Александр Огурцов
О друзьях и дорогах

ПРОЛОГ

Время идёт меняя всё на своём пути. Оно безжалостно ко всему особенно к людям, которые как пылинки сдуваются с ладони истории, некоторые царапают эту ладонь и след пребывания их в мире заметен, а другие улетают не оставляя следа, как будто ничего и не было.

Жизнь оказывается скоротечная штука, когда был маленьким, ощущение времени было одним, а когда стал взрослее, и время стало ощущаться по другому. Часы пролетают как минуты, недели как дни. Начало недели – понедельник, впереди целых 7 дней, а в итоге раз-два и уже снова понедельник и впереди снова 7 дней, а может быть и меньше, это уже как богу угодно.

В этом наслоении прожитых дней накопилось немало интересного с моей точки зрения, о чём хочется поделиться с окружающими.

Эпизод первый

ПИСТОЛЕТЫ

Случилось это во времена «контрреволюции 1991 года», так говорят сейчас коммунисты. Красный флаг был сброшен со всех вершин и на его место взобрался трёхцветный пёстрый флаг российской империи. Народ сначала не понял о чём речь, а потом всё пошло поехало, деньги обесценивались и мы познали на собственной шкуре, что такое гиперинфляция, товары исчезли с полок магазинов и перекочевали на стихийные рынки, которые возникали везде, где двигался народ. Многие, чтобы не пропасть с голоду, вынуждены были что-то продавать, предварительно разыскав и купив товар, а потом начинались проблемы с его сбытом, потому как желающих получить выгоду постоянно прибавлялось.

Летом 93 года, следуя по маршруту Новосибирск-Красноярск, на поезде с одноимённым названием, я ходил по вокзалу Новосибирск-главный в ожидании вышеупомянутого поезда, осматривая многочисленные торговые точки, которые скопились под сводом этого великолепного здания, в таком множестве, что казалось здесь не вокзал, а торговый центр. Продавалось здесь всё, можно было экипироваться по полной программе и прикупить ещё много полезных и абсолютно ненужных мелочей. Моё внимание привлекла полноразмерная копия пистолета ТТ, который к тому же мог стрелять пластмассовыми пульками, и стоил он всего навсего 900 рублей. Таких красивых игрушек, дорогих сердцу любого пацана в нашем детстве точно не было. Покрутив в руках игрушку, я тяжело вздохнул и отдал «оружие» продавцу, спросив на всякий случай об оптовой цене, на что тот пояснил, что может уступить сотню. На том и разошлись.

Подошёл поезд, я отыскал свой вагон, занял, указанную в билете полку и завалился спать. Проспать я не рисковал, так как ехал до конечной станции. Поезд прибыл рано, лучи восходящего солнца отражались в стёклах теперь уже Красноярского железнодорожного вокзала и павильонов его окружавших, несмотря на ранний час многие уже работали. Времени до начала движения автобусов было предостаточно. Я пошёл вдоль торговых рядов ничего, не спрашивая, просто убивал время, да и денег было в обрез. Товар в ларьках был, можно сказать, идентичен Новосибирскому только цены были покруче процентов на 40-50, а на отдельные вещи и больше 100. К ним относились и пистолеты, здесь они стоили 2400 рублей. И тут во мне проснулся предприниматель. Это какая же выгода если взять много там и предложить здесь, хотя бы по двойной цене, голова моя закружилась от предстоящего моментального обогащения.

Прошло некоторое время, но мысль о пистолетах не покидала меня ни на минуту, с ней я ложился спать и вставал. Я обошёл торговые точки своего района ознакомился с ценами на это оружие, договорился с одним предпринимателем об оптовой поставке небольшой партии. В принципе я был готов на что-то решиться. Как то в разговоре с товарищами по работе я узнал что у одного из них сестра работает в вагоне ресторане поезда местного формирования и она может устроить поездку до Новосиба за сущие копейки. Выгода ну просто плыла в мои руки. Обсудив с семейством перспективы и ход предполагаемого обогащения, пришли к общему выводу надо ехать, надо рисковать.

Следующий этап повествования можно назвать «Поездка».

Набрав необходимую сумму для приобретения «оружия» я двинулся в путь, то есть товарищ довёз меня на задрыпанной копейке белого цвета до Ж\д вокзала, свёл меня со своей сестрой работницей вагона ресторана и получив оговоренную мзду ,попрощавшись был таков. Дама с которой меня свёл товарищ была симпатична и немногословна коротко ввела в курс дела как должна строится поездка и что мне делать . Суть была такова я стою в тамбуре вагона ресторана час полтора до его открытия потом захожу как посетитель и сижу до закрытия, а потом спать. В конце недолгого рассказа она вопросительно посмотрела на меня своими серыми чуть хитрыми глазами. Ах да сказал я отсчитал ей положенную сумму. То-то сказала она-спрятала не пересчитывая деньги в карман и сказав иди за мной пошла к вагону ресторану. Посадка произошла успешно никто не обратил на меня внимания.

Отстояв положенных полтора часа я наконец-то уселся за столик, накрытый белой скатертью. Кругом носились запахи съестного, есть хотелось невозможно, боролся я с чувством голода недолго, посмотрел меню и заказал перекусить. Заказанные блюда почти мгновенно, в течении получаса , были доставлены к моему столу немногословным дядькой официантом. Сидеть до закрытия надо было часов пять не меньше и потому собрав волю в кулак я не ел, а потихоньку клевал пищу и смотрел в окно, за которым проносились просторы Сибири матушки нашей. Всю эту идиллию разрушил довольно крупный дядька, одетый в синий джинсовый костюм и такую же синюю рубашку, который с шумом приземлился за соседним столом, водрузив перед собой литровую бутылку водки «Россия», которую держал словно стакан. Осмотрев окружающую публику придирчивым взглядом проведя рукой по своей коротко постриженной голове он уставился на меня, Один , скучаешь, присаживайся ко мне ,поговорим, выпьем. Высказав данную тираду он сменил взгляд с придирчивого на вопросительный. Имея в кармане приличную сумму мне не хотелось вступать в дебаты с первым встречным тем более с употреблением алкоголя. Я вежливо отказался, но дядька был решительно настроен Ну тогда я к тебе переберусь и захватив огромными ручищами бутылку и еду бес всяких церемоний переместился за мой столик. Протянул мне свою лапищу с синей наколкой в виде якоря с надписью Коля, мне ничего не оставалось, как протянуть ему руку. Так вот я и познакомился с Николой, так он представился. Ну за знакомство коротко озвучил свои действия по заполнению водкой стаканов. Ну думаю пару соток можно замахнуть на халяву придвинул к себе рюкзак с вещами и деньгами … первая сотка проскочила легко. И тут Никола начал без всякой подготовки рассказывать о прошлой своей жизни, кто он и откуда. Родом из Красноярского края, живу в Омске, после отсидки семи лет приезжал в гости к родственникам делить наследство, которое без его участия разделили. В итоге всем досталось в соответствии с завещанием многим в виде обычного мордобоя. После проведённых мероприятий Никола возвращался к месту своего жительства. За этот небольшой рассказ тоже пришлось выпить., собеседник был настроен дружелюбно и даже немножко по братски. Коля был хорошим рассказчиком, а я благодарным слушателем Моя физиономия не вызывала подозрений у Николы и он выложил на чистоту то что с ним случилось и как он попал в места не столь отдалённые от цивилизации.

Всё было просто как в детективном сериале. Работал Никола на железной дороге сцепщиком и зарабатывал сущие копейки, а жить хотелось достойно и на широкую ногу. Сцеплял он и пассажирские вагоны и товарные, а денег от этого больше не становилось, а в этих, особенно товарных вагонах, каждый день мимо проносилось столько материальных ценностей, что просто кружилась голова. Коля, пообщавшись с корешами, решил малую толику этих средств направить в нужное русло, то есть в свой карман. Зная расписание движения товарных поездов, нашли людей, которые ведали познаниями в области где и чем грузятся контейнеры, приступили к делу. В нужное время встречали в нужном месте товарняк, вытряхивали содержимое контейнеров и уходили с добычей. Появились деньги, жить стало легко и просто, многое стало доступно, даже красная икра появилась на Колином столе. Всю эту идиллию разрушила работа внутренних органов и бдительных соседей, которые не могли пережить таких разносолов на Колином столе, донесли на лихую компанию, короче погорели, сели. Отбыв положенный срок Коля думал об организации дальнейшей жизни не исключая криминальный путь её развития. Словом к окончанию этого рассказа мы были уже корешами, и я думать забыл про свой рюкзак.

Так за беседой едой и питьём мы доехали до Ачинска.

Публики в ресторане заметно добавилось. Появилась компания выпускников местного авиаучилища, было такое в Ачинске готовило техников по обслуживанию боевой авиации. Молодые лейтенанты были одеты с иголочки ,звёзды на их погонах с одним просветом просто сияли. Они были веселы и счастливы позади годы учёбы впереди служба в войсках. Компания была дружная, она не раздражала, а заряжала оптимизмом всех окружающих ,короче в итоге мы с Коляном зарядившись этой энэргией оказались в компании молодых авиаторов и сидели до самого закрытия ресторана. Шампанское, весёлая болтовня, рассказы о годах учёбы….

Про это всё мне на утро рассказал официант разбудивший меня в Новосибе Страшно хотелось пить, голова болела ещё страшнее и туго соображала, но я всё же вспомнил зачем и куда еду. Вещи мои и рюкзак находились рядом в классическом беспорядке. Я судорожно начал проверять комплектность своего снаряжения. Всё находилось на своих местах, компания оказалась не просто весёлой, но и честной, напились и удалились, чужого, как я понял, не брали. Сестра друга выполнила своё обещание-доставила меня по назначению. Так я с божей и человеческой помощью оказался в Новосибирске.

Предстояла главная задача закупить пистолеты. Оставив деньги на обратную дорогу и еду, я двинулся по торговым рядам ж\д вокзала в поисках заветных пистолетов. Искать долго не пришлось. Пистолетов было много и всякого калибра. Пришлось поторговаться хотя мне это доставалось с трудом ,сказывалось вчерашнее возлияние, договорившись о цене, я набил рюкзак пистолетами, без малого получилось 140 штук. Рюкзак раздулся в объёме и потяжелел. Взвалив на плечи ценный груз, я направился к кассам, надо было думать об обратной дороге. Утро было раннее, кассы были практически свободны и я без труда купил билет на проходящий поезд до Красноярска. Настало время подумать о здоровье. Купленная бутылка пива облегчения не принесла, оставалась одна надежда лечиться сном.

Подошёл поезд, я определился с полкой, спрятал свой мешок подальше и уснул мертвецким сном.

В Красноярск поезд пришёл или поздно или слишком рано, вобщем было где-то половина второго ночи. Была малая надежда уехать на такси, но её разрушил таксист, сказав, что предложенных мной денег хватит только до первой автобусной остановки. Делать было нечего, надо было ждать утра. Солнце вставало медленно и неохотно, едва пробиваясь сквозь серые тучи, наступило хмурое утро. Такой же хмурый из меня начал вылазить предприниматель и думать, как же сбагрить эту кучу оружия. Завалив рюкзак за плечи, я сгорбленный под тяжестью ноши, двинулся пешком до театра Оперы и Балета, там находилась конечная остановка до моего микрорайона. Я шёл и по ходу предлагал свой товар в каждом ларьке на что получал иногда вежливый а чаще грубый отказ. Это начинало злить вылезшего из меня предпринимателя. Эх знал бы он что будет дальше…

А дальше было вот что.

Добрался я до родного дома на автобусе, определил свой рюкзак на самое видное место, чтоб все могли видеть, счастье вот оно рядом. А предприниматель, вылезший из меня ещё ранним утром, торопил –давай действуй уже пора! И тогда я направил свои стопы к тому ларьку, где мне обещали взять оптом не менее 25 штук пистолетов. Хозяин был на месте, но моему приходу он не особо был рад да скорее просто равнодушен. А, пистолеты-протянул он, не мне не надо такого добра сказал он как-то вяло и вообще отвернулся от меня показывая всем своим видом , что разговаривать больше не о чем. Такой поворот дела меня явно не устраивал, но хозяин ларька был непреклонен, нет и всё. Отступать было не куда, и я пошёл по всем торговым точкам своего микрорайона предлагать свой замечательный пулькостреляющий товар. Особого интереса к оптовой покупке никто не проявлял. Результатом моего многочасового похода стала реализация 3 пистолетов для себя чисто самому поиграть. Ситуация складывалась не в мою пользу стремительно разбогатеть явно не светило мне. Надо что-то делать бездействие в данной ситуации грозило финансовым крахом на данном отрезке жизни, ситуацию надо было брать под контроль. Но как? Вариантов было несколько: продавать самому, отдать на реализацию, отдать оптом по бросовой цене, отдать с отсрочкой платежа …Мысли роились в голове как мухи на мёде или другом для них интересном месте.

Завтра надо было выходить на работу. Я положил в сумку 5 пистолетов и улёгся спать. Сон не шёл в забитую пистолетами голову, там просто не осталось для него места, и он в эту ночь просто покинул меня. Мужики на работе расспрашивали куда подевался, что да как, Мне хвалится было не чем, отвечал просто, надо было и ездил. .Выполнив задание мастера, я пошёл по всем бригадам завода предлагать свой товар. Но тут выросла новые проблемы, оказывается у предполагаемых покупателей были одни дочки или папаши, которым пистолеты были как попу гармонь в общем реализация шла архи трудно .Сдаваться было нельзя. По пути с работы, на заводской остановке я просверлил мозг не одному молодому папаше , пуская в ход всё свое красноречие , жестикуляцию и мимику .Результатом проведённой работы стало согласие подумать над данным предложением троих, или завтра возьму точно только приноси- двоих. По факту было продано 2 пистолета. Тогда я раздал всем знакомым продавцам под реализацию хотя бы по 5 штук пистолетов, всё свободное время ходил по всем магазинам и предлагал свой товар, на заводе методично обходил все бригады. Результатом моих усилий за месяц явилась реализация 58 пистолетов. То есть я вернул вложенные деньги в товар, оставалось оправдать дорогу и получить прибыль. Но здесь сработал закон рынка, торговые точки наводнились данным видом товара и реализация пошла ещё туже, цены пришлось скидывать до минимума. В итоге эпопея с распространением народу замечательно игрушки растянулась почти на год.

Зато у всех моих родственников и знакомых, соседей по подъезду и даче, товарищей по труду и отдыху все дети мужского пола играли моими пистолетами и даже председатель гаражного кооператива приобрёл у меня 1 предпоследний пистолет на всякий случай .Как он сказал так для отмазки.

На этом торговлю пистолетами я закончил. Оставил последний экземпляр для себя на память о своём первом опыте в торговле и людях с которыми я столкнулся на этом пути, сделав для себя вывод, который до меня знали уже многие-ВСЕ ЯЙЦА В ОДНУ КОРЗИНУ НЕ СКЛАДЫВАЮТ!

Эпизод второй

Зимний поход.

Походы бывают разные ,лесные и горные, лёгкие и трудные. Можно сходить в тайгу и на речку , с ночёвками и без. Без ночёвки на скороту: два часа туда, три на месте, два обратно может предпринять каждый без особой подготовки , была бы погода хорошая и компания. С ночёвкой поход требует другого особого подхода .Здесь надо продумать и предвидеть многое. Нужна палатка, спальники ,коврики, накомарники, соответствующая одежда и обувь, костровое оборудование и конечно еда и вода без которых не прожить. И поэтому прежде чем идти в поход надо послушать опытных людей. Все походы предпринимаются людьми в этом соображающими, получающими от этого моральное и физическое удовлетворение, они знают очень много нужных мелочей, без которых в многодневном походе приходится трудно. И как получается , что эти хитрости нужно знать перед походом, заранее, а не вовремя похода, чтоб не тратить может так случиться , драгоценное время на объяснения что и как делать в данный момент. Оказывается люди ходят в походы круглый год и зимой и летом, весной и осенью, в общем кому как нравится. Летом я ходил в поход и не раз, лазил по лесам, и на озёрах бывал, которых в нашем крае великое множество, сплавлялся на лодках и плотах по красивейшей речке Мане. Ергаки и Байкал тоже были летом. Ясное дело я все эти места обошёл не один , а с интересными можно сказать подвинутыми на этом людьми. В этих летних походах я и узнал от них, о зимних. Зимний поход это испытание людей на прочность, стойкость, и волю к преодолению трудностей, которые матушка природа посылает шагающим на лыжах романтикам.

Чтобы почувствовать, что такое зимний поход мы для начала собрались сходить на избу. Изба дом в тайге за два три десятка километров от ближайших населённых пунктов . Туда даже летом можно пройти только по тропе, автодороги туда как правило нет, а о зиме и говорить нечего-только на лыжах, а кто крут конечно на снегоходе, на этом виде транспорта можно за день не одну избу объехать. Но мы то как понимаете на лыжах. Нам объяснили, где находится изба, как туда идти и сколько, что брать с собой мы сообразили сами. За неделю мы приготовили и снаряжение и еду и конечно лыжи. Настало время «Ч» и четверо смелых впихнулись со всем своим скарбом в вишнёвую шестёрку и прямо с центральной городской площади поехали навстречу приключениям. Шестёрка довольно резво несла нас по асфальту, бородатый её водитель Лёха, смотря на нас, только усмехался в усы. Он свернул с основной проторенной дороги на улицу садового кооператива , которая противоположным концом упиралась в горку, откуда собственно и начиналась тайга. Снегу в тот год выпало много он лежал толстенным слоем на земле , деревьях и домах. Улица тянулась одной колеёй, похожая на санную дорогу, по которой упорно ползла наша шестёрка. Наконец наш автомобиль, истратив ресурс проходимости остановился. Всё сказал Лёха приехали , дальше пешком или на лыжах кому как угодно, а я до дому , обратно вернётесь приеду заберу. Мы договорились о времени встречи, помогли Лёхе развернутся и шестёрка стрельнув синим дымом поехала восвояси и впрямь похожая на сани, только без лошади. А нам предстояло в начале пути штурмануть эту небольшую горку, в народе её называют просто- «Пыхтун».чтобы выйти на оперативный простор. Горка летом ходилась легко, полчаса, максимум сорок минут , если вразвалку. А здесь выглядело всё гораздо серьёзнее, снежная почти метровой толщины целина лежала перед нами. И мы прижавшись плечом к плечу стояли перед ней полные решимости преодолеть выпавший нам путь. Первым встал на свои походные, широкие, укреплённые металлическим рантом лыжи Серёга. Он был самым многоопытным в нашем коллективе. Мы тоже одели лыжи, встали можно сказать по росту и приготовились к движению. Серёга шагнул в снежную целину первым и провалился больше чем по колено вместе со своими широкими лыжами, и пошёл тяжёлой походкой вперёд. Наши лыжи к такому рыхлому снегу готовы не были, мы трое увязли ещё больше чем наш лидер. Отступать было некуда впереди нас ждала изба, горячий чай , пельмени и прочие радости жизни. И представляя всё это, мы поползли медленно в гору, прям как у Некрасова только вместо хвороста у нас за спиной были рюкзаки. Первых 50 метров мы одолели достаточно живо, спина под рюкзаком вспотела, дыхание было пока ровным. Мы переглянулись поддержали взглядом друг друга и двинулись дальше. Лыжи в глубоком снегу слетали с ног, их то и дело приходилось поправлять, строй наш постоянно нарушался. Серёга шёл упорно вперёд, сказывалась подготовка и опыт,а мы ковыляли за ним. В итоге все трое сбросили лыжи и меняя в строю друг друга ползли за нашим первопроходцем. Так мы одолели самую крутую часть подъёма, впереди лежало метров восемьсот хоть пологого но всё таки подъёма. На штурм первой половины пути у нас ушёл целый час и мы выглядели не так свежо но были бодры и карабкаясь вверх подшучивали друг над другом это помогало нам двигаться в снежной каше.

Вторая половина подъёма отнимала силы ещё быстрее, пришлось сменить тактику восхождения, теперь мы менялись местами все четверо, первый прошёл 50 метров и в конец колонны, второй становится первым и так далее, ползли мы так больше часа и наконец достигли вершины. Пар валил от нас как от загнанных лошадей, сердце выпрыгивало за пределы одежды. Перед нами лежала равнина-это вселяло некоторую надежду. По нашим прикидкам до избы оставалось идти часа четыре. Поэтому решили подкрепиться чем бог послал. Сало, колбаса, хлеб малость водки и чай. Приняв всё это во внутрь стало интересней смотреть на окружающий мир. Зимний день короток и посему надо было поторапливаться. Серёга встал на лыжи и мы выстроились за ним. Двигаться по равнине было гораздо легче. Так мы добрались как нам казалось до нужного места и начали спуск к ущелью. Солнце клонилось к закату. Спускаться и подниматься задачи оказалось практически равными лыжи опять начали срываться. Но мы шли растянувшись метров на двести. Я шёл вторым спереди и сзади слышалась отчаянная матерщина и прочая ругань. В итоге мы оказались в каком то распадке заваленным буреломом. Остановились прислушались впереди слышался лай собак и гудели проезжающие машины, значит дорога к которой мы стремились рядом. Сумерки сгущались и ориентироваться становилось труднее. Наш предводитель остановился когда стало совсем темно, где мы находились было известно только богу похоже мы заблудились. Перспектива заночевать в зимнем лесу определилась совсем ясно. Надо подкрепиться и думать что делать дальше торопиться в данный момент не стоило. Обязанности были распределены заранее каждый знал чем заняться. Через полчаса горел костёр, в котелке булькала вода и мы опускали туда смёрзшиеся пельмени. Я допустил досадный промах при заготовке дров в темноте чуть не перепилил Серёгины лыжи заваленные кучей дров. Спасли их металлические ранты пиле они оказались не по зубам. Утолив голод и жажду попивая чай мы стояли молча и слушали тишину и вдруг почти рядом залаяли собаки. Долго не думая Серёга рванул на разведку. Не прошло и десяти минут раздался из темноты его радостный голос, собирайте шмутьё идите сюда. Когда мы к нему подошли то в просветах деревьев увидели силуэт крыши дома, который стоял на пригорке. Чтобы добраться до этого дома нам пришлось преодолеть овраг в котором я и бросил свои надоевшие лыжи. Потратив как оказалось не последние силы мы выползли на улицу какого то садового кооператива и пошли по твёрдой дороге мимо холодных и тёмных домов. Так дошли до первого перекрёстка и тут всё стало на свои места, мы оказались на том месте куда нас утром привёз Лёха. Радости нашей не было предела, мы знаем где находимся, через два километра будет сотовая связь мы спасены. Один из членов нашей компании молча полез в рюкзак достал оттуда бутылку армянского коньяка и пару шоколадок. Хотел на избе сюрприз вам сделать сказал он. Не нести же его домой.. Мы возражать не стали. После коньяка стало всё на свои места и вся наша компания двинулась в сторону дома.

Всё закончилось хорошо. Хотя мы не достигли намеченной цели , зато приобрели опыт, испытанный на собственной шкуре, и поняли зимний поход дело очень серьёзное, жёстко а иногда и жестоко наказывающее за ошибки, а самое главное, НЕ ЗНАЯ БРОДУ-НЕ СУЙСЯ В ВОДУ!!!

Автопредприниматели (Мороз и другие)

Социализм вместе с СССР развалился. Союз распался моментально, как только было подписано Беловежское соглашение. Социализм заканчивался постепенно вместе с развалом производства. Останавливались заводы, фабрики, умирали совхозы и колхозы. Денег не платили никому. Задержки в зарплате перевалили за полгода и больше. Не платили даже атомщикам, которые осуществляли эксплуатацию действующих реакторов, не платили во время пенсию пенсионерам, военные, милиция получали жалкие копейки. Криминал расправил крылья, призвав в свои ряды безработную молодёжь, невостребованных специалистов всяких уровней, чтобы обеспечивать прикрытие своей деятельности. Начался всероссийский передел собственности. Врученные правительством ваучеры народ не знал куда применить. Появились добрые дяди с деньгами и скупили эти бумажки у населения. В итоге население осталось с горсткой денег, которые быстро растворились в куче проблем того времени. Так закончилась приватизация для основной массы Россиян.

Жизнь на этом не остановилась, началось выживание. Выживал кто как мог государству было не до того, разбирайтесь сами, разрешено всё, что не запрещено .Активная часть населения направилась в предпринимательство, а именно в торговлю. Страна Россия превратилась в Орду спекулянтов. Рынки возникали как грибы после дождя и делились по группам товаров, тряпьё, еда, железяки, к последним относились запчасти.

Авторынок в Красноярске сменил несколько мест прописки, сначала собирались в Покровке, там продавались автомобили и соответственно запасные части к ним, но он работал только по выходным. С ростом желающих заработать на этом поприще, торгующая братия стала расползаться по всему Красноярску, чтобы работать и среди недели. Так самоорганизовались рынки на станции Злобино и строящейся Взлётке. Власть сначала не могла охватить своей заботой эту постоянно преумножающуюся массу предпринимателей, но вскоре определились постоянные места торговли и всем сразу стало легче, то-есть официальным структурам и криминалу, они обложили, кто налогом кто данью торгующих и стали потихоньку стричь с них купоны.

Авторынок Злобино развивался по тому же пути. С площади перед вокзалом предпринимателей и к ним примкнувшим перевели на специальную площадку, торгуйте и обогащайтесь. Следом пришли сборщики податей, разносчики еды, воры, цыгане и прочая шпана. Каждый занимался своим делом. Воры тырили всё, что плохо лежит у зазевавшихся продавцов и покупателей, цыгане разводили на деньги лохов, шпана мутила мозги и воровала по мелкому, из оставленных без присмотра машин, а предприниматели преумножали в целом своё благосостояние и прилипших к ним присосок. В состав торгующих входили все слои населения ученики, студенты, рабочие, инженеры, специалисты всех мастей. Основную массу составляли группы из Красноярска, Дивногорска, Сосновоборска и Берёзовки, и все эти группы пополнялись одновременно с остановкой производства в данных городах и селениях.

Одной из сторон торговли являлась реализация, суть которой заключалась в следующем. Нужно было прибыть к открытию рынка и разложить свой товар чтобы успеть к приходу покупателей и конкурентов соседей, а потом целый день стоять и упрашивать проходящих мимо покупателей чтобы купили у тебя что-нибудь, тут надо было проявлять знание товара, устройство систем автомобиля , чтобы быстро понять чего желает покупатель. А у покупателя один интерес-получше побольше и подешевле. Всю эту суету разбавляли события постоянно происходившие на торговой площадке.

Одним зимним днём к моему товарищу, звали его Вова Морозов, подошёл тип скользкой наружности и стал предлагать Вовке телевизор с документами за очень смешную цену. Вова подумал, порешал рассказал мне суть дела, решили ехать брать, тем более было совсем рядом. Типок сказал адрес и мы повиляв по дворам, подъехали к подъезду указанного дома. Тут продавец телевизора поставил нам задачу, я должен за хранение телика денег примерно на литр водки, вы мне даёте денежку, и я вам выношу товар, только встаньте ближе к дому, чтоб никому не мешать. Я буду через десять минут. Десять минут прошло быстро , а потом ещё 20. Мы чувствовали себя полными идиотами. Чтоб закрепить это чувство поднялись на девятый этаж посмотрели на люк чердака, он был открыт. Типок нас развёл на сто процентов, взял деньги и через чердак ушёл в соседний подъезд. Так нас поимели за новый телевизор с документами. Доллары на рынке мелькали редко, но и на этом нас ловили. Пришёл опять же тип, набрал товара и говорит у меня доллары ,рассчитаюсь дешевле курса, ну мы же против халявы никак. Насобирали этому гаду запчастей, он сунул нам бумажку мы ему отвалили сдачи и товар и он гад спокойной уверенной походкой удалился от нас. А мы быстренько побежали в обменник, чтобы получить деньги и разделить навар. А в обменнике нам сказали, что таких как мы оленей видят не первый раз. Сто долларов оказались перекрашенной однодолларовой купюрой, на этой финансовой операции мы просто озолотились, и научились малость читать по английски, ведь на купюре было написано один доллар, а цифра 100 подрисована тушью. К стати о золоте, его предлагали часто алкаши и наркоманы устоять против дешивизны товара мог не каждый. Мороз решил рискнуть на золотом поприще, прикупил у одного плачущего на жизнь штрибана золотую печатку. Пробы на ней стояли заводские, но какие-то кривые. На сердце у Мороза было неспокойно и он направился в ломбард заценить покупку. Пришёл оттуда мрачнее тучи-алюминий купил или бронзу, золотом там не пахло. С тех пор Вова затаил дикую ненависть к этим типам-наркоманской наружности. Буквально в скором времени по рынку идёт одно чудо и предлагает явно только тиснутую автомобильную аптечку, Вова подозвал этого типа к себе и говорит ему давай хвали товар я послушаю, слушал долго и внимательно. Потом говорит давай аптечку сейчас расчёт оформлю, Повернулся и с разворота как врежет наркоше в челюсть тот аж на задницу сел. Вот говорит Мороз тебе крупные кюпюры, а это на сдачу мелочи и добавил наркоше пинка под зад. Все рядом стоявшие просто выпали в осадок. Наркоша убежал , а дело получило неожиданный поворот. Потерпевший побежал никуда нибудь , а на пост охраны , там находился дежурный милиционер. Его он привёл к Морозу и стал жаловаться на Вовкины действия. Вова выслушал все жалобы наркоши на себя и обращаясь к милиционеру сказал и сделал следующее. Товарищ милиционер стою я торгую, а тут подходит вот этот тип и делает так, и опять с разворота наркоману в челюсть, тот опять падает. Мент и все окружающие гнутся от смеха. Наркоша видя такой расклад просто ретировался в нашем ряду его больше не видели. За золото Вовка тоже рассчитался с типом который всучил липу. Это было примерно через месяц после произошедшего. Этот нахальный тип явился с очередной порцией «золота» и начал впыживать его простакам, тут Вова его и выловил, пригласил его в контейнер якобы для осмотра товара, чтобы не светиться. Рассказал типу как он был не прав продавая липовую печатку и предложил тихо мирно вернуть деньги, тот запричитал нет денег дяденька не бей. А Вовка снял с типа куртяйку кожанную, дал ему замурзанную фуфайку и сказал, деньги будут приходи покупай свою куртку. Вот так приходилось учить всякую шантропу. С покупателями тоже были всякие случаи, потому как эта категория вмещает в себя людей всех сословий и национальностей. Однажды к Володе подходит мужичок, каких много ходит по рынку, явный представитель солнечного Кавказа, плохо говоря по русски начинает спрашивать запчасти, Мороз ему достаёт всё что он спрашивает. Вот говорит Володя Это туда ,это сюда. Мужичок смотрит с недоверием и говорит, мол я не русский вы меня тут сейчас обманете, и что мне потом делать куда идти. На что Мороз отвечает, да ты посмотри на меня я ведь то же нерусь, я тебя не обману. С каким серъёзным выражением это сказал Вова, надо было видеть. Мы просто катались со смеху как он умело выкрутился из данной ситуации.

Торговля шла круглый год и мне кажется был один выходной 1 января. Зима время суровое для того чтобы согреться все средства были хороши: тепло одевались, жгли в бочках костры, пили горячий чай и кофе, чего греха таить и водку ну конечно боролись. Был в нашем ряду крепенький рослый , где-то 190 ростом, парень Лёха, среди своих торговцев его звали Деревня.это прозвище он получил за смачные рассказы о деревенской жизни и работе скотником на ферме. Он всё рассказывал просто и натуралистично, да ещё и привирал по ходу, короче на язык был остёр. И вот один раз по зиме своим острым языком Деревня зацепил нашу компанию, мол я один вас завалю недомерков, а мы с Вовой былинные русские богатыри 170 ростом и 80 весом каждый, этого стерпеть не могли и пошли бороться. В стойке мы были не долго, и вскоре это был клубок, своими лапищами деревня прижал нас с Вовой к земле, Выбирайся крикнул мне Вова и рванул Деревню на себя. Я выскочил из объятий Лёхи и тут же уцепился за его ногу и начал её выкручивать чтобы помочь Морозу. Раздался странный треск Лёха ослабил хватку и Мороз выскочил из его обьятий. И тут мы придавили Лёху к земле, ладно недомерки сейчас отдохну и завалю вас сказал Деревня отправившись к своему месту.Но следующей схватки не состоялось ни сегодня , ни на завтрашний день. Утром к нам с Морозом подошёл Саня друг Деревни и говорит , капец вам ребята вы Лёхе вчера ногу сломали ,мол ему гипс наложили сидит дома бедолага, вас материт. В наши планы не входила задача ломать Лёху, парень он был хоть и языкастый, но вполне адекватный и развесёлый. Нам было очень жаль его.

На следующий день Деревня без всякого гипса явился на работу, слегка прихрамывая. Мы с Морозом просто обрадовались его появлению. Отмазка у нас была приготовлена и мы пошли объясняться с Лёхой. Когда было выпито по 100 грамм «отмазки», Деревня нам поведал, что случилось. К вечеру нога у Лёхи разболелась и он пошёл к врачу, котроый в свою очередь торопясь домой сказал, похоже на перелом велел наложить лангету, а снимок сделать на следующий день. Следующий день показал, что никакого перелома нет и Лёха здоров как бык, так лёгкий вывих. Отмазку выпили и больше с Лёхой не боролись, обходились словесными перепалками. Это всё случаи связанные с местом торговли рынком.

У торговли есть вторая сторона это закуп товара, а значит и дорога и всё с ней связанное. Предприниматели посолидней ехали в Тольятти, а все остальные в Новосибирск. Транспорт использовался любой самолёт, поезд и авто. Тольятти это Мекка автопредпринимателей т.е. кто торговал запчастями или автоВАЗовской продукцией, хоть раз но бывал в этом городе. Я тоже там бывал, несколько раз ездили за запчастями и машинами, но с Вовкой мы туда вместе не попали, а вот в Новосибирск сколько угодно. Ездили мы туда раз в месяц, независимо от погодных условий, и на разных видах транспорта, сначала на поезде, а потом поняв ,что на себе много не утащишь, стали сбиваться попарно и ездить на авто. Так было дешевле да и груза полезного можно было взять больше. Дорога туда, то есть в Новосибирск налегке со свежими силами особо не утомляла, а вот обратно было сложнее, надо было рано подняться, закупить всё что нужно, выбраться из города и жать побыстрее до дому. Быстрота на дороге не особо приветствовалась инспекторами ГАИ и они всячески боролись с этим явлением. Вот и мы с Вовкой за разговором прошляпили знак населённый пункт и въехали в зону его действия со скоростью около 120 км/ч, здесь нас и приняли ГАИшники. Всё как положено , включив поворот и прижавшись к обочине мы остановились по их требованию.

Нарушаем сказал инспектор и потребовал документы, посмотрел их и сказал превышение скорости в два раза штраф 200 рублей. Столько денег отдавать сразу в мои планы совсем не входило. Я сделал скорбно покорное выражение лица и сказал, признаю свою вину полностью, и прошу о помиловании иначе я здесь от расстройства могу помереть и зачем тебе командир такие хлопоты, давай по минимуму 50 рублей и мы поехали. Сержант от такой тирады просто оторопел. Потом постоял, подумал, усвоил информацию и изрёк следующее. Что вы тут мне торговаться будете, нарушили на 200 а предлагаете 50 рублей, 70 сказал как отрезал сержант. Дальше спорить было ни к чему. Отдали деньги и покатили дальше, умирая со смеху. На обратном пути этот же экипаж стоял на прежнем месте, и мы, с Морозом двигаясь с положенной на этом участке скоростью, помахали экипажу ДПС как старым знакомым, но они не ответили, видно уже запамятовали.

Столько раз проехав по одному и тому же маршруту мы уже знали где прячутся ГАИшники, но скорость постоянно подводила нас. Так вышло и в следующий раз. Ситуация такая-же посёлок, превышение, инспектор, только вместо сержантов два офицера. Попались два упёртых перца, иначе их не назовёшь. Двадцать километров назад по маршруту есть почтовое отделение, там заплатите штраф 500 рублей, квитанцию привезёте мне сказал монотонно инспектор, я здесь стою ещё сорок минут, а потом ищите меня в отделении оно 15 километров отсюда и махнув рукой показал направление. Потом постоял малость на свежем воздухе, сел в патрульную машину, хлопнув дверью. Я остался один на один со вторым инспектором. Что я не прав я признаю, штраф платить однозначно надо, ничего не сделаешь сказал я, но зачем огород городить ездить за этой квитанцией, потом вас искать может на месте определимся. Я ничего не решаю сказал инспектор обращайся к старшему и кивнул на машину у него документы он принимает решение. Мне ничего не оставалось, как сесть в патрульную машину к старшему. Он опять повторил мне куда ехать и где кого искать, короче накатил броню. Я в свою очередь повторил то что говорил младшему, добавив что я то в любом случае буду наказан отдав эти деньги на почте или на месте. Минут десять старший упирался, но потихоньку я его броню своими речами растопил. Ладно сказал он положив между сидений фуражку, клади сюда 500 и свободен. Дело сдвинулось с мёртвой точки. Я долго выколупывал пятисотку из кармана, всю её помял при этом и со скорбным видом опустил в фуражку инспектора, который ловко, двумя пальцами извлёк купюру из фуражки и переместил её в бардачок. Я продолжал сидеть, не уходил. Инспектор посмотрел на меня вопросительно чего сидишь, свободен. Я ему ответил, дорого командир, дай хоть на бензин рублей двести. Такой наглости я сам от себя не ожидал, а тем более ГАИшник. Ну ты даёшь, сказал он посмотрев на меня, а я сидел и вопросительно смотрел на него. Поёрзав на сиденье он извлёк из бардачка три мятых полтинника и сунул мне, всё иди отсюда торги закончены. Я перечить не стал, зажав в кулак деньги вынырнул из патрульной машины сказав прощайте не поминайте лихом.

Ещё один случай произошёл в Новосибирске. Нам надо было пересечь Обь, на противоположном берегу был авторынок, наш путь лежал туда. На одном участке дороги было подряд два кольца, причём по первому двигались по правилам кольца, а второе регулировалось светофором, который я и проглядел. Я ехал в потоке, а потом смотрю, остался один, а впереди метрах в 50 стоит инспектор и смотрит в мою сторону. Я покрутил головой и увидел правее светофор, тут до меня дошло, что я нарушил. Стоять смысла не было, нарушение налицо, и я включив поворотник, подрулил к инспектору, тот даже и жезл не поднимал. Я взял документы и пошёл объясняться с ГАИшником. Тот в свою очередь оказался вообще не вредным мужиком. Он не стал мне читать мораль, просто выписал квитанцию на сорок рублей и вручил мне, расспросив при этом, куда и зачем едем как жизнь вообще. Постояли, поговорили я у него попросил закурить он дал мне и сигарету и спичку вот так запросто, если бы не штраф не мужик, а золото. Потом посмеялись дорогие сигареты в Новосибе-40 рублей штука.

Ездили в то время в основном на Жигулях, у кого были новые, у кого видавшие виды. И вот с последними, в дороге немало чего случалось. Самое мелкое прокол колеса, а потом уж неисправности покруче. Но нас бог миловал, по большому счёту мы не попадали, всегда во время добирались до дому и своим ходом. Жути натерпелись когда на ходу полыхнула проводка, вернее сгорел провод питания печки, дыму был полный салон но сориентировались быстро что и как делать, причина была простая –цепь не защищена предохранителем или жучёк –причина пожара.. Отваливался на ходу глушитель, ломались помпа, подшипники колёс но всё это преодолимо. Подводила коробка, потерялась четвёртая скорость и больше пятисот километров пришлось тянуть на трёх скоростях, но всё равно Жигули , хоть прихрамывая и кряхтя довозили до родного дому и за это мы благодарны этим железным коням.

Дело было в Самаре. Первой моей покупкой оказался как раз такой хромой конь и назывался он ВАЗ-2105. Весь покрашен синей краской он стоял в ряду сверкая стёклами фар, пройти мимо такого я не мог. Подошли внешне осмотрели просто красота, приценились тоже нормально, завели послушали работает ровно без посторонних шумов. В салоне всё красиво, обшивка дверей и салона новьё, в багажнике чисто, обшивка так-же новая. Сиянье новой краски одурманило совсем голову. В цене торговец подвинулся на приличную сумму, ударили по рукам, пошли оформлять сделку к нотариусу. Получив оговоренную сумму, продавец просто испарился. А мы с напарником довольные новым приобретением уселись в пятёрку и двинулись на выход с рынка. Пока оформляли сделку потеплело и я решил приоткрыть стекло, ручка стеклоподъёмника стояла колом, ни туда ни сюда. Не беда, подумал я, заменю стеклоподъёмник, и будет всё нормально. Зря я так думал потому, как рабочим был только водительский подъемник, а в остальных дверях стояли обычные деревянные палки, которые поддерживали стёкла. Машина на дороге вела себя как то странно, вся колыхалась и на каждом повороте виляла задом, так что колёса задние задевали за арки. Такое бывает, сказал, успокаивая меня напарник, заменим тяги продольные, и поперечную в сервисе, и всё будет в порядке. Купили комплект тяг, тосол, канистру масла и поехали в сервис менять жидкости и тяги. Народу было не очень много, заехали на станцию и сразу на подъёмник…..

Такого разочарования я не испытывал ни когда. Передо мной , вернее надо мной на подъёмнике висел не автомобиль, а автохлам, дно проржавело до такой степени что руки свободно пролазили в салон, в багажнике сияла ржавая дыра, которая изнутри была прикрыта новой обшивкой, а самое главное поперечная тяга между мостом и кузовом была просто оторвана. Вот поэтому пятёрка и виляла задом на дороге. Сердобольные работники сервиса предложили данное изделие сбросить с моста в речку, ездить на таком чуде техники нельзя, поставили они свой диагноз. А самое главное за ремонт заломили цену в четверть стоимости авто. За меньшую сумму не стали разговаривать, наговорив нам в придачу кучу всяких гадостей. В общем «помогли» советом «поддержали», хотелось просто выть от злости на себя и этих советчиков. Только в третьем сервисе нам согласились хоть как то помочь. Попробовали приварить кронштейн поперечной тяги к кузову , сделать толком не получилось потому как ржавый кузов просто горел, прихватываться было не к чему. Но всё равно прилепили. Какое-то время продержится сказал многозначительно мастер. Чтобы не ждать когда наступит «Какое-то время» решили завтра же выставить на продажу эту хромую лошадь. Покупатель, как ни странно нашёлся быстро, только денег у него не хватало, и он поехал за необходимой суммой домой, сказав что раньше трёх часов не обернётся. Я пошёл договариваться к нотариусу объяснил ей всю ситуацию, что на такой машине мы 3500 км проехать просто не сможем. Ладно помогу сказала она, и я окрылённый надеждой пошёл ждать покупателя. Он явился через три часа как и обещал, прокатился по рынку, и сказав годится, беру, хлопнул дверью почти своего автомобиля. Осталось оформить сделку у нотариуса и нет проблем. А проблемы оказались все впереди. Нотариус наотрез отказалась оформлять сделку, сказав, что рабочий день закончился, да и бланков справок у неё нет. Никакие уговоры на неё не действовали, собрав свой портфель, она хлопнула дверью перед моим носом и удалилась. Продажа, тонкоотлаженная, сорвалась, вернее, провалилась с треском, а значит лежал нам путь на этой развалюхе от Самары до Красноярска, всего 3500 км. Собрав волю, нервы и все чувства в кулак мы двинулись в этот путь. Ехать быстро было опасно, поэтому двигались со скоростью не более 70 км/ч на прямых участках, а на всех остальных просто крались. Единственным достоинством этой развалюхи было наличие двух бензобаков, так что заправлялись мы бензином в два раза реже чем нормальные автомобилисты, зато масло в двигатель подливали через каждые 200 км по литру. Пятёрка потребляла масло с большим удовольствием, дымила страшно, иногда мы были похожи на подбитый самолёт, такой шлейф дыма тянулся за нами. Из за малой скорости двигались почти круглосуточно, останавливались на отдых на 2 часа не более. Так и ехали ковыляли до самого Красноярска, затратив на дорогу почти четверо суток , масла истратили 15 литров, бензина как ни странно по норме. Жучка хоть и больна была крепко, но довезла до дому. Потом было две недели хлопот, «лечил» как мог старушку, дыры заделал, кронштейн тяги укрепил, двигатель не трогал. Вилять на дороге пятёрка перестала, профилактика пошла на пользу. А дальше был путь на рынок теперь уже в Красноярске. Машина была заговорена на продажу, через два часа, после начала торга, новый хозяин сказал годится, беру, хлопнул дверью, теперь уже не моего автомобиля, укатил в сторону Канска.

Вот так жили и трудились автопредприниматели девяностых годов.

В сентябре 2013 мы обмывали новую баню Мороза, вспоминали все эти случаи и от души посмеялись снова над всем пережитым.

Армия.

Шёл 1978 год, последний год учёбы в средней школе, две четверти было позади. Отшумели новогодние праздники, настала третья четверть. В начале февраля всем мальчишкам десятиклассникам пришли повестки из военкомата, нужно было явиться для прохождения медкомиссии, на которой определяли пригодность к службе в армии. Это было событием в среде пацанов. Все без лишних разговоров прибыли в военкомат в назначенное время. Доктора разных специальностей разошлись по кабинетам, заработало сито отбора кандидатов. Врачи смотрели на всех одинаково ровно, заработать дополнительно на комиссии они не могли, потому как стремления откосить от службы у будущих воинов, отсутствовало полностью. В конце семидесятых прошлого века служба действительно была священным долгом. Армия была знаменательной вехой в жизни каждого юноши. Если отслужил значит и отношение окружающих старых и малых было особое, уважительное, да и особо немаловажно девчонки смотрели на молодых солдат совершенно другими глазами, чем на обычных гражданских.

Пришло время и мне пройти это сито. Медкомиссию прошёл без особого труда. В конце всех этих осмотров просмотров предварительно распределяли по родам войск. Все хотели служить на суше, в море особо никто не рвался три года это всё таки серьёзно. Потому и говорили в автобат, танкисты, десант. Я определил для себя всё заранее, все старшие мои товарищи служили в погранвойсках и я решил не отставать от них. И мой ответ был погранвойска. На этом комиссия закончилась, нам выдали приписные свидетельства, первый военный документ и отправили доучиваться и ждать своего часа, когда министр обороны издаст приказ о призыве нашего возраста на службу.

Последние месяцы учёбы пролетели быстро, экзамены, выпускной вечер и прощай школа. Учиться что-то надоело и я решил пойти работать поступать никуда не пытался. А тут ещё событие одно произошло-брат мотоцикл купил Восход-2. На дворе лето, мотоцикл новый под тобой, езжай куда хочешь, катай кого хочешь. Только по выходным накладки получались брат садился на Восход и уезжал по своим делам. А я оставался в режиме ожидания. Но вскоре все дела с братом научились решать вместе, накатывали в сутки до 400 км и это в деревне, где от одного конца до другого всего 5 километров. Объездили всю округу побывали во всех соседних деревнях и не только изучили дорожки и тропинки в лесу где мог проехать наш Восход. Вот так отъездил, отгулял лето и пошёл устроился столяром на свой деревенскиий комбинат или, как в деревне называли, фабрику. В бригаде работало двадцать мужиков разного возраста, ветераны войны, мужики помоложе и мои друзья, а главное мой брат старший и два дядьки. Встретили меня в бригаде в полне нормально, прикрепили ко мне наставника Геннадия Ивановича Верткова и начал я свою трудовую деятельность. До Нового года меня обучали разным операциям, чтоб до меня дошла вся технология производства. Делали мы мебель для учреждений и для населения. В общем работа была интересная. Так я доработал до февраля и тут мне пришла повестка из военкомата. Старшие товарищи не могли понять да и я сам, зачем меня вызывают. Показал повестку мастеру и на следующий день двинулся в район в военкомат. От районного автовокзала военкомат находился недалеко что-то около километра и этот путь был недолгим. Я нашёл нужный кабинет , постучал, вошёл .За столом сидел майор пограничник, он сделал жест рукой пригласил меня пройти. Здравствуй, проходи, садись- сказал он. А теперь рассказывай о себе своей семье и о прочем, о чём спрошу. Беседовали мы с ним минут двадцать. Выслушав меня он сказал следующее. Мы посмотрели ваше личное дело, служить будешь в погранвойсках , сначала в учебном подразделении, а затем на границу, так что до встречи в войсках. А теперь, иди трудись и жди повестку. И я пошёл трудиться и ждать.

Многие годы было заведено так, в марте выходил приказ о призыве на службу, в апреле получали повестки, а в мае провожали в армию. И у меня всё было по этому расписанию. Зима в тот год никак не хотела сдаваться, морозы за двадцать градусов стояли вплоть до двадцатых чисел апреля и снег лежал кругом нетронутый теплом. Вот в этих двадцатых числах из сельского совета доставили повестку, что будь готов парень явиться с вещами второго мая в райвоенкомат. А это значило, надо было созывать родственников, друзей, товарищей чтобы посидеть за прощальным столом. Но сначала всех призывников собрали на фабрике вручили нам подарки электробритвы и кусочек родной земли зашитый в красный бархат, сказали нам напутственные слова пожелали служить достойно и не подводить деревню родную малую Родину нашу.

Проводы назначили на 1 мая, все гости стали подходить к назначенному времени, стол был готов и гулянье началось , пили ели, давали наставления и всякие добрые советы чтоб выжить в новой жизненной ситуации. Музыка была самая живая , гармошка хромка не умолкала весь вечер Дядька мой старался во всю, он мог сыграть практически всё без всяких нот, чисто на слух. Веселье продолжалось весь вечер, а щемящее чувство разлуки с родным домом нарастало. И вот наступило 2 мая, день был серым, слегка тёплым. Молодёжь подтянулась быстро и организованно, не доставало только друга-брата Вовки, он должен был приехать из Омска, он там учился в речном училище, и поэтому на душе было не спокойно. До назначенного времени отправки оставалось менее двух часов. И тут произошло просто чудо , как из под земли или свалившись с неба , в своей форме речника или моряка, явился Вовка. Жизнь засияла самыми весёлыми и радостными красками ещё бы Вовка приехал. Я побежал на встречу к нему и так треснулся темечком о перекладину дверного проёма, что присел от боли, на что бабушка моя Аня сказала, примета добрая домой вернёшься. Время завертелось с особой быстротой. Быстро сбегали до Вовки он переоделся и к столу , вся молодёжь нас ждала, подняли по сотке и пошли на улицу, как говорится строиться для прощального парада. К нашему дому собралось множество односельчан, так было принято, в армию провожали всем селом, родители мои подавали выпить всем желающим, это было правилом. Началась финальная, самая волнующая часть путь до места отправки, то есть до авто, где все провожающие сельчане оставались, а родственники и самые близкие друзья отправлялись к военкомату. Друзья товарищи посадили меня на плечи и я словно всадник осматривал окружающих с высоты, так пронесли меня от дома до проходной фабрики, а там я уже зашагал вместе со всеми .Этот путь по деревне являлся зеркалом твоей жизни итогом твоих деяний. Деревня есть аквариум, в котором все жители живут на виду у всех и отношение людей к тебе строилось исходя из образа жизни твоей. Когда наша процессия двигалась по деревенской улице многие земляки подходили и давали свои напутствия ,а то и вручали рубль два, солдату всё пригодится. Судя по количеству сельчан на улице, я понял, что после службы мне можно возвращаться в эту деревню смело. Так я и все провожающие меня родственники и друзья дошли до Антоновского магазина, здесь нас ждал бортовой ГАЗ-51 с деревянной будкой в который я и вся провожающая братия уселась, госномер Газона был 69-32 НСС, водителем был Виталий Степанович –отец друга Вовки, это я к тому , что деревня это Особый тонкоорганизованный организм, где всё связано как в большой семье. Степаныч посигналил и газон двинулся в сторону райцентра, мне вручили платок, которым я махал провожающим, пока они не скрылись из виду. Дядька Николай Иваныч сказал, смотри Санька на природу свою и запоминай, там где будешь всё не так. И как потом оказалось он был на сто процентов прав. Так на Газоне мы и доехали до военкомата, там было полно народу. Потому как я был один из семи, которых призывали в этот день из нашего района. Все призывники выделялись из наряженной толпы своим внешним видом, были одеты одинаково просто, фуфайка, простые штаны, кирзовые сапоги или ботинки, на голове кепка, за спиной рюкзак с запасом пищи на два дня. Нас собрали всех вместе, забрали паспорта , выдали военные билеты, а тем у кого не было комсомольских билетов их выдали потому как в погранвойска брали только комсомольцев. Когда все формальности с документами были закончены, нас отпустили к родственникам попрощаться, через 20 минут автобус и всё поехали ребята. Последние наставления родителей, родственников, товарищей, поцелуи, слёзы, объятия и конечно сто грамм. Подошёл рейсовый автобус до Новосибирска и всё мы поехали в новую неизведанную жизнь, в душе была смесь чувств: скребли кошки, пели соловьи, было одновременно тошно и весело или как одним словом сказать смятение чувств. Пока ехали до сборного пункта или Холодильника перезнакомились, трое были из Ордынска, двое из Петровского, один из Верх-Алеуса и примкнувший к ним я из Усть-Алеуса. Название Холодильник сборный пункт получил, потому что находился на улице Холодильной, это место встречи покупателей с товаром, то есть представителей частей с призывниками. Сразу после входа в сборный пункт нас построили и попросили отдать спиртное, колющие и режущие предметы, все вяло стали рыться в своих мешках, но нам тут-же продемонстрировали как это можно делать быстрее. Пришлось пошевеливаться. После этого досмотра-шмона нас разместили в большом зале, где в два яруса были размещены нары, народу было немного, и мы на правах первых, и по наставлению старших товарищей заняли места на верхнем ярусе, чтобы всякие там разные не сыпали сверху крошки на нас. Мы разместились кучно, вытряхнули свои мешки, определили, что в первую очередь съесть, перекусили и улеглись спать, нас никто не беспокоил, хотя народ прибывал всю ночь и довольно много. К утру свободных мест не было, всё помещение, размером равным спортзалу, было забито под завязку. Утром в семь часов прозвучала команда Подъём, ну и что тут особенного, попробовали подумать мы. Потому как сразу последовало объяснение, последний покинувший помещение назначается дневальным на сутки. После такого заявления количество желающих покинуть тёплые нары резко возросло, мы подхватили свои пожитки, пользуясь положением верхнего яруса, быстренько пробрались до дверей и выскочили на улицу, где мы тоже не остались без присмотра. Здесь нас встретили покупатели, успокоив разгоряченную толпу, развели призывников по командам. Команда это категория по которой распределяли нас по родам войск. У нас у сухопутных погранцов была команда 300, у морчастей погранвойск 300 «А», буква «А» весила 1 дополнительный год службы. Теперь каждая команда стояла на своём месте, и покупатели продолжили свою работу , начали комплектацию учебных подразделений, делалось это совершенно просто, каждая команда делилась ещё на несколько частей, после последнего разделения получались боевые еденицы учебные заставы, то есть коллектив в котором предстояло провести ближайшие полгода. Все земляки с Ордынског района и я в том числе попали в одно подразделение, чему мы были очень рады. Теперь у нас был закреплённый за нами офицер и пара сержантов, которые командовали всеми нашими действиями и перемещениями. Первая задача была нам поставлена такая К 13 часам текущего дня иметь причёску ноль, все ринулись исполнять первый приказ. Четыре парикмахера оболванивали призывников можно сказать несколькими уверенными движениями, дело было поставлено на поток, волосы с голов перемещались на пол образуя мягкую подстилку. Из итогов этой стрижки можно было свалять не одну пару валенок. А потом нас лысых и весёлых снова построили и повели на обед в ближайшую столовую. Мы шли по городу похожие на толпу разбойников, сверкая своими свежеоблысенными головами из строя неслись и песни и матерщина, но потихоньку нашу вольницу зажимали, дополнительным трудом, давая понять, кто много говорит тот много работает. Работать за всех особо никто не рвался и пришлось рот закрыть в строю особо, зачем это делается нам вдолбили позже. После того как были сформированы все учебные заставы нас перед отправкой переместили в ДК Кирова, там мы провели одну ночь и утром следующего дня, это было 6 мая 79 года, нас пешим ходом повели на ж.д. вокзал на посадку в эшелон. Из окон близь лежащих домов лилась музыка. Алла Пугачёва пела ну приезжай хоть на денёк настроение от этой песни было близко к критическому. Наша колонна растянулась по перрону вдоль поезда от головы состава до хвоста, здесь нас ещё раз пересчитали потом началась посадка в вагон. Расселяли просто на шесть мест 10 человек, вместо 54 человек в вагоне ехало около сотни, такой был комфорт. Путь от Новосибирска до Владивостока нам предстояло преодолеть за шесть ближайших суток. Вокруг поезда крутились разные личности из числа провожающих и желающих поправить своё финансовое положение за счёт продажи спиртного бутылка водки шла по 10 рублей, арифметика была проста быстро с каждого из отсека по пятёрке и пять бутылок водки запрятаны по мешкам и дальше. Офицеры и сержанты секли за этим процессом. Почти две сотни рук торчало из всех щелей вагона и уследить за всем было невозможно, хотя некоторых изловили водку отобрали. Офицерам тоже хотелось выпить, а тут халява шла сама в руки.

И вот наступил момент грянул марш Прощание славянки и поезд медленно тронулся унося нас в новый неизведанный мир по имени АРМИЯ. Без всяких проволочек сопровождающие приступили к выполнению своих обязанностей. Ещё раз сделали перекличку, назначили дневальных по тамбуру вагона, уборщиков вагона распределили обязанности в каждом отсеке и удалились на свои места. Нам предоставили право смотреть в окно и есть то что у каждого есть. Мы быстро накидали на стол протёрли стаканы кружки и потихоньку помаленьку за отъезд опрокинули по маленькой. Ели, пили, пели под гитару , играли по тихой в карты вобщем наслаждались жизнью. Принесли еду, всем была дана команда приготовить чашки, ложки, кружки. Разносолов конечно не было каша –размазня и жидкость именуемая чаем. После домашней еды мало кто посмотрел в сторону этой пищи. Но всё меняется в этой жизни и аппетит тоже . К концу дороги всё это улетало на ура. Но был один тип Саша Фонталин, который не особо налегал на кашу . Расположился он на третей полке вместе со своим рюкзаком и в жизни отсека почти не принимал участия. Пока была своя еда и водка на него мало кто обращал внимание. Но к концу дороги решили проверить чем наш сосед Саша там на третей полке дышит и как живёт. Запасы еды домашней кончились и всех заинтересовало содержимое мешка соседа, который прижал его к себе и не хотел отпускать, нашими запасами он пользовался не стеснялся, пришла пора делиться ему, а он не особо хотел. Пришлось Фантомаса, как мы его прозвали позже, принудить. В мешке было полно еды, уже начавшей портится, это всех возмутило до такой степени, что еда была тут же изничтожена, а Фантомасу, хлопающему рыжими реснцами, достался пустой мешок. Сначала хотели по рыжей морде, но когда поели отпустило. Фантомас упаковался на третью полку и слезал оттуда только по крайней нужде, сидячего места для него не было. Были хлопцы которые пытались поглумиться, построить народ, но нас это не касалось мы держались кучкой и к нам никто не приставал. Пили кто в меру а кто сколько есть. Серёга Зайков из Петровского заряжался по полной , а потом не стесняясь в выражениях травил байки всякие во весь голос короче орал, матерился, чем привлёк внимание дежурного офицера. Тот подошёл к нему и потрепал по плечу, а Серёга увлечённый своим рассказом, мимоходом, не видя офицера, послал его далеко далеко. Офицер закипел, развернул Серёгу к себе и спросил его фамилию, Серёга вскочил , и сказал призывник Зайков товарищ командир не вижу какого звания. Все просто легли от смеха. Офицер распорядился мыть пол в вагоне Серёге до конца дороги. Серёгу долго потом подкалывавали командир не вижу какого звания. Вот так пролетело шесть суток пути , проехали все красоты Байкал, забайкальскую тайгу ,Читинские степи, Хабаровск ,Амур. Не зная что придумать чем выделиться из толпы многие изодрали в клочья на себе одежду, повыбрасывали в окно все не нужные вещи рюкзаки банки, склянки, бутылки. Проводники пресекали попытки вандализма, ходили собирали деньги за разбитые стаканы, утерянные подстаканники, выданные якобы и не возвращённые шахматы и шашки, попутно продавая оставшуюся водку уже по 20 рублей за пузырь. Сопровождающие сержанты давили на жалость и слабо короче и этой категории выкладывали на житьё бытьё.

На станцию Приморская, Приморского края мы прибыли 12 мая 1979 года, где то часов в 10 утра по местному. Здесь нас ждали автобусы и крытые грузовики в основном ГАЗ-66. Всю команду построили на перроне и направили на погрузку в автотранспорт. Загрузку производили уже по сформированным ранее подразделениям, мы Ордынцы попали на первую учебную заставу и держались кучно. Нам повезло мы попали в автобус ПАЗик и смогли при движении видеть окружающую природу и серую, пыльную гравийную дорогу. Путь наш проходил по заповеднику Аскания-Нова, вдоль дороги росли какие то корявые деревья ,которые в Сибири в таком количестве не встречались, позже выяснилось –это дуб обыкновенный.

Таким образом разглядывая всё вокруг мы прибыли к К.П в/ч 2427,доехали до плаца, где нас построили и так как мы были первой заставой нас направили в клуб сдавать личные вещи. У нас приняли по описи деньги, часы, электробритвы ну и всякую мелочь которую в последствии заставили просто выкинуть. Далее наш путь лежал в баню на переодевание. Здесь мы расстались со своей гражданской хламидой, которую сначала обещали выслать домой, а потом изменили решение на 180 градусов, короче вся одёжка пошла на выброс. Солдатская баня называется зашёл вышел, получи нательное бельё, форму Х/Б, зелёную фуражку, сапоги, портянки, телогрейку, ремень брючный, ремень поясной, вещмешок ну и пожалуй весь перечень. Раздача обмундирования закончилась быстро на улицу выскакивали одеваясь на ходу, сначала не могли узнать друг друга все одинаковые, телогрейки без погон, фуражки, сапоги, пообвыкли потом. Закончили с амуницией, приступили к перекличке.

Нас построили, и мы пошли строем в столовую, которая находилась совсем недалеко. Помещение столовой огромное рассчитанное примерно на одновременную посадку 500-700 человек. Длинные столы лавки с обеих сторон в общем за стол 10 человек, и сразу команда запомните рядом сидящего эта ваша компания на ближайшие полгода. То что нам принесли поесть никто не мог определить что этакое, фасоль-нет, бобы-нет, потом объяснили, данный деликатес называется сухая картошка. Поковырялись в данной еде, хлебнули компот и всё встать, выходи строиться. Построили заставу и пошли к месту расположения. Идти надо было два километра, и щадя нас отцы командиры через каждые 500 метров останавливали и заставляли перематывать портянки. Дошли до места расположения без происшествий.

На месте нам объявили, что мы теперь курсанты первой учебной заставы, из нас должны были сделать операторов радиолакационной станции морской разведки, наше предназначение было охрана морских рубежей с помощью технических средств коим являлась РЛС МР-10, должность рядовая о лычках не мечтайте. Сделали перекличку, распределили по отделениям. Наш командир 1 отделения, такой душа парень Валера Шевалдин, крепкий среднего роста, второе отделение возглавлял Гриша Полькин, самый позитвный, весёлый и задорный, светловолосый как былинный русский богатырь, с ним даже в хмурую погоду было светло и комфортно, всеобщий любимец, если он кого то наказывал то делал это всегда с юмором без лишних придирок, зато Коля Рогожников комод 3 был полной противоположностью брюнет-зануда и подковыра, от него старались держаться подальше, замыкал состав Комодов сержант Соколов наш земляк с Ордынки удалой, подвижный парень. Командирами отделений были сержанты из предыдущего призыва, закончившие учебку перед нашим приходом , старшина был постарше он к нашему приходу уже выпустил два потока, мы были для него дембельским аккордом. Был сержант по технической части он отвечал за подготовку операторов РЛС, фамилия у него была как у члена политбюро Подгорный. Комадиром учебной заставы был старший лейтенант Бреус, среднего роста, сбитый, крепкий телом, с небольшим пузом, а замполитом сухой и длинный лейтенант Треусов, которого мы меж собой звали Треус, усов у командиров не было. Вот эти отцы командиры нас и учили военному делу как могли, и как их учили. Офицеры появлялись дважды в день, в основном с нами были командиры отделений или просто Комоды.

Затем расселение в казарме , каждому определили кровать и тумбочку выдали постельное бельё, иголки, нитки, подшивку, погоны, петлицы, эмблемки. Получили команду, к отбою всё выданное определить к месту, постельное застелить, остальное пришить на положенное место. В первую очередь погоны на х/Б и бушлат, затем петлицы, потом подворотничок, потом доклад командиру отделения курсант такой-то задание выполнил. Много было поломанных иголок наколоных пальцев, пришитого не так , в общем с горем пополам к отбою управились, стали похожи на солдат, а не свору анархистов. В общем как в песне солдат молоденький в фуражке новенькой, сапоги и бляха на ремне блестят. Кто был по проворней и у кого осталось время успели чиркнуть письма домой и конечно девчонкам, а потом уже всем остальным. Для работы с почтой назначили человека, который отвечал за доставку писем на почту и обратно. Персона особо уважаемая, ибо он первый приносил долгожданные весточки из далека, он был первым корешем для всех. Парень спокойный, особо не важничал, не выпендривался. В последствии он отчебучил номер за который получил прозвище Опасный. Ну об этом малость попозже.

Со следующего утра а именно с 13.05.79 начались армейские будни, зарядка, утренний осмотр, занятия, еда на скороту и так далее и тому подобное. Погода первые дни была солнечной доходило до 20 тепла, всё было прекрасно, но вскоре небо затянуло сплошной тучей, дождя не было, но был туман такой густоты что с крыш вода текла. Воздух был пропитан влагой на 100 процентов. Местные называли эту пору просто-сифилис. В казарме отопления не было всё сушили на себе или утюгом когда доходила очередь. Так началась для нас учебка. Для начала нам прививали чувство порядка, режима, гигиены и другие организационные моменты, так необходимые при скоплении множества людей. Мы располагались за пределами основной части , на стрельбище и рядом со своей учебной станцией. Завтрак, обед, ужин в часть бегом и обратно так же. Ребята пришли с разной комплекцией, но в итоге все как один стали сухими и бегучими, каждодневный бег этому способствовал. Ежедневный бег просолил наши х/б почти до каменного состояния, наша форма покрылась белыми солевыми разводами стала тяжёлой и грязной. Чтобы не терять должный вид подразделения старшина в воскресенье устроил всеобщую стирку. После обеда мы мимо казармы дунули на ближайший ручей, старшина выдал на отделение по два куска хозяйственного мыла, приказал приступить к стирке верхней одежды, предупредив, через три часа построение в чистом. Все мигом сбросили куртки штаны и стали наяривать одежёнку мылом, а потом полоскать в ручье. Холодная вода не особо способствовала стирке, но мы с горем пополам выполнили задачу и через три часа в полусырой, условно чистой форме стояли в строю. Как говорят в народе бяло не бяло-воду видало.

На занятиях в душном помещении дико хотелось спать, командиры бубнили как молитвы учебный материал, а у нас потихоньку слипались глаза. Нас предупреждали будете маленько спать, будете много бегать. Самый интересный момент когда человек 10 из 60 явно спали командир таким же ровным голосом говорил, команда для тех кто спит и потом во весь голос Встать, те кто не слышал первой половины команды естественно вскакивали. Далее следовала команда бегом на улицу ориентир поваленная будка до неё и обратно бегом марш. Сон после пробежки на некоторое время проходил. Я тоже бегал до этой будки клятой и обратно. В учебке с её режимом и ежедневным бегом явно не хватало еды, всё делалось быстро если утром заскочил в столовую схватил свой кусок хлеба с долькой масла, полкружки чуть сладкого чая, две ложки картофельного пюре и кусок варёного вонючего минтая, в общем жрать хотелось всегда ,маленькое послабление было в воскресенье, бежали только в столовую, в столовой спокойно ели, в этот день в меню дополнительно было одно варёное яйцо на брата, потом шли шагом в расположение или в кино, которое нам показывали раз в неделю.

Так подошли к дню принятия присяги. Выдали нам парадное обмундирование и опять пришивать погоны и петлицы да ещё шеврон на левый рукав. И ещё накладные буквы ПВ на оба погона приладить, всё как обычно до отбоя сделать, кто не успел к утру должно быть готово, после отбоя кто будет бродить наказание. Вот и проявляй смекалку как всё это сделать. Дневальный будил не успевших часа в три ночи, крались в каптёрку и там, соблюдая полное молчание, всё дошивали. Перед присягой выдали нам оружие, автоматы Калашникова АКС-74 со складывающимся прикладом. Мне достался автомат №377286. Когда выдавали сказали, ночью разбудим номер оружия должен помнить. Прошло с того дня почти 40 лет, однако память ещё есть!

Присяга особый момент в службе, до присяги ты-призывник ,а после уже военнослужащий. Данный документ учили наизусть и пересказывали друг другу по несколько раз в день, в итоге знали как молитву. Настал этот торжественный день . Весь новый состав учебки был выстроен на плацу, в парадной одежде, перед каждой учебной заставой было установлено по несколько столов, накрытых красной скатертью, на которых в красных корочках лежал текст присяги. Выходили по команде к столам брали книжку и перед лицом своих товарищей клялись быть храбрыми, дисциплинированными, бдительными воинами. Прочитав текст возвращались в строй. После приёма присяги кино столовая , баня в общем если бы так каждый день то не служба , а мёд. В столовой на обед ко всему прочему, два яйца, печенье и сладкий компот .

Но всё хорошее заканчивается быстро, на следующий день пошла настоящая служба. К занятиям добавились различные работы по обеспечению жизнедеятельности гарнизона, дежурство по столовой, несение караульной службы, боевые стрельбы, выезжали всем гарнизоном прокладывать кабель, вырыли за день четырёхкилометровую траншею. Копали картошку вобщем без дела не сидели.

Теперь обо всём по порядку . Дежурное подразделение по кухне чистка картошки на весь гарнизон занятие прямо таки забавное насыпают перед тобой гору картохи и говорят почистишь пойдёшь спать. Задача поставлена, стимул есть, вперёд ребята. Почистили, справились только к двум часам ночи. Это ладно, но был ещё «торпедный цех» так звали саму кухню где всё варилось и мылось , тут ребята летали мухами, как и в зале на раздаче. Плюс был один, можно было нажраться до отвала. Но у «отвала» была и другая сторона, которая начиналась по возвращению в казарму, после отбоя и до самого утра бегали на перегонки в туалет. Вывод один, норму превышать нельзя, система выходит из равновесия.

В караул брали самых уравновешенных и ответственных, чтоб не иметь проблем, так как выдавалось оружие и боевые патроны. Перед заступлением в караул давалось время на подготовку к службе, за это время успевали почистить оружие, привести в порядок одежду и конечно сбегать в чайную или в магазин к союзникам, за пряниками и сгущёнкой. Союзниками называли ракетчиков, городок которых располагался рядом с нашей частью. Охраняли в основном склады и гараж с автотехникой, других объектов не было. Один из складов располагался рядом с лиманом, в тёплой воде которого жила тьма жаб и лягушек, и они по вечерам закатывали оглушительные концерты. Периметр этого склада имел брешь, не хватало нескольких пролётов ограждения и мне нужно было нести службу так чтобы не оставлять этот проём без внимания. В любом случае идёшь от бреши поварачиваешся к ней спиной и всё проём без внимания. Нас постоянно проверяли и эта ночь без проверки не осталась. После поворота я увидел мелькнувшую тень сорвал с плеча автомат и заорал стой пропуск причём проорал три раза подряд. Потом слышу из за угла голос замполита всё всё называю пропуск . Подошёл, сказал: «Молодец» и ушёл проверять другие посты, больше от этого незакрытого угла я не отходил. Получил ценный опыт по охране объектов и большую порцию адреналина. По возвращению в караульное помещение спать не хотелось вообще.

В помещении караула была Губа или гауптвахта, где пребывали проказники и залётчики, с которыми приходилось обращаться, водить их в столовую и на работу. В свободное время удавалось попить чайку с пряниками и сгущёнкой и это было самым ценным в карауле.

На хозработы посылали на склады, штаб, баню и в другие места где нужны были руки. Вот на складе и произошёл случай с нашим почтальоном. Два отделения были направлены на продуктово-вещевой склад для наведения порядка. Перекладывли по местам ящики с провизией и аммуницией. Нашего почтальона привлекли коробки с обувью. Открыл посмотрел там лежали хромовые офицерские сапоги как раз его размера. Решение пришло мгновенно свои сапоги в коробку, а из коробки на себя. Ушли со склада без вопросов. Всё обнаружилось на вечерней поверке, старшина выстроил всех в одну шеренгу и молча прошёл вдоль. Потом изрёк: «Ну вот и искомый красавец» , вывел его из строя , им оказался наш почтальон. Посмотрел на него и сказал: «Опасный тип». Приказал почтальону снять сапоги и вернуть на склад. Сапоги он вернул, но прозвище «опасный» сохранилось за ним до конца учебки.

Лето было жарким но по какой то причине нам после бани выдали не трусы и майки, а нательное бельё. Проходили мы три дня, так тепло упакованые, потом отцам командирам вышестоящим руководством была поставлена задача провести организованное купание в море, всего учебного гарнизона. Они решили эту задачу просто, вывели нас на берег, выставили между морем и автодорогой, повернули лицом к морю, отдали команду приготовится к купанию, то есть мы разделись и сверкая голыми задницами ждали команду приступить к купанию, раздался свисток и все устремились к морю. Вода была зелёного цвета, тёплая и горько солёная, но кайф от купания был не долгим, всего пять-семь минут и на берег, к раскиданным на песке кальсонам. Это купание было единственным за всю учебку, может потому и запомнился этот яркий, пропахший морем и дорожной пылью день.

Так в трудах и заботах проходило первое солдатское лето, с мелкими дождями и ветрами, штормами и проливным дождём. Мы уже пообвыклись, сдружились, потихоньку втянулись в армейский быт. Писали письма домой, друзьям, знакомым, девчонкам и ждали писем от них. Когда приходил с почты «опасный» все впивались в него глазами, а он достав кипу писем выкрикивал фамилии счастливчиков и те устремлялись к нему, как путник истосковавшийся по глотку холодной воды. Потом разбегались и по нескольку раз перечитывали долгожданные весточки.

По решению командования части место дислокации нашей заставы менялось как всегда в срочном порядке. Нас перемещали в часть, выделили место, оставалось отремонтировать помещение и переезжать. Собрали всех кто умеет белить и красить и вперёд за работу. После занятий сборное отделение бежало в часть и наводило марафет в новой казарме, с работой управились оперативно в течении полутора недель. Теперь мы располагались на втором этаже в двух помещениях посредине была каптёрка или место отдыха сержантов и старшины. Наше первое отделение и плюс второе располагалось от входа слева, а самое главное с нами расположился старшина заставы Миша, это нас спасло от многих неприятностей в дальнейшем. А неприятности заключались в следующем. Отбой проводился после вечерней переклички всегда на скорость, не успевали могли повторить раз или два и всё спать, а в соседнем помещении всё было иначе. Если не успевали могли отжиматься, приседать, строится с матрасами итд. Эти 25 человек разогревали так своё помещение что летом с окон ручьи бежали и это безумство продолжалось почти до конца пребывания в учебке, а старшина Миша был нашим амулетом от всех этих передряг. Но от всего не убережёшся. Форма наша поистрепалась к концу лета и мы решили её малость подшить, нам не нравилось широкое галифе и вот в свободное от всех дел время, в том числе и я, занялись шитьём. На вечерней проверке старшина осмотрел всех, потом, у кого было ушито обмундирование заставил выйти из строя и направил для получения задачи на первый этаж казармы. Завёл нас в свободное помещение, заставил снять ушитое обмундирование, вернуть его в прежнее состояние, показать ему. После осмотра старшина довольно крякнул и выдал каждому портному по два куска хозяйственного мыла, со словами пока не изотрёте об пол отсюда не выйдете. Приказ есть приказ, приступили к истиранию мыла о покрашенный пол. В результате нашей работы все трещины в полу были забиты твёрдым мылом и от этого он стал идеально ровным, хорошо, что этот пол был довольно старым и дыр в нём было предостаточно, зато потом форму стирали гладили штопали, но ушивать охота пропала. Но вот что интересно за хождение руки в карманах брюк, следовало следующее наказание, карманы набивались песком или галькой, зашивались и так ходили столько какое время определял экзекутор, после таких мероприятий сразу доходило, что карман был нужен для того чтобы положить в него что нибудь, или взять.

Так шло время нашего обучения военной специальности оператора РЛС. Осень потихоньку подкрадывалась её дыхание становилось всё заметнее, хотя она приходила намного позже чем в Сибири. Днём было по прежнему тепло, но ночи становились заметно холоднее.

Нам много рассказывали об одной страшно вонючей штуке и называлась та штука слезоточивый газ хлорпикрин. Старшина проверяя противогазы всегда говорил подождите проверим вас внезапно хлорпикрином, посмотрим исправны ли клапана в маске. И однажды нас построили выдали противогазы и бегом на стадион. Там на футбольном поле была установлена солдатская палатка, рядом с которой стояло с десяток двадцатилитровых канистр. Нам объяснили задачу. Будет проверка навыков обращения с противогазом в условиях применения того самого хлорпикрина. Нас по пять человек заводили в палатку в противогазах, затем следовали команды заменить, маску, заменить фильтр, заменить трубку. Надо было всё сделать и не наглотаться этой дряни, а дрянь эта была в тех самых канистрах, которые по мере выветривания заносили в палатку и открывали. Слава богу все были подготовлены , справились с задачей. Благо что этот газ легче воздуха и проветривался быстро. Но резкий запах его улавливался даже в дали от палатки.Старшина был скуп на похвалы но чувствовалось , что доволен результатом, а мы были рады тому что справились не распустили сопли.

От того что мы переехали в часть, бегать мы меньше не стали. Теперь мы бежали на стрельбище стрелять, на занятия по специльности и тактике. Финалом всех пробежек стал марш бросок на 6 километров, нам много говорили об этом событии и вот мы стоим на старте поправляем аммуницию, автомат, противогаз, фляга с водой и сапёрная лопатка. Мы заранее обдумали как облегчить себе жизнь во время бега, автомат АКС-74 тем хорош, что приклад можно сложить, а ремень распустить на всю длину получаются две лямки как у рюкзака. Вот таким образом автомат за спину висит ровно, руки свободны, а это очень важно при беге. Стартанули побежали, зачёт по последнему. Вот тут проявилась индивидуальная физподготовка. Забавно было видеть как Лёха Байдужа ростом 165 тянет за собой Лёху Коробкина добрых 180см. Было по честному тяжело, не хватало воздуха, мышцы ног стали деревянными, но мы не сдавались медленно но уверенно приближались к финишу. Первым финишировал комод 2 отделения Гриша Полькин с результатом 28 минут. Последние подтянулись на рубеже 32 минут. В итоге мы заняли 1 место среди учебных подразделений и второе в части, уступив автороте, они проскакали за 30 с половиной минут. С марш броска сразу в баню, ощущения не передать сразу все защебетали как отогревшиеся птички, и уже не обращали внимания на стёртые автоматом спины и сбитые сапогами ноги.

Ближе к концу сентября начали подготовку к ежегодному параду посвящённому 7 ноября. Начались ежедневные двухчасовые строевые занятия под огромный полковой барабан который выдавал темп сначала 60 ударов в минуту, а когда усвоили этот материал потихоньку увеличили его до 120. Научились шагать, выдали нам карабины, начались приёмы обращения с оружием и хождение с ним в строю. По началу было много мороки всё получалось криво и не впопад. С карабином в парадном строю намного больше мороки, чем с автоматом, но в итоге выглядит намного эффектней. Вот этого эффекта и добивались от нас отцы командиры они обзывали нас последними словами ,кем мы только не были и стадом баранов и пленными румынами, в общем было присвоено много титулов и эпитетов. В цирке медведя учат на мотоцикле ездить, а мы ведь не звери какие нибудь, а пограничники, люди в зелёных погонах, когда эта задача дошла до нашего сознания нам хотелось быть лучше всех. Протопать на параде так чтоб все вокруг умерли от зависти, когда костёр загорелся только подкладывай дрова тепла от него будет много. Такими дровами стали идеи офицеров , сержантов да и нас самих ,как сделать и что придумать чтобы выглядеть на уровне и чуть лучше всех. Для обеспечения чёткости и лучшей слышимости нашего шага, всем выдали подковы на каблуки. Подковались все походили строем, решили маловато будет. Нарубили железяк с таким условием, чтобы они занимали половину подошвы сапога. Раздали, прикрутили, попробовали это было как сейчас говорят «Самое ОНО». Приёмы с оружием отрепетировали так что при постановке оружия к ноге все 360 участвующих в параде делали это единым движением и это было чертовски здорово видеть и слышать. Подковы на сапогах оставили, а железяки открутили, спрятали оставили сюрпризом для парада.

Парадная подготовка важное дело, но самая главная задача была сдать итоговые экзамены за время обучения по специальности, огневой и строевой подготовке. Времени катастрофически не хватало, поэтому начались вечерние и ночные занятия. Чтобы как то выдержать такой темп жизни решили ночные занятия подкрепить чаем со сгущёнкой чтоб не мараться с порциями взяли по банке на каждого, этим у нас занимался Саня Цыпкин или Мамочка, как все его называли, потому как всё мог достать и устроить без всякой злобы, по душевному, с доброй шуткой и улыбкой. Его уважала вся наша учебная застава. Саня взял помощника, закупил сгущёнку и спрятал по дороге от казармы к учебному пункту. Настало время занятий, Саня с помощником по дороге на учебный пункт незаметно растворились в кустах, у него была задача прихватить запас, вернуться в строй и дотопать со всеми вместе до учпункта. Но пошло всё по другому он догнал нас пустой и бледный: «Парни мешок не смог отыскать, что делать?». При всём уважении к Сане это было совсем не хорошо. Решили так, занятия начнутся Мамочка и помощник не заметно свинтят и продолжат поиски, без сгущёнки возвращаться не советовали. Саня снова растворился в ночи, часа через полтора он материализовался с улыбкой до ушей и вопросом, а где кипяток братва. В кромешней тьме перерыл чуть не все придорожные кусты, а нычку нашёл. Авторитет Сани Мамочки взлетел до небес. Усиленные сгущёнкой и добрыми эмоциями все успешно сдали экзамены, кроме упоминавшегося выше Саши Фонталина , который из шести месяцев пребывания в учебке четыре провёл в санчасти то понос, то золотуха, короче «косильщик» добрый. Как неатестованного его оставили в учебном отряде, и он на некоторое время бесславно исчез из поля нашего зрения.

Приближалось седьмое ноября и мы были на все 100% готовы пройти по главной площади Владивостока и показать на что мы пограничники способны. Нас за неделю раньше, для тренировки на месте, на пароме переправили во Владивосток и расположили на пересыльном пункте.

Тут случилась своя история, я и дружок с моего отделения Санька Зудилов попали просто в рай, по сравнению с остальными, потому как брат Санькин был старшиной этого пересыльного пункта и распоряжался всеми перемещениями прибывающих и отбывающих солдат. Прослужил полтора года знал и мог многое в отличии от нас. В первый час свободного времени мы отправились к нему в гости, он нас встретил радушно, накормил, напоил, чему мы были рады безмерно. Увидев с каким аппетитом мы поглащаем обычную армейскую еду сказал: «Подкормлю я вас братцы, это у нас просто, не тужите». Всё оказалось действительно просто мы приходили к нему накануне своего завтрака или обеда, он ставил нас в строй с прикомандированными и мы шли на приём пищи, подкрепившись возвращались быстренько в своё подразделение и со всеми своими топали в столовую. Теперь уже ели спокойно и не хватали как голодные собачки. Ребята с отделения тут же приметили, что это вы не торопитесь хавку глотать. Мало того брательник приносил нам с города любой продукт, кроме алкоголя это было табу. Так что эту парадную неделю мы с Санькой питались отменно.

Тренировки парадные проводились ежедневно в разных воинских частях Владивостока, готовились все и флотские и сухопутные и воздушные. Город Владивосток это место где присутствуют все цвета погонов и форм головных уборов военных. Не шутка Дальневосточный рубеж Родины тут всё по серьёзному. Особенно красива была в эти дни бухта Золотой Рог в которой выстроились для парада военные корабли с зачехлёнными пушками, украшенные разноцветными флагами. На генеральную репетицию нас собрали на главной площади Владика, на которой установлен позеленевший от времени медный памятник Красноармейцу. Мы находились где то в середине парадного расчёта впереди были ракетчики, позади морпехи в своих чёрных бушлатах. Нам обьяснили как будем двигаться в каком порядке, прогнали всех через площадь и всё поехали по своим частям готовиться непосредственно к параду. Вот тут мы достали свои железяки прикрепили к сапогам. Все до одного получили аксельбанты, белые перчатки и набор знаков. Правофланговые пришили лычки старших сержантов, первая шеренга каждой коробки, лычки старшин. В каждой коробке было по 120 человек, коробок-3. Жаль фотоаппараты были под запретом фото с этого праздника не было вообще. Настал день парада было осеннее свежее солнечное утро, температура +5, форма одежды парадная. Нас построили за час до парада, к началу действа все задубели как цуцики, лица и губы приняли синий оттенок, мы завидовали морпехам одетым явно теплее. Нас с Санькой Зудиловым подстраховал брательник, дал нам по две нательных рубашки и мы пережили этот период более менее сносно. Когда дошли до синей кондиции прозвучала команда: «Для встречи с лева на краул». Всё пришло в движение, заблестели взметнувшиеся штыки наших карабинов. Командующий парадом проехал поприветствовал всех, потом болтовня с трибуны и наконец была дана команда приготовиться к движению. Заиграл марш и весь парадный расчёт двинулся мимо трибуны. Наши три подкованных железом коробки грохотали как танки, потому как мы лупили ногами изо всех сил по асфальту площади и трамвайным путям, дабы скорее согреться. Миновали площадь, вошли в улицу, по обеим сторонам которой стоял пятиэтажки. Народ стоял на балконах и приветствовал нас, было очень здорово и мы рубили шаг, который раздавался эхом между домов, нам кричали: «Молодцы» и хлопали в ладоши. Вот таким народным признанием закончился для нас ноябрский парад 1979 года. Это пожалуй была самая лучшая часть парада, которая больше всего запомнилась.

Вернулись с парада в часть в течении трёх дней нас сформировали в команды распределили по округам и отрядам. Нашему первому отделению предстояла дорога в Магаданский пограничный отряд Камчатского пограничного округа. Мы влились в Магаданскую команду и ждали отправки. 12 ноября 1979 года явилось рубежом, закончилась учебка начиналась служба на границе. Нашу команду ждал аэропорт Артём и самый надёжный по тем временам самолёт ИЛ-18. Для меня и многих моих друзей это был первый полёт, запомнился момент разгона, рёв моторов и отрыв от земли. Улетали из золотой осени, прилетели в белую зиму, во Владике было +8, а в принявшем нас Магадане -23 и снежные сугробы. С аэропорта нас забрал ЗИЛ-130 с будкой в которой весело трещала буржуйка, согревая своим теплом нас до самого места назначения. Для того чтобы малость привыкнуть к климату всю нашу Магаданскую команду разместили на заставе «ОЛА». Здесь мы прошли распределение , медкомиссию, подлечили зубы. Всё наше отделение разбросали по разным заставам. Мне выпал путь на заставу «ОХОТСК». Сидеть нам не давали, гребли снег, которого было великое множество, ездили на ПТН работали на РЛС, выполняли все хозработы на заставе, участвовали в спортивных соревнованиях и тренировках служебной собаки в качестве нарушителя.

Меня уговорил местный собаковод принять участие в тренировке собаки на злость. Нарядил меня в «Дреску»-дрессировочный костюм, который представлял из себя длиннополую фуфайку с длинными рукавами, сшитую из брезента, весом килограмм 20 не меньше. Собаковод успокоил: «Такую толщину не прокусит, ничего не бойся, я рядом». Пёс налетел как вихрь и стал трепать меня за рукава и полы, я еле устоял на ногах. Вот тут я почувствовал силу собаки и поблагодарил бога за то, что я в «дреске». Побегал я минут 10 в этой одежде изрядно пропотел, передал другому эту амуницию. Пёс дреску не прокусил конечно, но синяки остались. С собачками лучше дружить, чем потом испытывать на себе их нехорошие качества. Месяц на заставе «Ола» пролетел не заметно, наступило 12 декабря и мой путь лежал на заставу «Охотск». Теперь уже пришлось проститься с друзьями по учебке и отправляться в новый мир. На душе было не спокойно, но ничего не поделаешь, вперёд только вперёд.

На вертолётной площадке ожидал вертолёт МИ-8, в который грузили какие то мешки и ящики, когда закончили погрузку махнули нам, чтобы скорее бежали на посадку. Почти половину салона вертолёта занимал жёлтый топливный бак, поэтому расселись на ящиках и замерли в ожидании взлёта. Это случилось довольно быстро, вертолёт залопотал, набрал обороты, оторвался от земли метров на десять и пошёл вперёд и вверх. Потом в течении службы много раз приходилось видеть как садятся и взлетают вертолёты, у каждого экипажа был свой почерк, своя фишка. Одни уходили вверх сразу метров на 50, потом вперёд, другие чуть отрывались, пятились на зад и задрав хвост, устремлялись вперёд. Ощущения от полёта были как будто едешь на тракторе, слегка потряхивает, но движется быстро. Магаданская земля засыпанная снегом поплыла под нами, мы летели на границе земли и воды. Охотское море было серым и неприятным до самого горизонта, а с другой стороны покрытая снегом земля. Через два часа полёта, покрыв 500 км мы приземлились в посёлке Охотск Хабаровского края. Мы помогли выгрузить предназначенное для заставы, потом перекидали всё в пришедшую за нами машину, погрузились в неё и поехали на заставу, а вертолёт гремя лопастями и двигателем полетел дальше.

Меня встретил большой дом с двускатной, покрытой шифером крышей, бывшая столовая посёлка, в 1976 году была передана пограничникам под заставу. Именно с этого времени началась пограничная охрана побережья Охотского моря, организованы заставы и оснащены соответствующей техникой. В распоряжении заставы было два грузовика ЗИЛ-131 и ГАЗ-66, два тягача гусеничных ГТТ и ГТС, один УАЗ-469 командирский, из технических средств охраны радиолокационная станция морской разведки МР-10, которая размещалась соответственно на ПТНе на берегу моря. Моими годками были фельдшер Витя Зус-Зять из Омска, радист Коля Забоев из республики Коми, командир отделения стрелков Серёга Якимов и ремонтник РЛС Саня Петренко с Алтая и комндир расчёта ПТН Володя Быков с Новосибирска.

На заставе меня определили в отделение ПТН. Сидеть долго не давали сразу задействовали в хозяйственной жизни заставы. Работы было много всякой чистка снега, дежурство по кухне, уборка помещений как жилых так и общего пользования. На все дела было расписание, которое составлял старшина заставы прапорщик Жумакеев, участник боевых действий на острове Доманский. Весёлый подвижный знающий в деле своём толк. От его внимания не ускользало ничего, халявить было бесполезно. Работа это сопутствующее, главное служба, а для несения службы необходимо личное оружие которое мне выдали незамедлительно это был автомат АК-74 №232512, с которым я не расставался до конца службы . С этого дня автомат стал неотьемлемой частью, он находился всегда рядом или в оружейке или в руках. В первый наряд по охране границы меня направили с «дембелем» Андреем Манаенко. Наряд назывался часовой объекта, коим являлся вертолёт. Вертолётная площадка находилась на окраине Охотска, минутах в 15 езды от заставы, и по соседству с кладбищем, кресты которого маячили в метрах 50 от площадки. Время несения службы с 24 до 4 . Одевался под контролем Андрея рассказал сколько и каких портянок мотать, какие валенки одеть, какую шубу выбрать. В общем экипировались, встали на приказ, получили его, и старшина на УАЗике отвёз нас до вертолёта. Было довольно холодно градусов 25, но мы были тепло одеты. Главное надо двигаться тогда мороз не страшен, если встал то примёрз точно, никакая шуба не поможет. Двое не один время за разговорами прошло незаметно. На этом моя стажировка закончилась дальше часовой заставы и объекта один. В следующий наряд на ПТН повёл дембель старший сержант Латышев , там познакомился с объектом рассказали и показали как нести службу. И всё колесо службы на заставе завертелось.

Почему дембеля не уехали во время. Был залёт- самоволка. Весь осенний заставский призыв задержали до последнего момента, который настал 29 декабря. А до этого времени их нещадно эксплуатировали. Им была дана задача поставить недостающую часть заставского забора, метров тридцать-сорок. Приступили к исполнению напилили столбы, выдолбили ямки под столбы установили их. Столбы постояли два дня и всё приступили к завершающей стадии прожилины доски, успели вовремя, забор стоял к условленному сроку. В альбоме у меня есть фото, когда начальник заставы прощается с этим призывом. Ребята не унывали, никто шапки не надел, все уехали в зелёных фуражках такова традиция. Потом они прислали письма, к домашнему Новогоднему столу успели. Они к домашнему, а мы на заставе намылись, напарились, посмотрели кино сели за стол встретили Новый 1980 Олимпийский год напились газировки и в один ноль-ноль отбой. Дед мороз съездил на ПТН поздравил несущих службу на месте нафотографировали всех всё было сделано по человечьи.

Теперь об отделении ПТН поподробнее. Начальником ПТН стал вместо убывшего Латышева сержант Дмитриев весёлый такой парень из Красноярского края, сержант Паша Гутенев и два ефрейтора, Миша Конев и Вася Малютин-это все кто должен был уйти весной 1980, теперь призыв на полгода младше: Серёга Горлов, Вовка Долженко и Вовка Волкодав судьба которого решалась быть или не быть ему на заставе, тоже каким то образом был связан с самоходом. Ну и мы вновь прибывшие два Сани и Володя. Вот в таком составе несли службу на ПТН почти до июня. В наряд на ПТН ходили по три человека, старший и два оператора, уходили на всю ночь. Старший наряда сидел в помещении, а операторы менялись один у станции другой на улице, наружняя охрана объекта. Суть наблюдения заключалась в следующем оператор следил за круглым экраном РЛС, если в поле действия РЛС попадал какой нибудь объект, то он высвечивался яркой точкой на экране. С этой точки немедленно снимались координаты и сообщалось дежурному по заставе. Тот в свою очередь связывался с диспетчером порта и выяснял название объекта, а затем отзванивался на ПТН и мы знали с кем имеем дело. Самая длинная ночь естественно в декабре в 16 уже было темно к 10 утра солнце пробивало тьму. Днём когда рассветало РЛС выключали, наблюдение за морем вели с помощью бинокля и большой морской трубы(БМТ-110), которая стояла на вышке на территории ПТН. Если видимости днём не было, когда туман окутывал всё вокруг, РЛС включали в работу, до той поры пока горизонт не начинал просматриваться. Если выставлялся полный наряд ПТН ходили с заставы пешком всего каких-то 15 минут, но иногда выдавался фарт подвозили на машине. В одиночку да ещё с оружием пешее передвижение по посёлку было запрещено. По началу осенний призыв, которые шли на полгода вперёд хотели нас подмять под себя начали давать указания, где, как и что делать. Я ответил просто не говори что мне делать и ты не узнаешь куда тебя пошлют. Этот ответ не устроил оппонентов и они затаили недоброе . Как раз ожидался приезд из госпиталя «деда» Миши с нашего отделения, он должен был выступить судьёй в этом вопросе. Настал этот день прибыл судья, пригласил вечером на беседу. С начала вопрос: « Ребята жалуются, что не уважаешь старослужащих». Я ответил: «Полгода это не срок, чтобы в старослужащих записываться». Следующий вопрос: «Откуда призывался». Я ответил. Оказалось мы с Мишей земляки и это всё решило. Миша считался исполнительным хулиганом, похож на медвежёнка или котлету, такой крепкий и сбитый. На турнике делал, что хотел, кстати турник стоял в нашем спальном помещении или кубрике. В общем дальше на ПТН я ходил только с Мишей и сержантом Дмитриевым, которого звали все-Дима. Уходили на службу и приходили всегда вместе, так что козни осенников на этом закончились. После подъёма все наши передвижения по заставе осуществлялись через турник. Миша, как наставник мой, сказал: «Если чему то хочешь научиться, надо сильно захотеть», вот я и подтягивался сколько смогу на турнике в каждый свободный момент. Результат потихоньку пошёл вверх.

Был среди дедов собаковод Акаша Ханафиевич Бимухамбетов, казах по национальности. Сержант по званию, 156 ростом и кило 55 весом. Собака, немецкая овчарка Сельга, которой он командовал, была в восторге. При преследовании нарушителя и собственном весе в 60 кг Сельга, вообще не чувствовала Акашу на поводке. Он трепетался сзади, как флажок на ветру. Однако эта пара сработала великолепно при острых обстоятельствах, которые сложились под Новый 1979 год в посёлке Охотск. Какой то злоумышленник спилил елку у здания горсовета и уволок её домой. Местная милиция обратилась на заставу за помощью. Акаша с Сельгой оперативно прибыли на место происшествия, и Сельга уверенно взяла след и в последствии привела к дому любителя халявских ёлок. Собаку награждать не стали, а Акаше вручили знак «Отличник погранвойск 2 степени» за отличную подготовку собаки. Акаша при малом весте и росте был членом КПСС, и на собрании по поводу самоволки задвинул такую речь, что командование отряда прямо на собрании присвоило ему очередное звание старший сержант. Акаша был правильным, но абсолютно безвредным человеком или вернее сказать добродушным. Так вышло, что я застал его на заставе зимой. В казарме температура была 14-16 градусов не более и он спал всегда под дреской, упоминавшейся ранее. Под такой одежёнкой, при его росте, дежурный по за ставе всегда имел трудность, в каком месте дрески Акашу будить. С начала он начинал потихоньку бухтеть, что всё слышит, как его всё достало и, когда всё это закончится. Потом из под дрески высовывалась заспанная физиономия Акаши. С этого момента дежурный почтительно отходил от Акаши, который брал себя в руки и выходил к постановке приказа в полном порядке.

Самый главный недостаток зимы для солдата это мороз, как не одевайся всё равно холодно. Бог видать услышал наши молитвы как раз в феврале подошёл срок замены тёплого имущества. Нам выдали новенькие белые шубы, свитера, рукавицы. Теперь не надо было надевать на себя невесть знает что. Шубы и пару свитеров хватало чтобы чувствовать себя на морозе комфортно. Кстати от того что находились на побережье морозы редко доходили до 30. Стабильно держалось 20-25 до самой середины апреля. Так что шубки и свитера пришлись очень кстати.

После наряда приходили на заставу, ели, чистили оружие и ложились спать. Попробовал один раз пропустить чистку оружия, сильно хотелось спать. Не вышло, дежурный офицер поднял и заставил всё сделать как надо. Дело в том, что автомат промерзал на улице так, что при входе в помещение он покрывался инеем и становился белым, а для того чтобы он быстрее прогрелся его надо было разобрать, протереть насухо, потом смазать оружейным маслом, собрать и поставить в пирамиду. После этого случая я усвоил простую истину –оружие любит ласку чистоту и смазку. Потом этот простой алгоритм я выполнял неукоснительно, оружие у меня было всегда в порядке. Был у нас повар Ваня Попов вот ему начальник заставы капитан Чепурных устроил экзекуцию перед строем, проверил оружие в пирамиде, а Ванин автомат стоял рыжий от ржавчины. Ваня, был до этого неприкасаемая фигура, ходил только на кухню кашеварил да спал в свободное время. Начальник заставил Ваню почистить оружие и зарядил часовым заставы на месяц в самое неудобное время. Ваня помёрз на улице, научился оружие чистить. На этом злоключения Вани не закончились. Проверил начальник заставы поварские умения и поставил его на боевом расчёте перед строем и сказал следующее: « Вот этот человек вам варит бурду, вместо пищи поговорите с ним, а я пока удалюсь». Начальник ушёл, надо было видеть Ваню в этот момент, он был похож на человека поставленного к стенке побледнел, губы дрожали. Мы его спросили ну что Ваня будем делать и он перед строем поклялся, что всё будет как надо. Вот так нас учили просто и доходчиво и за это мы уважали нашего начальника заставы и старшину. А судьба Вани была решена просто, при первой возможности его удалили с кухни и до самого дембеля он нёс службу, как простой стрелок, то есть ходил в наряды и спал только положенное время.

Итогом службы, выполнения всех планов занятий, их результатов за полугодие являлась Проверка. От оценки которую получала застава зависело можно сказать всё. При хорошей оценке, дембеля уезжали во время домой, награды и звания вручали своевременно и начальство донимало меньше. Если неуд тут держись, придирки, прискрёбки и всё в этом духе. После залёта с самоволкой положение было не очень, приезжало вернее прилетало начальство с отряда, проводили собрания, чехвостили в хвост и гриву, призывали к порядку, грозили всеми карами. Последних залётчиков, в том числе и нашего Волкодава Володю увезли с собой в отряд.

На заставе остался боле менее безгрешный коллектив, которому предстояло переменить положение к лучшему. После визита начальства с отряда, прилетел генерал майор с округа и как раз по ПТНовской части. Собрал нас всех на ПТНе и начал гонять по материалу, мы все взмокли, живого генерала видели впервой. Путались со страху, потом очухались, собрались, в итоге генерал сделал не мало замечаний нам. Говорил по доброму, не давил, давал шанс поправиться. Четвёрку поствил нам твёрдую. С этого момента у нас возникла надежда на хороший итог весенней проверки. Надо было ещё отстреляться и пробежать спец полосу препятствий. Тренировались по два раза в неделю. Бегали полосу, одевали ОВЗК, стреляли, всё делали не по одному разу, до хорошего результата. А служба шла своим чередом, наряды шли, чередовали друг друга, одни уходили на службу, другие приходили, чистили оружие и если положено, ложились спать. Когда показывают в кино и кричат: «Застава подъём»– всё враньё. Если будет такая команда, то половина заставы просто не поспит как надо. Последние вставали примерно к 14.00 и спящих на заставе не было вплоть до отбоя. Правда была категория которой не касался подьём-это те ребята кто были выходными, кроме команд : «Застава в ружьё»– обнаружен нарушитель границы, «Застава к бою»-на заставу напали надо схватить оружие и патроны занять предписанное место и обороняться, и «Застава тревога»-это когда с вещами на выход ,полный сбор оружия, провианта, техники, для движения по указанному маршруту. Действия по этим командам тоже репетировали неустанно. Оттачивалось взаимодействие, порядок и точность выполнения команд. Суета, бесполезная беготня, исключались, каждый знал, куда и зачем бежать, что брать и в какой последовательности. В целом застава двигалась в нужном направлении.

Боевой расчёт это построение всей заставы для подведения итогов за день и постановки задач на следующие сутки, здесь объявлялись все новости, проводились награждения, поздравления, проводились экзекуции нерадивых и указывалось время, состав и названия нарядов, которым предназначалось нести службу по охране границы. Пограничные сутки начинаются с 20.00 этого и до 20.00 следующего дня. Вот так и шло время от одного до другого расчёта и дни сливались в месяцы службы.

Будоражили этот порядок случаи, которые происходили с нами несущими службу. Баня казалось место, где отдыхает душа и тело и нет ни званий, ни чинов, все равны. Однако всё не так просто. Был обычный банный день суббота 2 марта 1980 года, и как сейчас модно говорить, ничто не предвещало беды. Попарились в парилке, пошли набирать воду для мытья, поставил тазик на подставку и стал набирать кипяток. Стоим разговариваем с водителем ЗИЛа Санькой Авдеевым и вдруг, одно неверное движение и таз с кипятком опрокидывается нам на ноги, так получилось, что под удар попали правая нога у меня и правая у Саньки. Кипяток был крутоваренный стоградусный. Я от дикой боли подпрыгнул, поскользнулся и сел в разлившуюся лужу. Задница выдержала напор стихии, маленько покраснела и всё, а вот нога ныла и горела. Фельдшер Витя Зус -Зять осмотрел и сказал сам не справлюсь надо в больницу. Доложили старшине заставы, тот не мешкая на УАЗике отвёз нас в больницу. Там нас намазали, перевязали, дали фельдшеру указания и назад на заставу. Так я до самого дня рождения и пропрыгал с перебинтованной ногой. Пока суть да дело морозы пошли на убыль службу нести стало полегче. И тут произошло немаловажное событие приказ министра обороны о призыве новых солдат и увольнении отслуживших. Вся армейская иерархия поменялась. Мой призыв становился- фазанами, осенники- дедами, следующие весенники –дембелями. Дембеля делились на две категории. Дослужил до дня призыва не уволили, всё квартирьер, третий год службы пошёл. С погранвойск все в основном квартирьерами и возвращались. Дембеля наши усиленно готовили альбомы, парадки и всю прочую дембельскую атрибутику. Им было не до нас, они уже одной ногой были дома. Приближался долгожданный май, дни потихоньку теплели, хотя ночью примораживало. Забор, дембельский аккорд осенников, стал странно вести себя. Столбы потихоньку стали заваливаться, а вскоре рухнули со всем забором вместе. Теперь за работу взялись дембеля весенники, нещадно матеря осенников. Они уж работали на совесть, закопали столбы на нужную глубину, да и помощника «зимнего цемента»– воды у них не было.

Вот так в армии и ведётся, ежели один накосячил, то другой непременно косяк этот исправит.

Проверку весеннюю прошли успешно четвёрку твёрдую получили, все ждали пряников и наград, а дембеля приезда нового пополнения, которое открывало им дорогу домой. Не ехало пополнение, а 28 мая приближалось святой для пограничников день. Накануне дня этого прилетел к нам с утра вертолёт, который надо было охранять. Я был в резерве и конечно быстренько меня снарядили и отвезли на площадку. Командирский УАЗик, пыхнов дымком из выхлопной трубы, увёз вертолётчиков в сторону заставы. Старшина перед отьездом сказал ожидай смену через четыре часа. Я настроился на это время и принялся выписывать круги вокруг вертолёта. Время текло как положено не быстро не медленно. Его я за эти полгода службы научился ощущать физически, двадцать минут чувствовались так а час совершенно по другому это было уже четверть отведённого срока несения службы. Отходив положенное время, не обнаружил на горизонте долгожданного УАЗика. Стал по радио задавать наводящие вопросы, ответили: «Пока стой, к обеду сменим», прошло время обеда, а УАЗика со сменой не было. Я уже хотел есть, погода была совершенно мерзкая состояние между снегом и дождём, вобщем 100% тоска и уныние. Я уже не спрашивал, когда и кто сменит, просто стоял у вверенного мне вертолёта. Смена приехала через 9 часов, я был голоден и дико зол на весь свет. Старшина сказал, сейчас поешь, переодевайся в парадку и жди дальнейших распоряжений. Поел, подобрел и присоединился к группе в парадках, никто ничего не знал, ждали. Вышел старшина и обьявил задачу, едем на праздник к шефам. Пить чай, веселиться, танцевать, можно, за попытку выпить «расстрел», предлагать будут, но вы держитесь. Все установки старшины выполнили, праздник удался. Вся злость за то, что тупо забыли меня сменить, перебили положительные эмоции, я радовался жизни плясал со всеми счастливчиками, которым удалось побывать на этом празднике. Больше такой халявы до конца службы не было, кстати и меняли всегда вовремя. Поистине не бывает худа без добра.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.