Валерий Соловьев
Станция Тихо

Безбрежно

Я просыпаюсь в ракурсы

тёплых дождиков,

и годы мои превращаются

в мыслеформы.

Если наши с тобой жизни

почти прожиты,

значит, нет никого у меня

тебя

кроме.

Я просыпаюсь в стереометрию

старых строений,

облицованных каплями тёплыми

как и прежде.

Не зависимый ни от чьих настроений,

я давно потерялся

в глазах твоих

так

безбрежно.

Совсем никогда

Ночь отгремит как с утра

с блинами бабушка.

Солнце ложится полосками

на полу.

Если думаешь что-то забыто -

тебе кажется.

Шансы забыть что-то

равны нулю.

Я изучал твою мимику

как картограф,

делал пометки на всех

доступных полях.

Я прогулялся по всем местам

(и платформам).

Такую как ты я видел

совсем

никогда.

Мир, идёт?

Мы сражались самозабвенно, изобретательно.

В нас медленно погибал здравый смысл.

И всё, что когда-то мы творили сознательно,

превратилось в циничный, бездумный автоматизм.

Высланы дипломаты и подкрепления,

новый список имён дождями на камне стёрт.

Мы сражались изобретательно, самозабвенно,

выжигая из лёгких на марш-бросках кислород.

Мы не оставим в истории даже признаков,

запустив с двух сторон для ракет обратный отсчёт.

Убаюкивая новорождённых призраков,

я с надеждой тяну тебе руку:

«Мир, идёт?»

Смотреть бы сейчас на небо

Осталось идти недолго,

каких-то несколько метров;

любой лабиринт кончается,

и этот – не исключение.

Я видел, пока проходил его,

так много красивых моментов,

что замолчали, завидуя,

самые злые демоны.

Отточены жесты с улыбками

для избранных и не избранных;

почему-то совсем мы не следуем

законам какой-либо логики.

В моих глазах распадаются

звёзды цветными искрами,

ведь когда ты находишься рядом,

жизнь становится супергероикой.

Всё точно закончится титрами,

именами, ролями, статистами;

и всё то, что с нами случается,

часто спрятано как в конвертах;

твоими глазами карими

с ободками внутри золотистыми

смотреть бы сейчас на море.

Смотреть бы сейчас на небо.

Гирляндами подмигни

Ночь подъезжает быстрее велосипеда,

кручу как могу педали домой назад.

Мне много не надо: чтоб мама вообще не болела

и, пожалуй, в кармане чтобы нашелся табак.

Мой друг до утра уже закрывает лавку,

из ведра плещет воду, чтоб смыть перед домом пыль.

Он смешнее и добродушнее, чем Прабакер,

и ходит с улыбкой шире, чем весь Сиолим.

Сестрёнка почти уже взрослая, скоро свадьба

(хоть кто-то серьёзный и умный из нас двоих);

мне много не надо: пусть будет у них усадьба,

и кошки повсюду, и в серванте сервиз.

Мой кот с каждым днём всё более разговорчив;

исполняет как раньше, влетая мастерски в дрифт.

Будет скоро как слон (шерстяной кусок тамагочи),

а ещё он сжирает вискаса грузовик.

Обезьяны прыгают с дерева прямо на крышу,

Дождь поливает так, что не видно ни зги.

Если ты существуешь, Господи, то услышишь.

И тогда хотя бы гирляндами подмигни.

Когда-нибудь

Когда-нибудь в этой комнате

будет тёплый уютный свет,

и на каждом пустом А3

будет что-то такое красивое.

Только надо чуть-чуть подождать.

Это место как раз по тебе.

И пахнет под стать кайфово.

Мангово.

Апельсиново.

В этой комнате будет кот

и стёганый красный плед.

В оконном проёме в солнце

станцует под эмбиент пыль.

Я бы ждал тебя бесконечно

откуда-нибудь в тепле.

Только жаль, что на самом деле

не терпит история «бы».

Ловцы крабов

Ловцы закинули в реку свои сети,

крабы плывут на приманку к обеду

как раз.

Затанцует ливень под звуки старой кассеты,

все сбежали

и только я в настоящем «сейчас».

Шумный июль заползает клешнями в окна,

в режиме простоя находятся города.

Ловцы закинули сети, ждать недолго.

Я запутался.

Надо мной бушует вода.

Катастрофически

Даже вчера настолько давнее, нечего и вскрывать.

Ночью приснится что-то пронзительное

(иглами прямо в затылок).

Всё, что ни происходит – к лучшему,

(так говорят).

Так постарайся, чтобы побольше происходило.

Не говори как надо – каждому здесь своё.

Иногда мир теряет в красках,

становится будто нерезким,

и в этой нерезкости день проходит за днём.

Я бы набрал тебя, но дела, да и время не детское.

В этом бедламе уносит всё: дома, мосты и машины.

Я бы включил свет, но давно уже нет электричества.

Иногда я щёлкаю выключателем.

Беспричинно.

Мне тебя не хватает. Катастрофически.

Обнял в ответ

Старый автобус спокойно спит,

я громко общаюсь с собаками.

В новом комплексе дышит бит,

гармонируя с временем так себе;

всё вокруг зелено и свежо,

словно я лет в пятнадцать.

У летучих лис здесь где-то гнездо.

Это так.

Если вкратце.

Всё в пору, как и декаду назад,

влезаю, нигде не жмёт мне.

Как раньше не рвёт уже тормоза,

не срывает душу в лохмотья;

нетрезвым хожу по дорогам один,

ищу где ещё догнаться.

Только курю я индийские Win.

Изменений, как видишь, максимум.

Стелется музыка будто дождь:

нарастающим шумом в уши.

Под аранжировку из разных слов

лобовым столкновением глушит;

врастает взаимно в меня, трясёт,

ломкой страдать заставляет.

В общем-то, как и с тобой всё.

Обнял в ответ.

До свидания.

Твоими молитвами

Капли летят и летят

как невысказанная мысль

перекрашивая весь мир

в зелёный цвет бриллиантовый,

я буду на месте стоять

и смотреть куда-нибудь ввысь

и мне незачем говорить

мы родились с тобой телепатами.

И всё вокруг будет цвести,

тянуться всё вверх и вверх

и дождь будет рассекать

лицо моё точно бритвами.

По колено мне тут воды,

я плыву, улыбаясь всем;

и точно уверен, что я

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.