Ливви Либбей
Тайны и желания

Наследница из благородной и состоятельной британской семьи, собирается выйти за муж, за любимого и соответствующего ее положению молодого герцога. Ее будущее выглядит счастливым и определенным, пока она в порыве чувств не вступает в близость с крестником отца в которого была влюблена с детства.

Для поклонников английских романов. Захватывающее погружение в мир современной британской элиты. История с непредсказуемым сюжетом и интригами.

1.1 Наедине

Увесистое помолвочное кольцо с крупным драгоценным камнем тяжело звякнуло, ударившись о деревянный пол. Одним случайным движением украшение из валлийского золота было сброшено с туалетного столика, за которым сидела хозяйка драгоценности. На ее нежном молодом лице мелькнуло выражение досады. Она подняла кольцо и, смерив беглым взглядом, положила подальше от края.

Лидия Мария Беккай Лейдлоу, образованная, благовоспитанная леди, находилась в принадлежащей ей спальне в родительском доме и наносила легкий макияж. Эта достопочтенная мисс, старательно приводившая себя в порядок, была единственной дочерью влиятельного и состоятельного джентльмена Джона Эдварда Уильяма, виконта Стонклиф, и его великолепной супруги леди Анны Лили Роуз, столь же аристократического происхождения. Мисс Лейдлоу подчеркивала достоинства, нанося помаду нюдового оттенка на в меру пухлые губы и немного румян над скулами. Обладая привлекательными чертами лица и точеной фигурой при росте примерно пять с половиной футов, ей не на что было жаловаться. Однако молодые леди всегда находят изъян в своем природном совершенстве.

Звук подъезжающей машины взволновал мисс Лейдлоу. Она, не раздумывая, оторвалась от отражения в зеркале и подошла к окну, выходящему на двор, где остановилась машина. Капли дождя скатывались по стеклам, от которых веяло прохладой. Дождевые потеки смазывали обзор, однако увидеть уже припарковавшийся черный автомобиль удалось без труда. Ее сердце забилось чаще, когда дверь спортивного суперкара распахнулась.

Раскрылся черный зонт, за которым было не рассмотреть фигуры мужчины.

Все же это определенно был он. Томас Джонатан Белл, крестный сын лорда Стонклиф, собственной персоной. Красивый и решительный джентльмен и сердцеед, как и его любимый персонаж-шпион, разве что Томас реальный мужчина, живущий менее опасной жизнью без перестрелок и погонь.

Лидия поспешила в гардероб, на ходу снимая с себя все же слишком простое платье, и быстро определилась с новым нарядом, который до этого посчитала откровенным. Надевая и расправляя черный бархат, она подошла к туалетному столику. Встряхнув длинными светло-русыми волосами, она взяла массажную щетку и причесалась, поправила декольте платья, аппетитно подчеркивающее ее прелести. На шее сверкнул кулон в виде миниатюрного крестика из бриллиантов на тонкой цепочке. Лидия снова вернулась в гардеробную, чтобы обуть подходящие туфли, и вновь посмотрела на себя в зеркало, в очередной раз поправляя волосы.

Ее дыхание сбилось от спешки и возбуждения, но расслабляться было рано. Точно определив, где сейчас находится Томас, Лидия направилась вниз по лестнице с коваными перилами, стараясь как можно тише стучать каблуками, чтобы не привлекать внимание прислуги. Она быстро преодолела холл, выложенный в шахматном порядке черно-белой плиткой, и направилась в сторону кабинета отца.

Мисс Лейдлоу остановилась перед дверью, чтобы перевести дух. Затем крепко взялась за холодную металлическую ручку.

Дверь резко открылась, и Лидию буквально втянуло в кабинет, где она врезалась в широкую и твердую мужскую грудь. Знакомый густой древесный аромат духов с нотками мирра наполнил ее легкие, когда она от испуга глубоко и шумно вдохнула. С громким звуком упал на пол кожаный портфель. Потеряв равновесие от столкновения, Лидия едва не упала, но ее крепко обхватили сильные руки. Она оказалась прижатой к горячему телу, тепло которого ощущалось через ткань рубашки.

– Лидия, что ты делаешь?! – изумился Томас, отстраняя ее от себя.

Мисс Лейдлоу знала его лицо с самого рождения, еще до того, как на нем стали появляться морщины и мужественная растительность. Эти веснушки и родинки, крупный и прямой нос, губы и глаза с радужной оболочкой темного кофейного цвета, небольшие мешки и покраснения, которые выдавали накопившуюся усталость мистера Белла.

– Ты напугала меня! – произнес он, внимательно всматриваясь в испуганное, но от того не менее красивое личико.

– Прости, – пребывая в легком замешательстве от произошедшего, выпалила Лидия растерянно.

– Что ты здесь делаешь? – упрекнул ее Томас и окинул суровым взглядом.

– Мне пришлось остаться из-за головной боли, – пролепетала она.

– Я в курсе того, что произошло с тобой сегодня. Я имею в виду, зачем ты сейчас пришла сюда?

– Что ж, я увидела, что ты приехал… – похлопав ресницами, ответила мисс Лейдлоу.

– Понятно, – смягчился Томас, и хватка его рук ослабла. – Ты цела?

Мистер Белл продолжал смотреть в ее распахнутые миндалевидные глаза яркого серо-голубого цвета, подчеркнутые черной тушью.

– Да. Спасибо за беспокойство.

– Славно, – заключил Мистер Белл и отпустил ее.

Так они замерли друг напротив друга. Томас даже хотел похлопать Лидию по плечу от неловкости, но сдержался и прервал эту утомительную паузу первым, переведя внимание на лежащий на полу портфель. Он наклонился, поднял кейс и поправил и без того хорошо уложенные темно-каштановые волосы. Все это он делал под пристальным и ощутимым взглядом мисс Лейдлоу, которая медленно обходила его.

– Твой отец в курсе, что я здесь. Мы договаривались, что я сегодня завезу кое-какие бумаги, – говорил Томас, при этом осматривая портфель очень качественного итальянского производство на повреждения, которых не могло быть.

– Он цел?

– Да, – отреагировал мистер Белл и испытующе бросил взгляд на Лидию. – Почему ты не вернулась к себе? – Несмотря на непринужденный тон, он был явно не в духе.

– Я все еще немного неважно себя чувствую, – уверенно ответила она.

– Вызвать тебе врача?

– Не стоит беспокоиться. Мне уже гораздо лучше.

– Джон просил узнать, как ты, – Томас продолжал давить.

– И как я, по-твоему? – отражала Лидия, слегка разводя руки в стороны и кокетливо улыбаясь.

– По-моему, отлично. Если судить по внешнему виду. И раз моя помощь не требуется, я откланиваюсь, – заключил он, кивнул и направился к выходу.

– Хочешь поужинать со мной? – достаточно громко спросила Лидия и слегка подалась ему вслед.

Томас остановился.

– Если ты никуда не торопишься, разумеется, – добавила она.

Мистер Белл обернулся и ответил:

– Благодарю, но я вообще-то спешу.

Хотя перспектива поужинать, не тратя время на забитую дорогу, его привлекла.

– А что на ужин? – поинтересовался он.

– Утка с апельсинами и салат, – отрапортовала Лидия.

– Что на десерт?

– Морковный пирог.

Томас глубоко вздохнул и наконец расслабился, опуская плечи. Сытный ужин – это единственное, что могло его сейчас успокоить после тяжелого рабочего дня, длинного пути из Лондонского Сити и внезапного столкновения с Лидией.

– Если ты настаиваешь… – уставший мистер Белл выдавил улыбку и галантно пригласил леди покинуть кабинет первой.

Лидия сдержанно улыбнулась в ответ, не упуская Томаса из виду.

– Отлично. Попрошу накрыть на двоих. – После произнесенных слов довольная мисс Лейдлоу последовала к двери.

В столовой дома лорда и леди Стонклиф у Томаса всегда было почетное место. Все изменилось с последними событиями, а именно, с того момента, когда Лидия стала невестой герцога Лайондейла. Теперь за семейными трапезами место Томаса рядом с крестным занимал Его Светлость. Однако в тот вечер мистер Белл вновь оказался на своем стуле, садясь напротив Лидии, точнее, справа от стула Джонатана.

Аромат жареной дичи возбуждал аппетит, а теплый свет люстр с фарфоровыми подвесками, висящих над столом, придавал уют простой и одновременно роскошно обставленной столовой. Сверкающий безупречной сервировкой дубовый стол, окруженный стульями с резными спинками, был накрыт льняной накрахмаленной скатертью.

– Вино? – спросил Томас, приподняв бровь.

– Да. Но ты за рулем, поэтому только для меня, – потешалась Лидия, широко улыбаясь.

– Уверена, что стоит пить алкоголь в твоем состоянии?

Томас всегда опекал Лидию как старший брат, исключением не был и этот случай, когда еще днем она перепугала всех приступом внезапной мигрени прямо перед вылетом на оперный фестиваль, куда она должна была отправиться с родителями.

– Не беспокойся, я в порядке. Один бокал для аппетита не повредит, – успокаивала скептически настроенного мистера Белла Лидия.

– Позволишь? – Он взял бутылку.

– Пожалуйста. – Лидия не переставала раздавать улыбку.

Так много улыбаться в ее жизненных обстоятельствах – обычное дело, и Томас был рад за нее. У этой молодой леди, непременно, все будет хорошо: семья, дети и положение в обществе.

Он взглянул на этикетку благородного напитка, а затем наполнил его содержимым бокал.

– Спасибо, – Лидия подняла высокий хрустальный фужер, на треть заполненный вином насыщенного алого цвета, и сделала глоток.

Томас обратил внимание, что перед ней стоит лишь тарелка с салатом.

– Ты будешь есть только овощи? – удивился он, усаживаясь на стул, обшитый гобеленом с узорами из нити цвета розового золота.

– Да.

– Диета? – с неодобрением продолжал интересоваться Томас.

– Не совсем.

– Это что, современная форма извращения: наблюдать, как кто-то ест холестерин, а самой давиться зеленью?

Лидия прищурилась.

– Я считаю калории. Знаешь, сколько калорий в красном вине?

– Полагаю, много, раз ты отказалась от утиного мяса.

Томас взялся за начищенные до зеркального блеска серебряные столовые приборы.

– Как ты себя чувствуешь, Лидия? – после небольшой паузы, возникшей за столом, спросил он, уже отрезав сочный и мягкий кусок.

– Гораздо лучше.

Мистер Белл с иронией заметил пристальное внимание к своей тарелке. Тяжело сглотнув, Лидия продолжила говорить:

– Когда я увидела твою машину, решила, что неплохая компания за ужином меня взбодрит.

– Находишь мою компанию неплохой? – подметил Томас.

– Да.

– Благодарю, – с этими словами мистер Белл протянул Лидии вилку с нанизанной утятиной.

Мисс Лейдлоу, недоумевая, посмотрела на прибор, а затем на Томаса.

– Угощайся! – произнес он.

Лидия растерялась.

– Можно подумать, ты не пила кофе из моей чашки… – Он огляделся по сторонам, чуть наклонился и шепнул: – Это будет наш секрет.

Глаза мисс Лейдлоу расширились.

– Однажды я заметил след от твоей помады, – пояснил мистер Белл.

Лицо Лидии буквально воспламенилось и покрылось пунцовым румянцем. Ее взгляд нервно заметался, однако она овладела собой.

– Мне сейчас очень стыдно, и я прошу прощения, – начала говорить она, избегая взгляда Томаса. – Я сделала всего глоток… один раз… – Ей явно не хватало слов. – Просто твой кофе… крепкий, а Миранда приносит мне капучино с сахаром, – с глубоким выдохом закончила она.

Томас с трудом сознавал совершенную им ошибку, ведь он был уверен, что знает о вкусах Лидии. Стараясь быть любезным, именно он дал распоряжение секретарше приносить капучино для мисс Лейдлоу. Да и Лидия была хороша, проявив излишнюю скромность и решив промолчать о доставляемых ей неудобствах.

– Не стоит извиняться. Признаюсь, я удивлен причиной. Однако помню, раньше ты предпочитала именно такой кофе.

– Вкусы меняются.

Лидия отвела взгляд и сделала глоток вина. Почувствовав вяжущее послевкусие на языке и как обжигающая жидкость опустилась вниз по горлу, она немного успокоилась.

Томас не понимал, что заставляло Лидию безмолвствовать и не попросить принести ей другой напиток. Уж точно не в ее характере быть робкой. Или он снова ошибался?

– Нужно было просто исправить, – мягко произнес он.

– Если честно, мне немного неловко исправлять ее. Она слишком старается. Очень милая женщина.

Томас внимательно выслушал Лидию и высказался:

– В конце концов, каждый делает свою работу, за которую получает деньги.

– Она ведь твоя секретарша.

– Предлагаешь нанять тебе собственного секретаря?

– Не стоит так кардинально решать вопрос.

– Исправить нужно было меня. Это я попросил ее делать тебе капучино, – признался мистер Белл.

Лидия изобразила неловкую улыбку и сделала очередной глоток из фужера, а Томас продолжил говорить:

– Что ж, тогда напомню тебе, что твой отец – владелец компании! Мне еще долго держать так вилку?

Он приподнял прибор с истекающим соком кусочком жареной дичи.

Лидия расслабилась, встала и потянулась за вилкой через стол. Сняв мясо птицы зубами, она слегка смутила мистера Белла, но виду он не подал. Почувствовав аромат дичи с кисло-сладким послевкусием соуса, Лидия прикрыла веки и блаженно протянула:

– Мм.

Открыв глаза, она заметила, как Томас рассматривает ее декольте. Мисс Лейдлоу прекрасно понимала, что в такой позиции ее грудь выглядела еще привлекательнее. Едва скрывая довольство, она приняла прежнее положение на стуле. Томас как ни в чем не бывало вновь принялся за блюдо, переваривая в голове только что произошедшее. Он предполагал, что Лидия возьмет вилку, но и подумать не мог, что произойдет подобное.

– Я исправлю ситуацию с кофе, – невозмутимо сказал он, отгоняя навязчивые мысли.

– Надеюсь, ты будешь деликатен и не заденешь чувств Миранды?

– Мне не впервые.

Лидия глотнула из бокала, пока Томас с аппетитом жевал мясо, и заговорила:

– Я могу дать тебе один совет на этот случай.

Мистер Белл наигранно заинтересовался. Он умел обращаться с женщинами и не испытывал проблем в тех делах, которые от них были ему необходимы.

– Стоит для начала поинтересоваться, как у нее дела, а потом уже давать ей распоряжения, – поделилась мудростью мисс Лейдлоу.

– Так просто? – иронизировал мистер Белл.

– Да! – подыграла ему Лидия. – И твои отношения с ней значительно улучшатся.

В этот момент Томас вновь поднес ей вилку. Мисс Лейдлоу потянулась за едой, снова открывая соблазнительные виды, чем мистер Белл и воспользовался. Лидии показалось, что в миг, когда он смотрел на нее, в его глазах полыхнули искры. Прожевав кусочек ароматного блюда и запив глотком вина, она проговорила:

– Это работает и с другими женщинами.

Томас усмехнулся.

– По-твоему, я недостаточно вежливый?

– Разумеется, нет.

– О, я понял, мисс. И как у тебя дела?

– Хорошо, спасибо, что спросил, – ответила Лидия и засмеялась. – А как твои дела, Томас?

– Блестяще! Наши отношения стали лучше?

– Значительно.

Лидия сияла.

– Как тебе работа в офисе? Надеюсь, я не слишком сильно тебя нагружаю? – поинтересовался Томас, отрезая очередной кусок утки.

Он медленно жевал, посматривая на Лидию. Вкус еды и очаровательная леди, которая говорила всякие глупости, успокаивали его.

– Вовсе нет. Я провожу за работой не слишком много времени, тем более уже очень скоро я покину формальный пост… Стану скромной замужней дамой, займусь домашними хлопотами…

Томас поперхнулся и рассмеялся. Лидия встревоженно поднялась. Мистер Белл показал рукой, что помощь ему не требуется, а затем откашлялся в салфетку и поспешил извиниться. Лидия присела.

– Прошу прощения. Скромности у вас не занимать, будущая Ваша Светлость, герцогиня Лайондейл.

– Приятно это слышать, – заулыбалась Лидия.

– Твое новое имя или комплимент?

– И то и другое.

– Пожалуйста, еще раз прими мои извинения за то, что перебил. Ты, кажется, не договорила.

– Все в порядке. Я понимаю, что никогда не буду знать и четверти того, что знаешь и делаешь ты. А работать в компании мне интересно, хотя иногда немного утомительно, но вполне сносно.

Томас вновь протянул разговорившейся мисс вилку.

– Спасибо.

Мисс Лейдлоу смело сняла мясо с прибора.

– Как поживает Его Светлость? – насмешливо спросил Томас, отрывая взгляд от выреза на ее груди.

– Хорошо. Впрочем, ты сможешь спросить его сам уже в следующие выходные. Генри вернется в город как раз к вечеринке, которую устраивает моя мама.

Томас заметил, как Лидия порозовела от вина и стала словоохотливее.

– Какая честь… – вновь иронизировал он. – Нас ожидает званый ужин, я полагаю?

– Да. Ты разве не знаешь?

– К сожалению, нет.

– Что ж, тогда ты, наверное, не знаешь, что Мэри тоже приглашена.

– Моя мама согласилась? – искренне удивился мистер Белл, зная, что его мать не любит приезжать в столицу, а особенно посещать светские мероприятия. Все эти новости его неприятно поразили, и он охотно сказал бы пару ласковых по поводу того, что ему придется подстроиться под планы семьи.

– Да, она приедет в четверг и погостит до конца выходных. У них с моей мамой кое-что запланировано, – с удовольствием поделилась подробностями Лидия.

– Как замечательно, что я узнаю обо всем последним.

– Не беспокойся, у тебя много других более важных дел. Рано или поздно тебе сообщили бы.

– То есть если бы у меня были другие планы, я все отменил бы?

– Ты много работаешь, все это знают.

– На выходных я обычно занят личными делами, – нахмурился он и уже привычно протянул вилку Лидии. В этот раз Томас смотрел на ее губы, на то, как ароматная еда попадает ей в рот и скрывается за белоснежными зубками. Женский рот всегда был его слабостью. – Вкусно? – спросил он, когда та прожевала и запила вином.

– Невероятно. Спасибо.

– Расскажи, пожалуйста, что за дела у Анны с моей матерью? – не отрываясь от приборов, полюбопытствовал Томас.

– Боюсь, что если бы знала, то все равно не имела бы права рассказывать.

– Это касается меня? – не успокаивался Томас.

Он спросил это ради смеха, однако кто предупрежден, тот вооружен.

– Я не знаю… – протянула Лидия.

– Думаешь, они снова решили подыскать мне невесту?

– Мне кажется, они уже опустили руки.

– После твоей помолвки они начали действовать с удвоенной силой.

– Ты можешь легко с этим разобраться, остепенившись.

– Невероятно! – воскликнул Томас и захохотал.

Лидия рассмеялась в ответ:

– Я просто предложила вариант. Самый простой.

– А ты, получается, нашла выход из этой ситуации? – имея в виду помолвку Лидии, спросил мистер Белл. – Надеюсь, ты не забыла, как моя мать относилась к потенциальным невесткам? Я не готов обрекать на страдания очередную несчастную.

– Возможно, она была требовательна к девушкам, но никогда не была настроена против них.

Томаса насмешила невинная простота Лидии. Мэри Элизабет Белл открыто осуждала всех официальных подружек сына и порой не выбирала выражений.

– Лидия, извини, но ты ошибаешься. Кроме того, это не отменяет того факта, что я жестокий, трус и негодяй с дурным вкусом, – припомнил он девушке ее же слова, однажды высказанные в его адрес.

– Ты слишком строг к себе, – ответила Лидия, изобразив улыбку и прекрасно понимая, о чем говорит ее собеседник.

– То есть ты так больше не считаешь?

– Что ж… Уверена, найдется женщина, для которой ты захочешь стать лучше. Тем более у тебя так много достоинств.

– Ты мне льстишь. Я знаю, что говорят обо мне люди.

– Но ты ведь не самый ужасный человек!

– Спасибо, Лидия, ты так добра! – в который раз иронизировал Томас.

Мисс Лейдлоу захотела исправить ситуацию и поднять ему настроение.

– Отмечу, – начала она, – что ты образованный, состоятельный, успешный и хорош собой.

– Спасибо. По-твоему, этих качеств достаточно, чтобы жениться? На мой взгляд, стоит подобрать что-то получше.

– Еще?

– Если тебя не затруднит.

– Все-таки ты умеешь хранить некоторые тайны, ты можешь развеселить, ты… умеешь делать приятные сюрпризы… Томас, да ты издеваешься! – возмутилась Лидия, заметив, как он едва сдерживает улыбку.

– Мне приятно это слышать. Спасибо, – уже не скрывая удовольствия, произнес он. – И я бесконечно счастлив, что мы снова общаемся с тобой, Лидия.

– Было бы странно, если бы я не разговаривала с начальником.

– Ты же понимаешь, что я имею в виду.

– Разумеется, – подтвердила мисс Лейдлоу.

– Ты доела утку, – складывая приборы и отодвигая тарелку, потешался Томас.

– Если ты все еще голоден, я попрошу дополнительную порцию, – забеспокоилась Лидия.

– Благодарю за заботу и вкусный ужин, но у нас впереди еще десерт. Ты же поделишься своим куском пирога?

– Можешь съесть, сколько захочешь. Я откажусь от десерта, – тактично ответила мисс Лейдлоу, хотя его вопрос показался ей двусмысленным.

Проходя в гостиную, Томас посмотрел на наручные часы. Он еще успевал на позднюю встречу. Неожиданно для себя мистер Белл понял, что рассматривает плавно движущиеся округлости впереди идущей леди, обтянутые черным бархатом.

Лидия чувствовала себя прекрасно. Она поразмыслила о том, что стоит выпивать бокал вина перед очередным делом, связанным с приготовлениями к свадьбе, от которых она испытывает дикое напряжение… Но осталось еще так много дел, что велика вероятность того, что можно спиться. Лидия тихо улыбнулась мыслям.

Гостиная в особняке Лейдлоу была обставлена исключительно по вкусам хозяйки Нест-Хауса. Леди Стонклиф, в девичестве мисс Аддерли, увлекалась искусством, и муж с удовольствием приобретал для жены дорогие подарки, которые и были выставлены на обзор гостей и домочадцев по всему дому. Многочисленные диванчики, расставленные по комнате, образовывали несколько небольших зон. Излюбленная семейством зона находилась рядом с камином, на котором выставлены фотографии членов семьи, а над ним висела большая картина.

Пока прислуга накрывала чайный стол, Лидия расположилась на диванчике, а Томас, сняв черный пиджак, подошел к незатопленному камину, чтобы в который раз рассмотреть снимки.

– Порядок поменялся, – едва слышно произнес он. Возможно, это были мысли вслух.

– Что? – переспросила Лидия.

– Я сказал, что фотографии стоят по-новому, – громче повторил Томас.

– Правда? – Лидия подошла к нему.

– Фотография с моими родителями стояла ближе к краю, а теперь рядом с моей, – Томас указал на снимок с матерью и покойным отцом. – Я похож на него, как считаешь?

– Определенно, есть какое-то сходство, – натянуто подтвердила Лидия.

Томас усмехнулся: даже ему было ясно, что он – копия матери, за исключением роста, более мужественного овала лица и обладания социальной грацией, которую Мэри Белл предпочла более не использовать. А еще Томас не был благородного происхождения, как и Джордж Белл, его отец, в отличие от Мэри Элизабет.

Устроившись друг напротив друга, Лидия и Томас наконец стали пить чай.

– Вкусно. Хочешь? – Томас с лукавством предложил Лидии попробовать кусочек пирога, покрытый сливочным кремом.

– Нет, спасибо. Это будет абсолютный перебор калорий, – отказалась мисс Лейдлоу.

– Вообще-то я думаю, что тебе стоит поправиться.

– Почему? – удивилась она.

– Твой жених совсем не маленького размера.

– Прости, что ты имеешь в виду? – заволновалась Лидия.

– По-моему, ты выглядишь очень хрупкой на его фоне. – Том сделал глоток чая из фарфоровой чашки.

– Ты не первый, кто обращает на это внимание, но, поверь, у нас с этим не возникает трудностей, – пояснила девушка, подавляя смешок.

– Хм, – поперхнулся Томас и попытался исправиться: – Я имею в виду, что тебе просто стоит побольше есть.

– По-твоему, я слишком худая? – осведомилась Лидия и все-таки рассмеялась.

– Ни в коем случае, ты очень хорошо выглядишь, – стараясь быть убедительным, сказал Томас.

Он уже пожалел о сказанном.

– Считаешь, я привлекательная?

– Разумеется! – Что еще ему оставалось ответить, когда разговор на эту тему затянулся?

– Благодарю. И чтобы оставаться в такой форме, нужно считать калории, Томми.

Всем близким, а Лидии особенно, было хорошо известно, как это прозвище выводит Томаса из себя.

– Перестань, пожалуйста, меня это нервирует, – строго обратился он к ней.

– Что-то не так, Томми? – издеваясь, произнесла Лидия.

– Прекрати, пожалуйста! – Мистер Белл едва не скрипел зубами.

– Как скажешь, Томми, – подмигнув, продолжала дразнить его мисс Лейдлоу.

– Ты играешь на моих нервах, Лидия!

– Извини, ты так забавно злишься, – пояснила она, довольная произведенным эффектом.

– По-моему, тебе не стоило пить алкоголь.

– Я не пьяна. Всего один бокал.

– Так отвечает любой пьяный человек.

– Ты же не ханжа, Томас.

– Ты дразнишь меня. Тебе скучно, Лидия?

– С тобой мне не скучно. А тебе?

– С тобой не соскучишься.

Неопределенные взгляды и выразительное молчание прервала мисс Лейдлоу.

– Какие планы на вечер? – Она решила, что эта тема – отличный вариант для продолжения беседы.

– Вообще-то, если я не потороплюсь, то рискую опоздать на встречу.

– Разумеется. Спасибо, что составил мне компанию, – искренне поблагодарила Лидия.

– Пожалуйста, Лидия. А у тебя какие планы?

– Лягу спать, – исчерпывающе ответила она, и пока мистер Белл ничего не сказал, добавила: – Томас, можно попросить тебя об одной услуге?

– Да, разумеется.

– Ты можешь угостить меня совсем маленьким кусочком десерта, пожалуйста? – уговаривала лукавая мисс.

– С радостью!

Взгляд мистера Белла полыхнул в предвкушении. Он отломил вилкой кусок десерта и протянул Лидии на таком расстоянии, чтобы ей пришлось наклониться. Томас в очередной раз уступил искушению и заглянул в вырез на ее платье. Мисс Лейдлоу поймала его взгляд, скользящий снизу вверх, задержалась на нем и произнесла:

– Ты заставляешь меня смущаться, Томас.

Эта игра переходила на новый уровень.

– Красивая подвеска. Привлекает внимание, – оправдался мистер Белл.

Он спокойно положил десертную вилку на тарелку и вальяжно облокотился на спинку дивана.

– Спасибо, – сказала Лидия, не сдержав смешок. Она дотронулась до украшения, аккуратно сжимая его пальцами.

– Я дарил тебе подобное однажды, но, видимо, оно не пришлось тебе по душе.

– Я, к сожалению, не припомню такого.

– На твое совершеннолетие. Мы как раз были в ссоре, – напомнил Лидии Томас.

– Томас, в тот день я получила от тебя коробку с леденцами в подарок.

Мисс Лейдлоу помнила все.

– Получается, что ты не открыла ее.

– Хочешь сказать…

– Мне жаль, что я так сильно огорчил тебя, – повинился мистер Белл. – И тебе пришлось избавиться от моего подарка.

– Я сохранила коробку, она лежит у меня в гардеробе здесь, наверху, – перебила его Лидия.

– Правда?

– Извини меня, но я, пожалуй, схожу и посмотрю, – возбужденно сообщила Лидия и поднялась. – Я быстро. И надеюсь, ты еще будешь здесь, когда я спущусь, – добавила она и, не дожидаясь ответа, направилась к выходу.

– Ты хочешь сделать это прямо сейчас? – уточнил обеспокоенный Томас.

– Разумеется, она лежит там столько лет! Мне интересно на нее посмотреть, – на ходу оборачиваясь, проговорила мисс Лейдлоу.

– Тогда позволишь мне сделать это вместе с тобой? – Мистер Белл вмиг поднялся и пошел вслед за ней.

– Разве ты не будешь доедать десерт?

– Еще раз спасибо за чудесный ужин. Я уже сыт.

– Хорошо. Пожалуйста, – произнесла Лидия и резко остановилась.

Томас не ожидал такого маневра с ее стороны, но сориентировался и остановился.

– Я впущу тебя, если ты сделаешь вид, что не замечаешь беспорядка, – со всей серьезностью обратилась к нему мисс Лейдлоу.

Мистер Белл закатил глаза, поднимая подбородок. Женские предубеждения всегда сводили его с ума.

– Договорились, – согласился он, пропуская Лидию вперед.

1.2 Наедине

Обстановка спальни мисс Лейдлоу не менялась уже много лет, не считая небольшого косметического ремонта. В этом не было необходимости после того, как она поступила в университет искусств и въехала в собственную квартиру.

Лорд и леди Стонклиф решили оставить комнату исключительно в распоряжении дочери, чтобы она знала, что в родительском доме для нее всегда есть место.

– Не смотри направо, пожалуйста, – предупредила Томаса Лидия, входя в спальню первой.

Он и не собирался этого делать, пока она его об этом не попросила. Мистер Белл бросил беглый взгляд именно в ту сторону, куда не должен был смотреть. Он заметил просторную кровать с деревянным изголовьем и рекамье у изножья. Из трех уровней освещения в спальне горели только бра над кроватью и лампы по краю зеркала на туалетном столике – этого света было достаточно, чтобы придать убранству в теплых тонах интимность, но в то же время не оказаться в темноте. Текстиль и обои в комнате были разрисованы плавными линиями и природными цветочными мотивами. Дамский столик с зеркалом загадочно мерцал разложенными на нем предметами. Все это придавало романтичности девичьей спальне. Томас отметил про себя, что не видит никакого беспорядка – это еще раз подтверждало его теорию о женских предрассудках. А еще он довольно давно не бывал в этой комнате. Здесь приятно пахло духами, и еще было что-то, что заставляло его чувствовать интерес и желание изучить все детали убранства вплоть до маленьких штучек на туалетном столике. Однако ему было необходимо проявить вежливость, и мистер Белл последовал за мисс Лейдлоу в гардеробную, где она уже включила свет.

– Ты хранишь здесь наряды на всю жизнь? – поинтересовался он, поразившись количеству вещей на вешалках.

– Нет. Это то, что вскоре отправится на благотворительность. О! И будь любезен, туда тоже не смотри, – вновь одернула его Лидия.

Мистер Белл как раз смотрел в сторону пуфа, на который она торопливо бросила вещи, когда собиралась его встретить. А дополнял хаос разложенный рядом с ним чемодан.

– Какого размера гардероб в твоей квартире?

– Немного больше этого, – со всей серьезностью ответила мисс Лейдлоу, в то же время пытаясь снять с верхней полки, очевидно, тяжелый предмет.

– На два этажа? – поиздевался мистер Белл, одновременно помогая самостоятельной мисс.

Лидия ухмыльнулась, уловив сарказм, а Томас уже без труда опустил чемодан на пол.

– Спасибо.

– Из парка развлечений? – догадался мистер Белл, разглядывая разрисованное героями мультфильмов изделие.

– Мой сейф для хранения воспоминаний, – довольно произнесла Лидия, аккуратно опускаясь на колени.

Томас с интересом следил, как она открывает этот самый сейф.

– Я могу смотреть?

– Если хочешь, – немного неуверенно произнесла Лидия. – Будь добр, ничего не читай, это личное.

Мистер Белл усмехнулся и произнес:

– Благодарю за доверие!

Среди большого количества пестрых открыток, конвертов, снимков и тетрадей он увидел фото, на котором был вместе с юной Лидией. И сам Томас был гораздо моложе на этом снимке. Конечно, он не считал себя стариком, однако понимал, как изменился и сколько воды утекло с тех пор. Мистер Белл, не спрашивая разрешения, наклонился и взял в руки фото, чтобы внимательнее его рассмотреть. Мисс Лейдлоу бегло проследила за тем, что он взял, и продолжила поиски.

На заднем фоне снимка, справа, Томас увидел незнакомого парнишку в школьной форме и какого-то джентльмена в белом костюме и шляпе, который спускался по ступенькам, – лиц обоих было не разобрать.

– Наше фото возле музея, – приговаривал он, переворачивая снимок обратной стороной, но там ничего не было написано.

Мистер Белл вновь развернул его изображением и улыбнулся невероятной милой светловолосой девочке.

– А знаешь, ты немного подросла.

Лидия старательно искала коробку с леденцами и практически не обращала внимания на то, что говорил Томас.

Через мгновение мисс Лейдлоу уже держала в руках красную округлую металлическую упаковку. Покрутив, она попробовала открыть ее, но ничего не получилось.

– Позволишь, я помогу? – Томас взял предмет из рук Лидии и приоткрыл. – Готова? – спросил он.

– Да! – ответила она, резво поднимаясь на ноги.

И Томас поднял крышку.

Рядом с пакетиком, наполненным леденцами, лежала бордовая коробочка, обернутая розовой лентой.

– Мило, – довольная Лидия занялась извлечением упущенного подарка.

Мистер Белл с удовольствием наблюдал за ней.

– Какое красивое, – с придыханием произнесла мисс Лейдлоу, доставая украшение.

Она разглядывала россыпь и переливы бриллиантов на замысловатом золотом украшении.

– Я старался, чтобы тебе понравилось, – с улыбкой проговорил Томас. – Леденцы, кстати, лучше выбросить.

– Я в восторге! Спасибо! – благодарила его Лидия, не обращая внимания на последнее замечание.

Она с обожанием смотрела на Томаса, а его горящий взгляд посчитала насмешкой, отчего опустила глаза, испытав неловкость за свое поведение. Лидии показалось, что она ведет себя слишком по-детски.

Ее внимание вновь привлекла металлическая коробка, которую Томас продолжал держать, а точнее, маленькая открытка, затаившаяся на дне.

– Что это? Записка? – заинтригованно поинтересовалась мисс Лейдлоу.

– Можешь не читать ее, я не обижусь. – поспешил отмахнуться Томас, однако Лидия проигнорировала его снова.

Мистер Белл обреченно вздохнул, в очередной раз убеждаясь в нетерпении женского любопытства. А Лидия достала открытку и положила уже пустую коробочку из-под украшения.

«Лидия, поздравляю с днем рождения! Я прошу у тебя прощения. Надеюсь, ты поймешь, насколько мне важно, чтобы ты была счастлива», – не озвучивая, она прочла мелкий и достаточно аккуратный почерк Томаса.

– О, не бери в голову. Что я мог написать умного шесть лет назад? – увидев, как изменилось лицо Лидии, сказал он.

Мистер Белл не понимал, какое впечатление на нее произвели слова на открытке.

– Томас, это превосходно! – произнесла мисс Лейдлоу, расплываясь в улыбке.

– Неужели? – усмехнулся он. – Позволишь мне взглянуть? Я уже забыл содержание письма.

– Да.

Лидия протянула Томасу открытку и продолжила восторженно рассматривать украшение.

– Это лучший запоздалый подарок, который я получила на восемнадцатилетие, – без капли фальши сказала она.

Томас, пораженный этим откровением, решил разрядить обстановку.

– Я думал, что лучшим подарком было отдельное жилье.

– Бриллианты тоже неплохой вариант, – Лидия звонко хохотнула от переизбытка чувств и тут же мысленно выругала себя за это. Разнервничавшись, она решила, что нужно заняться делом и убрать чемодан с воспоминаниями на место.

– Их не так уж и много, – оправдывался Томас, буквально стараясь принизить причастность к восторгам Лидии.

Мисс Лейдлоу забрала металлическую коробку у него из рук и положила в импровизированный сейф.

– Томас, спасибо! – в очередной раз поблагодарила она с той интонацией, с которой он непременно должен был ее услышать и перестать отшучиваться.

– Пожалуйста, – наконец без иронии отреагировал он.

И мистер Белл улыбнулся ей своей коронной соблазнительной улыбкой.

В день совершеннолетия Лидия ждала от Томаса романтический жест или как минимум извинения за то, что он ударил ее поклонника.

И как оказалось, она получила все, что хотела, и даже не догадывалась об этом много лет. На Лидию вновь нахлынули эмоции, и ей так захотелось отблагодарить Томаса еще раз. Последний раз на сегодня. Мисс Лейдлоу отложила уборку и подошла к мистеру Беллу.

– Ты должен знать, для меня тоже важно… – слегка понизив голос, произнесла она, глядя в кофейные омуты его глаз, – …чтобы ты был счастлив.

Лидия положила руки на плечи Томаса – в одной из них она продолжала держать подаренную подвеску, аккуратно придерживая ее пальцами. Мисс Лейдлоу опустила ресницы и мягко провела руками по приятной хлопковой ткани белой рубашки, ощущая тепло мистера Белла. Они стояли очень близко друг к другу. Томас приоткрыл рот и тихо вдохнул. Мышцы его крепкой груди поднялись. Лидия почувствовала, как под ее ладонями участились удары его сердца. Она замерла и подняла взволнованный взгляд. Зрачки Томаса расширились настолько, что превратили глаза в два черных омута. В который раз ее потянуло к этому мужчине. Видимо, Томас испытал то же самое, потому что слегка подался ей навстречу, так что Лидия ощутила его горячее дыхание. Она слегка поднялась на носочки, прильнула к его губам и закрыла глаза, вкушая его мягкие и пряные уста. Щетина Томаса слегка покалывала ей подбородок. Мистер Белл был неподвижен, но не сопротивлялся. Это был слишком интимный поцелуй и слишком долгий для девушки, которая помолвлена с другим мужчиной. Лидия резко отстранилась и шагнула назад. Томас выглядел растерянным. Мисс Лейдлоу смотрела на него округлившимися от ужаса глазами, не зная, что сказать и как себя повести. Мистер Белл наконец среагировал и притянул ее к себе. Он обнял и поцеловал ее, но куда настойчивее, чем целовала его она мгновение назад. При этом Томас слегка проник языком в ее податливый рот. Голова мисс Лейдлоу закружилась. А потом Томас прервал поцелуй и отступил. Они смотрели друг на друга, оба потрясенные произошедшим. Внутри Лидии бушевал ураган, она крепче сжала руку с ожерельем в кулак и прижала ее к груди, стараясь зацепиться за здравый смысл. Бешеный ритм сердца и частое дыхание…

Секунда… Вторая… И они одновременно накинулись друг на друга, страстно и яростно впиваясь друг другу в губы. Мисс Лейдлоу прижималась к нему, а мистер Белл прижимал ее к себе, вцепившись так неистово, будто от этого зависела их жизнь. Все получалось так гармонично, слаженно и молниеносно.

Не отрываясь от ласк, они вышли из гардеробной в комнату и повалились на кровать. Охватившее их пламя выжгло все рамки приличий и дозволенностей. Томас осыпал поцелуями подбородок, шею и грудь Лидии, трогал через бархат все ее интимные места. Она обнимала его, хватаясь за плечи и волосы. Невыносимая жажда близости сводила их с ума до такой степени, что им было не до раздеваний. Мистер Белл задрал подол платья мисс Лейдлоу и, порочно облизнув два пальца, просунул их под ее нижнее белье. Он повел мокрыми пальцами по ее лепесткам и проскользнул внутрь. Лидия слегка выгнулась, жадно вдыхая, и издала краткий стон.

Нетерпеливо Томас начал стягивать с Лидии кружевное белье. А она поспешила скинуть туфли. Мистер Белл раскрыл ремень, звякнув пряжкой, и расстегнул ширинку с характерным звуком. Он опустил брюки, устроился между стройных ног и продолжил терзать распухшие от поцелуев губы мисс Лейдлоу, касаясь ее горячего и влажного лона своим достоинством. Сладкая боль – вот что ощутила она, когда Томас резко вошел в нее. Лидия откинула голову, прервав поцелуй. Она шумно вздохнула от удовольствия, всем телом стараясь прочувствовать его в себе и наслаждение от его близости. Не то чтобы она ожидала меньшего, просто это происходило по-настоящему и именно с ней и Томасом.

Каждое его движение уносило Лидию все дальше, даря ощущение блаженства. Томас вновь впился в ее губы, ловя каждый стон, вырывавшийся из ее груди. Мисс Лейдлоу окончательно потеряла контроль над собой и стиснула зубы, как оказалось, с нижней губой мистера Белла. Томас промычал от боли в попытке отстраниться и тут же шлепнул девушку по бедру, другой рукой крепко обхватив ее подбородок. Это помогло, Лидия разжала челюсти, и он выдохнул с облегчением. Намереваясь наказать, он стал двигаться сильнее и глубже всаживать в нее свою плоть. И в назидание Томас нанес еще один удар по бедру мисс Лейдлоу, жестко сжимая его пальцами и продолжая удерживать ее челюсть. Лидия содрогнулась от ощущения разливающейся услады по всему телу и застонала. Томас не смог более сдерживаться, смотря на ее блаженное лицо, он прорычал что-то и задвигался быстрее, тем самым продлевая блаженство мисс Лейдлоу.

Осознание того, что сейчас произошло, пришло к Лидии моментально и оборвало остатки эйфории. Она стала осторожно опускать подол платья. Когда-то Лидия решила для себя быть целомудреннее: никогда не изменять своему партнеру и не влезать в чужую постель. Второе она пообещала себе уже после случившегося по ее неопытности и молодости, которая все прощает. Первое она совершила только что и никогда ранее. Совершенное один раз не освобождает от ответственности и, самое страшное, от мук совести, с которой ты либо договариваешься, либо забываешь и прячешь в дальний угол подсознания, откуда оно медленно и незаметно тебя убивает. Следом за совестью к Лидии пришел страх быть раскрытой и опозоренной. Своим поступком она предала в первую очередь себя, затем всех остальных… Генри, Томаса, родителей… А что насчет того, что она укусила любовника? Какая дикость!

Лидия прервала самобичевание, когда Томас сел на кровати. Белая ткань слегка прилипла к его спине. Мистер Белл стер испарину со лба и поднялся. Он стал заправлять рубашку и застегивать брюки. Лидия решила, что должна заговорить первая, чтобы облегчить его совесть, снять с него ответственность за случившееся и определить, что сейчас между ними произошло.

– Томас, пусть это останется между нами. И, разумеется, это ничего не значит, – сказала она, поспешно приподнимаясь на кровати и опираясь на локти.

Томас обернулся, и они посмотрели друг на друга – оба слегка растрепанные и обескураженные.

– Твоя губа, – торопилась говорить мисс Лейдлоу, обращая внимание на припухшую от укуса губу мистера Белла.

Томас машинально повел языком по внутренней стороне рта и дотронулся до него рукой.

– Пожалуйста, прости меня. Я сделала это не нарочно, – тревожилась Лидия.

– Все в порядке. Я хотел спросить, могу ли я воспользоваться твоей ванной? – хрипло произнес он, поправляя выбившиеся пряди. – Разумеется, после тебя.

– Да, конечно, – для убедительности Лидия кивнула. – Можешь сделать это первым, – тут же пояснила она.

Так стыдно ей не было давно. Это хорошо, что Томас уходит в ванную и не видит ее алые щеки. Она и сама сейчас не хотела бы на себя смотреть.

Лидия не ждала, что он вдруг решит признаться ей в любви или жениться после произошедшего, тем более что она уже помолвлена с другим. Получается, что она шлюха, если переспала с ним, будучи чужой невестой. Но он должен был хоть что-то сказать: извиниться, поблагодарить и всякий прочий бред, который не должен был говорить. Но хоть что-то он должен был сказать насчет того, что между ними произошло?

Внезапно Лидия почувствовала, что из нее вытекает семя. Она как ошпаренная вскочила с кровати, чтобы не испачкать простыню и покрывало. Жидкость стекала по бедру, и она стерла ее рукой. Ощущение стянутой кожи и вязкой субстанции смутило мисс Лейдлоу еще больше. О контрацепции они определенно не задумывались, но самого страшного избежать удалось однозначно, ведь она принимала противозачаточные. Лидия посмотрела на испачканную ладонь и вспомнила, что держала в руках колье.

Оглядевшись, она решила, что прежде всего нужно спрятать нижнее белье, бесстыдно лежащее на виду. Лидия подняла с пола кружево и засунула под простыню. После того надела туфли и поправила платье, опустив его на всю длину чистой рукой. Расправляя покрывало, мисс Лейдлоу искала пропажу, наклонившись всем телом.

Мистер Белл вышел из ванной и застал ее в пикантном положении. Причинная часть его тела отреагировала моментально, словно несколько минут назад ничего не происходило. Лидия дернулась от неожиданности, резко выпрямилась и повернулась к Томасу лицом, пряча за спиной испачканную ладонь.

В который раз за этот вечер они молча замерли друг напротив друга. Наконец Томас утомленно выдохнул и заговорил первым.

– Лидия, я, наверное, пойду.

– Да. Я бы проводила тебя, но мне тоже нужно в ванную, – стараясь быть насколько возможно невозмутимой, ответила мисс Лейдлоу.

– Я понимаю. «Господи, извинись уже наконец», – подумал Томас. – И… – он на секунду замолчал, выбирая правильную интонацию, с которой должен был заговорить, – Лидия…

– Не беспокойся, я предохраняюсь, – перебила его мисс Лейдлоу.

Мистер Белл от неожиданного заявления был слегка ошарашен. «Вот черт!» – об этом он совсем не подумал.

– Хорошо, – протянул он. – Да. Тогда я пойду. – И уже уходя, он обернулся и постарался говорить как можно вежливее. «Она же не чужая в конце концов». – Доброй ночи, Лидия.

– Доброй ночи, Томас, – попрощалась мисс Лейдлоу и даже измученно улыбнулась.

Мистер Белл вышел, закрывая за собой дверь. Он зашел в гостиную, чтобы забрать пиджак, и мельком глянул на недоеденный пирог. Если бы он остался доесть десерт, этого могло бы не произойти. Прислуга не стала убирать чай – возможно, они занимаются другими делами и решили не беспокоить дочь хозяев и ее гостя. Это хорошо, значит, никто ничего не заподозрит, ведь на первый взгляд все было как обычно. Камеры, расположенные в доме, могли снять их с Лидией перемещения. Но ведь ничего предосудительного не происходило, пока они шли под их объективами.

Так быстро Томас еще никогда не покидал дом крестного, а тем более не забывал в нем вещей, как, например, оставшиеся сейчас у дверей зонт и портфель. Не замечая холода и пронизывающих порывов ветра с дождем, он дошел до машины. Только сейчас, сев в прохладный салон автомобиля, он, продрогший, позволил себе немного эмоций.

– Вот дерьмо! – ругнулся Томас, ударяя по рулю.

Но это была секундная слабость, мистер Белл пообещал себе подумать об этом позже, ему еще нужно отменить встречу и доехать до пентхауса.

Как только дверь в спальню за Томасом закрылась, Лидия судорожно выдохнула. Она растерянно оглядела комнату и кровать. Едва сдерживая рвущееся из груди рыдание, она быстро зашла в ванную комнату.

Мисс Лейдлоу горько плакала, сидя в ванной, под шум льющейся воды из крана. Она кусала распухшие губы и прижимала к себе колени, обхватив их руками.

2 Недостойный

«…Я опьянел от близости Лидии и касания ее чувственных губ. Понимание того, что это был совсем не дружеский поцелуй, взбудоражило меня.

Годами я опасался, что однажды не смогу сдержаться, когда эта чертовка вновь бросится мне на шею. Не стану врать себе: с тех самых пор, как у нее выросла грудь, я то и дело фантазировал, как наконец сорвусь и поддамся плотскому искушению. А она продолжала флиртовать со мной, играть, ходя по тонкому краю мужского инстинкта.

Я стоял и ничего не предпринимал, чтобы не спугнуть момент. То, что она делала, было приятно. А потом она остановилась. «Куда же ты?» – мелькнуло у меня в голове. Лидия смотрела на меня глазами испуганного олененка. «Поцелуй – это ведь всего лишь маленькая шалость», – решил я и сделал шаг.

«Томас, что ты делаешь?» – ругал я себя. «Неужели я совсем потерял совесть?» – думал я, притягивая к себе напуганную птичку, которая только что зашла за грань и испугалась. Я прижал ее, чтобы вновь ощутить сладкие уста. «Да черт возьми!» Вкусная, послушная девочка. «Опасность, Томас!» – в моем мозгу загорелась красная лампочка. На брюках натянулась ширинка, а язык принялся исследовать ее рот. Когда я понял, что теряю рассудок, то оборвал поцелуй. Мне было необходимо остыть. Но она смотрела на меня, такая возбужденная и такая красивая. Ее приоткрытый рот выглядел восхитительно, очень маняще. Я уловил ее беглый взгляд на мои губы – это был сигнал. Последней мыслью, прежде чем я потерял контроль, было: «Невозможно удержаться».

У меня было почти все: страсть, любовь, дружеский трах, жесткий, втроем – даже больше, чем втроем. То, что я делал, с дочерью крестного очень подло, но об этом я решил подумать потом. А пока тот ураган похоти уносил нас от реальности туда, где нет обязательств и обязанностей. «Леди хочет получить частичку блаженства, а я джентльмен и не вправе ей отказать. Я всегда уступаю дамам». Все происходило быстро. Уже на кровати, я сжимал упругие округлости через ткань платья. Я трогал ее нагло и бесцеремонно там, где хочу. Дурманящий запах ее духов, смешанный с запахом ее кожи, нежность ее податливого тела и безумие, с которым она отвечала. Я стискивал ее сочную задницу, которой она крутила передо мной с тех самых пор, как сменила детские гольфы и сандалии на изящные каблуки и тонкий капрон. А ее платья и юбки, под которыми стремились оказаться похотливые ухажеры, истрепали все мои нервы. Я избавлялся от всех этих повес под благородным предлогом сохранить ее честь. «Какой же я эгоист. Не уберег, все испортил». И я тянул руки и касался там, где сладко. «Какое блаженство находиться между женских ног – настоящее сокровище!» Она поощряла сладостными стонами. Разумеется, нам нужно было быть тише, то, что мы делали, непозволительно. Я задрал ее платье. Наощупь снял ее трусики. Лязгнул металл моего ремня. «Девочка тоже торопится получить удовольствие. Плохая девочка. Грязная девчонка». Едва коснувшись ее пропитанных нектаром лепестков, вошел в нее быстро, без долгих прелюдий, буквально проталкиваясь. И она двигалась навстречу удовольствию. «Я в ней, внутри нее влажно и горячо, и мне становится так хорошо!» Я начал двигаться. Стало еще лучше. «Еще, еще. Очень хорошо». Ненасытная кошка льнула к моим бедрам чреслами. «Делай так, так приятно». Она тихо постанывала, а затем внезапно впилась зубами мне в губу. «Черт!»

– Мм!

За это Лидия получила шлепок. Я сдавил ее подбородок в попытке ослабить хватку челюсти. «Уф!» – отпустила. Она выгибалась, а я насаживал ее еще глубже. Боль и металлический привкус моей крови не отрезвляли. «Тебе так нравится, проказница?» В наказание Лидия получила еще один шлепок.

Я вбивался ей между ног, обезумев. Влажные шлепки и… «Аллилуйя! Все к чертям собачьим. На хрен всех и все! Только сладкая женская киска. Как же хорошо!». Что может быть приятнее оргазма и что может быть паршивее вернувшегося сознания после него? «Какое же дерьмо ты натворил, Томас?» Я откидываюсь на спину и смотрю в потолок, пытаясь отдышаться. «Ничего страшного. Сейчас я встану, умоюсь и поеду домой. Приму душ, напьюсь и засну мертвецким сном». Лидия глубоко дышит и тяжело сглатывает. «Соберись. Надо быть вежливым с леди, она ведь семья». Я принял вертикальную позу, по-прежнему туго соображая. «Надо умыться». Я поднялся и заправил в брюки рубашку. «Нужно выглядеть перед дамой прилично». Я собрался спросить разрешения воспользоваться ванной, но Лидия меня перебила…»

«Ехать до дома еще примерно тридцать минут, – размышлял Томас, находясь за рулем. – Или тридцать пять». Он потер щетину и плавно нажал на тормоз, входя в поворот.

Мистер Белл старался сосредоточиться на мокрой дороге, скорости, километраже и количестве машин. Как только его мысли при воспоминании о произошедшем межу ним и мисс Лейдлоу утекали ниже пояса, он старался направить их в другое русло. «Сколько я продержался, семь-девять минут? Не очень вежливо», – достоинство в его брюках в очередной раз дернулось от картинок, что рисовала его память. Вкусные губы, дразнящий язычок в сочетании с удивительно хищными зубками. Шелк кожи под его пальцами, изгибы женского тела и его сладкий запах. «О чем это я? Сейчас поворот направо». И меньше всего он хотел думать о том, что совершил непростительное по отношению к близким.

Томас зашел в пентхаус и первым делом налил себе спиртное. Крепкий напиток немного остудил его голову, но недостаточно. Мистер Белл вновь налил в бокал горячительного цвета жженой карамели и снова выпил. Затем он, прихватив с собой бутылку и стакан, разместился на черном кожаном диване, расположенном посередине просторной гостиной. Ночной Лондон дразнил огнями оживленных улиц через панорамные окна. Там за стеклом бурлила ветреная жизнь, полная легкомысленных удовольствий, которых он лишился, использовав дочь крестного. Томас поставил стакан на стеклянную столешницу и достал мобильный. Он позвонил и отменил встречу, на которую опоздал. Мистер Белл справедливо пообещал не дождавшейся его даме, возместить все неудобства. Завершив разговор, Томас отложил телефон и обхватил голову руками. Он замер, прокручивая детали произошедшего, раскаиваясь и сожалея. Это длилось ровно три минуты. После Мистер Белл поднялся и пошел в душ. Под струями прохладной воды его отпустило окончательно, и он разрешил себе без осуждения вспомнить все до мельчайших подробностей. Усталость как рукой сняло. Томасу была необходима компания, чтобы абстрагироваться и понять, что он на самом деле думает по этому поводу. Он надел один из безупречных костюмов из гардероба и уехал в клубный комплекс, членом которого являлся. Пропустив по стаканчику с несколькими приятелями у барной стойки, мистер Белл вместе с ними переместился за столик, ближе к танцевальной площадке. Калейдоскоп двигающихся кокеток, шумная музыка и алкоголь едва ли заглушали его печали. Томас дежурно флиртовал со знакомыми и незнакомыми дамами, общался, а потом стремительно покинул заведение и вернулся домой.

И вновь наедине с собой, сидя за фортепиано и наигрывая попсовую мелодию, он задумался.

Безусловно, его названая сестренка, разница с которой у него десять лет, – лакомый кусочек, но, к сожалению, он всегда был для него запретным.

Во-первых, она единственная дочь его крестного, которого он уважал и любил как родного. Джонатан заботился, поддерживал и опекал Томаса.

Томасу было 16, когда его отца забрал рак. Болезнь обнаружили на последней стадии, так что шансов, как и времени смириться с неизбежной утратой, не было. Это стало самым тяжелым испытанием в жизни Томаса.

Джордж Белл был отважным и волевым. Он рано остался без родителей, но имел внушаемое наследство, которое помогло ему доучиться в элитной школе, где он и сдружился с виконтом Стонклиф. Они были как две противоположности, дополняющие друг друга. Джордж был трудолюбивым и прилежным, он надеялся только на себя, тогда как Джонатан был склонен добиваться желаемого через разговоры и всегда знал о преимуществах титула, которым обладал. Их братство основывалось на общих увлечениях и на том, что вдвоем им легче было выносить нападки старшеклассников. Потом они вместе поступили в университет, а позже основали бизнес. Джордж и Джонатан заложили все имеющее у них имущество – и дело выгорело.

Все воспоминания Томаса об отце были светлыми, за исключением того, как они ссорились с Мэри. После смерти мужа миссис Белл окончательно обозлилась и закрылась, совершенно не думая о сыне. В тот период Томас нуждался в поддержке, которую и дали ему лорд и леди Стонклиф. Супруга крестного всегда была добра и внимательна. А еще она стала единственным человеком, с которым шла на контакт Мэри, и все благодаря безграничному терпению виконтессы. Миссис Белл была невыносима в обидах и претензиях на мир, а еще она чересчур прямолинейно высказывала мнение, что отталкивало от нее окружающих.

Мэри была дочерью барона, и после свадьбы ее отношения с родными были испорчены, так как она «выскочила замуж за осиротевшего сына обычного торговца». Мэри была лишена семьи до того момента, пока Джордж не поднял состояние. Но миссис Белл не стала прощать отвернувшихся от нее родственников. Томас с детства не общался с семейством по материнской линии, а повзрослев, не захотел знаться с людьми, презиравшими его отца. Жалела ли Мэри, что ее жизнь сложилась именно так? Да. Но несмотря ни на что, она продолжала даже после смерти Джорджа безумно любить его и так же сильно ненавидеть за многочисленные измены. При жизни супруга она каждый раз грозила ему разводом. Мэри проклинала Джорджа за испорченную жизнь, а он клялся, что она его единственная любовь и адюльтер с его стороны был в последний раз.

Будучи ребенком, Томас столкнулся с агрессией матери, которая напоминала ему о том, что все мужчины лжецы, волокиты и недостойны ни одной приличной женщины. Он рос, и чем старше становился, тем чаще слышал ее упреки в том, что он походит на отца. Большую часть времени Мэри была хорошей мамой, и она действительно любила сына.

Во-вторых, Лидия, как прекрасный цветок, воспитывалась в заботе, получив все лучшее от обоих родителей. Она стала для Томаса лучиком света в мрачный период жизни. Маленьким ангелом, способным вывести его из бездны горя. Лидию любили все, по-другому не могло быть. Стоило только увидеть ее большие ясные глаза, белокурую головку, украшенную лентами и заколками, искреннюю улыбку – и вы безвозвратно очаровывались малышкой.

Она выросла сексапильной и нежной красавицей с хорошей репутацией, которую сохранить было еще той проблемой. Она была отдана самому достойному из кандидатов. А Томас, мягко говоря, не тянул до сэра Совершенство. Не то чтобы он страдал от низкой самооценки – он был богат, красив, достойно образован, имел какие-никакие благородные корни, однако он не имел ни титула, ни поместья и давно заслужил определенную репутацию сластолюбца, которая с легкостью простилась Его Светлости, но не Томасу. Он и не претендовал.

Томас не заметил, когда выросшая на его глазах девочка, с которой он всячески поддерживал дружеские отношения, влюбилась в него. Мэри открыла глаза сыну, начиная разговор с претензии, которую он понял не сразу. Определенно, это было приятно, в Томаса и раньше влюблялись, но эта девочка всегда была особенной, она часть той семьи, которую он уже давно считал своей. Ему нравилось ее внимание, их общение, но позже, когда она повзрослела и приобрела женственные формы, он испугался той реакции, что происходила у него, когда она находилась рядом.

В первый раз это случилось, когда ей было 15. Полностью сформировавшаяся юная девица с разбитыми коленями оказалась у Томаса на руках, и его лучший друг встал от того, как она прижималась к его груди и лила слезы, вцепившись в его плечи и уткнувшись в шею. Томас сгорал со стыда, пока передавал ее отцу в руки, но за суматохой никто не заметил его позора. Потом были случаи в бассейне, за столом, за игрой в теннис, и в конце концов Томас просто-напросто к этому привык – обычная реакция на женские прелести.

Дальше стало только сложнее. Лидия поняла, как действует на мужчин и научилась этим пользоваться. Виконт просил Томаса присматривать за ней и отваживать всякого на правах старшего брата. Он, разумеется, согласился, испытав ужас от речей и угроз заботливого отца собственноручно лишить достоинства каждого, кто посягнет на ее невинность.

Лидия росла, и ее поклонников становилось все больше.

За месяц до ее совершеннолетия Томасу пришлось слегка замарать руки – он врезал одному из самых прытких. Это была не первая обида, нанесенная Томасом Лидии, однако первая серьезная – она потом еще долго не общалась с ним после этого случая. И Томас ослабил бдительность и упустил самое важное. Девочка стала взрослой, связавшись с парнем из неблагополучной среды. Были последствия. Лидия едва не погибла. Это был кошмар наяву. Томас впервые скрыл от крестного нечто важное, касающееся его дочери, по просьбе Анны. Какое-то время Лидия была не в себе после произошедшего и находилась в поместье отца леди Стонклиф. Анна ухаживала за дочерью, сообщив супругу, чтобы тот не вздумал пожаловать, якобы все в поместье болеют гриппом. Томас не выдержал переживаний и сорвался к ним, бросив все дела. Его приезд оказался волшебной пилюлей, которая вмиг подняла мисс Лейдлоу на ноги. Томас помог ей справиться и пережить тот ужас, который она испытала. Он напомнил ей, кто она и чего она достойна. Тогда эта глупышка впервые поцеловала его, однако он сумел сдержаться. В будущем она делала это еще несколько раз, и последний оказался фатальным.

Позже Томас сам едва не совершил ошибку. Он сделал шаг навстречу, практически потеряв голову и обретая надежду на… На что он надеялся? В дело вмешалась Мэри, за пару минут она включила сыну мозги и заставила спрятать своего дружка подальше от дочери крестного. И он снова отдалился от Лидии, не объясняя причин резкой перемены в отношениях. Томас в очередной раз обманул ее доверие. Потом он пытался примириться и стать друзьями – пока не понял, что Лидия тверда в решении держать с ним дистанцию.

А потом Томас вновь обрел надежду, считая, что исцелился от влияния матери. Он намеревался все исправить накануне знакомства Лидии с герцогом. У Томаса не было шансов. Все заметили искры между достопочтенной мисс и Его Светлостью. Какой сюр. И Томас все про себя понял, он никогда не был достоин Лидии и ни одной приличной женщины. «Бред». В жизни Тома были приличные женщины, но все они в основном были замужем. Но ведь были же исключения, которые непременно исчезали по вине Мэри. Он не был маменькиным сынком, а даже наоборот, он не понимал и порицал ее, но рано или поздно все женщины уходили из жизни Томаса. Его бросали – и он бросал, его использовали – и он использовал. Все было честно, но не всегда достойно. И он давно понял, в чем дело. Всему виной его вспыльчивая и страстная натура, сложный характер и непокорный нрав. И этим он совершенно точно пошел в мать, даже его собственное лицо больше походило на лицо его матери. «Мама – как он нуждался в ее одобрении и принятии!» Осознание пронзило его и застало сидящим на диване и допивающим бутылку виски. Томас дошел до спальни, повалился на кровать и сразу заснул.

Ему снился сон. Голая девушка на лошади, ее бедра и вздымающаяся грудь. Все тело этой нимфы было в капельках пота, и она стонала верхом в седле. Дальше он видел, как берет ее сзади и тянет за светло-русые волосы. Вдыхает аромат похоти, трогает упругую грудь, ощущая твердые горошины. Он так близок к разрядке. А нимфа все стонет и стонет. Томас переворачивает ее на спину и видит Лидию. Голая и разгоряченная, она закатывает глаза от наслаждения. Финал для Томаса оказался настоящим кошмаром с осознанием того, что он делал это с матерю. Резко пробудившись, он поднял голову и тут же за нее схватился. С похмелья она буквально трещала. Спустя некоторое время он пришел в себя и ощутил под собой влагу. «Вот дерьмо!» – выругался Томас. Приподнявшись, он понял положение дел. «Обкончался как подросток!» Томас обтер живот простыней и откинул ее в сторону. А затем, не торопясь, поднялся с кровати. Пошатываясь и придерживая больную голову, он побрел в сторону гостиной.

3 После

Томас стал частью семьи Лидии задолго до ее появления на свет. Второе имя крестного сына ее отца стало еще одним выражением привязанности Джорджа Белла к другу. Всю жизнь Томас был выше Лидии – иногда ей казалось, что она вот-вот начнет его догонять, но он так и остался недосягаем. Еще девочкой она замечала, насколько на самом деле Томас грустный, одинокий и необщительный парень, погруженный в учебу и свои мысли, но стоило ей увлечь его в свои игры, он менялся, ему становилось лучше. «Мужчинам определенно нужно о ком-то заботиться, чтобы делаться счастливее» – так с детства наставляла свою дочь виконтесса. Сообразно своему расцветанию юной Лидии понадобилось любить Томаса уже по-взрослому. В ее первых желаниях и фантазиях присутствовал только он. Лидия сохранила несколько тетрадок, в которых записывала свои мечты о Томасе. Мисс Лейдлоу грустила, наблюдая за романами своего возлюбленного, потому что оставалась все еще слишком мала, но она продолжала расти и мечтать о дне, когда она сможет стать его невестой. Томас дарил ей леденцы, приезжая погостить в их дом и на праздники, а когда Лидия повзрослела, их маленькая традиция оборвалась, оказавшись принятой без восторга после определенной ситуации. Все пошло не так, как хотелось…

Наконец потоки ее слез иссякли, и Лидия выбралась из остывшей воды.

Мисс Лейдлоу решила разведать, не подозревает ли прислуга о том, что произошло у нее в спальне. Надев халат, она спустилась и пробралась к кухне. Лидия подслушала разговор служанок на отстраненную тему, а затем незаметно для них вернулась к себе.

Расправив постель, мисс Лейдлоу легла и накрылась одеялом. Она все еще ощущала аромат Томаса, витавший по комнате. «Невозможно не думать о том, что случилось, о том, как он посмотрел, когда уходил, и о том, как теперь с этим жить».

Лидия мечтала, что Томас станет ее единственным. Но эти мечтания были так давно! А то, что случилось между ними сегодня, определенно не то, чего она хотела, особенно теперь, когда у нее есть любимый жених и обязательства.

«Что произойдет, если об этом узнают? Что скажет отец, мама, кузены, Генри?» Лидии уже представлялись семейные сцены, осуждение знакомых и, может быть, даже брань в ее адрес.

Лидия влюбилась в своего обаятельного жениха, как только столкнулась с ним в холле дома своего деда и заглянула в его ошеломленные серые глаза с крапинками цвета карамели.

Тогда взрослые внуки виконта не к месту разыгрались, и выскочившая из-за угла достопочтенная мисс Лейдлоу сбила с ног только что прибывшего на праздник герцога. Выглядело это довольно забавным, если не считать ужаса поспешивших на помощь людей: хрупкая девушка свалила крепкого мужчину. Лидия отделалась легко, поскольку упала на герцога, а вот Генри сильно ушибся, но почти сразу же оправился и весь вечер провел подле сногсшибательной леди. Это, конечно, не считая того, что она и раньше видела его на фотографиях и издали, но тогда она попросту не оценила внешнюю привлекательность герцога, чья аура мужественности и харизма при близкой встрече сработали безотказно.

Он ухаживал, и все происходило, как в сказке о принце, но, разумеется, для взрослых.

В постели мисс Лейдлоу стало отвратительно неуютно. Она вертелась с одного бока на другой, пытаясь улечься поудобнее. Под одеялом становилось жарко, сбросив его, она замерзала, хитрость с высунутой из-под одеяла ногой не работала, а мысли все крутились и крутились.

«Томас»… Самое страшное, что Лидия стала его очередным трофеем, не более – это он показал всем своим видом. «Очень стыдно… Несправедливо… Хотя очень даже честно». Как теперь вести себя с Томасом, Лидия не понимала.

Загорелся экран телефона, который до сих пор находился в беззвучном режиме. Мисс Лейдлоу поднялась с постели и взяла его в руки. Побеспокоило уведомление из приложения социальной сети. А ей подумалось: «Вдруг это Томас, снизошедший что-то сказать».

1:17 на часах, три пропущенных за вечер от Генри, от него же пять сообщений. Два пропущенных от мамы, один от кузины Эльзы и куча уведомлений в приложениях. Лидия повернула телефон экраном вниз, опустила голову на подушку и закрыла глаза.

Закончив свои летние каникулы раньше времени из-за занятости жениха и просто потому, что ей поскорее хотелось участвовать в чем-то важном, мисс Лейдлоу вышла работать на формальную должность ассистентки мистера Белла.

На самом деле Лидия оставалась достаточно занятой. Помимо работы и повседневных дел, у нее были обязанности в благотворительном фонде, раз в неделю она тренировалась в поло-клубе и два раза в спортзале, она занималась подготовкой к свадьбе и посещала светские вечеринки, которых стало чуть больше после появления в ее жизни завидного жениха.

Лидия замечала, как Томас становился властным, строгим и порой даже агрессивным, что не могло не впечатлить ее. Что касается кофе с молоком, то Лидия давно перестала его употреблять. И о том, почему бокал с капучино мисс Лейдлоу не пустеет, почему-то никто не задумывался, хотя и ей не было до него дела. Однако с утра ей порой не хватало усидчивости, и однажды она просто-напросто сделала пару глотков у отвлекшегося Томаса. Ее помада была в основном нюдовых оттенков, и о том, что она оставляет следы, Лидия совсем не подумала. «А эти вольности, которые она позволяла себе сегодня за ужином? Какой стыд!»

Конечно, Томас теперь определенно решил, что она его соблазнила. Однако в замыслы мисс Лейдлоу это не входило, ведь у нее был любимый жених, которому она наставила рога.

Если подумать, Томас и сам был не прочь развлечься, однако он свободный мужчина, а как известно, не все они умеют сдерживаться.

Запах парфюма Томаса словно въелся в постель, мисс Лейдлоу это безмерно раздражало. Со злостью она сбросила на пол подушку и простонала от досады на беспокойные мысли. Накрыв голову другой подушкой, она понемногу стала проваливаться в сон.

Будильник прозвонил в 7:30.

Первой мыслью Лидии было беспокойное: «Это случилось». И как ни странно, небеса не рухнули.

Быстро собравшись, мисс Лейдлоу отказалась от завтрака и предупредила прислугу, что уезжает.

Ей помогли положить чемодан в багажник автомобиля и предупредили о забытых вчера вещах мистера Белла. Лидия отмахнулась, ответив: «Мистер Белл обязательно что-нибудь с этим сделает». Надев затемненные очки, чтобы выглядеть презентабельно, она сбежала из дома родителей точно так же, как хотела бы сбежать от того, что произошло в нем прошлым вечером.

В дороге ей звонил жених по видеосвязи, но сейчас не могло быть и речи о том, чтобы посмотреть ему в глаза, да к тому же Лидия была за рулем. Она попросту проигнорировала вызов.

Временами ее раздражала привычка Генри разговаривать по видеосвязи. По ее мнению, это выглядело несколько навязчиво и отдавало излишним контролем. Куда ближе нынешнему поколению сообщения, а еще лучше смайлики. Несмотря на то, что разница в возрасте мисс Лейдлоу и ее жениха лорда Генри Ричарда Филлипа Далтона, герцога Лайондейла составляла всего лишь шесть лет, Лидия чувствовала себя куда современнее.

Герцог заботился об образ жизни избранницы, в том числе о ее здоровье. Он помогал составить для нее рацион питания и режим тренировок на неделю. Когда герцог находился в городе, то старался пару раз в неделю бегать вместе с невестой в парке. Планировал общие походы на мероприятия, выходные и был крайне недоволен, когда в последний момент его суженая меняла планы, но всегда поддавался на ее уговоры.

Генри был очарован мисс Лейдлоу заочно – по рассказам ныне почившего отца Эдварда, который настаивал на их скорейшем знакомстве, и по ее фотографиям в социальных сетях. Генри считал странным, что они никогда не встречались раньше, ведь Лидия была весьма популярна в их кругах. Однако во время отрочества он был очень увлеченным молодым человеком и много времени посвящал образованию и любимым занятиям, среди которых было много спорта, а также его страсть – египтология. Генри даже прожил какое-то время в Каире и поучаствовал в раскопках. Мисс Лейдлоу стала его идеалом: стройная и улыбчивая блондинка с большими голубыми глазами и слегка вздернутым аккуратным носиком, из знатной состоятельной семьи, любящая животных и сэндвичи. О последнем Генри также рассказал отец. Покойный герцог заприметил юную Лидию, когда она с аппетитом поедала закуски с фуршетного стола, в то время как прочие гости обходили его стороной. В конце концов, и у Генри случались пищевые срывы, когда он непрестанно поглощал еду, а после не выходил из спортзала. Так что любительница поесть ему определенно подойдет, а в остальное время он приучит ее правильно питаться. В этом деле он настоящий эксперт. Но тогда, пять лет назад, они так и не были друг другу представлены. Генри расстроился, но ненадолго. Почти сразу он увлекся другой юной леди, отношения с которой у него продлились два года, но до свадьбы дело так и не дошло – девушка откровенно не дотягивала до стандартов Генри. В то время скоропостижно скончался его отец, и молодой герцог вступил в права наследства. Он продолжал наблюдать за мисс Лейдлоу через ее аккаунты в социальных сетях, подписавшись на них. Лидия в свою очередь не потрудилась даже из вежливости подписаться в ответ. Только после смерти Эдварда Лидия поставила «нравится» одной из фотографий Генри. Герцог, разумеется, удивился внезапному порыву, однако понял, что это всего лишь проявление жалости. Но быть жалким он не хотел, ему было проще проигнорировать это, как и избегать их случайных встреч на мероприятиях.

…Лидия припарковалась рядом с кафе, где любила покупать еду навынос, и прочла сообщение от Генри: «Доброе утро, милая! Я волнуюсь. Ты в порядке? Позвони мне, пожалуйста, я отправлю к тебе своего врача».

Она перезвонила, но постаралась как можно быстрее объясниться и распрощаться, сославшись на плохое самочувствие.

Вот и все. Лидия встала на скользкий путь лжи в отношениях и ощутила горечь. Но быстрый перекус фастфудом немного расслабил ее.

Несмотря на внешнюю силу, герцог был уязвим перед Лидией и вполне ею управляем. Так и должно быть, когда мужчина влюблен. Люди сплетничали о молодом герцоге, говорили многое, но мисс Лейдлоу верила своему жениху. Генри был добрым, заботливым и очень нежным с ней. Невеста ценила его увлеченность, активность и добродушный нрав. Генри обожали его друзья, родные и все, кто его знал или встречал хотя бы однажды. Он был красив и статен. Настоящий джентльмен, рыцарь, идеал – о чем еще можно мечтать? К тому же целуется он волшебно. «А как этот здоровяк доставляет удовольствие!!! Чистый восторг!»

И вроде бы, поразмыслив сейчас, она вновь убедилась, что влюблена в него. Тогда почему она переспала с Томасом? Может, дело в предсвадебной лихорадке? Закрытие гештальта? В любом случае, это был ее самый низкий поступок.

Припарковавшись возле дома кузины Эльзы, Лидия решила еще минуту посидеть в машине и придумать, как она расскажет ей о случившемся. Лежащий рядом пакет с едой на завтрак – компенсация кузине за беспокойство ранним утром – не должен был остыть за это время.

Близость с Томасом не входила в планы Лидии. Подслушав разговор отца с его крестником по телефону, она узнала, что Томас заедет в дом ее родителей по делам после работы. Лидия рассчитывала, что они с Томасом немного пообщаются в непринужденной обстановке и, возможно, снова подружатся, ведь детские обиды остались позади. К тому же она давно поняла, что Томас равнодушен к ней как к женщине, выбирая совершенно противоположный ей типаж. Опасаться было нечего. Тогда она и придумала разыграть спектакль с мигренью, чтобы остаться в Лондоне. «А то, что все вышло из-под контроля, конечно, очень плохо». Возвращаясь мыслями в тот самый момент, Лидия, как сейчас, чувствовала близость Томаса. Она помнила его поцелуи, прикосновения, тяжесть мужского тела и чувствовала его запах, который преследовал ее даже теперь. «Нужно было вымыть волосы», – осенило ее. Лидия досадливо вздохнула и опустила голову на руль. И еще ее мучил вопрос: «Куда подевалась подвеска, подаренная Томасом?»

4 Что скрывают близкие люди?

Мисс Лейдлоу доброжелательно побеседовала с соседом кузины и дружелюбно погладила его флегматичного мопса. После чего молодой упитанный мужчина любезно впустил давно симпатичную ему девушку в дом. Незадолго до этого он заприметил знакомую машину и как бы случайно вышел на улицу, чтобы выгулять собаку.

Эльза открыла дверь на настойчивый стук. Лидия приняла виноватый вид и протянула бумажный пакет с едой.

Заспанная брюнетка с взлохмаченным каре едва взглянула на внезапную гостью, забрала угощение из ее рук и молча ушла, оставив дверь нараспашку. Лидия вошла внутрь квартирки со скромным ремонтом, ощутила привычный запах восточных благовоний и задержалась на пороге, все еще не решаясь на откровения с кузиной.

С самого детства мисс Лейдлоу, как и многих ее сверстников, загружали занятиями и заставляли придерживаться расписания, однако приключений и веселья ей все же хватало. Ее лучшими друзьями были кузены по материнской линии: Чарльз и Эльза Аддерли, которые так же приходились кузенами и друг другу.

За примерной наружностью всех троих обнаруживался скрытый потенциал. Большую часть шалостей они совершили в поместье деда, лорда Маунтин. В списке их особо тяжких преступлений стоит отметить: случайный поджог сарая у пруда и сожженную лодку деда; покалеченного дворецкого – бедняга сломал правую ногу, упав со стремянки, задетой пробегавшими мимо детьми; сломанную дедову трубку, которую курил еще его прадед; выпущенных из загона кроликов, которых тут же стали гонять и драть взбесившиеся от такого зрелища охотничьи собаки.

Виновники принимали наказание смиренно, отчего их быстро прощали. Повзрослев, они умерили пыл и стали скрывать от родителей личную жизнь, чтобы не тревожить их и не нарываться на наказания.

В компактно устроенной кухне за узким столом был включен телевизор, по которому шел мультсериал. Мисс Аддерли завтракала при полном «параде»: сонная, непричесанная и неумытая, в теплой пижаме и шерстяных тапочках. Лидия сидела напротив и наблюдала, как кузина не спеша пережевывает пищу, опустив веки. Было непонятно, спит сейчас Эльза или все-таки ест. Покончив с едой, брюнетка, не проронив и слова, ушла в ванную.

Полным именем Эльзы было Елизавета Кэтрин Аддерли. Эльзой ее называла мама, которой не стало, когда малышке едва исполнилось три года. Через пять лет после утраты ее отец Мэтью удачно женился во второй раз. И пока дела младшего из трех сыновей лорда Маунтин шли неважно, все финансовые обязательства по обучению Эльзы в школе безвозмездно взял на себя лорд Стонклиф. Это решение Джонатан принял вместе с супругой Анной, самой младшей и единственной сестрой Мэтью и двух их старших братьев. Ближе к окончанию престижной старшей школы для девочек, в которой Эльза училась вместе с Лидией, ее отец наконец встал на ноги и помог дочери внести первоначальный взнос кредита на квартиру. Несмотря на резкость и импульсивность мисс Аддерли, ее отношения с мачехой и сводной сестрой складывались неплохо. Многие считали Эльзу ветреной и взбалмошной особой. Но ее это не смущало, и даже наоборот, она считала, что эти черты характера придают ей шарма.

Эльза вышла из ванной комнаты и застала кузину, лежащей на винтажном диване с потертой обивкой из велюра цвета охры. Мисс Лейдлоу задумчиво смотрела в экран телефона. Мисс Аддерли с хитрым выражением подкралась к ней и выкрикнула:

– Что ты здесь делаешь?!

Испугавшись, Лидия подскочила.

– Ты впустила меня, ненормальная! – воскликнула она и слегка ударила кузину по плечу.

– Я знаю, ненормальная! – отмахнулась довольная Эльза. – Ты должна быть в Глайндборне и наслаждаться оперой.

– Мне пришлось остаться из-за головной боли.

– И ты не перезвонила мне вчера?!

– Прости, я неважно себя чувствовала.

– Так иди сюда, бедолага. Выглядишь ты и правда неважно, – позвала Лидию Эльза. Улыбка мисс Аддерли перешла в хохот, с которым она обняла кузину и повалилась вместе с ней на диван.

Эльза, подбирая одежду и кружась возле большого зеркала в массивном шкафу в спальне, рассказывала, чем занималась всю неделю. Одевалась она экстравагантно, сочетая вещи из комиссионного магазина с ультрамодными аксессуарами. Выглядело это слегка вызывающе, но очень эффектно. Мисс Лейдлоу удобно устроилась все на том же диване в гостиной, слушая и одновременно размышляя, как преподнести кузине новости.

– Лидия! – окликнула ее Эльза, выглянув из спальни.

Мисс Аддерли беспокоилась из-за того, что кузина слишком тихо себя ведет.

– Да?

– Что с тобой?

– Ничего, – отозвалась Лидия, взбодрившись.

– У тебя опять голова болит?

– Нет.

– Ты меня слушаешь?

– Тебе не понравилось, как он отзывался о бывшей подружке, – мисс Лейдлоу повторила последние слова кузины, которая рассыпала подробности очередного свидания.

– Хорошо, – насторожившись, Эльза кивнула, но вернулась в спальню и продолжила рассказ.

В отличие от всех остальных комнат в квартире, на ремонте которых хозяйка явно экономила, спальня Эльзы была выразительной. Интерьер сквозил восточными мотивами в огненно-красных, лиловых и оранжевых тонах. Ничего удивительного в контрасте между комнатами никто не замечал, если знал ее хозяйку, – в этом была вся Эльза.

После получасового марафона с переодеванием кузины мисс Лейдлоу поговорила по телефону с родителями. На том конце леди Стонклиф порадовалась тому, что Лидия и Томас пообщались за ужином. А Лорд Стонклиф настаивал на вызове врача, несмотря на уверения дочери, что с ней все в порядке. Виконт и виконтесса не заподозрили ничего предосудительного, однако на языке мисс Лейдлоу осталось гадкое послевкусие лжи.

Днем кузины прошлись по магазинам дизайнерского света, где Эльза намеревалась приобрести светильник для своей спальни. Мисс Аддерли не нашла ничего подходящего, зато устала и проголодалась. Потом кузины поели в кафе, прогулялись по парку, зашли на антикварный рынок, а ближе к вечеру вернулись в квартиру к Эльзе, где переоделись для похода в клуб. Кстати, в багажнике автомобиля мисс Лейдлоу обнаружился чемодан, наряды в котором вполне подходили для позднего выхода. Мисс Аддерли одолжила у Лидии платье из последней коллекции именитого дизайнера – так она делала не единожды. За все это время грешница так и не набралась смелости довериться кузине: она достаточно развеялась, перетрусила и решила отложить разговор о приключившемся с ней на потом. Отправив жениху сообщение о планах на вечер, мисс Лейдлоу, как и ожидала, тут же приняла звонок от озабоченного Генри. Герцог был против ночных развлечений невесты, однако после недолгих уговоров он согласился с ее решением, пообещав обязательно перезвонить позже.

С зеркальцем в руках мисс Аддерли подкрашивала ресницы. Она вальяжно восседала на широкой кровати, покрытой шелком, облокотившись на многочисленные яркие подушки.

– Позвони, пожалуйста, Чарли и пригласи его с нами, – попросила она кузину, не отрываясь от занятия.

– Почему я? – уточнила Лидия, закалывая волосы перед зеркалом.

– Он тоже не перезвонил мне вчера, – пожаловалась Эльза.

Мисс Ледлоу закончила прихорашиваться и позвонила Чарльзу, который ответил сразу.

– Привет, милая!

Эльза стремительно выхватила из рук кузины телефон и сбросила вызов.

– Эльза! – возмутилась Лидия.

С равнодушным видом Эльза убрала телефон кузины за спину и распорядилась.

– Не перезванивай ему.

Из-за ее спины раздался звонок.

– Не дури! – мисс Лейдлоу протянула руку.

Со вздохом, полным отчаяния, Эльза подчинилась и вернула телефон владелице. Лидия приняла вызов от кузена.

– Все в порядке? – с беспокойством поинтересовался Чарли.

– Да. Прошу прощения, связь прервалась, – Лидия рискнула спасти репутацию кузины. – Как ты поживаешь?

– Отлично! Как проходят твои выходные в Глайндборне?

– Я осталась в Лондоне и сейчас нахожусь у Эльзы. Мы хотим провести время в клубе. Может, мы заедем за тобой? Если ты не занят, разумеется.

– Почему ты осталась в Лондоне? У тебя все в порядке?

– Да. Я в порядке. У меня случилась мигрень и пришлось отказаться от поездки, – вновь лгала мисс Лейдлоу.

– Сочувствую, милая.

– Спасибо. Ну, так что, ты составишь нам компанию?

– Благодарю, но я откажусь. Слишком увлекся вчера в пабе и мне необходим покой. Надеюсь, это тебя не расстроит?

– Все в порядке. Понимаю.

– Хочешь, пообедаем на следующей неделе? Или дождемся ужина, что устраивает Анна?

– Мы обязательно что-нибудь придумаем, хорошо?

– Да. И еще один вопрос: связь, которая прервалась, случайно не нейронная в голове Эльзы?

Лидия рассмеялась. Чарли слишком хорошо знал своих кузин.

– Ты не перезвонил мне вчера! – возмутилась Эльза, выхватившая мобильный у кузины.

– Не мог, и, кроме того, я извинился.

– Почему ты не позвонил мне сегодня?

– Я ответил тебе вчера сообщением.

– Хорошо, – смягчилась Эльза после небольшой паузы. – Ты идешь с нами в клуб.

– Я уже сказал, что хочу провести время…

– Это был не вопрос, – оборвала его Эльза. – Я не позволю тебе превратиться в скучного, одинокого, лысеющего старика.

– Какая же ты…

– Мы выезжаем к тебе.

– Нет, – уже со злобой рыкнул Чарльз. – Меня нет дома.

– До встречи, – заключила Эльза и сбросила вызов. Она так же прекрасно знала своего кузена и была уверена, что он отсиживается дома без причины. Спустя час принарядившиеся, они наконец сели в такси и направились к Чарльзу.

– Как у тебя складывается с Томасом? – неожиданно спросила Лидию Эльза.

Мисс Лейдлоу внутренне сжалась и замерла на мгновение.

– Что ты имеешь в виду? – взволнованно уточнила она.

– Ты ладишь с ним на работе?

– Кажется, да, – с некоторым облегчением ответила Лидия, однако нервы ее начали шалить.

– Ты в порядке?

– А что?

– Ты так странно моргаешь, – подметила мисс Аддерли.

– Брось.

– Лидия, – настаивала Эльза.

– Эльза, перестань.

– Только не говори, что ты опять им увлеклась!

– Нет, но я… – начала говорить Лидия, с опаской поглядев на водителя, а затем на Эльзу.

Мисс Аддерли перебила ее:

– Вот и я так думаю. Разве можно смотреть еще на кого-то, когда у тебя есть горячий мишка Генри? – трещала Эльза и мечтательно хлопала ресницами.

Первой любовью Лидии стал парнишка, который был рядом с ней с пеленок, и это было само собой разумеющееся.

С возрастом мисс Лейдлоу стало смущать умиление взрослых над проявлением ее чувств к Томасу, и она предпочитала держать все в тайне. Но только не от Чарли и Эльзы, между которыми, как казалось, никогда не было секретов. Сокрытие общих проделок и прочих тайн делало их дружбу крепче. Между ними не существовало запретных тем для обсуждений, но все же Лидия и Эльза, как и их родные, не все знали о Чарли. В возрасте 19 лет Чарльз Роберт Николас Аддерли признался в отношениях с возрастной леди. И сделал он это весьма эксцентрично: на дне рождения деда лорда Маунтин. Чарли поднялся на стул и объявил о своем романе во всеуслышание. В это время происходила бурная ссора Лидии и Джонатана, которая и прервалась благодаря этой выходке. Позже Чарльз признался кузинам, что в тринадцать лет его совратила учительница. Чарли не замкнулся и продолжал быть общительным и веселым ребенком благодаря психологам и заботливым родителям. Однако с тех пор он предпочитал зрелых дам. Так мисс Лейдлоу узнала, что есть вещи, которыми бывает тяжело поделиться даже с близкими.

Лорд Стонклиф и его юная дочь частенько ссорились из-за парней. Отец прекрасно осознавал интерес мужского пола к его наследнице: помимо ее красивой мордашки и соблазнительных форм, немало значили его состояние и происхождение. Джонатан и не подозревал, что ему не следует опасаться того, что происходило вне круга его внимания, – драма первой любви разворачивалась у него под носом. Но этого не замечал никто, кроме Мэри Белл, которая отлично понимала, что чувствует Лидия к ее сыну. Испугавшись последствий неумелого флирта юной особы, Мэри сообщила об этом Анне, чтобы та повлияла на дочь, что заботливая и любящая мать и сделала. Леди Стонклиф наставляла Лидию очень мягко и, не увидев сопротивления и явных намерений с ее стороны, успокоилась. Позже она переживала за то, что Томас и Лидия плохо ладят, с годами отдаляясь, но также она знала: что бы между ними ни происходило, они дорожат друг другом.

Лидия мечтала, что ее первый поцелуй будет с Томасом, но в шестнадцать лет этот поцелуй украл другой. Это было неожиданно и неприятно: полно слюней и его неумелый язык. Она мечтала, что Томас станет ее первым мужчиной в их первую брачную ночь. Странное и старомодное желание, однако строгое воспитание и безответные чувства сохранили невинность мисс Лейдлоу до девятнадцати лет. Но и в этот первый раз вновь был другой, тот, кого не должно было быть в ее жизни, пришелец из другого мира – Алекс, брутальный длинноволосый татуированный байкер с ангельскими очами. Между ними происходила сумасшедшая страсть. Он был из неблагополучной среды, уличный гонщик и гангстер – о последнем Лидия и не подозревала, пока не попала под пули. Ей долго удавалось скрывать свои отношения, однако все закончилось так же, как и началось, – внезапно. Стресс и депрессия после расставания подкосили мисс Лейдлоу, но все прошло быстро, как простуда. Лидию спас Томас. Его забота вновь пробудила в ней чувства к нему и поселила в сердце надежду, которая тут же рухнула. Сердце Мисс Лейдлоу было разбито мистером Беллом в очередной раз. И она окончательно потеряла веру в его любовь к ней. Лидия плакалась своим кузенам, но совсем недолго. Преодолевая печали, она стала наслаждаться молодостью, устраивая отрывные каникулы с Эльзой и Чарли. Они посетили все самые модные, популярные и эксклюзивные мировые вечеринки. Однако Лидия не только развлекалась, каждое лето мисс Лейдлоу устраивала визиты в страны Африки с благотворительной миссией. Это благое дело она совершала по собственной воле, от фонда, основанного ее отцом и Джорджем Беллом. Ее не смущали ни жара, ни антисанитария, ни многочисленные прививки, делать которые приходилось и до, и после трехнедельного пребывания там. А после виконт благословил дочь на работу в офисе фонда в Лондоне. Лидия выполняла любые обязанности, что ей поручали, от приема гостей на благотворительных ужинах до раздачи еды в социальных центрах. Через некоторое время ее повысили до администратора – вполне заслуженно, но не исключая некоторые привилегии. И благодаря ее активной деятельности в ту пору у Лидии значительно прибавилось подписчиков в социальных сетях.

Осенью прошлого года учеба, тусовки и новые знакомства продолжались. Джонатан в очередной раз серьезно поговорил с дочерью, взывая к ее разуму, и, как всегда, утешился ее рассудительностью, однако наблюдать за ней не перестал. А мисс Лейдлоу вновь чудесным образом удавалось сделать так, чтобы отец знал о ней только то, что ей хотелось. У Лидии с Томасом в то время были достаточно холодные отношения. Мистер Белл по-прежнему пытался наладить с ней дружбу, но она больше не желала этого. Отчасти сказалась десятилетняя разница в возрасте, которая тогда была хорошо ощутима. Круг общения Лидии состоял из молодых начинающих и ищущих свой путь молодых людей. К тому же Томас, как ей казалось, завел серьезные отношения – по крайней мере с одной из тех, с кем он появлялся как минимум шесть раз на разных мероприятиях, в том числе и семейных. Сама же Лидия предпочитала флирту учебу и легкое общение. Тогда же ежегодная Неделя моды в Лондоне прошла для мисс Лейдлоу не без приключений. Она заимела знакомство, которое впоследствии неожиданно переросло в интрижку, о которой ей хотелось забыть, но уж слишком она вышла пикантной, да и кузены постоянно припоминали ей это. Тогда Лидия попробовала очень горячие удовольствия. Все закончилось быстро и очень печально – двумя разбитыми сердцами, среди которых не было сердца мисс Лейдлоу. Тогда же состоялось ее мимолетное знакомство с загадочным джентльменом значительно старше ее. Люк – так он представился. Он помог Лидии и спас ее от настырного влюбленного. А потом сам сделал ей непристойное предложение. Мисс Лейдлоу отказалась, и не только из-за признания, что он женат.

В тот момент она только что пережила небольшую драму, а еще она не собиралась спать за деньги. К тому же Люк подействовал на нее странно. Мисс Лейдлоу осталась под впечатлением, которое усилилось, когда она получила от него в подарок туфли и обещание исполнить все ее мечты, при том, что она скрыла от него свое настоящее имя и адрес. После письма и подарка, переданного Лидии через консьержа, Люк исчез, и вскоре она перестала о нем думать.

Чарли встретил своих кузин в домашней одежде, потому что не собирался никуда идти. Чтобы отвлечь их, он предложил им выпить шампанского, девушки не отказались. Лидия стала расспрашивать Чарли о его делах, а Эльза первым делом решила перекусить, бесцеремонно переместившись в чужую кухню.

– Откуда у тебя столько шампанского?! – открыв холодильник кузена, изумилась Эльза. – Лидия, только взгляни на это!

Лидия вместе с Чарли поспешили к Эльзе из гостиной. Мисс Лейдлоу заинтересованно заглядывала через плечо кузины. Почти все полки холодильника были заполнены элитным напитком.

– Ты вообще-то в гостях, – закрывая дверцу перед лицами кузин, заметил хозяин квартиры.

– Откуда оно у тебя? – удивилась Лидия.

– Мы должны закатить вечеринку, – требовала Эльза.

– Я выиграл спор, – ответил Чарли. – И выпивать все сразу не обязательно.

– Что за спор? – уточнила Лидия.

– Это не важно, – отмахнулся он. – Главное, что я был прав.

Увидев этих троих вместе, легко было понять, что они родственники – все трое стройные и подтянутые, примерно одного роста, возраста, с похожими чертами лица. Эльза отличалась от Чарльза и Лидии светло-каштановым цветом волос, и цвет ее глаз был медово-карим. А у Чарльза немного торчали уши. При всей похожести на своих кузенов Лидия, помимо этого, имела схожие черты с бабушкой по линии отца.

Троица разместилась в гостиной. Лидия и Чарли сели на диван. Хотя места еще оставалось прилично, Эльза присела на подлокотник рядом с кузеном. Буквально год назад они регулярно по выходным посещали шумные вечеринки, а сейчас из-за занятости им удается проводить время вместе гораздо реже.

– Ты не составишь нам компанию? – обратилась к кузену Лидия, подставляя бокал с пенным напитком прямо к его носу.

– Нет, мне и так хорошо.

– Неужели теперь ты трезвенник?! – острила мисс Аддерли. – Помню, как мы употребляли вещи посерьезнее, – провоцируя кузена, она потрепала его по макушке.

– Слава Богу, это в прошлом, и мы вовремя с этим завязали, – едва ли не перекрестившись, сказала Лидия.

– Алкоголь – и ни грамма в нос! – провозгласила Эльза. – Может, у тебя есть старое доброе зелье хиппи? – никак не могла успокоиться она, невротично поглаживая кузена по плечу.

Чарльз мотнул головой и закатил глаза. Лидия неодобрительно смотрела на кузину.

– Что такого? Просто расслабиться. Это же не синтетика, – оправдалась та с усмешкой.

– Не с моим пустым холодильником и скромной зарплатой, – вздыхая, определил Чарльз.

– Заведи себе богатую любовницу, – посоветовала Эльза.

– А ты, я смотрю, эксперт, – парировал Чарли.

– Я ведь беспокоюсь о твоем холодильнике. Хотелось бы чем-то закусить шампанское, – ерничала мисс Аддерли.

Лидия и Чарльз расхохотались.

– Я могу оплатить еду, – предложила Лидия.

– Нет-нет, дорогая. Не такой ты у нас и бедный, не так ли, Чарльз? Что насчет состояния, которое перейдет тебе по наследству?

– Да брось. Ты же знаешь, от него может ничего не остаться, и в моих руках оно окажется, когда мне будет уже не до него. Эта квартира принадлежит деду, а после будет принадлежать отцу. Сейчас я работаю на побегушках у своего дорогого папы, и еще мне приходится как-то вертеться, чтобы заработать на жизнь.

– Бедный, – Эльза состроила плаксивую рожицу и тут же накинулась на кузена с объятиями.

– Я могу заплатить, – настаивала Лидия.

– Не унижай нас еще больше, – с трудом произнес Чарльз, отталкивая Эльзу.

Он с силой оторвал от себя руки кузины и крепко сжал их.

– Ты вынуждаешь меня применить силу, Эльза!

– Я не боюсь кроликов, – пытаясь вырваться, оскалилась та. Лидия тихо потешалась над их ребячеством.

– А если я сама хочу есть, то могу вас угостить? – с улыбкой предложила она.

Чарли отпустил руки кузины, встал с дивана и сел на кресло, подальше от мучительницы.

– Я такая голодная, что готова съесть слона. Но ты можешь наконец одеться, и мы поедим в каком-нибудь месте, – Эльза потирала запястья, хищно поглядывая на кузена.

Чарльз измученно вздохнул и закрыл лицо ладонью.

– И с кем ты спишь сейчас? – продолжала нервировать кузена Эльза.

– Ни с кем.

– Ты врешь. Я знаю.

– Верь, во что хочешь.

– И кто она? Твоя соседка миссис Эзинштейн? А может быть, подруга нашей бабушки леди Сорей? Мисси Нолан? Мисси Уотсон? – каждое имя Эльза произносила с разной интонацией.

– Хорошо. Я закажу пиццу и истрачу последний купон, – сдался Чарли.

Эльза победно улыбнулась.

После того как хозяин заказал доставку, кузина вновь пристала к нему с расспросами.

– Ты стал скрытным. Это подозрительно. Что за этим стоит? Даже Лидия не стала скрывать двойную радость, – Эльза ухмыльнулась и покосилась на кузину.

– Господи, Эльза, сколько можно? – захныкала мисс Лейдлоу.

Чарли прищурился с хитрой усмешкой.

– Такая эмоциональная и печальная история, – поддержал он подстрекательство.

– Вообще-то это ты нас познакомил, – с укором произнесла Лидия и заявила: – Все равно я предпочитаю забыть об этом случае.

– Я же не виноват, что ты согласилась на подобный эксперимент. Для меня это было весьма неожиданно.

Лидия со вздохом прикрыла лицо.

– Да брось, ты добропорядочная и благовоспитанная. А это всего лишь яркий, хотя и немного курьезный момент в жизни, – утешил ее кузен.

– Мне не было весело, – рассердилась Лидия. – Просто не будем об этом.

– Ты же знаешь, что, кроме нас, никто и никогда не узнает твои грязные секреты. А тебе будет что вспомнить в старости, – подбодрила кузину Эльза.

– А вы мне об этом любезно напомните, – с безысходностью произнесла Лидия.

Спустя полчаса, когда все трое уплетали пиццу, мобильный мисс Лейдлоу зазвонил. Жених вызывал ее по видеосвязи.

– Генри, – озвучила Лидия и приняла вызов.

Ее кузены оживились. Они облепили ее с обеих сторон и восторженно уставились в экран, чтобы поздороваться с герцогом.

В начале декабря прошлого года после впечатляющего знакомства достопочтенная мисс Лейдлоу и герцог Лайондейл практически не расставались весь вечер. И даже строгий отец с любопытством наблюдал, как его единственная дочь флиртует с герцогом. Генри не отходил от Лидии и танцевал с ней так, словно не ощущал боли от только что полученных травм. Бедняга Томас, скрипя зубами, по старой привычке то и дело порывался прекратить это, но каждый раз его останавливал крестный отец.

После Нового года Лидия и Генри начали официально встречаться и с тех пор стали центром внимания. Через четыре месяца герцог сделал возлюбленной предложение: наконец заполучив свой идеал, он принял решение. Свою жизнь с ним мисс Лейдлоу представляла счастливой – с любящим и заботливым Генри не могло быть иначе. Однако совершенный ею поступок не вписывался в идеальную картину ее будущего.

Мисс Аддерли танцевала под французского исполнителя, подпевала, то и дело проливая шампанское.

– Почему никто из нас не написал песен, стихов или картин? – остановившись, спросила кузенов Эльза.

– Мы не талантливые, – ответил Чарльз.

– Это правда, – поддержала его Лидия.

– Вы недооцениваете свои способности, – заявила Эльза. – Ты, Чарльз, отлично пишешь. Ты писал в школьную газету, и бабушка читала нам твои статьи. А ты, Лидия, настоящая художница. Помнишь, как тебя хвалили учителя?

– Действительно, – рассмеялась Лидия.

– А почему ты не стала певицей? – обратился к захмелевшей кузине Чарльз. – Кто-кто, а ты обладаешь настоящим талантом.

– Мне не хватает терпения, чтобы учиться и быть виртуозом. К тому же меня устраивает мой график работы, – объяснила Эльза.

Мисс Аддерли не любила рассказывать о своей работе даже кузенам. А на вопросы, чем она занимается, отвечала, что зарабатывает дизайном на фрилансе.

Весь вечер кузенов был посвящен обсуждениям и сплетням. Чарли подливал девицам шампанского, они танцевали и пели, пока Эльза не заснула на диване, благополучно забыв про клуб.

– Лидия, у тебя что-то произошло? – тихо поинтересовался Чарльз.

Он уловил печаль своей кузины еще по телефонному разговору.

– Чарли… – произнесла Лидия и беззвучно заплакала.

Спустя минуту, истратив кучу салфеток, уже на кухне Лидия, растирая подтеки туши на глазах и распухший нос, выдохнув, призналась:

– Вчера я переспала с Томасом.

Мистер Аддерли выпил залпом шампанское, которое налил для нее.

Чарльз и Эльза были фанатами Генри, что не удивительно. Молодой герцог Лайондейл являлся примером для подражания – полная противоположность мистеру Беллу с высокомерным взглядом, но каждый из них по-своему был притягателен. Томас не вызывал восторгов у Чарли и Эльзы после того, как не единожды портил отношения с Лидией. Сам же мистер Белл не особо переживал за благосклонность кого-либо.

Пока Лидия рассказывала все подробности, Чарльз выпил три или четыре фужера и захмелел.

– Я ведь люблю Генри, очень, – рассуждала Лидия, подводя итог рассказу и укладываясь на диван к спящей кузине.

– Я знаю, дорогая.

Лидия взяла Чарльза за грудки и притянула к себе, стараясь говорить очень тихо.

– Я клянусь, что не думала так поступать. Ты же знаешь меня. Что со мной не так?

Чарльз ласково переплел пальцы кузины со своими.

– Милая, я даже себя не знаю. На какое-то время он глубоко задумался, а затем, одурманенный алкоголем, продолжил: – Я не рискну давать советы. К тому же ты всегда поступаешь так, как считаешь нужным. Но я уверен, что ты во всем разберешься, а я всегда готов тебя выслушать, если понадобится.

Лидия удобно устроилась около Эльзы. Заботливый кузен накрыл их одеялом, погасил свет и ушел в спальню.

Ближе к обеду воскресенья кузины, победив похмелье, уехали. Эльза на прощание увезла из квартиры Чарли светильник, который, как она посчитала, подходил ей под интерьер больше. Кузен обрадовался, что неугомонная девица покинула его сразу после позднего завтрака, и ради этого не пожалел предмет освещения. Эльза так и не узнала о тайне кузины, потому что Лидия запретила Чарли ей об этом рассказывать. Теперь мисс Лейдлоу предстояло пережить первую встречу с Томасом после того, что между ними произошло.

5 Слабость

Поправляя бордовый двубортный жакет, Миранда приветствовала мистера Белла.

– Доброе утро!

Эта женщина средних лет с мягкими чертами лица и приятной внешностью делала так почти каждое буднее утро, встречая его в приемной. Миранда начинала работать в компании под руководством отца Томаса с мелкой должности в архиве. И, когда в штате архивариусов начались сокращения в связи с автоматизацией процессов, Миранда обратилась в отдел кадров за перемещением. В то время только что вступившему в должность мистеру Томасу Джонатану Беллу потребовалась секретарша, и он одобрил ее кандидатуру после короткой стажировки.

Миранда была исполнительна, аккуратна, пунктуальна и абсолютно предана своему начальнику. Она никогда не задавала мистеру Беллу лишних вопросов и знала, что он ценит ее. Свое расположение к ней Томас выражал в регулярных премиях.

Мистер Белл остановился, так как она явно хотела сообщить ему что-то еще.

– Доброе утро! – поприветствовал он, взглянув на Миранду.

– Мисс Лейдлоу уже тут, – доложила она приглушенным голосом. – Когда я принесла ей капучино, она попросила принести зеленый чай, – на последнем слове она сделала ударение.

Томас приподнял бровь, продолжая внимательно смотреть на секретаршу со строгой прической.

– Мисс Лейдлоу, наверное, заболела? – с издевкой повторил интонацию женщины мистер Белл.

– Она выглядела здоровой, – так же тихо ответила ему Миранда, прекрасно понимая, что над ней подтрунивают.

– Хорошо.

Томас шагнул к кабинету, но вдруг остановился и обратился к секретарше.

– Миранда, как твои дела?

Миранда тяжело сглотнула – все эти перемены казались ей не к добру. А Томас едва сдержал улыбку, получая удовольствие от ее растерянности.

– Мистер Белл… – протянула секретарша. Дело в том, что Томас давно не проявлял такого внимания к ней, хотя и был относительно вежливым, всегда благодарил и говорил «пожалуйста».

– Погода на выходных была чудесной. Полагаю, ты провела это время с семьей на свежем воздухе?

Томас говорил доброжелательным тоном. Миранда нервно улыбнулась и кивнула, а он продолжал:

– Что касается мисс Лейдлоу, видимо, она стала серьезнее относиться к работе. А по поводу напитка, это я не догадался спросить, что она предпочитает. Пожалуй, мне стоит извиниться. Как ты думаешь?

Миранда вздохнула с облегчением, расплывшись в добродушной улыбке, и заговорила:

– Считаю, что она непременно простит вас.

Томас улыбнулся ей в ответ.

– Будь добра, сделай мне чашечку кофе, как обычно, Миранда.

– О, мистер Белл! С удовольствием, как и каждый день!

– Гарри прислал мой график? – уточнил Том уже будничным тоном.

– Конечно, мистер Белл, и мисс Лейдлоу его тоже получила. Я об этом позаботилась.

– Большое спасибо!

– Пожалуйста, мистер Белл.

Покончив с любезностями, Томас все же направился к кабинету. Он замер на пару секунд перед дверью, а затем открыл ее.

Мистер Белл временно определил мисс Лейдлоу к себе – так было проще ввести ее в курс дела. Да и служба ее была кратковременной, а рабочий день сокращенным. Обычно Лидия появлялась в офисе не раньше десяти утра и уходила после обеда, если ее ждали дела поважнее.

Сначала он огляделся, и только потом вошел. Монитор компьютера скрывал мисс Лейдлоу настолько, что виднелись лишь ножки в кремовых туфлях. Кроме того, ее присутствие выдавал витавший в воздухе легкий аромат духов. Томас закрыл за собой дверь и прошел к своему столу. Лидия даже не шелохнулась.

– Доброе утро! – поздоровался с ней мистер Белл и положил свой портфель на стол.

В ожидании ответа он повернул голову в ее сторону.

– Доброе утро, – еле слышно произнесла Лидия.

Томас достал и разложил бумаги.

Мисс Лейдлоу сосредоточенно смотрела в экран монитора.

– Долго собираешься здесь прятаться? – он оказался рядом так неожиданно, что она вздрогнула.

– Я работаю, – взяв себя в руки, отозвалась Лидия.

– Что там у тебя?

Томас обошел мисс Лейдлоу, становясь у нее за спиной. Он наклонился, чтобы рассмотреть экран и намеренно соприкоснулся с ней. Напряженная Лидия закрыла глаза и отстранилась. Она старалась не поддаваться на провокацию. Томас обратил внимание на ее движение и на кольцо с массивным камнем на безымянном пальце. Открытый файл с документом на рабочем компьютере его не интересовал. В поведении Лидии было что-то показное, заставившее Томаса усмехнуться. И все же он пощадил ее, прошел к своему столу и удобно устроился в кресле. Оттуда он мог свободно наблюдать за ножками, хозяйке которых было явно не по себе.

– Лидия, нам надо поговорить о том, что произошло, – начал Томас.

– Мы уже обо всем договорились, – ответила она, нервно покусывая губу.

– Неужели? – потирая колючий подбородок, изводил ее мистер Белл.

Мисс Лейдлоу показалась из-за монитора с широко распахнутыми глазами.

– Но ты сказал… – начала она, однако тут же замялась.

– Я ничего не сказал, – вальяжно сообщил Томас.

В тот вечер после произошедшего между ними Томас еле соображал. Он пытался прийти в себя и растормошить совесть. Он был слишком сыт и слишком вымотан.

– Именно, – резко произнесла мисс Лейдлоу и вновь спряталась за монитор. В кабинете воцарилась тишина.

– Все ясно, – протянул Томас.

Ну, разумеется, он понимал, отчего она сердится.

Лидия выглянула из своего укрытия и уже набрала воздух, чтобы огрызнуться, как дверь в кабинет после формального стука открылась. Вошла Миранда с подносом и кофейной чашкой на нем. Мисс Лейдлоу вновь нырнула за монитор, чтобы секретарша ни в коем случае не увидела ее раскрасневшееся от злости лицо.

– Ваш кофе, мистер Белл.

– Спасибо.

– Пожалуйста, мистер Белл.

Оставив кофе на столе начальника, Миранда обернулась к Лидии:

– Как вам чай, мисс Лейдлоу?

– Превосходно, благодарю, – откликнулась Лидия, не поднимая головы, пока секретарша забирала с края ее стола пустую чашку.

– Хотите что-то еще, мисс?

– Нет, спасибо. Вы очень добры, – все же взглянув на Миранду, сказала Лидия, и та спокойно покинула кабинет.

Томас глотнул свежесваренный кофе и, удовлетворенный, стал смотреть свою почту. Через минуту он вновь обратил свое внимание на мисс Лейдлоу.

– Лидия, – Томас растягивал каждый звук ее имени, разворачиваясь с креслом.

– Я не хочу говорить, – отрезала она, не отрываясь от экрана.

Томас поднялся.

– Я должен извиниться за то, что был невежлив. Я понимаю, что ты чувствуешь, – говорил он неторопливо, так же неторопливо приближаясь к недовольной мисс.

Она впервые за утро действительно посмотрела на Томаса. Он выглядел выше всяких похвал: бодр, свеж и доволен собой.

– И еще я должен извиниться за то, что не побеспокоился о твоем удовольствии, – выдал он, медленно проводя пальцами по столу.

– Господи! Пожалуйста, замолчи! – Лидия вспыхнула и отвернулась.

– Я же джентльмен в конце концов и хочу реабилитироваться, – гнул он свою линию. – Только, чур, не кусаться, а в остальном делай все, что тебе вздумается.

– Ты сошел с ума?! – мисс Лейдлоу посмотрела на мистера Белла в упор.

– Нет, – по-прежнему безмятежно ответил он.

– У меня жених, и я помолвлена, если ты забыл, – пылко заметила она и показала руку с крупным бриллиантом на пальце.

– Где же было твое кольцо за ужином? – съехидничал Томас.

– Слишком большой камень, его не всегда удобно носить.

– А сейчас удобно? – игра на нервах продолжалась.

Лидия поджала губы, сдерживая ругательства, и сдалась, осознав, что зря раздражается на правду.

– Томас, давай просто забудем все, что между нами произошло! Это была ошибка.

Томас спокойно выслушал ее и деловито произнес.

– Хорошо. Сейчас нам некогда об этом разговаривать, у нас совещание через пару минут.

День в офисе проходил практически, как обычно, за исключением одного известного изменившегося факта и взгляда мистера Белла, который все чаще был обращен в сторону мисс Лейдлоу. Это очень нервировало ее. Во время обеда Лидия очень искусно улизнула из вида внимательного начальника и впервые за несколько недель поела отдельно от него, иначе бы просто не выдержала такого напряжения. Оставшись одна, она наконец выдохнула. Лидия ожидала чего угодно, но только не этого. Томас вел себя очень откровенно, и это пугало. Еще вчера она мучилась от его безразличия к ситуации – он ведь совершенно никак не проявлял себя два дня и три ночи! – а сегодня она не знает, куда от него деться. Хорошо еще, что отца до сих пор не было на работе, хотя, возможно, при нем Томас вел бы себя менее вызывающе, по крайней мере, не разглядывал бы ее так открыто.

После ланча Мисс Лейдлоу вернулась в офис только для того, чтобы встретиться с отцом, но он так и не появился. Она позвонила ему, чтобы узнать, все ли с ним в порядке. Виконт успокоил ее, объяснив, что задержался на встрече. Однако время поджимало, и Лидия собралась уходить, чтобы отправиться выполнять свои обязанности в благотворительном фонде.

Томас в окружении менеджеров застал мисс Лейдлоу у лифта.

– Лидия! – услышала она его грозный оклик. – Не знаю, где ты пряталась в обеденный перерыв, но у нас еще много важных дел.

Лидия, словно рыба, выброшенная на берег, стала глотать воздух в недоумении.

– Не надо так смотреть.

– Меня ждут другие обязанности, – возразила она, колеблясь.

– Если хочешь принять участие в чем-то действительно стоящем, то следуй за мной, – с этими словами Томас важно продолжил свой путь во главе озабоченных сотрудников. Лидия обреченно вздохнула и послушно пошла за ними.

К счастью, дел оказалось много, и мистеру Беллу было не до гляделок. Под конец рабочего дня он дождался, когда они с мисс Лейдлоу останутся вдвоем, и вновь начал действовать.

– Лидия, – обратился он.

– Да? – расслабленно отозвалась она.

– Поужинаем вместе?

Лидия моментально напряглась.

– Это будет лишним. Думаю, нам стоит сохранять дистанцию, – высказалась она и попыталась вернуться к своим делам.

– Лидия, я должен по-настоящему попросить у тебя прощения за случившееся между нами. Я не смог держать себя в руках, но ты ведь и так знаешь, каким я бываю негодяем, – без капли иронии покаялся Томас. – Считаю, что мы должны поговорить в более неформальной обстановке.

Его поведение успокоило Лидию, и она согласилась, потому что им действительно следовало объясниться и как-то примириться.

– Я предполагаю, что ты частый гость в этом заведении? – заметила мисс Лейдлоу, когда заказ был сделан и услужливый официант, что обращался к Томасу по фамилии, покинул их.

В зале было немноголюдно. Приятная спокойная музыка, фешенебельный антураж и под стать ему посетители – все располагало к отдыху.

– Да. Мой пентхаус находится на пару этажей выше, – пояснил мистер Белл.

Лицо Лидии на мгновение выразило замешательство, а затем она нахмурилась.

Она никогда не бывала у Томаса. Он не устраивал новоселье и вечеринки, на которые можно было бы ее пригласить. В целом о его новом жилье Лидия знала немного, и только сейчас она стала припоминать разговоры о районе, где мистер Белл приобрел недвижимость.

– А что? Если хочешь, мы зайдем после ужина.

Томас продолжал вести себя как ни в чем не бывало. Лидия предпочла промолчать, однако спустя некоторое время заговорила:

– И скольких женщин ты кормил здесь до того, как приводил в пентхаус? – ей явно было не по себе.

Томас призадумался.

– Шестнадцать… а может быть, двадцать девять.

После небольшой паузы мисс Лейдлоу прямо высказала беспокойство:

– Теперь персонал будет считать меня твоей очередной пассией.

Мистер Белл тут же поднял руку, подзывая официанта.

– Эта очаровательная леди – дочь моего крестного отца, мисс Лидия Мария Беккай Лейдлоу, мы с ней просто друзья, – сообщил он.

Как же Лидии захотелось крепко вцепиться в шею Томаса и сжать на ней пальцы!

Внимательно выслушав постоянного посетителя, официант с пониманием кивнул и удалился.

– Какой стыд, – едва слышно произнесла Лидия на выдохе, прикрывая глаза руками.

– Ты же сама хотела… – снял с себя обвинения мистер Белл.

– Зачем ты представил меня?!

– Мне нравится, как звучит твое имя, – улыбнулся Томас и тут же добавил: – Здесь, кстати, отличная телятина, зря ты отказалась.

Лидия красноречиво посмотрела на собеседника.

После подачи блюд, когда градус напряжения немного спал, Томас заговорил:

– А что насчет нас?

– Каких еще нас? – мисс Лейдлоу оставалась недовольной.

– Тебя и меня.

– Томас, я не собираюсь это обсуждать, пока ты ведешь себя как кретин.

– Чудно! Тогда давай просто поедим. Я могу снова поделиться своим блюдом, а ты поделишься со мной своим, – нахально заявил он.

– С меня хватит.

Лидия спокойно отодвинула стул с явным намерением покинуть это место. Томас поднялся следом и перехватил ее руку.

– Подожди, пожалуйста. Я идиот, – тихо произнес он.

Люди с соседних столов обернулись. Герои происходящего дали им понять, что все хорошо, и те продолжили заниматься своими делами.

– Это не аргумент.

– Я хочу тебя, – еле слышно произнес на выдохе Томас и сжал пальцы Лидии.

Она едва не задохнулась от его слов и округлила глаза. Они смотрели друг на друга: она в замешательстве, он в ожидании ее ответа. Затем Лидия покачала головой, опустила взгляд и, сокрушаясь, сообщила:

– Я не могу предать Генри.

– Ты уже это сделала.

– И ты любезно мне в этом помог, – едва не ткнув пальцем Томасу в грудь, сказала она.

– Я и не отрицаю своей причастности. Больше нет возражений?

– Это грязно. Это грех, в конце концов, – Лидия раскраснелась и едва не заплакала, возвращаясь на место. Томасу пришлось отпустить ее руку.

– Мы не единственные, кто совершает что-то подобное, – присаживаясь напротив, изрек он. – И не бери всю тяжесть этого поступка на себя. Я хочу помочь тебе.

– Но сейчас ты не помогаешь.

– Лидия, давай просто поедим, тогда мозг начнет лучше мыслить, и мы обязательно что-то решим с этим, – уговаривал мистер Белл.

И она взяла со стола салфетку.

Они ели и говорили на отвлеченные темы, чтобы развеять напряжение, а когда ужин подошел к концу, Томас вновь решил действовать.

– У меня отличный вид из спальни на вечерние улицы. А рассвет просто невероятный.

Лидия рассмеялась:

– Это что, работает?

– Я просто сказал то, что пришло на ум.

– Томас, это какой-то бред, если честно. Я думала, что так действуют только глупые подростки.

– Все мы теряем рассудок, когда дело касается страсти.

– Ты же понимаешь, что между нами больше ничего не будет?

– Можешь просто оценить интерьер. У меня панорамные окна, – продолжал он.

Лидия снова рассмеялась.

– Замолчи. Таких глупостей не слышала никогда в жизни.

Мистеру Беллу определенно нравилась ее реакция.

– Мы просто можем хорошо провести вечер, – он продолжал закидывать удочку.

– Найди себе другую компанию.

– Хочу твою, – настаивал Томас с серьезным видом.

– Я только посмотрю и сразу уйду, у меня еще есть дела, – наконец согласилась Лидия.

Ей все же очень хотелось посмотреть, в какой обстановке он живет. Да и в конце концов он же не станет ее принуждать.

Томас старался не выдавать своего триумфального настроения.

Консьержу мисс Лейдлоу была представлена с еще большим официозом, чем официанту в ресторане. Лидия краснела и улыбалась, и это придавало мистеру Беллу больше красноречия.

В пентхаусе хозяин вежливо предложил напитки, гостья так же вежливо отказалась. Затем он показал ей комнаты, бассейн и небольшую террасу. Вернувшись в гостиную, для большего эффекта мистер Белл сыграл на рояле и проводил мисс Лейдлоу в спальню. Он ненадолго оставил ее одну напротив большого окна созерцать прекрасный вид вечерних улиц. Лидия с удовольствием рассматривала не только панораму улицы. Оставшись одна в его комнате, она осматривала интерьер.

Черно-серые стильные тона мебели, стен и пола – классический минимализм. Едва заметная створка скрытой двери, за которой определенно была гардеробная. Еще одна и уже выделяющаяся дверь, совершенно точно ведущая в ванную комнату. Две подвесные тумбы по обе стороны от кровати, над ними ультрасовременные бра. Постель заправлена серым шелком – не идеально, особенно с правой стороны кровати. Услышав приближающиеся шаги, Лидия резко повернулась к окну.

– Нравится? – входя в комнату с бокалами вина в руках, поинтересовался Томас.

Лидия обернулась и с улыбкой кивнула.

– Я не показал тебе столовую: она соединена с кухней, и там не прибрано, – признался он.

Мистер Белл протянул мисс Лейдлоу бокал. Она недоверчиво посмотрела на него.

– Красное сухое, – пояснил Томас.

– Благодарю, но сегодня я за рулем.

– Как хочешь.

Томас сделал глоток из одного бокала, а затем вальяжно переместился к кровати и поставил бокал, предназначенный для Лидии, на прикроватную тумбу. Он расслабленно расстегнул ворот на рубашке – чуть больше допустимого. Лидия натянуто улыбнулась. «Это зашло за рамки: вино, Томас, спальня…»

– Мне вообще-то пора, – вдруг объявила она и направилась к дверям комнаты.

Мистер Белл в момент нагнал мисс Лейдлоу, касаясь ее локтя.

– Останься.

Его прикосновение было горячим и настойчивым. Лидия остановилась, но не обернулась. Томас чуть крепче сжал ее руку и продолжил говорить.

– Но, если ты хочешь, мы можем забыть о том, что было между нами, и жить дальше.

Лидия болезненно зажмурилась и произнесла:

– Не нужно было приходить сюда и давать тебе повод, – она говорила, но понимала, что пытается обмануть себя вот уже третий день подряд. Ее одолевали противоречия: хотелось поскорее убраться из спальни Томаса, но еще больше она хотела находиться здесь с ним.

Она боялась его решимости и желания.

– Я все понимаю, тебе не о чем волноваться. Это будет нашим секретом, – промолвил он осторожно. – Что тебя беспокоит? Давай обсудим.

– Мы слабые и не можем сопротивляться своим порокам, – озвучила свои мысли мисс Лейдлоу.

Мистер Белл приблизился к ней. Он дотронулся до ее распущенных волос пальцами и аккуратно убрал, открывая доступ к нежной шее, источающей тонкий аромат ее кожи и духов. И зашептал, касаясь носом ее виска:

– А по-моему, нужно быть сильным, чтобы признаться себе в своих желаниях. Можешь сказать мне, чего ты хочешь на самом деле?

От бархатного тембра и горячего дыхания Томаса по телу Лидии пошли мурашки.

6 Соблазн

Словно дьявол, мистер Белл стоял за спиной мисс Лейдлоу. Он шептал, соблазняя и лишая остатков совести. Он касался ее и дурманил ароматом желания. Дымка похоти обволакивала разум и глаза Лидии, в которых расплывался путь к выходу из обители порока, ее последний способ спасти душу. И она решила: пусть это случится в последний раз, ведь об этом никто не узнает.

Томас почувствовал, как она расслабилась на коротком вздохе. Немедленно он прижал ее и коснулся шеи губами. Вкушая сладость кожи, мистер Белл повел горячим и влажным языком к мочке ее уха и слегка прикусил его.

Томас обещал себе не разочаровать Лидию в этот раз. Хотя, чем больше он усердствовал, чтобы завести ее, тем быстрее сам терял голову. Мистер Белл гладил ее бедра, живот и грудь, и продолжал осыпать поцелуями шею. Мисс Лейдлоу откинула голову и прильнула к нему, издавая чувственные вздохи.

Где-то в глубине сумочки, оставленной Лидией у входа в апартаменты, разрывался мобильный. Но этим двоим не было дела ни до чего, кроме наслаждения.

Не спеша, Томас стал раздевать Лидию. Сначала он снял с нее жакет, потом расстегнул пуговицы на шелковой блузке. Так же виртуозно были расстегнуты крючки на бюстье, который мистер Белл отправил на пол вслед за остальной ее одеждой.

Томас повел пальцами по запястьям мисс Лейдлоу, двигаясь вверх, вызывая новую волну мурашек. А затем он сменил направление ласк и обхватил ее бюст обеими ладонями. Распаленная Лидия, уже постанывая, льнула к его телу. Томас нежил ее грудь и упивался этим.

Трепет и запах тела мисс Лейдлоу сводили мистера Белла с ума.

Томас осторожно развернул податливую Лидию лицом и, не скрывая удовольствия, впервые в жизни любовался ее вздымающейся грудью. Розовые ореолы дразнили его и побуждали касаться их ртом. Он постарался немного отвлечься, но, когда посмотрел в переполненные исступлением глаза мисс Лейдлоу и на ее приоткрытый рот, а потом опять на грудь… Мистер Белл голодным зверем накинулся на нее. Он задрал ее юбку на талию, крепко стиснул округлости и усадил к себе на бедра. Лидия отвечала, как могла, отдаваясь в его власть. Язык и губы Томаса хаотично блуждали от женского рта до груди.

Когда Лидия оказалась в постели на спине, а Томас уже снимал с нее белье, предварительно избавив от шпилек, она окликнула его, еле дыша от страсти:

– Томас… Томас.

– Что? – он поднял на нее затуманенный взгляд.

– Одежда…

Мистер Белл не среагировал на это и в том же темпе продолжил целовать ее, уже спуская свои брюки.

– Томас! – Лидия настойчиво обхватила его лицо ладонями.

– Что? – повторил он, нехотя отрываясь от своего занятия.

– Сними одежду.

Томас на секунду задумался, досадливо вздохнул и лениво поднялся. Он взялся за край ворота под увлеченным взглядом мисс Лейдлоу и ухмыльнулся.

– Хочешь сделать это сама?

– Только помоги мне снять юбку, она мешает.

Как только Томас увидел самое сокровенное, ему не терпелось оказаться внутри. Когда Лидия осталась без одежды, она встала в постели, опираясь на колени. Теперь смотрел на нее полностью обнаженную, это было чертовски возбуждающее зрелище: ее розовые щеки, манящие уста, аппетитная грудь, соблазнительные изгибы талии, бедер и этот кусочек рая между ними.

– М-м-м-м-м… – низко протянул Томас.

Лидия в предвкушении прикусила нижнюю губу. Она ловко расстегнула манжеты на рукавах, а затем принялась за другие пуговицы.

– Ты можешь делать это сколько угодно, но не обещаю, что ты получишь оргазм с первой попытки. А я обещал исправить то, что не смог сделать в прошлый раз.

– А я разве не сказала тебе, что кончила тогда? – хитро прищурилась Лидия, стягивая рубашку с его плеч.

– Правда? – переспросил он.

Мисс Лейдлоу загадочно улыбнулась.

– Надеюсь, ты не намекаешь на то, что хочешь свернуть нашу вечеринку? – расплылся в улыбке Томас. Лидия расхохоталась, усаживаясь на простыню.

Мистер Белл самодовольно хмыкнул. И когда на нем не осталось одежды, он предстал перед ней во всей красе.

Мисс Лейдлоу откровенно рассматривала его. Мистер Белл был сложен превосходно: сильные руки и плечи, по которым рассыпались веснушки, а мужественная растительность на груди плавно переходила вниз по кубикам пресса прямо к паху, где его достоинство, увитое венами, уже вовсю рвалось в бой.

– Если захочешь, позже я дам тебе с ним поиграть, ты можешь подарить ему французский поцелуй, – сказал Томас.

Лидия заливисто захохотала.

– А сейчас позволь проникнуть в тебя, – продолжил он.

Он бережно опрокинул мисс Лейдлоу на спину и притянул к себе, обхватив за колени. Лидия мягко опустилась и плавно скользнула по шелковой ткани, продолжая восторженно заливаться смехом, пока Томас не вошел в нее. Смех сменился стоном удовольствия…

Лидия застегивала последнюю пуговицу на блузе, когда Томас вышел из ванной.

– Уже уходишь?

– Да, – коротко ответила она и подняла белый жакет с пола, встряхнув его.

– Понятно, – мистер Белл зажег в спальне свет.

Яркое освещение слегка ослепило мисс Лейдлоу, и она сощурилась. А затем стала рассматривать свой жакет.

– Надеюсь, он не запачкался?

– Кажется, нет, – задумчиво протянула она.

– Я приобрету что-нибудь для такого случая и в следующий раз обещаю не бросать твои вещи на пол, – произнес Томас извиняющимся тоном.

Лидия посмотрела на него с сомнением.

– Томас, следующего раза не будет, – отрезала она.

Теперь озадачился мистер Белл.

– Тебе, кажется, понравилось.

– Между нами больше ничего не будет. У меня есть жених.

– Перестань, Лидия, – Томасу уже порядком надоели ее повторяющиеся доводы. – Уверен, что от Его Светлости не убудет, – съязвил он.

Лидия ошеломленно подняла брови, одарив Томаса убийственным взглядом, а затем подобрала туфли и вышла из спальни. Мистер Белл поспешил за ней.

– Неудачная шутка, – покаялся он. – Мы можем встречаться, когда захотим и когда нам обоим будет удобно.

– Плохая идея.

– Только если ты не хочешь, – отвечал Томас.

– Об этом могут узнать, – в смятении выдала мисс Лейдлоу.

– Брось, Лидия. Что такого, если нас будут видеть вместе? Тем более сейчас ты моя помощница, да и вообще, мы не чужие люди.

– Считаешь, это справедливо по отношению к семье?

– Как хочешь, – сдался Томас. – Но, если передумаешь, смело обращайся. Тебя проводить до машины? – сверкнув улыбкой, спросил он.

– Нет, – отозвалась Лидия, надевая туфли.

– Я так и думал. До завтра, куколка, – ухмыльнулся он.

– Что? – Лидия возмущенно покосилась на Томаса. – Ты уже забыл мое имя?

– Понял, – мистер Белл приподнял руки, сдаваясь.

Мисс Лейдлоу заглянула в сумочку и достала телефон.

– Черт… – тихо выругалась она, увидев множество пропущенных.

– Что случилось?

– Мне пора, – нервно сообщила она.

– Ну, беги, – сказал он и обнял ее.

Это вызвало неловкость у обоих. Лидия не ожидала этого от Томаса, а он не знал, уместно ли это объятие.

– Пока, – заключил он, отступая.

– Пока, – мисс Лейдлоу махнула рукой, развернулась и замешкалась перед дверной ручкой. Мистер Белл моментально сообразил и помог ей открыть дверь. Лидия коротко поблагодарила его и вышла.

Она торопилась выехать из района, где жил Томас, чтобы позвонить жениху: ей казалось, что так она скроет следы своего преступления. И снова пришлось соврать Генри о том, чем она занималась.

Герцог вновь был недоволен, что его невеста не на связи. Как и прежде, оправдания Лидии смягчили его, к тому же его немного успокоила Анна, с которой Генри связался, не дозвонившись до суженой. Что касается леди Стонклиф, то она уже привыкла, что ее дочь живет своей жизнью, однако тревожные звонки будущего зятя не любила – в основном из-за недовольства супруга, который тоже был на взводе, когда жених разыскивал Лидию. Виконтесса вела себя спокойно, чем успокаивала виконта и герцога, однако все же переживала.

Оказавшись в своей квартире, мисс Лейдлоу смыла прошедший день, а затем легла спать. Некоторое время она ворочалась в постели из-за мук совести, что стали ее спутниками в последние три дня и, наверное, теперь до скончания века.

Следующим утром Лидия старалась не спешить на работу, оттягивая встречу с отцом. В понедельник она поторопилась из-за тревожности и неловкости перед Томасом, однако ее надежда остаться незамеченной провалилась. Теперь стыдиться Томаса было глупо: они видели друг друга голыми. Хотя это, разумеется, не повод.

Закрывая за собой дверь в кабинет отца, Лидия виновато опустила глаза, и он отчитал ее за вчерашнее исчезновение. Мисс Лейдлоу с годами научилась обуздывать гнев виконта и уже давно не допускала такого обращения с собой, но не сегодня. Ей было за что повиниться. Поэтому она смиренно снесла все претензии и нравоучения, пока строгий папа не унялся.

Мистер Белл, по своему обыкновению, с раннего утра был на ногах: бассейн, завтрак, заказанный из ресторана, душ, свежая рубашка, костюм. Он бодрился перед встречей с крестным, после того как поимел его дочь. Кстати, с удовольствием повторил бы это еще не раз. Во второй половине дня по вторникам Томас и Джонатан вместе посещали тренера по боксу – это была своего рода традиция, зародившаяся между крестником и крестным отцом. Если бы лорд Стонклиф узнал о том, что было между Томасом и его помолвленной дочерью, он непременно хорошенько выбил бы из крестника всю душу, а может, и забил до смерти.

Встреча виконта и Томаса прошла обыкновенно: рукопожатие, непринужденная болтовня и, наконец, беседа о делах. Далее совещание в кругу сотрудников и притихшей Лидии, которой было и невдомек, что все мужчины, находившиеся в зале для переговоров, время от времени бросают на нее распутные взгляды. Мисс Лейдлоу заправила волосы за ухо и продолжила внимательно слушать докладчика. Мистер Белл напрягся и сдвинул брови, пытаясь сосредоточиться на работе.

Весь день у Лидии не было настроения, в чем пасмурная и дождливая погода тоже сыграла свою роль. Томас был загружен работой и не был расположен к играм, поэтому день мисс Лейдлоу проходил относительно спокойно.

Во второй половине дня она, как ей было положено, явилась в фонд и честно выполнила свои обязанности, а после вернулась в квартиру и поговорила по телефону с Генри. В целом разговор прошел отлично, и Лидия даже воодушевилась прекрасными отношениями с женихом. А когда она легла спать, ее вновь одолели навязчивые мысли.

Утром настроение мисс Лейдлоу было еще хуже, чем вчера. Подкинула забот грядущая свадьба – распорядитель напомнил ей о множестве отложенных дел. Так что к вечеру она была взвинчена.

– Я не понимаю, почему ты задержал меня снова? Я все равно сейчас ничего не делаю, – капризно прервала мистера Белла Лидия после того, как ей пришлось оправдываться за пропуск тренировки перед участницами группового чата поло-клуба.

– Никто не виноват, что ты все время переписываешься и отлыниваешь, – хладнокровно ответил Томас.

Это была ложь, по крайней мере в глазах Лидии. Она возмутилась.

– Из-за твоего эгоизма меня отчитывают как девчонку, потому что я пропустила тренировку, – с вызовом произнесла она и сложила руки на груди.

Мистер Белл спокойно передал документы помощнику, который чувствовал себя неловко, будучи свидетелем конфликта.

– Передай, пожалуйста, Миранде – пусть сделает мне ирландский кофе без сливок, сахара и кофе, – с иронией обратился к нему Томас.

– Хорошо, мистер Белл, – среагировал Гарри и удалился.

– Твоя обязанность помочь мне, а не усложнить жизнь, – напирала на Томаса Лидия.

– Моя обязанность? – с ухмылкой уточнил он.

– Да.

– Тебе не кажется, что ты перегибаешь? – не отводя внимательного взгляда, поинтересовался мистер Белл.

– Мне кажется, что ты делаешь это специально, – высказалась мисс Лейдлоу.

– О чем ты? – Томас поднялся и навис над столом, опираясь на него руками.

Лидия оказалась под тяжелым взглядом мистера Белла, а от него трусили практически все. Она на секунду замялась, но потом вновь вознегодовала:

– О твоем желании затащить меня в постель. Или это месть?

Томас хохотнул.

– Какая проницательность на грани паранойи, куколка.

Мисс Лейдлоу вспыхнула, мгновенно схватила со стола карандаш и метнула в него.

Канцелярский предмет стукнул Томаса в лоб. Он прикрыл глаза и мотнул головой, сдерживая подступающие порывы.

– Я же просила не называть меня так, – прорычала Лидия.

– Ты напрашиваешься.

– Пошел ты! – Лидия вскочила со стула.

– Следи за своим языком! – ударив кулаком по столу, рявкнул мистер Белл.

– Не смей повышать на меня голос!

Лидия заносчиво отвернулась и пошла к своему рабочему месту.

– Так, ну все, – буркнул Томас.

Он стремительно приблизился к Лидии, грубо схватил ее и усадил на стол. А она только и успела раскрыть рот и широко распахнуть глаза. Чем и воспользовался Томас, бесцеремонно целуя ее. Лидия едва отстранилась, отталкивая его лицо, и на коротком выдохе успела произнести только:

– Ты что себе…

Мистер Белл вновь завладел ее ртом, а она вдруг начала отвечать, зарываясь пальцами в его волосы. Дверь в кабинет открылась. Томас и Лидия обернулись. В дверях стояла остолбеневшая Миранда. Мистер Белл постарался прикрыть мисс Лейдлоу, которая резво слезла со стола и встала за его спиной.

– Извините, я стучала, – тихо произнесла секретарша. – Ваш кофе.

Она опустила глаза и поставила поднос на край стола.

Лидия затаилась, надеясь, что Томас выкрутится.

– Спасибо, Миранда, – ровным тоном поблагодарил мистер Белл.

Секретарша кивнула и удалилась, закрывая дверь.

– Что ты наделал?! – обвинила Томаса Лидия.

– Она не станет болтать.

Мисс Лейдлоу стала поспешно собираться.

Мистер Белл взял чашку с кофе и сделал большой глоток, тут же скривившись.

– Боже! – вскрикнул он. – Это же чистый джин!

Лидия с тревогой посмотрела на него, но затем злорадно хмыкнула.

– Я рад, что тебе весело, Лидия. Теперь тебе придется отвезти меня домой.

– Я похожа на водителя?

– Такой ценный груз наемный персонал вряд ли довезет невредимым. Ты ведь уже поняла, насколько он ценный. Не так ли? К тому же мне придется спасать твою репутацию перед Мирандой, а это считается одолжением. Так и ты помоги мне, – рассуждал Томас, наблюдая за ее сборами.

– Это ты виноват.

– Разумеется, ведь не твой язычок орудовал у меня во рту пару минут назад.

Мисс Лейдлоу поджала губы.

– С меня ужин, с тебя компания, – самодовольно предложил мистер Белл.

– Какой же ты самоуверенный.

Лидия пошла к двери кабинета.

– Увы, в этом мире меня больше некому любить, – тяжело вздохнул Томас.

– Я не куплюсь, – бросила Лидия, оборачиваясь, но все же задержалась перед выходом.

– Ну, пожалуйста, – Томас состроил жалостливое лицо.

Мисс Лейдлоу закатила глаза. А вдруг они все же договорятся?

– Ты ведь нарочно задержал меня? Я права?

– Ну ладно, немного. И обещаю: если ты все же сопроводишь меня, то в этот раз мы просто поедим.

– Ресторан выберу я, – заявила Лидия.

– Договорились, – приободрился Томас.

Выйдя из кабинета, мисс Лейдлоу стыдливо миновала стол Миранды, которая, не поднимая головы, занималась своими делами. Мистер Белл, напротив, решительно подошел к ней. Секретарша поднялась ему навстречу. Она выглядела поникшей. Было заметно, как ей неловко смотреть в глаза начальника.

– Миранда, я надеюсь, ты понимаешь: то, что ты увидела, это наше личное дело с мисс Лейдлоу. И разумеется, об этом ты не должна ни с кем говорить.

– Разумеется, мистер Белл. Все, как всегда, мистер Белл, – произнесла Миранда и прочистила горло, так как ее голос немного сел.

Томас одобрительно кивнул и пошел следом за Лидией.

– Отличное место. А запахи!!! Превосходно! – восторгался Томас, подкрепляя слова жестами и великолепной игрой. Он сидел на пассажирском сиденье в авто мисс Лейдлоу и держал два пакета с едой.

– Я обожаю это место и эту еду, – Лидия забрала один из бумажных пакет у него из рук.

– М-м-м-м, какая дрянь, – надкусывая жареную картошку, выуженную из крафтовой упаковки, восхищался Томас.

– Это вообще-то мое, – меняя пакеты, заметила Лидия.

Томас был в ударе и не закрывал рта, за исключением моментов, когда ему приходилось жевать. Лидия посмеивалась и даже едва не подавилась, услышав очередную порцию сарказма в адрес уличной еды. Тогда мистер Белл решил остановиться, но ненадолго.

– Может, немного разомнемся у меня дома после калорийного ужина? Нет, не то, о чем ты подумала. У меня есть тренажер, – предложил он.

– Тебе следует заказать такси, потому что я спешу, – недовольно произнесла Лидия.

– Ты действительно меня бросишь здесь после того, как пообещала подвезти до дома? – возмутился мистер Белл.

– Хватит вести себя как кретин.

– А ты не веди себя как капризная сука, потому что мне очень хочется наказать тебя – трахать, пока ты не потеряешь сознание, – агрессивно высказался Томас.

Мисс Лейдлоу поразилась сказанному. Ее щеки моментально запылали.

– Ты грубый и пошлый, – сказала она и отвернулась.

– Я вижу, как тебе это нравится.

– Томас… – начала Лидия, но задохнулась от испуга, когда он развернулся к ней и схватил за шею. Приблизил лицо и стал шептать:

– Хочу тебя. Хочу, чтобы ты кончала подо мной и на мне.

Мистер Белл по-хозяйски запустил руку ей под подол и легко проник туда, куда ему было нужно. Лидия издала короткий стон и вцепилась в запястье руки, которой он удерживал ее, прижимая к спинке сиденья.

– Горячая, податливая девочка, – шептал он, виртуозно манипулируя пальцами под женским бельем. – Нравится? – спросил он, всматриваясь в помутневшие от желания глаза. – Да, я бы трахнул тебя, но ты сказала, что этого больше не повторится, – добавил он и отпустил ее, устроившись на пассажирском сиденье как ни в чем не бывало.

– Ну все, выходи, – настаивала Лидия, поправляя платье.

– Не горячись, – спокойно отвечал Томас. – Просто признайся, что ты хочешь меня, и мы благополучно потрахаемся, а потом еще раз и, может быть, еще. Впрочем, к чему счеты, если это приносит удовольствие?

– Ты так уверен, что я этого хочу?

– Если ты перестанешь играть в игру «Я не такая», выиграем мы оба. Согласись, что это разумно.

– А что насчет совести?

– Лучше сухое белье и пустые яйца.

– Ты такой грубиян.

– Поэтому я тебе нравлюсь.

Лежа на смятых шелковых простынях, Томас выводил пальцами круги на спине Лидии, а она наслаждалась лаской после близости.

С неожиданной живостью он заговорил:

– Если честно, я до последнего думал, что ты пошлешь и ударишь меня снова.

– Самое главное, что ты понимаешь, какой ты негодяй, – лениво повернув голову, обронила Лидия.

– Я всегда помню об этом.

– Давай договоримся, что ты будешь предохраняться, – Лидия попросила его со всей серьезностью.

– Резонно, но ты ведь пьешь таблетки, – заметил Томас, но не встретив поддержки в глазах партнерши, продолжил, не теряя надежды: – Возможен вариант, что я не буду предохраняться с тобой?

– Я не могу рисковать, – деликатно пояснила Лидия.

– Хорошо, – сдался Томас, вздыхая и поворачиваясь на спину.

Лидия поднялась с постели и стала собирать свою одежду.

– Ты куда собралась? – наблюдая за ней, встревожился мистер Белл.

– Домой.

– Уже ночь, я думал, ты останешься.

– Нет.

Мисс Лейдлоу стала надевать платье, предварительно его встряхнув.

– Я не отпущу тебя так поздно, – встав с постели, воспротивился Томас.

– Я не ребенок, – насмешливо ответила Лидия и подняла с пола нижнее белье.

– Даже не обсуждается, – возразил он и забрал из ее рук кружева.

– Я могу уехать и без него, – хохотнув, Лидия с легкостью отобрала у него белье. – Томас, я не могу спать с тобой.

– Почему? Ты храпишь?

– Потому что мы просто занимаемся сексом.

– Когда же ты уже успокоишься? Или мне заняться твоей задницей? – поинтересовался мистер Белл и шлепнул Лидию по аппетитному месту. Он прижал ее, вжимаясь пахом в округлости. Мисс Лейдлоу зашипела, норовя отдалиться.

– Больно! В каком это смысле? – возмутилась она.

– Анал, – промурлыкал Томас.

– Ни за что на свете! Найди себе для этого кого-то другого! – активно вырываясь, выпалила Лидия.

– Она еще не тронута или тебе не попался хороший партнер? – заинтересовался Томас.

– Извращенец! – выскользнув из его рук, крикнула Лидия.

– Да, я такой, – ухмыльнулся он. – Ну так что? – играя бровями, Томас дожидался ответа.

– Только после тебя.

– Да ты сама извращенка! Я вообще-то о ночевке. Завтра нам рано вставать – и ты сэкономишь время на дорогу.

– Мне не во что переодеться, – всплеснув руками, в одной из которых она держала свое белье, сказала Лидия.

– Заедешь с утра к себе и переоденешься, я разрешаю тебе опоздать. А сейчас можешь надеть мою футболку, – распорядился мистер Белл и отправился в гардеробную. Мисс Лейдлоу последовала за ним.

– А завтрак? У тебя есть чай? – Лидия с любопытством обшаривала глазами вешалки с мужскими костюмами и полки с разложенными вещами.

– Завтрак есть в ресторане, а чай есть на моей кухне, – сообщил Томас и протянул ей чистую одежду.

– Тогда я пошла в ванную.

– Я знаю такую отличную позу, – обхватывая Лидию, игриво сказал Томас.

– Не сегодня! – воскликнула она. – Ты иди в свою, а я займу гостевую. И кстати, перестань бросать мою одежду на пол. Я не собираюсь оставлять состояние в химчистке.

– Хорошо, прошу прощения. А в душ мы можем сходить по очереди, – лукавя, предложил Томас.

– Я должна быть уверена, что ты не войдешь, – Лидия вынырнула из объятий Томаса. – Спасибо, – поблагодарила она, вытянув из его руки футболку.

Мисс Лейдлоу развернулась и пошла в сторону гостиной. Довольный мистер Белл наблюдал за ее шествием.

– Ты уверена, что не хочешь в попку? – окликнул ее он. Лидия не обернулась и, слегка хлопнув себя по бедру, произнесла:

– Смотри и мечтай!

Томас рассмеялся.

Когда Лидия вышла из ванной, он, обнаженный по пояс, сидел за роялем и наигрывал рождественскую мелодию.

Он любил Рождество так, как любят его миллионы людей. Томас, как все эти миллионы, считал этот праздник волшебным и всегда испытывал предчувствие счастья и чуда. Странно для взрослого и самодостаточного мужчины со сложным характером.

Лидия подошла к нему со спины, провела рукой по плечу и наклонилась, чтобы сообщить:

– До рождественского настроения еще три месяца, Томас.

Он, не отрываясь от игры, улыбнулся. Мисс Лейдлоу запустила пальцы в его влажные волосы и слегка потянула на себя. Они всегда были такими непослушными, что даже короткими без укладки завивались. Мистер Белл наклонил голову вслед ее пальцам. Он получил от этого удовольствие и невольно уловил в касаниях что-то знакомое, близкое его сердцу. Отпустив темные пряди, Лидия села на диван. Она внимательно наблюдала за ним и слушала его игру. Томас закончил одну мелодию и сразу перешел на другую. Лидия узнала мотив и посмеялась. Он посмотрел на нее исподлобья, а потом улыбнулся и запел:

– На прошлое Рождество

Я подарил тебе свое сердце.

Но на следующий день ты его вернула.

В этом году,

Чтобы оградить себя от переживаний,

Я подарю его кому-нибудь особенному.

Мистер Белл любовался улыбкой мисс Лейдлоу, одетой в его футболку. Он помнил, как будучи еще юной, она начала исполнять эту песню на семейном рождественском ужине под аккомпанемент Джонатана. Томас вновь сосредоточился и перевел внимание на клавиши, продолжая петь:

– Однажды обжегшись, стал вдвойне осторожным.

Я держу дистанцию,

Но ты все равно обращаешь на себя внимание.

Скажи, детка,

Ты узнаешь меня?

Да,

Прошел год.

Это неудивительно.

«Счастливого Рождества!»

Я упаковал подарок и послал его тебе

С запиской: «Я люблю тебя!»

И я был искренен.

Дождавшись припева, мисс Лейдлоу начала подпевать:

– На прошлое Рождество

Я подарил тебе свое сердце.

Но на следующий день ты его вернула.

В этом году,

Чтобы оградить себя от переживаний,

Я подарю его кому-нибудь особенному.

7.1 Семейство

Мисс Лейдлоу разбудил мелодичный короткий звук. Она шевельнулась и в полудреме перевернулась на бок. Трель повторилась. Лидия в испуге подскочила на постели, мигом вспомнив, где находится, и принялась энергично расталкивать Томаса. Он еле продрал глаза и стал озираться.

– Боже, Томас! Кто это?!

Лидия вцепилась в одеяло и потянула на себя, прикрываясь и при этом обнажая любовника.

– Я не знаю, – опешил Томас. Он потер лицо, стараясь стереть следы сна, и попытался пригладить взъерошенные волосы. – Я даже не знал, что у меня есть звонок, – добавил он и попытался натянуть на себя одеяло, но Лидия не поддалась.

– Иди посмотри!

Мисс Лейдлоу слегка подтолкнула мистера Белла ногой в бок.

– Нечего трусить, – проворчал он и встал с постели.

Абсолютно голый, слегка пошатываясь, он направился к дверям.

– Томас, надень что-нибудь!

Мистер Белл, одетый в халат, распахнул дверь в пентхаус. Его сонливость испарилась мгновенно.

– Мама?!

На пороге стояла миссис Белл, а рядом с ней Томас увидел коричневую дорожную сумку. Изумленный, он рассмотрел мать с головы до ног и обратно. Даже на каблуках она была ниже сына. Ее бордовая шляпка скрывала кудри с проседью. Острый взгляд карих глаз говорил о недовольстве, но она так смотрела всегда.

– Ну, здравствуй, сын! Надеюсь, ты впустишь меня? – Мэри сморщила веснушчатый нос с едва заметной горбинкой.

Томас, застывший с приоткрытым ртом, наконец моргнул. Мэри недовольно повела бровью, словно ее сын провинился перед ней, хотя это она нарушила приличия.

– Я вообще-то не один.

– Рада за тебя, Томас, но я все еще стою за порогом.

«За что Господь так наказывает его? Он не нарушает правил дорожного движения, чистит зубы, вежлив с персоналом, делает пожертвования. Ах, да! Сейчас у него в спальне дочь крестного отца».

– Будь так любезна, иди сразу на кухню, – настоятельно попросил он, впуская мать. – Можешь приготовить мне кофе. И себе, если хочешь.

– Ты представишь мне свою даму? – громко поинтересовалась миссис Белл, осматриваясь в апартаментах сына и пропуская его слова мимо ушей.

Мистер Белл занес сумку матери внутрь и оставил у порога.

– Считаю это неуместным, как и твое внезапнее появление.

– Я решила навестить сына.

– Ты могла бы позвонить и договориться со мной о встрече.

Томас шел за Мэри, которая с любопытством разглядывала его жилище. Она и раньше бывала здесь, поэтому точно что-то вынюхивала.

– Ты не разрешил бы мне навестить тебя. В отличие от тебя простак консьерж отлично понимает значение слова «мама», – Мэри протянула сыну шляпу.

– Вот, значит, как ты проникла сюда. Я пожалуюсь домоправителю, – недовольно пробубнил Томас, принимая шляпу.

– Я бы тоже пожаловалась, если бы только знала куда.

Продолжая играть на нервах сына, Мэри элегантно устроилась на диване.

– Мама, иди на кухню… пожалуйста.

– Если ты настаиваешь. Но для начала я должна сходить в уборную, – неторопливо поднимаясь, сказала миссис Белл.

– Пожалуйста.

Когда Мэри скрылась в гостевой ванной, Томас торопливо направился в спальню. Однако на полпути он вспомнил, что ее шляпа все еще у него в руках, и развернулся.

– Томас! Томас! – привлек его внимание тихий оклик мисс Лейдлоу, выглянувшей из комнаты.

Мистер Белл обернулся.

– Там мои вещи! – с ужасом в глазах прошептала она.

– Черт! – выпалил он.

Томас подошел к двери ванной для гостей и громко спросил:

– Мама, ты не могла бы поторопиться?

– Твои манеры оставляют желать лучшего! – возмутилась Мэри. – Я выйду, когда закончу.

Мисси Белл распахнула дверь спустя несколько минут. Томас, дожидавшийся ее в напряжении, подскочил на диване и стремительно направился к ней.

– Элегантное платье, – заявила Мэри. – У твоей подружки определенно есть вкус в одежде, а что касается мужчин… Я могу только сожалеть.

– Ты не должна рассматривать чужие вещи. И она все прекрасно слышит.

Томас рассерженно прошел мимо матери.

– Мой сын не обременен обязательствами даже перед собственной матерью. Об этом стоит задуматься, – достаточно громко обратилась Мэри в сторону спальни.

– Мама, иди на кухню.

С вещами Лидии в руках Томас развернул свою мать за плечи и слегка подтолкнул к кухне. Мэри раздраженно цокнула.

– Не забудь избавиться от этого платья как от улики, – протягивая Лидии одежду, прошептал Томас.

– Оно эксклюзивное, дизайнерское, – так же тихо возмутилась она.

– Что может быть эксклюзивного в обычном черном платье?

Лидия манерно закатила глаза.

– Как мы могли забыть, что Мэри приезжает в четверг? – сокрушалась она, снимая с себя футболку.

– Кто знал, что она приедет так рано и заявится в мои апартаменты? – с удовольствием рассматривая голую мисс Лейдлоу, рассуждал Томас. – Как жаль. У меня были такие планы на это утро!

Он прижал аппетитную леди, без церемоний шаря руками по ее груди и бедрам.

– Перестань, пожалуйста, – вырываясь из его объятий, потребовала Лидия. – Иди к Мэри, Томас, прошу тебя.

Мистер Белл неохотно отпустил ее. Лидия смутилась от бесстыдного рассматривания и отвернулась, но было уже поздно.

– Поцелуемся? – поинтересовался Томас.

Он лисом приблизился к Лидии сзади и вновь крепко стиснул. Она приглушенно пискнула, а затем изнуренно вздохнула и вывернулась, поворачиваясь к нему лицом. Она зажала пальцами нос Томаса и быстро чмокнула его в губы.

– А это зачем? – озадачился он.

– Мы не чистили зубы. К тому же я не причесанная и осталась без завтрака.

– Вини в этом мою мать.

Утро Лидии обернулось гонкой, которая закончилась в кабинете Томаса, когда она энергично прошла по приемной, стыдливо и кратко поприветствовав Миранду.

– Ты побрился? – Лидия захлопала глазами и на мгновенье замерла, разглядывая погруженного в работу Томаса. Ей было непривычно видеть его без бороды.

– Я пытался избегать общества своей матери как можно дольше, – объяснил он, почти не отрываясь от компьютера.

– И как Мэри?

– Как обычно, доставала меня упреками и вопросами.

– Томас, она любит тебя и беспокоится, поэтому и спрашивает.

– Разумеется. Она так и оправдывает все свои бесцеремонные вмешательства в мою жизнь.

Мисс Лейдлоу с улыбкой покачала головой и поторопилась расположиться за рабочим столом. Изучив расписание мистера Белла на сегодняшний день, она открыла рабочие документы, чтобы хоть как-то подготовиться к совещанию, но назойливые мысли не давали сосредоточиться.

– Томас, – окликнула она. Тот повернулся. – Меня беспокоит Миранда. Вернее, то, что она теперь думает о нас. Ты уверен, что она никому ничего не скажет?

– Я уверен на все сто.

Однако Лидию не успокоил его ответ.

– Раньше с тобой случались такие ситуации?

Томас расплылся в довольной улыбке.

– Ты что, ревнуешь?

– Я просто хочу спать спокойно.

Мистер Белл читал ее, как открытую книгу, и забавлялся.

– Сегодня ты хорошо спала. Даже пустила слюну.

Щеки Лидии заалели.

– Шучу. Ты спала как ангел, уверен, потому что я спал с тобой рядом сном младенца.

Мисс Лейдлоу смущенно отвернулась, оставив за Томасом последнее слово, и наконец начала заниматься делами.

– Сегодня ужин, и вы оба должны присутствовать, – распоряжался лорд Стонклиф, обращаясь к дочери и крестному сыну. Он важно восседал во главе опустевшего стола кабинета для переговоров. – А мы с тобой, разумеется, попадем на него после встречи с партнерами, – сказал он Томасу. – Надеюсь, это не затянется.

– А можно поехать с вами? – попрасилась Лидия.

– Тебе нечего там делать, дорогая, но спасибо за инициативу, – ответил виконт.

– Отчего же? Я считаю, что Лидии пора вникать в дела посерьезнее, – вступился за нее мистер Белл.

– Она все равно ничего не поймет, – отмахнулся Джонатан и покосился на крестника.

– А я уверен, что наоборот. Это будет весьма полезно для нее. Тем более если мы договоримся, нас в скором времени ожидает командировка в Японию.

– А вот это точно не для нее, – строго заметил лорд Стонклиф. – Лидия слишком занята подготовкой к свадьбе, да и Генри будет против. Об этом мы с ним не договаривались.

– Я вообще-то здесь, – возразила отцу дочь. – И с чего вдруг моему жениху мешать моей работе? Разве ты не хочешь, чтобы я стала частью семейного бизнеса, папа?

– Я очень этого хочу, дорогая, но карта уже разыграна, и тебя, увы, ждет другая судьба.

– Тогда что я здесь делаю? – вознегодовала мисс Лейдлоу.

– Узнаешь, откуда у тебя появилось образование, дом, еда и предметы роскоши, – пояснил виконт.

– Но это несправедливо! Я могу построить карьеру здесь, если захочу!

– Карьера, – повторил Джонатан. – Много ли счастливых женщин, сделавших карьеру?

– Маргарет Тэтчер, – с готовностью ответила Лидия. Она явно собиралась продолжить список, однако отец перебил ее.

– Лидия, тогда ты выбрала себе не того мужчину, – он начинал выходить из себя. – Полагаю, Генри согласился отпустить тебя до свадьбы работать в компанию из-за круглой суммы твоего приданого и нашей договоренности. Не делай вид, что ты слышишь об этом впервые, – завершил он.

Мисс Лейдлоу смотрела на виконта обиженным котенком.

Томас внимательно слушал диалог крестного с дочерью.

– Может, он и вовсе женится на мне из-за денег? – мисс Лейдлоу разнервничалась не на шутку.

– Глупости! – возразил Джонатан. – Ты даже не представляешь, сколько раз мне предлагали деньги, чтобы я отдал тебя замуж. Но ты же выбрала себе партию по любви. Не так ли?

Лорд Стонклиф посмотрел на мистера Белла, который отлично помнил сорвавшуюся сделку с арабским шейхом, который возжелал для себя достопочтенную мисс. Разумеется, Лидии ничего не сказали, и та продолжала жить безмятежно.

– Дикость! Мы что, живем в Средние века? – искренне удивилась Лидия.

– Мужчины всегда будут верховодить в большом бизнесе, политике и браке. Женщина должна реализовываться по-другому: в семье, в детях, в своем деле… в клубе, как твоя мама, к примеру. Как ты – в благотворительности. А строить карьеру и соперничать с мужчинами – это не ваша забота. Понимаешь, о чем я?

Мисс Лейдлоу всплеснула руками и недовольно закатила глаза.

– Я не согласился бы на твой брак с Генри, если бы не был уверен, что он сделает тебя счастливой. А твое приданое уйдет на реставрацию и ремонт Вудвуд Эбби, твоего будущего дома, дорогая.

– Я помню, папа, – Лидия знала, что отец искренне заботится о ней. – Спасибо тебе.

– Пожалуйста, – довольный благодарностью дочери, ответил виконт. – Что притих, Томас? Тебе тоже пора задуматься, для чего ты зарабатываешь деньги. В твоем возрасте у меня уже была дочь.

– Стоит повременить с этим вопросом до ужина, когда моя мать и Анна непременно его поднимут, – отозвался Томас и поправил пиджак.

Все трое рассмеялись. Конфликт был исчерпан.

Джонатан Эдвард Уильям Лейдлоу родился в семье потомственного аристократа. При рождении он был удостоен одного из фамильных титулов. Их родовой замок Фортрес находился на границе с Шотландией. Джонатан и его отец Уильям Арчибальд Лейдлоу, маркиз Майти, не были близки, ибо характеры отца и сына были слишком схожи, и вдобавок отец по долгу службы часто отсутствовал. В детстве Джонатану часто попадало от него из-за младшей сестры Джоан, а все из-за того, что в поисках внимания старшего брата она часто ябедничала на него, иногда даже привирала, и строгий в вопросах воспитания Уильям наказывал сына. Вот с мамой Джонатану повезло: Агата была невероятной красавицей и тоже имела голубую кровь, но ее нрав был простой и веселый. Она приучала сына к самостоятельности и трудолюбию. За неимением большего количества прислуги, на которой маркиз предпочитал экономить, в отсутствие отца Джонатан исполнял мужскую работу. С годами виконт отдалился от родителей, предпочтя размеренной деревенской жизни активную жизнь в столице, где он и сколотил состояние со своим школьным другом. Теперь Джонатан регулярно пополнял счет пожилых родителей на содержание замка – своего будущего наследства. Отношения виконта и его сестры с годами наладились, Джоан пожила в Лондоне некоторое время, но по определенным причинам однажды просто собрала вещи и уехала к родителям, а затем наспех вышла замуж за давнего поклонника, профессора гуманитарных наук. Чета поселилась в Лидсе. Старшая дочь Джоан, ровесница Лидии Кристина, проживала в Лондоне, работала финансовым консультантом и была частой гостьей на всех семейных праздниках и вечеринках, устраиваемых семейством виконта.

Джонатан был обаятелен, знатен, богат, а умение сходиться с людьми придавало ему дополнительный вес в обществе. Он боготворил своих жену и дочь, хотя и бывал строг по отношению к ним, но оправдывал себя тем, что все это было ради их благополучия. За неимением родного сына крестник занял в жизни лорда Стонклиф особое место. Он обязался помогать Томасу и поддерживать. Джонатан давно принял его как собственного ребенка. Томас был его надеждой на продолжение семейного бизнеса и неким бальзамом для сердца, разбитого после того, как леди Стонклиф потеряла второго ребенка и уже не могла иметь детей.

Мисс Аддерли ураганом влетела в квартиру Лидии и накинулась на нее с объятиями.

– Спасибо, что выручаешь меня!

– Да брось. Можешь брать все, что хочешь. Мой гардероб в твоем распоряжении.

– Ты куда-то собираешься? – отстранившись, поинтересовалась Эльза.

– Да, – измученно протянула Лидия. – На ужин к родителям. Мэри приехала сегодня.

– Мамочка-демон?

Кузины прыснули.

– Я, кстати, могу подвезти тебя до дома, – предложила Лидия, пока Эльза вовсю хозяйничала в ее гардеробе.

– Ты ангел.

– Я знаю, – ответила мисс Лейдлоу и уткнулась в свой мобильный.

– Ты не представляешь, как я изматываюсь на работе и не высыпаюсь. Ничего не успеваю. Ничего не могу подобрать в магазине. А у меня нет приличного платья для завтрашней вечеринки у твоих родителей, – жаловалась мисс Аддерли.

– Я понимаю. У меня у самой полный кавардак, – Лидия окинула взглядом неприбранную спальню.

– Напомни мне: то, что слева в углу, это в химчистку? – уточнила Эльза, выглядывая из гардероба.

– Да, – подтвердила Лидия, не отрываясь от телефона.

– Понятно. Что ты делаешь? – поинтересовалась Эльза.

– Отвечаю по вопросам фонда. В понедельник мне пришлось пропустить свое дежурство, и это мое наказание.

– Почему?

– Задержалась на другой работе, – неопределенно ответила Лидия.

– Кажется, подойдет. Я могу взять вот это? – мисс Аддерли показала выбранный наряд.

– Да, я же сказала: бери что хочешь, – даже не взглянув, согласилась мисс Лейдлоу.

– Ты золото! – воскликнула Эльза и чмокнула кузину в щеку. – Спасибо!

В машине по пути к дому Эльза делилась с Лидией подробностями личной жизни.

– Я согласилась встретиться в реале с давним поклонником. Мы идем сегодня в паб, – кокетливо сообщила она.

– Здорово! Я рада за тебя. Расскажи что-нибудь о нем.

– Его зовут Тимоти, у него приятный голос, лицо как у молодого Алена Делона, и, кажется, он высокий – по крайней мере, я так его представляю, – мечтательно сказала Эльза.

– Ты не видела его лица?

– Нет, но меня он видел и влюбился без памяти, причем давно.

– Будь осторожна, – побеспокоилась о кузине Лидия.

– Буду. А как поживает Генри? Вы, наверное, с ума сходите, находясь так долго друг без друга?

– Да. Но наши встречи стоят того, – недвусмысленно сообщила Лидия, и они рассмеялись.

– Боже! Я фанатка твоего жениха. Таких мужчин – один на миллион! – с восхищением выпалила Эльза.

– Я знаю, – без лишней скромности подтвердила мисс Лейдлоу.

– Кстати, а Кристина тоже приглашена в субботу? – поинтересовалась мисс Аддерли.

– Да, разумеется.

– Боже, дай мне сил, – притворно взмолилась Эльза.

– Не ревнуй, с тобой я общаюсь больше.

– Она такая… душная.

– Она же не навязывается общаться с тобой.

Эльза театрально закатила глаза и вздохнула.

– Как и ты, она моя кузина, – мисс Лейдлоу нравоучительно ущипнула кузину.

Мисс Аддерли взвизгнула и расхохоталась.

– Она прилипала, – защищалась Эльза. – Она как попугай. Вспомни: ты была фанаткой «Пятерки» – и она тут же подхватила; ты увлеклась роликами – и она тоже; ты была влюблена в Томаса – и она бегала за ним.

– Я не бегала за ним.

– Я говорю не об этом, – упрямо продолжала Эльза. – Она, наверное, спит и видит себя в объятиях твоего Генри.

– Эльза, это ты спишь и видишь его, – хохотнув, подловила ее Лидия.

– Это другое, – со смешком оправдалась Эльза.

7.2. Семейство

У Мэри Элизабет был непростой и упрямый характер, но именно благодаря ему она вышла замуж за Джорджа Бенедикта Белла. Они познакомились на студенческой вечеринке, и с тех пор она была от него без ума. Джордж был отчаянным ловеласом, но Мэри решила заполучить его во что бы то ни стало. И он полюбил ее всем сердцем, но обуздать свои порывы залезать под каждую юбку так и не смог. Их стремительно развивавшийся роман привел к незапланированной беременности, после чего Джордж сделал Мэри предложение. Ее родители были против такого союза, но она не послушалась. Оставшись без поддержки семьи, с младенцем на руках и с обидой на неверного мужа, Мэри кляла себя за то, что вышла за бабника. Джордж умел просить прощения – и все налаживалось до очередной измены. Мэри беременела еще дважды, но оба раза дело закончилось выкидышами, виновницей которых была она сама. Уличив супруга в очередном походе налево, Мэри принимала специальные препараты. Когда Джорджа не стало, она остро ощутила пустоту и отчужденность от этого мира, в котором осталась ее единственная привязанность – сын. Томас стал ее утешением, плодом любви и ненависти к мужу, но он отдалился. Ее мальчик сблизился с крестным и его семьей. Тогда Мэри определила свое дальнейшее существование как тень. Анна и Джонатан были добры и терпеливы к Мэри, а она старалась быть добра к ним и их дочери.

Измученная головной болью, она сиротливо сидела в кресле. Лекарства еще не подействовали, и настроение Мэри было отвратительным. Она не зажигала освещения, ей было достаточно того, что сквозь прозрачные шторы в комнату проникал тусклый свет с улицы. Гостевая спальня, в которой она располагалась, соседствовала с комнатой дочери хозяев. Она пустовала, и это приносило миссис Белл некоторое облегчение. Мэри закрыла глаза и просидела так, пока не услышала, как к дому подъезжает автомобиль. Она измученно поднялась и подошла к окну. Узнав пожаловавшего члена семьи, Мэри встряхнулась. Перед выходом из спальни она, одетая в простое, но элегантное серое платье с длинными рукавами, посмотрела на себя в зеркало. Выглядела она строго и подтянуто. Удовлетворившись своим отражением и невозмутимым видом, миссис Белл степенно направилась ко входу.

Мисс Лейдлоу вышла из машины и окинула взглядом родительский дом. Поборов волнение перед встречей с матерью и Мэри, она пошла к дому. Дверь открыл дворецкий и доброжелательно с ней поздоровался.

– Ты немного похудела, но выглядишь изящно, – вместо приветствия сказала миссис Белл, выходя навстречу Лидии.

Слегка растерявшаяся мисс Лейдлоу натянуто улыбнулась:

– Спасибо. Ты тоже. Как поживаешь, Мэри?

И когда та подошла ближе, Лидия разглядела в ее взоре лукавство. От этого ей полегчало, ведь если бы Мэри узнала о ее присутствии утром в апартаментах Томаса, то вела бы себя по-другому и непременно высказала все.

– Я в порядке. Здравствуй, дорогая!

– Здравствуй, Мэри!

Мисс Лейдлоу тепло ответила на объятия миссис Белл. И когда она отступила, Лидия начала разговор.

– А где мама? Почему ты одна?

– За мной не нужно приглядывать, а твоя мама занимается своими делами, – уже с обычным недовольным видом отрезала Мэри.

– Все понятно, – обескураженно произнесла Лидия и покосилась на дворецкого. Тот был невозмутим. И чтобы сгладить неловкость, мисс Лейдлоу продолжила: – Как ты добралась, все ли в порядке было в дороге?

– Не хочу утомлять тебя рассказами.

Лидия не стала навязываться, понимая, что это бесполезно. И ощущая сейчас некоторую скованность от ее острого взгляда, решила удалиться.

– Что ж, если ты не будешь против, я пойду поищу маму.

– А ты не против, если я сделаю это с тобой?

– Разумеется. Мистер Коулман, не подскажете, где моя мама?

– Леди Стонклиф в гостиной, принимает миссис Адамс. Я провожу вас.

Они молча дошли до гостиной в сопровождении дворецкого. Он открыл дверь и впустил дам. Навстречу мисс Лейдлоу бросились два белых померанских шпица, резво спрыгнувшие с дивана, где они мирно лежали рядом с хозяйкой. Виконтесса находилась в гостиной в компании своей помощницы. Лидия обрадовалась вниманию собак и присела, чтобы приласкать два пушистых белоснежных шара.

– Здравствуйте, девочки! – она обеими руками ловила наскакивающих на нее собак и гладила их по густой шерсти. Шпицы то и дело прыгали и облизывали лицо Лидии. – Я тоже соскучилась по вам!

– Я надеюсь, и по маме ты скучала? – оживленно поинтересовалась леди Стонклиф.

– Здравствуй, мама! – вставая, просипела Лидия и кашлянула.

– Дорогая, с тобой все хорошо? – взволнованно поинтересовалась виконтесса, поднимаясь с места.

– Да. Я в порядке.

Слова дочери не убедили Анну.

Лидия окунулась в нежные объятия матери, которая ласково прижала свое дитя.

Она отстранилась и, поглаживая дочь по волосам, заметила:

– Милая, ты выглядишь немного уставшей. У тебя больше не было приступов головной боли?

– Нет, – голос мисс Лейдлоу прозвучал слишком высоко.

Лидия нервничала, и Анна хотела бы знать, что с ней происходит. Мисс Лейдлоу заметила на лице матери беспокойство и поторопилась избежать пытливого взгляда.

– Здравствуйте, миссис Адамс! – она перевела внимание на секретаршу матери.

– Здравствуй, Лидия!

– Как поживаете?

– Очень хорошо, спасибо! А как ты поживаешь?

После недолгого приветствия помощница леди Стонклиф попрощалась и покинула гостиную.

– Что ж, пока Джонатан с Томасом задерживаются, мы можем выпить чай, – предложила виконтесса. – Мне необходимо переключиться.

– Мой сын не торопится провести со мной время, – присаживаясь на диван, пожаловалась миссис Белл.

Лидию и Анну озадачило ее высказывание, ведь она всегда удерживалась от проявления чувств. Но сейчас Мэри еле справлялась с подступающими слезами.

– Мэри, он любит тебя, не сомневайся, – стала убеждать ее леди Стонклиф.

Она села рядом с миссис Белл и положила руку на ее плечо.

– Спасибо. И прошу простить меня.

– Не нужно просить прощения. Взрослые дети всегда держат дистанцию, это нормально, – виконтесса знала, о чем говорит.

Мисс Лейдлоу прониклась сочувствием к Мэри и с пониманием отнеслась к словам матери. В этот момент на колени к Лидии вскочила одна из собак, которую она с удовольствием стала тискать.

– Между мной и моим сыном пропасть.

– Мэри, ты его мать – так будет всегда, и этого не изменят никакие недопонимания.

Вскоре в гостиную подали чай, и к мисс Лейдлоу обратилась экономка.

– Мисс, горничная нашла подвеску в вашей постели, когда прибиралась в спальне, – сообщила она.

– Большое спасибо! – не смогла сдержать радость Лидия, но затем осеклась и с тревогой посмотрела на маму, а потом на Мэри.

– Она оставила ее на туалетном столике.

– Передайте ей мою благодарность, – уже сдержанно произнесла мисс Лейдлоу.

Внимательно наблюдая за дочерью, Анна снова заметила ее необычное поведение.

Она отлично знала, что у Лидии много обязанностей, помимо которых она должна была успевать готовиться к важному и грандиозному событию – к свадьбе. Леди Стонклиф заподозрила, что дочь боится разочаровать их, жениха, его семью и попросту разрывается между делами, – отсюда ее приступ головной боли, истощенный вид и странное поведение.

Когда слуги покинули гостиную, Анна обратилась к дочери:

– Дорогая, мне стоит поговорить с твоим отцом о небольшом отпуске для тебя.

– Я не понимаю, – Лидия возмутилась.

– Меня беспокоит состояние твоего здоровья. И ты так занята, что до тебя невозможно дозвониться. Позволь мне помочь.

«О нет!» – Лидия не могла этого допустить. Вмешательство мамы могло привести к тому, что папа действительно даст ей выходные, а может, и вовсе снимет с должности.

– Мама, прошу прощения за то, что приношу тебе беспокойство, но я в состоянии разобраться с этим самостоятельно. В конце концов у меня есть почта, мессенджеры, и я перезваниваю, когда свободна.

– Разумеется. Ты моя дочь. И знай, что я готова помочь тебе с чем угодно, – леди Стонклиф старалась быть как можно мягче.

«И это тоже лишнее», – подумала Лидия и произнесла:

– Я понимаю. Спасибо, мама. Но все-таки, пожалуйста, не беспокой папу. Я постараюсь все уладить.

– Хорошо, милая.

Мисс Лейдлоу осталась недовольна разговором. Теперь она была у нее на мушке, и в любой миг виконтесса могла все испортить непрошеной помощью.

Лидия поднялась с дивана, и собаки вслед за ней.

– Я оставлю вас ненадолго. Хочу пойти в спальню и забрать украшение.

– Конечно, дорогая, – виконтесса сохраняла спокойствие перед выпадами дочери.

Когда щпицы резво последовали за Лидией, она позвала их к себе:

– Белла, Перл, ко мне!

Собаки послушно развернулись и подбежали к хозяйке.

Мисс Лейдлоу покинула гостиную раздосадованной, но поднималась в комнату уже в предвкушении. Она открыла дверь спальни и осторожно вошла внутрь, нажав на выключатель. Зажегся спокойный теплый свет. Комната была убрана, не осталось и намека на то, что было здесь между ней и Томасом. Лидия остановилась возле кровати и провела пальцами по покрывалу. Воспоминания вызвали мурашки и приятные сладкие спазмы внизу. Она прошла к туалетному столику. Украшение было аккуратно разложено. Мисс Лейдлоу зажгла лампы на зеркале и села на стул. Она взяла в руки подвеску и стала рассматривать его, предаваясь размышлениям, пока шум машин не отвлек ее.

– Ну, наконец-то! Мы вас заждались, – леди Стонклиф встала с дивана, встречая мужчин, входящих в гостиную.

Питомцы Анны, весело залаяв, устроили возню.

– Простите за ожидание, – произнес мистер Белл.

– Здравствуй, сын!

– Еще раз здравствуй, мама. Ты удачно сделала свои дела?

– Еще рано судить.

– Томас! Здравствуй, дорогой! – Анна обняла его. – Я так давно не видела тебя. Выглядишь очень хорошо и свежо.

– Я всего лишь побрился. А ты, как всегда, великолепна.

– Спасибо!

– Может, и мне сбрить усы? Что скажешь, Анна? – виконт потребовал свою порцию внимания.

– Милый, ты можешь носить что угодно, тебе все к лицу, – проворковала Анна, прильнув к супругу. – Как прошла встреча?

– Хорошо.

– Я рада, – виконтесса поцеловала мужа в щеку. – Пойдемте к столу. Надеюсь, вы голодны?

В тот момент Томас смотрел в сторону входа, где появилась мисс Лейдлоу.

– Как звери? – произнес он. – Как дела, Лидия? – Томас хитро заулыбался.

Присутствующие обернулись к Лидии.

– Хорошо, – спокойно среагировала она. – Папа, – поприветствовала она отца, а он кивнул в ответ, улыбнулся и положил руку ей на плечо, слегка прижимая к себе, после чего заметил:

– Нам стоит поторопиться к столу.

Все направились к выходу из гостиной, где Томас поравнялся с Лидией. Они замедлили шаг.

– Ты надела подвеску? – негромко заговорил он.

– Милая вещица, – обхватив пальцами кулон, изящно лежащий на груди, произнесла мисс Лейдлоу, довольно улыбнулась и кинула озорной взгляд на просиявшего мистера Белла.

– А у меня ты не спросишь, как дела?

– Расскажи, если хочешь.

– Я встретил твоего дружка, чье лицо однажды встретилось с моим кулаком, – самодовольно сообщил Томас.

Лидия усмехнулась.

– Которого?

– Это был единственный случай, когда мне пришлось применить силу.

Лидия недвусмысленно промолчала, и Томас уточнил:

– В саду. Когда этот прыщавый щенок лапал тебя и облизывал.

– Я надеюсь, ты не гордишься. Себастьян был гораздо младше и слабее тебя, – строго заметила Лидия.

– Точно: Себастьян! А я все думал, как его имя? – Томас откровенно паясничал.

Лидия вновь усмехнулась, отлично понимая, что он прикидывается.

– Ты пригласила его на день рождения?

– Как и каждый год. Мы друзья.

– Ох, Лидия, он тебя точно не считает подругой.

– Я надеюсь, вы обсуждаете не работу? – вмешалась в их разговор виконтесса.

– К счастью, нам есть что обсудить, кроме нее, – ответил мистер Белл.

– Это так здорово, что вы общаетесь, правда, Джон?

– Да, – поддержал супругу виконт.

Как только мужчины привели себя в порядок, все сели за стол.

Прислуга какое-то время суетилась возле хозяев и гостей и, выполнив свои обязанности, оставила их.

– Как твои дела, Мэри? – первым заговорил лорд Стонклиф.

– Хорошо, – сухо бросила та.

– Куда ты водила мою жену сегодня? Что за тайны? – по-прежнему спокойно расспрашивал Джонатан, не обращая внимания на ее тон.

– Это касается только меня.

– И меня тоже, раз в дело замешана моя супруга.

– Если бы я была замешана во все, с чем был связан мой муж, я бы уже давно умерла от стыда, – едко высказалась миссис Белл.

Джон рассерженно поджал губы и пристально уставился на невозмутимую Мэри. Леди Стонклиф тихонько накрыла ладонь супруга своей. Если бы не она, Джонатан ни за что бы не смирился с грубостью миссис Белл.

– Мама, пожалуйста, остановись, – попросил Томас. – Мы только взялись за приборы.

– Я знаю, что мне не рады, – безразлично произнесла она, не отрываясь от трапезы.

– Мы рады тебе, Мэри, – приободрила ее Анна.

Виконтесса знала, что миссис Белл обороняется, скрывая свои истинные чувства под маской равнодушия.

– Спасибо, ты очень добра, Анна.

После напряженной паузы за столом леди Стонклиф заговорила:

– Как редко мы собираемся вместе. Я надеюсь, когда Лидия и Генри поженятся, нас за столом будет больше. Кроме того, в этом доме давно не было слышно детского смеха.

– А как же твои племянники? – шутливо поинтересовался виконт.

– Они уже взрослые.

– Так и скажи, что мечтаешь менять подгузники.

– Джон, неужели ты не хочешь внуков? – возмутилась Анна.

– Разумеется, хочу. Но мне интересно мнение Лидии и ее будущего мужа на этот счет.

– Я имею мнение на этот счет, – отозвалась Лидия.

– Какое? – немедленно осведомился отец.

Лидия прожевала и небрежно заметила:

– Может, Томас осчастливит вас первым? – она словно показала красную тряпку Анне и Мэри, которые выступали в вопросе о личной жизни Томаса подобно ангелу и демону.

Мисс Лейдлоу с насмешкой посмотрела на мистера Белла, который ухмыльнулся и церемонно кивнул в ответ.

– Мы так ждем, что и ты, Томас, познакомишь нас с милой девушкой, – тут же подхватила леди Стонклиф.

– Только моего сына интересуют отнюдь не милые девушки, – вступила миссис Белл.

– Нет. Ты помнишь Джейн? Она очень замечательная девушка. А Кэтрин? – заступилась виконтесса.

– И где они сейчас? – парировала Мэри.

– Что ж, сердцу не прикажешь, – с легкой печалью вздохнула Анна. – Я знаю, Томас, ты обязательно встретишь ту самую, – подбодрила она мистера Белла. – Я, кстати, пригласила Нору и Джеймса Олдриджей, они будут с дочерью, Беатрис. Ей уже 26, и она очень привлекательная. Ты помнишь Нору, Мэри?

– Беатрис? Это не та рыжая девчонка, забавно произносившая «р»? – вдруг вспомнил виконт, уточняя детали у дочери.

– Да, это она, – подтвердила Лидия.

– Не выношу рыжих, – Мэри сморщила нос.

Мисс Лейдлоу веселило происходящее. Она переглядывалась с ухмыляющимся Томасом, который наконец вмешался в столь бурное обсуждение и заявил:

– Я вообще-то сейчас встречаюсь с одной милой девушкой.

– Правда? Расскажи нам о ней, – не на шутку заинтересовалась леди Стонклиф.

Томас внимательно следил за реакцией Лидии, не обделяя вниманием присутствующих. Мисс Лейдлоу немного напряглась, но не подала виду, скрыв свое волнение за глотком воды.

– Мы начали встречаться не так давно. И наши отношения не то чтобы серьезные…

– Расскажи, кто она? Мы ее знаем? Как ее имя? – виконтессе не терпелось узнать подробности.

– Я не могу пока раскрыть ее. Но она вам точно понравилась бы. И тебе, мама, будь уверена.

– Кто она, Томас? – с насмешкой подключился лорд Стонклиф, чуя подвох.

– Сегодня мама застала нас с ней врасплох.

Мистер Белл в упор посмотрел на Лидию, и она тихо поперхнулась, начиная краснеть. Затем он мгновенно перевел взгляд на Анну, прекрасно удерживая интригу.

– Ничего пикантного. Просто мама явилась без предупреждения, а она ночевала у меня.

– Мэри, ты не рассказывала, – вознегодовала виконтесса.

– Они не встретились, – пояснил Томас.

– Не темни. Или ты решил пощекотать нервы нашим дамам? – Джонатан был уверен, что раскусил крестника, а на самом деле Томас просто играл на женской эмоциональности.

– Возможно.

– Пригласи ее завтра на наш ужин, – предложила Анна.

– Возможно, она придет.

– Правда?! Это отлично! – леди Стонклиф от переизбытка чувств сжала плечо дочери, отчего та чуть не вскочила со стула. Томас же остался доволен эффектом, который на всех произвели его слова. Он был уверен, что и Мэри сгорает от любопытства, но, как обычно, сдерживается.

– Что скажешь, мама? – обратился он к ней.

– Мне очень интересно на это посмотреть, – скептически ответила она.

– Лишь бы вы были счастливы, – пожелала виконтесса. – Как и Лидия с Генри.

Лидия густо покраснела.

– Непременно, – коварно улыбнулся мистер Белл.

– В этом сентябре у нас три приглашения на свадьбу, – радостно сообщила Анна.

– Надеюсь, ты отказала? – осведомился Джонатан.

– Даже не мечтай.

– И в какую сумму нам это обойдется? – виконт шутливо нахмурился, глядя на супругу, которая ему улыбалась.

С самого первого взгляда Джонатана свели с ума улыбка, голубые глаза, шелковистые светлые волосы и, конечно, привлекательная фигура, а также дивные ножки Анны. Сначала он решил просто затащить достопочтенную мисс в постель. Но пока он старался очаровать ее, сам не заметил, как без памяти влюбился. Со временем виконт привык, что это сокровище принадлежит ему, но он всегда ценил ее и помнил, как досталось ему это счастье по имени Анна. Называл он ее только так, не признавая никаких уменьшительных форм.

Анна Лили Роуз была самой младшей сестрой трех братьев и дочерью виконта Маунтин. Вырвавшись из-под опеки строгих братьев в брак, она ощутила разницу: в родительском доме ей приходилось мириться с контролем, а теперь она уступала мужу, который уступал ей, но, может, и не сразу. Анна мечтала родить как минимум пятерых детей, но, к сожалению, этой мечте было не суждено сбыться. Из-за осложнения после первых родов врачи запретили ей беременеть повторно, но она не послушалась. Анна потеряла ребенка и сама чуть не отправилась на тот свет. Потом она смирилась благодаря поддержке близких и, конечно, любви супруга. В их семейной жизни происходило разное, но они были счастливы. Джонатан считал, что Анна сглаживает его скверный характер, а она полагала, что он учит ее быть лучше. Леди Стонклиф любила своей дом, свой сад, своих родных и все в своей жизни. Она была незаурядной, ее не любили только те, кто пытался соперничать с ней. Но виконтессу было не победить, и в итоге все ее соперники становились ее друзьями. Своей заботой, терпением и любовью Анна сворачивала горы.

После ужина все мирно беседовали в гостиной. Томас подошел к Лидии, расположившейся у окна. Она увлеченно что-то печатала в своем телефоне.

– Тебя отвезти домой? – спокойно прервал ее он.

– Я на машине. Ты же знаешь, – заметила она и вновь принялась за свое занятие.

– Разумеется. Просто я подумал: давай проведем эту ночь вместе!

С бесшумным вздохом мисс Лейдлоу оторвалась от экрана и опустила мобильный.

– Это будет странно, тебе не кажется? Тем более после сказанного о твоей девушке, – ее определенно задело поведение Томаса.

– Ты же не можешь ревновать к себе? – его это все еще веселило.

– Ты ведешь себя очень странно.

– Ты первая перевела на меня стрелки.

Лидия поняла, что затевать спор с ним сейчас не лучшее решение.

– Завтра приезжает Генри.

Томас выдержал паузу, ожидая от нее продолжения, но она лишь сосредоточенно смотрела на него.

– О, я понял.

Мистер Белл потерял надежду на продолжение вечера и его приятное завершение.

– Хорошо, – мирно отозвалась Лидия и покинула его, присоединяясь к беседе родителей и Мэри.

Через какое-то время Томас тоже принял участие в разговорах. Как ни хорошо было в гостеприимном доме, но время перевалило за десять, и он стал собираться.

– Ты уезжаешь? – спросила его Мэри, когда тот надевал пиджак.

– Да.

– Будь осторожнее за рулем, – произнесла она, и ее глаза заблестели от слез.

– Что-то новенькое, – удивленно протянул мистер Белл, бережно положив руки на хрупкие плечи матери и заглядывая в ее глаза.

– Я люблю тебя, сын. Хочу, чтобы ты знал.

– Я тоже люблю тебя, мама. Доброй ночи.

– Добрых снов.

Лидия встала за спиной Томаса так, чтобы ее увидела Мэри, которая находилась в его объятьях.

– Ты тоже уезжаешь, Лидия?

– Да.

– Нам завтра рано вставать на работу, – прокомментировал мистер Белл, отступивший от матери.

– Меня завтра не будет, я говорила тебе. Ты, наверно, забыл?

– Да, – покаялся Томас.

– Доброй ночи, Мэри!

– Доброй ночи, Лидия, – Мэри крепко обняла ее, а когда отпустила, то ненадолго задержала взгляд и сказала: – Я уверена, ты будешь счастлива.

– Спасибо, – произнесла смутившаяся мисс Лейдлоу.

Томас хохотнул.

– Мама, а ты знаешь добрые слова!

– К сожалению, мне не так часто приходится ими пользоваться. А от тебя так и вовсе не дождешься поводов.

– Теперь я узнаю тебя, – весело произнес Томас, глухо хлопнув в ладоши.

– Счастливого пути, дети, – пожелала подошедшая виконтесса.

– Спасибо, – Томас обнял ее.

– Доброй ночи, мама и папа, – Лидия поцеловала в щеку каждого из родителей.

– Хорошо доехать, – попрощался виконт.

– Сообщите, как доберетесь, – уже вслед им проговорила Анна.

На улице Лидия и Томас разошлись каждый к своей машине.

– Лидия, доброй ночи! – стоя перед водительской дверью своего автомобиля, пожелал Томас.

– Доброй ночи, Томас! – попрощалась с ним мисс Лейдлоу и добавила: -И веди себя хорошо.

Мистер Белл хохотнул.

– Непременно, мамочка!

8 Безупречный

Теплые лучи утреннего солнца мягко ложились и изредка прочерчивали плавно движущимися тенями мужское лицо, с которого считывалась порода. Несколько прядей волос упали на высокий лоб. Закрытые веки и темные пушистые ресницы чуть подрагивали. Размеренное дыхание перебивал шум движущегося автомобиля. Выбритый волевой подбородок с ямочкой, расслабленный рот. В расстегнутом на две пуговицы вороте белой льняной рубашки виднелась густая поросль волос на груди. В надетых наушниках давно перестала играть музыка.

Его сон можно было бы назвать мирным, если бы не то, что он видел.

Лидия была в опасности, ее с ног до головы обвивал и душил огромный черный питон. Хрупкая, она была уже практически бездыханной. А он пытался освободить ее от пресмыкающегося, но оно не поддавалось, умудряясь тем временем жалить острыми ядовитыми клыками.

Картинка сменилась.

На него нападали собаки, он пытался отбиваться, но не мог справиться со взбесившимися животными.

Общим в этих сновидениях было чувство бессилия.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.