# Дракон мятежной королевы

Екатерина Вострова

Амоа – невольник на рынке рабов. Купившая его ведьма даже не подозревает, что когда-то он был правителем соседней страны, способным обращаться в дракона. Цель Амоа – сжечь врагов дотла. Он хотел справедливости, но стал тираном, поставившим мир на колени. Поклялся служить павшему божеству – Подгорному Королю, чтоб спасти близких, но в итоге потерял и свободу и тех, кто ему дорог. Он пытался ненавидеть, но полюбил мятежную королеву.

В мире, где любовь страшнее яда, а ненависть согревает куда лучше нежных объятий, все не то, чем может показаться на первый взгляд. Смогут ли дракон и мятежная королева шагнуть навстречу друг другу? Или окончательно растворятся в дурманящем разум проклятии, связавшем их вместе?

Иллюстрация на обложкеЯны Слепцовой (Panda)

Художественное оформлениеКристины Оскаровой


© Екатерина Вострова, 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024


## Часть 1

### Пролог


На далекой и высокой горе Валаад, среди облачных вершин, существует проход в мир богов. Там правит могущественный бессмертный дракон, чьи крылья сверкают ярче закатного солнца, а в глазах отражается мудрость древних времен.

Рядом с ним – его брат, страж и самый верный соратник.

Между двумя братьями царят мир и гармония, но лишь до тех пор, пока правитель мира богов не встречает свою судьбу в лице прекрасной девушки Адары.

Ее красота восхищает не только людей, но и тех, кто обладает сверхестественной силой. Брат дракона не может устоять перед ней, он пылает страстью, но едва соблазнив – понимает, что сотворил, и убивает несчастную, лишь бы Адара не рассказала обо всем мужу.

Однако правитель богов всеведущ – ничто не может скрыться от его мудрого взора. Когда он узнает о предательстве брата и учиненном страшном зле, неистово гневается, проклинает брата и, лишив его свободы, запирает в горе Валаад. Проклятие страшное, черное, необратимое.

Так страж оказывается пленником собственного порока. А люди прозывают его «Подгорным королем».

И сидеть ему под горой, пока не найдется тот, кто будет способен противостоять черному проклятию. А наградой герою станут несметные сокровища Валаада.

#### 1

—Кто это? – облизнув пересохшие губы, спросила Киара у стоявшего рядом работорговца.

– Нианец, моя госпожа. Совсем дикий… Да вы и сами видели. Он даже языка не знает. Его только сегодня доставили на корабле.

– Сколько вы за него хотите?

Сердце стучало как бешеное, а ладони вспотели. Кольцо-артефакт на пальце нагрелось, сообщая хозяйке, что странный мужчина перед ней именно тот, кого она так долго искала. Неужели ей наконец улыбнулась удача?

На мгновение их взгляды встретились. Мужчина, нианец, усмехнулся, словно не он, а она сейчас стояла пред ним на коленях.

Кольцо на руке жгло, призывая сделать выбор.

– Ищете покорного слугу? – хрипло, с еле заметным акцентом спросил он.

Видимо, вопреки заверениям торговца язык мужчина все-таки знал.

В голове вдруг что-то щелкнуло, разум затуманился. Шум рынка остался далеко позади, а перед ней были лишь колдовские глаза с по-звериному узкими зрачками.

Киара моргнула и как во сне направилась к нианцу.

Мгновение, тот сделал резкий выпад, с легкостью сбросил с себя троих стражников, опутав цепью от кандалов шею девушки и прижав ее к своему телу.

Киара сразу пришла в себя, будто из воды вынырнула. Тяжело дыша, она попыталась дернуться, но тщетно. Боги, неужели ее только что околдовали? Ее, Хранительницу силы и магии всего королевства? Заставили идти на чужой зов, как бычка на веревочке…

– Я сверну ей шею, если вы не раскроете наручи, – потребовал мужчина.

Цепи от кандалов сильно нагрелись и болезненно жгли кожу. Видимо, сила чужестранца была такой большой, что даже антимагические оковы не могли полностью сдержать ее. Откуда он взялся здесь? Да еще и в качестве раба?

А в голове между тем набатом стучало: «Тот самый!», «Нашла!», «Наконец-то!».

До конца срока оставалось всего ничего. Время утекало сквозь пальцы, приводя Киару в отчаяние, и вот наконец – удача. Она нашла исток. Только тот не слишком-то рад их встрече.

– Отпусти, или тебя убьют, – прохрипела Киара, судорожно пытаясь придумать, как быть.

Раба, посмевшего причинить вред свободному, было разрешено убивать на месте в урок и назидание другим. Если он такой сильный, то почему не околдовал торговца, чтобы выманить ключ?

Вот только… Кажется, нианец даже не надеялся, что его безумный план сработает. Неужели он хотел… лишь умереть как можно быстрее?

– Пусть. Я не боюсь смерти, – засмеялся он, но этот смех был больше похож на кашель. – А вот ты прямо дрожишь – боишься.

«За тебя!» – мелькнула в голове злая мысль.

Стражники уже окружили их, того и гляди кто-нибудь ударит артефактом подчинения – любимой игрушкой работорговцев.

Вздохнув, девушка призвала свою силу, оборачиваясь змеей.

Маг, не ожидавший подобного, лишь неловко дернулся, когда она выскользнула у него между рук.

Стражники бросились с копьями в его сторону, намереваясь проткнуть непокорного мужчину.

Киара едва успела обратиться в человека и встать впереди, закрыв его своим телом.

– Сколько? – требовательно спросила она у торговца.

– Пять тысяч! – кажется, тот и сам сильно удивился названной сумме и затаил дыхание, ожидая торга.

– Я его покупаю.

– Он попытался убить вас! – подал голос один из стражников. – Госпожа, его надлежит взде…

Он не договорил, сникнув под взглядом Киары. Зато голос подал нианец:

– Попытался и могу сделать это снова. Лучше уйди в сторону и дай им сделать свое дело, девочка, – устало произнес он.

Как можно желать собственной смерти? Киара резко развернулась, придирчиво рассматривая мужчину. Смотреть ему в глаза она теперь опасалась. Если бы речь шла о ком-то другом, легко бы поставила на колени, навязав свою волю как единственно возможную. Но кольцо не могло ошибиться. Этот мужчина действительно тот, кто ей нужен.

Высокий, стройный, с различимым рельефом мускулов под тонкой рабской робой, темные волосы слегка вьются, отдавая едва заметной рыжиной на солнце. Кожа на руках покрыта каким-то узором. Может быть, это выбиты магические руны? Или в их стране принято так украшать себя?

Взгляд задержался на его ключице, откуда стекла под рубашку капелька пота.

– Ну что? Нравлюсь? – усмехнулся мужчина.

Киара прищурилась, раздумывая, что ответить наглецу, но с мысли ее сбил работорговец. Он суетился, боясь, что госпожа передумает или попытается сбить цену.

– Отдайте ему деньги, – приказала она сопровождавшей ее страже.

– Благодарю, покорно благодарю, замечательная покупка, – торговец расцвел на глазах. – Артефакт подчинения, вот. Это парный к тому, что вшит ему под кожу.

Он кивнул на свою руку. Вещица выглядела как кожаный браслет с зеленым камнем.

Подчиняющие артефакты вживлялись всем рабам без исключения, как только люди попадали в руки торговцев. Противиться этой магии не могли даже самые-самые искусные чародеи, что уж говорить о немагах.

К добру или к худу, но действие не было вечным. Год-два постоянного воздействия делало человека невосприимчивым. Вот только и один год – это достаточный срок, чтобы сломить волю и отбить желание к сопротивлению.

– Зачем я тебе? – прямо спросил мужчина, видя, что сделка вот-вот состоится.

– Как ты обращаешься к своей хозяйке, раб? – замахнулся на него торговец.

Подчиняющий артефакт, который он еще не успел отдать, замерцал зеленоватым светом. Поняв, что сейчас произойдет, Киара легко перехватила руку работорговца.

– Это больше не ваши проблемы, – предупреждающе произнесла девушка. – Отдайте.

Спустя несколько секунд на ее запястье закрепили тонкую полоску кожи. Кольцо вновь нагрелось.

– А за дерзость наказывать ты предпочитаешь сама, да? – Кажется, нианец откровенно нарывался.

Или для него это способ все-таки получить такое желанное избавление?

Киара на несколько секунд прикрыла глаза, а затем приказала:

– Иди за мной.

Лицо мужчины мучительно скривилось. Девушка опустила взгляд и увидела, как камень на браслете мигнул зеленым. Неужели артефакт сработал независимо от ее желания подчинить?

Путь до королевского дворца прошел в тишине. Киара любила гулять по улочкам Заира, нередко даже без стражи. Не любила брать повозки, предпочитая пеший ход. Вот только сейчас их маленькая процессия сильно нервировала. Впереди она, за ней нианец с кандалами на руках. Обычно Киара так не делала, но в этом случае не могла ручаться, что по дороге дикарь снова что-нибудь не выкинет. Тем более что он, как выяснилось, маг…

Бездна! Кажется, силой такого надолго не удержишь. Придется договариваться.

Вернувшись во дворец, Киара прошла прямиком в свои покои и, заведя в них раба, отпустила стражу. Спорить с Хранительницей никто не решился, хотя она прекрасно видела, как переглядывалась охрана.

Дикарь осматривался без особого интереса. Девушка много раз видела бедняков, попадавших в богатые дома, как они себя вели… Нианец не был бедняком. Его ничто не удивляло и не трогало.

– Присаживайся. – Сама Киара уселась на край кровати, а мужчине указала на кресло.

Камень на артефакте вновь мигнул зеленым, а мужчина сразу же исполнил приказ. Проклятие! И как теперь нормально разговаривать? Хотя, возможно, это даже и к лучшему. По крайней мере, она получит честные ответы на вопросы.

– Как тебя зовут?

– Амоа Ди Малех.

Ди? Она не так много знала о закрытой стране нианцев, но, кажется, приставка «Ди» у них означала аристократическое положение или что-то вроде того.

– Как ты попал на рынок рабов?

– Продал себя.

– Что?

Киара удивленно вскинула брови, не понимая, как такое возможно. Что могло его заставить?

Амоа отзеркалил ее выражение лица, перехватив на секунду взгляд. В голове снова зашумело.

– Хочешь меня… – он сделал длинную паузу, а затем приподнял все еще закованные в цепь руки, – освободить?

Девушка облизнулась, не в силах противиться разгоревшемуся желанию подойти к мужчине. Действительно, почему Киара все еще не сняла с него наручи?

Хранительница медленно поднялась с кровати и направилась к нему, с каждым шагом ощущая усиливающееся притяжение. Ключ не требовался, достаточно было магического импульса извне, чтобы снять цепь.

Она заскользила кончиками пальцев по выбитым узорам на плечах мужчины, любуясь перекатами мускулов.

– Освободи… меня… – повторил он, и девушка послушно потянулась к наручам.

Но стоило призвать силу, как та помогла сбросить наваждение. Киара остановилась буквально в последний момент, перенаправляя импульс с наручников на него самого.

Раб изогнулся и сдавленно зашипел. Что? Больно? А не надо было снова пытаться подчинить!

– Создатель тебя прокляни, я запрещаю тебе это делать со мной! Ты понял?! Не смей больше применять ко мне свой гипноз! – Девушка вцепилась ему в волосы, заставляя поднять голову.

Сердце стучало в висках, руки вспотели. Если артефакт не поможет и она снова попадет под действие чар нианца, то все бесполезно.

Как его с такой силой смогли удержать простые работорговцы? Нет, тут точно что-то нечисто!

– Зачем я тебе? – глухо спросил Амоа, но заколдовать еще раз не попытался.

– Я тебе расскажу. И… сниму оковы. Только обещай не применять магию без моего позволения.

Только сейчас девушка заметила, как близко они находятся друг к другу.

Ей стоило больших трудов, чтобы сдержать себя и не пустить снова в ход магию.

– Тебе достаточно приказать, госпожа. – Последнее слово он выделил интонацией.

Эти игры порядком надоели. Разозлившись на него и на саму себя, Киара громко произнесла:

– Тогда я приказываю. Не применять магию без моего позволения и не пытаться сбежать, – процедила она сквозь зубы, раздражаясь с каждой минутой все сильнее и сильнее.

Артефакт подчинения на запястье полыхнул зеленым.

– Как прикажете, госпожа, – процедил мужчина безо всякого почтения.

От этого злого неприязненного тона больно резануло по сердцу. Почему возникло ощущение, что она сделала что-то, о чем будет жалеть?

– Меня зовут Киара. Те, кто хорошо меня знает, зовут Кая. Если хочешь, можешь обращаться по имени, – тихо сказала девушка.

– Это тоже приказ, госпожа?

От усталости в голосе Амоа не осталось и следа. Сейчас в нем были лишь плохо сдерживаемые ярость и гнев.

– Нет.

Она кашлянула и, чуть наклонившись, наконец освободила его от цепи, на всякий случай все же оставив антимагические наручи на запястьях.

– Какая честь, – фыркнул он, покрутив затекшими руками.

Нет, этого наглеца определенно требовалось проучить! Больших трудов стоило сдержаться. Чтобы не сделать того, о чем пожалеет, Кая отошла от него на несколько шагов.

– Действительно честь. Я – Хранительница магии королевства Диагон. И я выбрала тебя своим истоком.

Амоа безразлично дернул плечами, показывая, что это ему ни о чем не говорит.

Кая вздохнула, прижав пальцы к вискам и собираясь с мыслями. Сложно объяснить постороннему то, что давно уже стало частью тебя. Ненавистной, неотделимой частью.

Она не могла стать матерью или выйти замуж. Или претендовать на трон, несмотря на близкое родство с правящей династией. Киара была проклята практически с рождения. И это проклятие медленно убивало ее. А через нее и всю ее семью. Отца, мать, младшую сестру. Время было их главным врагом. Срок почти подошел к концу. Единственный шанс на спасение – найти для нее исток. Человека, жизненная сила которого противоположна той, что течет в Киаре, и способная не дать проклятию завершить начатое.

Но стоит ли раскрывать Амоа всю правду прямо сейчас?

Вытянув руку вперед, Хранительница кивнула на кольцо на указательном пальце.

– Это семейный артефакт. Он способен улавливать ауры людей. Он указал, что наши ауры подходят друг другу.

– Подходят для чего? – Мужчина нахмурился и окинул ее долгим взглядом снизу вверх. Оценивающе хмыкнул.

Несмотря на всю уверенность и браваду, Киара почувствовала, как краска начинает приливать к щекам. Он что, думает, что она потратила такие деньги просто потому, что вдругзахотела его? За ее двадцать с лишним лет еще ни один мужчина не интересовал Киару настолько, чтобы платить за ночь с ним. И уж тем более пять тысяч золотом!

Вдох-выдох. Спокойно. Он – мужчина, какого еще ожидать от него хода мыслей? Но она – женщина. И должна быть хитрее, терпеливее… как затаившаяся змея. Нельзя контролировать человека, которому нечего терять. У которого нет желания выжить любой ценой, пусть даже не ради себя.

А ради цели?.. Нужно найти, нащупать эту цель. Или дать ему новую. Значит, нужно узнать о нем чуть больше. Односложные ответы не помогут. Сложно составить картинку, если не знаешь, о чем спрашивать. Но ведь спрашивать и необязательно. Иногда реакции говорят куда больше слов.

– Говоришь… сам себя продал? И ты при этом аристократ, – окончательно успокоившись, Киара обошла кресло, в котором он сидел, и встала сзади, разглядывая узоры на мужской шее, уходившие под рубаху. Кольцо на пальце нагрелось, и от его жара покалывало всю руку. – Сильный маг и, судя по твоему общению, привык приказывать.

Мужчина тихо усмехнулся, и Киара поняла, что не угадала.

– Но ты не всегда был аристократом.

О, вот теперь она явно попала в цель! Киара видела это по тому, как забилась жилка на шее, почувствовала, как от мужчины потянуло флером плохо сдерживаемых эмоций. Тогда она сделала еще одно предположение:

– Магом ты тоже был не всегда.

И снова в цель.

Обогнув кресло, Кая уже без стеснения села к нему на колени и осторожно дотронулась до колючей от щетины щеки нианца, заглядывая в его глаза с вертикальными зрачками, так похожими на звериные.

– Получив силу, ты совершил что-то, о чем жалеешь? – Она попыталась прочитать ответ по его взору. – Поэтому ты?..

– Я. Ни о чем. Не. Жалею, – процедил маг.

Его грудь часто-часто вздымалась, крылья носа раздувались, скулы побелели. Того и гляди взорвется.

От его слов по коже пробежали мурашки. Чистая, незамутненная ненависть. Ярость, почти не контролируемое бешенство, злость.

– Значит, у нас с тобой уже есть что-то общее.

Кая не собиралась сопереживать своему пленнику. Так почему же сочувствует ему? Неужели нианец как-то обошел приказ и снова околдовал ее?

– Общее? Вряд ли у меня есть хоть что-то общее с избалованной девчонкой, – ответил мужчина, постепенно успокаиваясь.

Кая улыбнулась. О нет. Он точно не родился благородным. Впрочем, чтобы сделать более конкретные выводы, нужно узнать подробнее о его родной стране.

Напоследок царапнув его ногтем по щеке, она с сожалением поднялась и подошла к окну.

На площади перед дворцом собирался народ – сегодня королевская семья произносила приветственную речь по случаю дня рождения наследного принца.

– А как насчет сотрудничества с избалованной девчонкой? – как бы между делом уточнила Хранительница.

Словно это было ей совершенно не важно и от этого не зависела ее жизнь и жизнь ее близких.

– Сотрудничества? Хм… Дай подумать. Это предполагает, что и я что-то получаю, – протянул Амоа, окончательно справившись с приступом гнева.

Кая смотрела в окно, не в силах сдержать улыбку. Так и хотелось сказать: «Ну-ну, не прикидывайся пустышкой, друг мой, я уже видела, какой огонь спрятан внутри тебя».

– Вот только не вижу ничего, что бы ты могла мне предложить. – Краем глаза Кая заметила, как маг развел руки в стороны. – Освобождать-то ты меня явно не собираешься.

Это точно не разговор раба с госпожой. Ни о какой покорности не шло и речи. Но пока на это можно было закрыть глаза. Киара не сомневалась в себе – она сумеет привить ему нужные качества.

– Почему ты не сделал этого сам? – Браслет полыхнул зеленым. – Ты уже дважды околдовал меня. Неужели торговцы людьми оказались сильнее Хранительницы Диагона?

– Насчет сильнее не знаю, но в антимагических наручах воздействовать на них не получалось. – Мужчина склонил голову набок, продолжая пристально рассматривать девушку. – Возможно, все дело в этой… как ты сказала? Ауре? Ты первая, кто поддался на зов, с тех пор как я оказался… где оказался.

Закончил он совсем тихо и даже отвернулся под конец фразы. Что же все-таки с ним случилось?

Прикусив губу, Киара напряженно размышляла, как поступить дальше. Этот человек явно не привык быть рабом и тяготился всем тем, что с ним произошло. Причем до такой степени, что был готов даже на смерть, лишь бы прекратить все это.

Девушка машинально дотронулась до горячего кольца-артефакта на пальце. Еще не проведя инициацию, она знала точно: он – тот самый. Единственный, кто может спасти ее. И Кая просто не может дать ему свободу. Физически не может. Ни через десять лет, ни через двадцать. А сколько продержится на нем эффект от артефакта подчинения? Полгода? Год? Если повезет, то и два. Но если она оставит все как есть, никто не сможет поручиться, что по истечении этого срока нианец не сбежит.

Резко развернувшись, девушка снова встретилась с ним взглядом. Сейчас от ее слов зависела не только ее жизнь.

– Что такое свобода по сравнению с тем, что тебя гложет? Я могу тебе дать куда больше, чем просто свободу. Как насчет мести?

– Мстить уже некому, – хрипло ответил мужчина, но Кая видела, какой яростный огонь снова блеснул в его глазах.

– О да. Именно поэтому тебя так распирает, когда ты говоришь о сожалениях? – с иронией заметила она. А затем, усмехнувшись, легко поддразнила его: – Нехорошо врать своей госпоже.

Амоа, поджав губы, опустил взгляд. А Киара мысленно выдохнула, поздравляя себя с первой, пусть и маленькой, победой. Ничего. У нее есть как минимум год, чтобы приручить его. Заставить быть зависимым от нее. Вытравить даже малейшую мысль когда-нибудь покинуть Киару. И если ради этого она должна помочь стереть в порошок его врагов… Что ж, она сделает это.

#### 2

Когда Киара проходила по коридору, она слышала, как шушукались служанки, и замечала, как косились на нее стражники. Многие считали ее порождением Бездны, ведьмой, проводившей в подвалах замка нечеловеческие эксперименты. Порой девушке казалось, что все думают, что рабов она покупает лишь для того, чтобы съесть их, обернувшись змеей. Мысли об этом заставили усмехнуться. Плохая репутация порой служила отличной защитой.

Впрочем, наверное, стоило поменьше спорить с хранителями казны и оружия во время последних королевских Советов. Не хотелось бы, чтобы они настроили против Киары не только прислугу, но и знать.

Сегодня должен был состояться бал в честь дня рождения наследного принца, и ей, как Хранительнице, пропускать подобное мероприятие нельзя. Но прежде чем готовиться к балу, имелось еще одно дело.

Ее семья жила тут же, во дворце. Последнее время родители почти не выходили из своих покоев, очень ослабнув из-за проклятия. Но сестра пока чувствовала себя хорошо и тоже собиралась сегодня на бал.

Когда Кая вошла, отец – кузен короля, внук знаменитого Георга Завоевателя – сидел у окна, подперев голову рукой, и наблюдал за народными гуляниями на площади.

Кая тихонько подошла и опустилась перед седовласым мужчиной на колени.

– Папа, ты меня узнаешь? Это я, Кая.

Она потянула мужчину за руку. Тот встрепенулся и удивленно посмотрел на дочь, только заметив ее присутствие.

– Кая? Где ты? – Он рассеянно повертел головой, а затем обратил свой взор на Киару. – Вы не видели мою дочь? Мне кажется, я слышал ее голос…

Внутри все оборвалось, горло сжалось, но Кая постаралась не выдать смятения. Нужно быть сильной. Теперь у нее есть нианец, она обязательно все исправит, вылечит их всех…

– Я здесь, папа. Это я. Ты меня понимаешь? Это я – Кая. Твоя дочь… – мягко, почти по слогам, произнесла девушка.

– Бесполезно, он такой уже третий день. Ты бы знала, если бы почаще вылезала из своих гримуаров. – Киара обернулась на голос. Позади, оперевшись на дверной косяк и скрестив руки на груди, стояла ее младшая сестра, светловолосая красавица Лиара. – Хотя о чем я? Теперь у тебя новое развлечение. Раб? Наслышана.

– Лиара, я нашла… – Киара вскочила и, подбежав, положила руки сестре на плечи. – Этот человек, нианец… он и есть исток. Кольцо не может ошибиться! А если это так, то…

– Сколько раз ты уже так говорила? Сколько ритуалов проводила? – На глаза сестры выступили слезы. – Ни один не удался.

– До этого все было по-другому, я не была уверена. Кольцо не откликалось с такой силой… Но сейчас я уверена, этот – тот самый! – с жаром возразила Кая, пытаясь убедить сестру.

Лиара поджала губы, всем своим видом показывая, что не верит ни единому слову. И Кая не могла ее винить. Из-за проклятия и она была под ударом. Сестра видела, как быстро угасают родители, их разум, и боялась, что с ней произойдет то же самое.

– Киара? – тем временем вопрошал отец, посмотрев куда-то сквозь девушек. – Лиара? Идите обедать, а то урок танцев скоро начнется. Господин Дарий будет недоволен и опять пожалуется на вас маме.

Лиара всплеснула руками и, кинувшись к отцу, принялась что-то мягко ему говорить.

Киара же прошла дальше и зашла в комнату, где спала мама. Рядом с ней сидела служанка, которая при появлении Каи встала.

– Она приходила в себя? – отстраненно спросила Киара, наблюдая, как мама во сне хмурилась

– Нет, госпожа. Иногда стонет в бреду, иногда плачет. Зовет вас и госпожу Лиару…

– Если что-то изменится, пошлите за мной, – приказала Киара и поспешно вышла из комнаты.

Лиара все еще сидела рядом с отцом. Но Кая больше не смотрела в их сторону. Она больше не могла находиться здесь. Как же больно видеть, как близкие страдают, и понимать, что во всем виновата ты.

– Кая! – услышала она голос сестры вслед, но ноги снова несли девушку вверх по лестницам и дальше по бесконечным коридорам замка.

Слуги с живыми букетами и с украшениями для предстоящего бала сновали то тут, то там. Подготовка к празднику была в самом разгаре. Встречные люди косились на Хранительницу и спешно пробегали мимо, отводя взгляд, – должно быть, выглядела она не слишком хорошо.

Понимала ли она сейчас купленного сегодня невольника, готового свести счеты с жизнью? Киара была готова умереть, если бы это помогло родным. Но долгие годы поиска избавления натолкнули на неприятное открытие: ее смерть ничего не решит, а лишь ускорит действие злых чар.

Кая уже почти дошла до своих покоев, вдруг поняла, почему на нее все смотрят. Дотронувшись до щеки, почувствовала влагу – по щекам текли слезы, а она этого даже не ощущала. Хранительница магии королевства Диагон разревелась у всех на глазах. Какой позор!

Пытаясь успокоиться, покрутила рукой, сплетя пальцы в руну невидимости, и, напитав узор магией, призвала силу. Прошедший по телу холодок дал понять, что чары сработали. Нужно куда-то зайти, чтобы утереть слезы и привести себя в порядок. Негоже хозяйке появляться перед рабом в таком виде. Если он почувствует слабость, Кая уже не сможет повлиять на него. С такими, как он, нельзя быть слабой.

Повернув за угол, она осмотрелась и зашла в первые попавшиеся пустые покои, коих на этаже было великое множество. Уже собиралась отменить невидимость, как следом вошли еще двое. Вернее, даже не вошли, а один, судорожно оглядываясь по сторонам, втащил за грудки другого.

Киара нахмурилась, пытаясь понять, кто перед ней. Их одежда не была похожа на одежду слуг, но и представителей знакомых фамилий Кая в них не узнавала. Впрочем, на бал съезжались люди со всего Диагона, и Киара не могла знать всех.

– Ты уверен, что срок сегодня? Та, вторая, родилась на неделю позже.

– Она была лишь отводом. Но срок таким и остался, и он истекает сегодня.

Каким-то шестым чувством Кая поняла, что они говорят о чем-то очень важном. Важном именно для нее. Допросить бы этих людей, не привлекая внимания, а затем стереть им память.

Не выходя из невидимости, Кая начала сплетать руны пальцами, формируя вокруг этих двоих магическую сеть, способную удержать даже дракона. Оставалась всего пара плетений, когда дверь снова открылась.

– Вы, двое! Вот вы где. Вас срочно ждет Его Величество.

Мужчины спешно покинули комнату, а Кая так и не сделала попытки их остановить. В голове повторялась сказанная ими фраза: «Срок таким и остался, и он истекает сегодня». В деле замешан король Роберт? Почему интуиция буквально кричит, что это все как-то связано с ней самой? Своему чутью Киара доверяла полностью, оно еще ни разу не подводило.

Осев на пол, Кая зарылась руками в волосы и с силой потянула их вниз. Боль немного отрезвила, помогла заглушить то, что творилось в душе.

Сегодня она специально поискала в библиотеке информацию о Ниане. Книги говорили, что это закрытая страна, где маги редки, но зато те, кто встречается, обладают невероятной силой. По всему выходило, что Амоа – один из таких редких самородков-магов.

В отличие от Диагона, где верили в единого Создателя, на родине невольника верили во множество богов, живущих на горе Валаад, а также в Подгорного короля, повелителя мертвых. Причем символы веры в этого короля, изображенные в книгах, были такими же, как тату на теле мужчины.

Фанатик? Служитель церкви? Жаль, не было времени разобраться с его прошлым лучше, возможно, в нем и лежит ответ на вопрос, почему именно Амоа оказался подходящим истоком.

«Срок истекает сегодня», – мысленно повторила Кая и буквально заставила себя подняться.

О чем бы ни говорили те, кого девушка подслушала, ей лучше перестраховаться и тоже закончить свои дела сегодня. Пусть она и опоздает на бал. Значит, больше нет времени на уговоры и компромиссы с Амоа. Нужно действовать немедленно.

Привести себя в порядок пришлось чарами. Все-таки косметическая магия – великое изобретение. Одна несложная руна – и вот уже никаких покрасневших глаз, лицо выглядит отдохнувшим и свежим. Остаток пути до своей комнаты девушка шла, продумывая каждое слово, каждый жест, взгляд, который адресует узнику.

Вот только недалеко от дверей ожидал… принц Стивен? Он стоял в нескольких десятках шагов, делая вид, что оказался в этом коридоре совершенно случайно, и теперь с явно преувеличенным интересом рассматривал одну из старинных картин, которыми был увешан почти весь периметр коридора.

Кая сбилась с шага. Странная встреча. Что он здесь делает?

– Киса! – увидев девушку, задорно позвал принц и направился в ее сторону.

Она мысленно представила, как пускает в него разряд молнии, а пальцы сами собой сложились в соответствующую руну.

– Вы потеряли здесь кошку, Ваше Высочество? – притворно удивившись, охнула Кая. – Позовите слуг, они ее мигом отыщут.

– Пф… – Стивен скривился, не оценив юмора. – Все-таки ты злая, Киса. Я ж по делу.

Кая тяжело вздохнула: ей не понравилось сказанное. Они с принцем были ровесники – Стивен старше всего на пару недель. Будучи детьми, они росли вместе, но Киара ненавидела то глупое прозвище, которое принц дал ей. Хуже всего было то, что вслед за ним ее так стали называть и другие мальчишки из его окружения. Кая ругалась на них, плакала, переживала, жаловалась родителям. Но ничего не менялось. Тогда она нашла в записях отца описание боевой руны-молнии. Мотивация была высокой, поэтому у нее ушло всего несколько месяцев, чтобы освоить эти чары. На полноценную молнию магического резерва не хватало, но результат вполне устроил: уже через пару дней каждый из компании Стивена твердо знал ее настоящее имя и больше не рисковал коверкать. Киара просто пускала разряд в каждого, кто посмел называть ее унизительной кличкой, а не по имени.

Самое смешное: когда получившие по заслугам обидчики в слезах жаловались на нее, им никто не верил, потому что не может десятилетняя девочка владеть чарами молнии.

Вот только самого принца проучить Кая так и не решилась ни до, ни после. За нападение на члена королевской семьи нападавшему и его родственникам грозила как минимум ссылка. Возможно, в случае Каи ничем серьезным дело бы не кончилось, но рисковать благополучием родителей она не могла ни тогда, ни сейчас.

– Меня зовут Киара, – спокойно напомнила она. – Что-то случилось?

– Если бы ты не пропустила предыдущий королевский Совет, то знала бы, – укоризненно покачал головой принц.

– Не стоило назначать умирающую ведьму Хранительницей магии Диагона, – пожала плечами.

В последнее время она действительно отошла от вверенных ей дел, все ресурсы тратя на поиск способа избавиться от проклятия.

– Ну а кого еще, если у тебя самый высокий магический потенциал во всем королевстве, а, Киса? – фривольно подмигнул он. – Да и вся эта история с проклятием… Ты уверена, что оно существует? Раз уж даже ты не можешь снять его, то, возможно, его просто нет.

Кая чуть не зарычала. Как можно быть таким легкомысленным и поверхностным в суждениях?! Он вообще соображает, что говорит? Будет продолжать в том же духе, и она не сдержится – превратит принца в полено и скажет, что так и было!

– Вы пришли по делу, – напомнила Кая елейным голосом.

– Ах да. По делу. Как я уже сказал, если бы ты не прогуливала, то знала бы, что сегодня к нам на праздник приехала целая делегация из Ниана. А ты при этом именно сегодня умудрилась купить раба их расы. Ты ведь в курсе, какие они… нервные?

Девушка приподняла бровь:

– Намекаешь, чтобы держала раба у себя, пока его соотечественники не уедут? Без проблем. Будут еще указания, Ваше Высочество? – холодно поинтересовалась.

– Все-таки ты злюка, Киса. – Стивен качнулся вперед, пытаясь поймать девушку в объятия, но та ловко ускользнула и оказалась позади него. – Принцам не отказывают.

– Да что вы говорите, Ваше Высочество. – Кая притворно потупила взгляд и сделала глубокий вдох, прекрасно зная, что Стивен смотрит в вырез ее платья. Девушка лукаво улыбнулась, подходя к принцу почти вплотную. – Вот только… знаете, у меня весьма специфические пристрастия. Я же все-таки ведьма.

Принц, почуяв, что желанная добыча близко, наклонился к ней, совершенно, кажется, не слушая. Кая плотоядно улыбнулась, легко коснувшись бедра мужчины, и, не удержавшись, пустила слабый магический импульс.

– Ай! – Стивен подпрыгнул, словно его кто-то ужалил, зло посмотрел на нее и обеими руками схватился за причинное место. – Ты совсем с ума сошла?!

– Вам не нравится, мой принц? – с иронией спросила она. – Мне так жаль… Но может, вы просто не распробовали… Это же так…

Девушка шагнула к нему, но принц испуганно отшатнулся.

– Вот… ведьма! – Он часто дышал, обиженно кривя рот. – Не подходи ко мне. – Стивен воровато огляделся, удостоверяясь, что никто их не видел, распрямил плечи и зашагал прочь. – Разберись с рабом, – бросил напоследок. – И больше не прогуливай Советы… Киса.

Кая покачала головой и прикоснулась к двери, магией открывая ее. Делегация нианцев, надо же. Еще одно странное совпадение за сегодня. Представители этой страны очень редко сами искали контакта с другими королевствами. Возможно, Амоа может что-нибудь знать о том, зачем они здесь?

Впрочем, сейчас все это не главное. Главное – это исток.

Приоткрыв дверь, Киара осторожно зашла внутрь. Никогда раньше ей не приходилось делить покои с кем-либо еще. Даже когда она жила с родителями, у нее всегда была своя комната. Но рабам отдельная спальня не полагалась. Можно было, конечно, отослать Амоа на двор к другим невольникам, но не в ее случае. Исток должен находиться рядом.

Мужчину она обнаружила у книжного шкафа. Он придирчиво рассматривал корешки магических книг, водя по ним указательным пальцем. Услышав скрип двери, маг повернулся к ней и тут же отдернул руку от шкафа, недовольно сверкнув глазами. Не рад, что Кая застала его за разглядыванием ее вещей? Или не хочет, чтобы она поняла, какая именно книга его заинтересовала?

Может быть, та, в которой описаны ритуалы, которые проводит Хранительница? Вот только с внутренними демонами Амоа разбираться сейчас было совершенно некогда. Несколько секунд взвешивая «за» и «против», Кая озвучила свои мысли:

– Нам с тобой сейчас надо спуститься в подвал дворца, в ритуальный зал.

Оставалось лишь надеяться, что по дороге они ни на кого не наткнутся.

– Нам? Или тебе? – недовольно спросил нианец почти на пределе слышимости, а затем, усмехнувшись, добавил не слишком почтительно: – Госпожа.

Желание в общих чертах объяснить ему, для чего нужно вниз и что за ритуал она собирается провести, оказалось погребено под вспыхнувшим раздражением. Все и так не вовремя, счет, возможно, идет на часы, а он решил, что это идеальный момент для провокации?

– Я смотрю, ты не теряешь надежды на то, чтобы тебя все-таки убили, – холодно произнесла она, направляясь к шкафу за нужными для ритуала инструментами. – В ритуальный зал нужно мне. А ты пойдешь со мной. Ведь не зря же я пять тысяч выложила.

Кая позволила себе снисходительную и, возможно, в чем-то даже милую улыбку, хотя саму немного трясло от раздражения, досады и волнения, что ничего не получится, все окажется зря…

Амоа чуть отступил в сторону, пропуская ее. Во взгляде на миг отразилась ярость, но он быстро справился с ней и принял бесстрастный вид. Лишь губы так и остались стиснуты в тонкую нить, а выражение лица стало мрачным.

Кая думала, мужчина что-нибудь возразит, снова начнет язвить. Но нианец ничего не ответил, и Киара неожиданно разозлилась еще больше – своим молчанием он действовал ей на нервы. Хоть бы спросил, зачем им куда-то идти! Она бы тогда объяснила… Или потянула бы интригу в отместку за его поведение.

Взяв все, что нужно, девушка повела мужчину за собой. Его присутствие ощущала буквально кожей. Кольцо на пальце снова нагрелось, а от случайных касаний по телу проходил магический импульс, лишний раз подтверждающий: он – тот самый.

Почему именно он?! Почему не кто-то менее эмоциональный, менее непредсказуемый, менее… опасный? Киара искоса взглянула на мужчину, отмечая малейшую черту, впитывая, запоминая того, кто теперь будет с ней постоянно рядом.

Сегодня наконец у нее все получится. Иначе просто и быть не может. Чувствовал ли Амоа то же, что и она? Впрочем, что он мог чувствовать?

Снова посмотрев на нианца, который молчаливо следовал за ней, Кая вздернула подбородок и, решительно тряхнув волосами, расправила плечи.

Знать бы еще, о чем он думает. Ее раб… Как же!

Как-то в детстве ей подарили котенка. Киара так мечтала о нем, представляла, как с ним будет весело играть, засыпать, прижимаясь к мягкой шерстке… Реальность оказалась жестока: животное было абсолютно диким и в первый же день расцарапало ей лицо и руки так, что пришлось вызывать целителя.

Вот и сейчас у нее было чувство, словно она вместо котенка купила не просто дикого зверя, а как минимум саблезубого тигра, еще и со скорпионьим хвостом. И он то ли съест ее, то ли просто убьет, то ли сделает своей зверушкой… то ли у нее будет самый опасный и полезный «котенок». Осталось лишь приручить.

Мужчина молчал всю дорогу, и от этого молчания становилось неуютно, а после случайных взглядов на него бросало в жар. Была ли это магия кольца? Влияние близости истока? Или снова фокусы, которыми маг уже пытался ее околдовать?

Сейчас он шел за Каей, потому что она так приказала. Потому что действовал подчиняющий артефакт. Но Кая не обманывала себя: без антимагических наручей и браслета у нее на запястье она бы не заставила Амоа и с места сдвинуться без его желания.

«Впереди целый год, а то и два. Я смогу…» – мысленно приободрила она себя.

Киара знала практически все тайные ходы замка, так как провела детство, исследуя путаные коридоры. Но не везде можно было пройти обходными путями. Несколько раз им не повезло пересечься со слугами и прибывающими на праздник гостями, успевшими наводнить замок. Чужестранец так разительно отличался от окружающих своим внешним видом, что пристально смотрели даже самые, казалось бы, благовоспитанные вельможи. И если покупка ею раба вызвала столько пересудов среди прислуги и стражи, то Кая могла представить ту бурю, которая поднимется теперь, после того как ее видели рядом со столь колоритным нианцем.

Счастье еще, что практически никто не мог сказать наверняка, кого именно приобрела Кая и был ли у нее раб вообще. В любом случае теперь можно было не сомневаться, что это обязательно свяжут с прибывшей в Заир делегацией из Ниана.

В том, что сегодня явно не ее день, Хранительница окончательно убедилась перед самым спуском в подземелья – стоило им завернуть за угол, как они с Амоа оказались лицом к лицу с этой самой делегацией. Перед глазами всплыл самодовольный взгляд Стивена. «Очередной прокол, Киса», – как наяву услышала девушка и почувствовала такой гнев, что магия мгновенно откликнулась, требуя причинить кому-нибудь боль.

– Мое имя – Киара, – прошептала она.

Ну уж нет! Любой прокол можно обернуть себе на пользу. Главное, действовать по обстоятельствам.

Представители чужой страны стояли небольшой группой из шести человек, а рядом крутился дворцовый распорядитель с огромной папкой в руках и что-то торопливо записывал. Все нианцы в чем-то неуловимо были похожи на Амоа. В разных чертах лиц без труда угадывалось общее. Но ни у кого из них не было ни татуировок, ни таких странных глаз с узкой радужкой.

Поняв это, Киара непроизвольно обернулась и посмотрела на своего пленника. Тот застыл, глядя на соотечественников. На лице – ни одной эмоции. Каменная маска и та больше наполнена жизнью.

И? Что это значит? Он узнал кого-то конкретного?

Киара содрогнулась, представив, как начнутся крики, что она не имеет права держать в рабах их друга, брата, дядю, соседа и Бездна знает кого еще…

Нет уж! Не она привела его на рабский рынок, заковав в цепи. Но она вполне законно его купила. Сумма выплачена целиком и полностью, документы в порядке. Пусть оспаривают это, где хотят!

Впрочем, сейчас, пока интерес к нианцам высок, они могут обратиться напрямую к королю. А тот в свою очередь, конечно, может попытаться пленника отобрать и передать делегации в знак доброй воли. Станет он это делать или нет? Каковы планы Диагона на этот визит? Как же не вовремя она пропустила последний Совет!

«Так. Спокойно!» – скомандовала Кая сама себе. Она в любом случае успеет провернуть ритуал. Правда, проблем потом будет…

Девушка посмотрела на делегацию. В том, что каждый из них узнал Амоа, сомнений не было. Но он явно был им не дорогим и любимым родственником. Смуглые лица побледнели, глаза расширились, рты приоткрылись…

Они что – боятся? Он их тоже цепями пытался придушить? С этого буйного станется…

– Ди… Малех? – тихо отозвалась единственная в делегации женщина.

Она прижала одну ладонь к щеке, но и невооруженным глазом было видно, как затряслись ее пальцы.

– Какая встреча, Рене. – Губы Амоа сложились в широкую улыбку, но от нее становилось не по себе.

Мускулы на руках мужчины напряглись, он готов был броситься вперед в зверином прыжке.

Киара прищурилась, оценивая ситуацию. Значит, знакомы.

Кая едва слышно хмыкнула, привлекая внимание Амоа, и поправила длинный рукав платья, будто ненароком продемонстрировав хорошо знакомый ему браслет подчинения. Судя по чуть расширившимся зрачкам и ярости вперемешку с отчаянием, мелькнувшим во взгляде, намек он понял правильно. Но в следующий миг на его лице отразилась немного пугающая саркастическая улыбка человека, которому нечего терять, ведь палач уже занес топор, остается лишь не подать виду, насколько все плохо. А в данном случае – насколько унизительно его положение.

Вот ты и попался, «котенок». У каждого есть свои слабости. И Кая не удержалась бы при дворе, если бы не научилась их молниеносно находить у других.

Она не могла оторвать взгляда от этой самой Рене. Высокая, выше Киары, чуть полноватая, но от этого ее грудь лишь сильнее выделялась под утягивающим корсетом. Темные волосы заплетены во множество мелких косичек, а в уголках глаз нарисованы длинные черные стрелки.

В Диагоне таких девушек точно не встретишь.

– Ты же… – Голос Рене дрожал, в нем слышалась самая настоящая паника. Последнее слово она произнесла почти беззвучно, но Кая прекрасно поняла, что именно та хотела сказать. – Умер…

Хранительница напряженно сглотнула, наблюдая за сценой. Как интересно. Жаль, что время так сильно поджимает, а было бы полезно послушать эту нианку. Сдается, ей есть что рассказать об их общем «друге». Впрочем, если Киаре повезет и ритуал пройдет быстро, то на балу можно будет попробовать подобраться поближе. Поговорить о том о сем…

Кая умела быть дружелюбной. Разумеется, всего ей не рассказали, но порой достаточно и самых нелепых слухов, чтобы выцарапать из них главное.

– Мастер Ди Малех, – заговорил один из мужчин за спиной Рене. – Мы не знали, мы… очень рады… Если вы… только одно ваше слово…

Рады? Киара чуть не рассмеялась. О да! Радость от встречи так и заметна на их омертвевших от испуга лицах! Трусливые щенки перед львом – того и гляди упадут на колени…

А сам лев в этот момент застыл каменной статуей с улыбкой, почти превратившейся в оскал. Кажется, даже не дышал. Напряжение висело такое, что казалось, достаточно мельчайшей магической искорки, чтобы прогремел взрыв.

Киара поймала взгляд Амоа, и на миг в нем промелькнуло что-то, чего прежде она никогда в нем не видела, но это что-то тут же было вытеснено вспышкой всепоглощающей злости. Правда, Кая подозревала, что злился маг не на нее, а на себя. Злился за то… что просит ее?

Кажется, Амоа был из той породы мужчин, которые считают зазорным просить помощи. Не хотят никому быть обязанными.

Невольно ее губы тронула понимающая улыбка. А у них, похоже, больше общего, чем она думала. Но эту улыбку нианец трактовал по-своему, судя по отразившемуся во взгляде презрению и почти животной ненависти.

Амоа бросал ей вызов:Ну вот он я, что же ты медлишь? Добивай!

Улыбка Каи стала еще шире, когда она обернулась к делегации. Учтиво склонив голову, с легким сожалением произнесла:

– Прошу простить, господа, но у нас с мастером Ди Малехом дела неотлагательной важности. Как только обстоятельства позволят, уверена, вы обязательно еще встретитесь и обсудите все вопросы.

Обстоятельства… Так Кая себя еще не называла.

Удивление и растерянность, на мгновение проявившиеся на лице Амоа, сделали его черты мягче и… человечнее, что ли. Киара, залюбовавшись этим неведомым прежде зрелищем, затаила дыхание. Определенно, оно того стоило.

Мужчина медленно повернул к ней голову и несколько заторможенно кивнул, а глаза его странно блеснули. И непонятно, то ли этот кивок предназначался для гостей, то ли таким способом он пытался поблагодарить Каю. Тем не менее это был шаг к сближению. И тот самый рычаг, которого Кае так не хватало, чтобы быть уверенной наверняка: она своего добьется.

– Поспешим, мастер… нас ждут, – вежливо обратилась к нему и, посмотрев напоследок на гостей, словно взглядом извиняясь за уход, зашагала дальше.

Киара знала наверняка: Амоа идет за ней. Такие люди просто физически не выносят быть должными кому-то. И теперь вдвойне интересно: как же его вообще угораздило попасть в рабство?

#### 3

Ключ от королевского ритуального зала был только у троих: у нее как у занимающей должность Хранителя магии Диагона, у Хранителя ключей и у короля. Зал располагался в подвалах замка и был хорошо экранирован – мог удержать даже самый мощный поток чар. То, что происходило здесь, оставалось здесь же – даже если что-то пойдет не так, никто никогда об этом не узнает.

Когда Амоа вошел следом за ней в зал, Кая с мрачной решимостью задвинула засов, чтобы уже точно никто не смог им помешать. Скрестила пальцы в руну света, призвав магический огонь в развешенные на каменных стенах факелы.

За время пути пленник так и не спросил, куда и зачем они идут. С одной стороны, раньше Кая никому ничего не объясняла, разве что Филипу, но тот не в счет.

Но видимо, собственная участь интересовала ее невольника куда меньше, чем то, что произошло в коридоре. Стоило Кае запереть двери, как он наконец не выдержал:

– Почему ты не выдала меня?

Киара обернулась, посмотрела на мужчину, во взгляде которого читалось негодование. Внешне он был абсолютно спокоен, но это спокойствие явно давалось ему очень дорого. А что касается самого вопроса… эх, кажется, в такого покорность не вбить, сколько ни старайся.

– Ты сам попросил, разве нет? – она пожала плечами.

Нужно было поторопиться, расставить знаки силы, вычертить свежие руны, напитать их своей кровью. Девушка отточенными заученными жестами принялась за подготовку, краем глаза наблюдая за внутренней борьбой нианца, отображавшейся на его лице.

До этого Киара уже пыталась провести похожий ритуал, и не единожды. Первый раз – несколько лет назад, когда еще только-только сумела определить способ купировать проклятие. Попыткой номер один был пытавшийся за ней ухаживать Филип – младший сын герцога Кейна. Киара рассказала ему о своей проблеме, а он вызвался помочь…

– Я не… – начал громко Амоа, но умолк на полуслове.

Кая подняла голову и приподняла брови, приглашая договорить. Он «не» что? Не просил? Не хотел, чтобы она прикрыла его перед соотечественниками? Может быть, пленник сейчас думает, что было бы лучше, чтобы она приказала ему что-нибудь? Как-нибудь унизила, показав, что он всего лишь раб и им больше нечего его бояться? Или просто думает, что правда все равно рано или поздно всплывет и лучше бы это уже случилось?

– Спасибо, – после продолжительного молчания тихо произнес Амоа, чуть склонив голову так, что спутанные волосы упали на лицо.

«Нужно было сказать ему, чтобы помылся», – подумала Кая и, кивнув в ответ, вернулась к начертанию символов. Все, как и до этого. Сначала руны, потом знаки, напитка, заклинания.

Отклик был даже в первый раз. Тогда на короткий миг она поверила, что все действительно так просто. Что юный герцог Филип станет спасением для нее и ее семьи. Но уже несколько секунд спустя парень начал задыхаться, синеть. Она убивала его, иссушала его жизнь своей магией, забирала силу. Киаре удалось остановить происходящее в последний момент до того, как юноша умер. Она помнила, как в отчаянии пыталась привести Филипа в сознание, как после несколько дней не отходила от его постели, чувствуя за собой вину, что втянула его в это.

О том, каких усилий ей стоило скрыть произошедшее, вспоминать не хотелось. Для всех остальных – юный герцог просто упал со ступенек.

В тот раз удача была на ее стороне, никто не узнал о ритуале, а сам Филип, придя в себя, ничего не вспомнил. То есть вообще ничего. Он даже Каю не узнал. Каким-то образом магия выборочно стерла ему воспоминания обо всем, что было связано с Киарой. Это стало уроком, предупреждением. А еще у неудавшегося ритуала был интересный побочный эффект – резко выросший уровень магического резерва.

И пусть было больно от того, что пришлось вычеркнуть близкого человека из жизни, Кая не сдалась, продолжив поиски лекарства. Чтобы больше не рисковать, девушка начала покупать рабов. Нечасто, раз в несколько месяцев. Теперь она отбирала их тщательнее, пыталась найти того, кто подходил бы по ауре. Но все заканчивалось одинаково. Неконтролируемый поток магии убивал исток, рабы не выдерживали, и ритуал приходилось прерывать. Она давала им время прийти в себя и отсылала на работы по замку.

И искала следующего. С маниакальной настойчивостью веря в то, что найдет то, что ищет. И она нашла.

Закончив приготовления, Киара снова повернулась к Амоа, который наблюдал за ней без особого интереса. Любопытство явно не один из его пороков. С другой стороны, если сегодня все наконец получится, будет лучше, если они оба будут понимать, что происходит.

Взгляд нианца казался отсутствующим: словно Амоа был не здесь, а где-то далеко. Думает о своей Рене?

Неожиданно мел в руке Каи треснул. Этот звук громом отозвался от пустых каменных стен. Но даже он не вывел невольника из раздумий.

Тихонько выругавшись, девушка решила все же начать разговор. Только заговорила отнюдь не о ритуале.

– Кто такая эта Рене? – Камень на запястье полыхнул зеленым.

Девушка подозревала, что это кто-то близкий. Возможно, жена, невеста, любовница. Ни одного человека нельзя ненавидеть больше, чем того, которого ты когда-то любил. Но ответ Амоа удивил.

– Подруга. – В его взгляде вновь промелькнул огонь недовольства – видимо, почувствовал магию принуждения, и она пришлась ему не по вкусу.

Подруга? Вот эта госпожа «Я думала, ты умер»? Это как вообще? У самой Киары друзей никогда не было, не считая сына герцога Кейна – Филипа. Никто не хотел с ней дружить из-за нападок принца, а когда она заработала себе славу «метательницы молний», к ней просто стали опасаться подходить. А после того, что случилось с Филипом, она сама себе запретила близко сходиться с людьми.

Впрочем, эта тема сейчас действительно была не главной. Сначала ритуал, а затем все остальное. Ей показалось или она слышит музыку оркестра, доносящуюся откуда-то сверху? Кажется, праздник уже начался. Нельзя, чтобы Каю стали искать.

Вздохнув, Киара ненадолго прикрыла глаза, собираясь с духом. Она все еще хотела объяснить нианцу, что их ждет, чтобы быть уверенной, что все пойдет точно по ее плану.

– Этот ритуал очень важен для меня, – начала она неопределенно. – От того, что будет в итоге, зависит не только моя жизнь, но и…

– Это угроза? – холодно перебил ее Амоа. – Тогда не теряй времени даром, лучше прикончи сразу.

Киара сжала руки в кулаки, борясь с собой, чтобы действительно не прибить его. Бездна! С ним же невозможно разговаривать!

Так, спокойно! Не хочет слушать – пожалуйста, это его проблемы.

– Войди в начертанный круг и встань на колени.

Собственный голос казался ей незнакомым и властным. Кая почувствовала магию браслета, не оставлявшую нианцу свободы выбора. По телу пробежала дрожь предвкушения. Сейчас все решится. Это ее последний шанс спасти близких.

На лице Амоа не дрогнул ни один мускул. Его губы не проронили ни единого звука. Не отрывая от Киары взгляда, он вошел в ритуальный круг и плавно опустился на пол. Еле слышно хмыкнул, приподнял бровь. Совсем как тогда, на площади. У Каи даже дыхание перехватило от этого вида.

«Ищете покорного слугу?» – спросил он тогда.

Шумно сглотнув, девушка потрясла головой, отгоняя наваждение, и вытащила кинжал, которым, не мешкая, рассекла ладонь. Из сжатой в кулак руки на пол потекли крупные капли. Стоило им упасть, как знаки силы по периметру круга засветились, откуда-то, взметая вверх ее волосы, подул горячий сухой ветер.

Сосредоточившись на бурлившей внутри силе, Киара речитативом начала читать заклинание на одном из древних языков Диагона. Она призывала магию соединить ее жизнь и жизнь стоявшего перед ней на коленях мужчины.

Пока все шло гладко: Амоа делал вид, что не замечал той мощи, что разворачивалась рядом с ним, всем своим видом выражая смертную скуку и пренебрежение.

Но вот Хранительница наконец добралась до того места, когда каждый из ее предыдущих попыток не выдерживал и приходилось все останавливать. Перекрикивая стоявший в ушах шум, она обратилась к нианцу.

– Теперь повторяй за мной, – потребовала девушка. – Я отрекаюсь…

– Я отрекаюсь. – Он недоверчиво сощурил глаза, начало фразы ему явно не понравилось.

– От своей жизни… – что-то было не так – Киара чувствовала это, но пока не могла понять, что именно, – и вверяю ее в твои руки.

Амоа стиснул зубы, но фразу так и не повторил.

Как?! Как он это делает? Магии принуждения практически невозможно сопротивляться! По крайней мере, не так сразу.

– Повторяй! – приказала она. Кровь стучала в ушах, волнение сковывало движения.

Только не сейчас! Создатель! Не дай ему все испортить!

Камень на руке светился зеленым, всю свою магию девушка направила на то, чтобы пленник повторил проклятую ритуальную фразу.

Он чуть склонил голову набок. Видимо, сопротивление все же дорого ему давалось.

А ведь Кая даже антимагические наручи с него не сняла!

– От… – подчинение все-таки действовало, он начал говорить то, что требовалось. Но, Создатель, какая же сила воли у этого человека! – От…

Знаки силы начали мигать, свет рун стал гаснуть. Нет! Только не это! Ритуал не должен сорваться!

Кая часто задышала, из последних сил удерживая круг. Если сейчас ничего не получится, то второй раз сегодня напитать руны она не сможет – попросту не хватит резерва.

– Да повтори ты уже! – в отчаянии воскликнула девушка, чувствуя, как ее начинает колотить от жуткой смеси страха, паники и подкатывавшего магического истощения.

Несколько мучительно долгих секунд они смотрели друг другу в глаза, а затем она наконец услышала:

– Я отрекаюь от своей жизни и вверяю ее в твои руки.

На мгновение все стихло. Не было ни ветра. Ни магии. Ни даже звуков. Ни разу прежде ритуал не проходил так. Кае даже показалось, что она оглохла, и, чтобы удостовериться, что это не так, щелкнула пальцами. Нет, все же слышит.

Но в этот же миг, подчиняясь ее щелчку, татуировки на теле нианца засветились желто-оранжевым, наполняясь огнем изнутри. Знаки силы вторили им, подхватывая этот огонь, обступая Киару со всех сторон. А затем магия ударила прямо в нее.

Это было похоже на огромное светящееся море, толщи золотистых вод, обступившие со всех сторон. И в этом бурлящем водовороте она ощущала себя лишь крохотной щепкой, плывущей в потоке, которая не может сама выбирать направление. Перед глазами мелькали незнакомые места, события, в которых не принимала участия. Горы, подпирающие небо, облака, плывущие под ней. Что это? Откуда?

«Обретешь силу, но потеряешь свободу… – Слова на незнакомом наречии. Кая слишком плохо знала язык нианцев, чтобы понять все, но, судя по всему, это был именно он. – Эта сила должна быть подчинена людям, а ты человеком быть перестанешь…»

«Отплатить чужой болью за свое унижение…»

Все разворачивавшееся перед ней было соткано из тумана. Издалека казалось, что что-то происходит. Вот она видит темноволосую девочку, бегущую по сельской дороге, и загорелого мальчугана, спешащего за ней. Киара хочет подойти, услышать, о чем дети кричат друг другу, но стоит приблизиться, как сцена расползается, словно тот самый туман.

«Мама сказала, что я за тебя отвечаю!»

В голове раздавались только обрывки чужих фраз, бестолково вертевшиеся по кругу.

«…Беглый раб, он ранен! – Лицо работорговца, искаженное алчностью. – Сможем его перепродать, несите на корабль…»

Соленые брызги на губах. Чем-то похожие на вкус крови. На вкус мести. Сладкой-сладкой мести.

Незнакомый человек с перекошенным от страха лицом стоит на коленях.

«Я хочу, чтобы ты ел землю под моими ногами…»

Киара вынырнула из чужих воспоминаний так же резко, как и попала в них.

Темнота обступала со всех сторон. Пальцы сплели руну света еще до того, как Кая успела о ней подумать. Со всех сторон тут же вспыхнули факелы, даже глазам на миг стало больно.

Оглядевшись, Хранитиельница поняла, что все еще находится в ритуальном зале. Ритуальный круг погас, сила ушла из него.

– Амоа! – девушка взволнованно подскочила к неподвижно лежащему на полу мужчине.

Бездна! Неужели снова ошиблась? Неужели… убила его?

Прижав палец к шее нианца, сосредоточилась, напряженно отсчитывая удары пульса. Жив… жив! Слава Создателю!

Кая похлопала его по щекам, желая привести в сознание, но тот по-прежнему лежал неподвижно. Магическое определение состояния не выявило проблем.

В этот самый момент что-то ударило по перекрытиям. Киара подняла взгляд к потолку и поняла, что музыка, едва доносившаяся сверху, умолкла. Она нахмурилась, машинально скрещивая пальцами руну определения времени. Странно, не прошло даже часа. Праздник не должен был так рано закончиться. Стивен всегда любил танцы.

До слуха донеслись крики. Испуганные вопли не одной сотни людей, топот…

Киара посмотрела напоследок на Амоа. Ничего не случится, если она оставит его приходить в себя здесь. Просто запрет зал на всякий случай, чтобы никто не вошел.

Решив так и сделать, девушка поднялась и выбежала в коридор, на ходу бросив на дверь запирающее заклятье. Зачастила по каменным ступенькам. Чем выше она поднималась, тем громче становились крики. А поднявшись на нужный этаж, Кая попросту угодила в толчею из людского моря.

Все с ужасом спешили убраться подальше из бального зала. Пришлось пробивать путь чарами, воздушной волной отталкивая людей со своего пути, от чего всеобщая сумятица только усилилась. Зато, расчистив дорогу, Киара сумела попасть в зал.

– Что здесь происходит?! – воскликнула она, но голос сам собой увял, стоило ей увидеть отвратительное зрелище.

Посреди зала, прямо перед тем местом, где стояли двое высоких правителей Диагона, лежал принц, а рядом с ним несколько человек. Она узнала главного целителя, в уголках губ которого запеклась кровь. Король с королевой, испуганно обнявшись, стояли всего в нескольких шагах от него.

Их со всех сторон обступила стража, держа наготове оружие, но явно не зная, против кого его применять.

Но самое ужасное было не это, а черная густая субстанция, мерными толчками вылезавшая изо рта принца и медленно растекавшаяся по мраморному полу. Над мерзкой пузырящейся субстанцией клубился пар, поднимавшийся к самым сводам.

– Что… здесь произошло? – севшим голосом повторила Киара, привлекая к себе внимание.

– Это она! Она была со злым ящером! – фраза прозвучала на ломаном языке Диагона.

Кая повернулась на голос – чуть в стороне, тыча в нее пальцем, стояла в окружении соотечественников Рене.

После ее крика все взоры скрестились на Киаре. Королева резко обернулась с искривленным от ужаса ртом, ее глаза были выпучены.

– Ты! Это ты должна была сейчас умереть вместо него! Стража! Это она что-то сделала с моим сыном! Схватить! Убить! Если она умрет, принц выживет! – истошно завопила она, буквально подпрыгивая на месте.

Стража неуверенно двинулась в сторону Киары.

Что-что, а быстро соображать Кая всегда умела. Взмахнув руками, она призвала магию, атакуя первой. Неважно, что это только подтвердит обвинения королевы в чужих глазах. Ее уже назначили главным виновником произошедшего.

Ударная воздушная волна сбила солдат с ног. Один из них, подошедший ближе всего, отлетел прямо на тело принца и тут же забился в судорогах, изо рта полилась кровь.

«Это ты должна была сейчас умереть вместо него…»

Разговор, который она подслушала, о проклятии, которое должно сработать через двадцать два года…

Это оно и есть? То, что мучило ее и ее семью долгое время? То, найти первопричину чего у нее так и не вышло. Потому что искала не там, где следовало. Первопричина была не в ней, а в принце, на которого и были наложены злые чары. Чары, для которых Кая служила отводом. Но когда девушка сумела защититься от них, найдя исток, – они со всей силы ударили по тому, на кого и были направлены изначально.

Киару снова окружили. Среди оставшихся в зале были маги. Лучи заклятий полетели над головой. Она скрестила пальцы, призывая щит, но все же пропустила один из лучей. Плечо прострелило болью, из глаз брызнули слезы. Магический резерв, опустошенный после ритуала, не давал перейти в наступление.

Но им не стоило ее злить. Глубоко вдохнув, Кая призвала остатки силы: она чувствовала, как тело, следуя за ее волей, изменяется, становится более гибким, ловким, опасным, неуязвимым для чужой магии.

Через несколько секунд посреди зала подняла голову огромная змея.

#### 4

Голова гудела, будто на нее упал камень с горы Валаад. Амоа потер виски, раздраженно посмотрел по сторонам. Похоже, его новая «госпожа» сделала все, что хотела, и оставила его умирать от боли в этом каменном мешке.

Поднявшись, он бросил один из камешков по периметру рунного круга.

«Я отрекаюсь от своей жизни и вверяю ее в твои руки», – воспоминания о словах, которые она заставила его произнести, жгли изнутри каленым железом.

Стерва! Напыщенная аристократка! Избалованная девица! Да кто она такая, чтобы он отдавал ей свою жизнь? Пусть даже она ему самому не особо-то и нужна!

И ведь он тоже хорош. Чувствовал же, что может сопротивляться ее приказу. И что если потянет еще немного, то получит такое желанное для него избавление. Забвение, в котором не будет боли – ни физической, ни душевной. Но посмотрел в ее глаза…

«Да говори же ты!» – полный отчаяния и тоски взгляд. Как там она сказала? От этого зависит не только ее жизнь? Только там, стоя перед ней на коленях в рунном круге, Амоа понял, что они действительно в чем-то похожи. Что она так же, как и он когда-то, готова пожертвовать всем ради кого-то очень близкого.

И это сломило сопротивление. Заставило чары согнуть его волю и произнести проклятую фразу. Он не хотел, но хватило малейшего сомнения, из-за которого подчинение оказалось сильнее.

Проклятая девчонка! В сердцах Амоа пнул еще один камень и внезапно взглядом зацепился за лежавший под ногами кожаный ремешок. Нахмурившись, мужчина поднял его. Зеленый камень поблескивал в свете факелов.

Это тот самый артефакт, что заставлял его выполнять приказы? В этот момент он разглядел собственные запястья – антимагических браслетов не было. Не веря в свою удачу, щелкнул пальцами, и в тот же миг на кончиках заплясали язычки пламени.

Как же маг соскучился по этому. Он почувствовал предвкушение, будто уже сжег этот замок вместе со всеми его обитателями. На губах расцвела жестокая улыбка. Амоа был уверен, если бы его сейчас кто-то увидел – испугался бы пуще Подгорного короля.

Мужчина поскреб щетину на подбородке, ухмыльнувшись собственным мыслям. Обнаружил расстегнувшиеся антимагические наручи – должно быть, замок испортился из-за ритуала. Хоть что-то хорошее. Еще один щелчок – и голова перестала болеть. Как же все-таки хорошо владеть магией!

Амоа прислушался к себе, пытаясь понять, изменилось ли что-то. Но нет, кажется, ничего. Никакой связи с упрямой магичкой, вздумавшей его подчинить, он не ощущал.

Как странно, еще недавно он хотел умереть, но как ни крути, ведьме все-таки удалось расшевелить его. Мы начинаем ценить что-то, только когда теряем. И Киаре определенно удалось задеть его за живое.

Спрятав браслет с камнем в карман, мужчина прошел к дверям. Теперь самое время уйти отсюда.

Дверь поддалась проще, чем он думал, – оказалось достаточно легкого магического импульса. Амоа лишь удивленно вкинул брови на это, но особенного значения не придал. Кто знает этих диагонцев. Может быть, у них принято не запирать дома, оставлять добро на улице, удивляясь потом, если украдут. Изнеженные, наивные, привыкшие к тепличным условиям…

Раздумывая об этом, маг даже не сразу понял, что что-то не так. Навстречу попалось несколько испуганных людей, они откуда-то убегали. Он их не тронул. К чему тратить силы понапрасну?

Но вскоре стало понятно, что где-то началось выяснение отношений. Крики, грохот, топот.

В любом случае это уже не его проблемы. Добравшись до одного из нижних этажей, мужчина нашел окно, выпрыгнул из него и неспешно прошел по роскошному саду. Красиво, несомненно. И трудов, должно быть, вложено в эти идеально подстриженные кусты, деревья, мощеные дорожки было немало. Цветы образовывали композиции, сплетаясь в различные рисунки.

Но при этом все выглядело… неживым. В Ниане такого не было. К чему придавать дереву форму шара, срезая его ветви? Зачем заковывать ручей в гранит? Кажется, стремление все и всех контролировать у диагонцев в крови. Вспомнить хотя бы, что так называемые «подчиняющие артефакты» придумали именно здесь.

Неожиданно Амоа оступился, схватившись за горло. На шее затянулась удавка, он сделал несколько инстинктивных шагов назад, царапая кожу ногтями.

Подгорный король! Что это…

Дышать стало легче, будто ничего и не произошло. Амоа огляделся. Ни Киары, ни кого-либо еще. Что за фокусы?

Прошел чуть вперед… горло снова стянуло железной петлей, ни вдохнуть, ни выдохнуть, а от напряжения, кажется, глаза вылезут из орбит.

И опять все прошло, как только он отступил к замку.

Проклятая ведьма! Злость затмевающей разум волной поднялась из самых черных глубин души. Она что, привязала его к себе? На поводок? Как какого-то пса?! Хочет сделать его своим покорным рабом, бессловесным существом, которому можно приказать любую мерзость?

О, эта ведьма просто не знает, с кем связалась…

От переизбытка эмоций рунная вязь, расходившаяся рисунком в форме змеи по его телу, начала слабо светиться. Глубокий вдох. Выдох. Действовать лучше с холодным разумом. Слишком много уже проблем он себе нажил, поддаваясь душевным порывам.

Что ж, он вполне может отплатить ведьме той же монетой.

Развернувшись, Амоа направился к замку. Вот только если до этого он сознательно выбирал путь, где никого не было, то теперь уже шел на шум. Не могла же в самом деле такая заносчивая самоуверенная ведьма, как Киара, пропустить все веселье?

Забравшись обратно через то же окно, мужчина пошел на звук, поднимаясь по этажам все выше.

– В северной башне! Хранительница! Она там! – Он услышал крики стражников, прежде чем они выбежали из-за угла коридора прямо на него.

Амоа понятия не имел, много ли тут тех, кто называет себя Хранительницами, но решил, что это место определенно стоит проверить.

Не давая страже времени сориентироваться, он поднял ладонь вверх, и те, послушные его воле, взмыли в воздух, ударившись о потолок.

Мужчина поморщился. Не то чтобы он беспокоился о том, чтобы не навредить кому-то, но раньше такого, чтобы он не рассчитал силы, не случалось. Странно…

– Где проход в северную башню? – потребовал маг.

В ответ посыпались ругательства и проклятия. Вздохнув, он еще раз, уже сознательно, махнул рукой, впечатывая стражников в каменный потолок.

– Где проход? – нетерпеливо повторил он.

– Вторая лестница справа.

– Спасибо, – хмыкнул, убрав магию, и развернулся в сторону лестниц.

Стража за спиной с криками и стонами попадала на пол.

Как же приятно все-таки вновь обрести силу. После того как он закончит с Киарой, будет неплохо заглянуть на рынок работорговцев. Стоит преподать урок и им.

Поднявшись по винтовой лестнице, Амоа обнаружил несколько дверей по кругу. Но почему-то даже не сомневался, что угадает, за какой из них скрывается девушка. Его вело внутреннее чутье.

И снова, чтобы открыть дверь, оказалось достаточно лишь легкого импульса.

– А вот и ты…

Амоа шагнул внутрь и обнаружил сидевшую у сводчатого окна Каю. Она выглядела смертельно бледной, зажимая окровавленной рукой плечо.

Разумеется, он перестал улыбаться как победитель. Каким бы злодеем наинец себя ни считал, а добивать раненых – это удел шакалов, падальщиков. Но как бы то ни было, она обязана снять свои чары!

– Как ты вошел сюда? – требовательно спросила девушка, сверкая глазами.

Если бы он ее сейчас не видел, ни за что бы не понял по голосу, насколько она вымотана. Киара взмахнула рукой, по-особому скрещивая пальцы, и дверь с громким стуком захлопнулась.

– Если уж пришел, то хотя бы не мешай. – Она тряхнула головой, тут же теряя к нему интерес и склонившись над каким-то камнем.

От подобного безразличия Амоа почувствовал, как начинает злиться. Маленькая Хранительница все еще чувствует себя хозяйкой положения? Зря она так беспечна.

– Да вот, пришел узнать. Ничего не теряла? – приподняв брови, он выудил из кармана кожаный браслет, помахав им перед ее носом.

Девушка скользнула по нему строгим взглядом. Будь на его месте кто-то другой, наверняка бы проникся от холода этих синих глаз, которым, казалось, можно было обращать в лед воду.

– Ты. Мне. Мешаешь, – отчеканила Киара и снова повернулась к камню.

– Ты что, не понимаешь, что я пришел убить тебя?! – не выдержал маг, зажигая на руке огненный шар.

Нет, убивать ее он по-прежнему не собирался. Но нужно было напугать так, чтобы она поняла свою ошибку. Отменила чары, и он смог убраться отсюда.

Да и что греха таить, ему очень хотелось проучить девчонку за то, что посмела купить его. Посмела вести его в цепях через весь город, как какое-то животное, а затем использовать в непонятных ритуалах, заставив унизиться перед ней, стоя на коленях.

Унижения Амоа не прощал никому.

#### 5

Еще никогда прежде Киаре не приходилось сражаться за свою жизнь. Быть одной против всех, использовать силы на полную. Самым сложным оказалось отпустить контроль, перестать бояться бить насмерть.

К залу стянули всю дворцовую стражу, но Кае удалось выскользнуть оттуда и попасть в северную башню. Здесь располагались покои прежнего Хранителя магии Диагона. Он умер от старости пару лет назад, но его вещи по-прежнему хранились в закрытой комнате.

Девушка без проблем попала внутрь и отыскала один из магических кристаллов. Только бы хватило остатков резерва, чтобы напитать его! Тогда можно будет его использовать как портал: минуя стражу, добраться на другой конец дворца за родителями и сестрой, затем забрать Амоа и всем вместе покинуть это место.

Кровь из правого плеча, куда пришелся удар, остановилась быстро, но вот боль пока утихомирить не удавалось, а потому приходилось пользоваться лишь одной рукой.

Сосредоточившись на силе внутри себя, Киара водила пальцами над кристаллом. Бездна! Магия шла рваным потоком, ее определенно не хватало. Слишком сильно девушка уже потратилась.

«А ты думала, ты тут самая умная, да, Киса?..»

Она вздрогнула от раздавшегося над ухом голосом Стивена, огляделась. В комнате никого не было.

– Мое имя – Киара, – упрямо прошептала, напрягая силы для подпитки кристалла.

Звук собственного голоса помог почувствовать себя чуть увереннее.

Сумасшествие какое-то… Все происходящее – просто плохой сон. Еще и эта новость, что все это время Кая была лишь отводом для проклятия принца. Но ведь при этом король с королевой знали о ее постоянных поисках лекарства. Неужели не думали, что в случае успеха злые чары ударят по их избалованному наследничку?

Дверь внезапно открылась. Кая дернулась, инстинктивно сплетая пальцы в защитной руне. Кристалл перед ней ярко мигнул и снова потух. Бездна!

– А вот и ты… – услышала она низкий бархатистый голос, полный злобного предвкушения.

На пороге стоял Амоа и улыбался. И чего это он радуется?

– Как ты вошел сюда? – чуть прищурилась Киара, на ходу меняя план.

Как бы то ни было, то, что он здесь, – хорошо, не придется тратить силы, чтобы забрать его из подвала.

Взмахнув рукой, она закрыла дверь, воспользовавшись магией, и снова переключилась на кристалл.

– Если уж пришел, то хотя бы не мешай.

Сколько у нее осталось времени, прежде чем доберутся до родителей? Еще и Лиара неизвестно где… В зале Кая ее не видела. То ли сестра убежала раньше, как только принцу стало плохо, то ли не приходила, оставшись вечером с матерью и отцом.

– Да вот пришел узнать. Ничего не теряла? – Амоа, не замечая, что ей не до него и она не настроена разговаривать, вытащил из кармана браслет подчинения и помахал им перед ее глазами.

Киара досадливо поморщилась. Наверное, все же надо было раньше объяснить магу про ритуал и его последствия. Сейчас бы он ее не донимал.

– Ты мне мешаешь. – Она постаралась произнести это как можно вежливее, но, кажется, получилось грубо.

– Ты что, не понимаешь, что я пришел убить тебя?!

На руке нианца вспыхнул огненный шар, а глаза опасно засверкали.

В Бездну его с его нервами и скверным характером! Он вообще соображает, что творит?! Можно подумать, это его семью сейчас могут убить с особым пристрастием и жестокостью!

Киара почувствовала, как ее начинает трясти от плохо сдерживаемого гнева. Убить он ее пришел, значит? Пусть встанет в очередь!

Девушка вскочила, руки сами собой сжались в кулаки.

– Отлично. У тебя пять секунд. Время пошло. Раз, два… – принялась считать она.

– Ты о чем?

Наверняка в другой раз Хранительница бы умилилась растерянному выражению на обычно бесстрастном лице, но сейчас это вызвало лишь досаду.

– Чтобы убить меня, Бездна тебя побери! – Голос срывался, и Киара подумала, что со стороны, наверное, выглядит жутко, но тут же отбросила эту мысль. – Сделай уже хоть что-нибудь полезное, вместо того чтобы сыпать угрозами!

Она с вызовом уставилась на нианца, неуверенная, что это сработает. По идее, энергия его магии теперь не может причинить ей вред, ведь ритуалом Кая связала их ауры воедино. Вот только теория и практика – вещи совершенно разные. И то, что должно стать источником энергии, вполне может оказаться смертельным.

Но разве у нее есть выход? Да и если маг так хочет убить ее, все равно попытается это сделать рано или поздно.

– Ты сумасшедшая. – Амоа поморщился. Сжав ладонь, он погасил огонь, но Киара, увидев это, лишь застонала от досады. – Отмени последствия своего колдовства, и просто разойдемся.

– Я не могу тебя отпустить, – покачала головой она. Затем, вздохнув, приказала: – А теперь снова вызови магический шар и кинь его в меня.

Кая видела изумление во взгляде нианца, когда он понял, что собственное тело ему неподвластно, видела внутреннюю борьбу, отразившуюся на лице. Неверие, когда он переводил взгляд с нее на браслет подчинения и обратно. Кажется, Амоа не сразу поверил, что Киаре действительно больше не нужен артефакт, чтобы заставить его сделать что-либо.

А затем появилась ненависть…

Всепоглощающая ненависть во взгляде, от которой стыло сердце и холодело тело.

«Создатель, что же я делаю?» – мысленно ужаснулась Киара, и в тот же момент в ее грудь угодил большой огненный сгусток.

Соприкоснувшись с девушкой, он погас, но собственная магия мгновенно откликнулась, вырываясь из тела, и на кончиках пальцев заструились потоки силы. Почувствовав это, Киара тут же забыла о нианце, потянулась к кристаллу, напитывая его. Кажется, получается!

Как только кристалл зарядился, Кая схватила его в одну руку, а второй потянулась к Амоа, но мужчина отшатнулся.

– Мне нужно спасти моих родителей, – стараясь сдерживаться, сказала она, а перед глазами все еще стоял полный отчаянной ненависти взгляд, когда Киара приказала ему ударить. Так смотрят не люди, а загнанные дикие звери, опасные хищники, готовые умереть, но не сдаться. – И для этого мне нужен ты. Пожалуйста.

Последнее слово произнесла буквально шепотом.

Амоа не сделал к ней ни шага, но когда девушка снова приблизилась, остался стоять на месте. Киара сжала его предплечье, сосредотачиваясь на кристалле и на желаемом месте переноса.

По телу пробежала горячая волна, ненадолго успокаивая воспаленное сознание и лишая возможности двигаться. Мир завертелся вокруг в радужном водовороте, и вот они с ее узником уже стояли в родительской спальне.

Мама лежит на кровати, рядом отец…

Сестра…

А над ними клубится смрадная черная жижа, растекаясь по их телам.

Киара закричала. Громко, протяжно. Попыталась броситься к родным, но что-то не давало. Что-то мешало. Слезы застилали лицо, превращая мир в мозаику из цветных пятен. В ушах звенело так, что ничего больше не было слышно.

Она должна была им помочь. Она не смогла.

Это она должна сейчас лежать, пожираемая проклятием, не они.

Кто-то вошел в комнату. Все равно. Это не имеет значения.

Больше ничто не имеет значения.

Она не справилась, не смогла. Подвела их.

Пусть кто-нибудь действительно убьет ее, только чтобы никогда больше не ощущать эту мучительную боль. Или дадут ей кинжал, и она сама проткнет свое сердце, вырежет его из груди, чтобы не смело чувствовать.

– Госпожа Киара! Госпожа Киара! – кто-то пытался докричаться до нее, посторонние звуки слышались как сквозь толщу воды.

Кая обвела взглядом присутствующих, едва держась на ногах. Она наверняка уже рухнула бы на пол, если бы не Амоа. Неужели это нианец удержал ее от того, чтобы кинуться к родителям и сгинуть от соприкосновения с проклятием? Он ведь так хотел ее смерти? Или побоялся, что ее гибель теперь может отразиться и на нем?

– Госпожа Киара! – вокруг стояла дворцовая стража.

Мужчины неуверенно переглядывались, но их мечи были убраны в ножны. А ведь менее получаса назад они все хотели разорвать Хранительницу на куски.

– Госпожа Киара! – позвал глава дворцовой стражи Ирил Нест, седовласый мужчина с пышными усами и морщинистым лицом.

– Командир Ирил? – после долго молчания наконец откликнулась она. – Тратите время на переговоры? Я думала, королева дала вам приказ убить меня.

– Королева решила, что это вы виноваты в том, что случилось с принцем. Но судя по всему, – мужчина кивнул в сторону ее родителей и сестры, – это не так. Я знаю тебя всю жизнь, Киара, ты бы ни за что не тронула своих родных. По крайней мере, я хочу в это верить.

Должность командира дворцовой стражи была в Диагоне очень почетна. По сути, человек перед Киарой был третьим по старшинству лицом в стране, ответственным за армию, после короля и Хранителя оружия.

– Она ведьма, – процедил стоявший рядом с Нестом страж, его старший сын Вирен, – при всем уважении, господин командующий. Ведьмам верить нельзя. Как и всем магам.

Вирен смотрел на Киару так яростно, что казалось, если бы мог воспламенять взглядом, та давно бы уже горела.

– У нас есть выбор?! – рассердившись, командир повернулся к сыну.

– А как же королева? – грустно усмехнулась Киара, прерывая этот семейный спор.

Кто бы что ни решил, у нее в любом случае нет шансов остаться в живых. Да и зачем теперь жить? Разве что Амоа жаль… Он явно не заслуживает того, чтобы разделить ее участь.

– Нет больше королевы, – попросту сказал старый служивый. – Та черная субстанция… в зале… она расползается. Киара – ты единственный оставшийся во дворце маг. Если жижа будет расти и дальше, пострадает весь город. Ты обязана остановить это.

Какая разница, что будет со всем городом, когда у нее только что отняли самое дорогое?

– Я понятия не имею, что с этим делать, – голос звучал глухо и безжизненно.

Она действительно не знала, что это за субстанция и как с ней справиться. Все эти годы Кая шла по ложному следу, была свято уверена в своей правоте, на что-то надеялась… Глупая наивная Киара. Как же жестоко она поплатилась за свою ошибку.

Как она может думать о том, что произошло в бальном зале, если рядом лежат ее родные, а проклятие расползлось по их телам?..

Да и единственным оставшимся во дворце магом она тоже быть не может. На праздник собрались гости со всего Диагона, только в нападении на нее участвовал минимум добрый десяток колдунов, а то и больше!

– Как создавать проклятия, вы, ведьмы, имеете понятие. А как исправить дело рук своих… – злобно чеканил слово за словом сын командира стражи.

– Вирен! – прикрикнул на него отец. – Замолчи. – Парень недовольно засопел, но перечить отцу не посмел, все еще грозно смотря на Каю. – Ты должна попытаться, кроме тебя некому, – мягко продолжил господин Ирил, обращаясь к ней.

– А остальные куда делись? – не выдержав, Кая снова посмотрела на отца, мать, Лиару.

Создатель, как же больно! Почему? Почему она не умерла раньше их? Рука нианца, удерживавшая ее, напряглась, и в этот момент Киара запоздало осознала, что Амоа действительно спас ее. Она обязана ему жизнью.

– Кто-то попытался остановить проклятие и погиб, кто-то бежал, кто-то использовал портал.

– Трусливые… – услышала она тихое причитание Вирена.

На этот раз замечания ему командир не сделал. Должно быть, был полностью солидарен.

– Дайте мне минуту, – дрогнувшим голосом попросила Кая, – я поднимусь вслед за вами.

– И эта тоже сейчас сбежит… Что я говорил!

– Вирен! Еще одно слово, и ты отправишься устранять проклятие в одиночку! – грозно произнес Ирил, а затем кивнул Киаре. – При всем уважении, мы действительно не можем рисковать, вдруг ты решишь воспользоваться кристаллом.

Он указал на все еще поблескивавший в ее руке камень.

– Я приду, – твердо произнесла Кая. – А сейчас дайте мне минуту. Я только что лишилась родных.

Но никто из стражи так и не сдвинулся с места, и это сорвало в ее душе что-то, что сдерживало бурю, готовую разразиться в любой момент. Магия поднялась, наполняя Киару, пробуждая самые черные мысли и эмоции.

– Вон отсюда! – крикнула она, срывая голос и подкрепляя слова энергетическим импульсом.

Стены затряслись от посланной волны чар, пол заходил ходуном. Никто из стражи не устоял на ногах.

Откуда в ней такая мощь и сила? Впрочем, сейчас собственные возросшие возможности не имели абсолютно никакого значения.

Не прошло и минуты, как стража все же покинула комнату.