Александра Сале
Я не ангел

глава 1

Я так больше не могу. Не могу! Сомкнув глаза, даю волю обжигающим слезам. Лейтесь! Затопите весь мир вокруг меня! Оставляйте мокрые дорожки на моих бледных щеках! Задохнуться бы от этих горьких и безнадёжных слёз! Моё сердце давно перестало биться для этого мира. Я умерла в том автобусе со своими друзьями! Ступай Оливия, один шаг и океан заберёт тебя навсегда…

– Солнышко, просыпайся.

– Зачем, мам? Мне такой замечательный снился сон…

– Утро наступило, пора завтракать и идти в колледж.

– Я больше не хожу туда…

– В самом деле?

– Угу, – зеваю сидя в тёплой постели.

– Через минуту жду тебя на кухне, – вышла мама за дверь.

Достал этот колледж. Выбравшись из постели натягиваю чёрные гетры закрывающие костлявые колени. Белую майку заправляю в класические чёрные шорты, на плечи теплый пиджак скрывший эти самые шорты. На макушку чёрную шапочку без всяких бубонов и кожные высокие ботинки на платформе. Фантастишь.

– Чего пялишься чудовище лохматое? – Спрашиваю своего лысого кота.

– Пххха-ха-ха! Лохматое…

– Мяу!

– Не мяфкай, тебя хоть в колледж ходить не заставляют.

– Мяу!

– Испарись чудище!

Каждый божий день младший брат спрашивает, почему я, совершенно лысого сфинкса, назвала Кудряшом? В этом мире всё не честно, так почему лысый кот не может быть Кудряшом? Где мой рюкзак? Вертясь вокруг себя шарю глазами по комнате в поисках чёрного рюкзака. На столе полный хаос, книги и тетради разбросаны, карандаши на полу и на столе валяются изгрызенные моим бестолковым котом. Смахнуть бы всё в помойное ведро и учебники, и тетради, и колледж со всеми людьми. Присев на корточки заглядываю под кровать. Как мило, в моём рюкзаке улёгся спать котяра. Когда успел только?

– Вот возьму и закрою рюкзак прям с тобой!

– Лив, милая!? – Кричит мама с кухни.

– Да иду я иду…

– Мяффф!

– Проваливай! Шипишь тут чучело лохматое! – Выкинув кота из сумки бегу вниз.

– Ешь сэндвич и поедем, – нежно просит мама.

– Угу, – выпиваю стакан сока выходя на улицу.

– Опять этот ужасный хвостик торчит из под шапки, нц…

– Хвостик как хвостик.

– Повернись, переплету твои волосы.

– Мам, мне пять лет, что ли?

– Нет. Пятилетняя девочка лучше бы заплелась.

– Потому что эти жуткие черные лохмы не прочесать.

– А мне так не кажется, – проведя расческой по длинной ровной пряди как бы доказывает свою правоту мама.

– Значит мне просто лень.

– Когда ты мыла голову?

– Я помню, что ли?

– Лив? Ты должна выглядеть опрятно и быть красивой.

– Зачем это?

– Тебе шестнадцать лет.

– Ага, вчера исполнилось. Супер праздник был, закачаешься.

– Ты обижена?

– Нет, с чего мне обижаться?

– Мы просто посидели дома, но ведь ты знаешь, что…

– Ага, – перебиваю маму, – Мы отстой в этом городе!

– Оливия, – не дав заплести себя, натягиваю шапочку обратно, – Всё совсем не так… – Игнорируя слова мамы, выхожу из дома.

Ветер треплет мои тёмно – русые, практически чёрные прямые волосы еле закрывающие лопатки. Поправляю черный шарфик прикрыв шею, чего мама так долго? В это время года уже прохладно, зима в штате Фоксват хоть и не достигает температуры меньше десяти градусов со знаком плюс, но если уйти далеко в горы, то можно попасть в снежный буран с температурой минус сорок градусов по Цельсию. Мои кости промёрзнут там за две минуты и я умру. Почему мне только сейчас пришло это в голову?

– Садись в машину Лив.

– Иду… Будто это ты меня ждала, а не я тебя… – открыв дверку маминого Pontiac Torrent 2010 года, бордового цвета поднимаю голову заметив проезжающий автобус с учениками моей прошлой школы. Уже несколько месяцев этот автобус проезжает мимо мою остановку.

– Оливия… – сажусь в машину хлопнув дверкой. Мама следом.

– Всё нормально мам.

– Уверена?

– Нормально.

– После колледжа заеду за тобой.

– Нет. Я сама доберусь.

– Лив, в последний раз тебя сняли с крыши, когда ты пошла домой сама.

– Они врут. Я соскользнула одной ногой.

– Хорошо, но пообещай мне, что вернёшься домой вовремя?

– Обещаю.

Ложь, ложь, ложь. Каждое слово ложь. Каждый день ложь. Каждый вздох ложь. Весь мир сплошная ложь. Даже этот школьный автобус с улыбающимися учениками ложь. Мне пришлось уйти со школы, даже не закончив год из-за того случая… Пол года мама прятала меня не выпуская из дома, будто я виновата в той аварии. Но начался новый учебный год и меня зачислили в колледж на окраине города. Хотя расстояние ничего не меняет, но там меня особо не трогают, как в прочем и не общаются в целом. Почти три месяца хожу на занятия, но друзей так и не появилось.

Фоксват не самый большой штат, но его пляжи, горы и леса безграничны. Проезжая через весь округ на пути встречаются двухэтажные дома с желтыми крышами, после них Таксон-владения, это целый микрорайон созданный фанатом белого цвета, потому как за огромным забором с охраной на въезде нет ни одного зелёного, или хотя бы коричневого дома, да хоть бы крыши, там всё белым бело. А живут там лучшие из лучших, сливки общества и их неблагодарные дети. После Таксон-владений, начинается лес, но он быстро заканчивается и начинается центральный район, где расположена моя прошлая школа. Супермаркеты, бары, торговые лавки и бутики стоят рядами в этом же месте. Есть огромная площадь с детскими площадками, аллеями, торговыми точками и прочим. Этот район строго настрого запрещено посещать, но я и сама сюда не сунусь. За пределами центра есть несколько направлений. Одно уходит к скалам на берега тихого океана, другое ведёт в следующий микрорайон, туда мы и едем. Хонор, название лесного массива и этого микрорайона. Здесь имеется полицейский участок, суд, епархия Фоксвата, и многое другое, и мой колледж.

У чёрных кованных ворот колледжа провожаю взглядом маму развернувшую пантиак. Пока пока. Шаг вперёд и три назад. Мама исчезла за поворотом, а я покинула территорию колледжа. Нацелив курс уходящий далеко за пределы Фоксвата, ловлю машину, относительно быстро.

– В Ширим пожалуйста.

– Только сумасшедший поедет в это время года в горы.

– Я не предлагаю вам там задерживаться.

– Высажу у подножия горы, дальше не поеду. Там гололёд!

– Хорошо дядя, подойдёт и так.

Вот ведь вредный человек попался. Придётся пешком идти не меньше километра. Проезжая всё то, что видела двигаясь в колледж, теперь смотрю на местность с обратной стороны. Кажется есть разница, но особо неуловимая. Через пол часа водитель остановился там где обещал.

– Зачем тебе в горы? Зимой там слишком холодно и опасно.

– Встретимся с друзьями, алкоголь, наркотики всё такое, – пожимаю плечами.

– Пхах, что за поколение?

– Сама в шоке.

– Я могу подождать несколько минут.

– Вынуждена отказаться от вашего предложения.

– Уверена?

– Да.

– Тебя там точно ждут?

– Конечно, я что не в своем уме одна тут разгуливать?

– Тогда я уезжаю.

– Счастливо дяденька!

Захлопнув дверку за собой удаляюсь от красного автомобиля и от дороги приближаясь к началу своего конца.

Ветер треплет шарф на шее, бросая тёмные волосы в лицо и пробираясь под пиджак, колит тысячей иголок принося неимоверную боль. Ух ты! Вот это кайф! Я только начала этот путь, не спеши ветерок, прошу, позволь зайти так далеко, чтобы никто и никогда не нашёл меня. Сильным порывом ветра шарф сорвало с шеи закрутив вместе с белоснежными снежинками унося куда-то вверх. Пытаясь его поймать бегу несколько метров обратно, но плюнув на ненужную более вещь, разворачиваюсь продолжив путь. Руки дрожат синея от холода. Губы обмёрзли сжимаясь от напряжения. Зубы стучат так громко, что слышно на самой верхушке горы. Продолжаю идти. Цель – эфес горы. Только так у меня не останется возможности вернуться обратно. Да и не сделаю этого. Пол года родители страдали от вандалов, наносивших ущерб дому и машине. Затем приходилось слушать, как мама плачет ночами сидя на кухне, а по утрам, как ни в чём не бывало, тепло улыбаясь, кормит семью завтраком, развозит детей на учебу и едет на работу. Папа, тот вообще хорош, пх, наливая виски каждый вечер, не выходит из кабинета до глубокой ночи. Они думают, я не понимаю этого? Мне же не одиннадцать лет как Милене, почему они считают меня глупой?

Скалистые отвесы выглядят словно иллюзия, то появляются, то пропадают неожиданно как и заснеженная тропинка. Поскальзываясь на каждом шагу рискую сорваться вниз и разбиться. Вроде хочется умереть, да не так. А в следующую секунду метель стихала сменяясь на вполне сносную погоду и даже дорога кажется ровной. Похоже от холода перед глазами появлялись галлюцинации? Вот и пещера справа в скале одна из них. Не знаю верить глазам или нет, но мозг начинает медленно входить в анабиоз. Если это так, то это хитрое серое вещество вновь пытается выжить. Споткнувшись, лечу на камни ударяясь коленями. Ладони в крови, колени разбиты, ползу в пещеру на четвереньках, чертов инстинкт самосохранения! Хватит ползти! О, демон как же больно! Потерев колени, подтягиваю гетры скрыв раны. Как же х-х-холодно… Выпустив облачко воздуха изо рта, сжимаю замерзшие конечности опускаясь на живот. Мамочки…

Забывшись на секунду расслабляюсь, объявив себе приговор. Слышу лишь завывание ветра, затем тишину. Иногда, тяжело поднимая веки, вижу чёрную тьму под собой… Такой и будет мой конец… Подсознание пытается найти меня внутри крошечного тела, но я стремительно стираюсь из него… Прощайте.

– Что это?

– Скрутилось как креветка.

– Это девчонка.

– Нам то какое дело? Пойдём отсюда.

– Подожди Рид.

– Опять не удача, он ушёл. Я не хочу тут задерживаться Кристиан!

– Ты не поможешь ей?

– Нет. С чего мне это делать?

– Это глупый человек, который не ценит свою жизнь, но дай ей шанс, быть может эта девочка отблагодарит тебя когда-нибудь?

– Благодарность от трудного подростка желающего свести счёты с жизнью?

– Почему нет?

– Если отогрею, потом в дверь постучать к ней и забрать долг?

– Да чего ты противишься, Рид?

– Потому что я не обогреватель!

– Серьезно, не поможешь девчонке? Она совсем мала, ей же не больше тринадцати лет.

– Я что ли её сюда звал?

– Нет.

– Как вообще она дошла до вершины еще и раздетая?

– Действительно, и такая костлявая.

– А почему бы тебе самому ей не помочь?

– Я не могу.

– Кристиан, не хитришь ли ты сейчас? Решил свои силы приберечь, а мои не жалко?

– Ты же знаешь, мне нельзя тратить энергию!

– А мне значит можно?

– Рид, просто сделай это пока она не умерла.

– Думаешь мне жаль её?

– Не обязательно жалеть девчонку, но если подумать…

– Достал уже.

– Возможно когда-то от неё будет польза?

– Ты несёшь полный бред, какая польза от недалекого ребенка, но будь, что будет, – если кому-то интересно, то разговор двух напыщенных индюков я хорошо слышу, только тело замерзло настолько, что не могу шевелить даже пальцами. Посмотрите – ка на них, буду должна? Недалекий ребенок? Пссс-с-с смешно. Язык мой онемел от холода ещё раньше тела, поэтому всё, что думаю о них держу в голове, но дай господь оттаять языку и им не поздоровится!

Чрезмерно раскалённая рука человека прижалась к моей спине, надавливая каждым пальцем поочередно. Он носит с собой флакон лошадиной силы? Что за пекло черт? Прижавшись щекой к холодной земле чувствую, как это тепло проходит сквозь меня уходя в землю. Что он делает? Пытается нагреть камни под моим тельцем и таким образом спасти? Неужели сложно просто поделиться своей тёплой курткой? Идиот. Тогда отплачу тебе той же монетой уважаемый, какой привет – такой ответ! С каждой секундой становилось тяжелее от давления его лапищи. Я словно обратилась в камень. Еще эти проклятые волосы скрыли полностью моё лицо не позволяя увидеть безжалостного монстра и запомнить его рожу.

– Я не чувствую её сердцебиения.

– Значит опоздали, – вот и проваливайте, не могу же носить табличку на шее, что стук моего сердца не слышен из-за двойной перегородки и вакуума в котором оказался этот орган! У меня всё через одно место.

– Это странно…

– Что странного в том, что очередной глупый ребёнок подверг свою жизнь риску? И без них проблем достаточно, ещё и это… – Псс-с-с, двинулся мозгами? Проваливайте уже из моей пещерки! Дайте умереть спокойненько!

– Не похоже, что она умерла…

– Теперь тебя это озаботило? Пять минут назад ты не желал спасать её Рид, – вот именно Крид, давай до свидания! Послушай своего друга из black stars и скатертью дорожка!

– Её мозг скорее всего уже мёртв, – Мой мозг?! Мёртв? Вот это заявочка…

– Тогда не трать напрасно свои силы.

– Но тело принимает тепло моих рук… – да ничего оно не принимает сумасшедший!

– Это происходит рефлекторно, она уже мертва сам же говоришь, а желание поделиться теплом твоё собственное, – Красавчик! Дала б пятюню, но хрен тебе на весь макияж! Адьёс голубки!

Не поняла если честно как они ушли, ведь шагов их так и не услышала. Пытаясь пошевелиться вышло не очень. Тепло отданное Кридом прошло сквозь меня. Пока он держал руку прижимая к спине было не много странно ощущать какой-то поток энергии. Однако забрав её, он будто забрал и мою жизненную силу. Наглый вор! Закряхтев шевелю пальцами рук, но по-моему это бесполезно. Вот и настал мой час. Вот и прощайте. Э, алё! Сначала мозг выходит из строя, почему мой ведет себя так по хамски?! О, вот оно… теперь кажется замерзаю… Нет, стоп, у этого Кристиана Грэя такой приятный голос, не то, что у Крида ммм… Интересно, а внешне они красавчики? Опузыреть! Это называется смерть мозга?! И все умирают также как я?

– Вот она! Несите одеяла!

– Лив! Почему ты так поступаешь?! – Это плачет мама?

– Переложим её на одеяло и осторожно вынесем! – Голос папы?

– Стойте! Вдруг, что-то сломано? – Этого голоса не узнаю.

– Перевернём её, три четыре! – И мои почти сорок килограмм перевернули на спину.

– Это трава?

– Откуда в пещере трава, Кира?

– Да посмотри же! Говорю тебе она лежала на этой траве!

– Дорогая, это вероятно искусственный коврик, такие кладут в туалете.

– Дорогой, я по-твоему не отличу искусственную траву от живой?

– Замечу, что в этой пещере достаточно тепло, поэтому аномалии возможны. Давай заберём отсюда нашу дочь, а потом всё остальное?

– Конечно, ты прав, – слушала слушала и не верила ушам. Я пришла в теплую пещеру, чтобы замерзнуть насмерть? Ничего себе молодец какая, так ещё и прилегла на травку! Суецидница-десять из десяти!

– Мам… – скрипнула кое-как.

– Оливия! Дорогой! Она пришла в себя!

– Спокойно, девочка моя, встать сможешь?

– Не знаю… тело будто онемело…

– Давай, иди ко мне, – папы реакция однозначна, схватив меня понес на руках крепко сжимая.

– Если бы не мужчина из такси, в котором ты оставила рюкзак и телефон, мы не нашли бы тебя так скоро!

– Я…

– Ничего не говори, детка.

– Нет пусть наоборот скажет зачем пришла сюда?! – У мамы мнение с папиным всегда расходилось. И если он меня жалеет, то она напротив не даст расслабиться.

– Я думала, э, что Милена была здесь, – ну точно, моя одиннадцатилетняя сестра приехала в Ширим погулять. Боже, я идиотка.

– Оливия, я кажется просила тебя не врать?

– Мам, я же сказала, что подумала так, а не увидела её! – Обняв меня, папа проверил зрачки.

– Что, всё ещё черные? – Улыбаюсь, задав отцу вопрос.

– Как звездная ночь, – улыбнулся он в ответ. Папа обожает цвет моих глаз и каждый раз глядя на меня, вспоминает звездную ночь, потому что они черные и вокруг зрачка россыпь маленьких золотых точек.

– Ты пришла замерзнуть! Неужели ты о нас совсем не думаешь, Лив?! Как мы должны будем жить зная, что тебя больше нет!? – Крича из глаз мамы потекли слезы. Ну началось…

– Кира перестань пожалуйста.

– Я не хотела этого…

– Не хотела?! Тогда зачем приехала сюда?!

– Те двое были лучше…

– Какие двое?! Так тебя заставили сюда идти?!

– Мам, не кричи пожалуйста.

– Кто они?! Немедленно вызови полицию!

– Зачем полиция милая? – Ужаснулся отец.

– Она была не одна! Это снова началось!

– Не началось ничего, мам.

– Её заставили сюда прийти! – Господи, да зачем я это сказала в слух?

– Доченька с кем ты была здесь? – Мягко спросил папа, донеся на руках меня до машины.

– Да я не это имела ввиду, пап, здесь нет никого, вы же видите.

– Зачем же ты пошла одна так далеко и совсем раздетая?

– Мне казалось, я увидела сестру с друзьями…

– Здесь?

– Да нет же, там внизу…

– А водитель такси сказал, что ты приехала к друзьям! – Вновь встряла мама, сев на переднее сидение.

– Да, – откидываю голову на спинку, – Они наркоманы…

– Оливия!

– Поговорим обо всём позже. Сейчас нам нужно попасть в больницу.

– Нет! Со мной всё хорошо! Я не хочу в больницу! – В подтверждение моим словам, всё тело охватил жар, начало знобить и потемнело перед глазами…

Глава 2

Кап. Кап. Кап. Жар спал спустя несколько часов после того как меня привезли в больницу. Подхватив жуткую простуду моё тело словно пинали громадными ногами в туфлях сорок шестого размера. Не умерла, так заболела какой-то противной заразой. Наказание? Спасибо боженька, в следующий раз буду стараться лучше!

Привстав на локти, осматриваю соседнюю кровать, на которой спит девочка лет… да черт знает сколько ей лет, накрыв почти всю голову одеялом так и не поймешь её возраст и остальное. Через её кровать, стоит следующая, между прочим тоже занята девочкой. Ну этой не меньше чем мне. На голове её надеты наушники, а на согнутых коленях стоит ноутбук. Что-то усердно печатая на клавиатуре, светловолосая девочка усмехалась, затем хмурилась, но дальше она повернув экран в мою сторону сделала снимок, вернув его на место. Расширив удивленные глаза, она быстро отвернулась сделав вид, что ничего не произошло.

– Эй ты?! Ты сделала снимок?! – Продолжая сидеть она делает вид, что не слышит меня, – А ну удали его!

– Чего вы орете? – Очнулась та, что посередине пряталась под одеялом.

– Я сказала удали немедленно!

– Я ничего не делала ясно?

– Ты сфотала меня! Я всё видела!

– Хватит орать! Я спать хочу!

– Да ты орешь ещё громче!

– Потому что вы не затыкаетесь!

– Эта белобрысая сфотографировала меня и кому-то отправила!

– Да сдалась ты мне!

– Удали её фото и заткнитесь!

– Пфф, не хочу!

– В смысле не хочешь?!

– Я сейчас позову врача!

– Зови! Вот он ей и скажет, что нельзя фотографировать людей без их согласия!

– Кого хочу, того и фотаю!

– Да я засужу тебя!

– Да кто ж твоим адвокатом будет, ахах!!! Не один человек в здравом уме в этом городе тебя защищать не станет!

– Я тебе морду сейчас начищу!

– Попробуй марёха!

– Что ты сказала?

– Семейка отшельников, пхахах!

– Я тебя предупреждала, – перепрыгнув кровать посередине, оказываюсь сверху на белобрысой.

Визжа как сумасшедшая, соседка схватила мои волосы как и я её, оттягивая вниз. Вместе летим с высокой больничной койки на белый, кафельный пол жестко ударяясь, но волосы друг друга не выпускаем из рук. Рыча, пинаю лодыжкой её по колену, на что в ответ получаю другим коленом в бедро. Этот бой продолжился бы и дальше, но взлетев в воздух не ощущаю под ногами пол, придавленная к чьей-то титановой груди.

– Совсем рехнулись?! Не понимаете где находитесь?! – Закричал мужчина сжимавший меня.

– Ей об этом скажите!

– Это ты кинулась на меня психопатка!

– Ты меня сфотала и отправила кому-то!

– А ты докажи!

– Я это видела своими глазами!

– Два часа ночи! Вы совсем не знаете правил поведения в общественном месте?!

– Пусть удалит сначала!

– Покажи это фото, – обратился врач к белобрысой.

– Мой ноутбук!!! – Все обратили взгляды на пол. Вот черт. Эта вещица раскололась на несколько частей.

– Разбился?

– Это она его разбила! – Ткнула пальцем в меня соседка.

– Ты понимаешь, что за это придется ответить Оливия?

– В смысле?! Я тут при чём?

– Потому что ты его с меня сбросила! – Истерила растрепанная блондинка.

– Карина, кто начал первый?

– Она, – ткнула в меня пальцем кровать посередине, – Она перепрыгнула через меня и налетела на Арину.

– Да вы подружки просто вот и наговариваете!

– Меня перевели сюда прям перед тобой. И я не знаю её, – ответила брюнетка закатив глаза.

– Возвращай мне компьютер!

– Сама возвращай, пх.

– Оливия идём.

– Почему я?

– Идём.

Выйдя из палаты плетусь за доктором по коридору шаркая подошвой тапочек с лисьими ушками. Руки в карманах, спина сутулая, зачем я здесь? Осталась бы дома, почесав прокол от капельницы жалею, что вырвала её так не аккуратно. Неужели насморк дома не вылечить? Пх, этот раз вообще не удачный получился. Глазея на широкую спину дежурного врача вздыхаю посмотрев на исцарапанную руку этой драной кошкой. Вот гадина. Так ей и надо! Войдя в кабинет морщусь от яркого света. Мужчина занял свое место за столом, кивнув на стул напротив.

Разбросанные бумаги на столе сдвинул на край, положив перед собой чистый лист и шариковую ручку сверху. Признание писать заставит во всех смертных грехах? Ужас, как страшно. Но следующее, что он сделал, это вывалил бинты, бутылек с перекисью, лейкопластырь и мазь на стол. Выставив ладонь ждет. Что? Вложить свою руку? Ну ладно, держите. Его брови приподнялись треугольниками вверх. Ой, меняю руку на исцарапанную. Обрабатывая раны молчит. Нечего сказать или ждет от меня извинения? Я права. А белобрысая змея нет. Не стану извиняться. Вздернув подбородок смотрю на стену с картиной кораблей в безбрежном океане. Вот бы оказаться сейчас там, в океане, одной на огромном корабле, покачиваясь на волнах, где никому не нужно ничего объяснять и доказывать. Приклеив последний пластырь, врач потер серые глубоко посаженные глаза вздохнув. Его не много мятый халат с загнутым воротничком слева, говорил о том, что он провел уже не один час в больнице. И не сказать, что мужчина доволен этим происшествием, но он должен сидеть и разбираться в потасовке, просто потому, что сегодня его дежурство.

– Утром приедут твои родители, – начал устало он.

– И что? Заплатят ей за ноутбук?

– Им придется.

– Но ведь это она не имела права фотать меня!

– Знаю, но ты могла просто попросить удалить снимок.

– А я по вашему не просила?

– Не знаю, но результат не в твою пользу.

– Она кому-то отправила моё фото и отказалась удалять, что я должна была сделать?

– Позвать меня. Медсестру. Но не портить чужое имущество.

– Я же не намерено скинула его. Может она вообще специально столкнула его с кровати?

– Вторая девочка подтвердила, что начала ты.

– Начала, но ломать её вещи не собиралась.

– Если её родители захотят, могут даже заявление написать.

– Мне то, что?

– Твоим родителям придется не только стоимость ноутбука оплатить, но и компенсацию.

– Ага, облезет, – складываю руки крестом, – Я сама напишу на неё заявление!

– И проиграешь.

– С чего?!

– Оливия, ты не права. Так ещё и напала первой.

– И чего вы хотите от меня?

– Ты должна извиниться перед ней.

– Нет!

– Тогда завтра встретятся ваши родители.

– Я могу уйти?

– Куда?

– В палату конечно.

– Пока нет, вам обеим нужно остыть.

– Мне на этом стуле остаться спать?!

– Нет, вернешься чуть позже в палату.

– Так пусть она сидит в коридоре, а я спать лягу в кровать! А есть вообще отдельная палата?

– Да, её стоимость тридцать тысяч.

– Ну и ладно, я иду туда!

– Интересно и чем ты заплатишь?

– Мои родители завтра и заплатят, не понимаю почему они сразу в отдельную не поместили меня?

– Они не могут оплатить эту палату.

– С чего вы взяли? Считаете нас нищими?

– Так сказали твои родители, когда решался вопрос о твоем размещении.

– Зачем они вообще привезли меня сюда?

– У тебя переохлаждение. Чтобы не было осложнений ты должна провести здесь несколько дней.

– Сейчас я в полном порядке. Кроме некоторых моментов.

– Каких?

– Общество.

– Не понимаю?

– Они сделали это намеренно, потому что ненавидят меня, – зло произношу.

– Почему ты так считаешь?

– Ой да не делайте вид, что не знаете кто я и, что произошло пол года назад. Весь город помнит, а знаете почему родители привезли меня сюда сами? Потому что не одна скорая не поедет в наш дом на вызов. Не один сосед не прийдет на помощь, если дом наш будет гореть. А если произойдет убийство, то полиция сделает вид, что ничего не произошло. Вот так вот. Я спать, – встаю, покинув кабинет.

В палате темно и обе соседки мирно спят в своих постелях. Вот и отлично, запрыгиваю под одеяло накрывшись с головой. Шмыгнув носом, каждый раз, когда вспоминаю об этой трагедии хочу умереть сильнее чем раньше. Меня никто и не пытается понять, да и зачем им это? Зажмурив глаза, вспоминаю руки испачканные кровью, но не моей… Оказалось, что крики, которые я слышала, были моими. Потому что все до одного были мертвы. Вскочив с кровати разжимаю веки, часто моргая. Утро?

– Да, папа, ты уже едешь? Конечно скорее, мне страшно находиться с ней в одной палате! – Невольно подслушиваю чужой разговор.

Вот дура. Злюсь на белобрысую соседку. Обняв разбитый ноутбук даже слезу пустила, симулянтка бессовестная. Осмотрев её с ног до головы, усмехаюсь. «Жертва» слезла с кровати демонстративно бросив части ноутбука в мусорное ведро. Цирк. Вернувшись на койку, подтягивает свои короткие ножки в розовой пижамке к крошечной груди косясь на меня голубыми выпученными глазками. Так и хотелось выставить указательный палец в тандеме с большим, нажав на курок. Паф… Убита.

Вторая соседка, Карина, так ведь назвал её врач? Вернулась в палату начав рыться как крот в своей сумке. Черный хвостик висел сосулькой доставая до плеч, серые дедовские трико с вытянутыми коленями плотно облегали тощую задницу, а рубаха на пять размеров больше (тоже подарок от деда видимо), дополнила образ красотки с маленькими карими глазами и огромным ртом. Под одеялом ночью, она выглядела лучше. Ладно, может она и нормально выглядит, не страшила, просто я злюсь из-за того, что она без раздумий обвинила меня. Ну белобрысая уж точно страшная!

Наполовину прикрыв глаза, смотрю в отражение экрана телефона. Вот кто по настоящему красавица, так это я. Ночное небо в глазах, длинные черные ресницы-веера, ровный не большой носик, сочные персиковые губы формы крыльев ангела. Густые черные волосы, прямые, как полотно переливающегося на солнце шелка и не много топорщащие ушки. Папочка описывает мою внешность именно так, но это истинная правда. Лицо конечно и фигура не очень сочетаются, но я всегда могу прикинуться больной из-за худобы. Хотя всем плевать на это. Натянув шейные мышцы ужаснулась, отбросив телефон.

– Готова встретиться с моими родителями марёха?

– Какая матрёха?

– Марёха, в простонародье изгой, – объяснила Карина.

– Пх, дура, – выхожу из палаты встретившись лицом к лицу с толстым высоченным мужиком в коридоре.

– Ах ты дрянь! – Кинулся он на меня схватив за шиворот толстовки оторвав несколько верхних пуговиц. Правда их и было две, но я черт возьми чуть в трусы не навалила от страха.

– Не трогайте её! – Подлетел мой… папа?

– Пап? – Поправляю ворот белой кофты.

– Какое вы имеете право трогать ребенка?!

– А какого дьявола она тронула мою дочь?! – Вопил ответчик.

– Не думаю, что она напала на неё!

– Вот именно, напала! У моей дочери шок и травма!

– Какая травма?! – Негодовал мой отец.

– Она чуть руку ей не сломала!

– Да, что вы выдумываете?!

– Простите, уважаемые родители! – Встрял подошедший охранник и медсестра, – Пройдите пожалуйста за мной.

– Идём пап, – тяну его за рукав. Арина выйдя из палаты, кинулась к своему отцу вцепившись в его рукав.

Весь этаж пялился на нас пока мы не зашли в кабинет где побывала прошлой ночью. Внутри без изменений. Стол, два кресла напротив друг друга, картина на стене. Полки, шкафчики и кушетка. Обстановочка заряжена до предела. Мой папа места себе не находил, а мама не смогла приехать из-за смены на работе. У них из-за меня сплошные неприятности. Заняв место за столом подпираю подбородок кулаками, пфф, хочу домой.

– Ещё раз здравствуйте. Меня зовут Елизавета, я главврач этой больницы, – села напротив меня высокая стройная женщина со стрижкой под каре лет сорока.

– Демид, – поздоровался мой папа.

– Она разбила моей дочери лицо, нанесла травму и испортила личные вещи! – Проигнорировал знакомство отец Арины, начав сразу меня обвинять.

– Прошу, успокойтесь, мы во всём уже разобрались.

– С кем интересно? – Хмыкнув спрашиваю главрачиху.

– Оливия напала на Арину с целью удаления фотографии, которую Арина сделала на свой ноутбук, что повлекло ссору между ними и порчу того самого ноутбука. При этом, обе девочки сильно не пострадали, только мелкие ушибы и царапины, но у Арины ещё вывих плеча.

– Это по вашему она не пострадала?! Она могла и голову ей пробить!

– Что вы сочиняете в самом то деле?!

– Как вы воспитываете свою дочь, что она кидается на людей?!

– Это вы бы свою научили не снимать без разрешения других на камеру!

– А вы докажите, что она снимала её?!

– Доказательств и правда нет, если бы только компьютер можно было починить, – предположила врач.

– Она отправила мою фотографию в какую-то соцсеть или в мессенджер, – дополняю.

– Я тебя не фотала марёха!

– А и вот это вот запишите, эта свинушка оскорбляет меня с самой ночи.

– Как ты назвала мою дочь бесстыжая?! – Вскочил бешеный мужик. Черт, он пугает меня.

– Прекратите, пожалуйста! Вам действительно стоит решить эту проблему сейчас, либо я буду вынуждена передать это дело прокуратуре!

– Какая прокуратура?! Оливия просто попросила удалить это фото?!

– Тогда разберитесь с порчей имущества.

– Но при чём здесь она? Она ведь не взяла ноутбук в руки и не кинула его на пол?!

– Третья девочка сказала, ноутбук разбился в результате столкновения обеих, но это произошло именно потому, что Оливия прыгнула на Арину сверху.

– Эта не воспитанная испортила ноутбук и пусть возмещает ущерб!

– Вот и возместим! Сколько он стоит!?

– Пап?

– Сколько?!

– Вот чек! Семьдесят шесть тысяч!

– Что?! Что за ноутбук такой?! – Ужаснулся мой папа.

– Нам для доченьки и сто тысяч не жалко!

– Ещё и чек с собой прихватил, ты посмотри… – пыхтел отец, но я прям по глазам его вижу как он разнервничался. Почему так сильно?

– И уберите это ничтожество из палаты Арины!

– Это кто здесь ничтожество?! – Моя голова раскалывалась от этих криков.

– Я не позволю этой вот дряни находиться в одной палате с моей дочкой, – никак не успокаивался мужик.

– Мы примем меры, успокойтесь пожалуйста, – пыталась сгладить обстановку Елизавета.

– Тогда и я останусь в больнице, чтобы эта ненормальная на неё не кинулась!

– Конфликт исчерпан, никто больше не тронет никого.

– Эту семейку вообще лучше не подпускать к людям?

– Что? – Смотрю на этого гада.

– Они покинут больницу сегодня же, – шла врачиха на поводу у этого громилы.

– Оливия нуждается в лечении, с чего ей покидать больницу сегодня?! – Ой папа, давай просто уйдем уже…

– Поймите меня, из-за присутствия Оливии итак все напряжены, а после конфликта всё усугубилось ещё больше, – как бы извинялась главврач.

– Она потеряла сознание! Ей нужно лечение!

– Пап, пойдем уже, – подойдя к вспотевшему отцу, тяну его за рукав.

– Она не человек по вашему?! Ей может умереть на улице из-за каких-то сплетен?!

– Хватит, пап!

– Какие сплетни?! Пхах, будто весь город не знает, что она сделала! Я боюсь за жизнь своей дочери!

– Да вы! – Прижав руку к груди, папа замолчал, а я потеряла сознание.

***

– Мам?

– Лив, милая, – сжала мама мою руку.

– Что случилось? Где я? – Осматриваю белые стены и потолок палаты, но не той в которой была раньше.

– Лив… – шмыгнув красным опухшим носом, мама отвела глаза.

– Мам, просто скажи, чего ты плачешь?

– Боже милая… – вытирала она слезы текшие ручьями.

– Мам, я в порядке. Клянусь. Это голодный обморок, честно честно, – улыбаюсь ей.

– Прости…

– Да в чём дело? Я не проснулась до сих пор и мне это снится?

– У папы был сердечный приступ…

– Ч-что?

– Он умер Оливия…

Вытянув руку из маминой, поправляю нервно волосы не понимая шутит ли она? Ну нет, что же это за шутки такие? Сейчас папа зайдет и покажет купленный ноутбук для этой мадам, на этом история закончится. Однако мама вложив лицо в ладони горько рыдала не думая заканчивать.

Какие милые стены, снизу разрисованные травкой и разными цветочками. Наверно это детское отделение и меня привезли сюда после обморока? Что ж, тем лучше, палата на одного, никакие вредные подростки меня не потревожат. Повернув голову вправо, вижу свои рыжие мягкие тапочки на полу с лисьими ушками. Хорошо не потеряла, я очень их люблю. Мы с папой их выбрали гуляя по магазинам в его редкий выходной. Папа?

– Мам? Где папа? – Улыбаясь, треплю её светлые волосы. Мои, кстати, как у отца черные, а вот от мамы достались только персиковые губы.

– Лив, господи! – Зарыдала она.

– Почему ты плачешь?

– Ты ничего не помнишь?

– Что не помню?

– Вы оба упали без чувств в кабинете врача и пока первую помощь… оказывали тебе… папино сердце не выдержало…

– Я это должна была помнить?

– Нет-нет, но ты ведь видела, что ему стало плохо?

– Не знаю.

– Если бы врачи успели… Господи почему это происходит с нами?! – Вновь зарыдала мама.

– То есть, если бы они начали спасать его, а не меня, папа бы выжил?

– Никто не знал, что у него всё так серьезно…

– А у меня наоборот…

– Лив…

– Получается папа умер из-за меня?

– Ты, что такое говоришь?!

– Но ведь это ты сказала, что его могли спасти… если бы не потратили время на меня…

– Ты всё поняла не верно дорогая, – высморкалась она в папин платок.

Увидев его, моё сердце сжалось. Мой обморок помешал спасти папу… Я стала причиной смерти родного отца… Я – убийца. И все те дети погибли из-за меня. Неужели я и правда во всём виновата?

– Лив, что с тобой? Почему ты не дышишь совсем? – Испугалась мама. Выдохнув, сжимаю кулаки.

– Мама, я хочу домой.

Глава 3

Просидев в шкафу пол дня, выхожу приняв твердое решение умереть. Спустившись на первый этаж, застаю младшую сестру в черном платье с двумя светлыми косичками на голове, заплетенными ещё два дня назад, поэтому растрепанными. Подойдя к ней, опускаю руку на макушку погладив, на что Милена дернувшись, отбегает от меня на приличное расстояние.

– Он умер из-за тебя!

– Без тебя это знаю.

– Почему не умерла ты?! – Пискнула сестра.

– Вот и мне интересно, почему..?

– Из-за этого мама не перестает плакать!

– Знаю…

– Она так и не смогла сказать Роберту об этом!

– Он не знает?

– Знает! Потому что это сделала я!

– Кто тебя просил говорить ему об этом? – Злюсь на неё, ведь пятилетние дети воспринимают всё иначе.

– Уж точно не ты прятавшаяся в шкафу!

– Ты зла на меня, понимаю, но пожалуйста будь спокойна и знай, что я оцениваю свою вину целиком и так просто этого не оставлю.

– А, что сделаешь? Снова попытаешься себя убить? Как на этот раз? В ванной вены вскроешь? Или под автобус кинешься?!

– С крыши сброшусь.

– Дура! Лучше бы в больнице умерла ты!

– Милена! – Вошла на кухню мама, также как и сестра одетая во всё черное, – Пора.

А значило это, что автобус с гробом в котором лежит папа уже приехал за нами. Посмотрев на свои голые ноги хватаю куртку и шапку с подворотом в один раз, обув высокие ботинки на платформе, взвинченная выскакиваю из дома. Роберт, сидел в автобусе глядя в окошко. По его позе было понятно, что он не хочет поворачиваться к черному ящику и понимать, что там лежит его мертвый отец. Сев рядом с ним, кладу руку ему на плечи, а он прижимается ко мне всем своим телом. Опузыреть, сейчас умру от чувства вины, что оставила такого малыша без папы… Смахнув слезу глубоко дышу. Через минуту, в автобусе появилась мама и сестра. Ехали мы в полной тишине, лишь редкие всхлипы мамы были слышны. У крематория нас заставили ждать очереди и толкать гроб на подставке с колесами ( по факту впервые увидела гроб на колесиках, но так смешно как звучало это в детстве не было), самим. Это слишком жестоко. Почему остальным людям помогал работник крематория, а мы чем хуже их?!

Посмотрев по сторонам, мне правда показалось, что проходящие мимо люди смотрели на меня с презрением. Знали бы вы как я себя ненавижу… Наконец пройдя внутрь мы остались в одиночестве. Ни одного друга. Не одного работника с папиной фирмы. Ни души. Не дав попрощаться с папой, гроб укатили в соседнюю комнату, приказав ждать. Мама продолжала сжимать в руке его платок. Милена, обняв брата тихонечко плакала, а я стояла одна в стороне как изгой.

Через несколько часов, а это гораздо дольше чем у остальных людей, получивших свою урну, мы наконец-то ушли оттуда. Добравшись на такси до городского кладбища на окраине, мама поставила урну с прахом отца в ячейку с его фотографией. Всё из-за проклятой фотографии… Прости меня папа… прости… вытирать слезы больше не было смысла, они потоком хлынули из глаз. Прости умоляю! Прости! Из-за меня твои дети страдают! Из-за меня у тебя испортилось здоровье! Прости меня папа! Прости… Упав на колени уткнула лицо в шапку рыдая. Ко мне никто не подходил. Они все считают меня виноватой в его смерти, как впрочем и я.

– Идём Оливия, – спустя какое-то время, слышу бесцветный голос мамы.

– Где дети?

– Ждут нас в такси.

– Прости меня мама…

– Не смей!

– Я…

– Ты тут не при чём!

– Как же не при чём, когда из-за меня всё случилось?!

– Не важно какой стала причина, но это не твоя вина, – не очень поверив в мамины слова, поднимаюсь с колен.

– Как они будут жить без него? – Плача спрашиваю её.

– Как и все люди. В жизни случаются разные ситуации, но это не значит, что со смертью одного члена семьи должны умереть остальные. У нас впереди целая жизнь и мы обязаны прожить её достойно, хотя бы для того, чтобы он это увидел с небес.

– Считаешь он на небесах?

– Он в твоих глазах милая, он всегда рядом с нами. Поэтому не делай глупости, иначе папа не простит тебе этого.

– А то, что умер из-за меня, простит?

– Повторяю, это не так Оливия, – строго произнесла она.

– Хочешь, чтобы я в это поверила как и тогда?

– Это разные ситуации, но ты не виновата не в одной не во второй.

– Мам…

– Нужно ехать. Стол пора накрывать.

– Для чего?

– Положенно так.

– Я не буду есть. И сидеть за столом не стану.

– Это твой выбор, – зашагала мама к машине.

Такси остановилось у самого входа. Семья войдя в дом, даже не оглянулись назад. А на, что им смотреть? Обойдя дом, взбираюсь на крышу по боковой пожарной лестнице. Наш дом хоть и имеет два этажа, но потолки в нём слишком высоки. Эти два этажа, равны четырем стандартным, как например в доме напротив. Он четырех этажный и наши крыши на одном уровне, а разделяет эти дома одна лишь дорога.

Крыша дома абсолютно ровная, что исключает опасность скатиться и упасть вниз. Здесь совершенно пусто, нет ничего, кроме огромной солнечной батарейки, которая отлично питает энергией целый год. Это удобно, если не считать редких проблем с этой штукой, но папа быстро всё менял… Кто будет делать это теперь? Шмыгнув носом, стираю рукавом слезы с щек. Я никогда не перестану плакать и скучать по нему… Подняв глаза к небу не вижу ни одной звезды… Почему именно сегодня их нет? Присев на край свешиваю ноги с крыши. Я никогда не спрыгну отсюда. Моя семья не будет так опозорена из-за меня. Я сделаю это по-другому…

Взглянув через дорогу на соседний дом, во всех окнах был потушен свет, кроме одного. Он всегда там горел. Несколько месяцев подряд. После трагедии, в эту квартиру заехал жилец, но не сразу. Это был молодой парень лет двадцати не больше, с темно-русыми, но не такими темными волосами как у меня, высокий, мускулистого телосложения. Днем казалось его не бывает в квартире, но ночью всегда горит свет, вот и сейчас окно светится. Услышав голоса снизу, наклоняюсь, чтобы посмотреть кто шатается по улицам в такое время. Трое парней вошли в подъезд соседнего дома. Не припомню, чтобы эти парни были здесь раньше. Удобно и то, что вся лестничная площадка просматривается из-за стеклянного фасада, поэтому отлично вижу, как дошли они до второго этажа. А вот дальше рассмотреть, что-то не представляется возможным. Какое мне вообще дело до них и до того к кому они пришли?

Собираясь пойти домой, слышу голоса, но слов разобрать не получается. Как-будто угрожают или эмоционально спорят о чем-то. Осмотрев внимательно дом, понимаю, раз света в других квартирах не горит, то люди пришли именно к тому о ком недавно размышляла. Да и окно приоткрыто как раз. Что им от него нужно? Он вор? Мошенник? Испугавшись грохота засовываю ноги на крышу присев на корточки. Наблюдения ничем не помогали, но шум не затихал. Редкие вскрики, разбитое стекло, глухие стуки… Его избивают?! Черт возьми, что делать?! Найдя на крыше какие-то камни и осколки от старых батарей, размахиваясь швыряю в его окно. Ударившись о стену, камешек упал на траву. Взяв осколок по крупнее, прицелившись, запускаю и бамс!!! В окне соседа дыра, а шум полетевших осколков перепугал уличных кошек. Вжав голову в плечи жду, выглядывая только макушкой до глаз. Всё стихло. Свет в квартире погас. Жду. Как и ожидала, трое спустившись по лестнице выскочили из подъезда нырнув в припаркованный автомобиль у МОЕГО ДОМА и скрылись за углом. Почему сразу его не заметила?

– Оволосеть… Как сердце то стучит…

Посмотрев на темное окно, машу головой из стороны в сторону. Нет. Хрена с два я туда пойду. Мне жить, что ли надоело? Ой, вообще-то, это произойдет не так. И я не обязана проверять жив ли этот парень. Пора идти спать. Ммм, потягиваюсь. Как спать захотелось то! Спустившись по лестнице, обхожу дом войдя с заднего входа, через кухню, заперев её на замок. Хотя с этой стороны на территорию к нам вряд ли кто-то сможет попасть учитывая высокий забор вокруг дома. Проверив главный вход, ставлю на сигнализацию дом, направившись в свою комнату.

– Нет же! Нет! Мне нельзя туда идти! Я все-равно ему не помогу. А если он уже мертв? Может вызвать полицию?

Из-за терзаний уснуть никак не получалось. Что с ним? Как он? Жив ли? Все эти вопросы донимали вбрасывая в мозг не нужные переживания. В конце концов, надев черную длинную толстовку с капюшоном, беру аптечку и выхожу на дорогу. Почему так страшно? Забежав в подъезд соседнего дома замираю глядя со второго этажа на свой дом. Он выглядит как бомбоубежище с огромной шоколадной входной дверью. С этой стороны дома, окна есть только на втором этаже и то смотрятся они как пуленепробиваемые иллюминаторы кофейного цвета, прочий фасад кремового. Тряхнув головой прохожу в правое крыло подсчитав нужную дверь. Цифровой код? Какого дьявола?! Разозлившись толкаю дверь, удивившись, что та открылась. Медленно перешагивая порог, включаю фонарик на телефоне закрыв дверь за собой. Какой нервирующий момент…

Квартира как я и думала находилась в полном беспорядке, не ясно только было ли здесь так раньше, или это сделали заходившие гости. Но как они открыли кодовую дверь? Может он их сам впустил? Пересекая прихожую выхожу в просторную комнату, немного освещенную фонарем с улицы. Наступив подошвой кроссовка на пол, что-то хрустнуло под ним. Замираю. Жду. Затем продолжаю идти сжав аптечку в руке, готовая двинуть ею по голове в целях самообороны. Дойдя до следующей двери, заглядываю в щель увидев полную темноту, фонарик как-то выключила нечаянно. Это ванная комната? Значит можно включить свет. Нащупав выключатель, тихонечко опускаю его вниз. Яркий свет плафона осветил помещение. Толкнув дверь прихожу в ужас от увиденного.

Из глубокой ванны свисают ноги соседа, а сам он ушел под воду, которая медленно набирается до сих пор. Схватив его за шею вытягиваю из воды прикинув, что накрыло его не очень давно, учитывая как медленно течет из душа вода. Но обнаружив, что молодой человек не дышит прихожу в ужас. Грубо бросив его на пол переворачиваю на спину начав давить на грудь делая массаж сердца. Из меня спасатель то не очень! Я ведь пришла намазать лоб зеленкой и приклеить пару пластырей, но точно не это вот всё! Дунув как следует ему в рот зажав нос жду. Повторяю всё ещё раз. И только на третий раз, сосед закашлявшись выплюнул воду.

– Эй? А почему ты в себя не приходишь? В любом фильме после этого, все жертвы встают и уходят своими ногами с места происшествия. Эээй?

Реакции не последовало. В чём тогда дело? Я спасла его или нет? Выключив воду, подложила под его голову скрученное полотенце. Дышит, но как-то слишком редко и слабо. Может он недоочнулся? Что тогда делать с ним? Зачем-то раздевая его, скидываю и с себя толстовку из-за внутреннего жара. А он красив… Тьфу ты! Что делать? Открыв аптеку понимаю, что она однозначно не поможет мне. Боже, он едва дышит… Замерз похоже. Растерев ладони до горячего состояния прикладываю к его груди и тут такое началось!!! Из меня словно потекла жизнь. Цвет моей кожи становился бледнее с каждой секундой, а его наоборот приобретала здоровый окрас. Таких синюшных рук у себя, ещё не видела. Понимая, что могу умереть с трудом отрываю руки от груди соседа упав обессиленная на пол рядом с ним. Наблюдая с этого ракурса как активно начала вздыматься его грудная клетка, шевелю пальцами рук. Как это возможно? Я отдала ему свою энергию? Увидев, как затрепетали его ресницы, кряхтя поднимаюсь на дрожащие ноги. Бежать. Было единственной мыслью в моей голове. И я смогла. Спотыкаясь добралась до двери выйдя в подъезд. Затем коридор и два лестничных пролета остались позади. Из подъезда выхожу как пропивший месяц без перерывов пьяница, виляя по дороге зигзагом. С шестого раза получилось разблокировать замок, а после пролетев, или проползши весь дом, оказываюсь в своей спальне, кое-как дойдя до кровати.

***

– Мам, я иду в колледж, – выгребаясь из комнаты спускаюсь на кухню, но здесь пусто, – Окей, сама справлюсь.

Подойдя к огромному зеркалу в прихожей, поправляю гетры натянув их на колени. Серую юбку тенниску и длинную белую рубашку практически полностью её скрывшую, дополнила длинным серым галстуком. Сверху надеваю серый классический пиджак из плотного материала и любимые ботинки на объемной подошве выходя из дома.

Спустив шапку практически на глаза бросаю взгляд на окна в соседнем доме. Прошла неделя с того события, когда я спасла парня, но свет в его окне больше не зажигался. Может он всё-таки умер после моего ухода? Я стала последней кто видел его, но раз полиция до сих пор не вломилась к нам, значит он жив, или его тело так и не обнаружили? Уф, да там вонь стояла бы на весь район от разлагающегося трупа. Секундочку, а моя аптечка? Опузыреть! Я оставила кучу следов и улик в его квартире! Получается, его и вправду не нашли, а когда это произойдет, на моём пороге появится куча законников с наручниками! Что делать то теперь?!

Посидев на пустой автобусной остановке, транспорта так и не дождалась, похоже колледж отменяется. К тому же студенческий автобус пролетел мимо как делал это ежедневно на протяжении шести месяцев. Нет. Нельзя расстраивать маму. Она итак подавлена и несчастна, а я так и продолжаю подкидывать ей проблемы. Она чуть с ума не сошла, когда не смогла разбудить меня в то утро, потонувшего в собственной ванной соседа. И ладно бы только в это утро, но когда я проснусь, мама плача у моей постели причитала, что из-за халатного отношения к себе, недоедания и стресса, я не просыпалась пятьдесят пять часов, а это больше пары суток. И можно было бы забить на это, если бы только кто-то мог успокоить ее сказав несколько слов, однако на вызовы в наш дом скорая помощь не выезжает. А потому, она самостоятельно пыталась оживить дочь не понимая, что происходит. Вот бы самой понять, почему стала отключаться так неожиданно и без причин.

Остановившись понимаю, что дошла до следующей остановки и как бы странно это не выглядело, подъехал автобус высаживая пассажиров и подбирая новых, меня в том числе. Заняв место в самом конце, прикрываюсь черными прядями опустив голову. Уже пол года не ездила в автобусе… Люди заняты своими делами, кто-то посапывая спит, кто-то смотрит в экран своего телефона. Меня вроде бы не узнают… Хотя плакаты с моим лицом провисели всего несколько дней, но многие успели его запомнить. В основном, это родители погибших детей. Но вот фамилию раструбили по всем телеканалам и радио, поэтому в колледже я, Оливия Камо, вместо Амьенской. Кто-то считает, что меня поместили в псих больницу и держат там до сих пор. Кто-то уверен, что я за решеткой и не важно, что не совершеннолетняя. А те кто знают, что свободно хожу по улицам, обходят стороной перешептываясь за спиной и тыкая пальцами. Дерьмово так жить. Я та, которую сделали изгоем и отбросом общества. Арина назвала меня марёха, выходит так оно и есть.

Через три остановки, в автобус вошли пять человек. Они явно приятели, три девушки и двое парней примерно одного возраста от восемнадцати до двадцати лет, шутили и смеялись не замечая окружающих. Хотелось бы и мне иметь друзей и вот так свободно смеяться в общественном месте. Не заметив как улыбаюсь пялясь на компанию, ловлю взгляд молодого человека в черном пальто. Девушки сидели ко мне спиной, а вот парни развернувшись к ним с передних сидений, видели и меня. Черт возьми! Уставившись в окно претворяюсь манекеном. Может не заметил? Но мельком бросив взгляд встречаюсь с его прищуром. Ах мать твою! Только не это… Поднявшись со своего места, высокий симпатяга с серыми волосами и милой улыбкой подсаживается ко мне. Головы девушек поворачиваются к заднему ряду.

– Я позвала тебя разве? – Вот так с ходу хамлю! Десять из десяти Лив!

– И тебе привет, – улыбается сероглазый. А в близи он ещё симпатичнее…

– Мы наверно не поняли друг друга, но…

– Куда едешь? – Бесцеремонно перебивает.

– На работу, – лгу.

– И где работаешь?

– Твои друзья смотрят.

– И что?

– Меня это напрягает…

– Забей, им тоже интересно кто ты?

– Обычный человек как и все.

– Ты недавно переехала?

– С чего?

– Раньше ты не ездила на этом автобусе.

– А ты всех пассажиров в лицо знаешь?

– Ага.

– И зачем тебе это нужно?

– Ты новое лицо, вот и заинтересовала нас.

– Я не ищу новых знакомств и общения. Прости, – намекаю, чтобы свалил.

– Скажи хоть как тебя зовут?

– Это единственный раз, когда я ездила в автобусе. Больше не встретимся, – запомнив время и номер автобуса, даю себе обещание не садиться в него.

– Тачка в ремонте?

– Именно.

– Врешь ты всё, тебе лет то не больше пятнадцати.

– А вот и больше.

– Пятнадцать с половиной, хахах?

– Смешно, – отворачиваюсь к окну.

– Ладно, тогда ты хорошо выглядишь, гораздо моложе своих лет.

– Ну всё, пока.

– Я Вадим.

– Угу, – не поворачиваясь киваю.

– А какая у тебя машина?

– Джип.

– Их же много разных, у тебя какой?

– Зеленый.

– Забавно, а модель какая?

– Как и у всех.

– А, тогда ясно, – улыбается симпатяга. Девушки о чем-то хихикали и перешептывались глядя на нас. Разница в три сидения, а я их совсем не слышу.

– Привет, – подошел второй парень из компании внимательно всматриваясь в моё лицо, – Я раньше тебя не видел?

– Надеюсь ты не меня спрашиваешь? – Осматриваю худенького парня с пшеничными вьющимися волосами и зелеными глазами. Боже, он похож на ангелочка.

– Ну его то я знаю, а вот тебя вижу впервые, – от его улыбки засияло в салоне автобуса.

– И это единственный раз.

– У неё сломался джип. Зеленый, как у всех.

– У тебя машина есть? А сколько тебе лет?

– Чего набросились на бедную девушку? – Подошла светловолосая девушка с их же компании, закинув руку на плечо худенькому ангелочку.

– Лина, знакомься, это… – помолчал Вадим.

– Мне пора, – вскочив с места, нажимаю кнопку, растолкав назойливых ребят.

Едва дверь автобуса покатилась, вылетаю на свежий воздух активно дыша. А что если они и впрямь хотели подружиться со мной? Ага, и до какого момента? Как только бы узнали моё имя и фамилию? Поставив руки чуть выше колен спокойно дышу убеждая себя в том, что мне лучше не связываться с незнакомцами.

– Тебе плохо?

– Божечки!!! – Подпрыгиваю на месте.

– Да это я, всё нормально, – похлопал меня по плечу Вадим. Он вышел следом за мной?

– Зачем преследуешь меня? – Отступаю на шаг назад.

– Это моя остановка, а вот ты явно не доехала ещё.

– Откуда знаешь?

– Ты выглядишь как студентка, или школьница. Но так как впереди школ не осталось, выходит учишься в колледже, но до него ещё три остановки.

– Черт.

– Угадал?

– Нет. Мне пора.

– Следующий автобус не скоро.

– Он мне не нужен.

– Могу проводить тебя.

– Не стоит. Ты же зачем-то вышел здесь. Наверно спешишь.

– Мне выходить на следующей, я обманул.

– Зачем?

– Просто подумал из-за нас тебе придется идти пешком, вот и вышел следом.

– Господи… – зашагав по тротуару смотрю на часы прикинув, что скоро закончится вторая пара, а мне ещё ляпать и ляпать. Что за день такой!?

– Прости. Это вышло из-за нас.

– Не важно. Хватит за мной идти, – ускоряюсь.

– Мы можем добраться гораздо быстрее чем пешком.

– И как же?

– Идём со мной! – Взяв мою ладонь в свою, от неожиданности руку ударило словно током. Выхватив её смотрю на Вадима как на умалишенного, – Прости, не хотел тебя напугать.

– Ты ничего мне не должен, просто уходи… – сжимаю ладонь в кулак к которой прикоснулся он, что повлекло за собой непривычное ощущение.

– Здесь не далеко прокат электро-самокатов, можно воспользоваться им и добраться до нужного места довольно быстро.

– И куда его потом деть?

– Просто оставить на улице отключив в приложении.

– У меня нет такого приложения.

– Зато у меня есть.

– И чем это поможет мне?

– Давай воспользуемся им, я правда хочу искупить свою вину.

– А девушка твоя не разозлится?

– Ты о тех, что ехали с нами в автобусе?

– Не знаю, может быть.

– Там нет моей девушки.

– Ммм, ясно.

– Мы пришли, – повернув голову вижу целый ряд черных самокатов.

– И как им управлять?

– Всё довольно просто, я научу.

– Встанешь вместе со мной на один самокат?

– Если не хочешь, я поеду на другом.

– Зачем тебе вообще ехать вместе со мной?

– Просто проводить.

– Нет. Не нужно. Я сама доберусь.

– Всё-равно воспользуйся самокатом! Позволь в качестве извинений, оплатить твою поездку?

– Окей. Оплачивай и я поеду.

– Секунду, – что-то включив в телефоне он сфотографировал номер самоката и штрихкод, после попросил мой номер телефона.

– Зачем мой номер телефона?

– Как доедешь, сделай снимок, что поставила на блокировку самокат и пришли фотку мне. У меня сразу спишется оплата.

– А по-другому нельзя?

– Нет. Не переживай, я не стану обрывать твой телефон ночными звонками.

– Точно?

– Конечно. Может скажешь своё имя?

– Лив.

– Лив?

– Не нравится?

– Нет, очень милое имя.

– Мне пора.

– Будь осторожна, Лив! – Не ответив уезжаю на электро-самокате.

Глава 4

Проведя бесполезное время в колледже возвращаюсь домой на вызванном мамой такси. Это лучше чем на автобусе. Хорошо у таксистов наши телефонные номера ещё не в черном списке. По правде говоря, есть несколько водителей, которые знают нашу семью и на вызовы не реагируют, но они в меньшинстве.

Оплатив поездку наличными, выхожу из красной машины. У двери поворачиваюсь на дом напротив, сразу нацелив взгляд на определенные окна. Темно. Возможно он не включает свет так рано? Или… Вот дьявол! Зачем я поперлась туда?! Захлопнув за собой дверь бегу на второй этаж. Включив свет в своей спальне облокотившись на дверь сажусь на пол. Как мне поступить?

В моей комнате такой беспорядок… Это сделала я? Повсюду разбросаны вещи, хотя здесь есть большой шкаф купе с множеством полочек внутри. Под столом какие-то учебники и очистки от карандашей. Боже, встав на ноги открываю шкаф.

– Епифань! Твою ж чудовище! – Отпрыгиваю в испуге, – Долбаный кот! Как ты влез в этот шкаф мудила?!

Зашипев, лохматый перепрыгнув через мою голову, сбежал под кровать. Мерзкое животное. Почему он вечно тусуется в моей комнате? Его мама завела, а я только имя придумала. Но этот негодяй покидает мою комнату только, чтобы пожрать. Может из-за него здесь такой бардак? Нет, по-моему, я просто хрюшка. Смяв исписанные листы закидываю в мусорный пакет с прочим хламом на полу. На полках, где должны стоять книги, у меня сантиметровый слой пыли и пожеванные жвачки. Класс. Заглянув под кровать закатываю глаза. Ну надо же, а я потеряла этот бежевый свитер в прошлом месяце. Отправив очередную вещь в корзину для стирки, догадываюсь, что придется тащить всё в прачечную неподалеку. Дома мы стираем крайне редко, стирка затрачивает слишком много электроэнергии, а я накопила через чур много шмотья. Пх… Зачем-то напоследок смотрю на одеяло, которое черт возьми всё в пятнах. Да это точно не я изляпала его! Ну подумаешь люблю покушать в кровати, это не значит, что эти рыжие пятна от жира сделала я. Кстати, пицца пепперони была ничего… Найдя и засохшие корочки от той самой пиццы сметаю в одну кучу с бумажками и пустыми банками от разных напитков. Так как моя комната расположена на втором этаже сбоку, крыша с одной стороны немного скошена и над кроватью получается навес, к которому примостила занавески с обеих сторон изголовья. Они фиолетовые, как и ангелочки развешанные гирляндой по всему периметру. Райский уголок и мне здесь комфортно, ещё бы вещи не терялись переодически, вообще было бы идеально.

Завязав три огромных мусорных пакета, два из них с грязным бельем, падаю на кровать звездой. И зачем я заметила этот беспорядок? Собравшись с силами встаю уставившись на уделанный кетчупом экран телевизора с голосовым управлением.

– Сам себя мой! – Швырнув в него тапок выхожу из дома.

Волоча три мешка, один ставлю в конце соседнего дома у контейнеров. С прочими иду в прачечную. Преодолев расстояние в несколько сотен метров, радуюсь, что очереди нет. Неужели в десять вечера никто не стирает? Двенадцать огромных стиральных машинок стоят с двух сторон, сверху на каждой установлены мощные сушки. Закинув деньги в аппарат, выбираю нужные функции добавив порошок и кондиционер. Расформировав одежду по цветам, понимаю, что двумя стариками не обойтись, поэтому запихиваю остальное туда же, а одеяло и пару белых толстовок с ним, в другую стиралку. Ждать сорок минут, потом сушка пятнадцать.

Оставив прачечную самостоятельно стирать, иду в круглосуточный магазин через несколько домов. На прилавках никакой свежей выпечки, а кушать хочется хоть в обморок падай. Выбрав тощий пирожок с картошкой не уверена, что он нормальный, но кидаю его в микроволновку на тридцать секунд. Мерзко пикнув, вынимаю свой разогретый ужин, прихватив банку горячего латте.

На улице темно и прохладно. Взглянув на белые спортивные брюки и синюю толстовку с капюшоном сжимаюсь, прижав горячую банку кофе к шее. Подойдя к прачечной, замечаю внутри человека, думала стирать ночью могу только я. Внутри тихо, человек сидит за стойкой перед окном, что-то рассматривая в своем телефоне. На голове черный капюшон от большой по размеру толстовки, на ногах спортивные широкие штаны стянутые на щиколотках и белые кроссовки. Присев за стойку у самой двери откусываю старое тесто. Фу, гадость то какая. Выплюнув сухой кусок в пакетик, встряхнув, открываю банку кофе забрызгав стойку перед собой, лицо и кофту.

– Всё-таки ты хрюшка, – вздыхая, снимаю толстовку, оставшись в спортивном белом топике.

Выбрав свободную машинку, закидываю кофту. И плюс ещё сорок минут ожидания. Господи, ещё первая стирка не закончилась. Покосившись на парня, сидящего в другом конце длинной стойки проверяю пустые карманы. Перцовки нет, ножика нет, да вообще ничего нет, но понадобилось бы оно мне разве? Вроде он мирный. Вроде. Разблокировав телефон, удивляюсь входящим сообщениям не от мамы, между прочим. Просто кроме неё, мне никто не пишет.

22:11 «Привет, Лив!»

22:13 «Чем занята, Лив?»

22:14 «Как добралась до дома, Лив?»

22:16 «Неужели готовишься к учебе, Лив?»

22:22 «Ой, это Вадим! Лив»

22:22 «Наверное ты сразу догадалась, Лив?»

Что за фигня? Он ведь обещал не бомбить? И зачем в конце каждого сообщения писать моё имя? Маньяк, что ли? Заблокировав телефон поворачиваю голову не застав мужчину сидящем по соседству. Эм… Допив кофе, выхожу из прачечной кинув банку в мусорное ведро съежившись от холода.

– Ну и холод… – Шепчу растирая плечи.

– Мерзнешь?

– Ааа!!! – Резко дернувшись влетаю в стеклянную дверь, – Твою ж…

– Хорошо в шапке, иначе голову бы расшибла, – с усмешкой в голосе произносит красивый мелодичный тенор.

– Это по-твоему смешно? – Злюсь, растирая лоб и плечо.

– Думаю да, но не безопасно, – повернув голову собираюсь так дерзко высказаться, что он точно пожалеет, что насмехался надо мной!

– Ты!!! – Стоит гад перед фонарем, что слепит мне глаза, – Кто такой?!

– А ты?

– Я посетитель прачечной! – Открыв на этот раз стеклянную дверь вхожу внутрь, захлопнув её за собой.

– Я тоже, – входит следом.

– Алло?! Да-да! Скоро буду! – Ору в телефон приложив его к уху.

– Он отключился ещё на улице, – снова насмехается хам в капюшоне.

– Что?

– Твой телефон, – смотрю на погасший экран.

– И что? Мне не могут позвонить?

– Могут, но ты не сможешь ответить.

– Что?

– В следующий раз хотя бы проверяй заряд батареи, прежде чем выходить на улицу ночью.

– Спасибо за надежду.

– Что? – Теперь он меня не понимал.

– Что будет следующий раз, – недовольно улыбаюсь.

– А, ты об этом. Хорошо тогда.

– Хорошо тогда?

– Ну да. Считай мы в расчете.

– В каком расчете?

– Ты помогла мне, я тебе.

– И чем ты мне помог? Позволил долбануться в дверь?

– Думай так, если хочешь, – под капюшоном блеснула прядь волос, когда он растер глаза. Брюнет, заключаю. Как-будто это, что-то значит.

– Если это не так, то давай свою версию, – наклоняю голову ниже, чтобы увидеть его лицо.

– Одной ночью не безопасно.

– Мой дом в трех минутах ходьбы.

– В семи. И за эти семь минут, может случиться всё, что угодно.

– Что-то я не заметила маньяков разгуливающих по этой улице.

– А может я один из них?

– А, ну тогда благодарю за подаренную жизнь. В следующий раз так не поступай, – усмехаюсь.

– Приключений не хватает в жизни?

– Мне?! Пх, выше крыши.

– Почему тогда такая легкомысленная?

– А не рано ли ты выводы обо мне складываешь?

– У тебя отсутствует чувство самосохранения. Ты лезешь куда не следует и когда-нибудь ответишь за это.

– Кто ты такой? – Хватаю его за капюшон, но снимать не спешу. Сжав моё запястье… кажется оно хрустнуло?

– Не делай того о чём пожалеешь, – прошептал опуская голову к моей голове. А чего он такой высокий?!

– Узнав кто ты, я пожалею?

– Верно.

– Ну это мне решать, так ведь?

– Решай тогда, – отпускает мою руку.

Стащив капюшон с его головы, чуть в обморок не грохнулась! Темные волосы упали ему на лоб, а серо-синие глаза похожие на шторм в океане лишили меня дара речи. Когда мой сосед стал таким привлекательным? Разинув рот, смотрю на его чувственные и точно сладкие малиновые губы. Оволосеть… Моя рука уже тянулась к его шелковистым волосам, желая провести по ним рукой. Что я творю? Из нас двоих он оказался более разумным и отвернулся первым, но… Если бы не отвернулся, что-то было бы? Какого черта, мне шестнадцать, а я думаю о его волосах? Сжав кулаки, поворачиваюсь спиной к соседу мысленно покрутив у своего виска пальцем.

Он живой!!! Только дошло, что он стоит передо мной, так ещё и дышит. Ох, надеюсь он не помнит меня? Какой кошмар, что я скажу? Как оказалась в его квартире? Что там делала? Как спасла? А как я его спасла?

– Мы разве знакомы? – Решаюсь задать вопрос, перекладывая первую стирку в сушку.

– Тебе бы этого хотелось?

– Терпеть не могу, когда отвечают вопросом на вопрос.

– Ты меня точно знаешь.

– Я?!

– Ага.

– Нет, не знаю.

– Ложь. Свесив ноги с крыши своего дома, ты часто пялишься на мои окна, – нагло заявил.

– Что?

– Я видел.

– Это не значит, что я тебя знаю. Да и если судить по твоей логике, ты знаешь меня по этой же причине?

– Оливия Камо.

– Откуда..? – Насторожившись, сжимаю в руке стиральный порошок, чтобы в случае чего кинуть врагу в глаза.

– Посмотрел кому принадлежит дом, дальше в интернете нашел твоих родителей и состав семьи, кто чем занимается и прочее. Всё это в наше время не тайна. Информации предостаточно.

– Ну выходит знаешь меня ты, но вот я не так находчива и даже имени твоего не узнавала, а знаешь почему? Ты мне не интересен и знать о тебе хоть, что-то мне не нужно.

– Зачем тогда влезла ко мне в дом?

– Что?

– Не знаешь, что проникновение на частную территорию карается законом?

– Это бред. Никуда я не проникала, – вздернув брови думаю, какова вероятность, что у него установлены камеры в квартире?

– А это тогда кто? – Передает мне несколько снимков.

Сглотнув пустоту сразу узнаю себя на фотографиях. На первой вхожу в его подъезд. На второй нахожусь на втором этаже. И финальное фото прекрасно показывает как я наполовину вошла в его квартиру. Что доказывают эти снимки? Да вот всё и доказывают, дьявол. Кто просил туда ходить?

– Можешь объяснить? – Встает передо мной.

– Пс, легко! Глянцевая фотобумага, не самого лучшего качества, стремно передает цвет стен в подъезде и…

– Я о тебе на этих фотографиях.

– Это твой способ отблагодарить?

– Я не благодарен тебе.

– Как знакомо звучит, – отступаю назад на несколько шагов.

– В отличие от тебя я не искал смерти, но то была моя судьба, а ты вмешалась, – вторив мне делает ровно столько же шагов сколько и я, но не от меня, а наоборот. Упираюсь спиной в стиралку.

– Я помешала тебе умереть?

– Именно.

– Попробуй сделать это снова и обещаю, что не помогу, в этот раз.

– Это не возможно.

– Почему?

– Умереть не так просто.

– Ой и не говори, это та ещё проблема… В смысле не проблема, да Боже, – стукаю себе по лбу, – Проглоти пол сотни таблеток и уснешь навсегда.

– Может на тебя такой способ подействует, но не на меня.

– Пх, вскрой вены.

– Кожа слишком толстая, – усмехается.

– Сбросься с крыши.

– Спасут крылья.

– Замерзни на смерть.

– Не реально.

– Пуля в лоб?

– Это человеческие способы, они все безнадежны.

– Действительно, ты то божество, – усмехаюсь.

– Что ты сказала? – Промелькнули нотки агрессии в его голосе.

– Да шучу я! Мнишь о себе слишком высоко вот и всё, – пропищала одна из сушек.

– Как ты сделала это?

– Поставила на ускоренную сушку, – пожимаю плечами.

– Я не о стирке.

– А о чём?

– Как ты вернула меня к жизни?

– Я? Ну это… сделала искусственное дыхание, но я не прикасалась к твоим губам!

– Это не вернуло бы меня.

– Очень даже вернуло! Ты как начал плеваться водой, что чуть заново не захлебнулся!

– Хочешь сказать просто сделала искусственное дыхание и я очнулся?

– Да я не знаю когда ты очнулся! После первой помощи я ушла! Итак было понятно, что ты выжил!

– Ясно. Это была не ты.

– В смысле не я? Я хорошо помню как делала это и ещё в твоей квартире осталась аптечка!

– Я выбросил её.

– Зачем?! Там лекарств на все случаи жизни!

– Мне они не нужны.

– Так она и не твоя! Взял бы и поставил под мою дверь! Знаешь сколько эти таблетки стоят?!

– Хватит орать. Купишь новые, – безразлично произнес брюнет.

– Посмотрите умный какой нашелся!

Открыв свою стиральную машинку, сосед свалил в пакет постиранные вещи хлопнув дверцей. Это всё? Он уходит? Серьезно? А как же мне не безопасно ходить одной ночами? Пока я мысленно возмущаясь закидывала его вопросами, он просто вышел из прачечной, зашагав прочь.

Оставшись ждать, когда закончится полоскание всё не могу понять резкой смены настроения соседа. Спасла – недоволен. Не спасла – тоже недоволен. Ужасный тип. В животе заурчало. Может в магазин ещё раз сходить? Дверь в прачечную открылась привлекая моё внимание. Натянув черную шапочку на брови исподлобья смотрю на вошедшую девушку с пакетом в руке.

Раскладывая вещи по цветам, девушка в серых спортивных лосинах и длинной кофте на замке слушала музыку через наушники. Звук был настолько громким, что я могла разобрать некоторые слова из песен. Иногда двигая бедрами и постукивая пальцами по машинке, она закинула деньги в автомат выбрав нужную функцию. Заметив меня, девушка вздрогнула, но после снова прикрыв глаза пританцовывала. Не помню, чтобы видела её раньше, хотя я стирать то пришла впервые за пол года наверно, да и в общественные места не хожу особо.

Сняв кепку, девушка переплела растрепанный русый хвостик, а пока она это делала, я разглядывала её темные глаза и худое лицо, на котором слишком топорщились острые скулы. Не могу сказать наверняка, но возраст её не меньше двадцати пяти лет. Всё время улыбаясь на одну сторону, она что-то печатала в своем телефоне не обращая на меня внимание. Сушка оповестила, что закончила. Радуясь, что могу отсюда уйти, запихиваю как попало вещи во второй пакет водрузив оба на плечо.

Покинув прачечную иду максимально быстро клокоча зубами от холода. Надо же было забыть, что толстовка всё ещё крутится в третей сушке. Вернуться? Нет уж, я практически дома! Завтра с самого утра сбегаю за ней. Заставляя себя не смотреть на соседний дом, вроде получается, но эти предательские глаза так и скашиваются в том направлении. Дьявол! У самой двери мельком оборачиваюсь кинув быстрый взгляд на его темное окно. Может он съехал с этой квартиры после того случая? Или перестраховываясь не включает свет? Закрыв за собой дверь поднимаюсь в спальню вывалив все шмотки на кресло.

***

Будильник прокричал семь утра и замолкать не собирался, пока не запустила в него тапкой. Из-за прачки вчера поздно вернулась домой, потом вспомнив, что дико голодная, готовила очень поздний ужин слишком долго, но умолотила его за несколько минут. Зачем-то вспомнив в три часа ночи, что сегодня контрольная в колледже, стала готовиться к ней. Поэтому спать легла всего пару часов назад, но теперь должна встать и ехать на учебу, что за жестокий мир?

Почистив зубы, заплела кривой хвостик оставив некоторые пряди на лице, надев светло-серую шапочку высокой посадки с отворотом. Теперь дело за малым, снять пижаму и надеть уличную одежду.

– Вот черт… – Смотрю на наваленную кучу мятой одежды на кресле.

Ну если бы ещё и этим ночью занималась, то вообще не легла бы спать! Откопав темно-серые джинсы loose style снизу подвернутые на один раз, радуюсь, что цвет и фасон отлично скрыл их мятый вид. Но вот с рубашкой так не повезло… Надев её на себя, несколько минут пыталась разгладить ладонями сплошные складки, но вышло фигово. Она всё-равно выглядит как смятый фантик от конфеты, при чем одна сторона чуть длиннее другой. На укороченной рубашке это выглядит странно… Одна сторона села, что ли? Пх… Сменив её на обычный белый лонгслив, спускаюсь на первый этаж.

– Я пришла! – Кричу зайдя на кухню, но за столом никого нет, – Мама? Дети? Мне кажется, или мы не виделись несколько дней с ними?

Ничего не понимаю, раньше такого не было, чтобы я добиралась сама в колледж. И завтрак был готов на столе. Но сейчас в доме как-будто живу только я.

Пройдя кухню выхожу в гостиную. У дома интересная планировка, некоторые комнаты сквозные как кухня, например, из неё можно попасть в коридор и на улицу, на лестницу ведущую на второй этаж и в эту гостиную. На стене, между двух высоченных затемненных окнах, висит большой телевизор. В моей комнате ровно половина его, но если мой время от времени работает, то этот не припомню, чтобы включался. В центре помещения стоит красивый черный стол для русского покера, прям с отверстиями под напитки и прочие заморочки, вокруг пять овальных кресел как полулюльки, очень мягкие и удобные, но больше чем пол года никто за ним не сидел. Наша жизнь кардинально изменилась и все винят в этом меня. А теперь и папа ушел на небеса не без моего вмешательства. Я приношу сплошные несчастья.

– Мама? Ты здесь? – Заглядываю в её спальню пройдя гостиную.

Не могли же они испариться. У мамы идеальный порядок в комнате. Всё аккуратно расставлено и не пылинки на полках, даже пол кажется блестит. Большая двуспальная кровать ровно застелена шелковым бежевым покрывалом с вышитыми цветами на нём и четыре бежевые подушки симметрично уложены уголок к уголку. Как-то мои разного цвета, качества и фасона подушки, представила горой наваленные в углу у шкафа и там же сотня мягких тысячелетних игрушек. Ну, я творческая личность, да… На прикроватных тумбах стоят фоторамки с семейными снимками. Взяв один в руки шмыгаю носом резко поставив его обратно.

Выбежав из маминой спальни, хватаю любимую куртку как для игры в регби черную с белыми рукавами, застегнув молнию до конца. У двери нахожу черные брошенные ночью массивные ботинки на шнурках, натянув их выхожу на улицу. Закинув рюкзак за плечи, набираю маму.

– Алло?

– Мам!? Где ты?! Где дети?!

– Что-то случилось?

– Нет, просто я снова не застала вас дома. Где вы?

– Милена давно в школе, у неё занятия начинаются в семь тридцать, учитывая, что нужно ехать на другой конец города, нас конечно давно нет дома. Роберта завезла в сад и заберу только вечером.

– Но я не заметила тебя и ночью.

– Кстати, как раз собиралась спросить где ты была, я заходила к тебе в комнату, но тебя там не было?

– Почему тогда не позвонила?

– Твой телефон был выключен, куда мне нужно было звонить?

– А, точно! Я в прачке была. Ой! Моя кофта!

– Потеряла одежду?

– Я?! Конечно нет! Пфф, ой откуда столько народу?

– Где ты? Какой народ? Ты где сейчас находишься Оливия? – Испугано спрашивала мама.

– Я перезвоню мам, а вообще знаешь, увидимся вечером дома.

– У меня ночная смена, так, что может не получится увидеться. Ты же доберешься в колледж сама?

– Что тут случилось? – Отключаю телефон. Женщина с дома рядом только и охала в ответ.

Просочившись между людьми подхожу ближе к зданию прачечной, из которой собиралась забрать свою толстовку. Подойти ещё ближе было невозможно, так как периметр обтянули желтой лентой. Несколько полицейских машин перекрыли подъезд к помещению с дороги. Ограбили прачку? А это вообще возможно?

– Что там произошло? – Задал кто-то из зевак вопрос, кстати и меня интересующий. Настроилась, жду ответа.

– Девушку ночью убили, прямо в прачечной, – поделилась толстушка.

– Что? Девушку?

– Какой кошмар!

– Как это случилось?

– Да кто ж его знает, теперь нести белье обратно, – цокала очередная недовольная женщина.

– Говорят, её сожгли, – в прачке? Это же нелепо…

– Да не сожгли её, а кислотой залили, что остались только кости! – Что-то мне подурнело.

– А кто она, вы не знаете?

– Она недавно переехала в наш район, может от мужа убегала, а он нашел? – Ну и фантазия у людей.

Проскользнув под лентой иду быстрым шагом к прачке, чтобы рассмотреть жертву. Пока меня не прогнали вглядываюсь через стекло прямо внутрь. На полу лежало тело накрытое белым покрывалом, но тонкие ноги в серых лосинах и белые кеды найк я узнала. Вот блин, это же та, что пришла когда я там была. Сердце опустилось в пятки. Черт возьми, это преднамеренное убийство или не приди она убили бы меня? Ой, мамочки!

– Что ты здесь делаешь?!

– Ой, простите… Там моя… ну…

– Уйди за ленту быстро!

– Ладно, простите, – сваливаю от полицейского добежав до магазина, дальше уже иду более спокойно.

Глава 5

В просторной аудитории много света и теплый воздух легко парящий из кондиционеров. Не снимая верхнюю одежду и шапку, сжимаю в руке мобильник. Заняв место ближе к началу внимательнее стать не получается. Разнервничавшись из-за утреннего происшествия пол дня провела как в тумане. Как подумаю, что это могла быть я, от ужаса леденеют руки. Ну может это и впрямь её бывший или ревнивый муж? Но всё-равно жалко её и жутко, что это случилось в моём районе.

– У вас осталось ровно сорок минут и контрольные должны лежать на моём столе, – раздался голос преподавателя.

Точно, контрольная. Не знаю почему, но на все вопросы ответила быстро, даже не задумываясь над ответом. Скорее всего это плохо, потому что и половины не поняла, о чём читала. Будь, что будет.

Сдав лист с ответами, выхожу из аудитории в большой и совершенно пустой коридор. Проверив баланс на карте, решаю побаловать себя обедом в студенческой столовке. Выбрав столик в углу оставляю на стуле рюкзак подойдя к витрине.

– Здрасьте, вот этот вот салатик пожалуйста, – тыкаю пальцем в блюдо.

– Здравствуйте. Лучше цезарь с сухарями и курицей, – поднимаю глаза на парня в красном фартуке.

– Что?

– В том помидоры со вчерашнего дня.

– А вам не всё ли равно?

– Хотите этот? Тогда ладно, – собрался класть вчерашний салат на мой поднос.

– Нет! Пожалуй цезарь мне подходит, – криво улыбаюсь.

– Да, конечно. Вам по больше?

– Зачем мне по больше? Сделайте как нужно, – из под колпачка его выбились несколько светлых прядей падая на лоб, на которые я, обратила особенное внимание. Это болезнь такая? Мне нравятся мужские волосы? Может это из жалости, что они очень быстро лысеют?

– Что выбрали?

– А? Ой, простите, кар-то-фель? – Неуверенно спрашиваю.

– Отличный выбор, с тушеной говядиной, верно?

– А… хах…ах… Ага, – киваю. Сверкнув голубыми глазами, казалось он улыбнулся, но губы его даже не дрогнули.

– Что будете пить?

– Даже не знаю…

– Черный кофе?

– Да! – Слишком эмоционально отвечаю, – Да. Да, спасибо.

– Столовые приборы в конце, хлеб берите черный, он полезен.

– Благодарю…

– Приятного аппетита, – подошел парень к откуда-то взявшейся девушке с пустым подносом.

Да уж, навалил он конечно от души. Но придется съесть всё, а то не удобно как-то. Почему супчик не взяла вместо картошки? А, у меня появился личный диетолог, который следит за моим питанием и качеством продуктов. Наворачивая обед, смешиваю мясо с картошкой и выходит действительно вкусно, салат тоже не плох, только вот сыр не люблю совсем. Прислушиваясь, не могу понять у кого так противно звонит телефон и почему он не отвечает? Если нет желания разговаривать, то можно выключить звук, чтобы не мешать окружающим. Чего они на меня пялятся? То один пройдет и глазеет, то другой. У меня лицо грязное? Посмотрю в отражении на телефоне! Сунув руку в карман нахожу идиота, который не отвечает на звонок. Дьявол.

– С-слушаю?

– Привет, Лив!

– Какой привет? Кто это?

– А! Это же я!

– Действительно, чего это я!? – Идиотски смеюсь, – Кто я?!

– Ой, Вадим!

– Кто? – Хмурюсь, напрягая память.

– Мы в автобусе познакомились!

– А! Самокат?

– Точно! Это я!

– Я же перевела деньги за прокат, не хватило?

– Да нет же! Я вообще-то просил не отдавать их.

– С чего вдруг?

– Ты же из-за меня вышла раньше чем должна была.

– И что?

– Получается и вина моя. Раз уж так вышло, я угощу тебя.

– Чем угостишь? Мне ничего не нужно.

– Обедом например?

– Я только доела тушеную говядину и салат.

– Тогда ужин?

– Я так часто не ем, ещё и в тот же день.

– Что?

– Сыта говорю. Больше не хочу кушать!

– Выпьем тогда?

– Что выпьем? Кофе я вот прям сейчас допиваю и больше одной чашки в день не пью, а чай я могу пить только, чтобы запить ватрушку с творогом, но повторяю, я сыта и кушать больше не собираюсь.

– Эээ… вино?

– Чего?

– Алкоголь.

– Что?

– Ладно, черт, давай просто встретимся сегодня вечером, идёт?

– Не идёт. У меня двое детей знаешь ли, оставить их не с кем, вот такая история. Ну всё, пока?

– Не не не не не! Погоди, какие дети? Такие же как фальшивые права и зеленый джип?

– А у тебя хорошая память, самокат, – отхлебываю кофе с чайной ложечки.

– Давай просто погуляем вечером?

– Я правда не могу.

– Тогда завтра?

– Возможно, – пожимаю плечами, глядя как подходит раздатчик еды в красном фартуке.

– Может увидимся в твоем колледже? – Спрашивает голос из динамика.

– Как еда? Понравилась? – Задает вопрос работник столовой.

– Да.

– Супер, во-сколько подойти? – Спрашивает телефон.

– Приходите завтра по раньше, будет больше выбора, – он на обед меня приглашает или на свидание?

– В двенадцать?

– Договорились!

– В двенадцать хорошо, – кивнул он колпачком.

Сунув телефон в карман, выхожу из столовой. Интересно, что там с моей синей толстовкой? Жалко будет, если её выкинут или себе заберут.

Просидев ещё на двух парах, зевнув выхожу из колледжа. Может поехать домой и спать лечь? Отправив маме сообщение, что закончу раньше, получаю ответ, забрать сестру из школы немедленно. Это в другом конце города! Почему я должна забирать её?! Ну пусть едет на такси, не маленькая в конце концов! Злясь, жду такси у ворот.

– Здравствуйте. Центральный район, к средней школе, пожалуйста, – повторяю адрес заявки водителю такси.

Кивнув, мужчина спокойно вёл автомобиль. Ненавижу эту школу. Почему мама не перевела её в другую? Даже выходить не стану из машины. Раздражая себя всю дорогу, не заметила как подъехали к центральному входу средней школы, в которой недавно училась сама.

– Приехали.

– Подождем не много и поедем дальше, – объясняю водителю.

– Ожидание платное. И указывать нужно было два адреса.

– Ладно, ясно. Сейчас поедем, – набираю номер сестры. Не отвечает.

Позвонив маме, выхожу на улицу. Конечно же и она не ответила на звонок. Да в чём дело? Собираясь уехать домой, замечаю едва уловимое движение за высокой изгородью из декоративных кустарников. Кошка? Обойдя кусты нахожу проход заглядывая туда.

– Эй? Что ты там делаешь? – Обращаюсь к сидящему человеку прям на земле.

– Отвали.

– Милена?!

– Оливия?

– Какого черта ты тут сидишь?! – Пробравшись внутрь и отодвигая противные ветки, дергаю сестру за капюшон стянув его.

– Отвали! – Орет как полоумная.

Её светлые волосы местами были зелеными, а на левой щеке зияло красное пятно. Поняв, что произошло опускаюсь рядом с ней положив руку на плечо приободряя.

– Не буду спрашивать, что произошло, но поверь, это пройдет.

– Да неужели? Как прошло у тебя?

– При чём тут я?

– А из-за кого думаешь надо мной каждый день издеваются?!

– Что?

– Из-за кого меня называют изгоем и плюют каждый раз проходя мимо мне в лицо?! – Кричала расстроенная сестра.

– Просто не обращай на них внимание…

– Серьезно?!

– Чего ты злишься на меня?! – Психую.

– Меня называют сестрой убийцы!

– Кто так называет?! Покажи мне их! Я им устрою!

– Что устроишь? – Вытирает она слезы с испачканных щек.

– Хотя бы объясню, чтобы не трогали тебя.

– Лучше вообще не лезь, сделаешь только хуже.

– Поехали домой, такси ждет, – поднимаясь на ноги вместе с сестрой, выбираемся из кустарников.

– Где мама?

– Она меня попросила забрать тебя со школы.

– А Роберт?

– Вроде он с ней сегодня работает. Запрыгивай, – открываю дверь перед сестрой.

– Едем?

– Да.

– Я и сама могла уехать на такси.

– Вот именно, не понимаю зачем мама просила забрать тебя.

– В другой раз попросит, не приезжай.

– И позволить сидеть тебе в кустах?

– Это не твоё дело.

– Может ты и вправе злиться на меня, но могла бы делать это не так открыто?

– Я тебя ненавижу, – шепчет Милена вытирая слезы.

– Ты тоже считаешь меня виноватой?

– Да какая разница? Они всё-равно не отстанут от меня.

– Кто они? Одноклассники?

– Вся школа. Даже учителя смотрят на меня как на прокаженную!

– Тише ты, – шикнув на неё смотрю на водителя, – Я поговорю с мамой, чтобы она перевела тебя в другую школу.

– И чем это поможет? Тебя знает весь город и ненавидит!

– Поговорим дома.

– Я не хочу с тобой разговаривать! Почему ты не умерла в том автобусе?!

Оставшиеся одиннадцать минут, мы проехали молча. Сердце так сильно болит, что кажется вот вот остановится. Подъехав, Милена выскочила из такси как ошпаренная, забежав в дом. Оплатив поездку, обхожу дом забираясь на крышу. Действительно, почему я не умерла в тот проклятый день со всеми учениками? Сидя на крыше обхватываю колени уткнувшись в них лицом. Поток слез обжигал мои щеки. Если бы знала причину аварии, может и мне стало бы ясно за, что ненавидеть себя, но я ничего не помню… Ничего…

Замерзнув и дождавшись темноты спускаюсь домой. Нужно поговорить с мамой. Свет в доме потушен. Видимо сестра сразу легла спать. Вместо своей, иду в её комнату на второй этаж по соседству с моей. Темно. Приоткрыв дверь, замечаю смятую, но пустую кровать. Где она? Ой, ну и ладно, пусть обижается. Закинув рюкзак в свою комнату спускаюсь на кухню, включив свет.

– Ааааа!!!! Ааааа!!!! Мамочки!!!! – Бросившись на колени к лежащей в луже крови сестре, сжимаю вспоротые вены на её руке, – Идиотка! Милена! Черт прости меня!!! Умоляю! Мамочки, что же делать?!

Дрожащими руками достаю телефон из кармана, набрав номер скорой помощи, но после того как озвучиваю адрес в ответ слышу, ждите, вызовов слишком много. Обмотав левую руку сестры полотенцем, вылетаю на улицу громко крича и моля о помощи. Неужели все настолько бесчувственны и бессердечны?! Рыдая, бегаю по дороге взывая о помощи, но никто не думал реагировать.

– Да почему черт возьми, вы все такие черствые?!

– Где она? – Появился мой сосед из дома напротив.

– На кухне, – плачу, – Я перевязала её руку и вызвала скорую, но они не приедут! Её нужно срочно везти в больницу! Помоги мне, умоляю!

– Веди к ней, – зашагал вперед меня сосед.

Зайдя в дом опускаемся рядом с Миленой на колени. Брюнет пощупав есть ли пульс, послушал и дыхание, озадачено глядя по сторонам.

– Умоляю, скажи, что она дышит, – сжимаю правую руку сестры.

– Неси аптечку, бинты, всё, что есть!

– Ты выкинул её!

– Что больше нет медикаментов в доме и бинтов?!

– Не знаю! Боже! Сейчас! – Бегу в ванную комнату вывернув всё из шкафчиков, обнаружив бинты, – Нашла!

– Я остановил кровь. Она дышит, но очень слаба. В больницу нужно в любом случае, ей понадобиться переливание и чем быстрее, тем лучше.

– Но мне не на чем её везти! – Достав свой мобильник, сосед позвонил в скорую, назвав свой адрес.

Смешно ли, грустно ли, но спустя девять минут, карета скорой помощи стояла у дома напротив. Вынося на руках мою младшую сестру, сосед попросил ждать дома. Так и поступила дрожа от волнения и страха за ребенка. Но если таким лишь образом её спасут, то я буду стоять в стороне. Проводив взглядом скорую, оседаю на пол оперевшись на входную дверь. Она совсем ещё мала…

– Мммм… мммм… уууу… зачем она это сделала… – опора для спины исчезла, что привело к моему позорному падению. Лёжа на спине наполовину на улице смотрю на нависшего надо мной соседа, – Кхааааа-а-а-а!

– Хватит рыдать, поднимайся, поедем в больницу. Я узнал куда её привезут.

– Правда? – Втягиваю сопли обратно в раздутый нос.

– Переоденься.

– Нет на это времени! Едем!

– Переоденься, вся твоя одежда в крови.

– Дьявол… – шмыгнув носом, находу скидываю куртку и окровавленную рубашку поднимаясь в комнату. Натянув черную толстовку с капюшоном поворачиваюсь, – Мамочки напугал!

– Штаны тоже, – стоит в пороге сосед.

– Что?

– Джинсы в крови, переодень их.

– Да… может… ты…

– Жду внизу.

– Ага, – снова шмыгнув, натягиваю спортивные штаны от костюма, перекладывая телефон из кармана в карман.

Сбегая вниз по лестнице натягиваю шапку на растрепанную голову. У двери обуваю черные кроссовки и выхожу. А где? Не найдя такси не понимаю, он уехал без меня? Но ведь…

– Чего замерла? – Спросил человек сидящий на синем мотоцикле в защитном шлеме.

– Это..?

– Надень, – протягивает второй шлем мне.

– С-пасибо…

– За меня держись, – но я то не такая и даже в стрессовые моменты думаю головой.

Усмехнувшись, он дал газку, из-за чего меня чуть не выкинуло с мотоцикла. Вцепившись мертвой хваткой за его талию, прижимаюсь головой к спине. Черт возьми… Шум мотоцикла перекрывал мои завывания и боль в сердце. Адреналин от поездки на столь агрессивном транспорте, не стоит в сравнении с ужасом, что сестру не довезли до больницы. Этого мне не простит даже мама. Если Милена не откроет глаза, клянусь, больше меня не увидит не одна живая душа.

У дежурного входа в больницу машины скорой помощи только и сменяли друг друга, как будто где-то произошло массовое происшествие.

– Не стой, идём внутрь, – подтолкнул сосед меня в спину.

– А? Да, – проходим через пост охраны, но на нас и внимание никто не обратил, – Что здесь происходит?

– Несколько часов назад взорвалась автозаправка на выезде из города. Семь человек погибло, одиннадцать получили разной степени тяжести травмы. Большинство из них привезли сюда.

– Откуда ты знаешь?

– В новостях показали.

– Так может поэтому скорая не смогла выехать ко мне?

– Может и поэтому.

– Здесь столько народу…

Крутясь на месте, не привычно было видеть такое. Людям оказывали первую помощь прямо в коридоре. Сразу стало ясно, что врачей здесь раз, два и обчелся, но буквально за нами вкатили очередного раненого человека. Провезя каталку мимо меня, успеваю рассмотреть окровавленное лицо мужчины. Помимо этого, его правая рука и шея были обожжены казалось, до мяса. Меня чуть не стошнило от жуткой картины.

Повернув мою голову в противоположную сторону и сжав длинный рукав толстовки, сосед, потянув за него, увел нас подальше от молящих о помощи людей. Умереть можно так быстро, но мучительно и страшно… Их семьи наверное на пути в больницу молятся всем существующим богам, чтобы увидеть их живыми? Но разве это поможет?

– Здравствуйте, недавно девочку привезли на скорой, – попытался мой сосед выяснить хоть, что-то о сестре.

– Вы видите какая сегодня оказия?! Если и привезли, то ждите! И ночью нет часов приема!

– Хорошо, спасибо вам большое, – кивнув злюке он потащил меня за рукав дальше.

– С чего ты ей спасибо сказал? Она же противная как слизняк!

– Хотя бы за то, что охрану не вызвала.

– Ааа, тоже верно.

Достигнув конца коридора, замечаю одинокую кушетку у стены, на которой лежит моя младшая сестра.

– Милена!?

– Она в порядке.

– В порядке?! Выкинули в коридор как мусор, это в порядке?! Какое они право имеют так поступать! Почему?! Потому что..! Потому что! Сволочи!

– Оглянись вокруг, здесь многие в коридоре, просто, потому что переполнена больница.

– Я сойду с ума! А если мама это увидит?!

– Объяснишь положение в больнице.

– Ты умный, что ли?!

– Не стоит на мне срываться, – спокойно предлагает брюнет.

– О правда? Что это я себя веду как-будто моя сестра чуть не умерла?! Действительно!!!

– Ты привлекаешь лишнее внимание.

– Лишнее? Да тут хоть в горн дуди всем плевать!

– Просто обрати внимание, что ей оказали первую помощь, – кивает на Милену.

– Помощь? – Шмыгаю носом, сжав руку сестры.

Её светлые волосы перепачканы засохшей кровью, как и белая школьная рубашка. Лицо Милены выглядело мертвецки бледно, губы синеваты, щечки впалые смотреть больно…

– Послушай, мне уже пора.

– Ага, – не поворачиваюсь.

– Возможно её продержат здесь до утра.

– Не важно, я останусь.

– Тебя могут попросить уйти из приемного отделения.

– Разберусь.

– Будешь сидеть на улице?

– Если потребуется.

– Я могу отвезти тебя домой?

– Я не уеду отсюда!

– Я понял, но если возникнут проблемы позвони мне.

– Угу, – без разрешения, сосед сует свою руку в мой карман вынув телефон и поставив перед лицом разблокировав.

– Готово. Мой номер в твоей телефонной книге.

Глава 6

Открыв глаза не сразу понимаю где нахожусь, но почуяв запах хлорки и медикаментов, вспоминаю о больнице. Подняв голову с пола растираю затекшее плечо. Черт, я вырубилась прям на полу? Разгибая с трудом конечности, встаю глядя на пустую кушетку. Где моя сестра?! Волоски на теле зашевелились буквально причиняя боль коже. Сердце билось в слишком замедленном ритме. Чувствую как глаза собираются закатиться забирая остатки здравого смысла. Задышав глубоко и очень спокойно на десятый счет темнеет перед глазами и легче не становится. Прислонив лоб к холодной стене кусаю нижнюю губу до крови, но снова легче не стало.

– Тебе плохо?

– Что? – Спрашиваю стену, в которую всё ещё упираюсь лбом.

– Эй? Девушка? – Потеребив меня за рукав кто-то потянул его на себя.

– Да, что такое?! – Повернувшись, вижу молоденькую медсестру озадачено глазеющую на меня.

– Всё в порядке?

– Что? – Пялюсь на низкую пухлую девушку.

Густая желтая челка лежит на глазах девушки, это должно быть не удобно..? Остальная же копна пережженных волос стянута на затылке в хвост. Бледно-голубая сорочка и прямые брюки выделяют все её объемные формы, но от этого плохо она не выглядит. Скорее хуже сейчас выгляжу я. Более того, всё наверное совсем печально после сна на полу в неудобной позе.

– Вы ждете врача?

– А? Да-да, мне нужен врач, – активно киваю головой.

– Вы по сигнальному листу?

– Чего?

– Вас скорая привезла или нет?

– Не меня… Здесь девочка была, – указываю на кушетку.

– Девочка?

– Да, светленькая, одиннадцати лет, худенькая, в школьной форме.

– А! Поняла! Так её забрали несколько часов назад.

– Куда забрали?! Что с ней?!

– Вы знакомы?

– Конечно знакомы!

– Да не волнуйтесь, с ней всё хорошо. Её перевели в детское отделение.

– Мне нужно увидеть её.

– Это же больница, а не гостиница. Вот так просто и в пять утра нельзя здесь ходить. Завтра приходи.

– Нет! Я не могу завтра! Я обещала с ней быть!

– Потише пожалуйста, врачи всю ночь трудились, вот только удалось присесть и отдохнуть, а ты шум поднимаешь.

– Простите, но я правда не могу уйти не увидев её.

– Ну я же сказала, что она в порядке.

– Простите ещё раз, но я не уйду, – чуть не плача говорю сложив ладони вместе.

– Да в любом случае наверх ты не попадешь. Здесь лифт только для подъема пациентов и врачей. Там камеры и охрана. Так, что извини.

– А если я через главный вход зайду?

– Зайдешь, но только через три часа, когда его откроют.

– Как же мне туда попасть?

– Нц, да никак. Просто езжай домой, выспись, а после возвращайся, – собиралась уйти медсестра, но неожиданно передумала, – А кто она тебе?

– Сес-сестра…

– У неё вены были перерезаны?

– Ну… да…

– Сама, что ли?

– В смысле?

– Не типично просто, всего на одной руке и рана не кровоточила, когда её привезли. По идее не должна была дотянуть.

– Чего?

– Суицидников не торопятся забирать на скорых, а эту привезли прям сразу, она и кровью истечь не успела.

Чего не успела? Кровью истечь? Да я нашла её в луже крови! Там было столько, что не хватило бы трехлитровой банки! Что? Скорая привезла сразу??? Да я дома с ней провела около… а сколько времени я билась в истерике на кухне, а потом ещё носилась по дороге зовя на помощь? Не важно, но я точно знаю, что никакая скорая за ней не собиралась ехать и доставили её в конце концов далеко не в течении первых пяти минут.

– Кстати, сколько тебе лет?

– Мне?

– Ну да, тебе?

– Шестнадцать, – медсестра достав из кармана блокнот, что-то записывала в него.

– Что вы пишите?

– А это? Да список утренней смене, чтобы ничего не забыли.

– Разве вы не пользуетесь компьютерами, где есть вся информация?

– Пользуемся конечно, но это я конкретно для своего малыша записываю, – странно хихикает девушка.

– Малыша?

– Конечно. Он меняет меня и заступает на смену в семь утра. Я ему всегда оставляю записочки, поэтому он самый лучший санитар в дежурной части. Но кстати, из-за твоей сестры у нас проблемы будут.

– Почему?

– Мне пришлось отчет писать, а малышу завтра предстоит со следователем встречаться, а может ещё и меня вызовут. Па! Не дай бог вызовут в мой выходной!

– А вас то зачем?

– Я с травматологом приняла её, а так как она суецидница, это вагон проблем, но то, что она ребенок вообще не выйти не застряв по самые уши!

– С травматологом?

– Ну кто был на месте с тем и сработали.

– Чего? – Очень странная женщина.

– Где родители её?

– У мамы ночная смена…

– Зови значит папу! Следователь в девять как штык будет здесь.

– У нас нет папы…

– Маму пусть отпускают, звони давай.

– Но пять утра ведь?

– Чем раньше узнает, тем лучше.

– А можно ей об этом не узнавать?

– Пхах! Ну ты даешь. Суицид и не совершеннолетие такое себе сочетание.

– Ясно, – грустно вздыхаю.

– Слушай, ты же не торопишься?

– Я?

– Постой на стреме, я с заднего входа выбегу на перекур и вернусь?

– Курить?

– Тише ты!

– Ой, простите.

– Просто постой вон там, – тыкает пальцем в другой конец коридора.

– А если врач… мне же нужно про сестру узнать, – пытаюсь вытянуть из руки медсестры свой рукав. Что за кошмарная кофта? Сожгу её к черту, все то и делают, что таскают меня за эти рукава!

– Я тебе итак всё рассказала. Да я мигом, не волнуйся!

Мне ничего не оставалось как быстрым шагом следовать за ней. Поставив меня как сторожевого пса, девушка скрылась за дверью, а я осталась наблюдать за коридором. Мне нужен врач. Если у Милены не будет никаких осложнений, то маме можно и не сообщать. Поэтому, пока они не вызвали следователя, нужно закрыть этот вопрос. Не сообщили же? А если сообщили? Тогда придется действовать по обстоятельствам.

Прошло не меньше двадцати минут, что она там делает? А! Может там ждал её малыш? Ведь если он заступает на сутки после неё, времени друг на друга совсем не остается. Взглянув на телефон удивляюсь как быстро летит время, уже тринадцать минут седьмого. Серьезно, что она там делает? А может она обойдя больницу, зашла с другого входа? Или прошла мимо, а я и не заметила? Отреагировав на вибрацию телефона смотрю на экран. Сообщения? Мне? Если это не мчс, то точно номером ошиблись.

«Ты до сих пор в больнице? Как она? Если не удастся поспать хотя бы пару часов, выпей витаминную воду, она продается в автомате, где сидит охранник. Там всё просто, сначала выбери напиток, затем приложи карту для оплаты. И батончик купи энергетический, он тоже там есть. На самом деле тебе стоило вернуться со мной и убраться в доме перед приходом мамы.»

Я тупая по его мнению? Думает не разберусь с автоматом? Да к черту его. Пх. Не пойму даже кто это может быть.

– Доктор!? – Ринулась бежать заметив человека в белом халате.

Пока бежала, чуть не поскользнулась на мокром полу, но неожиданно возникшая картина крови в собственной кухне вызвала странную реакцию. Закатывая глаза, лечу на пол.

***

– Оливия?

– Мама?

– Наконец-то ты очнулась, – шмыгает она носом.

– Что случилось? – Сажусь в постели осмотрев больничную палату.

– Ты снова упала в обморок.

– Я же кушала в колледже и даже спала!

– С твоим организмом происходят некоторые изменения на гормональном фоне. Врач сказал, это нормально и скоро пройдет, но нужно быть осторожной.

– Подушками обмотаться, ахах?! Ой мам, Милена!

– С ней всё хорошо.

– Ты уже знаешь?

– Конечно.

– Клянусь, она больше такого не сделает!

– Разве она виновата, что упала и рассекла запястье об угол стола?

– Об угол стола?

– Да, она всё рассказала и следователь после осмотра дома, это подтвердил.

– Это правда? – Не верю маме совершенно.

– Конечно, – улыбнулась она.

– Мы можем поехать домой?

– Да, врач сказал, как только ты проснешься, мы можем ехать домой.

– Тогда идём.

Вскочив с койки чувствую себя довольно бодро и свежо. Как хорошо, что моя одежда осталась на мне, кроме… Проверив все карманы не нахожу телефон.

– Мам, а мой телефон у тебя?

– Нет, мне его не отдавали.

– Черт! Я уронила его, когда упала в обморок!

– Куда ты?!

– За телефоном, жди меня здесь!

Быстро ориентируясь, нахожу лестницу сбегая по ней на первый этаж. Высунув голову в дверь, вижу хол и в целом не знакомое помещение. Значит нужна другая дверь, та, что напротив! Вхожу в неё, оказавшись в том самом предбаннике, где ждала медсестру.

Странная больница. Сейчас вместо врачей по коридору шныряют полицейские. Здесь всегда так интересно? Какие-то сигналы передаются по рациям сотрудников, на которые они даже не отвечают. Похоже так положено. Пригнувшись ищу на полу мобильник, заглядывая под каждую лавку и каталку. Высокий парень (вроде медбрат) о чём-то беседовал с мужчиной в полицейской форме охая и вздыхая. Приблизившись к ним улавливаю слова.

– Обычно она не курила на сменах, но видимо, что-то случилось?

– Что именно могло случиться?

– Она весь день ждала, когда ответит её парень. Они вроде поссорились, или расстались…

– Кто её парень?

– Да он тоже работает в нашем отделении санитаром. Он и сейчас здесь!

– Где?

– На приеме с травматологом, у нас прям аншлаг последние сутки происходит!

– А вы слышали как она ругалась со своим парнем?

– В течение дня она отправляла ему голосовые сообщения, но ответа вроде так и не получила.

– Ясно.

– Так скажите пожалуйста, кто убил Марину Игоревну? – От этого вопроса в груди защемило. Вспомнив бейджик на груди девушки, меня буквально бросило в пот. Как это убита?

Оставив эту пару, двигаюсь дальше по коридору, что за жесть? Да, нет, это просто совпадение. Покружившись в приемном отделении, телефона так и не увидела, что же делать? Куда он мог пропасть? Поймав медсестру задала несколько вопросов о телефоне, но ничего нового не узнала. Как сквозь землю провалился.

– Извините, – найдя уборщицу питаю последнюю крошечную надежду, – Я потеряла свой телефон ночью, но никто не видел его. Может вы знаете? Он белый и весь в наклейках с ангелочками.

– Телефон?

– Ага.

– А как докажешь, что он твой?

– В смысле?

– Допустим, находила.

– Ну говорю же, он белого цвета, а ангелочки фиолетовые прям на корпусе наклеены.

– Нет у меня твоего телефона, – сложила старуха руки крестом.

– Зачем тогда спрашиваете как докажу, что он мой?

– Отдала я его уже.

– Кому?!

– Человеку, – боже ну и карга.

– Какому человеку?! Он же мой!

– Да он в отличие от тебя и номер назвал, а ты про какие-то ангелочки говоришь. Не видела таких!

– Вы отдали его светленькой девочке примерно одиннадцати лет?

– Насмешила! Высоченному парню в черном пальто!

– И где он теперь?

– Мне то откуда знать?! Может адрес надо было спросить?!

– Может и надо было. Вы вообще в курсе, что подарили мой телефон незнакомому?

– А откуда незнакомый знает, что на экране нарисовано?!

– И что там было нарисовано? – До сих пор надеюсь, что это не мой телефон.

– Дождь и лужи!

– Опузыреть…

У меня на заставке именно дождь и стеклянная лужа, в которой отражается размазанное существо в облаках. И этого знать не мог никто, даже Милена. Ну и кто этот мужчина? Где мне искать его и зачем ему понадобился мой разбитый со всех сторон телефон? С него даже денег не выйдет поднять. Шутки ради? Это было бы более реальным, будь у меня друзья. Не прощаясь выхожу на лестничную площадку, вернувшись назад. У палаты застываю прижав ухо к щели.

– Мы итак сделали больше, чем должны.

– Что значит больше? Она ребенок и такие потери сознания стали учащаться, а причин мы не знаем! Почему вы не проведете обследование?!

– Вам лучше уйти отсюда, а лучше вообще переехать в другой город и начать сначала.

– Что вы имеете ввиду?! В чём вы обвиняете ребенка?! Она не виновата в той аварии!

– Прекратите кричать, вам и самой наверно в это верится с трудом, но она ваша дочь и вы защищаете её.

– Было проведено расследование и не было найдено не одной прямой улики, что доказывало бы её вину!

– Как ещё сказать, когда вы заплатили судье? Ваш муж тогда вывалил целое состояния и вашу дочь оправдали, разве не так?

– Он вывалил то самое состояние, чтобы невинного ребенка защищал самый дорогостоящий адвокат, потому что весь город ополчился на неё!

– Тридцать девять детей погибло! – От крика мужчины вздрагиваю испугавшись.

– Но это не её вина!

– Её никто не станет лечить, это не только моё решение.

– Вы не имеете право отказывать в помощи! Я плачу налоги! И у нас есть медицинская страховка!

– Никто и не отказывает вам в помощи, первой и необходимой.

– Если бы ваш ребенок был на её месте?! – Плача кричит мама.

– Он бы умер с остальными. Благо наши дети разного возраста, – от такой жестокости по щекам катились слезы.

Выбежав на улицу сразу заметила мамин пантиак. Никто и никогда не простит меня и уж тем более не перестанут ненавидеть. Но только почему должна страдать мама и сестра с братом? Они невинные люди и никогда не причиняли вреда окружающим. Убедившись в том, что Милену не просто выписали так скоро, прихожу в ярость. Сволочи! Схватившись за ручку открываю бордовую дверцу старой железяки встретившись глазами с сестрой.

– Где мама?

– Скоро придет. Она думает ты на угол стола упала, – сажусь на переднее сидение.

– Так и было, – безразлично отвечает бледная сестра.

– Прям так ровненько рассекла вены?

– И что?

– Ничего, – достав канцелярский нож из кармана кидаю ей в руки, – А эта штукенция тоже случайно упала рядом?

– Что это?

– Твой первый и единственный друг.

– Что за бред?

– Ты лучше не привыкай к этому.

– Кто бы говорил?

– Послушай ты! Если не станет меня, всем только полегчает, но если не станет тебя мама не выдержит! Хочешь оставить Роберта одного?! Вперед тогда!

– Тогда займись этим как можно быстрее! Ненавижу тебя!

– Просто, потому что тебя достают в школе? – Усмехаюсь.

– Потому что ты жива, а все они нет!

Больно ли мне слышать такое от собственной сестры? Конечно. Не передать словами такую боль, но я понимаю её. Правда понимаю и может сама считала бы также, но это чертовски обидно…

Глава 7

Этим утром вышла пораньше, чтобы пройти пешком несколько остановок, а после сесть в автобус. Поправив черный шарф сую руки в карманы белой легкой парки едва прикрывающей ягодицы. Приблизившись к остановке, натягиваю черную шапку без отворота на глаза опустив голову. На ногах всё те же громоздкие ботинки с заломами сверху и стертой подошвой, нужно взять у мамы денег на новые, да и вещи кое-какие купить. Подтянув чуть выше колен гетры, расправляю складки на черной плиссированной юбке запахнув плотнее куртку. Брр, сегодня холоднее чем было вчера, стоило одеть штаны.

Наконец подъехал автобус открыв переднюю дверь. Войдя, оплачиваю проезд заняв место как обычно в самом конце у окна. Проведя несколько дней дома с младшим братом и сестрой, которая больше не разговаривает со мной, сегодня пришлось ехать в колледж. Скоро начнутся промежуточные экзамены, а я очень редко появляюсь на учебе, если меня отчислят, больше идти будет некуда. Создать ещё больше проблем маме, это худший вариант развитий событий. Однако, к чему учиться, когда со дня на день меня не станет?

– Привет!

– Мамочки! Напугал! – Инстинктивно дергаюсь от человека.

– Забыла уже меня?

– Самокат.

– Точно, Лив, это я.

– Ага, – чуть сдвигаюсь к окну.

– Я уж думал ты больше не поедешь в колледж.

– Почему?

– Прошло столько времени как ты продинамила меня.

– Что я сделала? – Искренне не понимаю о чём он говорит.

– Я приезжал в твой колледж. Как дурак ждал тебя около двух часов.

– Что?

– Ты так и не пришла, – улыбается сероглазый Вадим.

– Кое-что случилось. В тот день.

– Что-то серьезное?

– Да нет, пустяки.

– Но ты не пришла в колледж, значит причина была важная.

– Да, наверное… – отклоняюсь на спинку искоса разглядывая прилипалу.

Бежевый бушлат облегает тело мужчины, его лацканы касаются щек и подбородка, этот фасон короткого пальто выглядит очень стильно и прекрасно смотрится на нём как и простые, прямые бежевые брюки подвернутые снизу. Перехватив мой взгляд, усмехается, быстро отвожу глаза.

– Сегодня доедешь до нужной остановки?

– Ещё не решила.

– Могу составить компанию?

– Заняться нечем?

– Конечно есть чем, но мне хочется проводить тебя.

– Нет. Не нужно меня провожать и ехать со мной не нужно, а лучше даже не общайся со мной, – хмыкнув отворачиваюсь к окну.

– Почему не должен?

– Пожалеешь об этом.

– Если мне нравится девушка, почему я не могу с ней общаться?

– Неужели не знаешь кто я?

– Лив? Студентка колледжа? Динамщица?

– Эй, я не динамщица.

– А, да-да, у тебя есть уважительная причина, – смеется Вадим.

– Вообще-то есть.

– Ты бы хоть на звонки отвечала и на сообщения.

– Мой телефон украли.

– Так ты по этому не пришла?!

– Ну, вроде того…

– Заявление написала? Его найдут же?

– Ничего я не писала.

– Так надо быстрее писать!

– Нет. Не хочу, не важно.

– Сейчас телефоны находят очень быстро, это уже не проблема как раньше. Хочешь вместе сходим в участок и напишем заявление?

– Да не нужен мне этот телефон! – Вот приклеился!

– Есть другой?

– Нет.

– А как с тобой теперь связываться?

– Зачем тебе связываться со мной?

– Хочу стать твоим другом.

– Пх, какой смешной…

– Что во мне смешного?

– Ты либо мигрировал с другой страны недавно, либо, что-то задумал.

– Я вообще тебя не понимаю, иногда кажется ты тронутая умом, но это делает тебя ещё интереснее.

– Извращенец?

– Что? – Попятился Вадим не много от меня.

– Месть?

– Да о чём ты говоришь?

– Если реально не знаешь меня, то лучше так и оставить, чтобы не разочароваться.

– Но я тебя не разочарую, – оголил он белоснежные зубы. А у него чертовски милая улыбка. Эй! Очнись!

– А вот я наоборот с легкостью.

– Тогда расскажи сразу все свои тайны! – Воодушевился парень снова прижавшись боком ко мне.

– Эй, – выдергиваю кусочек куртки из под его зада, – Отодвинься лучше.

– Ну, давай! Все самые жуткие секретики?!

– Ещё чего, я даже лучшей подруге их не рассказываю!

– А у тебя есть подруга?

– Конечно! Валом! Я со всеми дружу!

– Тогда соберемся вечером нашими компаниями и сходим может в бар?!

– Да запросто! Но сегодня не могу.

– Завтра тогда?

– У меня плотное расписание…

– В субботу?

– Проехали!!!

– Как это, мы же решили, что пойдем двумя компаниями?

– Остановку мою проехали! – Нажав кнопку бегу к двери, черт возьми!

Выйдя из автобуса на следующей остановке понимаю, что вовремя на первую пару уже не попасть. Дьявол, что за рассеянность? Развесила уши как дура заглядывая симпатичному парню в рот. Лучше бы не отвечала, полностью игнорируя его, всё-равно возненавидит как и все, когда узнает, что обо мне говорят. Пх, зачем вообще ведусь на эти улыбочки и глупые слова?

– Идти не мало, вот влипли то.

– Тебе то, что с этого?

– Думаешь я катаюсь на автобусе бестолку, потому что никуда не надо?

– Ничего я не думаю.

– Я вообще-то на работу опоздал.

– Сочувствую.

– А сразу так и не скажешь, – бросаю на него испепеляющий взгляд.

– Не иди за мной.

– Да я не за тобой вовсе, моя работа находится на той же остановке, что и твой колледж.

– Почему в прошлый раз тогда вышел раньше?

– Чтобы познакомиться с тобой.

– Познакомился?

– Ага.

– Ещё не успел пожалеть? Дважды опоздал на работу из-за меня.

– Люблю приключения!

– А, ты из тех, – ускоряю шаг.

– Из тех?

– Ну вечно ищущих приключения, адреналин и, что-то ещё.

– Нет, не из тех. Если хочешь знать, я редко знакомлюсь с людьми на улицах и не ищу приключений.

– Окей, не много осталось до колледжа.

– Может пообедаем?

– Восемь утра, – поднимаю руку с часами на запястье, тряхнув перед его лицом. А высоко однако пришлось её поднимать, какой у него рост? Метр восемьдесят? Это больше моего на двадцать сантиметров.

– Я голоден. А ты завтракала?

– Конечно, – лгу.

– Я могу прийти к обеду в колледж и сходим в кафе?

– Я не ем в этом заведении.

– Можем сходить в другое?

– Нет. Скоро экзамены, на всех переменах я буду готовиться.

– Ты прям не хочешь со мной провести время, даже не много? Даже днем?

– Ну… это… я правду говорю… экзамены скоро, – отвожу глаза ещё ускорив шаг.

– Лив?

– А?

– Но с друзьями ты встретиться не отказалась?

– Что?

– В субботу.

– Да ты… подожди, ты, мы не сможем…

– Встречаемся в восемь в боулинге в субботу. Отказ не принимается.

– Но…

– Тогда я буду каждое утро поджидать тебя у этих ворот, – подтолкнул меня к кованным черным воротам.

Практически бегу до входа в колледж приказав себе не оборачиваться и не смотреть на него. Перешагнув порог слышу звонок в этом блоке, нужно быстрее уходить, сейчас народу в коридоре будет не мерено.

Пройдя длинный коридор перехожу в следующий, затем в тамбур и в стеклянный переход на третьем этаже. Ещё несколько лестничных пролетов, тамбур и мой кабинет. Все уже сидели на своих местах. Тихонько извинившись, присаживаюсь с самого края достав старый макбук. Пора бы новый купить, этот грузится по три часа и тупит жестко. Открыв вкладку ввожу в поисковике официальный магазин компьютеров и прочей техники марки Apple. Рассматривая макбуки, заодно выбрала новенький телефон заказав с доставкой на дом. Супер, уже завтра мне всё привезут!

Зевая, слушаю препода по основам землеустройства. В будущем, я стану специалистом по подготовке, планированию и выполнению работ по инженерно-геодезическим изысканиям, технической оценки объектов недвижимости. Если честно, это не мой выбор. Просто это единственный вариант как сказала мама, но надо заметить, некоторые предметы довольно интересные. Следующая пара, кадастр недвижимости и мониторинг земель, но я пропущу её, хочу сходить в торговый центр тут неподалеку. Услышав звонок радуюсь окончанию лекции. Выскочив первой, иду по лабиринтам, также как и пришла, но свернув на первом этаже вхожу в библиотеку.

Удивительной красоты и комфорта помещение, почему раньше не приходила сюда? Высокие громадные стеллажи стоят бесконечными рядами забитые всевозможной литературой. Мебель одинакового коричневого цвета, но столы не много отличаются по размеру, на двоих либо четверых человек. Кресла особенно порадовали своим комфортом, мягкостью и мобильностью. А ещё здесь несколько мягких уголков для приятного времяпровождения в тишине и покое. Выбрав стол в самом конце библиотеки, осматриваю занятых чтением книг людей. Это выглядит как-то волнительно и таинственно, у каждого своя тема и предмет, а кто-то читает обычную фантастику. Задрав голову смотрю на потолок, обалдеть, не одной люстры, освещением в этом помещении являются торшеры у каждого стола и на стенах. Днем конечно светло из-за больших окон, занявших абсолютно всю стену от начала до конца, но поздним вечером, уверена, здесь фантастическая красота от свечения милых фонарей. Хочется обуть теплые домашние тапочки, заварить чайка и устроиться в мягком кресле с книжкой…

– Искать материалы проще на компьютере, там и номер стеллажа написан, ряд и полка.

– Что? – Поднимаю глаза на женщину около тридцати лет в красном пиджаке и туфлях на высоченных каблуках.

– Если в первый раз здесь, лучше искать на компьютере.

– А, спасибо, – мельком улыбнувшись, нашла глазами то о чём она говорит в начале библиотеки.

– И не засиживайся в библиотеке допоздна.

– Угу… – она мне маму напоминает, пх, странная.

Переместившись за свободный комп вбиваю в поисковике название интересующей книги. «Никакой любви, один лишь…», ну а, что? Мне эта книжка ВКонтакте попалась, вот и хочу её прочесть. Там про любовь, но не совсем стандартную, в том романе, главная героиня любила…

– Что она здесь делает?

– Вообще совесть потеряла, – мимо проходящие девушки косясь на меня между собой перешептывались.

Запомнив ряд и номер полки иду на поиски не обращая внимание на остальных людей. Семнадцать, вот он! Так, номер полки двенадцать! О черт… И как мне дотянуться до неё? Найдя нужную книгу вперилась в неё глазами пытаясь заговорить и заставить выпрыгнуть с полки самостоятельно, но идея так себе, книга упорно не желала меня слушать. Протянув руку кряхтя касаюсь пальцами обложки, но эта зараза ускользает буквально из-под носа.

– Что это значит?! – Шипя поворачиваюсь назад.

– Возьми. Тебе ведь эта книга нужна?

– Нет! Не эта! – Отталкиваю руку симпатичного парня, возвышающегося надо мной не меньше чем на голову.

– Разве? Мне показалось ты тянулась именно к ней?

– Нет же! Боже, зачем мне такая книга?

– Тогда вот эта, рядом?

– Ага.

– Уверена? – Достает соседнюю книгу, показывая обложку. Мои щеки заливаются бордовой краской от стыда. «Секс и ничего больше» какого черта?!

– Нет!

– И не эту?

– Конечно не эту!

– Здесь раздел для взрослых, – улыбнулся зеленоглазый брюнет.

– Неужели?! Ох, какая же я не внимательная! Ошиблась рядом! – Хихикая как идиотка поворачиваюсь к стеллажу напротив, читая табличку 18+, ну зашибись…

– Этот ряд?

– Не же господи! Я вообще не туда зашла!

– Эй, потише там, – рявкнул кто-то из-за стола. Выйдя с этого проклятого ряда, вхожу в соседний.

– Какую книгу подать?

– Боже!

– Тише, здесь не положенно шуметь.

– Зачем ты ходишь за мной?

– Помочь хочу, нет, даже не так, я могу тебе помочь.

– Достать книгу с верхней полки?

– Хотя бы этим.

– Спасибо, не нужно. Я уже ухожу.

– Постой, – останавливает меня удерживая за рукав куртки.

– Отпусти, – тихо прошу. Отпускает.

– Не уходи из-за меня. И прости, если помешал.

– Я думала здесь тихо и никто не лезет с ненужной помощью к другим.

– Всё в порядке, оставайся и занимайся сколько нужно, я не стану беспокоить тебя.

– Окей, – жду, когда уйдет, но он стоит как столб, – Мне уйти?

– Мы не встречались раньше?

– Такую наглость, я бы запомнила, – фыркнув, ухожу к столу где оставила свои вещи, – Какого..?

Подняв двумя пальцами учебник по земледелию смотрю как с него стекают коричневые капли пролитого кофе.

– Какая прелесть…

– Это твои вещи?

– Со сливками.

– Что?

– Кофе со сливками, а скорее всего три в одном, либо латте.

– Сюда тоже попало, – поднял зеленоглазый в воздух мой мокрый рюкзак.

– Пх, как глупо, – вырываю рюкзак из его рук посмотрев на сидящих неподалеку студентов, – Свиньи…

– Держи, – протягивает влажные салфетки протирая рюкзак и пол.

Посмотрев на камеры установленные в разных углах помещения понимаю, что даже узнай я кто это сделал, ничем не отвечу. Не стоит даже заморачиваться это всего лишь кофе. В школе происходили вещи куда хуже чем эта мелочь. Заметив, что прилипала вымыл весь пол и даже стол, убираю раскисший учебник в рюкзак, покидая библиотеку. Пока шла услышала и смешки и даже пожелания сдохнуть. Спасибо, но тут как-нибудь без вас разберусь.

Не ходила в библиотеку раньше и не стоило начинать, пх. А этот тип оказывается всё это время за мной тащился. Чего ему нужно от меня? Чувствую как буквально наступает на пятки. Спустив шапку ниже на глаза ускоряю шаг выходя из колледжа. У самых ворот резко торможу развернувшись.

– Какого черта тебе нужно?!

– Что? Мне? – Уставившись на испуганного парня, но совсем другого, виновато извиняюсь пропустив его вперед.

– Боже, ну и дура…

– Меня ищешь?

– Мамочки!

– Напугал?

– Как ты впереди оказался?

– Вот хотел тебя спросить зачем идешь за мной?

– Что? Да нужен ты мне как пятое колесо телеге, – стараюсь обойти его, но он опережает меня.

– Если тебе так хочется продолжай за мной идти, – усмехается.

– Ты первый начал за мной ходить!

– Но потом передумал и теперь не могу от тебя отвязаться.

– Что?! У тебя как наглости хватает?!

– Ты на остановку или реально преследуешь меня? – От такой напыщенности злюсь как змея готовая ужалить.

– Куда надо туда и иду! – Развернувшись, меняю маршрут выскочив на дорогу.

Увидев летящую на меня машину замерла как камень от шока, но порывом ветра меня сносит на тротуар. Ударившись об асфальт спиной перехватывает дыхание и тут я понимаю, что не порыв ветра спас меня, а высокий прилипала.

– Совсем дура! – Кричит водитель из окна машины.

– П-простите… – прикрываю лицо спутанными волосами.

– Ты как? – Поднимаясь на ноги, студент, помогает встать и мне.

– Спасибо…

– Зачем на дорогу рванула? Я же просто шутил.

– Шутил?

– Ты так неординарно повела себя, могла ведь пострадать из-за меня.

– При чём здесь ты?

– Вот дерьмо, твоя куртка порвалась на плече, – виновато смотрит на мою руку.

– Да не страшно. Новую куплю, это не проблема. Ты сам не пострадал?

– Вроде порядок. Я, Артемий, – добродушно улыбаясь смотрит в мои глаза. Не люблю, когда так происходит, поэтому сразу отвожу их.

– Лив.

– Лив?

– Почему все переспрашивают, когда слышат это имя?

– Оно короткое… но звучит мило.

– Мило?

– Ага.

– А если полное имя подЛИВ?

– Пхаха! О, прости, это ведь не правда? – Смеясь, прикрывает улыбку. Из-за него и мне стало смешно.

– Нет, не правда.

– Тогда какое оно?

– Оливия.

– Красивое имя.

– Ага. Эм, мне пора уже. Боже, и как идти в рваной куртке?

– Я на машине, могу подвести?

– Нет, – отрезаю, – Сама доберусь.

– Почему? Так ведь быстрее и удобнее.

– Сколько тебе лет?

– Мне восемнадцать, но прав у меня нет, зато есть водитель, – кивнул Артемий на дорогую машину рядом с которой стоял мужчина средних лет в черном костюме.

– Тем более сама доберусь.

– Возьми тогда такси, я оплачу.

– Я не нищенка и сама в состоянии оплачивать поездки, боже.

– Да я не по этому, ты из-за меня чуть не пострадала, хочу искупить свою вину, – очаровательно улыбается.

– Нц, как хочешь.

– Назови адрес?

– Чего?

– Я заказываю машину.

– Да я сама пользуюсь приложением. О черт, у меня нет телефона.

– Нет телефона?

– Его украли.

– Заявление писала?

– Да чего все привязались с этим заявлением? Не нужен он мне!

– И как я узнаю как ты добралась до дома?

– В смысле?

– У тебя нет телефона, ты выходит не сможешь мне позвонить когда приедешь.

– Ты мама моя, чтобы я сообщала когда дома буду?

– Я несу ответственность за тебя. Адрес?

– Флористик-шоп.

– Это в Саксе?

– Ага.

– Давно там живешь?

– Всю жизнь, а что?

– Довольно далеко отсюда. Там же есть учебное заведение, как оно…

– Там не было моей специальности, – не даю закончить предложение.

Зачем лгу ему? Ну и в доме, котором мы сейчас живем, раньше жили другие люди. Мы обменялись с доплатой в том же районе, потому что наш старый дом, постоянно разрисовывали краской и закидывали грязью из-за меня. На стенах красовались надписи типа убийца, сдохни тварь, получи по заслугам, ну и всё в этом роде. Не меняя район, сменили фамилию и сам дом. Узнав, что мы съехали, интерес к старому дому у людей пропал, но ко мне нет, поэтому я не выходила особо. Меня ненавидят и потому, что школьникам и студентам приходится садиться с других остановок, хотя слышала их забирают неподалеку на специальных автобусах. И всё это ради одной цели, чтобы я не вошла в один автобус с остальными.

– Через две минуты приедет такси.

– Спасибо, – пытаюсь понять откуда такая забота ко мне?

– Возьми мой номер и пожалуйста сообщи когда будешь дома.

– У меня нет телефона, говорю же.

– Ты одна живешь?

– Конечно нет.

– У них тоже нет телефонов?

– Есть.

– Прошу, позвони мне, или хотя бы напиши.

– Да не о чем переживать, я спокойно доберусь до дома.

– Ты просто можешь мне об этом сообщить? – Раздражаясь говорил Артемий.

– Господи, ладно.

– Спасибо.

– Но такси оплачу сама.

– Есть наличка?

– У меня есть карта.

– В машинах нет терминала для оплаты.

– Дьявол, точно.

– До чего ты противная.

– Что?

– Возьми деньги, – протягивает несколько купюр. Сжимаю их в руке недовольно глядя на него.

– Ага.

– Приехал, – открыв для меня дверку, Артемий как-то странно прищурился, кивнув.

– Что?

– Постирай рюкзак.

– Да мама, – захлопнув дверцу, называю другой адрес.

Ещё слишком рано ехать домой. Развернув листочек рассматриваю красивые буквы и цифры. Он наверно учится на каллиграфию или, на училку русского языка. Пхах. Анализируя его действия не нахожу никакого подвоха, хотя странно уже то, что он вообще ко мне подошел.

Высадившись у торгового центра натягиваю шапку практически на глаза, а рваную куртку кидаю в урну на входе. Если остаться в ней, то слишком много внимания привлеку к себе, а мне этого не нужно. Мне вообще не стоит появляться в этом районе, но ничего не поделать, здесь лучший магазин и единственный во всём городе Giorgi Armani.

Вместо лифта иду на эскалатор, нужно быстро купить куртку и свалить отсюда. Ароматы эфирных масел как всегда притягивали моё внимание. Ммм, люблю этот магазинчик ароматных свечей, лампад и благовония. Если успею зайду. На третьем этаже более десяти магазинов с одеждой, но целенаправленно иду в определенный. Посмотрев несколько фасонов, кое-какие примерила. Понравилась только одна, черная плюшевая куртка оверсайз с белым логотипом на спине Армани и большим капюшоном.

– Я её беру.

– Оплата картой или наличными?

– Карта, – сжимаю пластиковую карту в руке.

– Можете прикладывать, – улыбнулась девушка. Аппарат мерзко пикнув чек не выдал.

– В чём дело?

– Здесь написано, не достаточно средств на балансе.

– Как это не достаточно? Давайте ещё раз, – приложив, звук повторился, – Не понимаю в чём дело?

– Может у вас есть другая карта?

– Нет, я пользуюсь всегда одной.

– Может тогда узнаете у родителей сколько на ней осталось средств?

– Действительно, а можно позвонить?

– Эм, да, конечно.

Консультант уже не так радостно на меня смотрит как изначально, да и телефон дала без особого желания. Набрав мамин номер жду. Аппарат абонента выключен. В смысле выключен? С каких это пор? Повторяю дозвон. Тоже самое в ответ. Оглянувшись, краснею от стыда. Ну мамочка, спасибо за подставу!

– Я зайду за ней завтра утром, – снимаю с себя куртку, оставшись в белой укороченной рубашке с длинным рукавом.

Почему денег нет на карте? Такого никогда не случалось, неужели она забыла пополнить баланс? Черт возьми и телефона нет, чтобы остаток посмотреть. Спустившись на первый этаж, захожу в супермаркет схватив бутылку воды, чтобы просто проверить, есть ли на счету хоть, что-то? Пиииик! Ничего?! А отправляя меня в колледж она о чём думала?! Что пройду весь город пешком?!

– Здравствуйте, свободны? – Стучу в окошко автомобиля такси.

– Да…

– Получи мразь!

Один момент и я стою облитая какими-то помоями у дороги. Тело моментально охватывает озноб. С волос, лица, рук и тела стекают омерзительные ручейки вонючей воды. Таксист спокойно уезжает от меня, а четверо людей в капюшонах убегают через дорогу с впечатляющей скоростью. Обняв себя за плечи хочу войти в торговый центр, но крупный охранник преграждает мне путь.

– Я всего-то хочу согреться!

– Девушка выйдете пожалуйста отсюда, с вас стекает грязь и воняет хуже чем из общественного туалета!

– Меня облили! Вы же видели!

– Ничего я не видел! Проваливай, – шепнул последнее слово пнув меня по ботинку.

Рванув оттуда выбегаю на улицу вдохнув холодного воздуха и тут же покрываюсь мурашками, но не как обычно, а столь жгучими и болезненными, что слезы хлынули из глаз. Ненавижу всех вас! Пробежав по меньшей мере целую остановку не чувствую конечности, нос и губы. Помои казалось застывали прям на теле преобразовываясь в сосульки. Отойдя на несколько метров от остановки падаю на колени трясясь, словно в конвульсии. В ладони сжата бумажка. Этого не хватит на такси, а в автобус мне вряд ли позволят войти. Да и как мне это сделать, я даже встать не могу из-за такой трясучки! Надежда, лишь на скорую, но это в том случае, если какой-то прохожий сжалится надо мной.

На улице темно… Фонари давно зажгись по-всему городу, а я склонив голову, разжимаю ладонь выпуская последние деньги…

Глава 8

Открываю глаза от лютого мужского кашля испугавшись как черт, но что происходит? Это мой собственный кашель и саднящее больное горло вырвали меня из сладкого сна. Подняв голову, не узнаю комнату. Замотанная в два толстючих одеяла, еле шевелюсь. Плотные серые шторы полностью закрыты не пропуская и лучика света, но тем не менее понятно, что за ними скрывается день. Блин!!! Меня похитили?! Вскочив с кровати, путаюсь одной ногой в одеяле рухнув на пол.

– Больно… дерьмо… – кряхчу растянувшись.

– Разве на кровати не удобнее? – Рассматриваю белые носки возникшие перед моим лицом. Он шутит?

– Зачем замотал меня как гусеницу?!

– Пожалуйста.

– Что? – Поднимаюсь недовольно зыркнув на идиота, который меня так укутал… рот открылся автоматически, – С-сосед..?

– Удивлена?

– Это твоя квартира? – Смотрю на пустую комнату с одной лишь кроватью и ужасными серыми шторами на окнах.

– Ты же была здесь, память плохая?

– Получше чем у некоторых, просто в темноте фигово предметы запоминаются, – дерзко отвечаю.

– Что и свет не включала пока шарилась здесь?

– Что? Ты совсем опузырел?!

– А что ты здесь делала, ведь судя по видео, ты ушла спустя пятьдесят минут, а это довольно много.

– О, до конца посмотрел? Ну так и фантазируй чем я занималась здесь столько времени, а я ничего не скажу! – Открываю дверь ворвавшись внутрь, как следует за собой хлопнув ею. Тут же выхожу обратно из гардероба, задрав нос прохожу мимо соседа.

– Выход слева, – усмехается.

– Сама разберусь!

– Что ж, быстрей уйдешь, быстрее избавлюсь от проблем.

– Это я проблема? В тебе хоть капля тактичности есть?

– Я спас тебя. Мы в расчете. Какая тактичность?

– Ну знаешь ли! Тебя никто не просил это делать!

– Но так и тебя тоже, – почему он так спокоен, а я взвинчена до предела?

– Иди к черту.

– Не хочешь узнать как ночь провела? – Застываю в пороге.

– Что ты имеешь ввиду? – Медленно поворачиваю голову осмотрев его снизу вверх и, что хочу сказать, ему чертовски идут черные широченные спортивные штаны и обнаженный торс… мамочки… вот это кубики… словив потекшие слюни закрываю рот заглянув ему в глаза. Ужас… этот шторм в глазах снился мне сегодня? Где вилка? Я выколю себе глаза.

– Почему только меня осмотрела с ног до головы? – Ну нет, твою мать, пхахах! Я не куплюсь на это, опустив голову ничего придумывать дальше не пришлось, на мне остался белый лифчик (в пятнах с неприятным запахом) и трусы-шорты, черные, специально под юбку их надеваю. А где сама юбка, большоооой секрет.

– Украл мои вещи?

– Ты сама их отдала.

– Остановись, не выдумывай, вряд ли я приходила в себя и занималась бы чем-то с тобой, поэтому я не поведусь не на одно твое слово.

– С тобой такое случалось и раньше?

– Какая тебе разница?

– Ты сама-то не отличаешься дружелюбием, – усмехнулся сосед.

– Задела?

– Мне плевать, что с тобой происходит, – обойдя меня вышел из комнаты.

– Что? Вот козёл.

Вспомнив где находится ванная комната собираюсь умыть глаза и свалить домой. Благо нужно просто перейти дорогу. Без задних мыслей открываю дверь войдя внутрь, но боже как меня испугала ванная наполненная водой, что отскочив назад шарахнулась спиной об стену.

– Что с тобой? – Заглянул удивленный парень.

– Твоё сердце не билось… – Смотрю расширив глаза на пол где он лежал.

– Совсем не билось?

– Совсем…

– И ты спасла меня?

– Я сделала массаж сердца и…

– Искусственное дыхание? Ты говорила.

– Да…

– И что ещё?

– Я не знаю…

– Ты сделала, что-то ещё? – Опомнившись, тряхнула головой выйдя оттуда не умываясь.

– Отдай мои вещи.

– Я выкинул их.

– В каком смысле?!

– Они воняли.

– Да какое ты имеешь право выкидывать мои вещи?!

– Чего ты психуешь? Они же испорчены?

– Мне в трусах домой идти?! Черт! – Обматываюсь одеялом, которое упало вместе со мной на пол.

– Возьми мою одежду, если хочешь.

– Нет! Я не хочу твою одежду! Я свою хочу!

– Её невозможно было отстирать, да и где это делать?

– Давай!

– Что давай?

– Шмотки свои давай! Я хочу свалить отсюда как можно быстрее!

– Ты уже была там где находятся мои вещи. Можешь пользоваться всем чем угодно.

– Тс, – бросив одеяло у двери в гардероб закрываю за собой дверь.

Просто дикость какая-то. Как он мог выкинуть чужую одежду? Да собственно, он и аптечку то выкинул, а она вообще была не при чём. Сорвав с вешалки черную рубашку с длинными рукавами накидываю её застегнув на несколько пуговиц. Роясь в изобилии черных тканей нахожу как мне кажется самые маленькие джинсы, но они оказались просто укороченными и очень широкими. Покрутившись перед зеркалом улыбаюсь, а ничего так, только висят на заднице, но для этого здесь очень кстати имелись ремни.

Не стоило поднимать глаза вверх, мои волосы просто отвратительны. Нц, висят склеенными сосульками и жутко воняют. Спасаясь черной шапкой с какой-то крутой надписью сбоку, выхожу из помещения.

– Не думал, что моя одежда может кому-то подойти.

– Сама в шоке. И не жди, что я верну её тебе.

– Оставь себе если хочешь.

– Ещё чего, как только зайду домой выкину в помойное ведро.

– Почему? С ней ведь ничего не произойдет.

– А хочу так, – направляюсь к выходу, – Где моя карта?

– Она заблокирована, я выкинул её.

– Что?! Да ты совсем очумел?! На ней просто закончились деньги!

– Нет. Я проверил, она заблокирована.

– Какого черта?

Хлопнув дверью выбегаю на улицу пересекая дорогу. Набрав код разблокировала замок пройдя в дом.

– Маааам?! Мам!? Мама?!! – Заглядываю на кухню.

– Мне некогда, я спешу на работу Оливия.

– Не хочешь спросить где я была?

– Приеду завтра. Сегодня ночуй дома с детьми, еда в холодильнике.

– Что с моей картой?

– Зачем ты купила такие огромные штаны? – Игнорируя мои вопросы, маму интересовали совершенно странные вещи. Роясь в шкафчиках, она явно, что-то искала.

– Это не мои штаны.

– Верни их, тебе такие не подходят.

– Моя куртка вчера порвалась, я пыталась купить новую, но платеж не прошел.

– Пока не стоит тратить лишние деньги.

– У нас проблема с деньгами?

– Я сама буду покупать вещи первой необходимости в дом и вам троим.

– С чего бы? Мне не десять лет и мне не нужно то, что купишь ты.

– А, вот он! – Сжав в руке конверт, кивнув самой себе, мама положила его в сумку.

– Я купила макбук и телефон скоро их привезут сюда.

– Отмени.

– Что?! Нет! Мне нужен телефон и макбук для занятий!

– Отмени. И возьми свой старый телефон, он отлично работает, – зашагала она из кухни.

– Эй?! Я не хочу! Слышишь?! И что это за работа у тебя где ты сутками пропадаешь?!

Не ответив, мама скрылась за дверью. Да какого черта здесь происходит?! В кухню зашла Милена, положив мой старый айфон на стол и споткнувшись об мой грязный рюкзак. Она ведет себя как тормоз, никаких эмоций просто слоняется как приведение по дому. Единственное, когда её эмоции ярки так это тогда, когда она проклинает и орет на меня.

– Чего уставилась? – Бесит.

– В телефоне записан номер мамы, сим-карта стоит всё работает.

– Радость то какая, – отворачиваюсь от неё.

– Где твоя карта?

– Утилизирована. А что?

– Правильно, ею ты все-равно ничего бы не оплатила. Банк списал всё за кредит.

– Какой кредит?

– А ты думаешь мы всё ещё роскошно живем?

– А ты семейный финансист?

– Из-за тебя маму уволили с работы.

– И куда она ездит каждый день и ночь?

– Взяли уборщицей в частную клинику.

– Пффф, опытного бухгалтера? – Смеюсь в голос.

– После той аварии, папа выплатил семьям погибших компенсацию, а это тридцать девять семей.

– Я хорошо помню сколько их. И он в состоянии был заплатить хотя не должен был этого делать.

– Как это не должен? Его дочь убийца, ещё как должен был, – от её обвинений бросило в холодный пот.

– Мы не будем это обсуждать.

– А мы и не обсуждаем. Ты хотела знать где все наши деньги, вот я и рассказываю. Папа был опустошен, ещё и переехать пришлось с доплатой в пол стоимости дома, а деньги уже брались не из компании, а из банка.

– Он взял кредит?

– Взял взял.

– Почему ты говоришь с такой интонацией будто я реально причина всему, что произошло?

– Ты причина всех наших несчастий и тебе это тоже известно!

– О, начинается, будешь снова орать?

– Я не закончила свой рассказ, – сбавила тон маленькая, худенькая блондинка. Она не как я, нц… совсем другая.

– Им нужно было оплачивать частный сад Роберта, мою школу и твой колледж, но помимо этого ты вечно добавляла проблем своим попаданием в больницу и они вынуждены были оплачивать твоё лечение, потому что ты не могла даже убиться нормально.

– Тебе как-будто тридцать, даже это ужасное платье выглядит слишком по взрослому.

– Потом эта ситуация в больнице, – сжала Милена кружку, что казалось она лопнет в её руках.

– Ммм.

– Мама взяла ещё один кредит, чтобы расплатиться за сломанный ноутбук и за адвоката, потому что они как и обещали подали на тебя в суд.

– Что?! Вот уродина!

– Мама выплатила им долг, но взяла новый кредит на похороны отца. И теперь нам нечем платить за дом, не на что покупать одежду и продукты, а ты решила закатить ей истерику! – Это точно моя сестра? Её глаза пылают ненавистью ко мне.

– Она могла бы мне всё объяснить, уверена, скоро всё наладится.

– Что наладится?!

– Не надо на меня орать, словно я виновата лично перед тобой! – Отвечаю тем же криком.

– Именно ты и виновата во всех смертях и даже папа умер из-за тебя!

– Да пошла ты, – схватив рюкзак поднимаюсь в свою комнату закрыв на замок дверь.

Разве может такая маленькая девочка быть такой жестокой? Я не меньше виню себя в смерти папы, но это уже слишком. Бросив одежду на пол иду в душ, хорошенько отмыв волосы и тело. Вроде никакого запаха не осталось. Намотав полотенце на волосы выхожу из душа оставляя мокрые следы на полу. Снова запираюсь в комнате, разбирая рюкзак. Книгу к жизни уже не вернуть, придется купить новую и несколько тетрадей из-за неё попортились. Макбук тоже был в пятнах, но не похоже, что залито, что-то важное. Протерев его спиртовыми салфетками ставлю на стол сдвинув накопившийся хлам. Да мне точно его подбросил кто-то, я ж убиралась недавно! Саму сумку стирать нет смысла, уже залипли замки и пропитались потеки насквозь. Разложив ручки, карандаши и целые учебники с тетрадями грустно вздыхаю. Бред какой-то…

Одевшись в домашнюю одежду сажусь в мягкое кресло, скинув вещи на пол и включив телевизор.

«Все три случая между собой схожи. Очевидно в нашем городе появился маньяк, который убивает невинных девушек очень необычным образом. Тела их словно сожжены, но криминалисты утверждают, что смерть наступила по другим причинам. Женщины будто высушены и обескровлены! А, что если этот маньяк подражатель вампиров?! Тогда дело приобретет новый формат?»

Что за идиоты им пишут сценарии? Собираясь переключить замечаю знакомую прачечную и накрытое тело девушки, с которой я столкнулась той ночью. Блин, даже жутко стало. Видны были только руки и ноги и это выглядело ужасно. Взглянув на свои тонкие пальцы понимаю, что по сравнению с высушенными пальцами жертвы мои просто бревна. Рядом разместили её фото при жизни, а она ничего была… Следующим было не менее шокирующее место преступления с больницы. Дьявол, это про ту медсестру, которую я ждала с перекура, но она так и не вернулась. Рассматривая торчащие пальцы на руке второй жертвы, моментально нахожу сходства в высушенных костях обтянутых серой кожей. Сейчас стошнит… Кто это сделал, а главное зачем?

Финальная жертва просто убила. Сначала, я даже не поняла, что это библиотека в моём колледже, но после красного пиджака, которым накрыли девушку моё сердце остановилось. Какого черта происходит в этом городе? Характер убийства тот же, она высушена как осенняя трава. Вот сейчас мне по-настоящему стало жутко. Я точно не вернусь туда. Звонок в дверь перепугал до усрачки. Сбежав вниз по лестнице отталкиваю Милену рявкнув, чтобы вообще не подходила к дверям. Не знаю если честно, что за мысли роились в моей голове, но интуиция подсказывает, что убийства как-то связаны со мной. Боже, пусть это будет не так.

– Чего надо?! – Кричу в домофон, глядя на мужика в кепке с логотипом Appel.

– Доставка!

– Мы отменили её!

– Но мне не пришло уведомление об этом, – удивился он. Открыв дверь, показываю сообщение об отмене заявки.

– А, ясно, но надо подписать всё-равно здесь, – рисую закорючку где попросил, захлопнув дверь.

– Прощай макбук и телефончик…

– Я спать, – проплыла как призрак Милена в комнату Роберта.

Да и пусть. Лучше им там сидеть и не вылазить. Снова звонок в дверь напугал до чертей, я даже уйти ещё не успела. В экране показались два человека в полицейской форме. Вот и дождалась, когда они найдут связь со мной? Но открывать дверь как-то страшно.

– З-здравствуйте… – Говорю в домофон.

– Здравствуйте, нам нужна Кира Камо?

– Её нет дома, она на работе.

– Посмотрите наше удостоверение, – раскрывает корочку перед камерой. Ну посмотрела, – Вы можете открыть дверь?

– Дома только дети, они напугаются.

– Нам нужно поговорить с Оливией Камо, – загибая пальцы, гадаю открыть не открыть? Пикнув, дверь открылась.

– Я, Оливия Камо.

– Здравствуйте, мы должны задать вам несколько вопросов в участке.

– Я не могу оставить детей одних дома.

– Где ваша мать?

– Она единственный опекун троих детей и должна работать, чтобы обеспечивать нас.

– Она не может вернуться домой?

– Не может, я же объясняю, если она уйдет с работы, её уволят.

– Мы можем дождаться её?

– Я могу приехать в участок, когда она вернется домой.

– Лучше мы дождемся.

– Ждите, только не в моем доме, эм, дети испугаются.

– Мы будем в машине у дома напротив.

– Как скажете, – закрываю дверь.

Не хотят же они меня обвинить в смерти тех женщин? Я всего лишь ребенок. Поднявшись на второй этаж выглядываю в окно не привлекая внимание полицейских. Действительно сидят в машине и ждут. Спустя несколько минут позвонила мама, сообщив, что возвращается домой. Ну конечно, разве можно допрашивать несовершеннолетнюю без опекуна, вот и вызвали её всё-таки.

Высушив волосы феном, натягиваю черную шапку на лоб, любимую короткую черную юбочку в белую клетку, черный лонгслив с треугольным вырезом и белой окантовкой, гетры, высокие ботинки и пиджак. Что ещё мне пригодится? Как раз, когда закончила, появилась мама.

– Готова? – Встретились с ней на лестнице.

– Ага.

– Идём. Милена, мы уходим будь осторожна, – сестра даже ответить не потрудилась.

– А тебе обязательно ехать со мной? – Уже на улице спрашиваю маму.

– Не знаю, что происходит, но я твой законный представитель и обязана быть рядом.

– Меня вроде ни в чём не обвиняют, – залазим на заднее сидение полицейской машины.

– Адвокат разберется во всём.

– Адвокат?

– Конечно.

– Зачем адвокат, мам?

– Оливия, будь спокойна, всё будет хорошо.

– Тебя с работы уволили, это тоже хорошо?

– Сестра рассказала?

– Ага и про долги и прочее дерьмо тоже. Скажи, мам, а когда ты собиралась мне сказать об этом?

– Зачем тебе это нужно?

– Зачем знать, что мы в полной заднице?

– Я же говорю, всё нормально. Перестань утрировать.

– Да ладно, то есть, когда денег нет на еду, на одежду, даже на коммуналку, это нормально?

– У нас нет таких уж проблем с деньгами, – тихо парирует мать, – Просто нужно быть чуть экономнее.

– Ну так и отмени этого бесполезного адвоката, мы сами всё решим.

– Просто не думай об этом.

– Может мне работу найти?

– Тебе учиться нужно, а не работать, забудь об этом.

– Я могу устроиться в ночную смену или вечерами подрабатывать.

– Нет, деньги не главное, в приоритете учёба.

– Да никуда не денется эта учеба, мам. Я в состоянии помочь. Да в конце концов себе на одежду заработаю и на макбук.

– Сейчас не время об этом говорить.

– А когда это время наступит?

– Оливия.

– Ты моешь чертовы полы в каком-то мед учреждение, вместо нормальной работы по специальности и считаешь так мы заживем вскоре как богачи?!

– Я устроюсь на новую работу. Просто жду открытия новой фирмы.

– Да я тебе не верю. Я хочу взять академический отпуск на год.

– Нет!

– Тогда тебе придется смириться с тем, что я буду прогуливать. В конце концов меня отчислят.

– Неужели ты не понимаешь? Образование очень важно в поисках достойной работы!

– И как твоё тебе сейчас помогает?

– Хватит, – отвернулась мама к окну. Точно плачет, я уверена.

– Мам?

– М?

– Мы либо договоримся мирно и я возьму отпуск, а через год вернусь, либо же потом вернуться и впрямь возможности не будет. Я правда хочу помочь тебе пока это возможно.

– В каком смысле? – Схватила она меня за плечи.

– Ну пока… я имею ввиду, пока нет на первом курсе ничего важного, я даже не упущу ничего.

– Господи… – она точно поняла, что я о своей никчемной жизни ляпнула не подумав.

– Мам?

– Я подумаю.

– Хорошо.

– Приехали, – объявил полицейский.

Участок довольно большой, потому как это центральное отделение. На всех окнах решетки, ну это и понятно, здесь содержатся временные заключенные, которые ждут суда или когда закончится срок за мелкие нарушения. На первом этаже два коридора, один ведет к изоляторам, другой к кабинетам и на второй этаж. Там тоже куча кабинетов, в один из них мы и пришли.

– Присаживайтесь.

Зеркало во всю стену, это окно в соседний кабинет, но мне через него ничего не видно, зато по ту сторону меня можно разглядеть со всех сторон. В углу стоит видео камера направленная на меня. В центре комнаты стол за которой нас посадили. Напротив сидел кит. В смысле мега крупный полицейский, кажется одного стула ему не хватило и он присел сразу на оба. Вот жирдяй ужас.

Глава 9

– Добрый вечер, – оборачиваюсь на звук мужского голоса.

– Здравствуйте, – отвечает приветствием мама.

– Оливия, меня зовут Константин, – присел очаровательный мужчина с серебряными глазами и шоколадными волосами зачесанными на правый бок к верху. Жирдяй свалил из кабинета. Прищурив глаза продолжаю разглядывать человека с данными бога.

Черный пиджак слегка натянут на широких плечах сужаясь на талии подчеркивает фигуру. Под ним такого же цвета рубашка и галстук. На стройных длинных ногах брюки и туфли начищенные до блеска. На запястье дорогие часы, колец на пальцах нет, но вот проколотое ухо меня удивило. Похоже он не беден, потому как в мочке поблескивает бриллиант внушительной стоимостью.

– Оливия?

– Что? – Поворачиваюсь к маме.

– К тебе обращаются, а ты где-то в облаках витаешь.

– Да я услышала ваше имя, мне его повторить нужно?

– Я задал вопрос.

– Отлично, нц, задайте его ещё раз.

– Вы знаете Инессу Карвитову?

– Нет.

– Её тело нашли в прачечной вашего района.

– А, поняла.

– Вспомнили? Вы знакомы?

– Я сказала поняла, а не то, что я знакома с ней.

– Вы знаете, что произошло?

– Её убили если верить новостям по телевизору.

– Верно, а знаете как?

– Нет.

– Она была истощена, будто умирала несколько недель без воды и еды.

– Считаете, что она в прачке голодом себя морила несколько недель?

– Нет, так я не считаю. Вы последняя кто видел её.

– Поэтому меня обвиняют?

– Тебя никто не обвиняет Оливия.

– Тогда зачем я здесь?

– Девушку убили. Это могла быть и ты.

– С чего ею могла быть я?

– Считаешь целью являлась именно она?

– Я считаю? Вы серьезно? Я больше не хожу в эту прачечную даже днем, мне жутко просто зайти туда!

– Хорошо. Куда ты отправилась после того как постирала свои вещи?

– Домой. У нас камеры на каждом углу, не верю, что вы не смотрели записи, – усмехнувшись, откидываюсь на спинку стула.

– Конечно смотрели.

– Тогда к чему…

– Я обязан задать тебе все эти вопросы, – перебил красавчик.

– Ну так я ответила на них?

– Это не всё.

– У нас дети одни дома остались, – встряла тихонечко мама.

– Когда придет адвокат?

– Он не придет, – ответила на мой вопрос она.

– Но ты же сказала, что он едет, разве нет?

– Теперь нет.

– Вы можете ехать домой.

– Серьезно!? – Вскакиваю на ноги.

– Не ты.

– Но как я оставлю Оливию одну?

– Она подозреваемая, но доказательств прямых нет, поэтому пока мы с ней просто беседуем.

– И сколько времени вы будете с ней беседовать?

– Больше шести часов мы не имеем право задерживать её.

– Это если не найдете доказательств, – констатирую факт.

– Верно.

– На самом деле думаете, что это сделала я?

– Я никогда не следую инстинктам или догадкам. Только конкретным и неопровержимым доказательствам.

– Езжай мам, если, что-то случится дома, то ты себя винить будешь, а со мной будет всё хорошо.

– Оливия?

– Обещаю, мам, – провожаю её взглядом.

– Итак.

– Я больше ничего не скажу.

– Что? – Уставился на меня Константин.

– Давайте бесплатного адвоката, который мне положен, тогда продолжим разговор, – закидываю ногу на ногу нагло глядя в глаза мужчины.

– Это при матери ты такая послушная была?

– Я не послушная, вы ошибаетесь и при ней тоже.

– О чём ты?

– Долго будете делать вид, что не узнали меня?

– В смысле, мы встречались раньше?

– Пх, да господи весь город в курсе, а вы нет? С неба упали?

– Что ты несешь?

– Всем плевать кто сделал это на самом деле.

– Почему ты так считаешь?

– Куда ушел тот жирдяй?

– Жирдяй?

– Ага, этот кит, который пол года назад вел моё дело. Там сидит, за стеклом? – Выставляю средний палец направив на зеркало.

– Амьенская?

– Ну раньше была такой. Дошло наконец? Ну всё, можете дальше не искать никого, как и тогда обвините меня в преступлении.

– Какая связь?

– Меня спрашиваете? Пхах, так вы и расскажите какая, мне тоже интересно послушать.

– Я хочу найти реального преступника, поэтому прекрати это делать, – перевернул он страничку каких-то бумаг на столе.

– Что это? – Донимаю человека.

– Это не шутки, в эту минуту настоящий преступник может совершает новое убийство, а ты не хочешь сотрудничать.

– Так вы меня не подозреваете в этом?

– Я не вёл твоё дело пол года назад, но читал материалы.

– Ваш вердикт?

– Никаких весомых улик не было, поэтому твоя вина не доказана.

– Ну а если найдутся, поверите, что это сделала я?

– Что можно было сделать, чтобы автобус взорвался?

– Ну бомбу приволочь, вам ли не знать?

– Не было на месте катастрофы ничего найдено, с собой бы ты тоже ничего не унесла.

– Так и почему обвинили меня?

– Потому что осталась одна в живых? – Не уверено спросил он.

– Это грех получается, что все мертвы, а я нет. Как это получилось?

– Хотелось бы услышать это от тебя.

– Я не знаю, ясно? Я спала в этот дерьмовый момент, а проснулась уже на носилках. И знаете, что мне сказал врач? «Только ты знаешь правду», а я не знаю эту правду и не хочу знать, потому что увидь я как мои одноклассники разлетались по горящему автобусу, как им отрывало руки и ноги, как они кричали, я бы слетела с катушек! Мне итак снятся сны как они корчатся обожженные от боли, а знаете какого это просыпаться в поту от таких кошмаров? Но оказалось страшнее было дальше, родственники погибших детей обвинили во всём меня. В школе меня начали оскорблять и называть убийцей, те у кого были братья и сестры решили наказать меня самостоятельно, поджидая после уроков, меня кидали в мусорные баки закрывая крышки, обливали всяким дерьмом, но чаще просто пинали налетая небольшими группами.

– Мне жаль.

– Но это быстро закончилось, потому что мама забрала меня с этой школы. Зато нападения на наш дом не прекратились пока мы не съехали. Фотки с моим лицом были везде, они постарались, чтобы меня узнавали и презирали, некоторые как-будто специально запасались тухлыми овощами, чтобы при встрече закидать ими меня! Несколько раз мне разбивали таким образом нос, но знаете ли заявление моё не приняли, не в первый, не во второй и даже не в третий раз. Сказать почему?

– Оливия.

– Весь город ненавидит меня, а знаете как мы хоронили отца?! Мы сами тащили гроб до крематория, потому что нашей семье никто и не думал помогать, а прах? Как думаете, чей прах нам отдали? Если честно, я решила, что нам в урну смели мусор из всех топок и выставили через два часа. Да, заметили, на времени поставила акцент, потому как остальным выносили чистые урны через пятнадцать минут, но не нам.

– Я понимаю тебя.

– Неужели? Вас ставили на колени перед всей школой заставляя признаваться в убийстве, которого не совершали? При том в лицо и рот толкая землю?! Что-то верится с трудом.

– Такого со мной не делали.

– Тогда как вы можете понять меня? Сколько времени осталось здесь сидеть? Я хочу домой, – незаметно стираю слезы рукавами.

– Дело с аварией ещё не раскрыто. Если бы ты знала, что там произошло, то всё было бы иначе и тебя никто не смог бы обвинить.

– Вы прикалываетесь?! Кто стал бы слушать меня? И откуда вам знать, что я реально не виновата в произошедшем? Я и сама этого не знаю, хотя если логически рассуждать в автобусе были мои друзья и я не стала бы им вредить. Никогда.

– Я подумал об этом же. У нас осталось три часа.

– Тогда задавайте свои вопросы быстрее.

– Давай поступим по-другому, я принесу перекусить, а потом продолжим.

– А яд не подсыпете?

– Брось, мы в участке и я не желаю тебе смерти.

– О, то есть вы единственный в этом городе кто не мечтает, чтобы я сдохла? Класс, ахах, тогда приходите на мои похороны, для массовки, – усмехаюсь сложив руки на стол.

Бросив на меня встревоженный взгляд, Константин вышел. Пх, я правду сказала, что не так? Зевая, понимаю, что уже вздремнула бы, да и слабость от простуды никуда не ушла. Вспомнив это, горло словно специально запершило, а спустя три секунды закашливаюсь как умирающий туберкулезник.

Свет в комнате погас, охватила паника, какого черта происходит?! В дверь вошел мужчина в черном, затем она закрылась и он растворился в темноте. Единственное, что я придумала, так это спрятаться под столом. Сжимая рот обеими руками давлюсь от кашля, но стараюсь делать это бесшумно. Свет снова включили. Сидя под столом смотрю на чьи-то колени.

– Куда она делась? – Дверь распахнулась, впуская второго мужчину.

– Что тут происходит? – Это голос Константина.

– Не знаю, я зашел, но тут было темно.

– Оливия, вылезай из под стола. Почему здесь было темно?

– Я зашел как вы и сказали подождать вас в комнате допроса, но тут было темно.

– И часто такое бывает?

– Ну случается порой, – пожимает кучерявый полицейский плечами.

– Вы здесь не работаете? – Задаю вопрос Константину, схватив чашку с чаем.

– Нет.

– Но, что тогда…

– Такие же случаи произошли в соседних городах, только там всего две жертвы и те не женщины.

– Это, что-то меняет?

– Поэтому мне нужно знать всё, что ты видела и знаешь.

– А сразу нельзя было сказать?

– Но почему света не было только в комнате допроса?

– Не знаю, раньше если вышибало, то везде.

– Ясно. Кушай бутерброд и чай пей, я пойду узнаю в чём дело.

– Нет! Стойте!

– В чём дело, Оливия?

– Не уходите, прошу.

– Что-то произошло? – Напрягся мужчина.

– Нет, не совсем, просто… не уходите пожалуйста.

– Ладно, кушай, – пока я жевала бутерброд запивая чаем, он что-то делал в своём телефоне.

– Закончила?

– Угу, – проглатываю последний кусок хлеба.

– Что ж, по первой жертве пока закончим. Поговорим о следующем преступлении?

– Да, давайте.

– Вопрос касательно Марины, она работала медсестрой в больнице.

– Да, я помню её и о чём говорили в тот день.

– Тогда давай по порядку. Откуда ты её знаешь?

– Не знаю я её.

– Но по камерам видно, как вы разговаривали.

– Может я продолжу? – Отвечаю вклинившемуся сотруднику в наш разговор.

– Я задам вопрос, если будет необходимость, – рыкнул на полицейского Константин.

– Так вот, я приехала за сестрой в больницу, но от этой медсестры узнала, что её перевели в детское отделение, куда в пять утра попасть невозможно. Поэтому просила помочь мне попасть туда, или хотя бы не выгонять ночью на улицу.

– И она согласилась?

– Не совсем, она попросила покараулить коридор, пока она курит.

– Некоторые её коллеги говорили, что она поругалась с парнем, знаешь об этом?

– Она записывала в блокнот разные моменты произошедшие за смену, говоря о том, что передаст информацию ему. В её голосе не было и намека на ссору между ними.

– Почему она попросила покараулить именно тебя?

– Может потому, что я посторонний человек и в коридоре больше никого не было? Такие моменты там редко случаются.

– Записал, – промычал полицейский допечатав предложение.

– Тебе не показалась она странной в ту ночь?

– Да я же не знаю её, как могу предполагать странной она была или нет?

– Сколько времени ты ждала её?

– Сначала минут двадцать прошло, потом не смотрела на часы.

– А почему ты не вышла за ней?

– А должна была?

– Так обычно поступает человек, зная, что за дверью кто-то есть.

– В тот момент, когда я захотела проверить там ли она, в коридор вышел врач.

– И что было дальше?

– А дальше… не знаю. Я как обычно вырубилась, – передернув плечами, растираю глаза.

– Как обычно?

– Ага.

– Расскажи об этом подробнее?

– Да нечего рассказывать особо, когда мне исполнилось шестнадцать, я стала терять сознание в неожиданные моменты.

– Что это значит?

– Не из-за стресса, не из-за боли, просто так, как в больнице шла и упала. Конец.

– А что говорят врачи?

– Ахах, смешно.

– Что смешного?

– Вы кажется не поняли, либо же не слушали меня? Мои проблемы не ограничены школой. Все кто узнает меня либо стороной обходят, либо сдохнуть желают. И как в полицейском участке не принимают мои заявления, так и в больницах меня отказываются лечить и мою семью тоже, кстати. А ещё в некоторых магазинах меня не обслуживают по той же причине, так что вот, – хлопаю ладонями по столу.

– Ясно.

– Славно. Сколько времени осталось?

– Чуть больше часа.

– Мой зад превратился в лепешку, я могу походить?

– Если хочешь, – махнул рукой.

– Что дальше?

– Третья жертва также была с тобой в коротком контакте.

– Кстати, что случилось с ней? Если честно не уверена, что эта та женщина, которая подходила ко мне.

– Ксения Жданова, она учится с тобой на одном курсе.

– Нет, ко мне подошла женщина лет тридцати в красном пиджаке, но туфли на покойной были другими.

– О чём вы говорили?

– Она сказала лучше начать с компьютера, так как я впервые пришла.

– Откуда она это знала?

– Я подумала, она работает в библиотеке. Поблагодарила и пошла за компьютер. После отправилась к нужному ряду.

– Но жертва шестнадцатилетняя девушка. Почему ты подумала на другую женщину?

– Так только с ней я разговаривала в библиотеке, больше ни с кем, а… красный пиджак был на ней, – посмотрев на своё отражение в зеркале, поправляю шапку.

– Но на видео Ксения подходила к твоему столу. Видно только спину, но она явно, что-то говорила тебе.

– Но ко мне никто не обращался, тем более одногруппница. Я искала книгу в ряду недалеко от моего стола.

– Ты была повернута не к ней, а к полке?

– Выходит так, потому что я не говорила с ней и даже не видела её.

– Ты разговаривала сама с собой?

– Нет, ну может тихо возмущалась, что полка слишком высоко, а так нет.

– А ведь и правда с другого угла всё выглядит иначе, – поменял он картинку на ноутбуке. Стоя за его спиной смотрю в экран.

– Это она испортила мои вещи!

– Что испортила?

– Посмотрите как она сконфужена! Специально собой камеру закрыла! И делает вид будто руками ничего не трогала!

– А что сделала?

– А вы дальше не смотрели?

– По-твоему, что она сделала?

– Вылила кофе на мои вещи!

– Это конец записи.

– Но… почему?

– Карта памяти была заполнена.

– Так вы не знаете кто её убил?

– Оливия, если бы мы знали, разве допрашивали тебя?

– Ну меня точно нет, – так получается и Артемий на видео не сохранился, интересно…

– С другой стороны куда ты отправилась после библиотеки? – Очнулся недовольный полицейский.

– Домой, но…

– Ты вышла из колледжа и пошла домой пешком?

– Нет. Не совсем. Я дошла до перекрестка… чтобы дальше пойти и сесть на автобус.

– Есть остановка у колледжа, почему не села с неё?

– Открою тайну, – кривляюсь надоедливому полицейскому, – Автобусы пролетают мимо меня на остановках! Потому мне приходится постоянно менять место посадки!

– Спокойно, всё в порядке. Прошу не вмешиваться, когда я веду допрос.

– Пожалуйста, пс, – обиделся, что ли?

– Понятно, значит ты прошла пешком целую остановку?

– Нет же, до перекрестка только дошла.

– Почему?

– Там ведь камеры есть.

– Они не работали в этот день.

– Меня чуть машина не сбила.

– На перекрестке?

– Ага. Я куртку порвала. Поэтому поехала на такси в центральный район в торговый центр.

– Мы не можем понять когда ты приехала домой и как?

– А я не знаю как и не знаю когда, – пожав плечами, встаю в дальний угол от двери спрятав руки за спиной.

– Потеряла сознание?

– Типа того.

– Расскажи пожалуйста подробно?

– Приехала я в торговый центр, ничего не купила, поэтому вышла на улицу и тут меня окатили дерьмом из ведра. Я побежала и где-то через десять, может больше минут вырубилась.

– А очнулась дома? – Ну и, что мне говорить?

– Да, – первая ложь. Почти.

– И не знаешь кто принес тебя домой?

– Скажите пожалуйста, мне тоже очень интересно. У нас по всему району камеры установлены, что-то же должно было быть видно?

– Нет. Ничего. Камеры в этот день не работали почти во всём городе.

– А в прачке?

– Нет.

– Не работали?

– Запись прервалась, когда ты вышла с мешками на спине.

– Ну да, я забрала вещи и ушла.

– Хочешь узнать о камерах в больнице?

– Хотелось бы, – не уверенно говорю.

– Там запись от момента, когда ты с медсестрой шла к запасному выходу.

– А до этого?

– Меняли карту памяти.

– Фух, значит не видно было как я спала на полу, – что тут такого? Но почему-то мне было стыдно от этого.

– Ты спала в коридоре на полу?

– Ну да. Пока ждала врача всю ночь, вот и уснула.

– И ничего подозрительного не заметила?

– Подозрительного в больнице? Вы шутите? Там полный беспредел, больные спят на кушетках в коридоре, не хватает врачей, никто не обращает на тебя внимание, подозрительного?

– Может человек какой-то, не похожий на мед персонал, или кто-то вёл бы себя странно, нервничая? – Это он не меня ли имеет ввиду? Только я вела себя неадекватно. Орала там как чокнутая.

– Нет.

– Получается ничего необычного не происходило?

– Откуда мне знать? Меня разбудила эта самая медсестра и после короткой беседы попросила за дверью последить. Потом вам лучше известно.

– Потом ты упала в обморок перед врачом и тебя отвезли в другое отделение.

– Ну вот.

– Хочешь чай или может быть кофе?

– Можно. Жутко хочется спать.

– Тогда принесу тебе чай.

– Угу, – сажусь на корточки в углу обняв себя за плечи.

Недовольный полицейский громко стучал пальцами по клавиатуре. Свет моргнул, но не погас. Боже, почему так жутко здесь? Остаюсь сидеть в углу на корточках. На камере, которая стоит на треноге в углу не светится красная лампочка, они забыли её включить? Мужик громко откашлялся взглянув на наручные часы.

– Сколько времени? – Задаю ему вопрос.

– Да какая тебе разница?

– Сложно ответить? Это всего лишь время, – вот урод.

– Не надейся уйти отсюда.

– Почему это?

– Ты преступница. Это всем известно.

– А как по мне, преступники вы, – хмыкнув встаю напротив зеркала.

Свет погас. Первое о чём я успела подумать, был какой-то боевик с летающими ножами, поэтому присев на корточки закрыла голову руками. А дальше начался реальный фильм ужасов.

В кромешной тьме раздался вопль, думаю противного полицейского. Его голос то отдалялся, то снова звучал очень близко. Как такое возможно в крошечной комнатке? Дверь то открывается, то закрывается, либо это так либо обман, который слышится в темноте. Ничего не могу придумать лучше, чем ползти к выходу. Я не собираюсь сбегать, но в этой комнате точно, что-то происходит и не самое хорошее судя по звукам.

Словно предсмертный крик издал полицейский в дальнем углу, затем полнейшая тишина. Мамочки, как же страшно… Разве может, что-то случиться в участке?! Здесь же не один десяток полицейских! Мои плечи жалостливо скрипнули от давящей силы на них. Не понимаю как оказалась прижатой к холодному полу, но стало по-настоящему страшно за жизнь. Не такой смерти я хотела.

– Аааа!!! Мааа!!! Ааа!!! Хватит!!!

– Включите генератор!

– Ничего не видно!

– Но у нас нет проблем с электричеством! – Что за голоса вокруг? Почему так холодно?

Моё тело перестало ощущать боль, теперь чувствую лишь холод окутавший сердце. Энергия ручейками вытекает из моего организма, что это за чувство? Почему не могу шевелиться и даже говорить? Мне кажется, я теряю сознание…

– Включают!

– Закрой глаза Оливия! – Слышу крик Константина, но ничего не хочу…

– Мамочка… – Помещение осветило ярким светом ламп.

– Черт! Что это?!

– Оливия?!

– Твою мать!

– Что за жесть?!

Мужские голоса были чем-то явно шокированы, но мне сложно даже глаза открыть… А они продолжали суетливо бегать, кричать и пытаться понять, что произошло.

– Она похудела?

– Да черт знает как это возможно.

– Оливия, ты можешь говорить?

– Мама…

– Тебе нужно в больницу, – не понимаю зачем мне в больницу, когда я просто хочу спать?

– Дерьмо, ты видел труп?

– Нужно посмотреть камеры.

– Вы не включили её после первой отключки света!

– Я не о ней, пусть попытаются на общих камерах хоть, что-то увидеть. Здесь явно кто-то был.

– Темно же было!

– Мне объяснять вашим техникам как нужно работать?!

– Нет сэр, всё сделаем.

– Оливия, ты меня слышишь?

– Спать… хочу… – Я правда чувствую себя очень странно, моё тело как-будто испытало невероятно огромную нагрузку, но мозг был расслабленным.

– Спать? Нет-нет! Не засыпай!

– Что произошло? – Приоткрыв один глаз, хотела облокотиться на локоть, но боль пронзившая оба плеча не дала этого сделать, – Дьявол…

– Не шевелись! Твою грудную клетку и плечи чем-то придавило ранее, думаю могут быть трещины или внутренние разрывы судя потому, что оно все фиолетово-черное… То есть…

– Черное? Мои плечи? – Паникуя распахиваю глаза, но особо ничему это не помогает.

– Не шевелись! Скорая уже едет!

Устало поворачиваю голову на бок увидев страшную картину. Будучи крепким противным полицейским, теперь этот несчастный усохший мужчина выглядел как двухсотлетний старик с широко открытым ртом.

– Боже!!! Черт!!! Черт!!! Черт!!!

– Успокойся! – Вопя и отталкиваясь ногами о пол забиваюсь в угол уперевшись в стену зажмуриваю глаза.

Глава 10

Всматриваясь в отражение зеркала никак не могу понять, как можно оставить на теле такие следы? Мои плечи, до самой груди в синей сетке и это не одежда какая-то, а оставленные пятна чем-то или кем-то не известным. Вся верхняя часть груди в паутинке, как-будто намеренно обвела все капилляры фиолетовой ручкой. Натянув черную водолазку отвечаю маме на сообщение. После допроса с кошмарным завершением, прошло несколько недель. Константин мне звонил пару раз, чтобы поставить в известность о неизвестном. Смешно? Но им так и не удалось установить личность проникшего в комнату допроса. Тепловизор показал меня и мертвого полицейского как два зеленых пятна, но вот ещё один объект находившийся там был красным пятном, почему так, никто не знал. Сославшись на неисправности и прочее дерьмо, дело раскрыть не удалось, а что обычно происходит в нашем городе с такими делами где фигурирую я? Конечно это приписали к моим заслугам! Не понятно только, что я сделала с ним, выпила или запугала своим устрашающим видом, но в сети стали появляться комментарии, что в городе появилась ведьма. Стоит спрашивать кто это? Пх…

– Я думала тебя дома нет, – Спустившись в кухню, вижу маму за столом сжимающую кружку.

– Нет, я здесь.

– Вижу. Где дети?

– Уехали на несколько дней.

– Куда уехали?

– Погостить к друзьям.

– К друзьям?

– Да.

– А откуда они?

– Кто?

– Друзья.

– В соседнем городе живут.

– Мам, у тебя нет друзей. Как и у меня и у всей нашей семьи.

– С чего ты взяла?

– Считаешь я приношу сплошные несчастья?

– Нет.

– Думаешь могу причинить им вред?

– Не выдумывай. Как твои плечи?

– Будь честной мам, считаешь из-за меня они могут пострадать? А, знаешь, не отвечай. Я тоже так думаю, поэтому привези завтра их домой. Обещаю, больше не будет из-за меня проблем, – торопливо выхожу на улицу нервно стирая слезы с щёк.

По инерции собралась опустить шапку на глаза, но поняла, что не успела надеть её, поэтому накинув капюшон прячусь под ним от внешнего мира. Хорошо куртка висела на стуле в кухне, иначе вышла бы в одной водолазке и широких черных джинсах, крепко стянутых на тонкой талии ремнем. С того случая я ещё не набрала потерянные килограммы, но силы восстановились.

Вытирая мокрое лицо улыбаюсь. Я столько всего хотела сказать маме и даже сестре. Хотела написать письмо с извинениями, умолять, чтобы простили, за то как поступила… Но сейчас не хочу с ними прощаться. Мама ведет себя как все эти злые люди. Она больше не верит мне.

Пробежав мимо третью остановку сгибаюсь пополам пытаясь восстановить сбитое дыхание. Боже, как же я устала. Взяв себя в руки продолжаю путь.

– О! Эй! Девушка с автобуса!? – Игнорирую молодого человека, – Постой же! Куда ты спешишь?

– Я не знаю тебя, – ускоряю шаг, но он делает тоже самое.

– Мы вместе ехали в автобусе.

– Боже, ты ведь единственный кто ездит на автобусе.

– Конечно нет, – смеется кудрявый светленький парнишка, – Ты сбежала от нас из автобуса.

– Ах, автобус…

– Вспомнила?

– Допустим.

– Почему такая взвинченная?

– Я?

– Ты же Лив?

– Это так. А ты? – Зачем интересуюсь как его зовут?

– Митя.

– Мило.

– Что? – Улыбнулся он, – Мило? Моё имя милое?

– Ага и кудряшки твои, – Боже, что я несу?!

– Сейчас ты совсем не такая как была при первой встрече, – продолжает мило улыбаться.

– Господи, да перестань у тебя судорога, что ли?

– В смысле?

– У тебя щеки свело.

– Да не свело, я люблю улыбаться.

– Улыбайся своей девушке, думаю она будет довольна.

– У меня нет девушки.

– Поздравляю.

– Поздравляешь? С чем же?

– Проблем меньше.

– Я не думаю, что это так затруднительно.

– Ну и зря.

– И что прям всегда девушки доставляют хлопоты?

– Без исключения.

– Но, что заставляет их быть такими сложными?

– Вот мужики и заставляют.

– Как именно?

– У тебя, что не было девушки?

– Нет, – торможу позволив Мите пройти на несколько шагов вперед.

– Что?

– Почему ты остановилась?

– Ты шутишь?

– Нет, это так плохо?

– Сколько тебе лет?

– Мне?

– Почему ты отвечаешь вопросом на вопрос? С первого раза не понимаешь?

– Понимаю, – улыбнулся зеленоглазый, – Мне девятнадцать лет.

– Уверен?

– Уверен ли я в том сколько мне лет? Ну последние девятнадцать точно мои, – обворожительно улыбается Митя.

– А ещё пара десятков чьи?

– Я так плохо выгляжу?

– Нет, наоборот, не встречала парней твоего возраста так хорошо о себе заботившихся.

– Это так очевидно?

– Да. Твоя одежда слишком идеальна, как и кожа, стрижка, укладка, фигура. Обычный парень в чём-то да ошибся бы, но только не ты.

– Это плохо, что я выгляжу опрятно?

– Слишком подозрительно. Но тут несколько вариантов, – складываю руки крестом.

– Интересно узнать.

– Первый, у тебя не было девушки и ты ухожен вплоть до маникюра, а значит ты – гей.

– А второй?

– Ты псих, или пришелец.

– Гей, псих и пришелец? Это три варианта.

– Да не обязательно, псих же может считать себя кем угодно, хоть Господом богом.

– А если не один из них?

– Почему у тебя не было девушки? – Выхожу на перекресток дождавшись, когда остановятся все машины.

– Девушка так необходима?

– Ты точно гей.

– Почему?

– С твоими показателями бога, не верю, что ты был бы один.

– Я не гей и у меня правда не было девушки.

– И что совсем не хочется?

– Чего не хочется?

– Эм, ну… отношений?

– Нет.

– Серьезно?! И другого тоже?

– О чём ты?

– Ну… забудь.

– Говоришь о близости между мужчиной и женщиной?

– Проехали.

– Я не целомудрен, – усмехается, – У меня были сексуальные отношения.

– Да господи, мне не интересно!

– Это ты начала эту тему.

– И закончила.

– Что ж, как скажешь, но если захочешь узнать подробности…

– Дьявол! Хватит! Какого черта ты идешь за мной?

– Мы же общаемся?

– А я давала на это согласие?

– Об этом нужно было спросить?

– Я вообще-то занята.

– По-моему, мы заняты одним делом, разве нет?

– Нет.

– Мы вместе идём, это ведь так?

– А теперь пойдем раздельно, – перебегаю на другую сторону дороги.

Бросая беглые взгляды на другую сторону дороги ускоряю шаг. Вот же прицепился. Но почему не перешел дорогу следом за мной? Черт, вот и молодец! Нечего за мной таскаться.

Порыв ветра сорвал капюшон с моей головы заставив съежиться от холода. Не помню, чтобы когда-то зима была такой холодной. Высокие деревья раскачивались из стороны в сторону жалостливо поскрипывая. Наконец-то вижу высокие ворота в парк мечты. Это территория протяженностью в семь километров с разными скверами и местами для отдыха. Раньше, мы приезжали сюда всей семьей расстилая плед на траве и объедаясь вкусняшками.

Проходя мимо этой самой поляны сердце заныло от тоски по папе. Скоро мы будем вместе. Прикоснувшись к столетнему дубу воспоминания были такими красочными, будто мы были здесь только вчера. Птицы пели свои звонкие песни сидя на ветках деревьев. Бурундуки спускались вниз не боясь людей. Природа была такой живой и прекрасной, но сейчас всё серое… Мрачное и совершенно не радует взор.

Вот и хорошо, что всё выглядит так тускло и паршиво как моя жизнь, будет легче её закончить. Мама была последней, кто верил в мою невиновность, но это оказалось фальшью. Никто не будет жалеть и оплакивать меня. Как раз наоборот, они будут благодарны за это и может сестра и брат смогут вернуться к нормальной полноценной жизни, где есть друзья и радость.

Пересекая поляну, срезаю путь. До моста совсем не много осталось. Сказочный мост так и называется, потому что построен был много лет назад в виде дуги соединяя два берега реки. Протяженность моста почти пол километра, а высотой он не меньше десяти метров, под ним глубокая река. И если не разбиться с такой высоты, так утонуть в ледяной воде смогу определенно, потому что не умею плавать.

Парк совсем пустой, люди если и встречаются, так это либо единичные бегуны, либо велосипедисты, но сегодня нет не тех не других. Так даже лучше. Никто не кинется спасать меня в ледяную воду, а пока приедут спасатели будет поздно. Вот он. Замираю перед подъемом на мост. Точно как в сказке каменный мост на огромных колоннах возвышается над бурной рекой. Нечего сомневаться. Делаю шаг, а внутри, что-то болезненно сжалось. Не нужно себя жалеть. Вперед! Уверенно шагая дохожу до самого центра.

– Как же красиво…

– Собираешься прыгнуть?

– Мамочки напугал!

– Ты разве не знала, что я иду за тобой?

– Что? – Встречаюсь с зелеными глазами Мити.

– Я даже не скрывал, что иду за тобой.

– Слушай, ну чего ты привязался ко мне?

– Мне интересно, прыгнешь или нет, вот и всё, – пожал безразлично плечами.

– С чего ты взял, что я прыгать собираюсь?

– Это очевидно.

– Не поняла, что очевидного? Бегущая строка на лбу?

– Ты очень расстроена. Хочешь остаться одна. Торопишься, чтобы не передумать. Недавно ты плакала. Пришла в парк в такой холодный день. Стоишь на мосту. Осталось сделать только последний шаг.

– Ты тоже заметил, что сегодня на редкость холодная погода?

– Зима ведь? – Растерялся Митя.

– Обычно зимы не такие холодные как эта.

– Ты невероятна.

– Я?

– Мы же не о погоде говорим.

– А о чём? Сегодня и впрямь жуткий холод.

– Лив.

– Иди домой, а то простудишься.

– Не простужусь.

– Твой пиджак совсем не подходит под сегодняшний холод и брюки слишком тонкие. Даже шапку не надел. А рубашка уже к коже прилипла, иди домой чай горячий выпей.

– Идём вместе?

– Я? С тобой? Вот ещё, – усмехаюсь.

– Тогда я останусь.

– Зачем ты это делаешь? – Раздраженно его спрашиваю.

– А зачем это делаешь ты?

– В смысле?

– Собираешься прыгнуть, зачем?

– Твои догадки не обоснованы. Ты ошибся.

– Тогда, я просто буду здесь стоять и наслаждаться видом.

– Если я захочу прыгнуть, то сделаю это.

– Валяй.

– Что?!

– Я же не сказал, что буду тебя отговаривать. Мне может интересно посмотреть.

– Ты больной?

– Из нас двоих я более здоров мне кажется.

– Да откуда ты такой взялся?

– Какой?

– Раздражающий! – Топаю ногой сжав кулаки.

– Просто мимо проходил.

– Боже… – Отвернувшись от него цокаю, впервые в жизни закатив глаза, – Бесит…

– Тебя парень бросил? – Раздался голос за спиной.

– Что?

– Из-за него умереть собралась?

– Господи, нет конечно.

– Из-за чего тогда?

– Ты совсем не понимаешь, что я не хочу с тобой говорить?

– Давай я буду твоим парнем?

– Пффф!!! Что?! Ахах!!!

– Я тебя развеселил?

– Ты будешь моим парнем?

– Да, буду.

– Ну ты точно псих.

– Почему?

– Ты не знаешь кто я? – Разозлившись поворачиваюсь к нему.

– Знаю, ты Лив.

– Серьезно?

– А, что ещё мне нужно о тебе знать?

– Что происходит?

– Не понял.

– Ты с неба свалился?

– Это невозможно.

– Новости не смотришь?

– Какие новости?

– Говоришь тебе девятнадцать?

– Угу.

– Значит студент.

– Угу.

– И на учебе никто не разу не рассказывал обо мне?

– Нет, а должны были?

– Слишком не правдоподобно.

– Да о чём ты говоришь?

– Весь город ненавидит меня, включая мою семью, а ты не знаешь кто я?

– За что они ненавидят тебя?

– Вот это да… Ты правда думал, что я пришла сюда из-за парня?

– Правда. Многие девушки так поступают.

– Что?! Это с чего им убивать себя из-за каких-то козлов?!

– Значит ты здесь, по другой причине.

– Оволосеть, это нечто! Ты нечто!

– Почему?

– Хватит задавать нелепые вопросы, просто уйди пожалуйста и не мешай.

– Ты обиделась на меня?

– Блин, да кто ты такой, чтобы я обижалась?!

– Перестань кричать на меня.

– Умоляю, свали, – расплываюсь в улыбочке.

– Уже не могу.

– Да почему?!

– Меня тянет к тебе.

– Что?!

– Это правда.

– Извращенец!

– Да я не хочу тебя как женщину, просто притягивает к тебе как магнитом.

– Что за вздор, боже? Размагниться тогда!

– Я не знаю как это сделать.

– Митя, я полицию сейчас вызову и они быстро расскажут как это сделать.

– Правда? Думаешь они знают?

– Ааа!!! Издеваешься?!

– Почему?

– Вот дерьмо…

– Может…

– Не может! – Перебиваю его не дав закончить, – Больше ни слова.

Отойдя чуть дальше от симпатичного психа, перегибаюсь через перила глядя на быстрый поток реки. Это может закончиться очень быстро. Пытаясь не думать о человеке, который стоит за спиной и не понятно чего хочет, думаю о том может ли он вправду не знать обо мне? Это так я не думаю о нём? А, что мне остается, если он приклеился как изолента?!

Нц, снять куртку или не снять? А телефон? Оставить в кармане или бросить тут? А обувь? Черт возьми! Я в тапочках из дома вышла?! Боже! Как меня угораздило?!

– Понятно, – насмешливо смотрю на стоящего на том же месте Митю, – Из-за них ты решил, что я хочу прыгнуть, – шевелю лисьими мордами надетыми на ноги.

– А это не обувь?

– Это домашние тапочки, думаю ты понимаешь это?

– Сейчас совершенно не разберешь молодежную моду, все выглядят странно, поэтому я не обратил на них внимание.

– Ты не уйдешь?

– Я смущаю тебя?

– Да, блин, смущаешь!

– Я могу отвернуться, если хочешь?

– Ааа! Безумие какое-то, – отхожу шагов на десять.

Жить не дают, умереть не дают. Чего он вообще привязался ко мне? И ведь про друга своего ничего не говорит. Странно это. Ведь первым подошел именно Вадим. О, я даже имя его запомнила.

– Эй ты? – Высокомерно обращаюсь к Мите, – Где твой друг?

– Мой?

– Да твой твой. Вадим кажется?

– Он мне не друг.

– Ах, вот оно, что. Зачем тогда ходишь с ним вместе?

– Мне же нужно с кем-то общаться, да и нам по пути.

– По пути говоришь?

– Ну да.

– Ты учишься в моем колледже?

– Нет.

– Тогда ты с ним работаешь вместе?

– Нет.

– Тогда по какому вам интересно пути?

– Мы ездим на одном автобусе и живем по соседству. Но я езжу до конечной, а он выходит раньше.

– Он выходит на моей остановке, – утверждаю не спрашиваю.

– Это только после того как познакомился с тобой.

– Вот ведь лжец позорный.

– Я?

– Твой не друг. Он сказал, что работает на той же остановке где мой колледж.

– Так там близко, – махнул Митя рукой.

– Издеваешься?

– Что? Почему?

– Что с тобой не так?

– Со мной? Я, что-то не то сказал?

– Ты и правда со странностями, – качаю головой.

– Может быть, – напрягшись, Митя отвернулся от меня замерев.

– В чём дело? Слушаешь музыку ветра? Пх…

– Будь здесь.

– Чего? – Вытягиваю лицо.

– Не ходи за мной, там кто-то кричал, – проследив за его взглядом увидела только деревья.

– Обещаю, пхах, – он же не серьезно?

Наблюдая как парень бежит в сторону леса безразлично передергиваю плечами. Вот и славненько. Спустя несколько минут, он исчез. То, что нужно. Оставив лисят на земле взбираюсь на широкий парапет вышагивая вперед и назад как акробат на канате и совсем не страшно. Решив отправить одно единственное сообщение достаю телефон из кармана, напечатав «Я их не убивала», отправив Константину. Только он пожелал меня выслушать и я уверена, он разберется в этом и прошлом моём деле, но уже без меня. Хватит и того, что моё имя очистят от этих лживых обвинений. И перестанут травить всю семью.

Пора. Повернув голову туда, куда убежал Митя замечаю какое-то движение. Что это? Дым? Лес горит? Истошный вопль разрезал воздух вдалеке, даже мурашки по коже побежали. Стою как-будто приросла к месту. Крик повторился. Черт возьми! Я всё-равно не смогу ему ничем помочь! Дьявол!!! Уррр!!!

Ругаясь, спрыгиваю нырнув в свои тапки. Хоть бы оружие какое-то было! Да какое оружие?! Я от одного вида пистолета упаду в обморок! Что делать?! Черт рогатый! Что!? Подняв увесистую дубинку в конце моста, сбегаю на сухую траву приближаясь к деревьям. Либо я, либо меня… Размахнувшись начинаю вопить налетев на человека в черном плаще с огромным капюшоном на голове склонившимся над землей. Зажмурив глаза размахиваю палкой пока не споткнулась и не упала рядом с лежащим без сознания Митей.