# Когнитивный диссонанс. Продолжение

Владимир Шилов

Незабываемые впечатления от пребывания в хирургическом отделении больницы вдохновили автора на продолжение литературной деятельности. В сборнике показано, что когнитивный диссонанс является неотъемлемой составляющей человеческой природы. Это прежде всего противоречие между жизнью и неизбежностью смерти.На обложке представлен когнитивный диссонанс глазами неизвестного художника. Иллюстрации взяты с сайта бесплатных изображений для коммерческого использования Pixabay. Для лиц старше 18 лет.

© Владимир Шилов, 2023

ISBN 978-5-0060-6073-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


## Предисловие

В понятие человек входят физическое тело и духовная составляющая. С одной стороны человек, как и животные, обладает инстинктами, но с другой – отличается наличием сознания, разума, свободной воли. Человек социальное существо и развивается только в социуме. Основу духовной составляющей индивидуума представляет душа, которая ощущается человеком как совесть и помогает ему отличать плохие поступки.

Уже в самом определении человека можно разглядеть заложенные в нём внутренние противоречия между инстинктами и сознательным поведением, между индивидуальными запросами и требованиями социума. Кроме того, субъективное восприятие действительности формирует у каждого человека своё представление о мире, в котором он живёт. Рано или поздно наступает некий диссонанс между объективной реальностью и сформированным мировоззрением. Таким образом когнитивный диссонанс становится неотъемлемой составляющей жизни человека.

Перечисленные в оглавлении темы представляют, прежде всего, направления для размышлений и дискуссий.


## Наедине с болью

Мы не умеем наслаждаться жизнью, когда боль отсутствует. И понимаем это, когда что-то болит.

В первых числах июня случился семейный праздник и было приготовлено много еды. Гости ушли, а еда осталась. Нагрузка на мой пищеварительный тракт возросла. Он не справился с большим количеством пищи. Это привело к её застою в кишечнике и отсутствию стула. Затем последовало отравление продуктами распада пищи, головокружение и сильная постоянная боль в правом боку. За грех чревоугодия наступило соответствующее воздаяние. Домашние средства не помогали. На неотложке пришлось эвакуироваться в больницу.

Меня доставили в приемный покой. Там в порядке очереди, не  спеша начали оформлять мою медицинскую карту. С этого момента началось искупление моего греха. На фоне непрекращающейся сильной боли я сдавал анализы, проходил опросы. В завершении меня направили на УЗИ и рентген живота. В очередях я просидел несколько часов. Несмотря на белую ночь, начало темнеть. Медсестра проводила меня до палаты в хирургическом отделении, занимающимся проблемами желудочно-кишечного тракта. Я занял свободную койку. Боль довела меня до отупения, хотелось скорее лечь и расслабиться. Но вошла медсестра дала выпить жидкость, по цвету похожую на молоко, и сказала, что уже скоро, в час ночи пойдём на рентген. Когда пришли на рентген, то захватили конец дневной очереди в виде сухонькой старушки. [1]

Следующий рентген предстояло делать в семь часов утра. На этот раз очереди не было. Практически всю ночь я не спал. Боль как-то притупилась. Мозгу частично удалось её блокировать. Это была поблажка за предварительное наказание, которое я испытал. Утором пришёл дежурный врач, сказал: «Ничего не есть и не пить, никаких таблеток не принимать».

После 11 часов обход делал лечащий врач. Он разрешил пить, а в обед съесть жидкую кашу (меня поставили на нулевой уровень довольствия). Днём поставили капельницу, вечером был скромный ужин.

На следующий день во время обхода лечащий врач назвал мой диагноз и объявил начало лечения. Лечение состояло в постановке капельницы с тремя емкостями, включающими не менее двух литров жидкости. Я терпел до последних сил, но в конце концов пришлось сбежать – мочевой пузырь был переполнен.

Капельница

В итоге боль перестала беспокоить, выделение газов восстановилось.  Боль заменило чувство голода.

Через два дня питание перевели на первый и последний для меня уровень. Завтрак – каша, чай. Обед – суп, каша, компот. Ужин – каша, чай. После нескольких дней голодания пища казалась особенно вкусной. Вся палата съедала её за несколько секунд. На четвёртый день появился стул, но, к сожалению, не регулярный.

К концу шестого дня я понял, что нахожусь на пике выздоровления, пора домой и настоял на выписке. Иначе произошёл бы психический надрыв из-за постоянного недосыпания и неприятия больничного туалета.


## Восприятие произошедшего

Я понимал, что сам виноват в случившемся. Во-первых, захотел лёгкой жизни. Планировал закончить писательскую деятельность. Возгордился тем, что сформировал своё мировоззрение. Во-вторых, ослабил контроль над удовлетворением своих потребностей при приёме пищи. Поэтому все последующие испытания старался принимать со смирением.

Более того, я ожидал, что посланные мне испытания должны вернуть меня на путь истинный, уготовив мне неожиданные встречи и новые впечатления. Иными словами стал рассматривать пребывание в больнице, как творческую писательскую командировку.

Когнитивный диссонанс я испытал сразу при попадании в приёмный покой. Это профессионализм врачей и невыносимые бытовые условия пребывания пациентов.

Восхитило мужество людей, которым объявляют о необходимости операции для спасения жизни, и они, подумав минуту, без эмоций соглашаются. Затем они ждут операцию. Им разрезают живот и перекраивают кишечник, вставляют дренажные трубки. Они терпят смену калоприёмников и подгузников и все неудобства, связанные с этим.

Удивил героический повседневный будничный труд женщин-санитарок, меняющих подгузники и пастельное бельё у немощных стариков.

Человек быстро забывает о болезни, когда она проходит.  Закончился июнь. Я уже не вспоминаю о больничных  испытаниях. Как будто их и не было. Очень хочется  надеяться, но возраст не позволяет зарекаться, что в больницу попадать  больше не буду.

## Курилка

### В Публичной библиотеке

> Воспоминания юности

Это было в середине 60-х годов прошлого века. В библиотеку я зашёл чтобы познакомиться с монографией одного из преподавателей, который читал лекции в вузе. Это было моё первое посещение Публичной библиотеки. Ознакомившись с книгой, пошёл в туалет.

Двери «М» и «Ж» располагались рядом, напротив входа в просторную курилку. В курилке стоял стойкий запах мочи, кофе и сигарет. Когда проходил через неё, инстинктивно затаил дыхание. В курилке кучковались читатели по 2—3 человека и о чём-то беседовали. На обратном пути я подошёл к одиноко стоящей женщине в очках с умным взглядом и спросил:

– Как вы может здесь находиться?

Женщина затянулась сигаретой и ответила вопросом на вопрос, чтобы втянуть меня в обсуждение проблемы. Мне же хотелось скорее покинуть курилку, так как стал задыхаться.

Библиотеку я больше не посещал. Но много позже сожалел об этом. Возможно там бы нашёл собеседников для обсуждения волнующих меня проблем.

### В больнице №105

> Номер больницы выбран генератором                   случайных чисел

В больнице меня поселили в палату №1 напротив выхода на чёрную лестницу. Там собирались пациенты-курильщики хирургического отделения. Запах курева из-за сквозняков попадал в палату и вызывал раздражение у некурящих пациентов. Опыт показывает, что борьба с этим злом никогда к успеху не приводила.

Из курилки компания направлялась к койке почерневшего и высохшего от табака пациента и начинала разгадывать кроссворды из толстого журнала. Я наблюдал за ними издали и однажды подошёл ближе. Тусовщики были опытными кроссвордистами. Варианты слов живо обсуждали и старались аргументировать. Знания были поверхностные, но обширные. Меня привлекло то, что отечественную классическую литературу тусовщики знали достаточно хорошо. Я отгадал одно слово и внедрился в коллектив. Удалось выявить наиболее сведущего в русской литературе человека. Им оказался бывший пианист, сын родителей-гуманитариев. Он похвастался, что в своё время знал наизусть «Евгения Онегина». Это меня не удивило. В моё время я работал с человеком, знавшим наизусть «12 стульев» и прыгавшим с парашютом. Это по-видимому объяснялось его ростом, который был ниже среднего.

Я вспомнил о курилке в Публичной библиотеке, дождался удобного момента и решил задать волнующие меня вопросы: о Боге, о вселенной, о потусторонней жизни. Эти вопросы интересовали всех, но ответы никто не знал. Поэтому на все эти вопросы собеседники накладывали табу. Более того, некоторые даже боялись этих вопросов. Мой новый собеседник не стал исключением. Мы просто побеседовали о жизни.

Женщины обладают более гибким умом, но недостаточно глубоким. Я попытался поговорить о Боге с одной старушкой из женской половины отделения. Она ответила, что у неё есть внуки, а разбирается она в пирогах. Когда последний раз она покупала пироги с капустой в магазине, они ей не понравились. После этих разговоров мне ещё больше захотелось домой.


## Больничные впечатления

В течение двух или трёх дней свободное время я проводил, лёжа на больничной койке. Вскоре понял, что это может кончиться тем, что не смогу дойти до дома. Я начал прогуливаться по коридору, выходить на улицу, для разминки утром и вечером стал спускаться и подниматься по лестнице на пятый этаж.

В коридоре мне изредка встречалась женщина, которая смотрела на меня любопытными глазами. Я думал, что она сотрудник больницы. Старался не обращать на неё внимания.

Однажды, прогуливаясь по коридору, я увидел её, сидящей на скамейке. Меня как магнитом притянуло к ней и я подсел рядом. Оказалось, что она пришла к мужу и ждёт начало ужина, чтобы покормить его с ложечки. В шутливых тонах я рассказал свою историю. Мне удалось её рассмешить. Разговаривать с этой женщиной было легко, а находиться с ней рядом было на удивление комфортно. Затем мы разошлись по своим делам.

На следующий день вечером я направился к лестнице для тренировки. На выходе из холла, где располагались лифты, в больничный коридор увидел крестившуюся женщину. Я подходил ближе. Женщина подняла руку, чтобы перекреститься третий раз. В это время моя рука сама собой тоже поднялась, как будто и я хотел перекреститься. Мы узнали друг друга и рассмеялись.

Через день во время обхода во второй раз попросил выписать меня из больницы. Врач сказал, что это будет не раньше 16 часов. Однако, в 14 часов две девушки принесли справку о выписке и объявили, что я свободен. Я собрал свои вещи и направился к выходу. Уже на лестнице вспомнил, что не забрал вещи из тумбочки. Вернулся. Когда окончательно пошёл на выход, то у лифта столкнулся лицом к лицу с уже знакомой женщиной. Она предложила мне присесть. Я с радостью согласился. Меня интересовало – не является ли она экстрасенсом. Потому что при предыдущей встрече моя рука сама собой пыталась меня перекрестить. Оказалось, что она ещё в 90-е годы окончила соответствующие курсы. После этого, когда была на Кавказе, к ней обращались за помощью для нахождения водоносных мест при строительстве бань. Я спросил: где она живет. Надеялся, что в этом же районе, что и я. Тогда мы точно встретились бы ещё, не договариваясь. Но оказалось, что она живёт на другом конце города. Мы простились. Грустный пошёл домой, пытаясь понять: какое значение имела эта встреча для меня?

Исходя из того, что случайных встреч не бывает, продолжал искать причину произошедшего. Пришёл к следующему. Женщина обладает повышенной экстрасенсорной чувствительностью. Наблюдая за мной, она почувствовала, что мне не хватает внимания и общения. Ей же надо было скоротать время. Кроме этого я оказался для неё интересным объектом для изучения. Когда я к ней подсел, то она сразу обратила внимание на мою ладонь. Наши с ней ладони имели идентичные следы трудовой деятельности. Я поинтересовался использует ли она свой дар для помощи мужу и какой она видит мою душу. Она сказала, что сейчас уже этим не занимается.

Главный вывод от встречи – это то, что вокруг меня есть люди, которые мне очень близки и с которыми можно комфортно общаться. Долгое время я делил всех людей на дружественных мне и на враждебных. Затем сгладил границы. К большинству людей стал относиться равнодушно. К некоторым стал относиться с интересом, ставить себе в пример для подражания.

В палате, рядом на койке лежал очень мужественный человек. Полгода назад ему удалили раковую опухоль с частью прямой кишки. Остаток кишки вывели в переднюю часть тела. Для сбора кала надо было устанавливать и периодически менять специальный мешок. В больницу он лёг, чтобы установить кишку на прежнее место. Операция прошла успешно, но началась диарея. В результате пища практически не задерживалась в организме. Иногда он не успевал добежать до туалета. При всём при этом он умудрялся сохранять чувство собственного достоинства. Этот человек был моложе меня на 10 лет. [2]

У моей жены есть знакомая, у мужа которой был такой же диагноз. Он сознательно отказался от хирургического решения проблемы и умер. Что лучше? Выбор не простой.

# Примечания

1

Суспензия сульфата бария. Повышает контрастность изображения при рентгенологических исследованиях.

2

Так называемая стома.