Оксана Заугольная
Захватчики. Закоулки прошлого. Книга третья

Метавселенные фэнтези

Иллюстрации

Анны Шевелевой

© Заугольная О. О., 2023

© Шевелева А. В., иллюстрации, 2023

© Копченов П. Н., карта на форзаце, 2023

© Оформление серии. АО «Издательство «Детская литература», 2023

Глава первая, в которой Тедди и Димка узнают историю Матильды

Тедди думала, что они и за неделю не управятся, рассказывая Матильде о том, что с ними случилось в Неблагой долине. Как они с Димкой туда попали – это можно было и не говорить: Матильда своими глазами видела, как Алисо, тогда еще с виду совсем Александр Мусов, отец Тедди и муж самой Матильды, отправил дочь и пасынка «к бабушке в деревню». Но как описать их ужас, когда они узнали, что бабушка Тедди – это… мышиная королева? А ее подданные, ростом с самих Димку и Тедди, едва не сожравшие их при первой встрече?.. Да если бы не Голос Тедди, то съели бы!

И это Димка и Тедди еще не знали, что известно его матери о самом Голосе. Знала ли она, что им можно управлять кем угодно, даже удивительными движущимися деревьями Неблагой долины? А знакомство с Солом и Тинатин, принцем и принцессой удивительных летунов, так похожими на гигантских сов и не похожими в то же время, со своими руками и крыльями, да к тому же двумя сердцами!

Тедди схватилась за грудь и прислушалась. Оба сердца бились в унисон, но их точно было два.

– Все еще два сердца, после того, как ты недавно превращалась в летуна? – понимающе спросила Матильда и тряхнула кудряшками. – У Са… у Алисо было сильное желание превратить тебя… Да еще и твой Голос… Удивительно, что ты вообще сумела его остановить!

Тедди покраснела от удовольствия. Все-таки ее так редко хвалили! Отец же то считал дочь никчемной, то хвалил так, что Тедди хотелось немедленно сделать наоборот. Ничего хорошего от его похвал она не ждала.

Но нужно было еще рассказать про принцессу Дару и жутковатого короля летунов, Многоликого, про то, что за горы никак нельзя пройти, и, наконец, объяснить, как вышло так, что Димка стал ненаследным принцем и мышью! Тедди было стыдно признаться, что это она его превратила лишь для того, чтобы сбежать из мышиного лабиринта. И как это все вложить в слова? Оказалось, куда быстрее, чем Тедди могла вообразить.

Когда она перевела дух, Матильда с серьезным лицом кивнула и вдруг обняла ее, прижимая к себе, как недавно прижимала своего серого и хвостатого сына.

– Мы справимся, – шепнула Матильда.

– Справимся? – шмыгнула носом Тедди.

Теперь, когда рядом была мачеха, она могла позволить снова почувствовать себя слабой и обычной четырнадцати летней девочкой, а не могущественной принцессой. И как же это было хорошо!

– Обязательно, – все так же серьезно произнесла Матильда. – Если ты не забыла, я – дракон. И в этом мире я не знаю ничего, с чем не мог бы справиться дракон.

Тедди недоверчиво оглядела хрупкую фигурку Матильды. Прям-таки и ничего? Но спорить не стала. А вот Димка был куда внимательнее.

– В этом, мама, – нервно дернув хвостом, произнес он. – Но мы не остаемся в этом мире, верно? Мы идем в Неблагую долину, и если войска Тедди просто должны идти в обратную сторону по своим следам и им достаточно приказать не попадаться на глаза и вернуться, то что до остального? Есть ли там что-то или кто-то, с кем ты не можешь справиться?

Он воинственно встопорщил усы, но тотчас его пыл угас и усы повисли.

– Я боюсь за тебя, мама, – прошептал он еле слышно. – Мне так было страшно, когда я не знал, где ты! Когда только-только узнал, что ты где-то в долине…

– Тогда ты не знал, что я дракон, милый, – улыбнулась Матильда. – Не думаю, что мне могут всерьез повредить Теддины мышки или летуны. Дракону может повредить только другой дракон.

– Или охотник на драконов, – пробурчал Димка, ничуть не успокоенный.

– Нет, родной, охотники на драконов – это как раз сказки, – снова улыбнулась Матильда, но сразу погрустнела. – Другое дело принцы. Вот эта пакость похуже драконьей чумы.

– Ты… – Димка, похоже, заразился дурной привычкой у их подружки Нинки, потому как схватил хвост и прикусил его зубами. От волнения или смущения. Но все-таки справился с собой и прямо спросил: – Ты о моем папе?

Матильда помрачнела.

– Тедди, как там твои подданные? – спросила она.

Тедди посмотрела вниз. С Волчихи, так и не разбудившей свой крепко спящий внутри вулкан, открывался прекрасный вид. Тедди видела, как серые волны спускаются вниз и растворяются в лесу, прячутся в кустах и медленно двигаются в обратную сторону. Они должны были идти теми же дорогами, так же тщательно обходя городок, деревни и людей. К сожалению Тедди, она не владела тем фокусом, что позволил ее отцу Алисо провести все огромное войско так быстро. Но медленно, зато верно – тоже неплохой вариант.

– Прекрасно, движутся по плану, мама, – ответила она, всем своим видом показывая, что не двинется с места, пока вместе с Димкой не услышит историю.

«Мама» вырвалось рефлекторно. После того как Тедди прочитала эсэмэски Матильды, где она писала «Мама скоро придет» и «Я иду», она не могла избавиться от мысли, что обращалась Матильда не к ним обоим, у Димки был свой телефон, в конце концов.

– Хорошо, – сдалась Матильда, хотя по тому, как сверкнули ее глаза и заалели щеки, Тедди поняла, что была услышана. Понять бы, что об этом думает Димка, но усы и хвост его были просто в беспрестанном движении, а глаза-пуговки на серой мордочке ничего не выражали. – Я вам расскажу.

Правда, рассказывать она при этом не начала, а провела руками над Тедди, высушивая ее одежду. Тедди почувствовала, что даже начинающее першить горло прошло словно по волшебству.

– Любой дракон может так в любом мире, – пояснила Матильда. – В нас много магии, иначе мы не могли бы летать.

– Мама! – возмутился Димка, полагавший, что она просто уводит разговор в сторону.

И тут Матильда наконец начала рассказывать, без всяких предисловий и отступлений.

В мире драконов все было создано для драконов. Лесов там почти не было, зато были луга, на которых паслись стада живности, не имеющей других врагов, кроме драконов. Может, раньше там были хищники или они попадали через многочисленные кротовины – этого Матильда не знала и никогда этим не интересовалась. Слишком давно к ним начали проваливаться принцы и принцессы, рыцари и пастухи. Последние прикипали к огромным бесхозным стадам и жили припеваючи, но разговор был не о них.

Матильде было стыдно признаться, но она не знала, всегда ли драконы могли становиться людьми, или такая особенность появилась из-за людей. Или это люди стали такими из-за драконов? Разве это важно? Но людям с их хрупкими костями, тонкой кожей и неуемной энергией требовалось нечто большее, чем пещеры, пастбища со стадами и быстрые реки. А владеющие магией драконы были рады создавать для своих слабых смертных возлюбленных величественные замки и золотые украшения.

– Постой, мама, а откуда известно, что в кротовины попадали именно принцы и принцессы? – вмешался в рассказ Димка.

Матильда усмехнулась.

– Сам посуди, времена были сложные, и, если где-то начинали пропадать люди, туда другие простые люди не лезли. Разве что за заблудившейся козой. И только принцы с принцессами считали себя достаточно могущественными и умными, чтобы лезть проверять, что там.

А потом попавшие туда наши соплеменники, потерявшие память, продолжали таскать этих аристократов и впихивать в кротовины, хоть убей – не знаю почему. Словно что-то брезжило в их памяти. О них нашему племени рассказывали попавшие таким способом принцессы, и мы все знали назубок, что попасть в кротовину в истинном обличье значило застрять в нем на века. Впрочем, и в человеческом обличье никому не приходило подходить к кротовинам близко.

– Но ты все-таки подошла, – заметил Димка и потер усы.

– Подошла, – согласилась Матильда, в ее глазах блеснули слезы. – И тому есть причина.

Я росла в таком же замке, каких было много раскидано в долине самой крупной реки нашего мира, Эриле. Мой отец был уже немолодым драконом, сыном дракона и драконицы. Одно-два поколения таких браков – и мы ничем бы не отличались от наших предков, не видящих никакого смысла в превращении в человека. Нет ничего плохого в том, чтобы в мире драконов быть просто драконом, но вместе с возросшей магией возрастала и внутренняя ярость, питающая наш живой огонь. А это значило возвращение в горы и жизнь среди таких же диких чудовищ. Такой жизни родители мне не желали, а потому искали чистокровного человека или хотя бы полукровку. Я же не хотела замуж вовсе, но хотела ребенка. Я была юна, взбалмошна и больше всего любила летать или биться с другими драконами.

Тедди, у которой в голове вертелось какое-то смутное воспоминание про живой огонь, отвлеклась и поцокала языком, представляя Матильду-воительницу.

– А еще я была болтлива. – Матильда поморщилась. – И мой отец узнал о моих планах. К тому моменту он нашел мне пару. Эрик был полукровкой, да не простым, его мать была даже не принцессой, а королевой. Где-то неподалеку от замка, где они жили с мужем Эром, была кротовина в ее родной мир, и она то и дело исчезала в нем. Ее родители умерли, как и старшие братья, и я только сейчас начинаю понимать, что, возможно, там было вовсе не трагическое стечение обстоятельств. Королева правила в своем мире и жила в нашем, а Эрик был самым настоящим наследным принцем. Эр же клялся, что супруга воспитала сына драконом, а значит, наш с ним сын сумеет оборачиваться и летать. Обычно дети дракона и человека или дракона и полукровки не летают, крылья даются через поколение. Но у дракона с драконом или с полукровкой, выращенным как настоящий дракон, родится настоящий дракон.

Лгал ли нам Эр, или сам верил в то, что говорил, я не знаю. Но за возможность выйти замуж за принца с меня взяли то, что помешало бы мне расстаться с мужем после появления ребенка. Мой отец настоял на том, чтобы «поступить честно».

Матильда, все время разговора отводившая глаза, подняла взгляд.

– Во время свадебного обряда меня принудили отдать Эрику мое сердце. – И она коснулась своей груди слева, там, где у обычных людей и, похоже, драконов было сердце.

Глава вторая, в которой оказывается, что у Матильды нет сердца

– Сердце? – не поняла Тедди и споткнулась, едва не скатившись к подножию горы, ладно хоть Матильда успела поймать ее за руку. А хватка у мачехи, несмотря на невысокий рост и внешнюю хрупкость, оказалась просто… драконьей! – В смысле, тебя заставили в него влюбиться?

– Нет. – Матильда едва заметно улыбнулась, но глаза ее были грустными. – Драконы не верят в любовь, как, в общем-то, и принцы. Но зато они верят, что человек или дракон не может жить далеко от своего сердца. Только люди от этого просто умирают, а драконам куда хуже.

Тедди прикусила язык, чтобы не спросить, что же может быть хуже смерти.

– Мое сердце и сейчас хранится в хрустальном шаре в замке Эрика, если он, конечно, не расколотил его, когда мы сбежали, – пояснила Матильда. – В человеческом мире мне удается сделать подобие сердца из чистой магии и заполнить им пустой контур, чтобы не вызывать ненужных вопросов у докторов, но и только.

– У тебя нет сердца? – только сейчас понял Димка и замотал головой. – Не верю! Как по мне, ты самая сердечная из всех известных мне людей!

И Тедди энергично закивала, готовая подтвердить сказанное братом.

– Просто я люблю вас обоих, – мягко ответила Матильда. – Не знаю, где хранится эта любовь, может, как раз в пустующей дыре, но я испытываю чувства. Только еще больше я чувствую пустоту. Все время, особенно ночью. Когда же я превращаюсь в дракона, дыра становится только больше. Но даже это не заставит меня вернуться назад.

Тедди чуть не расплакалась. Она хотела помочь мачехе, но понятия не имела как.

– А если на Эрика воздействовать магией Голоса? – спросил Димка после короткой заминки, так и не решив назвать незнакомого ему принца отцом.

А Тедди неожиданно поняла, что ее брат, получается, дважды принц! Ненаследный мышиный принц и наследный… где он там наследный?

– К тому же он, получается, не дракон. Ни в каком из смыслов!

– Не знаю. – Матильда пожала плечами. – Я не хочу рисковать вами. В некотором роде он все-таки дракон. Жадный до золота и власти, гневливый, как дикий дракон, завистливый и злобный. К счастью, дрянному дракону небо крыльев не дало. К несчастью, из-за него и ты, Дима, лишен их. И только твои дети смогут летать.

– А если бы ты… родила Алисо ребенка, он бы стал драконом? – полюбопытствовала Тедди и испуганно прикрыла рот рукой. Вот зачем она бередит раны? Матильда с таким трудом избавилась от одного ужасного мужа, чтобы попасться к такому же!

– Не знаю. – Матильда не расстроилась, лишь пожала плечами. – Я не знаю, достаточно ли тут магии для рождения дракона. Да я и сама не помнила себя. Когда Эрик обнаружил, что Митрий не оборачивается, он был в ярости. Всем же растрезвонили, что Эрик – настоящий носитель драконьей крови. Теперь он опасался насмешек от знакомых драконов. Да и моего отца, полагаю, опасался тоже. К счастью, пустота в груди сделала меня осторожной и внимательной, и я успела, когда он пытался выкинуть тебя с башни. Прости.

Она отвернулась.

– Мы подслушивали, – дрожащим голосом произнесла Тедди. – Ты сказала, что твой муж ударил сына, а не…

– Ну не могла же я сказать, что он пытался его убить, – вздохнула Матильда, машинально потирая локоть.

Тедди внезапно как наяву представила, как бросается Матильда-человек и летит вниз с башни, на ходу превращаясь в дракона, сдирая толстую кожу и чешую о крепкие стены, ударяясь о каменный настил, успевая подставить крылья под падающего малыша. Как рвет когтями и зубами башню, где спрятался трусливый супруг, прожигает живым пламенем, уничтожая что-то важное для Эрика. Как он хватает хрустальный шар, в котором бьется небольшое, такое человеческое сердце, и пытается в ярости сунуть под огонь.

И ярость самой Матильды стихает. Завернув сына в плащ, как в крылья, она берет какие-то вещи, скатывает в тугой узел и бежит прочь. Не к той кротовине, где привольно чувствует себя ее свекровь, не к родителям, которые отдали ее Эрику. Прочь. Куда угодно.

Видела ли она кротовину прежде, чем провалиться туда? Этого Тедди так и не узнала.

– Не стоит смотреть так глубоко, – мягко произнесла Матильда, кладя руку на плечо Тедди и возвращая ее из мира прошлого. – Ты еще слишком юна, а твой дар силен. Не сожги его.

– Вот оно! – Тедди возбужденно подпрыгнула на месте. – Я поняла! Живой огонь – это и драконий тоже! Если им опалить Алисо, он полностью лишится магии и короны, что делает его неуязвимым! Мама, ты лишила так магии Эрика, значит, можешь лишить и Алисо!

– Только для этого неплохо бы его сначала найти, – охладил радость Тедди Димка. – А нам бы все эти тысячи мышей довести до долины… А насколько мы знаем Алисо, он давно затерялся между этими серыми и рванул вперед с помощью магии.

– Жаль, что я не знаю, как он вел с помощью Голоса, – вздохнула Тедди. – Дим, ты случайно это не понял, когда шел с армией сюда?

Димка сокрушенно покачал головой и потянул было хвост к усатой морде, но вовремя спохватился и отдернул лапы. Похоже, он решил бороться с дурной привычкой. А Тедди вспомнила о Нинке. Скоро ли она доберется сюда, или попадет по дороге навстречу армии и поймет, что нападение на людей отменилось? Лишь бы ее не затоптали в спешке, с которой торопились домой бравые воины армии Алисо.

– А зачем обязательно возвращаться? – прервала ее метания Матильда. – Я недолго наблюдала за жизнью долины, но даже этого времени хватило, чтобы понять: в долине не хватает еды на всех. Даже на мышей, а есть еще летуны и люди.

– А что тогда, оставить их тут? – растерялась Тедди.

Перед ее глазами возникла сюрреалистическая картина, как область вдруг наполняется загадочными толстыми рыбаками в перчатках и масках Гая Фокса, а по деревням с новыми силами начинают ходить рассказы о шишигах и бесах. Не, долго это так не продержится.

– Зачем же тут, – хихикнула Матильда, видимо представив нечто подобное. – Найти еще одну кротовину, наверняка поблизости есть что-то похожее, кротовины часто располагаются кучно. И даже если рядом ничего не найдем, то лучше пройти дольше и получить мир получше.

Идти неизвестно куда Тедди совершенно не хотелось. Да и переходы между мирами не показались ей чем-то таким, что можно найти за пару минут. Светящихся указателей или карт с крестиками на месте кротовин ей до сих пор не попадалось.

– А если мир будет только хуже, вроде родного мышиного? – Помощь пришла со стороны Димки, он потер мордочку лапами. – Мама, ты сама говоришь, что в этом мире мало магии, а мыши – существа магические, они питаются с помощью магии, живут, развиваются. А что, если другой мир отнимет все это? Как переход из твоего родного мира отнимал у драконов память?

Матильда нахмурилась.

– Об этом я не подумала, – честно призналась она. – Просто тот мир ужасен. Все эти склоки между мышами, летунами и людьми, нехватка ресурсов заметны даже с высоты.

– Но долина – это ведь не весь мир, – с жаром произнесла Тедди. Следующая мысль поразила ее внезапно: – А ты летала за пределы долины? Что там?

– Не летала. – Матильда заметно смутилась. – Горы меня пугали, да и оставлять вас слишком далеко не хотелось. Я и без того могла только иногда с высоты видеть перемещения тебя, Тедди, а сына не видела вовсе. Что, если бы я не успела?

Тедди вспомнила свое видение про маленького Димку, брошенного с башни, и понимающе кивнула. Такой страх просто так не проходит. Похоже, она была и впрямь неслабо околдована Алисо, раз отпустила сына с Тедди к неизвестно какой бабушке неизвестно куда и одних.

– Может, и хорошо, что не летала. Там какое-то заклятие. – Тедди попыталась утешить мачеху. – Я сама не дошла до его границ, но и летуны, и мыши утверждают, что выйти из долины невозможно. Вот они и вынуждены терпеть друг друга.

Некоторое время они шли молча. Тедди убедилась, что армия успешно прячется, и наконец вздохнула спокойно. Они остановились перекусить, и Тедди Голосом приказала армии сделать то же самое. По мнению Матильды, раз никто не знает, как проходить насквозь, то стоит идти только ночью. Зато она сходила в попавшуюся им на пути деревню и купила еще продуктов. А кроме нормальной еды для детей она купила несколько пакетов с крупами. Тедди смотрела, как ее довольные подданные рекой стекаются к Матильде, получают по горсти сырой крупы и тут же магией увеличивают ее, и едва не застонала от досады. Она могла придумать это сама!

– Не ревнуй, – шепнул Димка, который не позарился на крупу, а трескал бутерброды. – У мамы просто опыта больше. Ты тоже очень умная, вон сколько всего сообразила в пути сделать!

И Тедди успокоилась. Она даже умудрилась сбегать искупаться на речку, пока мыши прятались от полуденного солнца. А когда к ней присоединилась Матильда в таком обычном человеческом купальнике, Тедди почувствовала, что у нее идет самое обычное лето. Каникулы же! И в воду не надо лезть с рюкзаком на спине, чтобы скрыться от преследования, а ягоды можно есть, потому что хочется, а не потому что больше нечего!

Вечером Матильда снова обернулась драконом, едва не переломав подлесок, и полетела вперед, разведывая путь для армии. А Тедди решила поэкспериментировать с Голосом.

– Хочу, чтобы мы все, включая Матильду и Нинку, оказались как можно ближе к переходу в нашу долину! – произнесла она, задействуя весь свой полуторный Голос.

И оглянулась. Ничего не изменилось.

– Не думаю, что это так работает, – заметил Димка, опять что-то жевавший рядом. – Хотение ничего не меняет. Надо действие. И по отдельности, не пытайся воздействовать на маму, она сплошная магия.

Тедди кивнула и отогнала тень обиды. Надо пробовать еще, подуться она успеет.

– Путь Нинки выведет ее на поляну, чтобы я увидела, – произнесла она очень суровым «принцессиным» голосом и ахнула, когда на поляну кубарем выкатился серый комок.

Развернувшись, комок оказался мышью со слегка пожеванным хвостом и яркими фальшивыми перышками на щеках.

– Нинка! – ахнула Тедди и повернулась к Димке. – У меня получилось!

– Или получилось у Нинки, – философски заметил Димка, за что был несильно дернут за правый ус.

– Принцесса Тедди! – пискнула Нинка. Ну, хоть в обморок не свалилась, и то хорошо! – Я вас нашла!

Она огляделась, хвост ее задрожал.

– Где это мы? – спросила Нинка и все-таки плюхнулась в обморок.

– Вот и ответ, – самодовольно произнесла Тедди, на всякий случай оглядевшись: мало ли, вдруг она и впрямь закинула всех неизвестно куда. Но вокруг все было как прежде – помятый Матильдой подлесок, поляна и выглядывающие из кустов серые воины. – Я ее позвала, а не она нас нашла. Только чего она так испугалась?

– Дракона, кого же еще, – флегматично ответил Димка, приглаживая помятый ус. – Как думаешь, мы должны эти следы убрать или оставим на радость туристам?

Глава третья, в которой Тедди становится королевой, а Нинка обретает золотой хвост

Следующие полчаса Нинка и Дима занимались тем, что зачищали следы от дракона и прохождения армии мышей. Там, где они лились сплошной рекой, была просто грязная канава среди травы, и с ней успешно справлялась Тедди, заставляя траву расти заново. Но там, где были одиночные шаги оторвавшихся отщепенцев, нужно было работать вручную, а лучше лапами.

Когда вернулась Матильда, снова сведя на нет всю работу, она уверила их, что прямой путь армии не помешает снова встретиться у Перехода.

– Я сына где угодно найду по чувству крови, – просто пояснила она. – А уж он сестру не потеряет. Настоящий дракон!

Тедди сумела сдержать улыбку, глядя на раздувшегося от важности серого мохнатого «настоящего дракона». Что и говорить, Матильда была права в своей уверенности в сыне.

Так они и договорились. Матильда должна была лететь вперед и превратиться у самого Перехода, а заодно не дать его уничтожить Алисо с любой из сторон. Если же он вдруг прибудет даже раньше крылатой бывшей супруги, то надеяться оставалось лишь на оставленных там проверяющих. И на Болотную ведьму.

Тедди очень боялась, что склонный к разрушениям отец так и поступит, и потому торопила сытую и послушную армию как могла. Едва дракон скрылся в небе, еще некоторое время заметный по размаху крыльев, как она приготовилась повелевать.

– Я вижу прямую дорогу. – Интересно, а так можно требовать? – Никаких сёл, никаких людей. Дорога прямо к границе с нашей долиной. И все мои подданные видят этот путь, он ложится им под лапы, он ведет их безопасно и быстро. Этим путем следуем и мы с братом, и подруга наша Нинка.

– Что ты творишь? – прошептал Димка, ничуточки не восхищенный ее принцессиным тоном. – А что с теми, кто не считает себя твоим подданным? Кто добровольно пошел за Алисо?

Тедди могла бы сказать, что вряд ли таких было много – большинство слишком хорошо знали на собственной шкуре или по рассказам старших родичей, что из себя представляет ненаследный король, – но спорить не стала. Димка мог оказаться прав.

– А остальные жители Неблагой долины вернутся домой прежним путем, идти будут так, чтобы их не заметили люди и машины, тихо и аккуратно, – закончила она.

– Иногда я тебя боюсь, – пробормотал Димка.

– Так и должно быть, – заступилась за нее Нинка, прежде чем Тедди успела начать оправдываться. – Теодора – настоящая мышиная королева, она не может быть мягкой, она должна быть справедливой!

– Ужас какой – справедливая королева Теодора! – фыркнул в усы Димка.

Но Тедди уже не было никакого дела до его насмешек.

– Нинка, почему ты назвала меня королевой? – холодея от нехороших предчувствий, спросила она. – Я же всего лишь наследная принцесса!

– Простите, королева Теодора! – пискнула Нинка и с такой силой вцепилась зубами в свой хвост, что выступили капли крови.

– Ты чего?! – совсем испугалась Тедди. – Мы же подруги!

Она схватила Нинку за хвост, намереваясь попытаться вылечить его. Она пока не знала как, даже не была уверена, что это вообще возможно, но попытаться стоило. Только объяснить Нинке она это не успела, а та вообразила невесть что, потому что закатила глаза, словно собиралась упасть в обморок, но вместо этого с силой потянула свой хвост к себе. Тедди не отпускала, пыхтя от натуги и пытаясь залечить хвост, воображая, что Нинкино сокровище после этого перетягивания должно стать лучше, а не хуже.

– Так, девчонки! – Димка свистнул, вложив лапу в зубастый рот, и они и впрямь остановились. Нинка от незнакомого звука, а Тедди от того, что он вообще сумел засвистеть в мышином обличии! – Успокоились обе! Царевна Мидас, отпусти уже Нинку. Нинка, поясни нормально, почему зовешь Тедди королевой.

– Разве ты не чувствуешь? – наконец отбирая хвост, спросила Нинка. – Ее хочется называть именно так!

А Тедди, собравшаяся было спросить брата, почему он назвал ее именно так, с открытым ртом смотрела на хвост подруги, который теперь выглядел совершенно целым. Но ладно бы это! Каждая шерстинка на хвосте горела золотом! Она ошарашенно глянула на свои ладошки, но на тех не было никаких признаков золотой пыли или чего-то похожего.

– Да, я тоже чувствую, – озадаченно ответил Димка, которому, казалось, не было никакого дела до золотого хвоста Нинки. – Как будто называть тебя принцессой еще можно, но уже совсем скоро станет нельзя.

– Что это? – пискнула Нинка, успевшая от нервного разговора снова сунуть хвост в зубы и едва не сломавшая их. Сам хвост оставался живым и легким, Тедди это видела, но вот грызть его больше не получалось.

– Знак того, что ты приближенная к королеве особа, – отмахнулся Димка и снова повернулся к Тедди: – Получается, что-то случилось…

– Что-то случилось с папой, – испуганно икнула Тедди и прикрыла рот рукой. – Или с бабушкой! Путь мне! Немедленно!

Наверное, от страха она вложила слишком много магии в Голос, потому как даже закашлялась. Зато путь и впрямь появился. Подсвеченный линиями вдоль, как эвакуационные линии в самолете, и со стрелочкой, на которой на современном русском была надпись: «Путь тут!»

– Еще немного, и я тоже брякнусь в обморок кверху лапками перед твоим могуществом, – пробормотал Димка, немного разряжая обстановку.

Но, едва улыбнувшись, Тедди тотчас нахмурилась. Что-то случилось. И ладно если с Алисо, с ним вполне могла случиться Матильда, а от живого драконьего пламени не умирают, только от мертвого. Чуть-чуть поджарить плешивого мыша было бы неплохо. Только Тедди сердцем чувствовала, что, даже отобрав у матери корону, Алисо не стал настоящим королем. А значит, что-то случилось с Марой, и Тедди спешила, надеясь успеть помочь.

Они шли быстро. Очень быстро. Солнце еще не успело подняться над вершинами деревьев, когда вся армия во главе с Тедди подошла к Переходу. Но все равно они там оказались позже Матильды. Это было понятно по легкому запаху гари, идущему от хвостов трясущихся «пограничников».

– Дайте угадаю: не хотели пропускать дракона? Слабоумие и отвага? – спросила Тедди устало. Даже не улыбнулась, вспомнив смешную картинку с Чипом и Дейлом. У нее тут свои говорящие грызуны, куда до них спасателям!

– Она не сразу была дракон, – всхлипнул один из пограничников. – Она сначала была человек, а потом сразу дракон! А нам сказали: никого не впускать и не выпускать!

– Концепция изменилась. – Тедди подхватила светящуюся линию, что изгибалась и норовила вырваться из рук, точно пожарный шланг, и направила прямо туда, где маревом колебался воздух Перехода. – Пропускать всех.

Она с удовольствием смотрела, как ровными, но короткими рядами – куда там Алисо с его толкотней в переходе! – войско исчезает в родном мире.

– Королева отметила нас, – шептались пограничники у нее за спиной. – Она дала нам имена! Ты будешь Слабоумие, а я Отвага! – Нет, давай наоборот!

Тедди пришлось повернуться и шикнуть на вояк, чтобы они не подрались. Когда она сама заходила в кротовину, убедившись, что армия идет без проволочек, она слышала за спиной продолжение:

– Я только не понял, королеву зовут Теодора или Концепция? Она же королева, может и с двумя именами ходить.

На другой стороне по-прежнему было болото, но никаких признаков Болотной ведьмы или других летунов. Направив армию, Тедди заспешила к лабиринту. Еще издалека она увидела, что над лабиринтом кружит дракон, и обострившимся чутьем ощутила запах гари.

Последние несколько сотен метров Тедди бежала, до боли в боку, ненавидя себя за то, что забросила спорт, да и просто плохо и мало бегала. Она не видела, как за ней припустили Димка и Нинка, причем последняя, успевшая по дороге похвастать своим знаком отличия едва ли не перед всей армией, теперь махала приметным хвостом, понуждая прочих мышей тоже бежать. Такой серой волной, в которой едва не терялась одна-единственная девочка, они добрались до лабиринта и с ужасом уставились на выходы из подземной норы, над которыми клубился дым. Горело внутри.

– Это не я, – прогремел голос Матильды. – Не мой огонь!

Тедди и не думала на мачеху. Не только потому, что это было совсем не в привычке Матильды – нападать на слабых, да еще так подло, но и потому, что огонь был разведенным. И там и там виднелись кипы хвороста. Где-то тлеющего, а где-то весело трещащего языками пламени.

– Сможешь его убрать? – спросил Димка, пока Нинка во главе прочих мышей суетливо металась по поляне.

Тедди потянула руки к огню и отдернула – горячо.

– Прикажи, – раздался растерянный голос Матильды в ее голове. – Я никогда так не делала и не знаю как, но ты можешь попытаться приказать дракону.

Тедди подняла голову и приложила ладонь к глазам, чтобы рассмотреть под сияющим солнцем тяжело двигающего крыльями дракона, пытавшегося удержаться на одном месте и не смести порывами воздуха тех, кто внизу.

– Приказываю! – крикнула она. – Убери огонь и дым из мышиного гнезда! Весь!

Она понятия не имела, что собирается делать Матильда. Разогнать огонь крыльями? Всосать его, как огромный пылесос? Она и пискнуть не успела, когда дракон вдруг резко пошел на снижение и ударил по центральному отверстию чистым белым пламенем.

– Живой огонь, – благоговейно прошептала Нинка, но на всякий случай спряталась за Тедди. Терять магию она не желала.

– Получается, кто выживет, лишится магии? – жалобно спросила Тедди, которая ничего не понимала. Как это, огнем убирать огонь, разве так бывает?

Но оно было. Дым почти перестал валить, хворост разлетелся в разные стороны, затухая в воздухе. Жар ушел.

Перед ними на горячую землю прыжком приземлилась уже настоящая Матильда. Не иначе как наловчилась превращаться в воздухе.

– Бегом, – скомандовала она. – Теперь там воздух чист.

Повторной команды Тедди не требовалась, и она первая нырнула в нору. Свою ошибку она поняла довольно быстро. Огонь, что был тут до живого, выжег всех светляков, и идти приходилось в полной темноте. Но она упрямо шагала и шагала, уверенная, что сумеет определить направление в сторону главного зала.

Так и вышло.

Тедди едва сдержала стон, увидев, как все разрушено в зале. Пока она в темноте перебиралась через разные обломки, ей казалось, что это просто случайные разрушения, все-таки ходы под землей никогда не казались ей особо надежными. Но теперь… Зал, где стоял пугающий, но по-своему великолепный трон, был разрушен. Отовсюду тянуло гарью, стены были в жирной копоти.

Сам трон, а точнее то, что от него осталось, Тедди тоже разглядела не сразу. Рассыпанные кости, просто груда грязного мусора, вот что было на месте трона. И в этом мусоре виднелось нечто более темное. Вскрикнув от испуга, Тедди бросилась вперед. Она не ошиблась – это была королева Мара. Постаревшая за несколько дней на добрую сотню лет, с седой полосой вдоль спины и обожженными лапами, она еще была жива, но еле дышала.

– Живи, живи! – приказывала Тедди, кладя руки на слабо вздымающуюся грудь королевы, но Голос словно перестал подчиняться ей, ничего не происходило.

– Я… уже… стара… внучка, – с трудом выталкивая из себя слова, произнесла Мара. – Мое время… прошло.

– Нет! – Тедди заплакала, размазывая злые слезы, она вложила всю свою горечь в Голос. – Живи!

Мара закашлялась и едва заметно покачала головой.

– Не плачь, Теодора. – Голос ее окреп, но Тедди видела, что это все обман, бывшая королева уже не поднимется. – Ты станешь прекрасной королевой.

– Я не хочу. – Тедди, уже не скрываясь, рыдала в голос. К ней подбежала Матильда, обняла со спины.

– Кто это сделал? – спросил Димка, хотя ответ был на поверхности. В долине кроме Матильды только люди владели огнем.

– Люди. – Мара попыталась сесть, но снова упала бы, не подхвати ее Димка. – Несчастливцы напали на нас, горемычники и уныловцы – на летунов. Как-то узнали, что большая часть мышей ушла, вот и…

Она снова закашлялась, а потом вперила свой единственный глаз в Тедди.

– Будь собой, но помни, кто ты такая, Теодора! – произнесла она твердо и, словно эти слова забрали у нее последние силы, обмякла на руках Димки.

Блеск угас в ее видящем глазе, и дыхания больше не было слышно.

– Она умерла. – Голос Димки дрогнул. – Королева Теодора…

Это было уже слишком. Тедди разрыдалась еще сильнее. Матильда крепче прижала ее к себе, гладила по голове и шептала что-то утешительное. Сколько они так простояли, Тедди не знала, но и эти, казавшиеся бесконечными, слезы высохли.

Она осторожно освободилась из рук мачехи и вытерла слезы.

– Да, я королева, – твердо произнесла она, хотя голос еще был хриплым от рыданий. – И пора узнать, что здесь произошло на самом деле.

Глава четвертая, в которой Тедди снова идет к людям

– Ну нельзя идти королеве парламентером! – увещевали Тедди Димка и Нинка хором.

Матильда бросила это занятие, видимо, по себе знала, какой упрямый нрав бывает у принцесс и уж тем более у новоиспеченных королев.

– Я пойду с тобой, – воинственно топорщил усы Димка.

А Нинка недовольно щелкала своим золотым хвостом, выбивая искры из каменного пола.

– Я подруга королевы! Мне идти! – ворчала она.

– А я ее брат, – не отставал и Димка.

– Успокойтесь, никто из вас не идет, я беру с собой Матильду, – буркнула Тедди, отчаянно стесняясь того, что стыдится при всех подданных, которые набились в зал, назвать ее мамой. – Она будет ждать меня у Несчастливого и, если я не вернусь через полчаса… Ну, заберет меня оттуда.

Матильда кивнула, не оставляя никому возможности не понять, как именно она заберет в случае чего Тедди. У Несчастливого были шансы стать первым в истории этого мира селом, раздавленным драконом.

– И все-таки что имела в виду бабушка, когда говорила: «будь собой, но помни, кто ты такая»? – бормотала Тедди, пока ее душили слезы. Странно, но она успела привязаться к старой коварной мыши. – Надеюсь, привычка говорить шарадами не передается с короной, а то я не выдержу, если сама начну выдавать всякие ребусы.

– Не кипешуй, короны у тебя до сих пор нет, – сунул Димка нос в чудом сохранившуюся комнатушку. Тут они были пленниками, сюда стащили горы странных вещей, пытаясь приодеть новую королеву по-королевски. – Можем, конечно, соорудить по-быстрому из бумаги, а ты наложишь руки, как на Нинкин хвост, и будет как настоящая!

– Не надо! – Тедди наконец решила, что поняла загадку старой королевы.

Она вздохнула. Ей до сих пор не верилось, что Мары больше нет. Конечно, будь у них похороны, пышные или не очень, и множество рыдающих подданных, она бы сумела осознать. Но ей не удалось даже найти повод, чтобы осторожно поинтересоваться, что тут делают с погибшими мышами. Кстати, пострадавших от пожара в лабиринте уже не было, их шустро убрала вернувшаяся армия, а Мара… Мара просто растворилась в воздухе.

– Последняя служба королевской крови своим подданным, – объяснила Нинка, которая после исчезновения тела старой королевы выглядела снова бодрой и веселой. – Магия от их крови распространяется на всех подданных, кто оказывается неподалеку. А еще в камни и деревья, траву. Теперь несколько лет будут рождаться сильные магически мыши.

И она принялась чистить шубку. Тедди немного покоробило такое спокойствие, но она поняла, что дело не в Нинке. Не из мышиного ли мира пошло известное «король умер, да здравствует король!»? Потому как, едва тело исчезло, мыши и думать забыли о Маре и вовсе не собирались ее оплакивать.

Тедди так не могла. Она знала бабушку так недолго, но искренне горевала о ней.

– Ты выбрала, в чем пойдешь? – заглянула и Матильда. – Тебе принесли еще два плаща из птичьих перышек, и знаешь, есть ощущение, что они ощипали какого-то попугая, откуда бы он ни взялся!

– Выбрала. – Тедди расчесала пятерней волосы и прихватила их резинкой. – Вот так и пойду.

– В джинсах и футболке? – растерянно уточнила Матильда.

– Именно, – кивнула Тедди. – Я буду собой, как и просила меня бабушка!

– Как знаешь, – уступила Матильда. – Но ты, если что, не жди полчаса, просто кричи. Я услышу.

Тедди благодарно прижалась к мачехе, а потом встала прямо и решительно направилась к выходу из лабиринта, что был ближе всего к Несчастливому.

И по лесу она шла одна, чувствуя, как неподалеку тихо движется Матильда, а чуть дальше в кустах шелестят Нинка и Димка. А может, и еще кто-то из подданных, поди разбери, сколько тут таких кустов, что шевелятся не потому, что собираются перебежать с места на место!

Деревья перед Тедди расступались, хотя до полнолуния было еще время, но вместо того, чтобы радоваться этому, она грустила. Это тоже указывало, что ее магия выросла, а королева она и без короны. Как бы то ни было, она не собиралась надевать старую корону из когтей летунов. Королеве нужны были новые знаки отличия, и Тедди еще подумает, какими им быть. Потом, когда решит более важные вопросы.

У деревни ее ждали. Тедди и рада бы удивиться, но не удивилась. Собаки лаяли вдалеке, но встречающий трехпалый Василий лишь махнул рукой и пошел к своему дому. И Тедди не оставалось ничего другого, кроме как последовать этому красноречивому жесту.

– Быстро вы вернулись, могли бы и подольше побегать, всем бы лучше было, – без приветствия произнес он. – Ну хоть от Мары избавились, и то дело.

– Зачем? – не выдержала Тедди. Она и забыла, что должна изображать себя такую, какой появилась в деревне впервые. В меру любопытную, без меры напуганную. Сейчас в ней росла злость.

– Могли пострадать мышата, мирные мыши, что не вошли в армию, – повысила она голос.

– Мирных мышей не бывает, – не менее зло ответил Василий и потряс перед ней изуродованной рукой. – Это сделал всего лишь мышонок!

– Алисо никогда не был «всего лишь мышонком». – Тедди с тревогой поняла, что упустила за всеми переживаниями мысль об отце. Где он? Вернулся ли со всем войском в долину или остался в человеческом мире? Надо было забрать у него не только свой Голос, но и корону, чтоб неповадно было!

– Рад, что ты это тоже понимаешь, – усмехнулся Василий, пытливо глядя ей в лицо.

А Тедди мучительно пыталась осознать, что же ее царапает. Василий выглядел точно так же, собаки лаяли, дворы, огороженные камнями, чтобы не сбегали деревья, были точно такими же, что и недели назад.

– Подождите! – Она распахнула глаза от изумления. – Вы! Вы понимаете меня и говорите понятно, на современном русском!

– Догадливая мышка! – Василий ухмыльнулся до того мерзко, что Тедди попятилась. Но он не пытался напасть. – Думаешь, мы бы выжили здесь, если бы все, что у нас было, это те, кто отбился от похода Ермака? К счастью, ягодницы, способные не только в трех соснах заблудиться, но и провалиться в Переход, в том мире не переводились. Главное, найти их раньше, чем они выберутся или попадутся твоим мышам. Летуны, вопреки их собственным утверждениям, на людей практически никогда не нападают.

Тедди вспомнила, что слышала что-то про загадочное место, где часто пропадали люди. Кажется, считалось, что их крадут инопланетяне. Или еще кто-то. И вот этот «еще кто-то» стоял сейчас перед Тедди. Вспомнила молчаливую жену Василия Марфу, которая неуловимо, но отличалась от прочих, виденных ею жителей деревни.

– Молебка, – упавшим голосом произнесла Тедди, вспомнив наконец название опасного места.

– Да, – кивнул Василий. – Те, последние, тоже так говорили. И Марфа тоже.

– Как ее звали на самом деле? – выпалила Тедди раньше, чем успела подумать.

Василий хмыкнул.

– Марина, – тем не менее произнес он. – Все не так плохо, мышка. Я и правда люблю ее. Как понял, что Алисо поведет армию в тот мир, так и отправил Марину с детьми обратно, вывел прямо к железному пути. Чтобы выжившие мыши не могли отомстить ей и моим отпрыскам.

Тедди представила, как ранним утром – чтобы успеть до мышиной армии, Василий ведет напуганную, измученную неизвестностью женщину с пятью детьми и оставляет ждать электричку. Без денег, без толковых объяснений. Хорошо еще, если у нее жива семья и она сумеет найти ее. Нет, Василий мог себе говорить что угодно, но Тедди была уверена, что любовь не такая.

Девочка поняла, что ей надо поскорее покинуть это место. Она не хотела вдруг обнаружить, что показавшиеся ей сначала безобидными и даже по-настоящему несчастными крестьяне не только подло напали на мышиный лабиринт, но и не дожидались, когда ягодницы заплутают и забредут в кротовину. Скорее уж они выбирались в большой мир на охоту за новой кровью. Вряд ли далеко, их наверняка пугал изменившийся мир, а уж если где-то им попадалась машина или в небе пролетал самолет, то и вовсе.

Можно ли оправдать этих людей тем, что им тоже нужно как-то жить? Тедди не знала. Ей было всего лишь четырнадцать, она не была готова решать такие вопросы.

Пред взором ее все поплыло, и Тедди увидела чужими глазами кротовину. Она не сразу сообразила, что юная мышь, образ которой встает перед ней, это бабушка Мара.

Как дрожали ее усики, нервно подрагивал хвост, как страшно было будущей королеве! И Тедди не могла сдержать слез даже тут, в видении, когда чувствовала совсем юные лапки, оба видящих глаза. Бабушка, такая еще молодая наследная принцесса, пыталась набраться храбрости и шагнуть в кротовину.

Тедди и раньше понимала, что бабушка недоговаривала, утверждая, будто она только «слушала мир», находясь у границы Неблагой долины. Нет, она выходила наружу, чтобы изучить соседние, такие богатые и бесконечные, но враждебные для них земли.

Тедди ощущала, что если Голос только ярче вспыхивал при переходе, то обычная магия, свойственная всем мышам, угасала, тяжелее поддавалась будущей королеве. И ее страх отражался в Тедди. И девочке до слез было жаль Мару, которая на дрожащих лапках двигалась дальше и дальше.

Впрочем, вскоре жалости предстояло утихнуть. Тедди вместе с Марой почувствовала приятный запах, в животе Мары заурчало, и она обхватила себя лапками, прежде чем упасть на все четыре и ринуться туда, откуда шел этот аромат. Как же жутко стало Тедди, когда она обнаружила на полянке девчушку едва ли старше ее самой, собирающую чернику.

И никаких шансов, что Мару влек аромат черники, не было.

Будущая бабушка почти настоящей человеческой девочки Тедди смотрела на почти такую же девочку, и ее верхняя губа, слившаяся с длинным носом, приподнималась, обнажая острые зубы. Тедди, смотревшая и ее глазами, и словно со стороны, заметила, что из кустов за ними кто-то наблюдает, но вот Мара этого не видела и не чуяла больше никого, кроме девочки.

Вот девочка, наклоняющаяся к ягодам, оказалась ближе, и Тедди различила, как она негромким дрожащим голоском напевает какую-то песню. Боится! Неужели чувствует?

Тедди бы крикнула или затопала ногами, но она знала, что это всего лишь воспоминание, а еще она знала, что не поможет. Мыши бегают быстрее людей.

Вот Мара выбралась из кустов и приготовилась к прыжку. Тедди была бы рада закрыть глаза, но в воспоминании это было сделать невозможно. Приходилось смотреть.

Мара прыгнула, хватая когтями за плечо девочку, и уже собиралась вонзить зубы, как ее остановил выкрик:

– Мара, не смей!

Будущая королева протестующе запищала, но отодвинулась от девочки, которая стояла, буквально парализованная страхом, а из кустов вылез… Василий?

Глава пятая, в которой Димка признается, что у него тоже есть Голос

Что это не Василий, а просто похожий на него мужчина, Тедди поняла быстро. На что Василий был потрепан жизнью, но этот выглядел даже хуже.

– Ты не людоедка, Мара, это король считает, будто люди годятся для пищи, – успокаивающе поднял руки мужчина и медленно подошел ближе.

Мара ощерилась, но молчала.

– Отпусти ее, она совсем мышонок, – продолжал мужчина.

Неожиданно вмешалась девчушка, которая еще могла стать обедом для бабушки Тедди.

– Я не ребенок, я уже могла бы выйти замуж, только кому нужна хромая сирота!

Мужчина машинально перевел взгляд на ногу девушки, а Мара снова втянула воздух. «Отец был прав, иначе почему от людей так вкусно пахнет?» – Мысли юной принцессы тоже были понятны ее внучке, словно складывались в ее собственной голове.

– Видишь, ей некуда возвращаться, она негодная, а так принесет пользу, – произнесла мышь.

А Тедди не могла понять, почему Мара вообще разговаривает с человеком, вместо того чтобы сожрать. Не то чтобы Теодора хотела именно этого, но какие у нее шансы увидеть иное?

Как оказалось, шансы были.

– Тетка надеется, что я сгину, каждый день посылает за ягодами, но я возвращаюсь, – сквозь слезы пробормотала девочка.

Мужчина ухмыльнулся:

– Какие у тебя хорошие родичи. Как звать-то тебя?

– Маруся, – прошептала та. Она до сих пор не пыталась освободиться от хватки Мары, хотя Тедди видела, что держит ее будущая королева совсем слабо, больше из упрямства.

– Смотри, Мара, почти что тезки, – подмигнул мужчина мыши.

Человек. Подмигнул. Мыши. Тедди так обалдела, что едва не вывалилась из видения. Когда она вернулась, разговор уже заканчивался.

– Только за мной не дадут никакого приданого и жить негде: в папином доме тетка старшего сына с семьей поселила, – поясняла Маруся.

– Обойдусь без приданого, – уверил ее мужчина. – А жить есть где. И никаких теток!

Мара кашлянула.

– Увижу вас в лесу – сожру, – произнесла она без всякой злобы. – И тебя это касается тоже.

– Мы постараемся не попадаться, – пообещал мужчина, подхватил девочку под руку и повел прочь.

Девушка и впрямь заметно хромала. Тедди вместе с Марой проследили, как пара пропадает в кротовине.

– Как звали вашу маму? – выпалила Тедди, едва очнулась.

Василий скривился.

– За что вас, мышей, ненавижу – это за вашу память странную. И поди пойми, что вы там видите.

Тедди ждала.

– Мать мою Мария звали. Маруся, – нехотя ответил Василий. – Как Марину встретил, так сразу понял, что судьба. Имя Мары нашей семье добро приносило, никому больше, только нам.

– Моя бабушка… – Тедди сглотнула. Она не хотела говорить о том, что видела, так что вывернулась как могла. – Она общалась с вашим отцом.

– Да. – Василий помрачнел. – Мой отец с трудом прижился в деревне, чужим он был, хоть здесь и родился. Вот и общался с кем ни попадя. Да и я такой вырос, сама видишь.

– Я плохой человек, раз горюю о ней? – неожиданно произнесла Тедди, хотя вовсе не собиралась откровенничать с врагом. Просто воспоминание накатило не вовремя и растревожило совсем свежую рану.

– Ты просто в некотором роде человек, – хмуро ответил Василий. – Это в нашей природе. Горевать, любить. Ненавидеть.

– Мыши тоже могут ненавидеть, – запротестовала Тедди, вспомнив Безымянного.

– Это не ненависть, – махнул рукой Василий. – Борьба за ресурсы. Впрочем, мышей мы также не ненавидим. Если ты хотела узнать, собираемся ли мы снова напасть, то нет. Шанс у нас был, не вышло. Не скоро соберемся снова с силами.

И в его голосе Тедди не слышала вины, лишь досаду, что нападение вышло недостаточно ошеломительным, а мыши вернулись обратно.

– Почему вы не уйдете обратно к людям? – тихо спросила Тедди, не желая спорить с Василием насчет того, что подло нападать на разумных. Хоть мыши были кровожадными существами из другого мира, а не людьми, менее подлым от этого нападение не становилось.

– Болотная ведьма, – коротко пояснил Василий. – Она не замечает, когда мимо проходит два-три человека. Но едва мы пытаемся подойти хоть небольшим отрядом, как болото становится просто непреодолимым. Мы как-то едва не потеряли половину нашего села. А за пределы долины уйти нельзя, тебе это наверняка известно.

– Зачем ведьме это? – удивилась Тедди. Ей самой казалось, что болотная летунья будет только рада избавиться от людей, как и все летуны.

– Я не знаю, – проворчал Василий. – Может, дело в том, что летуны нередко обирают наши сады и поля, может, Болотная ведьма из вредности не дает нам выбраться. Да и вообще, это ты общаешься со всеми этими тварями, вот сама и спроси. И знаешь… не приходи больше. Может, ты и человек, но ты мышиная королева.

– Я… – Тедди растерялась. Она и сама начала думать, что пора идти, пока над селом не взлетела драконица. Но больше не приходить? Словно она тоже враг!

Василий понял ее растерянность по-своему.

– Слухи разносятся куда быстрее огня, – со значением заметил он. – Ты новая мышиная королева, и не стоит надеяться, будто никому в голову не придет взять тебя в плен, чтобы наконец избавиться от мышей.

– Вы правы, мыши не как люди, – медленно произнесла Тедди, вставая прямо. Их накрыла тень, словно от огромной тучи, Тедди не обернулась, зная, что это Матильда. Также она понимала, что драконица не нападет, увидев, что все хорошо. – Хотя они тоже могут шантажировать детьми и воевать. Только я и правда королева. А по королевам не горюют, и ненаследный король Алисо – вот что останется вам, если со мной что-то случится. Возможно, он учтет ваш опыт и сам принесет огонь в ваши деревни.

Тедди развернулась и пошла прямо в сторону Матильды, больше не глядя на пораженного появлением дракона Василия. Из домов выскочили люди с вилами и топорами, словно ждали окончания разговора. И теперь Тедди не знала – они собирались с этим нападать на дракона или все-таки на нее, мышиную королеву?

Впрочем, это было неважно. Хотелось расплакаться, но Тедди терпела, с прямой спиной шагая под тень дракона. Потому что она королева. А поплакать можно и потом.

Она дошла до леса, не замечая, что размазывает по лицу все-таки выступившие слезы. Навстречу ей бросились Димка и Нинка. Сзади догоняла уже обычным человеческим шагом Матильда.

– Ну что? – первым спросил Димка.

– Нападать не будут больше, потому что не надеются победить, – пояснила Тедди. – Они нисколько не жалеют, представляешь? И уйти не могут. Будто бы из-за Болотной ведьмы.

Она все-таки расплакалась.

– Василий сказал больше не приходить, – пожаловалась она. – Я для людей теперь совсем чужая.

Сказав вслух, Тедди окончательно поверила в это. Даже подумала: может, она зря упирается? Голос – вот он, можно в любой момент стать мышью, к тому же их серые шкурки, острые носы и торчащие уши давно перестали пугать ее. Ее брат и лучшая подруга – мыши, до чего она докатилась!

– Даже не вздумай! – Казалось, Димка прочел ее мысли. – Не надо становиться мышью лишь потому, что это порадует Алисо или Василия. Бабка Мара приняла тебя такой, а нам с мамой вообще все равно, как ты выглядишь. Но пока хватит и одной мыши в семье.

– Точно! – Тедди перестала плакать и покраснела от досады. – Я совсем со своими страданиями забыла, что тебя нужно превратить обратно.

Димка отвел взгляд.

– Не надо, – буркнул он. – Так сейчас лучше, мне проще защитить тебя в таком обличии.

– Дима, – Тедди прищурила глаза. Брат отвернулся и начал кусать хвост, точь-в-точь как Нинка. – Что ты скрываешь?

Димка лишь сильнее куснул хвост, но стоило Тедди нахмуриться, как он выпалил:

– Это я виноват в том, что Мара погибла, понятно?! – Тедди не успела ничего ответить, а Димка уже повернулся к матери: – Ты ошиблась, я не дракон, а обыкновенная мышь. Мара отдала мне свой Голос, а я… я оставил ее тут одну.

– Ты виноват, да! – согласилась Тедди, со стыдом понимая, что так же глупо звучали ее стенания о вине перед бабкой, и быстро продолжила, пока Димка не надумал лишнего: – Что не сказал сразу и не превратился в человека, когда полезнее было бояться со мной в палатке, а не мокнуть в армии Алисо. А бабка все еще была королева, и с ней была часть войска и другие мыши. Просто они не ждали такой подлости от людей. А будь ты здесь, разве стало бы лучше? Огнем нельзя управлять Голосом!

Она замолчала, выдохшись.

– Молодец, – прервала возникшее молчание Матильда, только обращалась она не к Тедди, а к сыну. – Признаться тоже нужно мужество, а уж то, что ты помог Тедди понять, что она не виновата в смерти бабки, – еще лучше. Только вам пора перестать винить себя, нужно думать, что сделать, чтобы все эти жертвы не были бессмысленными.

– И без того понятно, что им всем в одной долине тяжело ужиться, никакие династические браки не помогут, – пробурчала Тедди, сильно смутившись.

И правда, как она не сообразила раньше, что тут были взрослые и опытные мыши, и они сумели перекрыть большую часть узких ответвлений, включая те, где прятались мышата. Просто королева находилась в тронном зале, она не стала бежать. Может, она просто была уже слишком стара. А может, устала воевать. С собой и своей любовью к сыну.

– Нужно попытаться выбраться за горы, – подсказала Матильда. – Я могу слетать туда.

– Нет, – покачала головой Тедди. – Мама, мы не знаем, почему драконы теряют память при переходах в некоторые миры. Вдруг и эта гряда гор тоже вроде перехода? Там же пропадали те, кто пытался пройти раньше. Мы не можем так рисковать. А у нас с Димкой, по крайней мере, есть Голос.

– Не стоит полностью доверяться Голосу, – туманно ответила Матильда, а на лице ее уже блуждала та слабая улыбка, что возникала каждый раз, когда она слышала обращение «мама» от Тедди. – Одних я вас не отпущу.

– Вообще здорово бы найти того крота, что роет кротовины между мирами, – размечтался Димка. – Или это червяк и роет он червоточины?

– Ты помнишь размер Перехода? – вздрогнула Тедди. – Представь такого червяка и немедленно перестань о нем думать, чтоб не объявился! Нам тут только червяков с поезд размером и не хватало.

– Я просто размышляю, – смутился Димка. – Поход так поход, я всегда за!

Глава шестая, в которой Тедди и Сол переходят за горы

Сказать оказалось куда легче, чем сделать. Тедди обнаружила, что даже беспрекословное согласие всех мышей, которые попадались им в лесу или лабиринте, что она и есть единственная и неповторимая королева, не помогало набрать добровольцев.

Даже Нинка, объявившая себя королевским хвостом, что все приняли с пониманием – у новой королевы своего-то хвоста не было! – и то начала ворчать по поводу похода.

– Мыши там пропадают, летуны пропадают, – заламывала она лапки. – У нас только появилась новая королева, нельзя, чтобы и она пропала!

– Я оставлю за себя ненаследного принца. – Тедди не могла объяснить, почему ей так важно идти самой, но важно, и все! – И дракона!

– Эй, что за дела? – возмутился Димка. – Я не собираюсь торчать снова тут!

– Я не могу позволить тебе одной с подозрительными мышами идти за горы, – отзывалась Матильда.

– Нет, ты не можешь оставить тут Димку повелевать подозрительными мышами, а я пока вообще одна, никаких мышей, ни подозрительных, ни обычных! – заупрямилась Тедди.

– Если там может быть другой мир, то я точно пойду с тобой, – взъерошился Димка, так и не вернувший себе человеческое обличье. Почему? Тедди не спрашивала. Кто их, мальчишек, разберет. – Вдруг тебе там грозит опасность!

– Если оба, у кого есть Голос, уйдут и там пропадут, тут и будет кирдык не только им, но и всем. – Тедди вздохнула. – Мне точно нельзя оставлять мышей без присмотра. Вдруг люди об этом узнают и снова нападут? Да и отец где-то запропал.

Они снова замолчали и неуверенно переглянулись.

– Можно никуда не ходить, жили же все как-то много лет в худом мире, может, еще проживут, – предположила Матильда, но уверенности в ее голосе не было.

– Нет, это теперь мой народ, хочу я того или нет, – вздохнула Тедди и свирепо глянула на Нинку, которая снова начала нервно покусывать хвост, а золотой хвост при этом противно поскрипывал. – И потом, если там мир летунов, может, хотя бы они уберутся отсюда?

– Откуда мы должны убраться? – раздался сверху знакомый голос.

Тедди едва не застонала от досады. Как можно было не озаботиться охраной поляны, пока они держали почти военный совет? Если уж безголовый Сол сумел подобраться так бесшумно, то странно, как они еще не окружены!

Тедди даже завертела головой, опасаясь наткнуться взглядом на целую стаю молчаливых воронов или вовсе на Многоликого. Но кроме шныряющих поблизости серошкурых подданных и торчащего на дереве над ними Сола, никого не было.

– Важно не «откуда», а «куда», – тем не менее приветливо ответила она. – За горами ваш огромный мир, неужели тебе не хотелось туда вернуться?

– За горы нельзя пройти, всем известно. – И тем не менее любопытный Сол спустился ниже.

– Еще как можно, – уверила его Тедди, даже не подозревавшая за собой такого коварства. – У меня же Голос!

– Ну и что. – Сол взъерошил перья. – Это надо быть глупее яйца, чтобы согласиться на такое самоубийство!

– А ты правда появился из яйца? – Тедди поправила лямку рюкзака и оглянулась. Внизу еще виднелась поляна, где остались их провожатые, но уже едва-едва.

– Поверить не могу, что дал себя уговорить, – пробурчал Сол, вытаскивая из мешка яблоко.

Мешок болтался на его птичьей шее не просто так, а для того, чтобы и он волок хоть часть провианта. Но нет. Недовольный летун мог только грызть яблоки и ныть. А еще лететь на несколько шагов вперед, садиться на землю и нетерпеливо щелкать клювом, показывая, какая она медлительная.

– Поверить не могу, что меня отправили вдвоем с тобой, – согласилась Тедди. – Из тебя и защитник аховый, и жрешь ты много, а ноешь того больше. Не спутник, а наказание!

– Между прочим, я – наследный принц, – едва проглотив яблоко, обиженно защелкал клювом Сол и уставился на нее своими огромными глазами. – Будь вежливее, а то я сверну тебе шею!

– И сбросишь со скалы. – Тедди зевнула. Скудная фантазия Сола навевала скуку, ничего нового за часы пути он так и не придумал. – Сол, я не только обладательница Голоса, я еще и королева. А вот ты, наследный принц, чего сбежал из долины так, что только крылья мелькали? Боишься Дары, да? Она-то тебе живо по перышкам объяснит, кто тут наследный!

Конечно, Тедди знала, что Дара вовсе не такая, но дразнить Сола было весело. Вот и сейчас от возмущения он так встопорщил перья, что напоминал пушистый шар, а не приличного летуна. Как тут удержаться от смеха!

– А зачем королева бежит из долины? – ехидно спросил Сол, внезапно успокаиваясь. – Я бы сказал еще – «поджав хвост», но у тебя даже хвоста нет!

– Я не бегу, – возмутилась Тедди. – Это принцы еще бегают, а королевы отправляются с дружественными визитами!

– Ну-ну. – Сол вытащил еще одно яблоко. – Вот как оно называется.

Некоторое время они двигались молча. Тедди жалела, что начала дразнить Сола, все-таки одной идти или с незнакомыми мышами было бы еще хуже. А может, стоило наплевать на осторожность и взять с собой Димку или Матильду. О чем молчал Сол, она старалась не думать. На горы ложились ранние сумерки, и летун все выше поднимался вверх и дольше не спускался. Так что, вдруг заговорив совершенно спокойным тоном, он сильно удивил Тедди.

– Долго мы еще будем идти до места, после которого никак не пройти? – уточнил он. – Я уже хочу показать, что пытался, и вернуться. Между прочим, я к тебе летел не ради этой странной прогулки, а с новостями!

– Какими новостями? – насторожилась Тедди.

Но Сол щелкнул клювом и демонстративно заковылял по земле, показывая, что отвечать не станет. Тедди вздохнула и нагнала вредного летуна.

– Ты бы сказал, что хочешь в этом месте картинно постоять, я бы тебя предупредила, – повинилась она. – Мы часа полтора назад прошли границу.

Вспомнив, что время летуны измеряют иначе, показала рукой.

– Солнце было во-от тут, когда мы прошли это место. Я использовала Голос еще в долине, и все сработало идеально!

Она поняла, что Сол обиделся по-настоящему сильно, когда он вместо своих ехидных словечек и ругательств вдруг молча поднялся в небо и исчез. Волноваться Тедди себе запретила, никакого желания не было. Вместо этого она нашла неглубокую расщелину в скале, рядом с которой и решила заночевать. Самое время было пожалеть брошенную палатку-дракона, но деваться было некуда. Она развела костер, достала котелок и начала готовить кашу. На камень она постелила спальный мешок, надеясь, что позже успеет нарезать достаточно веток, чтобы подстелить их под лежанку, прежде чем лезть в него на ночь.

– Не знаю, что ты готовишь, есть я это не буду, – заявил неслышно появившийся Сол.

Тедди пожала плечами. Можно было сказать, что она и не рассчитывала на него, но зачем ссориться на ночь глядя? С собой Сол притащил какие-то орехи, и Тедди благоразумно не стала спрашивать его, где он их взял и почему он их вообще ест.

Кажется, это было правильное поведение, и установившееся молчание не было больше неуютным.

Тедди подумала, как сильно ее изменили эти недели. Как страшно ей было с Димкой в долине первый дни. Напавшие на них мыши, Сол на дереве… А сейчас она с этим же Солом посреди гор, где, казалось, кроме них и нет никого. Идет неизвестно куда и понятия не имеет, как их встретят летуны за пределами долины. И ничего. Даже не запаниковала, когда Сол куда-то улетел.

Она вздрогнула, когда ее вдруг окутало теплое перьевое облако, и только сейчас поняла, как продрогла. А Сол, закутавший ее своими крыльями и прижавший к себе, продолжал смотреть на огонь, словно ничего не делал. В его огромных глазах отражались языки пламени.

– Из яйца, да, – неожиданно ответил он на вопрос, о котором Тедди успела забыть. – Холодными ночами мама всегда обнимала нас с Тиной, чтобы не мерзли. Мы родились голыми, как человечки. Как ты, Теодора. Я плохо помню это, помню только, что без мамы бывало холодно.

Тедди ждала продолжения, но Сол молчал.

– Ты поэтому меня обнял? – спросила она и вздрогнула, когда Сол повернул голову неестественно сильно, чтобы посмотреть на нее в упор.

– Я должен вернуть тебя целой обратно, – нехотя ответил он. – Я же принц, а не глупый птенец. Я умею заботиться. Даже о человечках.

Тедди осталось только ломать голову, кто считал Сола глупым птенцом и зачем ему уметь заботиться о ком-то. Может, о Тинатин? В этом всем было что-то важное, только понять, что именно, Тедди никак не удавалось.

– А вообще, – неожиданно бодро продолжил Сол, – можно все-таки пожениться. Экх-экх, заключить союз между народами.

Как Тедди удержалась и не отпрыгнула, она не знала. Может, согрелась, может, просто привыкла к тому, что Сол постоянно глупо шутит. Только в этот раз он говорил серьезно.

– Что за глупости. – Тедди хотела возмутиться, но вместо этого зевнула. Глаза ее слипались. Пора было разворачивать мешок и ложиться, но ей стыдно было признаться, что греть ее было не обязательно. – Сол, твои шутки дурацкие. Только, пожалуйста, без обид.

– А я не шучу. – Пуховое одеяло крыльев чуть ослабло и снова сжалось, словно он пожал ими как плечами. – Человечки, конечно, уродливы всю жизнь, а не только когда совсем птенцы, но можно и привыкнуть. К тому же у тебя есть Голос и ты можешь превратиться не в серошкурое, ползающее под землей существо, а в птицу. А это другое дело, может, летуном ты симпатичнее.

– Иволга. – Тедди даже обижаться не стала. Ну что взять с глупого принца?! – В крылатом теле я как иволга.

В этот раз она не вздрогнула, когда Сол снова развернул голову. Они сидели глаза в глаза, нос к клюву, и это было немного странно и чуточку неприятно – так близко смотреть в птичьи огромные глаза и видеть свое отражение в обоих. Но от Сола вкусно пахло яблоками и травами, он был теплый, а клюв так блестел, что хотелось его потрогать. Но Тедди, разумеется, удержалась.

– Мы знаем всех птиц из вашего мира благодаря Многоликому, – наконец прервал молчание принц. – Но я никогда не интересовался человечьими названиями их.

– А я и птицами не интересовалась, – призналась Тедди. – Это Тина сказала, что я похожа на иволгу. У меня были серо-зеленые перья, прямой клюв…

Тедди вздохнула, вспоминая невероятное ощущение полета. Когда она летала с безмолвными помощниками Дары, было совсем иначе.

– Знаю таких. – Голос Сола был слегка разочарованным. – И тут ты серенькая, ну надо же. Впрочем, это куда лучше того, что сейчас. И потом, достаточно и того, что я красив.

– Ты так не найдешь себе жену, если будешь говорить гадости, – заметила Тедди, позволяя себе свернуться в теплом крыле и закрыть глаза. Сол ее давно перестал пугать, в отличие от его «гениальных» идей.

– Я тебе совсем не нравлюсь? – сквозь сон услышала Тедди, но отвечать было лень.

– Угхм… – пробормотала она, крепче закрывая глаза.

– Ну и хорошо, так даже лучше. Никаких разочарований, – пробормотал в клюв Сол.

Но Тедди его уже не слышала, она крепко спала.

Глава седьмая, в которой Тедди и Сол находят цивилизацию летунов

Утро для Тедди началось ужасно. Куда делся снова, без сомнения, обиженный принц, она не знала, но он вероломно оставил ее ночью, и к утру она вся замерзла, хотя могла бы спокойно спать в спальном мешке. Мешок бы не улетел посреди ночи по своим мешковым делам. К счастью для Сола, он вернулся уже после того, как Тедди заварила себе ягод но-травяной чай и согрелась, иначе поругались бы они куда сильнее.

Зато от злости Тедди вспомнила несколько моментов, которые ее беспокоили.

– Люди могли есть черешню… ну, то есть птичью вишню, и под видом летунов нападать на моих подданных! – заявила она, едва Сол опустился рядом, словно вот так улетать было в порядке вещей.

– Да, так и есть. – Сол впечатленным не выглядел. – Какое мне дело до этого. Ощипывали тоже в основном их, да и возвращались человечки в свое обличье не всегда в удачном месте, гибли. Так что теперь мало кто решается.

И снова Тедди вспомнила свое ощущение от полета, восторг и нежелание лететь обратно. Если бы не Тинатин, она бы разбилась или утонула.

– А вот тебе стоило бы, – вкрадчиво продолжил Сол. – Мы бы долетели до конца гряды за несколько часов и спустились к лесу. Там лес, представляешь? Такой же, как и с нашей стороны. Я бы поддержал тебя, чтобы не упала.

– Я тоже не хочу больше превращаться, а то вдруг останусь такой навсегда. – Тедди передернула плечами. – Уж лучше быть мышью!

– Ты меня обижаешь, – недовольно щелкнул клювом Сол. – Злая и вредная человечка. Как на такой жениться?

– Не надо на мне жениться, – буркнула Тедди. Она начала собирать вещи, и так и не ставший легче рюкзак испортил ей начавшее исправляться настроение. – Я еще в школе учусь, мне и становиться королевой мышей не стоило.

– Везет тебе, – позавидовал Сол. – Не хотела, а королевство как яблочко спелое в руки упало. Мне бы так!

Вот тут Тедди по-настоящему разозлилась.

– Ты тоже хочешь так? – прошипела она. – Я стала королевой, потому что мою бабушку убили, а мой отец убил маму и готов был убить меня!

Конечно же кричала она зря. Сол был спокоен.

– Меня сейчас все кому не лень хотят убить, – прощелкал он. – Я же не рыдаю.

Тедди не сразу поняла, что ее царапнуло.

– «Сейчас»? – наконец повторила она. – «Сейчас»! Сол, зачем ты тогда прилетел к нам на поляну?!

– Я уж думал, ты спросишь, когда мы обратно вернемся, медленная человечка. – Сол смотрел на каменистую тропинку и явно раздумывал, пытаться идти по ней или взлететь. – У нас в королевстве раскол. Дара решила претендовать на место короля, вроде как Многоликий слишком стар и жаждет одной войны и с человечками, и с мышами. И у нее в заложниках Тинатин.

Тедди прикусила язык, чтобы не сказать, что вовсе не в заложниках. Как сложно стало врать Солу после того, как он неумело, но искренне заботился о ней! Но Тинатин была ее подруга, а Дара была Дарой. Вот с кем бы Тедди точно не хотела поссориться, так это с ней.

– Я наследный принц, – продолжил тем временем объяснять Сол. – Я не могу остаться в стороне. Меня может убить Многоликий, чтобы я не организовал третью сторону. Или Дара, чтобы я не помогал Многоликому. Меня вообще может убить кто угодно!

Он нахохлился и заковылял по тропке вперед.

Тедди стало его жалко.

– Ты поэтому хотел на мне жениться, да? – спросила она, догоняя несчастного принца и идя с ним вровень. – Чтобы стать принцем-консортом мышей?

– Да как же! – снова взъерошил перья Сол. – Я решил сам стать королем летунов, а ты со своим Голосом мне бы помогла!

– Понятно. – Тедди стало смешно. И чего она ждала от этого самовлюбленного птица? – А если я не хочу воевать против Дары и Тинатин?

– А тебя никто не спросит, – самодовольно ответил Сол. – Когда мы с тобой заручимся поддержкой местного короля или кто тут правит, другого выбора не останется! Ты станешь королевой не только мышей, но и летунов. Вряд ли местному правителю так нужна наша маленькая долина.

– Ну-ну, – недоверчиво пробормотала Тедди, про себя решив, что если все летуны – как Сол и его отец, то зря принц надеется на помощь.

– А захочешь, и человечьей королевой станешь, – расщедрился Сол. – Уж три поселения мы вместе сумеем подчинить! Да еще и вместе с драконом!

Тедди не знала, плакать или смеяться. Потом представила себя королевой трех захудалых сёл: Несчастливого, Горемычного и Унылого – и все-таки расхохоталась.

– И ничего смешного, – немедленно обиженно раздулся Сол. – С нашей долиной все будут считаться! А потом мышей отправим сюда, они все равно живут под землей и мешаться сильно не будут, уж в большом мире за горами еды точно на всех хватит!

– Ты как-то много знаешь о большом мире, – с подозрением заметила Тедди. Неужели ей врали и на самом деле летуны бывали за горами? Но почему они тогда так держатся за долину?

– Многоликий рассказывал, – буркнул Сол, моментально растеряв всю воинственность. – Да и отсюда видно, какие там леса!

Тедди присмотрелась и огорченно вздохнула. С высоты ее роста даже со скал было видно только то, что находилось довольно близко, остальное же плавало в тумане или дымке, не разглядишь. И идти еще так долго!

– Давай я понесу свой рюкзак и твой мешок, – решительно предложила она, вспомнив старый анекдот. Сол анекдота не знал и радостно сорвал с шеи надоевший мешок, после чего Тедди с плохо скрываемым удовольствием мстительно закончила: – А ты понесешь меня!

– Это как? – обалдел Сол и захлопал огромными глазами.

– Аккуратно, – отрезала Тедди, не собираясь поддаваться на жалобное выражение птичьего лица. – Берешь лапами за лямки рюкзака и взлетаешь. Зато мы быстрее доберемся до большого мира. Все, как ты хотел!

Она пошла вперед, не дожидаясь ответа, благо мешок Сола был почти опустошен и весил немного. Сол же некоторое время стенал, взывал к ее жалости, но вскоре смирился и согласился на предложенный план.

Он тяжело поднялся в воздух, подхватив крепко пристегнутый к Тедди рюкзак почему-то задними лапами. Она висела, горестно вопрошая себя, почему не догадалась привязаться как-то к принцу, чтобы не переживать, сбросит он ее или нет, когда устанет. Они были слишком невысоко, чтобы успеть в случае чего превратиться, но достаточно высоко, чтобы расшибить голову.

– Я тебя не брошу, мышиная королева, – пыхтя от натуги, прощелкал Сол. – Меня и без того хочет убить слишком много кто, я не собираюсь добавлять к этому списку наследного принца и настоящего дракона.

– Это радует, – пробормотала Тедди и наконец сумела оторвать взгляд от далекой земли под ногами и посмотреть вперед.

Сол не соврал. Там, где горы заканчивались, начинался густой лес, и он шел до тех пор, пока снова не терялся в дымке. Тедди занервничала. Она напомнила себе, что дома тоже были огромные пространства лесов, и это ничего не значило. Однако идти неизвестно сколько в поисках местных городов не хотелось.

Конечно, Тедди допускала, что города летунов могут отличаться от человеческих, но они все равно должны быть больше тех гнездовий, что были в долине!

Наконец, когда они уже почти спустились к лесу, она увидела далеко впереди какие-то белеющие возвышения на просеке. Разобраться, искусственная эта просека или естественная, Тедди не могла, но вот возвышения могли оказаться домами.

– Нам туда! – ткнула она пальцем в сторону увиденного города. – Сможешь?

– Я тебя ненавижу, – вместо ответа буркнул Сол, но послушно повернул в указанную сторону.

Глава восьмая, в которой Сол лишается магии

То ли Тедди недооценила расстояние до непонятных строений, то ли переоценила Сола, но добраться им за один полет не удалось. Принц тяжело плюхнулся на землю, по счастью выпустив Тедди уже у самой земли. Готовая к такому девочка при падении лишь покачнулась, но осталась на ногах.

– Очень большие пространства, тяжело, – с трудом прощелкал Сол и совсем по-человечески повалился на спину, раскинув и крылья, и руки с хищными когтями.

Тедди отстегнула рюкзак и присела неподалеку.

– А представляешь, если ваш народ вернется сюда? – вкрадчиво поинтересовалась Тедди. – Пусть здесь есть свой король, я вполне допускаю это. Но здесь столько места, что можно создать отдельное свое королевство! Да хоть каждому желающему по долине!

– А было бы неплохо, если бы каждому желающему, – неожиданно согласился Сол, и в его голосе что-то такое…

Тедди даже подползла поближе и заглянула в огромные глаза.

– Рассказывай! – строго приказала она. Тедди не использовала Голос, но это и не понадобилось.

– Это все Дара, – наябедничал Сол, который, похоже, давно хотел поделиться проблемой. – Она заявила, что Многоликий, по-видимому, хочет смерти нашего народа, раз ввязывается в войну против людей и мышей. И выдвинула себя на трон.

– У вас есть трон? – перебила его любопытная Тедди.

Сол сел.

– Есть, – сухо ответил он. – Чем мы хуже мышей?

– Ничем, – покривила душой Тедди.

Но Сол не заметил короткой заминки и кивнул, продолжая:

– А ты сама знаешь, что немые все поддерживают Дару. К тому же Кора разнесла по всей долине, что кроме них за Дару еще и Тинатин, хотя самому последнему птенцу понятно, что она просто заложница!

Тедди еле сдержалась, чтобы не сказать лишнего.

– Кажется, у нас может быть междоусобная война, – совсем упавшим голосом продолжил Сол. – И конечно, многих интересует, на чьей стороне буду я и не захочу ли я сам занять отцовское место. А я… ну не хочу вроде как.

Тедди прикусила язык, чтобы не напомнить хвастовство Сола о том, как он будет королем. Ей вполне было понятно его настроение. Одно дело – трескать яблоки в человеческих селах и хвастаться тем, что ты принц, и совсем другое – реально пойти войной против сестер или отца. И не пойти тоже нельзя, подумают, что он выжидает, и ощиплют первым за коварство.

– Вот именно. – Похоже, последнюю мысль Тедди произнесла вслух. – А я просто боюсь. И Дару, и Многоликого. И даже власти над всеми этими птицами. Я же никогда не интересовался тем, кто что делает, кто на чьей стороне и как не умереть с голоду, если что-то пойдет не так!

Он уставился на Тедди долгим взглядом, ожидая насмешек, ничуть не меньше. Тедди с удовольствием его разочаровала.

– Это нормально, – успокоила она его. – Я тоже не хотела становиться королевой, и не стала бы, если бы мой отец не наводил такую жуть на подданных, а бабушка не умерла. И ты молодец, что решился покинуть долину. Может, здесь есть какие-то твои родичи, которые помогут. Представляешь, станешь пятидесятым в очереди на трон? Будешь себе яблоки есть и летать где вздумается. И никаких династических браков с мышами.

– Ну и зря, – щелкнул Сол. – Править я бы все-таки немножко хотел. Просто теми, кого не жалко, если у меня не получится.

Да, похоже, Тедди рано решила, что Сол может исправиться!

– Ну, знаешь ли! – возмутилась она. – А мне вот моих мышей жалко! Так что ищи себе другую работку!

– Другую работку? – непонимающе вытаращился Сол. Глаза теперь казались раза в два больше – жуткое зрелище!

– Да! – отрезала Тедди. – Принц в изгнании! Тебе подойдет, кстати! Будешь дуться и смотреть горестно, и так до старости.

Некоторое время Сол возмущенно молчал и раздувался, а потом вдруг расхохотался.

– Теперь я понял, – сквозь смех проговорил он. – Понял, почему ты нравишься Тине! Ты такая забавная!

– От забавного перьевого шара слышу! – пришла очередь возмущаться Тедди. – И вообще! Ты отдохнул? Тогда полетели дальше.

– Сейчас. – Сол приложил когтистые пальцы к своим перьевым ушкам. – Голова болит с тех пор, как мы пересекли горы. Может, тут воздух какой-то не такой?

– Нормальный тут воздух! – Тедди рассердилась. Вот же за спутник ей попался! Чуть что – какие-то отговорки и симуляции! – Вставай и полетели! Или крылья устали?

– Нет, крылья как раз в норме, – удивленно произнес Сол, поднимаясь. – Ладно, злюка, полетели!

В этот раз Тедди настояла на том, чтобы Сол держал ее не за рюкзак, а как она летала с Ри. Или с Р’и, а то и с Рри. Она что-то запуталась. Но в любом случае так ей было спокойнее, что же думал об этом Сол, Тедди совсем не волновало.

– Есть хочу! – неожиданно произнес Сол, начиная опускаться на землю.

Тедди мысленно застонала. Так они будут лететь до города неделю, не меньше. Впрочем, позавтракала она давно, и солнце уже было высоко над головой, так что перекусить она и сама бы не отказалась.

Сол предусмотрительно опустился рядом с деревом со знакомыми яблоневыми листочками, яблоки на дереве уже были, но мелкие и зеленые. Тедди яблок не хотела и поискала глазами знакомые растения. Обнаружив неподалеку кустики черники, она присела рядом с ними и повела руками. Совсем недавно ей казалось странным, как летуны и мыши вот так ускоряют время созревания плодов и ягод, а теперь она, мышиная королева, даже не подключает свой Голос и молча создает себе горсть за горстью спелые темные ягоды. А вкус! Ничуть не хуже тех, что выросли бы сами месяц спустя.

– Теодора! – отвлек ее от черники голос Сола. Судя по тону, летун был в панике. – Принце… Королева Теодора, подойди!

Тедди вздохнула и поднялась, отряхивая испачканные в чернике ладони. Она сомневалась, что у Сола случилось что-то серьезное, но проверить стоило.

На первый взгляд она была права. Принц сидел на ветке яблони и держал еще не оторванное яблоко.

– Что случилось? Червивое яблоко попалось, и ты нечаянно вырастил червяка до архичервяка? – спросила она.

Похоже, ассоциаций вроде «демон-архидемон» в словаре Сола не было, потому что ее шутку он не понял.

– Тут нет червяка, – с досадой отмахнулся он. – Оно не спеет!

Тедди хотела сказать, что яблоки могли быть тут не такими, как в долине, но смолчала и нахмурилась. Черника же поспела как миленькая! Может, яблоку просто нужно было больше времени?

Девочка потянулась рукой к одному плоду, яблоко моментально раздулось, зарумянилось, и через пару секунд черешок отломился, не в силах держать спелый плод. Вместе с Солом они некоторое время просто смотрели на упавшее яблоко, а потом на то, что было в лапе Сола. То яблоко было лишь немногим больше соседних зеленых завязей.

– Я отравлен, моя магия пропадает! – закатил глаза Сол.

– Не вздумай падать в обморок – расшибешься, – торопливо предупредила Тедди. – И потом, может, дело не в тебе.

– Может. – Если Сол и собирался терять сознание, то быстро передумал. Он спустился вниз, поднял яблоко и вгрызся в него. – Может, это общение с тобой оттягивает мою магию. Ты ее воруешь!

Тедди чуть было не бросила спеть для Сола следующее яблоко.

– Вот ты наглый! – почти с восхищением заявила она. – Нужно оно мне больно – твоя магия! Своей хватает! И Голос еще!

– Это да, – совсем сник Сол. Яблоки, правда, есть не перестал. Похоже, паника если и повлияла на его аппетит, то отнюдь не так, как ожидала Тедди. – У тебя много магии. Ты королева.

Может, он и еще бы что-то сказал, но Тедди вручила ему очередное яблоко, и птиц замолчал. Наевшись, Сол и вовсе забыл про конфуз и бодро начал рассуждать про город вдалеке.

– Там много летунов, – размахивал он крыльями. – Много. Дома. Улицы? Дома. Летуны. Король! Я буду король!

Через несколько минут Тедди заподозрила, что с Солом что-то не так.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – Она с подозрением уставилась на яблоню, словно ожидая, что та уставится в ответ. Но яблоня стояла как до этого.

– Хорошо, – буркнул Сол, остывая, и заковылял в сторону от нее, словно обидевшись. Далеко он не ушел, больно стукнувшись лбом об ольху. По крайней мере, завопил он так, будто очень больно.

– Что с тобой? – ахнула Тедди, подбегая.

Почему-то в голове возникла картина, что Сол ослеп и сейчас медленно умрет у нее на руках. И что она скажет Даре и Тинатин? Вряд ли они на самом деле желали ему зла!

Но принц хлопал глазами как всегда, только обиженно ткнул острым когтем в дерево и жалобно заявил:

– Оно не отодвинулось!

Тедди ахнула. Точно. Как она не заметила? Здесь не двигались деревья, как в долине! Конечно, полнолуние еще не наступило, но как знать, может, перед Солом деревья в долине отодвигались так же, как перед Тедди? И если она просто не успела привыкнуть к этому, поэтому и не удивилась, то Солу ни разу не приходилось бывать раньше там, где деревья не могли менять положения. Это то же самое, если бы Тедди прямиком шла на какого-то человека, а он не отошел бы в сторону.

– Такое бывает, – утешила она Сола. – Полетели к городу.

– К городу? – повторил Сол растерянно.

И Тедди снова испугалась.

– Не тупи, Сол, «дома, летуны»! – рассерженно повторила она его недавние вопли. – Все как ты хотел, так что не вздумай сейчас внезапно отупеть и оставить меня разбираться с этим одну!

От страха она вложила в эти слова немного Голоса, и то ли ей показалось, то ли так и было, но в глазах Сола что-то промелькнуло.

– Чего ты орешь? – спросил он недовольно. – Сама бы головой стукнулась, не так бы отупела!

И все, ни спасибо, ничего. Хотя Тедди была уверена, что удар головой тут ни при чем. Но спорить не стала. Хотелось поскорее оказаться рядом с городом и разобраться, что здесь происходит и почему семью Сола отделили в долине. Может, Многоликий был каким-то преступником и увел своих сообщников в долину, потом перекрыв ее магией? После наследников спутников Ермака в селах она бы уже ничему не удивилась.

Пока они летели, мимо несколько раз проносились похожие на Ри и его братьев вороны, и Сол каждый раз замирал в воздухе, тяжело работая крыльями на месте, но ни разу ни один из незнакомцев не приблизился к ним. Зато Тедди поняла, что их все-таки видели, а значит, будут ждать.

Так и вышло. Они хотели опуститься прямо на поляне с ближайшим огромным зданием, но там было просто черным-черно от воронообразных летунов, и они не рискнули. Опустились в отдалении и присели на поваленное дерево. Наблюдать.

– Поедим? – предложил Сол.

И Тедди со вздохом принялась выращивать яблоки. Она торопилась и совала яблоки в сторону, где их должен был принимать Сол, и не сразу сообразила, что изменилось. И только возмущенный клекот Сола заставил ее обернуться.

Оказалось, что напряженно стоящие около здания вороны давно оставили это занятие, по-видимому убедившись в безобидности гостей. Но не все разлетелись по своим делам, некоторые остались тут, окружили их с Солом и теперь перехватывали у принца угощение прямо из лап.

– Эй, где ваша совесть! Сами себе выращивайте! – отбивался недовольный Сол. – Чего молчите, а?

– Они не могут, – растерянно произнесла Тедди, протягивая два яблока – одно Солу, а второе – ожидавшему этого летуну. – Ни растить, ни говорить.

– Понятно, что не могут, эти остроклювые, – пробурчал Сол, прикрывая яблоко крыльями, отчего его чавканье стало глуше, но и слова тоже едва можно было разобрать. – Но где все нормальные летуны? Где те, что похожи на меня?

– Полагаю… – Тедди откашлялась – отчего-то пересохло во рту, – но она все-таки продолжила: – Полагаю, что их просто не существует.

Глава девятая, в которой Сол становится человеком

– Поверить не могу, что я готов с тобой согласиться, – прошипел Сол и недовольно раздулся.

Тедди не обращала на его нытье никакого внимания. Ей и самой было жутко, а Сол, как всегда, ничуточки не помогал.

Она же просто сопоставила все, что видела, с тем, что узнала раньше, и запоздало удивилась, что не додумалась до этого раньше. Воронообразные летуны больше не обращали на них внимания, подлетали к своему зданию и, пританцовывая в воздухе, вонзались в темные провалы дверей или окон – Тедди не знала. Она понимала лишь, что считать это зданием было преждевременным. Больше всего это напоминало термитник, какие Тедди видела по телевизору. Только он был огромным, под стать размерам летунов. А вдалеке высились подобные и выше.

– Помнишь, мы обсуждали, что вы взяли свой облик из нашего мира? – Тедди устала просто молча наблюдать за снующими туда-сюда, точно огромные насекомые, летунами и решила поговорить с Солом. – А некоторые почему-то остались такими, как здесь. Безмолвными, говорящими с помощью танцев… насекомыми. Похоже, мы не найдем здесь цивилизации, развившейся до невиданных высот, а наоборот, здесь ваше прошлое.

Она позволила себе нервный смешок.

– Затерянный мир наоборот, – пояснила она свой смех и повернулась к Солу, чтобы пояснить, о чем она говорит. Он ведь точно не читал Конан Дойля!

Это ее и спасло. Она успела отшатнуться и кубарем перекатиться в сторону, спасаясь от хищного клюва. Глаза Сола казались ей птичьими раньше? Что же, она готова была принести извинения, если только их будет кому приносить. У него были нормальные разумные глаза, да, золотисто-оранжевые и огромные, с кулак. Но сейчас она видела перед собой бездушный блеск глаз гигантского филина, который вдруг понял, что яблоками сыт не будешь и он все-таки хищник.

– Не смей! – Голос Тедди дрогнул. – Сол, не приближайся!

Принц замер, но Тедди рано выдохнула, потому как он тотчас повел крыльями, словно сбрасывая с перьев ее магию, и шагнул ближе.

– Сол… – Тедди отступала, пока не прижалась спиной к «термитнику».

А принц с бездушным хищным взглядом все приближался, и его клюв выглядел уже не просто «странным», а по-настоящему опасным. Страх заставил Тедди действовать. Она вытянула вперед руки, хотя это было во все не обязательно, и вложила весь волшебный Голос в приказ:

– Стань снова разумным и не теряй больше разум!

Кажется, она перестаралась, потому что Сол заклекотал и заухал от боли, присел, сворачиваясь в комок, и стремительно начал терять перья.

Тедди наконец сообразила, что происходит, и рванула горловину рюкзака, выискивая хоть что-то подходящее из одежды. Так что, когда скрючившийся Сол поднял голову, она сразу кинула ему широкие спортивные штаны и отвернулась. Нападения она больше не боялась, во всяком случае не от этого худого высокого парня с выпирающими лопатками и спутанной гривой темных волос.

– Оденься, Сол, люди не ходят голыми, да и замерзнешь, – разглядывая стену «термитника», посоветовала она.

– Человеки? – Голос остался прежним, но как же Тедди была рада его слышать! – Ты сделала меня человеком? Теодора, ты с ума сошла!

Тедди обернулась и убедилась, что ее штаны едва прикрывали колени Сола. Тощий, с недовольной миной и густыми волосами до плеч, он почти ничем не напоминал Тинатин и был бы настоящим красавчиком, если бы не гримасы. Тедди вздохнула. Может, он пошел в мать? Но обидно же, мальчишкам вовсе не обязательно быть красивыми!

– Это ты с ума сошел, – сухо ответила она. – И пытался меня сожрать. Я же всего лишь хотела, чтобы ты оставался в своем уме. Видимо, здесь ты в своем уме можешь быть только человеком. Извини.

– Извини?! – Тедди видела, с каким отвращением принц рассматривает свои руки, и понимала, что он был просто верхом любезности с ней и не кривился каждый раз, когда подходил близко. Хотя, может, просто выражение лица летуна было не таким ярким. – Я теперь урод!

– Во-первых, ты вовсе не урод, а совсем наоборот, – возмутилась Тедди. – Во-вторых, будешь ныть – вообще превращу в дерево. Или камень.

Ничего такого она делать не умела, конечно, да и в том, что сумеет вернуть Солу его пернатую внешность, сомневалась, но говорить этого не собиралась.

– То есть я красивый? – мгновенно ухватился за ее оговорку Сол и завертелся, пытаясь рассмотреть себя получше.

Тедди вздохнула. Она напрасно понадеялась, что в человеческом обличье летун станет менее невыносимым.

– Тебе сколько лет, Сол? – неожиданно сообразила спросить Тедди. На вид получившемуся парню было лет пятнадцать. – Разве вы с Тиной не из одного гнезда?

Она смутно предполагала, что одно гнездо означает что-то вроде близнецов, но, похоже, она ошибалась.

– Из одного. – Сол смутился. – Но мама меня отпускать не хотела от себя. Я же наследный принц, а Дара тогда с нами жила. Вот я и сидел в гнезде до самого рождения непутехи этой.

– Да кто тут еще непутеха! – хихикнула Тедди. – Молчал бы лучше!

Сол снова скорчил недовольную рожу и потер плечи руками.

– Прохладно, – пожаловался он. – Как вы только ходите, человеки?

– Да тепло же, – возмутилась Тедди. – Лето!

Впрочем, она обнаружила, что за время их приключений солнце стало клониться к закату и действительно немного похолодало. Так что ей пришлось зарыться в рюкзак и достать еще и толстовку, которая тоже Солу была немного коротка, но в основном в рукавах. Но замерзший Сол в этот раз капризничать не стал и без споров надел, что дали. Но если Тедди думала, что на этом все, то она глубоко ошибалась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.