Юрий Суренович Трофимов
Омлион и его друзья. Приключения в долине Лонеталь

© Текст и иллюстрации: Юрий Трофимов, 2021

© Издательство «Aegitas», 2023

eISBN 978-0-3694-1043-6

Все права защищены. Охраняется законом РФ об авторском праве. Никакая часть электронного экземпляра этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

Посвящается моему сыну Лео, дочери Полине и всем детям-супергероям.

Пролог

Где ты была сегодня, киска?
У королевы у английской.
Что ты видала при дворе?
Видала мышку на ковре!

Самуил Маршак

Снежная львица Исата бесшумно скользила по узкой тропе на склоне горы. В безлунную ночь звёзды сияли особенно ярко. Казалось, на всём небе не осталось ни одного тёмного пятнышка, куда бы не доходил этот свет.

Львица подняла глаза и увидела падающую звезду. Но не короткую вспышку, какие можно наблюдать во время осеннего звездопада, – эта была больше похожа на каплю света, стекающую по небосводу. Присмотревшись, Исата поняла, что звезда вот-вот упадёт на другой стороне хребта. Когда сияние пропало, львица на мгновение замерла, прислушиваясь, а затем со всех лап поспешила к месту падения.

Добежав до склона, Исата затаилась в ветках кустарника и некоторое время наблюдала. Пели ночные насекомые, а холодный ветер рывками прижимал грубую траву к каменистой почве. Почуяв в привычной смеси запахов нечто новое, львица спустилась ниже по склону и заметила лежащего посреди выжженной поляны человека. С виду он был совершенно невредим, и даже его синяя с серебром одежда была цела. Исата осторожно обошла его вокруг и, хорошенько принюхавшись, чётко ощутила, что он не опасен. Львица ещё никогда не видела людей так близко, но точно знала, что обычно они не падают с неба, как снег. Приблизившись, она внимательно рассмотрела пришельца и на всякий случай немного попробовала, лизнув шершавым языком его пепельный лоб и тёмные волосы.

С тихим стоном незнакомец открыл глаза. Увидев перед собой львицу, человек не испугался. Он поднял руку и приложил сложенные горстью пальцы к её лбу, чуть выше переносицы. Не успев возмутиться, Исата почувствовала невероятную тяжесть век и скользнула туда, куда звал её звёздный человек.

Яркая вспышка накрыла разум львицы. Когда свет рассеялся, Исата очутилась в просторном мраморном зале с резными колоннами и длинным светящимся столом, за которым сидели люди в разноцветных одеждах. Они не замечали львицу, будто её тут вовсе не было. Над столом кружилась стайка небольших полупрозрачных существ. Подобно рыбкам, они плавали и резвились в воздухе, словно не чувствовали гравитации.

«Это Хабир, город Стат, мой дом, – услышала Исата мысли звёздного человека. – Он был очень красивым. Под светом голубого солнца мы процветали, не зная войн и болезней. Я был настолько ослеплён благополучием своего народа, что совершенно упустил из виду один факт: даже самый яркий свет порождает тень».

Среди разноцветных, оживлённо спорящих о чём-то фигур Исата увидела своего нового знакомого. Он сидел во главе стола, крепко задумавшись. У него были чёрные короткие волосы и густая опрятная борода, а добрые зелёные глаза смотрели насквозь, будто видели что-то незримое, скрытое от остальных.

– Крий, где твой преемник? Время поджимает, – обратился к звёздному человеку один из присутствующих.

– Расенс, у нас есть ещё пара минут, – с лёгкой улыбкой ответил нетерпеливому собеседнику Крий.

Двери из тёмного лакированного дерева открылись, и в зал чеканным шагом вошёл мужчина. Судя по возмущённым голосам, это был вовсе не тот, кого все ожидали.

– Как ты посмел сюда заявиться? – возмущённо выкрикнул из-за стола человек, с которым только что говорил Крий.

Жестом прервав возгласы остальных, звёздный человек поднялся из-за стола и двинулся навстречу тёмной фигуре, но затем застыл как вкопанный.

– Ты Пацовак, да? Полковник Пацовак? – спросил Крий, пытаясь заглянуть в глаза вторженцу. Лучше бы он этого не делал…

Хотя Исата и считала себя храброй львицей, но сейчас она с трудом преодолела желание зажмуриться: взгляд полковника выжигал душу. Пацовак повелительно взмахнул рукой – и прямо над столом, где раньше кружили медузообразные существа, поднялся тёмно-фиолетовый смерч, мгновенно окутавший всех присутствующих.

Видение померкло, и Исата открыла глаза. Крий благодарно погладил её по голове. Львица почувствовала, что звёздный человек хочет поделиться с ней окончанием истории, и в этот раз сама ткнулась ему лбом в руку.

Белая вспышка ослепила её, но затем рассеялась. Львица поняла, что оказалась уже совсем в другом месте. Послышались звуки падающих капель и скрежет металла. Спёртый воздух и удушливый запах плесени, проросшей между камнями в стенах древней темницы, говорили о том, что она находится очень глубоко под землёй.

В камере не было источников света, за исключением флуоресцентных грибов, росших между замшелыми булыжниками. Впрочем, Исату это нисколько не беспокоило: острое зрение ночного хищника позволяло ориентироваться даже в кромешной тьме.

Шесть исполинских цепей свисали с потолка камеры, удерживая пленника. Это был звёздный человек. Он покачивался из стороны в сторону и тихо мычал себе под нос какую-то мелодию.

Раздался оглушительный стрекот, а затем одна из стен камеры просто расплавилась, с шипением стекая на влажные от сырости каменные плиты пола. В открывшемся проходе появился худой человек в белом халате и очках. Он подбежал к Крию и начал возиться с цепями.

Крий вяло замотал головой:

– Что ты делаешь, Лоран… нет, ты должен спасти остальных. Где Амид и Расенс?

– Остальные уже на Земле. Подождите минутку, я сейчас! Он не должен заполучить вашу силу. Закройте глаза! – с этими словами Лоран дрожащими руками выхватил из-за пазухи какое-то устройство и направил на Крия.

Ослепительная зелёная вспышка осветила темницу, и Исата невольно зажмурилась.

– Проклятые цепи, их даже деатомайзер не берёт! Из чего они сделаны? – Недовольный человек, почёсывая затылок, уставился на искрящийся девайс.

– Это неважно, Лоран, послушай меня! – Крий изо всех сил старался поддерживать зрительный контакт. – Сейчас самое важное – сохранить наследие Хабира. Внимательно выслушай, что я тебе сейчас скажу. Пацовак не знает, что код генезиса можно передать только по наследству или с согласия всех кланов. Без помощи члена совета он никогда не догадается. Значит, другие миры в безопасности.

Лоран было собрался протестовать, но, подумав, убрал устройство и достал из кармана серебряный браслет, инкрустированный большим зелёным камнем.

– Тогда вот, – сказал он, защёлкнув украшение на руке Крия. – Пока вы прикованы, погрешность слишком велика. Но если вам удастся освободиться…

– Лоран… дорогой, смелый Лоран, умоляю тебя, не приходи ко мне. Забери телепортатор и отправляйся на Землю к остальным, им твоя помощь нужна больше, чем мне.

– Нет, Крий, я… – В глазах учёного горела уверенность. – Я останусь здесь. Я останусь на Хабире убедиться, что Пацовак никогда не узнает про генезис.

С этими словами он исчез. И весьма вовремя: коридор за разрушенной стеной начал наполняться взволнованными голосами, а потом послышались тяжёлые чеканные шаги.

– Что ты здесь натворил?! – взревела ворвавшаяся в темницу фигура в плаще. – Всё пытаешься улизнуть от меня? Так вот, знай: ты будешь заточён до той поры, пока не отдашь мне свою силу, или Хабир сгорит дотла прямо у тебя на глазах.

– Единственное, что ты от меня получишь, – это жалость, – ответил звёздный человек. – Неужели ты так боишься меня, полковник? Заковал в цепи, бросил гнить в темнице. Кто ты без своих клионов? Обычный трус…

– А ну замолчи! – Фигура взмахнула полами плаща и направила на пленника такое же устройство, которым недавно расплавили стену.

Посмотрев на блестящее оружие, звёздный человек лишь усмехнулся:

– Ты никогда не сможешь сделать это. Кланы догадаются, что произошло, и тогда тебе не уйти от наказания. Твоя власть так же хрупка и надломлена, как и твоя воля, полковник.

В этот момент львице показалось, что она услышала лёгкий звон, словно разбилась хрустальная подвеска. Комнату осветила ярчайшая зелёная вспышка…

Воспоминание пошло рябью, а затем начало рассыпаться, как карточный домик. Фрагменты событий из разных мест и временных линий совсем перемешались в голове львицы. Казалось, вся жизнь пришельца проносится у неё перед глазами. Исата ощущала, как обрывки его чувств летят через неё и отзываются в ней печалью, сожалением и надеждой. Голос Крия всё ещё чётко звучал у неё в голове: «Прости меня, неправильно так резко обрывать историю, но мои силы на исходе, я теряю контроль над собственным разумом». Белая пелена спала с глаз Исаты, возвращая её в реальность. Звёздный человек всё ещё лежал перед ней. В его глазах львица видела отражение рассеивающегося воспоминания. Рука Крия бессильно упала на землю. Львица легла рядом с пришельцем, делясь своим теплом.

– Браслет поглотил большую часть энергии выстрела, но, к сожалению, сломался. Поэтому я появился так высоко, – сказал Крий, глядя в глаза львицы. – Ты очень добрая, – благодарно прошептал он, гладя её за ушами. Исата замурчала, желая унять его боль. – Ты можешь сделать для меня одно дело?

Львица согласно наклонила голову. Крий последний раз положил руку ей на лоб, и Исата ощутила, как его сила перетекает в неё, собирается в тёплый комочек под сердцем. И прикрыла глаза, засыпая.

Глава 1. Завтрак

Бог из машины – это то же самое, что рояль в кустах.

Просто первый выходит сам, а второй ещё вытащить надо.

От автора

Утро должно начинаться с полезного завтрака. Это Омлион знал точно. Часы показывали семь утра. Можно было бы ещё поспать, но Омлиона очень интересовало, получится ли у него сделать смузи, рецепт которого он вычитал вчера вечером в блоге одного известного бармена. Поэтому, наспех обернувшись в уютный халат-кимоно, он побежал вниз по лестнице на кухню искать ингредиенты.

– Амид! Аамиииид! – протяжно позвал Омлион.

На кухне никого не было. Солнце играло бликами на стеклянных банках с разными целебными травами и экзотическими сортами кофе. С улицы доносился шум машин, а на стойке с кассой лежали ключи и записка.

Я улетел в Тибет. Вернусь через пару дней с сувенирами. Проследи за магазином и не влезай в неприятности. Сегодня приезжают новые соседи – мои друзья. Они могут зайти, угости их нашим фирменным кофе.

Амид

Омлион не первый раз оставался за главного, поэтому точно знал, что делать. Почистив зубы и улыбнувшись белобрысому парню в зеркале, он включил кофемашину, открыл кассу, протёр стойку и выставил на неё банку с надписью: «Чаевые».

Дом, в котором жили Амид и Омлион, ничем особо не отличался от обычных утрехтских домов. Трёхэтажная постройка в классическом голландском стиле стояла на канале и вмещала в себя кофейню на первом этаже и жилые комнаты на втором и третьем. Амид души не чаял в своём маленьком заведении. Когда Омлион немного подрос, старик научил его готовить, управлять кофейней и варить самый вкусный кофе во всём Утрехте.

Переодевшись, Омлион открыл сам магазин и окна на первом этаже, чтобы запах свежесваренного кофе приводил клиентов. Затем он сел за стойку на высокий барный стул, достал планшет, зашёл на Food Network, чтобы освежить в памяти рецепт смузи и ничего-ничего не упустить, и стал ждать посетителей.

Долго ждать не пришлось. Стоило Омлиону найти тот самый рецепт, как раздался звук дверного колокольчика, и в кофейню вошла девочка, на вид его ровесница.

– Привет! Есть кто дома?

– Привет, есть! Проходите, пожалуйста! – дружелюбно откликнулся Омлион и с интересом посмотрел на юную покупательницу.

На вид она была ну натуральной мультяшкой. Симпатичное продолговатое личико с выраженными щеками, казалось, жило своей жизнью, когда девочка говорила. На ней было милое платье бледно-розового оттенка, а её длинные волосы орехового цвета были завязаны в аккуратный хвост резиночкой с необычными помпонами. Острый носик, громкая и быстрая, как чеканка, речь выдавали в ней очень энергичную натуру.

– Ты – Омлион, да? Мне про тебя папа рассказывал. Я – Арева, недавно поселилась по соседству.

Девочка протянула руку, которую Омлион тут же пожал.

– А! Точно, Амид говорил, что должна приехать соседка. Правда, не думал, что в такую рань.

– Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро! – заявила Арева, задрав нос, но тут же прыснула со смеху. Омлион тоже засмеялся и подхватил:

– Известно всем, тарам-парам, на то оно и утро! Кофе будешь? – и поставил на стойку большую белую кружку.

– Не, мне папа кофе не разрешает, говорит, что я превращаюсь в ядерный реактор без охлаждения.

Омлион слабо представлял себе, как работает ядерный реактор, но кружку убрал.

– Я планирую делать смузи из тамарилло. Это такие древесные томаты. Вкусно, полезно и точно не взрывается.

– Но разве томаты растут на деревьях? Это же овощи. – Арева скептически посмотрела на нового знакомого.

– Это не совсем томаты, если честно. Они больше похожи на фрукты. А вообще это кисло-сладкие ягоды. Они растут у нас в саду на крыше. Сходим?

– Давай веди! Ты тут хозяин.

– Сейчас, только дверь закрою!

Пока Омлион возился с ключами, Арева осматривала магазинчик.

Вся комната разделялась на две неравные части дубовой резной стойкой. На ней стояла касса и ещё миллион всяких мелочей. Чайнички, статуэтки, глиняные свистки и свечи всех форм и размеров. В прихожей, где сейчас и стояла Арева, стены были украшены тонкими деревянными панелями с изображениями животных, растений и небесных тел. Некоторые из картинок были вполне реалистичными, другие – явно плодом вымысла художника.

– Ну что, пойдём? – спросил Омлион, открывая стойку.

– Ага, – ответила девочка и последовала за Омлионом по узкой деревянной лестнице на второй этаж. – А сколько тебе лет?

– Десять, а тебе?

– Этот вопрос не принято задавать девушкам. – Арева картинно насупила носик.

– Почему это?

– Если честно, не знаю, просто неприлично, и всё… – Девочка остановилась и задумчиво посмотрела в потолок: – А что это за комната?

Ребята поднялись на третий этаж – светлое помещение с циновочным настилом и маленькими бумажными фонариками на стенах.

– Это наше додзё[1]! – гордо сказал Омлион, выбегая в центр комнаты. – Здесь Амид учит меня восточным единоборствам.

Он встал в боевую стойку, глубоко вздохнул – и совершил молниеносный выпад ногой. Со свистом разрезав воздух, резиновый сланец сорвался с ноги мальчика и пролетел в сантиметре от едва успевшей уклониться гостьи.

Омлион застыл в ужасе от содеянного. Арева подобрала тапок и, повертев его в руках, игриво взглянула на восходящую звезду кунг-фу. Омлион виновато закусил губу. Несмотря на вечные упрёки Амида, он так и не отучился это делать.

– Косой, ну что тут сказать. Где твоя концентрация воина? – рассмеялась Арева.

Смутившись и проглотив извинения, Омлион не заметил, как тапок полетел обратно в него. Не поймать, не отбить, даже не уклониться. Арева кидала на совесть.

– Ладно тебе, не дуйся! До свадьбы заживёт, – утешала она Омлиона, растерянно потирающего большое красное пятно на лбу. – Меня па тоже тренирует. Пойдём лучше за твоими древесными томатами.

В небольшом зимнем саду на крыше дома росли полезные на любой кухне растения: тимьян, базилик, кориандр, укроп, салат, – немного овощей и плодовые деревья. Пока ребята собирали всё для смузи, Арева успела присмотреться к Омлиону и нашла его внешность несколько необычной. Не то чтобы отталкивающей – мягко говоря, нестандартной. Широкая переносица, пепельные растрёпанные волосы. Два маленьких, но выразительных клычка привлекали внимание, когда мальчик говорил или смеялся. Сейчас его светлые дымчато-голубые глаза смотрели на девочку с невыразимым ужасом.

– Твоя рука! – прошептал мальчик и театрально прикрыл рот руками.

– А? Что? – испугалась Арева и посмотрела на свою руку, в которой она держала пучок свежей зелени. – Обычная рука, немного в земле, да, но вроде ничего…

Заметив какое-то шевеление среди листьев базилика, девочка вскрикнула от неожиданности. Бросив зелень, она отскочила от грядки, не прекращая визжать, словно полицейская сирена.

– Ха, ха-ха-ха! Ну ты и трусиха! – залился звонким смехом Омлион, поднимая с земли извивающийся хвост ящерицы.

Поняв, что Омлион провёл её, Арева покраснела, как редиска, подошла к мальчику и, забрав у него находку, с громким «ам!» сделала вид, что съела. Белёсые брови Омлиона съехались домиком, выражая крайнее отвращение.

– Не обязательно прямо так…

– Если найдёшь убежавшую часть, зови. Предпочитаю начинать с головы, – сказала девочка, хмыкнула и подобрала упавший базилик.

Собрав необходимое, дети, шутя и подначивая друг друга, вернулись на первый этаж. Арева вежливо поинтересовалась, чем ещё она может помочь, но Омлион намеревался сделать всё сам.

– Если уж так хочешь, можешь помыть овощи. Но лучше подожди. Ты же в гостях! – вежливо предложил он.

– И правда. Если честно, я не люблю готовить, – призналась девочка, садясь за стойку и наблюдая, как юный кулинар вытаскивает ножи, блендер, бокалы и трубочки.

– Каждый должен уметь готовить, – удивлённо сказал Омлион. – Амид рассказывал, что даже тибетским монахам приходится этому учиться. А иначе как они будут жить, если не умеют делать себе еду и попросить помочь некого? Монастыри-то в горах находятся, туда пиццу не заказать.

– Я об этом не задумывалась, – честно призналась Арева. – Но готовить я умею. Просто не люблю.

– А, понимаю. У каждого своё хобби. А мне нравится. Столько разных вариантов, как что можно сделать. А ещё я жонглировать умею, смотри! – Омлион схватил четыре оставшихся тамарилло, но показать свои таланты не успел.

Через открытое окно в магазин влетел страшно жужжащий дрон и с размаху врезался в деревянную панель с потёртым изображением планеты, пробив в ней большую дыру. А через минуту в кухонном окне появилась голова в очках. Её обладатель выглядел так, словно устроил первую в жизни утреннюю пробежку: пухлые щёки горели румянцем, очки перекосились, а в глазах пылало возмущение.

– Вы мой дрон не видели? Сюда же летел!

Удивлённые Омлион и Арева переглянулись и также возмущённо уставились на парня.

– Видели! Твой гаджет мне стену разнёс! – Омлион подобрал технику и, поцокивая языком, принялся изучать дыру в стене. Он наклонился чуть вперёд, осматривая образовавшуюся брешь, сомневаясь, стоит ли заглядывать внутрь.

– Простите меня, пожалуйста. – Парень потупился и виновато пригладил кучерявую чёлку. – Вчера сидел, думал, как сделать искусственный интеллект для дрона. Весь вечер думал, написал программу, но ему, похоже, не хватает вычислительной мощности…

– Не знаю, как ему, а вот тебе явно чего-то не хватает! А если бы кто-то из нас стоял вот на этом самом месте? – справедливо возмутилась Арева, указывая на пробитую стену, которую очень пристально изучал Омлион.

– Ну, по идее, нейронная сеть должна была распознать человека и вовремя остановить винты… – всерьёз задумался над вопросом незваный гость.

– По идее?! – возмущению Аревы не было предела.

– Ребяяяят? – голос Омлиона донёсся словно из бутылки, заставив спорщиков отвлечься от разбирательств. – У меня, оказывается, есть подвал, а ещё я, кажется, немного застрял…

Всё было именно так: голова Омлиона прочно засела в дыре, не давая двигаться ни назад, ни вперёд. Омлион был достаточно ловок, но опыта и понимания, что не во всякую дыру стоит совать голову, ему недоставало. Зато любопытства было хоть отбавляй.

– Так и будешь на окне висеть? – обратилась Арева к виновному в погроме.

Но ответа не последовало.

Арева выглянула в окно. Пилот дрона, семеня ножками по выложенной белыми камнями дорожке, ведущей к калитке, пытался улизнуть.

– Эй ты! – крикнула ему девочка. – Не хочешь вернуться и исправить, что натворил?

Тот не ответил, только прибавил шаг.

– Ну, тогда мы забираем дрон!

Мальчик остановился, обернулся и, поняв, что поспешил с побегом, нехотя побрёл назад.

– Заходи, поможем ему выбраться, – сказала Арева, встречая его в дверях.

Ребята попытались освободить Омлиона из деревянного плена, вызвав этим лишь возмущённые крики бедолаги. Они налегли на панель, силясь сломать её.

– Не толкай, а тяни, – посоветовала Арева. – Если он сумел туда залезть, то и вылезти сможет. И – раз! И – два!

На счёт «три» остатки декоративной панели с хрустом развалились, выпуская из колючих объятий взъерошенного и слегка потрясённого Омлиона.

Мальчик в очках протянул ему руку и помог подняться.

– Меня зовут Соул, кстати.

– Омлион, очень… очень приятно познакомиться, – сказал парень, вытряхивая кусочки дерева из своей шевелюры. – А это Арева, моя новая соседка.

– Какое совпадение, – воодушевился Соул. – Так значит, мы все тут соседи!

– Ты тоже здесь живёшь? – разочарованно спросила Арева.

– Не совсем, – отозвался Соул. – Родители приехали сюда отдыхать и меня с собой взяли.

– Круто, везёт тебе. Меня Амид никогда с собой не берёт в путешествия, – вздохнул Омлион.

– Амид? – переспросил Соул, подбирая дрон и оценивая серьёзность повреждений.

– Мой опекун и владелец стены, которую ты сломал. Он часто летает по разным странам… занимается духовными практиками.

– Ну, не знаю, как там насчёт практик, но секреты у твоего опекуна точно имеются, – сообщила Арева, кивая в сторону открывшегося в стене прохода. – Может, посмотрим, что там?

В проёме виднелись каменные ступеньки. Лестница уходила вниз, растворяясь в темноте, маня детей таинственностью и загадочностью, сулила открытия и даже, возможно, приключения.

Услышав приглашение, Соул прижал остатки дрона к груди и затараторил:

– О-о-о, нет-нет-нет, это без меня. Мне сейчас нужно будет ремонт делать, перепрошивку, а то вдруг внутрь пыль попадёт или ещё что…

Он осёкся, поймав на себе пристальные взгляды ребят.

– Неужели тебе совсем не интересно, что там внизу? – удивился Омлион.

– Знаю я, как это бывает, в фильмах видел. – Соул поправил съехавшие очки. – Сначала съедят меня, как самого… эмм…

Он замешкался, подбирая нужное слово.

– Медленного? – не удержался Омлион.

– Аппетитного! – возмутился Соул. – А вдруг твой опекун на самом деле проводит там внизу жуткие эксперименты? И мы… мы будем единственными свидетелями. О нет… – тут голос Соула дрогнул. Виной тому была Арева, ловко схватившая собравшегося вновь улизнуть Соула за ворот.

– Ну нет, хакер, ты эту кашу заварил, тебе её и расхлёбывать. С нами пойдёшь.

– Хорошо-хорошо, только отпусти… – фыркнул тот.

Ребята спускались по лестнице в подвал с большой осторожностью. Омлион шёл впереди, Арева шла следом и успокаивала бедного Соула, который отказывался отпускать подол её платья и был готов на что угодно, лишь бы поскорее выбраться из этого приключения.

Фонарики на телефонах едва справлялись с густой темнотой, высвечивая причудливые предметы интерьера. Проходя мимо обшарпанной ванной, в которой покоился древний ламповый телевизор, Омлион попытался подсветить что-то в глубине подвала, но мощности фонарика не хватало.

– Кто-нибудь видит выключатель? – осведомился Омлион.

– А-а-а! Здесь что-то живое! – завопил Соул.

– Это моя нога! – раздался холодный девчачий голос.

– Ф-фух! А вот, кажется, я нащупал какую-то кнопку!

Раздался щелчок. Подвал наполнился тихим гулом, а затем загорелся слабый красный свет, очерчивая силуэт механизма, стоящего в центре комнаты. Между коробок со всяким барахлом были протянуты гофрированные трубы и разные кабели. Паутина из проводов заканчивалась там, где начиналось ЭТО. Посреди подвала стояла большая тёмная сфера с красным треугольником по центру. Подойдя ближе, Омлион, помешкав, положил руку на металлическую поверхность и прислушался.

– Ребят, она тёплая… и как будто… поёт!

– Я тоже слышу! – сказала Арева, прислушиваясь вместе с Омлионом.

– Ничего не слышу, может, пойдём отсюда? – протянул Соул, оглядываясь по сторонам.

– Кажется, я знаю, что это! – внезапно воскликнула Арева.

– Да ну? – обернулся Омлион.

– У нас в старом доме был подвал с такой же штукой. Бройлер, кажется… Нет, бройлер – это же цыплёнок. Вот, точно, это бойлер для воды!

– Ну, не знаю… – вмешался Соул, идя по дорожке из кабелей. – Зачем устройству для нагрева воды столько питания?

Связка из проводов вела к серой стене, на которую кто-то прикрутил стойку с монитором. Сейчас на экране бежал строчка за строчкой какой-то код. Стоило мальчику подойти ближе, как из-под монитора выехала клавиатура.

– Что там у тебя такое? – заинтересовался Омлион, пока Арева вглядывалась в мерцающий красный треугольник.

– Здесь какой-то интерфейс, – ответил мальчик, бегая глазами по строчкам. – Судя по коду, сейчас подгружается огромный массив данных. И тут два варианта. Либо твой опекун – обладатель самой продвинутой отопительной системы в мире, либо это никакой не бойлер.

– А-а-а! – раздался резкий девчачий крик. – Он посмотрел на меня! Он посмотрел!

Перепрыгнув нагромождение из коробок, Омлион подбежал к ней и тоже уставился на сферу. Под треугольным стеклом бегала маленькая машинка на тонком, как игла, шарнире, сверкая рубиновым глазом на застывших детей.

– Соул… – позвал Омлион, взяв Ареву за руку и медленно пятясь к стене.

– Данные загрузились! Ну ничего себе! – раздался восхищённый голос из угла. – Тут как минимум десять зетабайт. Да весь интернет столько не весит!

– Это, конечно, очень здорово, но ты не мог бы, я не знаю… выключить эту штуковину? – крикнула Арева, стараясь перекрыть нарастающий гул, исходящий из центра сферы.

– Без проблем, – донеслось из угла. – Тут даже есть кнопка включения-выключения. Как я её сразу не заметил? Она же большая и красная!

– Постой! – крикнул Омлион, но было уже поздно.

Под пристальными взглядами детей машина начала оживать. Поднявшись на полметра над полом, она издала оглушительный низкочастотный гул и стала притягивать к себе разный мусор и металлолом. Телевизор с громким «вжух» пролетел прямо перед лицом Омлиона и врезался в невидимую стену перед сферой. За считаные секунды разобрав его на винтики, машина дополнила быстро растущий мусорный скелет.

– Не та кнопка! Кнопка не та! – заорал Соул и побежал в сторону лестницы, но упал на середине пути, споткнувшись о кусок железной трубы, валявшийся на полу.

– Ребята, бежим! – крикнул Омлион, но его голос заглушил шум механизма.

Покрытая керамической крошкой рука опустилась прямо перед лестничным проходом, блокируя путь к отступлению.

– Что это за штуковина такая?! – испуганно закричала Арева, помогая Соулу подняться.

– Не знаю, но оно смотрит прямо на нас! – слегка дрогнувшим голосом ответил Омлион. Он встал спиной к ребятам, намереваясь принять удар на себя. Соул, поднимаясь, подтолкнул трубу, и та покатилась по полу к ногам Омлиона. Мальчик быстро подхватил её и встал с трубой наперевес, готовый дать отпор машине.

Огромный робот неуклюже попытался схватить Омлиона, но тот увернулся и ответил быстрым ударом по керамической руке, разбивая её в мелкие дребезги. Будто удивившись, робот отступил, отращивая себе новую руку, на этот раз уже из ржавого велосипеда.

– Так не выйдет. Он восстанавливается! – сообразил Соул. – Бейте в фотоэлементы, они обычно очень хрупкие!

– Во что?

– В глаза! Ну, то есть в камеру!

– Пригнитесь! – крикнула Арева, раскручивая в руках непонятно откуда взявшийся боевой болас.[2]

С силой метнув его в робота, она попала прямо в светящийся треугольник. Защитное стекло треснуло, заставив механизм пошатнуться и на долю секунды потерять равновесие.

– Это наш шанс, бежим! – крикнул Соул и снова ринулся к лестнице. Омлион собирался побежать за ним, но краем глаза заметил тянущуюся к Ареве велосипедную руку.

– Осторожно! – только и успел воскликнуть он. Но робот уже сжал девочку ржавыми пальцами и притянул её к себе.

Арева онемела от страха, когда чудище поднесло её к разбитому стеклу. Большой красный глаз бегал туда-сюда, изучая добычу.

– Омлион, ребята… помогите… – пискнула Арева.

– Соул, сделай что-нибудь, это же машина! – крикнул Омлион программисту.

Тот замер как вкопанный, с ужасом глядя на робота. Сглотнув подступивший к горлу комок страха, Соул кивнул и ринулся назад к монитору.

– Отпусти её ты, железяка! – Омлион бесстрашно бросился в атаку.

Словно ожидая нападения, машина, скрипя и лязгая, развернулась и в мгновение ока прижала его к стене свободной рукой. От резкого удара о стену у Омлиона перехватило дыхание и потемнело в глазах, а труба выпала из рук. Увидев это, Арева бешено замолотила кулаками по держащей её мёртвой хваткой роборуке.

– Есть, ребят! Держитесь! – закричал Соул, лихорадочно бегая пальцами по клавиатуре старого компьютера. В его очках отражались строчки символов, а на лбу выступила испарина. – Кажется, я нашёл уязвимость в его коде! Мне нужно несколько минут, отвлеките его!

Первое, что увидел Омлион, придя в себя, – это Соула, изо всех сил бьющего кроссовкой по системному блоку. «А этот Соул не промах, – подумал Омлион. – Эх, если бы я только мог дать ему немного времени… Вырваться? Нет, эта штука слишком сильна, я даже пошевелиться не могу. Вон Арева лупит руками, кусается, не сдаётся. Чем я хуже? Давай, Омлион, ты только что нашёл друзей, глупо будет облажаться в первый же день. А ещё… А ещё я так и не сделал этот дурацкий смузи…»

Омлион выровнял дыхание и сконцентрировался, вспоминая всё, чему учил его Амид. Словно поток свежего воздуха, в его голову пришло спокойствие, сердце стало биться медленнее, а тело будто наполнилось электричеством, стремящимся вырваться наружу. «Сконцентрируйся… – Омлион вспоминал слова Амида, они ясно и чётко прозвучали в его голове, словно он был на очередной тренировке. – Хорошенько сконцентрируйся перед ударом и только потом бей». Скопив столько энергии, сколько смог удержать, Омлион, стиснув зубы, выпустил её.

Подвал кофейни сотрясся от ударной волны, и со стен посыпалась штукатурка. Вокруг загрохотало – в стороны разметало горы всякого добра, хранившегося в подвале долгие годы. Где-то в углу треснули и осыпались деревянные полки, переливчато задребезжали стеклянные осколки, заскрежетали железные детали. Пыль стояла столбом. Робот с недоумением посмотрел на место, где раньше была его рука. Не обнаружив конечности на положенном месте, он включил тревожные огни и загудел, пытаясь обнаружить невидимого врага. Красные вспышки забегали по подвалу словно в безумном лазерном шоу и остановились на тёмном силуэте у стены. В окружении обломков стекла и керамики стоял большой белый лев. В свете алых тревожных огней он выглядел по-настоящему угрожающе. Рыкнув, зверь обнажил безупречные клыки и припал к земле, готовясь к прыжку.

Не будь робот роботом, он бы испугался. Но в его программе просто не было такой функции. Оценив изменившиеся объёмы пространства вокруг, он встал в защитную позицию и разжал руку, в которой держал Ареву. Оказавшись на свободе, девочка, недолго думая, подобрала с пола свой болас и бросилась к Соулу.

Освещённый огнями силуэт льва метнулся к врагу и ударил лапой по ядру робота. Когти прошли сквозь металлическую обшивку, оставляя на ней четыре глубокие борозды.

– Мамочки, Соул, ты это видел? Это же… Это же невозможно! – заорала Арева, подбегая к программисту.

Стены подвала дрожали от схватки, и потолок начал медленно осыпаться, грозя погрести всех под завалом. Лев продолжал кромсать робота, а тот навалился на него всем своим весом, силясь обездвижить разъярённое животное.

– Погоди, не мешай! – приговаривал запыхавшийся Соул. – Подбор пароля закончился, получаю рут-права. Осталось ввести команду.

Дрожащими пальцами мальчик набрал в консоли:

root: /stop executable process GolemActivation password: LionBoy596.

На экране появилась надпись: «Are you sure y/n?»

Стоило Соулу убрать пальцы с клавиатуры, как красный глаз робота погас, и он на секунду застыл недвижимый, а затем упал. Его руки, рассыпавшись на десятки обломков, погребли под собой белого льва.

Соул и Арева, часто дыша, посмотрели друг на друга и одновременно вскрикнули:

– Лев!

– Омлион!

Глава 2. Дружба для чайников

Подходите смело, он не кусается.
Обычно. За редким исключением…
Впрочем, не таким уж и редким.
В общем, лучше держитесь подальше!

Из дневника Аревы ван дер Хоуп «О семье и новых друзьях»

Дома у Расенса было роскошно. Папа Аревы знал толк в элегантных интерьерах и не отличался излишней скромностью. Неоправданно дорогая обстановка буквально кричала на Соула из каждого угла.

Расенс кричал на дочь и новоявленного хакера, гневаясь из-за их неразумного поступка. Его можно было понять: любой родитель, обнаружив своего ребёнка, чудом спасшегося от смертельной опасности, склонен к истерикам.

– Па, но мы же победили! Ты сам говорил, что без риска не бывает успеха!

– Вот ты сейчас серьёзно, да? Я говорил об инвестициях, а не о схватке с боевым големом!

– Но…

– Без оружия, без плана и, что самое важное – без моего ведома! Ты крепко влипла, Арева ван дер Хоуп.

– Вообще-то у нас был план, – попытался вступиться за подругу Соул.

– А ты вообще кто такой и откуда знаешь мою дочь?

– Ну, мы это… сегодня познакомились.

Лицо Расенса покрылось глубокими морщинами, а взгляд стал таким страшным, что Соул позавидовал Омлиону, мирно спящему на диване в гостиной.

Мальчик пребывал в бессознательном состоянии с тех пор, как Расенс вытащил его из-под обломков. Он появился словно из ниоткуда, когда Омлиона придавило частью обломков от робота, а Арева с Соулом безуспешно пытались его вытащить. Надо сказать, что сам процесс извлечения поразил ребят ненамного меньше, чем появление белого льва. Расенс быстро и легко разобрал завал, как будто груды металлолома ничего не весили. Арева была просто поражена невероятной силой отца – такого она ни разу не видела.

Только Расенс собрался разразиться новой тирадой об ответственности и благоразумии, как Арева начала задавать вопросы, которые уже давно висели в воздухе.

– Па, мне сейчас немного страшно, понимаешь? И… Я не хочу бояться ещё и тебя. Почему Омлион превратился во льва? И, и… ещё эта штука… голем? Или робот? Бионика какая-то! Откуда он?

В этот момент казавшийся непреклонным Расенс будто потерял опору под ногами. Мгновенно превратившись из строгого ментора в доброго и заботливого родителя, он присел на краешек кресла и грустно посмотрел на спящего Омлиона.

– Ещё слишком рано, – начал он, опустив взгляд. – Я и Амид всегда знали, что рано или поздно это случится. Существо… нет, машина, с которой вы столкнулись, должна была тренировать тебя и Омлиона лет через восемь, когда вы станете достаточно взрослыми. – Расенс поднял голову, и на его лице отразилась болезненная улыбка. – Ума не приложу, как вы его одолели…

– Это я его хакнул, софт был просто доисторическим, – хмыкнул Соул.

Повисла неловкая пауза, а затем, к удивлению присутствовавших, Расенс громко рассмеялся и, встав с кресла, посмотрел на детей с нескрываемой гордостью.

– Ты даже не представляешь, мой юный друг, насколько доисторическим – сообщил он. – Эту машину, а точнее, голема, собрали мы с Амидом. Основой послужил старенький исследовательский зонд. Его задачей после прибытия на Землю было изучение органических и неорганических образцов. Пришлось немного переоборудовать его, так сказать, расширить функционал, хотя он не был рассчитан на то, чтобы сражаться с подростками.

– Прибыл на Землю? Значит, он из космоса?.. – донёсся удивлённый голос с дивана.

– Омлион, ты очнулся! – вскрикнула Арева и подскочила к другу, чтобы помочь ему подняться.

Стоило мальчику сесть, как он зашёлся неистовым кашлем и выплюнул на ковёр комок белой шерсти.

– Прошу прощения, – почёсывая затылок, вымолвил он, – не помню, чтобы я это ел.

Омлион потёр ноющие виски и осмотрелся, оценивая обстановку. Он находился в просторной и светлой гостиной, по стенам которой тянулись шкафы, от пола до потолка забитые книгами. В центре между диваном и креслами, на которых расположилась компания, стоял низкий деревянный столик с букетом цветов в вазе и стопкой модных журналов. Чуть освоившись, Омлион не без труда встал, подошёл к высокому мужчине в строгом костюме и протянул руку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Место для медитаций и других духовных практик в японском буддизме и синтоизме.

Вернуться

2

Болас – охотничье метательное оружие, состоящее из ленты или верёвки, к концам которой привязаны обёрнутые кожей круглые каменные шары.

Вернуться