# Сказка о юной принцессе Анжелине и её спасителе, герцоге Жорже Дюбуа

Игорь Дасиевич Шиповских

Сказка о радости и печали, о грубом подлоге и истинных чувствах, о злобном колдовстве и добром волшебстве, и конечно о любви, куда же без неё. А действие этой истории происходит в чудесном городе Париже в позапрошлом веке, когда на улице ещё можно было встретить коварного колдуна и сразится с ним за душу прекрасной принцессы… Иллюстрация обложки: автор текста – Игорь Шиповских

## 1

В этот ясный, солнечный, предосенний день у Анжелины всё шло словно в детском волшебном сне. Встав как обычно рано утром, она даже и представить себе не могла, что сегодняшние события станут для неё судьбоносными и привнесут большие изменения в её жизнь.

Малютка Энжи, а именно так называли её друзья и знакомые, жила и трудилась в небольшом, но уютном кабачке на юге Парижа. Его хозяин седовласый добряк Анри души не чаял в своей работнице и всячески потакал её причудам. То она устроит радужный праздник цветов для ранних клиентов, то затеется украшать убранство зала какими-то не мысленными рисунками из папье-маше. В общем фантазии у юной Энжи было хоть отбавляй. И это её качество очень ободряло старого Анри, ведь он был закоренелый холостяк, и детей у него не было, а тут такой фонтан задора и радости, так что Энжи скрашивала его долгое одиночество.

Когда-то давным давно Анри уже было собирался жениться, однако ему помешала его армейская служба. В те годы Франция вела большую военную кампанию в Африке, и ему как военнообязанному пришлось воевать. Да уж, девятнадцатый век для его родины выдался неспокойным. Ну а когда он вернулся, то с его идеей жениться было мгновенно покончено. Девушка, которую он любил, просто не дождалась его. И Анри оказался один, ни тебе невесты, ни тебе любви. Однако военная выправка и его маленький кабачок были по-прежнему с ним. Так он и зажил жизнью простого кабатчика. Но как-то однажды, а именно почти семнадцать лет тому назад в его жизни произошли большие перемены, у Анри появилась малышка Энжи. И вот как это произошло.

Была поздняя осень, шли затяжные дожди и вдруг, как это и бывает в такой слякотный период, в кабачке внезапно потекла крыша. И Анри, будучи мастером на все руки, сразу же кинулся устранять эту протечку. Поставил к крыше лесенку, взял инструменты, кусочки черепицы и полез наверх. Но вот незадача, входную дверь в кабачок Анри забыл прикрыть, и пока он был на крыше, к нему в гости наведался странный посетитель. Взять ничего не взял, а только оставил. А оставил он простую плетёную корзинку с небольшим свёртком внутри. Анри же в это момент быстро устранив протечку уже начал спускаться с лестницы. А спускаясь, невзначай заметил, как от его кабачка стремительно отъезжает чёрная карета с большим золотым гербом и вензелем на дверце.

– Ах, надо же,… наверное, был посетитель,… а я как назло наверху починкой занимался. Как-то неловко получилось… – ничего не подозревая, простодушно подумал он и окончательно спустившись, направился вовнутрь. Вот тут-то его и ждал сюрприз. Бросив инструменты у порога, и быстро пройдя к камину погреться, он сразу же заметил на столе этот загадочный подарок от тайного гостя.

– А это ещё что за такое,… кто же это оставил,… уж не тот ли посетитель? Ах ты, прямо у огня,… ещё не хватало, чтобы загорелось,… пожара мне тут не надо… – недовольно пробурчал он, обнаружив, что корзинка стоит очень близко к очагу. И в тот же миг свёрток в корзинке, словно услышав его, зашевелился и запищал.

– О как! Ну, надо же! – изумлённо воскликнул Анри и быстро взялся разворачивать свёрток, тут же обнаружив в нём маленькую прелестную девочку. Глазки голубенькие как чистые озёра, волосики на голове беленькие, пушистые, словно облачка, плачет, ручонки к нему тянет, защиты ищет.

– Ах, боже-шь ты мой,… какой же ангелочек,… и кто же это так посмел с тобой поступить, милое дитя… – увидев столь нежное создание, жалостливо залепетал Анри и тут же бросился хлопотать по хозяйству, нагрел ей молока, приготовил кашку и принёс теплое одеяльце. Сердце дрогнуло у старого вояки, и он всю свою нерастраченную любовь обратил на благо малышки. А назвал он её Анжелиной, что означает ангелочек, и это имя точно соответствовало её благочестивому виду. Анри сразу сообразил, что ему её подкинул тот загадочный хозяин отъехавшей кареты, и предположил, что Анжелина может быть нежелательным результатом грешной любви.

Впрочем, он этому не удивился, ведь в ту пору многие богачи поступали именно таким образом, нагрешат где-нибудь на стороне, а потом плод этого греха подбрасывали кому-нибудь. Так что Анри не стал разыскивать того господина и очень обрадовался такому его подарку. Теперь Анри был не один, и ему стало, о ком заботится. Вот с тех самых пор и зажили они с Энжей вдвоём.

## 2

И всё-то у них ладилось, и всё-то у них спорилось, и было тихо, спокойно, но всё это было только до сегодняшнего дня. В общем, день начался как всегда, и ничто не предвещало изменений в их жизни, однако события уже начались. Энжи после обеда, как это и было у них заведено, приводила кабачок в порядок после утренних посетителей. Обычно, то были простые рабочие с парижских окраин. Они всегда перед началом трудового дня заходили к старику Анри промочить горлышко стаканчиком доброго сидра.

– После посещения твоего уютного кабачка потом весь день работа спорится,… спасибо тебе старина… – не раз говаривали они и в знак благодарности всегда приносили какие-нибудь скромные подарочки для Энжи: букетики полевых цветов, платочки, или же ещё какую очаровательную безделицу. И ведь было за что, Энжи очень старалась для создания в кабачке обстановки уюта, тепла и домашнего очага. В любую погоду, в любое время года, посетителей всегда ждала приветливая и дружеская атмосфера.

Вот и сейчас Энжи тщательно прибиралась в зале, создавая именно такую обстановку. И вдруг на улице раздался оглушительный раскат грома, да такой, что задребезжала посуда на кухне. В то же мгновение всё быстро потемнело, и разразилась сильнейшая гроза. Потоки воды разом хлынувшие с неба стремительно затопили все улицы города. Складывалось такое впечатление, что фиакры и экипажи плывут, а не едут, в пору было доставать лодки и устраивать соревнования по гребле.

Однако ливень, как и все ливни на свете внезапно кончился и заморосил холодный затяжной дождь. Прескверная, знаете ли, погодка. А последствия ливня не преминули тут же сказаться на дорожном покрытии. То тут, то там появились крупные выбоины, и экипажи с их седоками стали как лягушки на болоте подпрыгивать на них. И такое уморительное зрелище наблюдалось по всему Парижу. Хотя смешного в этом было мало, потому как вскоре от такой тряски, практически у всех экипажей начались поломки, а оси старых карет заскрипели, словно ржавые петли дверей. Вот и улочка у кабачка Анри также превратилась в зону бедствия.

– Ах, как же неудобно теперь будет ездить,… до чего же много ям намыло… – выглянув на улицу, из любопытства посмотреть как там дела, заметила Энжи.

– Да уж, ничего хорошего,… смотри-ка, какие большие булыжники повымывало,… придётся теперь мэрии разориться на починку мостовой. А ты долго-то тут не стой, замёрзнешь ещё,… вон похолодало-то как,… чую, вечером соберётся много друзей погреться нашим сидром… – высунувшись вслед за ней наружу, заботливо проворчал Анри и тут же отправился на кухню заниматься ужином.

– Да я сейчас,… только на небо взгляну,… может, где просвет появился… – ответила Энжи, и уже было собралась заскочить обратно вовнутрь, как вдруг из-за поворота вырулил элегантный красавец-экипаж и на всём ходу влетел в уродливую колдобину, что образовалась аккурат напротив их кабачка. Ось у кареты дико взвизгнула, громко хрустнула и сломалась. Весь экипаж мгновенно накренился, дёрнулся и встал как вкопанный. Дверца кареты от столь резкого толчка отварилась и наружу, словно птенец из гнезда вывалился роскошно разодетый молодой господин. Напыщенный кучер, мгновенно спрыгнул с козел и бросился к нему на помощь. Но видимо что-то не рассчитал, споткнулся и, свалившись тут же рядом со своим пассажиром, стал нелепо пытаться поднимать его.

Увидев такую картину, как два взрослых чинных господина барахтаются в луже грязи, словно какие-то простые дворовые мальчишки, Энжи не удержалась и задорно рассмеялась. Ну а кто бы ни засмеялся, наблюдая такое зрелище. Но вот оба господина еле поднялись и тут же уставились на неё.

– Что смешного мадмуазель,… у нас тут бедствие, а вам хихоньки! Лучше бы предложили убежище от дождя,… ну и холодища же у вас!… – с упрёком в голосе воскликнул роскошный пассажир кареты, и нелепо шатаясь, два раза подряд громко чихнул.

– О, да-да, разумеется,… пройдите к нам в кабачок,… я вам сейчас же помогу привести себя в порядок! Вы уж извините меня за смех, но вы так забавно тут кувыркались, что я ничего не могла с собой поделать… – продолжая весело улыбаться, откликнулась Энжи и немедленно поспешила на помощь незадачливым ездокам. Она быстро проводила их вовнутрь и предложила им снять насквозь промокшую одежду, дабы те окончательно не простудились.

Из кухни на шум тут же выбежал Анри, и вмиг разобравшись, в чём здесь дело, полез на чердак за старой, но добротной, сухой одеждой из своих ещё военных запасов. А уже буквально через десять минут вернулся с дорожным сундучком, где он всё это и хранил. Тут были и его армейский мундир, и плащ-палатка, и даже походные кальсоны.

– Ну, вот месьё одевайтесь,… всё чистое, всё постиранное,… уж простите старика, ничего другого я вам предложить не могу… – раскладывая перед гостями своё богатство, сказал Анри.

– Да что ты, старина,… спасибо тебе и за это,… а я гляжу, ты знатным воякой был! Вон сколько у тебя лычек на мундире… – поблагодарив Анри, заметил молодой человек, и стал спешно облачаться в его мундир.

– Да уж, было дело, повоевал,… а вы давайте господа присаживайтесь к камину да грейтесь. Энжи помоги гостям,… а у меня ещё дела… – быстро ответил Анри, и недолго думая отправился опять на кухню готовить ужин. Ну а юноша, одевшись, тут же поправил причёску, лихо подкрутил свои молодецкие усики и важно кашлянув, присел к очагу. Кучер же, второпях накинув на себя кое-какую одежонку и плащ-палатку, выбежал похлопотать на счёт экипажа и лошадей. А Энжи быстро подогрев вишнёвый грог с тмином предложила его молодому человеку.

– Пейте,… сразу же согреетесь,… а я пока вашу одежду развешу, чтоб она подсохла… – подав бокал, сказала она.

– Спасибо вам мадмуазель,… вы очень добрая и заботливая девушка, но только не обязательно сушить нашу одежду, просто сложите её в сторонку, ну а как дождь кончится, мы будем уходить и заберём её. А вашу одежду, вернём позже… – приняв у неё грог, мягко ответил гость и, посмотрев на неё своими большими карими глазами, благодарно улыбнулся. Энжи тоже улыбнулась ему, и будто не замечая его выразительного взгляда, стала укладывать их одежду в стопку, а сама про себя подумала.

– И какие же красивые глаза у этого юноши,… жгут ну прям как угольки… – И это правда, глаза у Жоржа, а именно так звали юношу, были завораживающе жгучие. Но то было не единственное его достоинство. Девятнадцати лет отроду Жорж выглядел чуть моложе своих лет, обладал привлекательной внешностью, и уже успел на своём веку повидать много чего интересного. И где он только не был и чего только не видел. Был он и в Африке, и в Азии, и даже в Россию съездил, но краше своего любимого Парижа так ничего и не нашёл.

Вот и сегодня, он, потомок знатного герцогского рода Дюбуа, недавно вернувшись из очередного вояжа, ехал в гости к своим родным на бал, устроенный ими по случаю его прибытия домой в Париж. Родные его жили в старинном замке за городом в своём богатом поместье, у него же был небольшой особнячок в центре города. Вот из него-то он как раз и выехал, да вскоре и попал в этакую неприятную дорожную передрягу.

Но теперь, когда он сидел в уютном кресле у очага и в окружении очаровательной девушки пил грог, это происшествие его нисколько не огорчало, и даже наоборот, радовало. Увидев Энжи ещё там, на улице в каплях моросящего дождя он сразу же заприметил, как она обаятельна и красива. И, невзирая на своё бедственное положение, он мгновенно решил, что ему, во что бы то ни стало надо с ней познакомиться. А потому-то он тут же и напросился к ней за помощью. И сейчас все его взоры, и помыслы, были обращены только в её сторону.

Медленно потягивая грог, он любовался, как эта обворожительная юная красавица, изящно двигаясь, укладывает его одежду, наливает напитки и просто ходит по кабачку. Он был полностью зачарован её движениями и не мог оторвать от неё взгляд. Когда же она закончила свои хлопоты, он был очень рад пообщаться с ней. Однако надо отметить, что и Энжи прониклась к Жоржу обоюдной симпатией, и с удовольствием присоединившись к нему, затеяла лёгкий и непринуждённый разговор.

– Я всё вспоминаю, как вы месье, вывалились из кареты,… и ещё с таким треском, словно горох из стручка… – скромно присев рядышком с ним на табурет, шутливо заметила она.

– О да, это было так неожиданно, что я даже и не успел понять, насколько это может быть смешным! Только что я важно ехал в шикарном экипаже, а тут бац,… и я уже барахтаюсь в грязной луже посредь улицы! И вся моя напыщенность и щёгольство одним махом были смыты,… вот уж воистину, из князи в грязи! – поддерживая шуточную тему, задорно рассмеялся Жорж.

– Это точно,… теперь вам чтобы вновь стать князем, надо как следует постараться! А кстати,… куда это вы так спешили, что в яму угодили? – весело играя словами, спросила Энжи и подлила ему грога. Жорж, быстро отхлебнул напитка и тут же принялся рассказывать ей обо всём сразу, и куда он ехал, и откуда приехал, и про свои путешествия и про свою кипучую жизнь. А Энжи в свою очередь стала рассказывать про свою жизнь. У молодых людей моментально завязалась приятная беседа, и они быстро познакомившись, перешли на «ты». Ну что тут скажешь, дело молодое и всякая там излишняя чопорность здесь не уместна.

Ну а вскоре они уже и представить себе не могли, что всего лишь час тому назад они вообще не знали о существовании друг друга. И кто бы мог подумать, что у таких, казалось бы, совершенно разных людей нашлось столько общего. Как выяснилось, они оба интересовались одним и тем же: классической музыкой, фламандским искусством и увлекались пейзажной живописью. Так уж сложилось, что Энжи в свободное от работы время, втайне от Анри выбиралась на выставки, вернисажи, ходила в музеи и посещала места сходок парижских художников. Она часто бывала в парке «Монсо», на Монмартре и в Лувре.

И об этих своих вылазках Энжи никогда не говорила чувствительному Анри, и это не потому, что он стал бы ругаться, а просто она не хотела его расстраивать. Ведь он-то думал, что она кроме родного кабачка ничем не интересуется, и что она, со временем унаследовав его кабачок, станет в нём полновластной хозяйкой. А тут вдруг выясняется, что под скромной внешностью простой девушки скрывается необыкновенно любознательная и высокоинтеллектуальная личность. Но пока об этом проведал лишь только один Жорж, и, кстати, немало этому удивился. Теперь, когда он узнал Энжи совсем с другой стороны, он всё никак не мог насладиться той задушевной беседой, что у них сложилась.

Однако беседа беседой, а время шло, и дождик, каким бы он затяжным ни был, всё же закончился. Как раз подошёл вечер и в кабачок на огонёк потихоньку полегоньку стали собираться его извечные завсегдатаи, добрые знакомые и хорошие друзья Анри. И вот они, обнаружив у дверей кабачка застрявший экипаж Жоржа, немного поломав голову над поломкой, взялись и быстро её починили. Как-никак, все они были мастеровые да ремесленники, одним словом «рабочая косточка». Что-то там подкрутили, заменили, и вскоре экипаж был готов для продолжения вояжа. Кучер не замедлил заскочить в кабачок, позвать Жоржа, а заодно и умыться.

– Всё сделано,… надо бы скорее ехать дальше, а то нас уже наверняка заждались… – быстро отмывшись от грязи, сообщил он.

– Ну что же, надо так надо,… сейчас же и поедем, старина Луи… – отозвался Жорж и тут же обратился к Энжи.

– А с тобой мы скоро увидимся!? Надеюсь, ты не думаешь что это наша последняя встреча,… лично я рассчитываю на продолжение знакомства,… а ты? – с особой нежностью взяв её за руку, спросил он.

– Ну, разумеется, и я надеюсь на то, что мы с тобой ещё встретимся! Давай условимся так,… завтра после обеда Анри как обычно приляжет вздремнуть, и у меня на пару часов будет перерыв. Ты в это время привезёшь мундир, и мы с тобой, не привлекая внимания Анри, сможем немного погулять. Только уж ты оденься попрощё, не надо этой глупой роскоши. Ну как, согласен?… – ласково посмотрев ему в глаза, спросила Энжи.

– О да, конечно же, согласен, и ещё как! Вот только не знаю как бы мне теперь скорей дожить до завтра,… уж больно расставаться не хочется,… однако нам пора… – с грустью в голосе ответил он, и нехотя опустив её руку, последовал за кучером. А тот быстро захватив их сырую одежду, уже успел взобраться на козлы. Энжи вышла их проводить.

– До завтра… – тихо произнесла она и на прощанье скромно взмахнула рукой.

– До свиданья, милая Энжи! – почти на ходу запрыгивая в экипаж, воскликнул Жорж, и кучер, хлестнув лошадей, придал им прыти. Карета рванулась вперёд, и быстро набрав скорость, понеслась дальше. Энжи тут же вернулась в кабачок и принялась за неотложные дела, а Жорж удобно устроившись на мягком каретном сиденье, погрузился в приятные размышления.

## 3

Ну а спустя всего какой-то час экипаж Жоржа уже въехал во владения его родных, и он, продолжая смаковать у себя голове каждую минуту сегодняшней встречи медленно ступая по парадной лестнице, неторопливо поднялся в замок. А там его уже давно ждали и потому моментально обступили со всех сторон.

– Где ты был? Что случилось? Мы уже и не знали, что думать! А что это за старый мундир? Уж не заболел ли ты? Объясни, Жорж… – сыпались градом на него вопросы друзей и родных.

– Ах, господа, я сейчас и сам не свой,… я словно в другом мире побывал. И, верите ли нет, встретил там такую замечательную девушку, что уж вряд ли вторая такая найдётся! Извините друзья, мне ныне не до танцев,… пожалуй, я покину вас,… надо много чего обдумать… – не в силах толком ничего пояснить растерянно произнёс он и уединился в отведённую для него комнату. Ну а гости не получив желаемого ответа тут же накинулись на кучера.

– Луи, давай рассказывай, что там произошло,… нам нужна вся правда… – потребовали они от него. А, тому деваться некуда, припёрли к стенке бедолагу, ну он взял да всё им и рассказал. И как они под ливень попали, и как на колдобину налетели, и как в кабачке оказались, и какая очаровательная девушка в том кабачке им повстречалась.

Тут уж сразу начались пересуды, кривотолки, бурные обсуждения да недомолвки. Все вроде, как и запамятовали, зачем они здесь собрались, им теперь вдруг и самим не до танцев стало. А то как же, ведь наследник славного герцогского рода Дюбуа, полюбил простую девушку, да ещё и трудяжку из кабачка. Однако самая старая и самая мудрая тётушка Жоржа, заменяющая ему его родителей, те к несчастью рано покинули этот мир, прошла к нему в комнату и повела с ним такой разговор.

– Скажи-ка мне дружок,… не уж-то та девушка так к тебе в душу запала, что ты и про бал, и про друзей забыл,… что тебе и видеть-то никого не хочется кроме неё,… ну неужели любовь так сильно поразила твое сердце? – мягко погладив его по голове, спросила она.

– О да, дорогая тётушка,… для меня теперь милей её никого нет,… чувствую, что она моя вторая половинка! Где я только ни был, скольких девушек ни видел, но такой не встречал,… уж настолько она замечательная! Я сейчас многое готов отдать и многим пожертвовать, лишь бы быстрей завтрашний день наступил. Ждать уже невмоготу,… скорей бы её увидеть,… скорей бы с ней заговорить,… душа к ней так и рвётся… – печально вздохнув, ответил Жорж и, в нетерпении, вскочив с места, заходил по комнате.