, надрывая горло.

Макс хмыкнул, а я, не тормозя, запихнул орущий свёрток на заднее сидение и, забравшись следом, усадил её к себе на колени. Сжав рукой её шею сзади, склонился и запечатал приоткрытые губы поцелуем. Нашим первым поцелуем.

Пока я, будто оглушённый накрывшими эмоциями, пожирал рот ошарашенной девушки, Макс занял место водителя и, многозначительно кашлянув, завёл мотор.

– Домой или на квартиру? – уточнил друг, выруливая со двора.

– Домой, – оторвавшись на секунду от задыхающейся Вики, буркнул я и, не дав ей опомниться, вернулся к прерванному занятию.

Нажав пальцами на её щёки, вынудил приоткрыть рот. Нырнул языком в горячую, опьяняющую влажность и, зажмурившись, заурчал от удовольствия. Повалил её спиной на сидение, удобно устроив головой на своём локте.

Вика кряхтела, пытаясь увернуться, но зажал я её намертво. Устав бороться, обмякла, тихо постанывая, но на поцелуй не отвечала. Сильно зажмурившись, терпела моё наглое вторжение, прерывисто дыша. На другое и не рассчитывал, прекрасно понимая, что налаживать отношения придётся долго и со скрипом. Сам виноват…

Продолжая ласкать её рот языком и губами, совсем поплыл. Непозволительно расслабился… И когда она укусила меня, охнув, отстранился, уставившись в прищуренные глаза. Слизнул с губы кровь и, усмехнувшись, сел, продолжая удерживать Вику в лежачем положении.

– Кровь за кровь, принцесса? – проурчал, подмигнув возмущённо сопящей девушке.

– Да пошёл ты! – рявкнула она, а Макс, оглянувшись, хохотнул.

– Куда пошёл? – поиграв бровями, намекнул я.

– Ненавижу, – посопев выпалила она и, закусив губу, тихо заплакала.

Вздохнув, подтянул её ближе и, прижав к себе, начал покачивать. Я сам себя ненавидел за то, что совершил, но ей свою слабость и зависимость показать не мог. Пока что не мог…

Макс глянул на меня в зеркало заднего вида и, поймав мой взгляд, покачал головой.


## ТОЛЬКО МНЕ

Вика

Всё что случилось за последние пару дней, начало казаться каким-то кошмаром. Как будто это происходило не со мной… Надеялась ли я убежать? Теперь сама не понимала, стоило ли пробовать. Наревевшись в коконе его рук, уставилась в одну точку перед собой. Отслеживать дорогу даже не пыталась. Какая разница, куда он меня везёт.

Больше всего страшилась, что именно собирается со мной сделать. Судя по тому, что он изначально принял меня за шлюху, употребляющую и распространяющую наркотики, ничего хорошего впереди не ожидало. Вариант с полицией показался даже более приемлемым, и я пожалела, что не послушала подруг.

Чувствовала на себе его испытующий взгляд, но старалась не реагировать. В опухший и заложенный от слёз нос настойчиво пробивался терпкий запах Демида, и, поморщившись, я демонстративно отвернулась. Засопев, он ссадил меня с коленей и, подавшись вперёд, упёрся лбом в спинку переднего сидения, глухо зарычав.

Вздрогнув, отвернулась и, закрыв глаза, прерывисто вздохнула. Его терпение испытывать не хотелось, к тому же каким несдержанным в такие моменты он может быть, уже ощутила на себе в нашу первую встречу.

Долгое время ехали в гнетущей тишине и, заметив сменившуюся за окном картину, я поняла, что машина выехала за пределы города. Заговорить я не пыталась просто потому, что боялась услышать в ответ на единственный волнующий меня вопрос жестокую правду, лишающую последней надежды.

Мои бывшие коллеги, особенно девушки на перерывах любили обсуждать хозяина клуба, и о его связях с криминалом в том числе. Обычно к таким сплетням не прислушивалась, но знала вполне достаточно, чтобы опасаться этого несдержанного и грубого монстра. Кроме клуба, где мы с подругами работали, Демид владел или управлял много чем, включая притоны и злачные места. Не исключено, что скоро наказание, которому он подверг меня в випке, покажется всего лишь цветочками.

Накрутив себя самыми страшными предположениями, не заметила, как по щекам снова потекли слёзы. Боясь привлечь к себе внимание своего палача, попыталась сдержать рвущиеся наружу эмоции, но невольно всхлипнув, поймала на себе угрюмый взгляд из-под густых нахмуренных бровей. Машинально затаила дыхание…

Поиграв желваками, Демид собрался что-то сказать, но ситуацию спас внезапно зазвонивший телефон. Глянув на экран, он напрягся ещё больше, но на звонок ответил. Даже не поприветствовав, выслушал звонившего, склонился вперёд и, хлопнув Макса по плечу, скомандовал:

– Тормозни-ка…

Макс съехал к обочине, а Демид тут же вышел из машины. Расхаживая взад и вперёд, начал что-то выговаривать, жестикулируя руками. Ответы слушал, стискивая зубы и сжимая кулаки. Разговор явно был не приятельским, но слов я не слышала, ведь Макс врубил в салоне музыку и, похлопывая рукой по рулю, дёргался в такт музыки, тихо подпевая.

– Куда мы? – собравшись с духом, тихо поинтересовалась я и, поймав удивлённый взгляд, невольно сжалась.

– Домой, – пожав плечами, хмыкнул он.

– Что он со мной?.. – спросила неуверенно и, покраснев, отвела взгляд.

– Ви, ангелок, не зли его, – протяжно вздохнув, отозвался Макс и, кивнув на своего друга, предупредил: – Он же тебе крылышки быстро пообломает. Будь послушной цыпой и может быть он отойдёт и забудет твой косяк.

– Послушной? Косяк? – возмущённо выпалила я и, дёрнувшись в путах покрывала, прошипела: – Я ничего не сделала, а он…

– Терпением он точно не отличается, – хохотнул Макс и, глянув на меня, подмигнул, многозначительно проурчав: – Расслабься. Привыкнешь, а там, глядишь, и понравится.

– Да пошёл ты! – рявкнула, возмущённо засопев.

– Ви, ангелочек, – криво усмехнулся он и, взъерошив короткие волосы, заметил: – Со мной лучше дружить.

– Иди на хрен со своей дружбой, – огрызнулась я, а Макс разразился хохотом.

– Теперь я понимаю, почему Демида на тебе замкнуло, – продолжая скалиться, изрёк он и, смерив меня взглядом, намекнул: – Подружка твоя… Женька, которая… У неё же вроде нет парня?

– Только посмей её тронуть? – забившись с новой силой, завопила я.

– С чего это? Пару раз от неё не убудет, – мурлыкнул Макс и, мечтательно вздохнув, добавил: – Люблю бойких, а она прям ведьмочка. Сама напросилась.

– Только попробуй, я тебя!.. – дёрнулась, пытаясь пнуть спинку его сидения, но дверь открылась, и на меня насторожено уставился Демид.

– Макс, что она тебя?.. – глянув на друга, поинтересовался вкрадчиво.

– За подружку впрягается, – хохотнул Макс и, снова подмигнув, подколол: – Боится, что попорчу нечаянно.

– Мои подруги уже позвонили в полицию, – прошипела я и, прищурившись, пригрозила: – Уверена, меня уже ищут и вам обоим не поздоровится, а я ещё и…

– Уймись! – сдвинув брови на переносице, рявкнул Демид и, захлопнув заднюю дверцу, сел рядом с Максом.

– Кто звонил? – бросил Макс.

– Яр, – сплюнув, отозвался Демид и, понизив голос, предупредил: – Потом поговорим.

Машина тронулась дальше, а я притихла, боясь, что своим выпадом могла навредить Жене и Кристине. Понимала, что в случае опасности предупредить их не получится, ведь телефона у меня больше не было. Либо он остался в квартире под подушкой, либо его забрал Демид.

Лёжа на сидении, я не могла видеть дорогу, но зато заметила, как после очередного поворота по обе стороны замелькали деревья и ели. Лес, причём довольно густой, тянулся достаточно долго, а потом машина притормозила. Раздался металлический скрежет, и мы поехали дальше, минуя высокие кованые ворота.

Несколько минут спустя Макс заглушил мотор. Мужчины вышли из машины, и Демид, открыв заднюю дверь, подхватил меня на руки и понёс к двухэтажному особняку. Страх перед полицией немного отпустил, хотя там бы я тоже могла много чего рассказать. Но этот особняк, похоже, станет моей тюрьмой, а судя по фразе Макса об одержимости Демида, планы на меня у него были вполне конкретными.

– Ненавижу тебя, – окрысилась я и, вскинув на него взгляд, зло прошипела: – Неужели ты надеешься, что между нами возможно…

– Что между нами? Я и не жду от тебя любви, – криво усмехнулся Демид и, стиснув зубы, прорычал: – Сказок начиталась? На хрен чувства, достаточно того, что я тебя хочу. А то, как это будет происходить, зависит только от тебя…


## ПРИНАДЛЕЖИШЬ!

Вика

Макс открыл массивную дверь и, придержав, уступил Демиду дорогу. Зайдя в просторный холл, смежный с огромной гостиной, мой тюремщик тут же повернул к лестнице, ведущей на второй этаж. По пятам следовал Макс, неся мою сумку и тихо насвистывая.

– Добрый день, Демид Леонидович, – раздался женский голос с первого этажа, а следом последовало: – Не ждала вас так рано. Завтрак в спальню подать?

Разглядеть говорившую я не смогла, но мысленно выдохнула с облегчением, надеясь найти поддержку и помощь в лице этой… Кто бы она ни была.

– Позже, – буркнул Демид и, толкнув одну из дверей, внёс меня в мрачное, почти ничем не освещённое помещение.

Сгрузив меня на мягкую поверхность, он тут же отошёл к окну. Отдёрнул тяжёлые шторы, и я наконец-то смогла рассмотреть комнату. Лучше бы не видела. Просторная спальня, оформленная в серых тонах и обставленная массивной мебелью показалась слишком шикарной. Но главное!.. Судя по вещам, оставленным на спинке кресла, прикроватной тумбе и полках, это была не гостевая спальня.

– Жду в кабинете, – буркнул Макс и, бросив мою сумку около кровати, поспешно вышел.

Демид подошёл ко мне и, размотав покрывало, буквально вытряхнул меня, небрежно отбросив уже ненужные путы на рядом стоящее кресло. Нагнувшись к сумке, расстегнул молнию и, бесцеремонно вывалив содержимое рядом со мной на кровать, начал дотошно осматривать вещи.

Мои документы сразу же распихал по карманам брюк, а остальное… Даже задохнулась от возмущения, но, пригвоздив меня предупреждающим взглядом, он продолжил ревизию. Почти всё бельё, обувь и часть одежды небрежно запихал обратно в сумку. Туда же отправились мои книги и ноутбук. На кровати остались пара трусиков и футболок, пижама, халатик и средства гигиены.

– Зачем ты?.. – наблюдая за его действиями, проворчала я, не решаясь приблизиться.

– Новое куплю, – отозвался он хрипло и, кивнув на скромную кучку, добавил: – Пока этим обойдёшься.

– А документы? – уточнила осторожно.

– Они тебе не понадобятся, как и телефон, – хмыкнул он и, посмотрев в упор, распорядился: – Теперь ты принадлежишь мне. Располагайся, ванная там, завтрак через час.

– Может, объяснишь?

– Позже… Занят, – отрезал Демид и, захватив мою сумку, вышел из комнаты.

Выждав несколько минут, поднялась с кровати и, собрав оставшиеся вещи, огляделась в нерешительности. Даже тапочки не оставил. Хотя на полу лежал роскошный ковёр, приятно щекочущий пушистым ворсом босые стопы.

Подойдя к окну, выглянула и, осмотрев большую территорию, оформленную как парк, нахмурилась. Видневшийся вдалеке забор показался слишком высоким, а ворота и вовсе с этой стороны дома не просматривались. Охранялась ли территория, понять было сложно, но решёток на окнах не было. Уже что-то…

Ещё раз оглядевшись, в нерешительности подошла к комоду, на котором стояла огромная плазма. Выдвинула верхний ящик и, охнув, отступила. Среди аккуратно сложенных мужских трусов и футболок лежал пистолет. В руки взять побоялась, а ящик задвинула даже слишком поспешно, провоцируя громкий стук. Боясь, что меня могли услышать, вернулась к кровати и, сев на краешек матраса, с опаской посмотрела на прикроватную тумбочку.

В надежде пристроить свои немногочисленные пожитки хотя бы сюда, осторожно приоткрыла дверцу, тут же судорожно выдохнув. Пистолет? Это были цветочки, по крайней мере, для меня. Россыпь упаковок презервативов, наручники и какие-то странные штучки и флакончики повергли в ещё больший шок, чем найденное до этого оружие.

Подскочив, в панике заметалась по комнате, где находиться больше не могла. Сунув вещи под покрывало, оставленное Демидом на кресле, подбежала к двери и дёрнула за ручку. Выдохнула с облегчением, поняв, что никто меня тут не запер. Выглянув в коридор, настороженно прислушалась, но никаких шагов или разговоров не услышала.

Почти по стеночке прошла до лестницы и, вытянув шею, осмотрела первый этаж. Не заметив никого в зоне видимости, медленно спустилась на первый этаж и, озираясь, прокралась к выходу. Не знаю, на что рассчитывала, но обнаружив на двери хитрый электронный замок, сникла.

– Чего застыла? – раздалось за спиной, и, вздрогнув, я обернулась.

– Я просто… – начала растерянно, с любопытством разглядывая высокую, стройную блондинку в коротком топике и джинсовых шортиках.

– Иди, помоги мне, – смерив меня не менее заинтересованным взглядом, фыркнула она и, развернувшись, удалилась в конец коридора, покачивая бёдрами.

Открыв рот, я нервно хмыкнула. Если почти вываливающаяся из декольте грудь, была хоть немного прикрыта, то обрезанные по типу стрингов шортики, почву для воображения абсолютно не оставляли. Своим внешним видом девушка напомнила танцовщицу, наподобие тех, что выступали в клубе у шеста.

Отмерев, пожала плечами и, пройдя вслед за девушкой, заглянула в просторную кухню.

– Я Ната, – представилась девушка и, кивнув на мойку, скомандовала: – Помой посуду.

– Я Вика, – отозвалась я и, нерешительно подойдя ближе, спросила, заметно нервничая: – А ты… давно ты здесь?

– А ты кто такая, чтобы мне подобные вопросы задавать? – вскинув одну бровь, спокойно проговорила она.

– Да, собственно, никто, – пожала я плечами, заворожённо наблюдая, как ловко она нарезает овощи.

– Ну-ну, – хмыкнула она и, пригвоздив меня недовольным взглядом, заворчала: – Таких «никто» здесь знаешь, сколько было?

– Нет. Сколько?

– Нисколько, – отложив нож, зашипела она и, опершись руками о столешницу кухонного островка, прищурилась, гневно требуя: – Ни разу… никого он… Так, может, объяснишь, какого хрена он тебя сюда притащил?

– А ты кто такая, чтобы мне подобные вопросы задавать? – копируя её тон, огрызнулась я.

– Я? – сдержанно улыбнувшись, Ната добавила в чашку с нарезанными овощами кусочки мягкого сыра и какой-то соус и, перемешивать салат, поделилась: – Он меня из притона спас. Я для него особенная, если ты не поняла. Так что наиграется и выбросит.

– Скорее бы, – откровенно ляпнула я.

– Так давай ускорим процесс? – намекнула она и, взяв в руки салатник, подняла над головой и со всей силы шарахнула об пол.

Стекло и овощи разлетелись в разные стороны, а Ната, нагнувшись, выбрала самый крупный осколок и под моим изумлённым взглядом чиркнула им у себя над грудью. Зашипев, зажмурилась и отбросила окровавленный кусок стекла к моим ногам. Сев прямо на пол, зажала порез рукой и истошно закричала.


## МЕЖДУ НАМИ

Демид

Из спальни практически сбегаю. Я в тупике… Не могу найти правильный путь для начала наших взаимоотношений. Но и отпустить теперь тоже не могу. Впервые растерян, отчего злюсь ещё больше.

Зайдя в кабинет, швыряю сумку с Викиными вещами в дальний угол, а документы прячу в верхний ящик стола. Вальяжно развалившийся в кресле Макс за моими действиями наблюдает молча. Не провоцирует… Знает гадёныш, что могу сорваться. А сорваться хочется, как никогда.

– Яр звонил? – напоминает, будто намеренно отвлекая меня от гнетущих мыслей.

– Да, – отзываюсь сквозь зубы и, запрокинув голову, рычу: – Блядь, никогда бы не подумал, что у нас с ним дойдёт до открытой войны.

– Напомни, в какой момент ваша дружба переросла во вражду? – спрашивает Макс и, подавшись вперёд, смотрит исподлобья.

– Дружба? – хохотнув в голос, качаю головой.

– А разве нет? – удивляется он.

– Постоянные стычки, противостояние и…

– Так на хрен ты с ним общее дело мутил? – не выдержав, выпаливает удивлённо.

– Мы были почти братьями, – оскаливаюсь и, хмыкнув, поясняю: – А это больше чем дружба.

– Были? – Макс вздёргивает одну бровь и, взъерошив волосы, усмехается: – Хорошо, перефразирую вопрос. С какого перепугу вы письками мериться насмерть решили?

– Не поверишь, но я сам не понял.

– И кто из вас лидирует в гонке «наеби брата»? – без тени улыбки интересуется он.

– На сегодняшний момент я, – развожу руками и, заржав, делюсь: – Прошлой ночью вот поджог его любимую тачку.

– Чё ты пиздишь, – огрызается Макс. – Всю ночь вместе были, а утром… Не мог же ты до приезда к Вике?.. Или мог?

– Судя по грамотно организованной подставе мог, – нахмурившись, сажусь за стол и открыв крышку ноутбука, поспешно запускаю приложение с программой, записывающей видео с камер, установленных в моём доме.

– Не понял?.. – отвисает друг и, скривившись, резюмирует: – То есть некий гондон поставил себе цель вас схлестнуть, а по факту просто хочет убрать с дороги обоих?

– Получается, что так, – рычу я и, пожав плечами, вздыхаю: – А может и нет.

– Ты думаешь, что он не…

– Мне кажется, его причастность к проблемам клуба тоже подстава, – делюсь осторожно.

– А возможно, и наоборот, – подумав, качает он головой. – Яр мог узнать, что ты копаешь под распространителей и решил выкатить ответную предъяву. Сжёг машину и… Просто опередил тебя.

– Бля-я-ядь, не верю, – рокочу я и, откинувшись на спинку кресла, прикрываю глаза рукой. – Слишком всё легко и просто, понимаешь?

– Вагон проблем из-за наркоты и краж ты считаешь легкотнёй? – расхохотался Макс.

– Нас явно сталкивают лбами, причём давно, – вполголоса выталкиваю я, исподтишка наблюдая за покинувшей спальню Викой.

То, что из дома она выйти не сможет, даже не сомневаюсь. Кроме меня, код замка никто не знает. Потыкается и сдастся. Пусть по дому лучше погуляет, осмотрится, успокоится, подумает, а потом уж и поговорим и я…

Вот чёрт! Про Наташку совсем забыл. Выперлась зараза, ещё и в таком прикиде. Сколько ни говори, – бесполезно. Старые привычки и замашки из этой бляди хрен вытравишь. Чую, скоро напросится на показательную порку.

Слушая скорее фоном монотонные рассуждения Макса, невольно напрягаюсь. Похоже, зря. Хотя зная Натаху, не уверен, что она не выкинет что-нибудь в своей манере.

– Однозначно вам надо встретиться, всё обсудить и объединить свои силы, – вклинивается в мои мысли голос Макса. – Предложи встретиться, и чем быстрее, тем лучше.

– Ага… уже, – рассеянно отзываюсь, наблюдая, как Вика осторожно заходит в кухню.

– Ну и? Когда? – продолжает напирать друг.

– Вчера… – бурчу отстранённо.

– Чего-о-о? – тянет он и, хохотнув, подкалывает: – Ты там завис, что ли? Порнуху смотришь?

– Лучше, – ворчу и, сдвинув брови на переносице, впиваюсь взглядом в Наташу, ловко орудующую ножом.

Непонятно для кого она такую бадью салата настрогала. Говорил же, чтоб утром мне траву не готовила. Скорей бы уже у поварихи отпуск закончился, с той мы быстро договорились о моих предпочтениях. А эта… Заебался жрать только полезное и невкусное.

– Хм-м, – подойдя ближе, настороженно хмыкает Макс и, ткнув пальцем в сторону ноута, намекает: – Не боишься их наедине оставлять? Я не предсказатель, но… Блядь, ты чё слепой?

– В смысле? – вздёрнув брови, перевожу взгляд на друга.

– Эта хлюхандра на тебя планы имеет.

– Не моя забота, если она помощь за что-то большее приняла, – ворчу, пожав плечами. – Между нами никогда ничего не будет. И не было, если ты не в курсе.

– А ей когда объяснишь? – Макс внезапно подаётся вперёд и, округлив глаза, разражается матом: – Всё, пизда твоему ангелочку!

Дёрнувшись к монитору, я аж опешил. Ната на глазах изумлённой Вики расхлестала полную чашку салата об пол и сейчас как раз подбирала один из осколков. Макс, чертыхнувшись, рванул к двери, а я нервно усмехнулся. Наташка, полоснув себя осколком, отбросила его в сторону Вики и, хлопнувшись жопой на пол, заверещала.

До кухни я добежал чуть ли не вперёд Макса и, рвано дыша, грозно уставился на картину апокалипсиса. Вика, попятившись, упёрлась спиной в холодильник и, округлив глаза, громко сглотнула.

– Что тут происходит?! – пророкотал так, что обе девушки вздрогнули.

– Она… – всхлипнув, Наташа ткнула окровавленным пальцем в сторону Вики и, заходясь в рыданиях, провыла: – Она мне угрожала, убить пыталась. Вот, – отняв руку от груди, продемонстрировала глубокую царапину и, театрально ахнув, зажмурилась.

– За что? – прорычал, посмотрев в упор на Вику, а та лишь закусила губу и помотала головой, бледнея на глазах.

– Она сказала… – заикаясь, проскулила Ната и, судорожно всхлипнув, выпалила: – Сказала, что я здесь никто, и она меня выгонит. Что одеваюсь, как шлюха и…

Макс хохотнул, а я, остановив его взглядом, подошёл к кухонному островку. Осмотревшись, нашёл полотенце и, присев на корточки перед раненой страдалицей, протянул скомканную тряпку. Выдержав гнетущую паузу, поддел её подбородок пальцами и, вынудив поднять голову и посмотреть в глаза, нахмурился. Вытер пальцем дорожку слёз, а Наташа, видимо, сделав свои выводы, робко улыбнулась.

– Ну, в некоторых моментах она права, – пожал я плечами и, игнорируя шокированный взгляд Наташки, поднялся.

Оглядел разгром и, посмотрев на Вику, протянул ей руку. Она помотала головой и, выдержав мой хмурый взгляд, гордо задрала нос, но не подошла.

– Наташа, – не оборачиваясь, позвал я вкрадчиво. – Прибери тут и приведи себя в порядок. А потом… Подай нам с Викой завтрак в гостиную. Макс поможет, если что…

Макс хрюкнул, едва сдерживая смех. Наблюдая за шокированной Викой, лица Наты я не видел, но её возмущённое сопение подтвердило, что урок усвоен. Надолго ли?..


## БУДЕТ АД

Вика

Демид решительно приблизился ко мне и, взяв за руку, настойчиво потянул из кухни. Я всё ещё пребывала в шоке от выходки Наты, но, кажется начала понимать, с чем связано такое поведение. Она, сделав явно неверные выводы, увидела во мне соперницу. Несмотря на её агрессию, для меня это было удачей. Всего лишь нужно остаться наедине и поговорить откровенно, ну, если она меня не прирежет. Тогда она поможет мне сама…

В гостиной Демид подтолкнул меня к дивану и, устроившись рядом, подтянул небольшой журнальный столик ближе.

– Испугалась? – поинтересовался он, не сводя с меня внимательного взгляда.

– Я… хм-м, не знаю, – пожала плечами и, оглянувшись в сторону кухни, фыркнула: – А должна?

– Тебе здесь ничего не угрожает, – попытался успокоить Демид, а я невольно закатила глаза, вызвав его смешок и последующий вопрос: – Что? Не веришь?

– Ничего, кроме ревнивой девицы, – намеренно беззаботно подколола я и, обняв себя руками за плечи, буркнула: – Ну и тебя, конечно.

– Ревнуешь? – проурчал он и, придвинувшись ближе, приобнял за плечи. – Не стоит.

– Зачем? – огрызнулась и, пытаясь выкрутиться, проворчала: – Ревнуют любимых, а у нас ничего нет. Да и «нас» нет. И между нами ничего не будет.

– Будет, – посерьёзнев, спокойно пообещал он.

– Если только силой, – прошипела с вызовом. – Но тебе ведь не привыкать, да?

– Посмотрим, – уклончиво пробормотал Демид, не сводя потемневших глаз с моих губ. – Только от тебя зависит, что будет между нами и…

– Между нами будет ад, – перебив, предупредила я и, покачав головой, хмыкнула: – Покорной овечкой быть точно не собираюсь. На что ты рассчитываешь после всего, что?..

– Вика, не нарывайся, – предупредил он и, вскинув взгляд, проследил за прошедшей в гостиную Наташей.

Зайдя под конвоем Макса, она внесла уставленный всякой всячиной поднос и, потупив взгляд, начала расставлять на столике блюдца, тарелки и мисочки. На месте пореза теперь белел пластырь, а одна рука была забинтована, но девушка молчала, старательно игнорируя наши взгляды.

– Я помогу, – попыталась встать, но рука Демида переместилась ниже и, сжавшись на талии, удержала на месте.

– Сиди, – коротко скомандовал он и, повернувшись к расположившемуся в одном из кресел Максу, уточнил: – Узнавал по поводу работы в клубе? Есть подходящая вакансия для Наташи?

Девушка вздрогнула и, вскинув на него жалобный взгляд, закусила губу. Макс, заметив её реакцию, усмехнулся и, немного подумав, изрёк:

– Да, сейчас как раз недобор. Танцовщица, официантка, работница на кухню, – пусть выбирает, а я сегодня же договорюсь.

– Не надо, – пискнула Ната и, скользнув по мне многозначительным взглядом, попросила: – Демид Леонидович, не выгоняйте. Я всё поняла и больше такого не…

– Надеюсь, – кивнул Демид и тут же сменил тему, обращаясь уже ко мне: – Вика, ешь.

– Не хочу, – буркнула я.

Демид стиснул челюсти и, вздохнув, взял со стола тарелку. Положил на неё кусок омлета, несколько ломтиков сыра и бутерброд с кусочками красной рыбы. Мне на колени легла тканевая салфетка, а поверх неё наполненная едой тарелка. Сунув в руку вилку, Демид пришпилил меня предупреждающим взглядом и приподнял одну бровь, намекая, что уговаривать не собирается.

Выводить его из себя и проверять, как именно он может меня накормить, резко расхотелось. Поджав губы, ковырнула парующий омлет и, встретившись взглядом с ухмыляющимся Максом, сунула еду в рот. Для остальных это стало безмолвной командой. Мужчины принялись уплетать угощение, без лишних церемоний цепляя приглянувшиеся куски прямо с общего блюда.

Ната скользнула взглядом по нашей троице и, взяв себе бутерброд, скромно устроилась прямо на полу, подложив под почти голую попу диванную подушку. Демид нахмурился, но ничего ей не сказал.

Либо я была слишком голодной, либо нехитрая еда действительно оказалась очень вкусной, но со своей порцией я справилась довольно быстро. Под одобрительный взгляд Демида взяла ещё один бутерброд и, налив из прозрачного чайника кофе, добавила сливки и пару кубиков сахара.

Поколебавшись, налила кофе Максу и Демиду, причём именно в этом порядке. Макс усмехнулся и, вытерев руки салфеткой, с благодарностью принял чашку, а Демид, засопев, взял свою порцию кофе сам. Ната, помотав головой, налила себе зелёный чай.

Кроме коротких фраз, которыми перебрасывались мужчины, за столом соблюдалась полная тишина. Ната украдкой разглядывала меня и, ловя моё ответное внимание, хмурилась, поджимала губы и, вздёрнув нос, отворачивалась.

Я почти допила свой кофе, когда на телефон Демида поступил сигнал о входящем СМС. Отставив чашку, он вытер руки и, открыв сообщение, нахмурился.

– Паук приехал. Иди, встречай, – переглянувшись с Максом, коротко распорядился он, а Ната, поперхнувшись чаем, закашлялась.

– За-зачем? – заговорив впервые за время завтрака, проикала она.

– Не бойся, не по твою пизду, – хохотнув, успокоил её Макс и, поймав гневный взгляд Демида, поправил: – Пардоньте, не по вашу душу, мадам Натали.

– Что за паук? – сжав салфетку, напряглась я.

– Скоро узнаешь, – снисходительно фыркнула Ната, но глянув на Демида, осеклась и, покраснев, начала поспешно убирать со стола.

– Что происходит? – впившись растерянным взглядом в непроницаемое лицо Демида, пролепетала я.

– Пойдём, – протянув руку, позвал он, а я, вскочив с дивана, отошла за спинку, косясь на входную дверь, у которой застыл Макс.

– Открой свой бункер, – позвал Макс, а Демид, чертыхнувшись, резко встал и направился к нему.

– Паук? Кто это? – переведя взгляд на суетящуюся у стола Нату, прошептала я.

– Удачи птичка, – поиграв бровями, хихикнула девушка и, водрузив на поднос последнюю тарелку, подмигнула: – Она тебе точно понадобится.

Заметив вошедшего в холл мужчину, я попятилась, судорожно оглядываясь в поиске укрытия. Но Демид меня опередил… Видимо, заметив мою растерянность и панику, быстро подошёл и, взяв за руку, потянул к лестнице.

– Куда? Не пойду, – упираясь, запротестовала я, а заметив, с каким интересом смотрит на меня необычный гость, начала вырываться ещё усиленней.

– Вика, успокойся, – рявкнул Демид и, кивнув на мужчину, пояснил: – Это доктор. Он просто тебя осмотрит и всё.

– Не хочу, не надо, – затараторила я, но он сгрёб меня на руки и понёс наверх.

– Хватит истерить, – прорычал, занося в спальню и, свалив на кровать, скомандовал: – Раздевайся и не капризничай. Надо осмотреть, насколько сильно я тебя…

– Какая забота! Я не просила! – взвизгнула я, пытаясь отползти, но кто бы меня услышал.

Опершись коленом в матрас, Демид настиг меня в две секунды. Распластал, фиксируя руки над головой и, зажав запястья одной рукой, второй начал стаскивать с меня спортивные брючки.

– Будешь брыкаться, свяжу, – предупредил, глядя в глаза.

– Не смей! – заорала, выгибаясь дугой, и он отпустил, но только чтобы…

Шагнув к прикроватной тумбе, вытащил наручники и, вернувшись, повалил меня снова, подтягивая выше. На запястьях щёлкнули наручники, фиксируя руки в завитушках кованного изголовья. Насупившись, он молча избавил меня от брюк и трусиков и, силой разведя мои ноги в стороны, прорычал:

– Дашь себя осмотреть или подержать?

– Ненавижу, – всхлипывая, выпалила я.

– Значит, подержу, – констатировал он.

Пройдя к двери, выглянул и что-то сказал, приглашая ожидающего в коридоре гостя войти.


## КТО ЖЕ

Вика

Выбрав меньшее из двух зол, на осмотр я всё-таки согласилась. Но!.. Демид даже не подумал освободить мои руки и покинуть комнату. Сидя рядом со мной, ревностно следил за действиями странного доктора, задавая вопросы, которые не просто вгоняли в краску, а просто прошибали дно моего смущения.

Скуля и морщась от неприятных ощущений, я отвернулась, но моё состояние, похоже, волновало присутствующих в последнюю очередь. Закончив осмотр, доктор, которого Демид называл пауком, прикрыл меня простыней и, стянув перчатки, повернулся к чемоданчику, стоящему на прикроватной тумбе.

– Член бы оторвать тому, кто так неаккуратно девочку вскрыл, – проворчал он, убирая инструменты.

– Твоего мнения я не спрашивал, – сдержанно отозвался Демид и, встав, скрестил руки на груди, буркнув: – Ну? Всё так плохо?

– Ты, что ли, так грубо порвал? – вздёрнув бровь, удивился паук.

– Я не об этом спросил! – рявкнул Демид.

– Не кипятись, – отмахнулся доктор и, вытащив из недр чемодана шприц и какую-то ампулу, поинтересовался: – Противозачаточное ставим?

– Да, – кивнул Демид и, поморщившись, напомнил: – Ну так что?

– Заживёт, но недельку советую не пихать в неё ничего кроме языка и пальцев.

– Без тебя разберусь, – огрызнулся Демид.

– И то, если пальцы смажешь вот этим, – выложив на тумбочку тюбик, невозмутимо продолжил мужчина. – Обезболит и трещинки быстрей заживут. Обрабатывать дважды в день.

– Разберусь, – едва слышно прорычал Демид.

– Смазливая мордаха и глаза необычные, – со знанием дела хмыкнул доктор и, пройдясь по мне заинтересованным взглядом, уточнил: – Зачем сам вскрыл? Почему на аукцион её не отправил? Там бы за неё хорошую цену дали и…

– Заткнись! – пророкотал Демид и, сжав кулаки, шагнул к доктору, добавив с явным намёком: – Тебя твоя работа устраивать перестала? Я ведь не посмотрю на все твои заслуги.

– Твоя, значит, – протирая руки каким-то раствором, констатировал мужчина и, нахмурившись, отвернулся, невозмутимо посоветовав: – Осторожней, не сломай. Девочка явно в раздрае.

– Тебе пора, – сопя, проворчал Демид. – Макс проводит.

– Инъекцию поставлю и пойду, – спокойно сообщил доктор и, подойдя ко мне, присел на край кровати, тут же предупреждая: – Через три месяца нужно будет обновить.

– Понял, – уже спокойней ответил хозяин дома.

Дождавшись, когда мне сделают укол, Демид направился к выходу и открыл дверь, безмолвно намекая доктору, что тому пора уходить. Проводив странного гостя взглядом, вернулся к кровати и, сев рядом, взял в руки тюбик с рекомендованной мазью.

– Я сама, – дёрнув всё ещё скованными руками, предупредила я.

Будто не услышав, Демид отбросил в сторону простыню и, вклинив локоть между моих стиснутых коленей, коснулся пальцами промежности. Погладил лобок и, склонившись, поцеловал меня в бедро.

– Прости, – прохрипел тихо и, пользуясь моей растерянностью, скользнул пальцами ниже, почти касаясь входа в лоно.

Его извинения действительно не вязались с тем, как он обращался со мной раньше. Осторожно поглаживая промежность, Демид не отводил внимательного взгляда от моего лица, жадно отслеживая реакции и не позволяя разорвать зрительный контакт.

– Не надо, – пролепетала, стараясь игнорировать прилив жара к половым губам.

– Я просто полечу, – продолжая гипнотизировать взглядом, тихо пообещал он и, выдавив на пальцы немного мази, снова коснулся промежности, возобновляя поглаживания повлажневших складок.

Скользнул к входу в лоно и, введя один палец, начал массировать саднящие стенки влагалища. Закусив губу, зажмурилась, тщетно пытаясь контролировать сбившееся дыхание.

– Здесь болит? – вкрадчиво спросил Демид и, введя палец ещё глубже, загнул его, давя на переднюю стенку изнутри.

– Не-е-ет, – отвернувшись, отозвалась я, тщетно пытаясь свести ноги.

– Может быть, тут? – продолжил он допрос, придавливая большим пальцем чувствительную горошину клитора.

– Прекрати, – прошипела, начиная понимать, чем именно он занимается.

– Я должен убедиться, что обработал все болезненные точки, – проурчал он и, вытащив палец, ввёл внутрь уже два, продолжая медленный массаж внутри лона и вокруг клитора.

– Ненавижу, – проскулила, против воли раскрывая бёдра ещё шире.

– Повторяешься, – усмехнувшись, ласково проворковал Демид.

Ответить я уже не смогла. До последнего боролась с подступающим оргазмом, но мой мучитель ласкал слишком ловко и умело, находя самые чувствительные точки и улавливая реакции моего тела. Сдавшись, задрожала всем телом и, приоткрыв рот, протяжно застонала. Демид поймал эту волну, продлевая накрывшие меня с головой спазмы лёгким поглаживанием.

Начиная возвращаться в реальность, отвернулась, тяжело дыша и не решаясь даже открыть глаза. Внутреннюю часть бёдра погладили влажные от моей смазки пальцы, а горячие губы проложили дорожку поцелуев по ноге от колена к лобку. Уткнувшись мне в живот, Демид шумно втянул носом воздух и, лизнув выемку пупка, удовлетворённо заурчал.

Замерла, боясь продолжения, но… Через пару минут, прикрыв меня простыней, он наконец-то встал и, освободив мои руки, сообщил:

– У меня важная встреча, вернусь вечером.

– Скучать не буду, – пробурчала и, откатившись на безопасное расстояние, села, разминая натёртые наручниками запястья.

Демид не ответил, лишь усмехнулся и, продолжая пожирать меня взглядом, сменил футболку, демонстративно поигрывая мускулами. Прихватил из гардеробной объёмную спортивную сумку и, достав свой мобильник, набрал кому-то, тут же быстро покидая комнату.

Выждав несколько минут, я оделась и решительно пошла к двери. Мне были нужны ответы, и та, кто мог мне их дать, находилась в этом доме.

Нату я нашла на кухне. Сидя на высоком барном стуле, она отрезала кусочки яблока и, пихая в рот, с аппетитом ела. Даже слюнки потекли. Подойдя ближе, я тоже взяла с большого блюда одно из яблок и, сев напротив девушки, посмотрела в упор.

– Чего надо? – раздражённо буркнула она.

– Твоей помощи, – спокойно отозвалась я и, откусив яблоко, перечислила: – Для начала правду. Кто это Демид? Что за паук? О каких аукционах они упоминали?

– Для начала? – с издёвкой хохотнула Ната. – А потом что попросишь?

– Потом?.. Помоги сбежать, – попросила я и, склонив голову набок, впилась взглядом в шокированное лицо девушки.

– Правду, значит, хочешь? – отмерев, уточнила она и, подёрнув плечами, отложила недоеденный фрукт, таинственно проурчав: – Ну слушай, птичка…


## В ЭТОМ ВИНОВАТ?

Демид

Выхожу на мат, прижимаю руки в боксёрских перчатках к груди и, встав в стойку, наблюдаю за Яром. Он лениво, но тщательно заматывает руки эластичными бинтами, изредка косясь на меня исподлобья. Ну да, на его кулачищи не каждая перчатка сядет.

Тот, кого я считал братом, сейчас кажется совсем чужим. Угрюмый, грозный, заросший, а ведь мы не виделись всего каких-то пару месяцев. И когда успел так мясом обрасти?

– Почему я должен тебе верить? – нарушает тишину глубоким низким голосом и, закрепив край бинта, напоминает: – Ты же знал, как я дорожу этой тачкой. Отцовский подарок, о котором ты не смел и мечтать.

– И не мечтал, – подтверждаю спокойно и, продолжая пританцовывать полукругом, усмехаюсь: – Вообще ровно, на чём ездить. Да и твой отец мне дал кое-что поценнее тачки.

– Ключевая фраза «мой отец», – глухо рычит Яр и, сделав выпад, пытается отвлечь хитрым манёвром, чтобы тут же достать прямым ударом.

Гибкость на моей стороне. Ловко отклоняюсь, чуть сгибаю ноги в коленях и, поднырнув ему под бок, бью по рёбрам. Яр невольно хакает, вытолкнув весь воздух из лёгких, но тут же берёт себя в руки. Хмурится, собирая дорожки параллельных складок на лбу и, оскалившись, наступает несколькими прямыми в голову. Выдаёт череду контрударов, пытаясь оттеснить к краю мата. Ставлю блок, словив лишь лёгкую отдачу, но в голове гудит, а в глазах темнеет. Отскакиваю назад и, маневрируя вокруг него, трясу головой, давая себе короткую передышку.

– Слабак, – хмыкнув, сплёвывает Яр и, покосившись на замершего в сторонке Макса, дразнит: – Твой преданный пёс, наверное, порасторопней будет.

– Макс не пёс, а друг, – поправляю, сохраняя спокойствие и, сделав попытку пробить защиту этой глыбы мышц, хриплю: – Он был со мной всю ночь и утром, когда твою тачку мариновали и жгли.

– И я должен верить твоей шестёрке? – рычит Яр, яростно отражая мои удары.

– Есть ещё два свидетеля, – сообщаю почти спокойно, стараясь не нагружать дыхалку.

– Не пизди, мне сказали, что из клуба ты уехал сразу после ночной смены, – огрызается он и, отпрыгнув, танцует вокруг, стараясь подобраться с левой стороны.

– Верно, – подтверждаю, тут же добавив: – Девчонку выслеживал, а потом забрал её домой.

– Чего-о-о? – лицо Яра вытягивается, а глаза округляются, выдавая его удивление.

Пользуясь его растерянностью, подскакиваю и пробиваю апперкотом в подбородок. Он резко выдыхает, качается назад, но, шагнув в сторону пьяным зигзагом, кидается ко мне и валит на пол. Бокс превращается в борьбу. Яр седлает и, сдавив горло огромной лапищей, рычит, оскалившись мне в лицо.

– Чё ты меня лечишь? – выплёвывает со злостью. – Какая на хуй девчонка?

– Та, кого подставили, подкинув наркоту, – хриплю и, ударив его в голову, предъявляю: – Не знал о такой? Уж не по твоему ли приказу?

– Да ты охуел мне такие предъявы выкатывать?! – озверев, ревёт Яр, но пропустив очередной удар, валится набок.

– А ты? – повернувшись, впечатываю локоть ему под рёбра.

Заворчав, к нам направляются парни Яра, а следом, почуяв неладное, подскакивает Макс и Илья.

– Стоять! – рокочем в унисон и, переглянувшись, усмехаемся.

– Ну, допустим, я поверил, – лёжа на спине, хрипит Яр и, тяжело дыша, хмыкает: – А это значит…

– Что нас пытаются схлестнуть, – завершаю его фразу и, приподнявшись, морщусь, прижимая руку к гудящей грудине.

– Какие предположения? – помолчав, интересуется Яр.

– Да хуй знает, кому мы дорожку перебежали, причём оба сразу, – выдаю раздражённо и, сняв перчатки, откидываю в сторону, тут же отзеркалив вопрос: – А ты что думаешь?

– Наоборот, разброс подозреваемых огромен, – приподнявшись на локтях, Яр сдувает непослушную чёлку и, нахмурившись, перечисляет: – Ночной клуб, пара спортивных, элитный бордель, автосалон, ресторан, да мало ли…

– Чей-то кусок мы всё же задели, раз пошла такая волна говна, – рассуждаю, качая головой.

– И как выяснять будем? – глянув исподлобья, садится по-турецки и, скривившись, трёт бок, предположив в своей манере: – Подставы с наркотой, машина, а дальше что? Шмальнут по-очереди в башку и адьёс амигос.

– Есть идея, – выдвигаю вполголоса и, оглядев присутствующих в зале ребят, добавляю: – Наедине…

– Даже Максу не доверяешь? – криво усмехается Яр.

– Даже тебе не доверяю, – замечаю, лениво наблюдая за его реакцией и, пожав плечами, поясняю: – Не пора ли объединить усилия? Как считаешь?

– Идём, – после недолгих размышлений бросает Яр и, подав знак своим ребятам, направляется в сторону административных помещений.

Минует свой кабинет и, зайдя в одну из душевых, закрывает дверь изнутри и врубает воду сразу в нескольких кабинках. Повернувшись ко мне, начинает разматывать бинты. Поглядывая по сторонам, ждёт, когда помещение заполнится паром от слишком горячей воды. И только после того, как вокруг нас повисает туман, шагает вплотную. Я не отшатываюсь, зная, к чему всё это.

– Говори, – шепчет едва слышно.

– На живца, – отзываюсь также тихо.

– Место? Повод?

– Бой…

– Одобряю, – кивает коротко и, стянув спортивные шорты, шагает под струи ближайшего душа.

Перенастраивает воду на ледяную и, взревев от контраста, фыркает и отплёвывается. Гарантий, что нас услышат, нет, как и не факт, что не прослушивают. Играем на опережение, с запасом, как говорится. Скинув форму, занимаю соседнюю кабинку и, выждав несколько минут, намеренно громко подначиваю:

– Не доверяешь?

– Давно, – раздаётся хриплый голос Яра.

– Давай как раньше. Вызываю на бой.

– Принято, – урчит и, помолчав, уточняет: – Кого выставишь.

– Макса, – отвечаю, не раздумывая.

– Пойдёт? За меня выйдет биться Волчара, – тянет предупреждающе.

– Куда он денется, – хохотнув, сплёвываю попавшую в рот воду и, вырубив душ, добавляю: – Засиделся он, вечно в драки лезет. А для дела сам вызовется.

– Вот и лады.


## В КЛЕТКЕ БЕСПОКОЙНЫЙ СОН

Вика

Вывалив на меня ответы на все мои вопросы и добавив сверху ещё кучу шокирующих деталей, Ната гордо удалилась в свою комнату. А меня накрыл шок и паника. Изначально, несмотря на всё случившееся, к Демиду меня тянуло, а сейчас я его просто боялась.

Развеялись остатки призрачных надежд, что я могу быть ему интересна не только как временное развлечение. И теперь я начала понимать, что своими действиями и словами всё это время злила опасного хищника. Своим побегом и последующим противостоянием я просто активировала его инстинкты охотника. Всё равно что сказать «фас» разъярённому голодному псу.

Интерес Демида был вполне однозначен, а времени избежать реализации его планов оставалось ничтожно мало. Разум подсказывал, что, если я подчинюсь, рано или поздно он насытится и охладеет. Но!.. С одной стороны, я боялась привыкнуть или даже влюбиться в этого жестокого и беспринципного монстра. А с другой стороны?.. Где шанс, что, наигравшись, он не отправит меня туда, куда так уверенно предполагала Ната.

Она там уже побывала, пусть изначально и по своей воле, но… Её рассказ об аукционах, проводимых для богатых мужчин, я слушала с распахнутым от шока ртом. В голове не укладывалось, что такое вообще возможно. Стать послушным лотом, который потом всю ночь будут… Бр-р-р… Лучше сдохнуть, чем оказаться на месте этих девушек. А кто меня спросит, если Демид решит отправить меня в этот самый элитный клуб.

Блуждая по коридорам и комнатам особняка, я судорожно пыталась найти выход. Самым очевидным решением виделся побег, но для этого мне требовалась помощь Наты, которой я ни на грамм не доверяла.

Другой, более рискованный и не дающий никаких гарантий на успех ход, – это… как ни странно, влюбить Демида в себя. Но опять же, если я влюблюсь, ничего хорошего из этого не выйдет, по крайней мере, для меня. А если влюбится он, то… Мне отсюда никогда не выбраться. Но, усыпив его бдительность, я выгадаю время и найду способ сбежать и уехать подальше.

К вечеру голова от противоречивых размышлений уже напоминала раздувшийся шар. Демид всё ещё не вернулся, хотя время давно перевалило за полночь. Меня не волновало, где он пропадает, даже наоборот. После разговора с Натой я всё ещё не знала, как себя вести. Устав бороться с усталостью, я поднялась в спальню. Переодевшись в пижаму с шортиками, я залезла под одеяло и, свернувшись калачиком, погрузилась в беспокойный сон.

Проснулась почти под утро из-за того, что сильные руки настойчиво подтягивали меня выше, удобно устраивая на горячем торсе. Завозившись, попыталась отстраниться, но тиски стали жёстче, а между ног протиснулось колено, вынуждая раздвинуть ноги и упереться коленями в матрас по обе стороны от мужских бёдер.

– Спи, – прошептал Демид, оплетая меня руками и притискивая так, что расстояния между нами совсем не осталось.

Боясь его спровоцировать, замерла, слушая мерное дыхание. Надеялась, что Демид быстро уснёт, ведь, судя по всему, вернулся он только что. От кожи чувствовался аромат геля, смешанный с его собственным мужским запахом, против воли будоражащим мои рецепторы.