Наталья Долгачева
У меня все дома

Бескрайняя благодарность всем героям моей жизни – моей книги. Каждый из вас сделал мой путь поистине уникальным, наполнил его разнообразным опытом. Как бы ни закончилась наша история, я рада, что вы были, а может, и есть в моей жизни. Некоторые имена людей я изменила из уважения к их конфиденциальности, некоторые оставила реальными. Каждый из вас, сам того не подразумевая, а кто-то и осознанно, добавлял пазлы в мою картину мира. Благодаря которым, разложив все элементы по местам и соединив их, я смогла увидеть прекрасный рисунок – мою нынешнюю восхитительную жизнь.

Без вашего вклада это было бы невозможно. Благодарю!

Пролог

Большинство людей хоть раз в жизни проживали минуты, когда хочется кричать: «Я люблю тебя, жизнь!» Когда сердце наполнялось любовью, грудь воздухом дополна и ты вот-вот взлетишь. Хочется обнять весь мир. А бывали минуты и часы, когда в центре солнечного сплетения образовывался камень, тяжелело дыхание и накатывала, как страшная волна, мысль: я не хочу жить – остановите, я сойду, больше не могу.

В этой книге я расскажу свою историю, одну из сотни, миллионов других, происходящих с людьми во всем мире ежесекундно. Историю, прожив которую, мое сердце не закрылось от жестокости и непонимания, боли и страданий, а стало светить еще ярче. Излучая больше добра и света в этот мир, который со временем преобразил мою реальность. Примерно так же, как сейчас светит петербургское солнце в окно моей комнаты 17 мая 2022 года в 5:27 утра, в день, когда я больше не смогла молчать, преисполнилась решительности и начала эту книгу.

Здесь и сейчас я пойду в те отдаленные места своей души, куда боялась заглянуть очень долго, даже после проработок с психо-специалистами и огромного количества тренингов. Садясь писать эту книгу, я зажигаю свечу и сама отправляюсь в путешествие в самый страшный страх, чтобы рассеять его любовью раз и навсегда. Чувствую, это единственный для меня вариант справиться и отпустить всю старую боль, превратив слабость в силу.

Книги о непростых судьбах людей много раз становились опорой для меня в трудную минуту. Книги искренние, где авторы не боялись озвучить свою боль, стыд и страх, оголить душу перед читателями. Именно в таких книгах долгие годы я находила опору, поддержку и ответы. Страница за страницей они меня исцеляли, и я выжила. Теперь в благодарность хочу рассказать свою историю. Возможно, именно в ней случайный читатель найдет силу и пойдет по жизни дальше, зная, что не одинок в своем несчастье.

Вставай, дорогой, за мою спину, ничего не бойся и просто наблюдай за мной и за своими чувствами.

Пойдем…

Введение

Все люди, которые встречаются нам с момента рождения: наши мамы, папы, бабушки, дедушки – даны нам для роста Души. Я поделюсь своими уроками, которые преподала мне жизнь с самого рождения, чтобы показать масштаб моего возможного состояния счастья. Я бескрайне благодарна каждому члену своей семьи, рода. Низкий поклон за ваш урок, за эмоции, которые проявляли и не проявляли ко мне. За то, что все вышло так, как вышло. Где-то мне придется озвучить не самые приятные факты, я долго размышляла, затрагивать их или нет в этой книге. Я боялась обидеть вас и память о вас, но пришла к выводу, что я пишу лишь о своих эмоциях и переживаниях, и о «кино жизни», которое смотрела я, взаимодействуя с вами. Либо писать честно, либо в этом действии нет смысла. Вы простите меня, если что.

Жизнь начинается с того момента, когда мы принимаем все исходные данные своей истории и каждого человека в ней. Посвящаю эту книгу благодарности своему роду, каждому члену моей семьи и всем людям, оказавшим влияние на мой жизненный путь. Каждый из вас приблизил меня к безусловной любви, которая в итоге позволила мне создать красивую и свободную жизнь мечты! Удалось это только после того, как я заново полюбила каждого из вас.

Когда стрелка будет здесь —
я вернусь

Мое самое первое воспоминание, когда я осознала, что я – это я, когда поняла, что нахожусь здесь, на этой земле, было таким.

Мне 5 лет. Мы с мамой стоим друг напротив друга в бабушкиной квартире в Москве. Мама опускается ко мне на корточки, показывает на старый квадратный будильник с фосфорными стрелками. «Когда стрелка будет здесь, я вернусь», – говорит мама, я на грани слез, не хочу, чтобы она уходила. Следующий сюжет, который я помню, произошел спустя несколько минут. Я в слезах совсем одна, стою на деревянном балконе и вижу, как моя мама выходит из подъезда и садится в машину к какому-то полулысому дяде. «А как же я? Куда ты уходишь без меня? Зачем? Мне так больно – не уходи. Часы будут длиться вечно, ты мне так нужна сейчас, мама!» Я стояла у окна и с балкона наблюдала, как они уезжают. В центре солнечного сплетения все сжималось, мой мир рушился, слезы текли по щекам. Это моя первая рана, которую помню, и мое первое воспоминание о себе.

Незадолго до меня

Привет! Меня зовут Наталья Долгачева, я родилась в центре Москвы в красивом доме, если ты, читатель, был в этом городе, мог его видеть. Два полукруглых дома на Ленинском проспекте около площади Гагарина. История моей Души в этот раз начинается с тихого двора этого дома. Здесь в советское время давали квартиры высокопоставленным людям, чиновникам, такими были и мои предки. Именно в этом доме судьба решила свести два сильных и кардинально разных клана, чтобы появилась я, случайно появилась я. Именно здесь встретились мама и папа. Тогда или задолго до моя Душа выбрала прийти именно к этим людям и в эту семью, а точнее, в две семьи, как лед и пламя не похожие друг на друга. Выбрала получить опыт жизни между двух полярных стихий, которым никогда не суждено примириться.

Ты есть то, что ты наблюдаешь

Наше подсознание в детстве устроено как кассета. Оно записывает все, что видит, слышит и чувствует, чтобы потом воспроизвести подобное в жизнь. Мне долгое время казалось, что все, что происходит в моей двухсоставной семье, есть норма. Холод, страх, бесконечные разногласия, споры и ссоры, сарказм, доминирование, обман. Я считала, что нормально не хотеть идти домой, жить на две семьи и быть между ними камнем преткновения и объектом ссор. Испытывать постоянное чувство вины. Трястись от страха в кровати, в своей комнате, невольно слыша через розетку, как на кухне отчим эмоционально насилует маму из-за меня, а она плачет.

А что, бывает иначе? Есть дети желанные, а есть случайные. Я тот самый вариант, о котором говорят «по залету». А мои родители те самые люди, которые подчинились социальным псевдонормам и решили пожениться по причине беременности. Банальная до безобразия история. Таких семей в то время было очень много, и давление социума, слюбится и стерпится, было сильнее, чем изъявление Души и желание быть счастливым по-настоящему.

Брак моих родителей продержался полтора года. Я очень много изучала вопрос «случайной беременности» со стороны метафизики и различных религий. Пришла к выводу: мир слишком умен и мудр, чтобы допускать такие случайности. Значит, Душе, выбравшей таких родителей, как, например, в моем случае, вместо полной и любящей семьи нужно было получить данный опыт. Проходя его, делая выбор в сторону озлобленности или принятия и любви, в сторону роста или деградации.

Я буду твоим папой, или Детство, в которое не хочется возвращаться

Я родилась, и через полтора года мы с мамой переехали жить к бабушке. Родители развелись. Конечно, за это время в моем подсознании не успело сформироваться ни одного теплого чувства о жизни в семье. Улыбающихся маму и папу вместе, в обнимку, я смогла увидеть только на одной случайно обнаруженной фотографии из их молодости. Фотографии, где мы втроем, нет. Как не было ощущения безопасности и любви родителей ко мне. После курсов психотерапии я стала взращивать их в себе искусственно. К фотографии мамы и папы в фотошопе приклеила себя и, смотря на нее, пыталась представить, что чувствуют дети, окутанные любовью по праву рождения. Самостоятельно рождала и усиливала в себе эти чувства, так как без них жизнь пропитана страхом, холодом и теряет всякий смысл. Тебе в прямом смысле не хочется жить.

Возможно, поэтому у меня никогда не было тяги к созданию семьи. Когда ее просто нет, это одно, но с этого моя история только началась. Все, возможно бы, сложилось иначе, но появился ОН! Мой самый строгий, безжалостный, грозный учитель!

На момент написания книги у меня нет ни малейшего сомнения, что наши Души встречались в прошлой жизни. Да, мне близка концепция перерождения, иначе все происходящее в жизнях людей не имеет смысла. Я, видимо, очень плохо повела себя с его Душой в прошлом, по-другому оправдать его природную ненависть ко мне у меня не вышло.

Он – это мой отчим Владлен Мариунпилович.

Все не задалось с первой встречи.

Не секрет, что маленькие дети при рождении имеют сверхспособности, основанные на тонком и чувствительном восприятии мира. Маленький ребенок может чувствовать энергетический фон, исходящий от людей и других живых существ. Ощущать пространства, выбирать самые честные реакции.

Первое знакомство с отчимом, которое я помню, происходило так. Мама показывает мне дядю, который стоит напротив, я чувствую его взгляд. Первое, что мне захотелось сделать – спрятаться за мамину ногу, что я и сделала. С самой первой встречи я почувствовала, что этот человек опасен для меня. И мои предчувствия оказались правдивы.

Случаи, когда женщина с ребенком после развода выстраивает новые отношения с мужчиной, на каждом шагу. А вот вариаций, как это происходит, не так много. Либо все по любви, либо так, как ему захочется. Мой отчим выбрал тактику: я заменю ей отца. Но как можно заменить того, кто и так есть? Кто жив, здоров, с кем маленькая девочка связана кровью и к кому она безусловно тянется.

Образ отца в понимании отчима значил: дать, где жить, дать, что есть, свозить за границу, на море, договориться о блате в учебном заведении, которое считается в определенных кругах престижным. Наверное, это немало, если ты позволяешь ребенку получить все остальное от того, кто готов это дать. О понимании, душевности, нежности, заботе, моих интересах речи не шло. Был лишь определенный шаблон поведения, которому я должна была следовать, чтобы быть образцовым ребенком. Слушаться, молчать, кивать, быть удобной, хорошо учиться и делать все, что скажут. Но он не знал тогда, с какой Душой ребенок наведался к нему в жизнь в довесок к выбранной им женщине. И что стандартные меры воспитания могут обратиться бедой.

Отношения мамы и отчима стремительно начали развиваться. Мы переехали в его квартиру, через время стало очевидно – я ему не нравлюсь. Я никак не могла понять, почему он, взрослый и сильный мужчина, так жесток к маленькой девочке?! Чем же в свои пять лет я могла ему навредить? Он военный, полковник, будущий генерал. А мое присутствие вызывало в нем мощную агрессию, которая сначала в основном выливалась на маму в форме эмоционального насилия, а от нее уже на меня.

Конечно, мне было все нельзя.

Он запрещал мне свободно проводить время с родным папой и его семьей, с бабушкой по папиной линии, которую я очень любила. Мне запрещалось звонить ей, когда захочу, только если в тайне от него. Когда было совсем нестерпимо больно, я тихо в слезах звонила ей, чтобы согреться от тепла любящего голоса. Я всегда боялась быть застигнутой и наказанной. Мне запрещалось ездить на семейные праздники и оставаться на ночь. Из-за этой прихоти отчима я лишилась возможности успеть пообщаться с моим дедушкой и папиным родом, которые не дожили до времени моей свободы. Встречаться можно было очень редко и ограниченное количество часов, ну, или опять же в тайне.

Помню, когда бабушка на этих тайных встречах мне что-то дарила, платья, игрушки, приходилось придумывать, как это спрятать и пронести в дом, чтобы он не заметил. Если отчим узнает, что мама разрешила мне встречу, опять будет скандал, в котором виновата я. Поднимаясь в лифте, у меня потели ладошки и я думала, хоть бы дверь открыла мама, чтобы я успела спрятать все в шкаф в прихожей. Я до сих пор испытываю страх, когда, возвращаясь домой, зная, что там кто-то есть. Вероятно, это одна из причин, по которой мне спокойнее жить одной.

Почему-то мама и ее родители выбрали позицию бояться его. Что было страшного в этом человеке? Он умел уничтожать морально, давил, манипулировал, обливал холодом и избивал словом. Еще ему очень нравилось делать все то же самое публично, на семейных застольях. Помню, как после веселых выходных у папы, иногда их все же удалось согласовать, я вернулась с детскими татушками-переводилками на руках, как только мама увидела, начала отдирать их жесткой мочалкой, лишь бы отчим не увидел, что после встречи с папой и его семьей я вернулась с этой картинкой на руке. Ругали меня за все.

Чуть позже он стал унижать и уничтожать образ родного отца в моих глазах. Убивая на корню возможность в будущем построить доверительные отношения с мужчинами. Очень странно, страшно, обидно и больно было слышать: «Твой родной отец – тряпка и ничего для тебя не делает. И вообще, он собирается подарить тебе квартиру? А денег даст на обучение?» Хотя он знал, что финансовое положение моего папы отличается от его.

Вот прямо так прямым текстом с самого детства. Я слушала все это, пряча глаза в пол, а тело сжималось от страха. Мне хотелось кричать: «Не трогай моего отца, я люблю его таким, какой он есть. Откуда я знаю, что он собирается или не собирается для меня делать? И вообще, я ненавижу тебя, кто ты такой?!»

Как-то после очередного семейного «разговора за ужином», наполненного понуканием меня и обсуждением никчемности папы, я не выдержала и убежала в комнату. Мама пошла за мной. Я думала, что сейчас она обнимет, защитит и успокоит. Скажет, что она все решит и дело не во мне. Мама была зла, потому что из-за меня (как я тогда считала по незнанию) в ее новой семье опять скандал. Придя в комнату, я закричала: «Я хочу, чтобы он поскорее умер, я ненавижу его!» Дальше случился первый и последний раз в жизни, когда меня ударили. Я получила по губам, и, как штамп, в моем сознании отпечаталось фраза, сказанная мамой: «Я живу с этим человеком, а из-за тебя все скандалы, почему ты не можешь быть просто нормальной, что, так сложно?» Мне было десять лет, после этого я замолчала на долгие двадцать. В тот момент моя вера в силу семьи утекала вместе с моими слезами надолго, возможно, навсегда.

Многие люди мечтают вернуться в свое детство, вспоминая его как что-то приятное. Мое детство – это поле боя и одна большая вражда, конечно, в нем были теплые моменты, но основной фон был иным. Мне казалось нормой жить в постоянном страхе, в чувстве вины, напряжении и ожидании нового скандала или, например, суда, которым Владлен Мариунпилович меня запугивал. Он часто говорил: «Наташа, ты подумай, вот на суде спросят, с кем ты хочешь быть? И тебе надо будет выбрать, ты подумай! И о маме подумай – не обижай ее!»

А смогу ли я дать ответ, думала я. Одно знала точно – я хочу быть подальше от отчима. Мое детство до 15 лет было адом, и я бы не хотела вернуть и прожить заново ни один его день. Все детство мне хотелось скорее стать взрослой.

Папа и мама

Вернемся немного назад.

Мои папа и мама познакомились во дворе дома на Ленинском, их подъезды находились друг напротив друга. Моя мама – красивая, добрая и очень правильная, папа – добряк, первый парень на деревне, душа нараспашку, единственный сын в обеспеченной по тем временам семье. Их родители статусные, красивые, интеллигентные советские люди, имеющие весомое положение в обществе. Те самые идеальные внешне советские семьи с большими «скелетами» за дверями их домов.

Если сдуть всю эту красивую пыль, которую так любили в СССР, то откроется очень неприятная картина. Тогда считалось нормой – играть ради поддержания иллюзии красивой реальности. Холодный, эгоистичный муж, но главное, чтобы зарабатывал. Жена, конечно, красивая, обязательно послушная, умеющая закрывать на все глаза, жертвенно терпеливая, даже к тому, что терпеть не стоит. И, конечно, ставящая во главу угла жизнь мужа, дом, быт. Изменяет? Ничего! Он же мужчина, зато денег в дом приносит, разводиться? Ты что! У тебя же дети, а что скажут люди?! Курит? Плюет на то, что важно тебе? Ничего! Терпи. Ну, вы поняли. Когда ты ребенок девяностых, родившийся по случайности у восемнадцатилетних родителей, по негласному правилу твоя жизнь переходит под опеку бабушек и дедушек, так было у меня.

Сила рода

С рождения я попала в мир хаоса семейных взаимоотношений. Моей потребностью, такой же, как дышать, было разобраться с тем, что тут происходит. Кто эти люди, из чьей плоти и крови я создана? Почему они враждуют? Неужели это норма? Что есть правильно и неправильно? Я хотела разобраться во всем, чтобы понять, кто же есть я? И как мне выжить в этом мире? И я разбиралась.

Мой дедушка по папиной линии предприниматель. После развала СССР открыл свою фирму, которая снабжала всем необходимым процесс создания дорог. О нем писали в газетах. Очень красивый, шикарно одетый и вкусно пахнущий, с сильной энергетикой и прекрасным чувством юмора. Он умел заводить знакомства, создавать нужные договоренности. Он прошел путь от деревенского пацана, где он был пятым ребенком, до успешного, богатого предпринимателя. Всегда жил на широкую ногу. Он водил меня по ресторанам. Видимо, от него у меня безусловная любовь к кафе и празднованию жизни. Помню, как мы пришли в одно заведение и сели на барные стулья возле стойки. Помните, как раньше выглядели рестораны? В каждом обязательно была барная стойка с высокими крутящимися стульями. Мы садились и вертелись на них. Задача была сделать оборот вокруг себя и первым увидеть глаза другого. Пишу и улыбаюсь. Ведь вы только представьте: мужчина в свои пятьдесят пять, высокий, с солидным животиком, в шикарном костюме, дурачится с ребенком, вертясь на стульях в ресторане. Правда же мило?

Его не стало рано, он очень много курил, и рак носа убил его в возрасте 60 лет. Я успела с ним пообщаться, пусть и не много. В моей памяти остались воспоминания о нем, и я чувствую нашу схожесть. Думаю, что именно он по Вселенской задумке должен был быть мне опорой – образцом мужской силы. Теплым, нежным, заботливым, моим тылом и защитой. Мне всегда казалось, что он тот мужчина на земле, который любит меня больше всего на свете, не папа, а именно он. В самые сложные свои времена, когда дедушки уже не было на земле, я всегда обращалась к нему за помощью. И именно тогда я начала замечать, что мир – это не только то, что мы видим глазами, есть что-то еще, более тонкое, вечное. Ведь дедушки уже нет, а как будто есть.

О его смерти я узнала заранее. Мы были с мамой и отчимом в гипермаркете, на еженедельной закупке продуктов. Я знала, что дедушка болел. Везу тележку, и мне приходит мысль. Мой дедушка красивый, сильный, и с ним все будет хорошо, он всегда будет жить, несмотря на то, что умер. Как такое возможно? Подумала я тогда и очень удивилась этой мысли из ниоткуда.

Уже вечером мне сказали, что дедушки нет. В первую ночь после его смерти мы встретились. Он пришел ко мне, это был не совсем сон, состояние, когда засыпаешь, но еще не спишь. Спустя много лет я узнаю, что это называется осознанные сновидения. Он сказал мне, что с ним все хорошо, что он меня любит и всегда рядом. Он был снова молод. На утро я проснулась с четким ощущением спокойствия за него. Это было мое первое видение – после я четко буду ощущать, когда наступит срок и уйдет тот или иной человек.

Слава богу, для этого мне нужно только задать вопрос, и я сама регулирую приход такой информации. Каждый дар – это большая ответственность, и обладая им, ты платишь цену за его неверное использование. На похороны меня не пустили, аргументировав это тем, что пусть в моей памяти дедушка останется красивым. Его болезнь, говорят, изрядно испортило его лицо. До 28 лет я больше не попаду ни на одни похороны. Мне было 12 лет.

Первые проявления моей осознанности

Вот рождается человек, живет. Его учат, что белое – это белое, черное – черное. Ты берешь это за правду. В моей жизни все было не так. Волшебство, или как это потом назовут, эзотерические способности начали проявляться у меня с самого раннего детства, но моя семья была линейна в восприятии мира и, скажем так, фактична: что вижу, то есть правда, чего не вижу, того нет, поэтому никаких особенностей в восприятии мира во мне не замечали. Они не видели мою суть. Не потому, что не хотели, а потому, что не имели нужных знаний у себя. Чтобы разглядеть чудо в другом, необходимо как минимум знать, что оно вообще существует. Сейчас я думаю, что это тоже было частью плана – моей жизненной задачей. Прорваться через рамки и шаблоны, раскрыть силу в данных обстоятельствах, найти себя в себе, вспомнить, кто я есть.

У меня часто было ощущение, что я здесь и не здесь одновременно. Как будто я смотрю на происходящее через грязное окно. Так ощущается потерянная суть самого себя, незнание самого себя. Но именно факт осознания неправильности момента, происходящего с тобой, есть первые признаки осознанности. У меня было очень много внутренних переживаний, как будто я жила двойную жизнь, одна для внешнего мира, а вторая – моя внутренняя. Они очень разные, заметить это было уже маленькой победой, но все внутри требовало единения. Хотелось так, чтобы внешне и внутренне было соединено в одну красивую историю, хотелось чувствовать себя целостной.

Любовь всей моей жизни – Лима

Даже отправляя человека в самый непростой жизненный путь, Вселенная заботится о нем и дает людей в поддержку. Я наблюдала это в историях многих непростых судеб, в моей тоже был такой человек.

Лучиков поддержки было много.

Один самый яркий – моя любимая и любящая меня бабушка Лима. Мама моего отца. Я никогда не называла ее бабушкой, всегда по имени Лима. Леомара – ее полное, достаточно необычное имя. Удивительный человек. Благодаря ей я все же узнала, что такое любовь, поддержка. Что значит любить, как надо человеку, а не как умеешь. Лима с самого детства мой праздник, наверное, такой и должна быть настоящая бабушка. Благодаря ей в моем детстве были все игрушки мира, которые я только захочу. Новомодные тамагочи, говорящие попугаи, птица феня и ее фенечка. Моя комната ломилась от барби, одежды для нее, карет, домов, лошадей. Она постоянно водила меня в цирки, музеи, театры. У всех детей был билет на одну елку, а у меня на пять за один Новый год. В «Макдоналдс» с Лимой можно было заказывать все, что хочешь, и в любом количестве. Уже тогда я ощущала приятную странность, всех ругают за «Макдоналдс», а моя бабушка кушает со мной гамбургеры и биг-маки. Именно ее поведение и отношение к деньгам послужило причиной отсутствия страха чего-то не иметь. Я точно знала с самого детства, что деньги – это не проблема. Либо они есть, либо надо сделать так, чтобы они были. «У меня всегда все есть, и у меня на все есть деньги» – эта установка сформировалась прочно и на всю жизнь. Она стала крепким фундаментом.

Лима поддерживала меня в самых-самых безумных затеях. Хочешь жить в шестнадцать лет с парнем? Ок! Сшить восточный танцевальный костюм за две ночи? Ок! Хочешь проехать полмира на машине? Ок! Хочешь открыть бизнес? Ок. Ей можно было рассказать все и знать, что даже самая безрассудная твоя идея никогда не будет обесценена и отвергнута. Она умела слушать и слышать. Думаю, вы понимаете, насколько это ценно для каждого – быть понятым. Она всегда была в хорошем настроении, 90% времени точно! С Лимой мы ездили по магазинам за одеждой, а в детстве – по рынкам. Скупали мне самые красивые платьишки, тратили кучу денег просто так на развлечения. Могли купить гору киндер-сюрпризов, чтобы найти одну недостающую игрушку в коллекцию, могли делать кучу попыток у автомата с мягкими игрушками, чтобы наконец вытянуть желанную. Лима была причиной моей детской радости. Всегда поддерживала то, что вызывало у меня улыбку на лице. Лима – удивительный человек, с которым мы успели все – от а до я, от радости до разговоров о смерти, я еще расскажу о ней чуть позже. Этот человек и его поступки достойны отдельной книги.

Мамина линия огня

Еще в моей жизни были Дедушка и Бабушка по маминой линии.

Это люди, которые показали мне, как жить правильно для мира.

Люди, которые стояли на чаше весов «правильная жизнь» и, конечно, были на стороне мамы и отчима. Если семья отца – это полная свобода действий, то в этой правили жесткая дисциплина и полный патриархат. Мужчины могли вести себя как угодно, а женщинам должно было всех обслуживать. Сглаживать углы, не допускать конфликтов, которые мужчины считали своей обязанностью разжечь. Мужчина всегда прав. Даже когда не прав, сделай вид, что он прав, лишь бы не было скандала. Ты же женщина – промолчи, вот такая была политика. Как же меня это всегда бесило, я всем сердцем чувствовала, что какая-то это нечестная игра.

Еще все следовало делать шаг за шагом, никаких всплесков радости, интуитивного поведения, все от ума. Не выучишь таблицу умножения? Будешь дворником, быть дворником считалось быть низшим слоем существования, как будто дворники не люди, а прокаженные. Не поздравишь дедушку с днем рождения – будешь навеки изгнана, так себя не ведут. Все должно быть по негласному семейному протоколу. В этой семье воспевался статус. За семейными обедами никто никогда не говорил о чувствах, переживаниях, важны были успехи, внешние заслуги, чины, регалии, достижения, в общем, все то, что явит тебя внешнему миру как властного человека, успешного победителя по жизни. Застолья – это были единственные церемонии, где можно было услышать: «Мы тебя любим, ты у нас такая-растакая, желаем того-то, будь счастлива и здорова».

На семейных званых обедах я никогда не видела живых людей. Не знала дедушку как человека, хотя, в отличие от дедушки по папиной линии, у нас было достаточно времени для общения. Но он его никогда не инициировал. Я знала его как профессора, как человека, подарившего квартиру мне и маме, хорошего игрока в шахматы. Он никогда меня не обнимал, не говорил о том, что любит. И всегда было ощущение, что он просто смирился с моим существованием. Когда я приходила в гости, он говорил: «Наташка, зайди, покажись!» Это значило, что мне нужно заглянуть в его комнату, покрутиться перед ним, как товар, услышать «выглядишь хорошо», на этом его проявления как дедушки заканчивались. А бабушка, бабушка при нем. Как-то раз я пришла и спросила у нее: «Ты счастлива в браке? Ты прожила с дедушкой пятьдесят лет!» Она вздохнула, опустила глаза и сказала: «Да!» Но в этом да только слепой не смог бы разглядеть истину. Она до последнего играла, она до последнего была хорошей, «правильной» женой.

Наша/ваша и ничья

Исходные данные моей истории таковы, что росла я между двух абсолютно разных семей. Со стороны папы люди любящие, смело поддающиеся соблазнам, живущие желаниями. Не всегда самыми осознанными, но точно живыми. Эмоционально открытые, простые люди. Они не гнобят, не унижают. Но при этом в семье отца было мало самодисциплины и много слабости перед зависимостями от курения и алкоголя.

В этой семье я научилась выбирать свои желания, выбирать получать радость от жизни. Позволять себе все, что хочется, и знать, что могу добиться того, что поистине хочу. В этой семье я узнала, что я красива. А еще здесь я научилась легко относиться к деньгам.

Со стороны мамы – люди, живущие по правилам и в строгой дисциплине. Здесь выше статус, больше денег, дороже подарки и обеспеченней уровень жизни. При этом люди живут НЕ свою жизнь, а правильную. Поздравляют с днем рождения потому, что надо, а не потому, что хочется, говорят слова о любви, когда того требует ситуация, и их очень заботит, а что же подумают о них другие. Здесь вообще нет понятия «я хочу», тут есть надо, должен, обязан. Тут всегда ты либо хороший, когда делаешь как велено, либо виноват, что в разы чаще. Тут не обнимут от души, но дадут денег и позвонят кому надо, здесь все приемлемо и понятно обществом.

В этой семье я научилась держать себя, научилась манерам и этикету. Научилась правильно вести себя в обществе, уважать взрослых. Мне показали, какая может быть роскошная жизнь, и я стала с самого детства ставить себе очень высокие цели. Научилась достигать и выбирать лучшее, качественное для себя, не соглашаясь на меньшее. Благодаря этой семье я увидела много очень обеспеченных людей и очень рано узнала, что деньги важны, но они не имеют никакого отношения к счастью. Еще поняла, что ум, регалии и институтское образование не делает из человека человека, ведь, наверное, тогда бы такое количество умных, взрослых и образованных людей из двух семей все же смогли бы договориться и жить в согласии.

Я благодарна своим семьям за безбедное детство. И в одной, и в другой семье всегда было всего достаточно и даже сверхдостаточно. Минуя уровень выживания, с юности у меня возникли запросы духовного уровня. Мне стало интересно, что же тогда влияет на состояние счастья? Где живет любовь, нежность, понимание и взаимопонимание? Как рождаются искренние улыбки, разговоры по душам? И как прийти к жизни с открытым и любящим сердцем? И больше всего мне хотелось понять, что же не хватило моим семьям, чтобы жить в мире и любви?

Я верила, что любовь – это единственное естественное состояние для человека, вне зависимости от его статуса, пола. Без любви Душа человека не чувствует удовлетворения от всего происходящего с ним, какими бы бескрайними богатствами и статусом он ни владел. Отсутствие любви ожесточает сердца. Это внутреннее состояние позже проявляется на лице человека, со временем он перестает улыбаться и светиться изнутри, очень быстро стареет и плохо выглядит. Он гаснет во всех смыслах. Но чтобы моя вера стала реальностью, а не домыслом, предстояло пройти еще очень длинный путь.

Когда тело не выдержало

Что вы любили делать в детстве больше всего?

Я всегда любила танцевать, когда я танцевала, Вселенная кружилась. Я чувствовала, что живу. С шести лет я занималась художественной гимнастикой, потом хореографией, народным танцем. Концерты, выступления на городских праздниках, фестивали, конкурсы, подготовка номеров, костюмы, аплодисменты, гибкость тела, горящие глаза. Радостный трепет перед выходом на сцену, долгие тренировки, способность терпеть боль от растяжки, взращенная выносливость, дисциплина, прямая осанка. Все это формировалось с самого детства благодаря танцам и нашим советским хореографам. Стоять часами у станка, улыбаться зрителю, когда тело отказывается двигаться, повторять танец 55 раз за день, долго оттачивать детали каждого элемента.

Это закалило дух бойца и мое четкое намерение на жизнь – я НЕ сдамся, я смогу, я уже смогла не раз, смогу еще. Этот эффект от занятий редко озвучивают, считая хореографию развлечением, но именно длительные тренировки, повторения до изнеможения закладывают в тело информацию о его выносливости, о том, что тело может быть опорой и в случае необходимости готово преодолевать трудности.

Всем этим я жила, пока в один день не раздался телефонный звонок.

Звонила моя крестная. Еще один лучик света, любви и поддержки. Человек, который видел и чувствовал мою душу, лучик, который приходил тогда, когда становилось слишком темно и я не справлялась, а исчезал, когда видел, что я вновь готова идти своим путем. Удивительный человек, свободный от рамок и условностей.

Для которого «Я забыла поздравить тебя с днем рождения» не значит «Я не уважаю тебя». С ней был куплен первый лифчик в жизни и исследован впервые Петербург.

Только у нее хватило смелости сообщить мне эту новость: «Наташа, ты больше не сможешь танцевать, у тебя смещение позвонков в пояснично-крестцовом отделе, и при любом резком или неудачном движении позвонки могут сместиться, задеть нерв и тебя парализует. В ближайшее время будет стоять вопрос об операции, вживлении титанового устройства тебе в спину».

Бах! Свет выключили. «И это все?» – подумала я. Отберите у вокалиста голос, у писателя – перо, и вы убьете человека при жизни и без касаний.

Именно так я ощущала себя в тот момент. Танцы были единственным, что отвлекало меня от семейных дрязг, они были причиной просыпаться по утрам. Смысла жить дальше я не видела!

Здравствуй, первая депрессия в 13 лет.

Гуляя по больничным коридорам

Контрасты жизни. Вчера ты танцуешь у станка, а сегодня прикована к кровати. Поясница не выдержала. В 13 я, конечно, ничего еще не знала о психосоматике. Наличие боли в пояснице говорит о том, что человек пытается самостоятельно решить свои проблемы, взваливает «непосильную ношу на свою спину».

Я не верю в самобытность болезни сейчас и не верила тогда. Тело человека реагирует на все его эмоциональные переживания, и если с ними не работать, то низковибрационные эмоции: страх, гнев, стыд, чувство вины и так далее – со временем уплотняются, проявляются в теле, превращаясь в болезни. Постоянное ощущение давления в доме, конфликт семей, моральное издевательство над мамой и постоянный страх сделать что-то не так сделали свое. Начался период бесконечных детских больниц.

Очень резкий контраст – выпасть из мира танца, яркого и живого, в мир белых халатов, зеленых коридоров и неизвестности с нотками надежды. Все врачи в один голос твердили: нужна операция и срочно, а то у вас будет инвалид!

Нужно резать, вставлять укрепительную конструкцию, а потом через несколько лет извлекать ее. Операция сложная, но реальная. Да, вся спина будет в шрамах, да, есть вероятность, что она не будет ходить – но надо делать.

Мне было страшно, я никогда ничего не ломала, кроме ногтей. Больничные коридоры сменялись один за другим, я наблюдала за детьми на костылях и в инвалидных колясках, аппараты Илизарова, пронзающие насквозь маленькие детские ножки, океаны зеленки на швах только что прооперированных тел. Страх, неизвестность, бессилие и растерянность в глазах родителей.

Тогда в первый раз я провалилась в состояние «наблюдателя», мне казалось, что это все происходит не со мной. МРТ, рентгены, исследования, ожидание, и только слова моей любимой бабушки Лимы: «Давай зайдем в кафе после врача?» – подпитывали меня радостью. Когда ты встречаешься с вероятностью стать инвалидом в 13 лет, то одновременно знакомишься со страхом смерти.

По врачам со мной ходили в основном бабушки.

Они-то и спасли мою жизнь, именно благодаря им я избежала участи быть изрезанной в таком юном возрасте. Как они это сделали? Верой!

Они отказались верить в то, что есть только один вариант – операция. Взяли меня под руки и повели гулять по больницам. Божечки, каких только врачей, центров, массажистов и кабинетов я не видела. Каждый осматривал меня, мои снимки, поправлял очки на носу и говорил – резать! Я не помню, сколько продолжался процесс поисков, но в один прекрасный день вера бабушек дала плоды. Молодой врач, высокий, красивый, вынес вердикт, отличный от десятков других: попробуем лечить стационарно, без хирургического вмешательства. Будет долго, нудно, потребуется много сил, но, возможно, получиться избежать операции. Готовьте документы – мы кладем ее в больницу.

Меня в больницу? Домашнюю девочку, которая в детский сад ходила со слезами, а школа всегда была адом? Да я даже в детский лагерь никогда не ездила. Пока на моих глазах набухали слезы, он продолжал озвучивать план.

Полтора месяца она будет лежачая. Вставать нельзя категорически. Лежать обязательно полусидя и спать тоже. Далее еще на полтора месяца мы наложим ей гипс на все туловище и одну ногу, чтобы зафиксировать поясницу в нужном для сращивания позвонков положении, а после снятия гипса месяц реабилитации. И это еще не все! До 18 лет обязательно носить корсет, снимая только на ночь, и четыре раза в год ложиться в больницу на месяц для проведения поддерживающих лечебных процедур.

Либо операция, которую вам предлагают все. Выбирайте!

Первый месяц в «Туристе»

«Турист» – государственная больница, расположенная под Дмитровом. Была построена немцами. Чистый, прекрасный, красивейший проект, сильно отличающийся от других больниц Москвы. Меня отправили туда. И вы сейчас удивитесь, но это стало моим спасением не только для тела, но и для души.

Больница состояла из пяти корпусов по два этажа в каждом. Мой был четвертый, палата на первом этаже под номером 5. Большие светлые палаты, по шесть человек в каждой, игровая с бильярдом и телевизором, столовая, бассейны, процедурные, залы для гимнастики. Выглядело все очень даже уютно.

Но когда ты домашний ребенок и внезапно на долгий срок оказываешься в окружении детей разных возрастов с разными привычками, характерами и воспитанием, плюс у тебя редкая болезнь – это дикий стресс.

Первый месяц я отказывалась есть. Я плакала, плакала постоянно и ничего не ела. В голове крутились одни и те же вопросы: «Как это могло произойти со мной? Кто все эти люди?» Вы бывали в детском лагере? Дети, особенно подростки, бывают очень злыми. Они пробуют свою самость друг на друге, доказывают, кто круче.

Девочки-соседки постоянно ругались матом, опасность была повсюду 24/7, общий туалет, ванна одна на 30 человек на этаже, и еще мне нельзя покидать палату. Мама почему-то меня практически не навещала, я хорошо помню Лиму и крестную в эти первые самые страшные дни.

А потом появилась она, Вселенная вновь направила мне в поддержку удивительного человека, который стал моим проводником и опорой на этом сложном этапе жизни.

Ольга Борисовна!

Значит, лежу я в палате, реву, не ем уже несколько дней. Распахивается дверь, и в нее врывается высокая крупная женщина, очень похожая по энергетике на Хагрида из «Гарри Поттера». Большая грозная женщина с добрыми глазами! И звали ее Ольга Борисовна!

А вместе с ней в мои барабанные перепонки вторгается громкий и строгий голос: «Таааак, кто это тут лежит и не ест, медсестры жалуются! Ну-ка есть, быстро!» – я обалдела. Дальше она буквально кидает мне на колени поднос с едой: «Быстро ешь, и будем математику делать!» От неожиданности я перепугалась и закинула пару ложек обеденного супа и картошки пюре в рот. Точно так же быстро, как и появился, поднос исчез с моей кровати, и на его место прилетели тетради. Я даже сообразить не успела, как обнаружила себя решающей задачи с этой грозной дамой. Оказалось, родители попросили одну из воспитательниц позаниматься со мной. Ольга Борисовна – любимейший мой человек, она оказалась моим наставником, а я – ее любимицей. Именно она пройдет со мной весь этот больничный путь до моего совершеннолетия, станет свидетелем первого поцелуя, первой любви и первой разорванной нити, связывающей меня с ужасными требованиями отчима.

Моментами она была резка, но, наверное, это был единственный правильный вариант поведения в то время. Когда нужно быстро привести ребенка в чувства и вытащить из жалости к себе.

Она воспитатель от Бога. Я до сих пор не понимаю, как у нее получалось ругать и наказывать с такой любовью. Поддерживать дисциплину в этом сумасшествии и быть опорой деткам, таким же, как и я, по воле судьбы оказавшимся в этой больнице. И что вы думаете? «Турист» стал моим вторым домом. Только на этот раз теплым, заботливым и родным по-настоящему.

Больница «Турист»

Вселенная меня в буквальном смысле спасла. Через болезнь вытащила в мир других людей, которые, на мое удивление, оказались очень добры по отношению ко мне.

Первые два месяца в «Туристе» пролетели очень быстро. Через несколько недель в палату подселили еще одну девочку с таким же заболеванием, и мы проходили путь лечения вместе, вместе были лежачими. Она была старше, и, общаясь с ней, я училась быть уверенной в себе. Я не буду описывать детально, но оказалось, что быть лежачей не так уж и страшно, и можно придумать кучу дел, которыми себя занять. А вот ходить по уши закатанной в гипс и на костылях оказалось малоприятным занятием, но я прошла и это. С тех месяцев я помню лишь разговоры с девочками по палате, нянечек, которые приходили обслуживать меня, и бабушек, что привозили мне гостинцы, которые мы всей палатой кушали после отбоя в темноте.

Были уколы, массажи, электрофорезы, гимнастики, таблетки и еще масса процедур, но все это на фоне радости от общения и тепла окружающих людей ушло на второй план.

Возвращаясь в больницу из раза в раз после базового лечения, я стала замечать, что встречают меня уже знакомые лица. Мне уже можно было ходить, и я начала активно проявляться в кругу других детей, воспитателей и медсестер. Тут я совершенно случайно узнала о себе много нового. Оказалось, у меня есть лидерские качества, и не мало! После 13 лет в семье, где я не имела никакого права голоса и находилась в постоянном страхе, это стало для меня открытием! Еще пришло понимание, что я красива, обладаю внутренней силой и притягательностью.

Вроде это было лечение, но воспринималось как лагерь, в который мне нужно ездить четыре раза в год на четыре недели, а что, неплохо. У меня появилась альтернатива жизни в оковах гнетущей обстановки дома, возможность не слушать плач мамы за стенкой, не прислушиваться по вечерам к грозным угнетениям отчима, другими словами, у меня появилось время и место для спокойной жизни в более экологичной среде. Моя самооценка начала расти не по дням, а по часам.

Ну и, конечно, ближе к пятнадцати начались приключения нового уровня. Первая любовь, первый поцелуй, первая написанная для меня и спетая мне под гитару песня от мальчика старше. А вы помните, да, как это важно в подростковом возрасте? «Турист» – это постоянное общение с очень зрелыми детьми, сильными и эмоционально стойкими, потому что в их жизнь очень рано пришла болезнь, которая заставила стать борцами и подобрать сопли, познать ранее не знакомые переживания, стать духовно взрослыми, чтобы в итоге выжить.

За время в «Туристе» я окрепла к восприятию чужой боли и разнообразию жизненных судеб. Я видела много: детей карликов, переломанные спины, огромные горбы, изогнутые в разные стороны ноги, руки, инвалидные коляски, но знаете, несмотря на физические страдания, это были очень светлые дети, по-настоящему светящиеся изнутри.

Еще за время в «Туристе» моя жизненная копилка пополнилась различными навыками. Ребята постарше научили меня играть в бильярд, достаточно неплохо, скажу я вам, в колледже в компаниях на свиданиях этот навык мне очень пригодился и выделял из толпы. Я была организатором и участником в большом количестве праздников, соревнований. А еще, когда в шестнадцать лет твоя палата находится на одном этаже с тремя палатами мальчиков, ты автоматически осваиваешь все навыки флирта. Боже, сколько дискотек, медленных танцев, обнимашек и держаний за руку было в то время.

Так трагедия стала спасением. А моя болезнь вытащила меня совсем в другой мир. Мир, в котором я начала чувствовать себя живой и обрела очень хороших друзей, знакомых и первую любовь.

У нас все дома!

Я взрослела и становилась смелее. Благодаря регулярным поездкам в больницу «Турист» стала понимать, что происходящее дома не нормально.

Дети рассказывали о своих родителя, об отношениях дома, о дружбе, тепле, о том, как они проводят время вместе, и все больше вопросов рождалось в моей голове.

Ждать долго не пришлось. Через несколько лет после истории со спиной меня нагнал следующий жизненный урок, который развернул мою жизнь на 180 градусов и сделал меня такой сильной и счастливой, какой я являюсь сейчас, когда пишу эту книгу.

Мне было 16 лет, я возвращалась со встречи. Была в гостях у папы и бабушки Лимы. Мне было сказано быть дома в 21:00. Я не помню, как так вышло, но я пришла позже минут на пятнадцать. Бабушка Лима проводила меня до подъезда, мы попрощались. Поднимаюсь в лифте, сердце в груди бешено отбивает ритм, так было каждый раз при возвращении домой. Окутывает страх, сейчас предстоит прятать глаза, бояться сказать лишнее, чтобы не получить колкой, язвительной фразой в поддых.

На этаже звоню в новомодный по тем временам звонок у двери с видеокамерой. На той стороне отчим берет трубку: «Дааааа», – протягивает, отвечаю: «Это я». Он: «У НАС ВСЕ ДОМА», – и вешает трубку. Он мне не открыл! Он не пустил меня в дом. Девочку, здоровую, красивую, умную, способную, добрую. Не пустил домой в 16 лет!

Я не знаю, на что он рассчитывал, поступая так. Возможно, думал, что я буду биться в истерике под дверью, умоляя пустить меня в дом, или желал насладиться унижением меня и открыть, когда я выбьюсь из сил и усну под его дверью, свернувшись калачиком. Но он явно не ожидал того, как поступила я.

Услышав: «У НАС ВСЕ ДОМА», – я подумала: «Ок! Что делать?» Дальше мое тело само приняло решение, то, на которое он явно не рассчитывал.

Я спокойно развернулась, вызвала лифт и ушла, ушла навсегда!

«У НАС ВСЕ ДОМА» – именно с этой фразы в шестнадцать лет началась моя взрослая жизнь. Когда я услышала ее в тот вечер, не почувствовала ничего, как сейчас понимаю, включился белый шум. В момент свалился железный занавес, и мое сердце закрылось от любви, жизни и самой себя, но, думаю, именно это спасло меня, дав пережить удар.

Выбежав на улицу, я на полпути догнала бабушку, которая шла по направлению к метро. «Наташа, что случилось?» – «Он не пустил меня домой!»

Лима: «Как не пустил?» – «Вот так». Бабушка развела руки, в ее глазах я увидела негодование, непонимание. Я не знала тогда, сколько ей стоило сил не обозвать его самыми дурными словами – но она этого НЕ сделала, в отличие от отчима, она никогда не позволяла себе подобного, сколько бы вреда он мне ни причинял! Я очень рано усвоила, будь ты хоть генералом, хоть пупом земли, ни один чин не сделает тебя человеком, если ты лишен совести, уважения и сострадания.

Моя любимая, сильная и любящая бабушка не была генералом – но ее величие было безгранично.

«Поехали», – сказала она, и мы пошли к метро вместе…

Бабушкин халат и тапки

Когда ты подросток, девочка, и тебе шестнадцать лет, в твоей жизни очень много привязок, так сказать, заземлений, якорей, без которых ты ощущаешь себя потерянной. У кого-то это постеры на стенах, определенная обстановка в комнате, так сказать, подростковая конура. Укромный панцирь, в котором можно спрятаться, когда теряешься в многообразии этого безумного мира.

Гормоны, жажда свободы, необходимость мириться с законами семьи – все требует от тебя еще не сформировавшегося навыка защищать себя, и лишь одно убежище на всей планете – твоя комната. Я не представляла свою жизнь без моих полотенец, определенного постельного белья, тапочек, пижам, кремов, одежды, которую готовила с вечера. Мой письменный стол, кассеты с музыкой, кровать, ванна. Все тактильное, мягкое и очень важное для моего эмоционального состояния.

А тут я оказываюсь на прокуренной кухне, в жестком бабушкином халате и протертых тапочках. Отец курит, включен телевизор, напротив Лима и мой разрушенный в очередной раз в пух и прах мир. Ах, да, и закончившееся внезапно детство. Не было долгой сепарации – раз, и все, канат обрублен, больно и пусто. Плыви по этой жизни как хочешь или не плыви!

Мама не звонила. Хотя она была дома, в той самой квартире, куда меня не пустил отчим. Тогда я даже не задалась вопросом: «А почему она меня не защитила? Почему не послала его и не открыла мне дверь сама? Почему не накинула на себя куртку и в домашних тапочках не побежала на улицу догонять меня?»

Меня всегда учили уважать взрослых, особенно маму, что в мою картину мира даже не просочилась мысль о том, что в этот момент она меня предала, она не защитила меня. Я очень сильно верила, что мама самая лучшая на свете, очень любит меня. Она правильная и всегда знает, как поступить. Мозг буквально игнорировал ее существование в этой ситуации, просто выкинул из всего случившегося, как будто кадр затерли. Отчим был врагом, а мама – мамой. Я не допускала мысли, что она могла и, наверное, должна была вступиться за меня, за свое дитя.

Мой отец хороший, в глубине души я чувствовала его любовь. Очень добрый, но слишком мягкий, я рискну сказать, безвольный, что лишило его жизнь всякого трезвого смысла. Он никогда не отстаивал своего мнения перед миром и быстро подчинялся воле других людей. С восемнадцати лет с сигаретой в зубах и с пивом в руке. Спрятаться в дыму и алкоголе было его выбором, позволяющим существовать. Хотя, мне кажется, он мог стать очень творческим поваром, музыкантом или путешественником. Он курил по две пачки в день, на кухне, в туалете, на балконе. Запах распространялся по всей квартире, выходя из которой, ты пахнешь, как пепельница.

И вот мы сидим, мои эмоции берут верх, и я начинаю рыдать в голос. Он отрывается от телевизора на пять минут, говорит: «Татуська, не плачь», – и вновь уходит в сериал. Он же важнее, чем родная дочь, которую чужой мужик пару часов назад не пустил в дом. Как же он был нужен мне в тот момент.

Я много раз прокручивала в мыслях иной вариант. Вот если бы он выключил телевизор, затушил сигарету, обнял, дал мне прочувствовать его защиту, до боли нужную и желанную безопасность, за ощущение которой в детстве и должен отвечать отец. Если бы возвращение дочери в его жизнь стало достаточной причиной, чтобы бросить курить и пить, если бы он продумал со мной план действий и сказал, что никому меня больше не отдаст и что все у нас будет хорошо. Но нет! Это из жизни других девочек.

Мой отец «убежал», выбрал сериал, сигареты и алкогольное забытье. Не помню, как долго я плакала, но когда слезы закончились, мне стал виден единственный выход – стать борцом, борцом и победителем в жизни! Начиная с завтрашнего утра!

Хоть унитазом меня назови

С самого рождения в меня как будто вмонтирован внутренний компас, указывающий верный путь. Мое тело всегда реагировало на обстоятельства, подсказывая, как поступать. Мне сложно описать детально механизм этого процесса, но он всегда срабатывает четко. Например, когда состоялась моя первая встреча с отчимом, тело сказало – опасность, прячься.

Почему-то он очень часто на семейных застольях вспоминал этот случай и как будто гордился тем, что маленькая девочка испугалась его. Он пересказывал историю нашего знакомства из года в год, указывая этим рассказом на мою якобы трусость – я постоянно чувствовала, как он ухмыляется и упивается своим превосходством и моей уязвимостью, как будто это приносит ему несказанное удовольствие.

Когда немного подросла, я отказалось хоть как-то его называть. Мой язык просто не поворачивался произносить это имя. Только я открывала рот, ком подступал к горлу и я немела, голос прекращал звучать, тело каменело. Его это безумно злило, и он тиранил маму. Я много раз была застенным свидетелем разговоров. Мама заходит на кухню, закрывает дверь, садится с ним за стол, задает какой-то вопрос, он делает телевизор потише, и мое сердце замирает. Я лежу в своей комнате за стенкой и больше всего боюсь услышать свое имя, а потом мамин плач, это будет значить, что причина ее слез – опять я. Каждый раз этот процесс был для меня как акт повешения.

Боль, страх, в груди все сжимается, и тело парализует, ты боишься даже вздохнуть. «Твоя дочь опять меня никак не называет, поговори с ней, – заявлял отчим. – Не хочет называть папой – не надо, пусть по имени-отчеству, просто по имени – нельзя! Я ей друг, что ли? Хоть унитазом меня пусть называет!» После серии таких разговоров мама приходила в мою комнату со слезами на глазах и начинались серьезные разговоры. Она просила: «Ну назови его, ты же видишь, что происходит, неужели это так сложно?» Я не знала, что в тот момент надо мной (над ребенком) совершается сильнейшее эмоциональное насилие и что дело не во мне. Не моя вина в том, что мама выбрала себе в партнеры этого человек. Это он, взрослый человек, должен был искать подход ко мне. А заставляли это делать меня, искать милости у него.

Лишь спустя много лет, когда я сама чуть не вляпалась в похожие отношения, в книге «Зачем он это делает»¹ я узнала, что насилие – это не всегда ударить, что есть люди, которые испытывают потребность в унижении другого. Что кому-то хорошо, когда другой страдает – это странно и это страшно, потому что это психологическая болезнь на двоих. Жертва чувствует себя нужной, подвергаясь унижению, а насильник питается от слабости и немощи его жертв. Это тяжелейшее психическое нарушение, и по возможности от таких людей надо держаться подальше. Удивительно, но тираны могут быть прекрасными отцами, уважаемыми людьми, поддерживать и помогать друзьям, но как только двери его дома закрываются, а он остается один на один с жертвой – все… наступает процесс изнасилования.

Физическое насилие легко зафиксировать, а моральное – гораздо сложнее. Его последствия проявляются через время. Человек создан для жизни в любви, когда он соглашается страдать, терпеть и действовать против себя, прикрываясь интересами другого, его наказывают, отбирая здоровье.

Свобода, деньги и потухший взгляд

Да, он нехороший человек, но даже у злодея бывает приливы порядочности.

В его случае это оплаты моих поездок за границу с ним, мамой и его дочерью.

В основном он выбирал роскошные отели в красивых европейских странах.

Испания, Италия, Канарские острова, Майорка, Кипр и т. д. Надо отдать должное, вкус к роскоши у него имелся, и он привился мне. Он всегда покупал лучшие номера. Красивые рестораны, дорогие блюда, неспешный образ жизни, бутики, частные экскурсии, просмотр заграничной недвижимости. За всем этим я наблюдала и впитывала атмосферу. И, конечно, во мне росла статность, я училась себя держать.

В одной из поездок я сидела на балконе дорогущего отеля и первый раз обнаружила в себе желание «Свободы». Это был еще один скучный семейный вечер. Семейные вечера были всегда скучными, никто не смеялся, не обнимался. Единственное, что мы делали вместе – это ужинали в ресторане под фамильярные тосты и играли в дурака. Никаких просмотров совместных фильмов, приготовления блюд, ничего, что бы наполняло семью изнутри теплом от совместной коммуникации, интересной каждому.

Сижу, значит, на балконе и отчетливо слышу внутренний голос: «Интересно, а что там? А как люди живут в этой стране за пределами территории отеля? А что будет за поворотом, а что в жилых кварталах?» Я очень хорошо помню тот момент, мне кажется, он стал основополагающим в моей будущей страсти к путешествиям. Тогда первый раз я почувствовала эту тесноту «фешенебельного мира», где нужно казаться кем-то важным, а не быть собой.

Я смотрела на большое количество очень богатых людей и изучала их. Очень благодарна маме и отчиму за эту возможность. Вот человек богат, ухожен, но почему-то его глаза полны скуки и грусти. Они улыбаются из вежливости, но изнутри их разъедает тоска.

Уже тогда в раннем детстве я поняла, что деньги никого не делают счастливым. Через пару лет я окажусь в мире людей с более низким заработком и изумляюсь, как они слепо верят, что все их проблемы из-за отсутствия денег, как наполняют свою жизнь иллюзией под названием «разбогатею – буду счастлив». И удивительно, что часто человек не признается в этом сам себе. Запрещает себе радоваться без причины, по факту своего существования, а все время ждет того самого дня. Этот период жизни и путешествий показал, что люди одинаково несчастливы при наличии или отсутствии денег, разница лишь в обертке этого несчастья.

Но несчастье в бедности – безопаснее, как ни странно, так как иллюзия ожидания другой жизни дает надежду двигаться и что-то делать, а вот когда богатый человек оказывается перед этой истиной – психика выдерживает не всегда. У таких людей нет выбора, и приходится искать истинные смыслы жизни или убегать от чувства пустоты в пагубные привычки.

Расти в достатке – это определенно преимущество, заключающееся в том, что у тебя нет иллюзии, что деньги сделают тебя счастливым, что деньги дают ощущение полноты жизни. Это понимание позволяет тебе не делать лишнего, а делать то, что действительно интересно. Еще раз благодарю маму и отчима за пространство, в котором родились эти истины для меня.

Попытки примирения

Когда все это произошло, мне казалось, что во всем виновата я. Из-за меня мама страдает, из-за меня бесконечные конфликты, я плохая. После того как отчим выгнал меня, бабушки пытались решить, где я буду жить. Мамина сторона отказалась принять меня, сказав – пусть возвращается домой. Статус маминого избранника сделал свое дело – ни много ни мало уже генерал, зарабатывает много, маму обеспечил. Принять меня жить к себе означало выступить против него.

Их не смущало даже то, что у меня никогда не было полного комплекта ключей от квартиры. Был только один ключик, и я могла попасть в дом, только если там кто-то есть или вышел ненадолго и не закрыл все двери. Даже здесь Владлен Мариунпилович указывал на мою ничтожность. И это не потому, что я ребенок. У моей сестры, у его родной дочери, с самого раннего возраста были все ключи от квартиры и даже от дачи. Унизительно и больно, но рассказываю, как есть. Этот дом всегда казался мне золотой клеткой, в которой есть все, но нет самого главного – любви, нет меня и нет моей свободы.

Негласно было решено, что я останусь на Ленинском у папы и бабушки.

Через несколько месяцев я вновь легла в больницу. И как то-так получилось, то ли мама уговорила, не помню, но по возвращении я вновь приехала в ту злосчастную квартиру мамы и отчима. «Давай попробуем еще раз пожить вместе», – говорила мама. Попытка воссоединить семью провалилась. После очередного конфликта мои вещи были собраны и я окончательно уехала жить к бабушке и папе на Ленинский проспект, в ту самую квартиру, в которой родилась.

В его стиле

Несмотря на то, что я стала жить отдельно, все же периодически я приезжала в гости. Меня звали на семейные праздники. Он и мама продолжали участвовать в моей жизни удаленно. После девятого класса я по дурости своей на вопрос отчима: «Наташа, куда ты хочешь поступать?» – сказала, что хочу учиться на банковского работника. Мне казалось, что это такая красивая и взрослая профессия, каждый день ты наряжаешься и ходишь в офис. Тогда девушки, работающие в банковской сфере, казались мне пределом совершенства: короткие черные юбки, длинные волосы, белые рубашечки – красота. Я поступила, точнее я думала, что поступила сама. Много работала, училась, готовилась, сдала все вступительные. Когда узнала, что зачислена – очень радовалась. В этом возрасте очень важно собирать достижения и накапливать опыт побед, больших, маленьких, которые позже будут фундаментом и точкой опоры в жизненных приключениях.

Как то на очередной «семейной» встрече речь зашла о моем обучении. Тетя, которая приехала в гости, спросила: «Наташа, как у тебя с поступлением?» Я говорю, все хорошо, меня зачислили, сдала все экзамены. Отчим: «Зачислили, Наташа, потому что я договорился, а не потому что она готовилась!» Внутри у меня все как отрезало, высидев эту встречу, я шла по улице и плакала. Я вообще очень много плакала все двадцать первых лет жизни от пустоты в центре солнечного сплетения, от несправедливости и жестокости.

Мне было очень больно и обидно, все мои старания – пыль, которую только что стряхнули. Тело сразу среагировало, обида и гнев, я сжимала зубы и старалась медленно моргать, чтобы прохожие не видели моих слез, моей слабости. Внутренний голос кричал: «Нет! Это ты – ты молодец! Ты сидела до ночи и учила, не переживай, девочка, все будет хорошо! Ты молодец!» А отчиму, видимо, это в очередной раз принесло эмоциональное удовлетворение. Мама молчала.

Одиночество

Началась моя самостоятельная жизнь на Ленинском проспекте в 16 лет.

Да, вроде я поселилась рядом с бабушкой и папой, но по факту жила одна. Бабушка и папа на тот момент владели своей фирмой, в 8:00 они уезжали в офис и в 19:00 возвращались, весь день я была предоставлена сама себе. Уборка, готовка, стирка, ремонт, покупка мебели – все резко пришлось решать самой. Именно тогда я первый раз встретилась лицом к лицу с одиночеством. Затягивающее в темную бездну, терзающее, холодное ощущение. Тебя окутывает мрак, и ничего не видно. Вокруг только холод и лед. Тогда я вообще не имела представления, как с ним справляться. Возвращаясь домой, я всегда с надеждой смотрела, есть ли свет в окнах, может, сегодня они придут раньше и мне не будет так одиноко.

Разрешенный плод – не так уж и сладок

Раз ты не можешь изменить события, прими их. Я приняла! Завела друзей и пошла в отрыв. Я начала отчаянно тусоваться, помимо работы, бабушка и отец каждую пятницу уезжали на дачу и возвращались только в воскресенье, а летом и вовсе – в понедельник, и в моем распоряжении всегда была свободная квартира на все выходные.

Ну, а вы же понимаете, что такое свободная квартира, когда тебе 16 лет?

Божечки, сколько народу прошло через этот дом. Однажды эта двушка на Ленинском повидала разом до тридцати человек, это когда по квартире уже не ходишь, а пробираешься. По поводам и без мы танцевали на столах, которые вдребезги падали, прокуривали весь дом, устраивали диванные кинотеатры, спали в ванной, стелили матрасы на полы, превращая дом в лежбище, орали с балконов песни.

Когда в шестнадцать мне была дарована свобода, я еще училась в банковском колледже: за первый курс мы чего только ни творили, кофе с ромом и дымком на завтрак, вместо не очень важных пар мы застревали в баре-бильярдной у метро. Тогда еще можно было курить в заведениях, и этот бар превращался в одно огромное место разврата. Уезжали на дачи к знакомым и не знакомым, ловили попутки, проникали в клубы, выпивали в парках, дегустировали различный алкоголь. Конечно, заводили бесконечное количество ухажеров, рано стали познавать плотские удовольствия, глубины страстей и соблазнов жизни. Спасибо, Боже, что за это время я не подцепила никакой болячки и осталась здорова.

В этом был огромный плюс, познав весь хаос разгульной жизни до восемнадцати лет, я потеряла к ней всякий интерес после. Тусовки, конечно, были и дальше, но уже не являлись таким важным событием для меня. Когда тебе все можно, ты сначала срываешься и упиваешься этим, а потом вырабатываешь свое отношение к полученному опыту и решаешь, насколько он интересен и нужен тебе в дальнейшей жизни.

Я благодарна жизни, что она дала мне шанс познать и пройти все самой и понять, что алкоголь, курение и что похуже не могут быть частью моей жизни, так как для меня это скучно. И есть более интересные вещи, о которых мне еще предстоит узнать. Ну и, как всегда, я благодарна бабушке Лиме, что она, находя бычки в створках дверей, не устраивала мне казнь, а сводила это на шутку. Смеялась, когда обнаруживала вместо коньяка в бутылке крепко заваренный чай! Спасибо тебе, дорогая, за это! Спасибо, что дала мне возможность познать все на своей шкуре и сделать собственные умозаключения.

Дети индиго – встреча с Ангелом

Тусовки не смогли убрать разъедающее изнутри чувство одиночества, лишь на время скрашивали его. Я стала учиться быть с собой и знакомиться с ним. Вселенной это понравилось, и она устроила мне удивительную встречу. Встречу с Ангелом.

Ангелы – это не обязательно белые крылья и пухленькие малыши, ангелы проявляются на земле и в физическом теле, например, это могут быть случайные люди, которые приносят силу и веру в момент отчаяния. Моя встреча с таким ангелом состоялась на набережной Москвы-реки недалеко от дома. Я шла и, как всегда, плакала, просто так, от пустоты, боли и отчаяния, от нужды быть любимой и от невозможности это иметь в моменте. Я присела на лавку: «Здравствуйте», – поворачиваю голову, передо мной мужчина с длинной белой бородой, очень крепким подкаченным телом, загорелый, красивый и светлый. «Ты чего плачешь?» – спрашивает он. Я: «Я не знаю», – и продолжаю реветь. «Погоди, ты знаешь, кто такие дети индиго?» Я: «Нет!» – «Это очень сильные духом люди, которым нужно пройти уроки жизни не по возрасту, чтобы они раскрыли свои способности. Запомни главное: верь себе, верь своим чувствам и знай, что твоя сверхчувствительность – твой дар!» Потом он выдал мне список книг и исчез! После его ухода у меня на душе стало очень светло и тепло. Я вернулась домой совсем другим человеком.

На той же набережной 6 месяцев спустя

Сообщение: «Наташ, привет, ты теперь живешь на Ленинском? Давай встретимся? Это Вика с дачи». – «Давай». Вика – моя подруга с детства, наши дачи были в одном поселке на одной улице. Вика: «Я тут пошла на танцы, занимаюсь хип-хопом у Зины». И она начала очень много рассказывать про чудесную студию танца, про своего педагога и руководителя студии, потом предложила мне прийти на занятия. На тот момент мне все еще нужно было беречь спину и о танцах даже речи идти не могло, как и о любом другом виде активности, только специальное ЛФК, так как, по мнению врачей и родителей, это могло привести к прогрессу в смещении, которое удалось остановить, но боли в пояснице периодически возвращались.

Мой внутренний голос сказал – да! Соглашайся. И я согласилась, это был, кажется, август, занятия начинались в сентябре. Я ждала этого момента с предвкушением. Уже точно чувствовала, что он станет очень важным, новым периодом в моей жизни. Я просто видела это наперед. Еще одна из способностей, которая открылась мне в этом возрасте – интуитивно знать, как сложатся события, что я буду чувствовать при разных раскладах жизненных ситуаций. Это называют ясновидение. В некоторых источниках находила информацию, что эта способность является стандартной и базовой для каждого человека при условии правильного образа жизни, нужных знаний и питании. Так пришло предложение, которому суждено было вновь перевернуть мою жизнь.

Открыть в себе чемпиона и трудоголика!

Началась моя танцевальная история, в которую я погрузилась на пять лет. Конечно, я никому не сказала, что начала заниматься танцами, да никто особо и не спрашивал, чем наполнена моя жизнь. Я с головой ушла в тренировки. Все началось с направления хип-хоп, что для меня было ново и дико. К выходу на сцену жизни стал активно готовиться внутренний достигатор. Во мне ярко вспыхнуло желание быть первой, быть лучшей. Не знаю зачем, не знаю почему, но мне это было нужно.

Я пропадала в зале днями, у меня многое не получалось, но я трудилась, тренировалась со всеми группами подряд по многу часов. Я оживала, вновь начинала чувствовать свое тело. До начала занятий я не могла достать до пола руками, в пояснице был зажим нерва из-за смещения, и дикая боль отдавала в ногу. Я работала, тренировалась в зале и дома. В обстановке, в которой я находилась до 16 лет, живя в доме отчима, мне была привита истина о себе, гласящая: «Ты лентяйка». И именно в этот период я стала догадываться, что это ложь. Через год, придя на плановый прием к своему хирургу-ортопеду, повергла его в шок. У меня легко получалось положить ладошки на пол, сложившись пополам, и прогнуться назад практически так же пополам. Боли отступили. Я победила!)

Зина

Я очень хотела, чтобы меня выделили из общей группы. Чтобы меня заметил наш тренер. Во мне сидело патологическое желание выделиться и быть замеченной. Спустя время это, наконец, произошло.

Когда у тебя нет теплоты в семье и моральной опоры, ты неосознанно ищешь ее в людях, которые встречаются тебе на жизненном пути. Зина – создатель и главная в коллективе, преподаватель танцев, тренер и человек, который научил меня любить и всем сердцем отдаваться тому, что делаешь, а еще научила трудиться, идти до конца и не сдаваться. Это бесценный навык, за что я ей бескрайне благодарна. Она учила этому своим состоянием, своим примером. Зина всегда давала мне горизонт для роста. Мне очень хотелось стать похожей на нее: свободной, сильной, яркой, смелой в своих проявлениях. А еще Зина была первой женщиной в моей жизни, которая не боялась показывать свои эмоции и открыто проявляла их. Могла накричать, могла бросить телефон, могла искренне извиниться, она была живая.

Бывают люди, у которых талант вдохновлять и заражать деятельностью, вроде ты ничего такого не планировал, а тут бах – и уже влюбился в то, что делаешь. Я с каждым днем погружалась в танец, в тренировки. В сопровождении Зины, под ее сильным крылом свершились мои первые победы, которые на этот раз точно никто не смог бы отнять.

Тренер – человек, готовый вкладывать все свои силы и знания только в того, кто этого действительно хочет. Зина долго не обращала на меня внимания. Я из кожи вон лезла, вставала в первые ряды, посещала все тренировки, которые нужны и еще сверху. Мне понадобился год беспрерывного труда, чтобы она меня заметила. Как-то девочки из коллектива сказали: «Зина, почему ты не обращаешь на Наташу внимание? Она ведь так старается!» – «А она этого хочет?» – спросила Зина. «Конечно да!» И с этого момента что-то поменялось.

Когда ты растешь без постоянного присутствия мамы, тебе важно заполучить внимание женщины, на которую можно сделать перенос. Я бескрайне благодарна Зине за много лет, которые она была рядом и учила меня быть опорой самой себе, прививала навык не сдаваться и тренировать внутреннюю силу. Мы много трудились. Стертые ступни ног, синяки на коленях, боль в мышцах, ты приходишь домой и падаешь, но знаешь точно одно – ты живая и уже не такая одинокая.

Соревнования по восточным танцам

В основе всех моих действий раньше было желание выделиться и получить похвалу. Я хотела слышать: «Ты молодец! Вау!» Стандартное паттерное поведение недолюбленного ребенка. Программа «Я докажу тебе, родитель, что достойна твоей любви».

Во всем мне нужна была цель. Если танцевать, то ради победы на соревнованиях, если ехать за границу – обязательно туда, где были мама и отчим, чтобы доказать – я не плохая, я молодец, смотрите, я могу, как вы, я достойная вас, любите меня, пожалуйста, я так нуждаюсь в вас. Но игра эта бесполезная и проигрышная изначально.

Один раз Зина предложила поучаствовать в соревнованиях, я согласилась и очень быстро втянулась. У меня получалось! Я стала побеждать. За несколько лет я оттанцевала огромное количество турниров. Моя фигура и пластичность тела больше подходили под восточные танцы. Зина тоже советовала развиваться в них. Хип-хоп отошел на второй план, но не пропал совсем. Посыпались победы, первые, вторые, третьи места, иногда поражения – я жила этим.

Восточные костюмы, километры тканей, блеск камней, короны, диадемы. Огромные ожерелья, ресницы и яркий красивый макияж с блестками. Как же я кайфовала от всего этого. Но чтобы побеждать на соревнованиях, ты всегда должна быть неотразима и иметь много роскошных нарядов.

Тогда денег у меня не было, на первые соревнования костюм дала Зина, и это была Любовь. Потом, как-то вечером, Лима сказала: «Да не вопрос – давай сошьем сами, проблем-то!» И мы начали шить. Моя бабушка Лима удивительный человек. Любую мою даже самую отвязную идею она поддерживала, да, конечно, она задавала сотни вопросов, но в итоге всегда способствовала ее осуществлению. Она единственная знала, какая любовь мне нужна. Кто-то хотел решать вопросы за меня, кто-то давал наставления и говорил, как сделать правильно, кто-то был диктатором и строгим деспотом. А она просто была рядом. Надо шить костюмы? Ок! Она садилась рядом и делала это со мной. Надо ехать выбирать ткань? Ок! Мы встречались после работы, и она ехала со мной. Мне страшно и скучно было делать что-то одной, она присоединялась, и мы делали это вместе, не за меня, не вместо меня – понимаете? Она делала это СО МНОЙ! И в эти моменты я чувствовала ее поддержку и любовь) Это был язык моей любви, который она откуда-то знала.

Так, в семнадцать вместе с Лимой я научилась шить на швейной машинке, кроить юбки, сочинять дизайны костюмов, разобралась с видами тканей, научилась подбирать швы и рассчитывать необходимый метраж. Утром учеба, днем и вечером тренировки, а по ночам мы шили. Это было одно из наших первых совместных в моем сознательном возрасте увлечений вместе с бабушкой. За работай мы успевали поговорить о многом:, о жизни, о семейных ситуациях. Лима никогда не боялась поддерживать самые смелые темы, ее можно было спросить обо всем, и она всегда давала ответ – свою версию!

Мама за пять лет моих занятий танцами почему-то ни разу не посетила ни одни из сотни соревнований, не была на концертах. Кажется, один раз она заглянула на отчетный, но я не уверена, что она досидела до конца, ведь там была другая семья. Отчим НИ разу не посетил ничего! Бабушка была практически на каждом! Ее не надо было приглашать – она просто всегда приходила сама!

Взрослая жизнь

Конечно, когда ты красивая и молодая, мужчины обращают на тебя много внимания, и личная жизнь не может обойти тебя стороной. Круговорот соревнований дополнили прекрасные отношения. Парень из юнкерского центра, где я занималась вокалом, помимо танцев, очень долго добивался моего внимания. И спустя продолжительное время я сдалась. Пожалуй, эти отношения стоят внимания. Они были какие-то настоящие, живые! Мы много гуляли, общались, нам было классно. Вместе спать, вместе в душ, вместе ужинать, а еще это здоровый секс, везде, где только можно, много раз подряд, он был крепок и здоров как бык. Как-то незаметно мы стали жить вместе. В той самой комнате у бабушки. На самом деле, мне очень нравилось вести такую взрослую жизнь, я играла в нее, я была в ней свободна от давления извне.

Мне нравилось проводить генеральные уборки, закупать продукты, готовить, делать ремонт в комнате. В тот период я научилась создавать красивые вкусные блюда – лазаньи, различное мясо, утку в сливках и индейку, запеченную в дижонской горчице. Я научилась готовить так, что мне больше не нужны были рецепты и таймеры, я делала все интуитивно, и получалось очень вкусно! Мне нравилось все это, я играла в жизнь.

Время преподавать

Настал момент, когда Зина сказала – проведи разминку. Так было положено начало следующего этапа. Я начала преподавать, сказать честно, мне давалось это легко, перед глазами был пример Зины, которая была очень требовательной, но при этом тактичной и воспитанной в своем деле. И очень скоро мне предложили место педагога по танцам в юнкерском центре – в том самом, где я занималась вокалом. Так, в восемнадцать я стала зарабатывать свои первые деньги, получалось около 15 000 рублей в месяц за три раза в неделю по три часа. Я не растерялась и по примеру Зины предложила родителям детей приходить вечером на занятия по восточному танцу. И люди пришли, по договоренности с начальством зала часть денег я должна была отдавать им, а остальное себе, в общем, выходило у меня где-то 20 000 рублей в месяц. Ну а что? Мне кажется, очень недурно для этого возраста.

Нелюбовь к госструктурам

Мое первое место работы было на государственной основе. Юнкерский центр на тот момент возглавлял военный мужчина и его жена. У них был старший сын, друг моего молодого человека, ну и понятно, что мы часто отдыхали вместе. На самом деле, мне очень повезло, что я общалась с компанией именно этих ребят – юнкеров. Почему? Потому что это парни, в которых с детства закладывают основы мужского поведения. Они всегда все умели. Едем с палатками? Окей! У них все есть. Они все поставят, приготовят, дров нарубят – ни о чем просить не надо. Гулять по ночам? Не вопрос! С ними очень надежно, как за той самой каменной стеной. Ах да! Сделать ремонт? Вообще без проблем. Можно быть спокойной, что после любой тусовки все будет убрано и никто не пострадает – а тусовались мы знатно.

Как-то под Новый год, 31 числа, я с этой компанией уже выехала в сторону Подмосковья, чтобы отметить праздник. По пути мы остановились зайти в магазин. Стою на кассе, жду очереди. Звонит телефон, и мне сообщают, что прямо сейчас нужно приехать на работу и привести им какие-то бумаги, что-то из отчетности. Первый год работы в государственном учреждении я находилась на ставке педагога по танцам, но у меня было четкое ощущение, что я тружусь как минимум на две ставки, одна из них – работник канцелярии и документооборота. Заполнение журналов, написание программ, бесконечные бумажные задачи.

Начальство, по совместительству родители моего друга, точно знали, что сейчас я не смогу к ним приехать, так как мы уже выдвинулись в сторону места отдыха на Новый год. Представляете? Как повели себя вроде бы взрослые люди!

После праздников первое, что мне сообщили на работе: «Ты уволена». Истинная причина была проста. Протеже жены директора, девушка немного старше меня, тоже преподавала танцы, но как-то, видимо, ей не очень нравилось развиваться в этом деле, и на первом же отчетном концерте все дети и их родители увидели, что мой подход к работе более профессионален, и перевели своих детей из группы этой девочки ко мне. Вот так я первый раз в жизни познакомилась на деле с человеческой завистью, конкуренцией и ее проявлениями в жизни. Но эти люди не знали, насколько сильно они мне помогли, подтолкнув к еще большей свободе и увеличению заработка.

Мой первый бизнес

Как только мне сообщили, что я уволена, я не расстроилась и даже не расплакалась. Уже на тот момент за моими плечами было два серьезных жизненных испытания, после которых я продолжила жилть. Перелом спины и момент, когда не открыли дверь дома. Так что увольнение уже казалось мне цветочками. Я не знаю, откуда, но первая мысль, которая у меня появилась, была: «Мне нужен свой зал». Мне девятнадцать, у меня 30 000 рублей на руках, я полна сил. Есть две группы детей и одна – взрослых, которые готовы идти за мной! Если, конечно, это будет не на краю земли. В общем, задача была проста: найти свой собственный зал вблизи от того места, в котором работала.

И вуаля – я нашла подходящее местечко прямо через дорогу. Небольшое подвальное помещение, да, без окон, да, без зеркал, но там я могу продолжить заниматься тем, что мне нравится. Как я его нашла? Просто ходила по району и заглядывала во все двери. Одна из таких дверей принадлежала школе бокса. Я познакомилась с хозяйкой пространства. Часть этого помещения занимали боксеры, а вот дальний зал пустовал, и мы пожали руки. Я заказала огромные зеркала, молодой человек и его папа (к сожалению, не мой!) их повесили – и все, работа пошла. Вот так из наемного сотрудника я превратилась в индивидуального предпринимателя в девятнадцать лет. Как же я благодарна тем людям, которые уволили меня, мой доход за месяц с 20 000 стал 50 000, так как мне удалось договориться на приемлемые условия аренды и за мной все же пошло достаточно народу. Потеряла ли я людей? Безусловно, да! Кто-то не смог разрешить ребенку переходить дорогу, например, так я на собственной шкуре поняла, что каждая мелочь, лишняя ступенька, пешеходный переход, любой нюанс может оказаться важным и решающим фактором в бизнесе. Меня учили не тренинги, не книги – меня обучала жизнь.

Первые финансовые победы

Когда с детства в тебя заложили программу: нужно только лучшее, не то, что тебе нравится, а лучшее, – в тебе появляется определенная нервозность. Ты натягиваешь себя на результат, не потому, что он тебе нужен, а потому, что по-другому нельзя.

«А что подумают люди, если ты поедешь отдыхать в Крым, а не в Италию?», да и вообще, стыдно сказать, что это так. Заложник статуса – человек, выбирающий люкс не потому, что ему это приносит радость, а потому, что он рискует быть не принятым обществом. Как же он будет выглядеть в глазах других? И плевать, что его тянет в деревню в Саратов, ехать надо в Италию, потому что туда едут все успешные люди! Он работает в сто раз больше, практически не отдыхает, зато поддерживает статус своей значимости.

Я унаследовала такую ловушку сознания от семьи мамы и отчима. Есть в этом плюсы? Безусловно, это научило меня на определенном этапе жизни трудиться и делать, даже тогда, когда нет сил! Получать соответствующие результаты. Желание иметь больше, чем нужно, показало мне, что я способна на все, что захочу. Так, в двадцать я заработала на первую поездку заграницу сама! Это был двухнедельный тур по Италии. Венеция, Флоренция, Рим и много других городов. А еще эта поездка была настолько важна для меня, так как совсем недавно туда ездили отчим с мамой и сестрой, и я не могла опуститься ниже! Вы только послушайте: мне двадцать, а я тягалась с мужиком, которому за пятьдесят. Но мне очень хотелось заявить ему: «Смотри, ты меня выгнал, а я не сдалась! Я не хуже тебя! Без тебя и твоих денег, я смогла сама! Видишь?» Но это ничего не дало, конечно же! Друзьями мы не стали, ближе тоже. Это не раскрыло его сердце, и я не получила положенную мне на правах ребенка любовь – вновь.

А вместо этого я начала терять свою. Мой молодой человек, конечно же, поддержал меня, и мы были в Италии вместе, но его амбиции в плане денег были не настолько сильны, но тем не менее он влез в долг, чтобы поехать со мной! Об этом я узнала позже. Каждый платил сам за себя. Возможно, это стало началом конца нашей истории, хотя, думаю, рано или поздно интерес к большим суммам денег во мне все же проявился бы, что абсолютно не интересовало его. А ему было не интересно пробовать на себе все новое, что абсолютно не подходило мне.

Осуществляя одну мечту, мы даем возможность появиться следующей. После этой поездки мне открылось видение нового этапа. Я поняла, раз я смогла заработать на Италию, значит, могу и на что-то побольше.

Зачем ты меня родила?

Первый раз я задалась этим вопросом в двадцать лет. Я уже достаточно нагулялась, у меня были свои деньги, победы и личная жизнь. Когда мне уже не нужно было трястись от страха, я в первый раз почувствовала ненависть к маме. Да, прошла сепарация физическая, но на ментальном плане у меня сохранялись очень крепкие узлы с ней. Первым признаком того, что сепарация не пройдена, является ваша неуправляемая эмоциональная реакция на маму. Когда каждое ее действие вызывает злость, раздражение, агрессию. Когда ты ненавидишь своего первоочередного родителя, ты косвенно ненавидишь и себя! Я первый раз в жизни задала себе вопрос: «Зачем она меня родила, если я ей не нужна? Зачем она это сделала?»

Образ мамы в двух семьях транслировался как идеальный. Обе бабушки защищали маму, даже когда она была, очевидно, не права, они думали, что делают хорошее дело, а вышло все наоборот. В подсознании отложилось, что эмоциональный холод, безразличие, отсутствие заинтересованности в моей жизни, отсутствие нежности и объятий и есть настоящая любовь. Такие заданные параметры много лет приводили меня к тому, что я выбирала не тех людей для общения, дружбы и, конечно, для личных отношений. И исправить это можно было единственным образом – признав, что мама допустила много ошибок в нашей истории. И это лишь первый шаг.

Щедрый Египет,
или Первое одиночное путешествие

Мои дядя с тетей собирались ехать в Египет, я не помню, как так вышло, но я поехала с ними, мне очень хотелось первый раз самостоятельно выехать за границу, при этом все же быть не одной. До этого я ездила с родителями и один раз с парнем. Тут мы полетели вместе, заселились в один отель, и больше я их не видела до обратного рейса. Я была предоставлена сама себе.

Вот эта была поездка, тогда я первый раз узнала вкус самостоятельных путешествий, вкус прогулок с самой собой по чужим улицам города, вкус новых мест и спонтанного общения с людьми за гранью фешенебельных отелей. В первый раз вместо 5+ звезд я жила в обычной трешке в Египте. Кто путешествует, знает, что такие места требуют определенного отношения к жизни, если, конечно, это не продиктовано уровнем выживания и недостатком средств. В моем случае сошлись оба фактора. Это была уже вторая поездка, на которую я заработала сама. Боже, как я была счастлива – никакой мебели, покрытой золотом, никаких дорогущих фойе. Выходишь и сразу попадаешь в хаос улиц. У отеля был свой небольшой пляж, на котором случилась очень важная встреча.

Лежу, значит, загораю. Смотрю, парень в плавках смотрит в мою сторону, улыбнулась и дальше загорать. Подходит, значит, и говорит: «Привет, я Дима». – «Привет, Наталья». – «Давай вечером сходим в город? Я вот с другом здесь работаю». – «Давай». Так все и началось. Ребята оказались из Москвы, профессиональные дайверы. В Египте организуют погружения, а их лодка швартовалась как раз у моего отеля. Мы общались на протяжении двух недель моего отдыха, заседали под яблочный кальян на улицах Хургады вместе с местными, тусили на пляже и договорились встретиться в Москве, опережу вопрос – нет, это не моя любовь всей жизни. Это круче!

Москва, Вика и эти парни…

Они: «О, ты занимаешься танцами? А можно мы придем?» – «Серьезно?» – подумала я. Ну, стандартный предлог, чтобы продолжить общение после курорта в Москве. Я сказала ок, и мы распрощались. Вернувшись в Москву, звонок: «Я и три моих друга готовы приехать на тренировку. Когда можно?» Я тогда работала только с детьми, подростками и взрослыми женщинами, а вот моя подруга Вика, та самая, которая привела меня в этот коллектив, как раз начинала вести свою группу для взрослых по хип-хопу, куда я и пригласила парней. Вселенная вернула благодарностью. Ребята стали ходить к Вике на группы, четыре взрослых парня, один из которых, кстати, женился на другой моей подруге, и на сегодня у них уже двое детей.

Вот такая судьбоносная поездка в Египет, но и это еще не все. Спустя примерно полгода звонок от того же Димы: «Наташ, слушай, а ты не хочешь привезти ваш коллектив в Крым в танцевальный лагерь? Есть такой Миша, он организует поездки, у него там свой лагерь на берегу моря, на базе которого можно проводить тренировки и отдыхать».

«Я? – была первая моя реакция. – Ведь я никогда этого не делала. Вообще не понимаю, как это все устроить», – пронеслись мысли в моей голове. Диме я сказала, что подумаю! И забыла об этом уже через пять минут, точно поняв, что это мне не по силам.

Но Вселенная у меня такая, очень настойчивая, и всегда доходчиво объясняет. Вот прям так, чтобы у меня не было сомнений, что следующий шаг должен быть именно такой. Дима стал звонить регулярно, и на одном из звонков я сдалась, хорошо, говорю, я обсужу это с Зиной.

Детский лагерь

Оказалось, что на эту идею готовы были подписаться много людей.

А самое главное, ее поддержали девочки из коллектива. Выходило так: я отвечала за документы, деньги, договоренности, доверенности, экскурсии и все организационные вопросы по трансферу и в лагере. Девочки вели тренировки, ставили номера, коммуницировали с детьми.

Это был удивительный опыт. А самое интересное для меня было то, что родители доверили нам своих чад, хотя никому из организаторов не было больше 25 лет. Представляете? Тогда я поняла, возраст ничего не решает, а что тогда решает? Уверенность в себе? Вера в то, что получится?

На самом деле, когда настал день сбора документов и денег с родителей за поездку, я была удивлена, что все идет самым лучшим образом и мы набираем восхитительную группу. Люди верили и доверяли так же слепо, как и я верила в то, что все пройдет хорошо и гладко.

Так и вышло. Это был интересный опыт, который показал мне самой: я ответственный человек. Я организовывала такие поездки несколько лет, пока Крым не стал наш, но даже тогда мы собрали людей, конечно, меньше, но собрали. Вот вам и съездила в Египет.

Первое проявление кармы в моей жизни

Кто-то говорит, что карма – это программа, кто-то – что ее не существует, кто-то верит в нее безоговорочно. Я воспринимаю ее как данность. Если не принимать ее во внимание, то многое теряет смысл. Карма дает логическое объяснение для ума, почему некоторые дети рождаются больными, почему мы имеем ту семью и те проблемы, которые имеем, почему кто-то оказывается в одних компаниях, а кто-то – в других, почему к кому-то деньги или отношения приходят легко, а кому-то нужно пройти огонь и воду ради получения желаемого. Карма – это прекрасный инструмент для успокоения логики. А еще маячок, куда двигаться дальше, чтобы работала Душа и жизнь ощущалась наполненной смыслом.

Я дома. Собираюсь, наряжаюсь на какое-то мероприятие, которых тогда в моей жизни было хоть отбавляй, и тут звонит телефон. «Наташа, здравствуй, это мама Пети, звонили из банка, говорят, что у него большие долги, и брал он их на машину». Я: «Первый раз слышу, мне Петя сказал, что папа дал ему денег на машину». Мама: «Но папа ему ничего не давал». Упссс. Петя – это тот самый парень-юнкер, про которого я рассказывала раньше. Мой первый партнер, с кем я жила под одной крышей.

Звонок окончился, и я ощутила удар в поддых. Вы мечтаете, обсуждаете будущее, строите планы, финансовые в том числе, а у него, оказывается, совсем иная, параллельная игра. Первый раз в жизни я почувствовала эту боль, сначала глухую, потом разрывающую чуть выше, чем солнечное сплетение: примерно так, как разрывают руками корку апельсина, мое сердце расходилось по швам. Как? Он же часть меня! Мы практически вместе делаем все, даже в душ ходим вместе, а тут человек мне соврал, скрыл, предал.

Я кричала, мне просто хотелось выть, словно из-под ног уходит земля.

Через несколько дней я узнала, что мой любимый, помимо кредитов, еще занял денег у моей тети и что из отложенных мной средств тоже пропала некоторая сумма. А через несколько лет бабушка, с которой мы жили, признается, что у нее тоже в тот период исчезли деньги, но она просто не стала мне говорить, чтобы не расстраивать.

Я не могла в это поверить. Я стала смотреть его телефон, хотя раньше не позволяла себе этого, и там меня тоже ждал сюрприз, он был не прочь состоять в переписках с парой дам с порносайтов. Вроде ничего такого, ну с кем не бывает. Но все внутри меня кричало – это абсурд! Удивительно, через пару лет для меня станет дичайшим нарушением границ – смотреть чужой телефон и переписки, но тогда я не знала, как вести себя в подобной ситуации. Что делать? Говорить, уходить, оставаться, не замечать? Что делать? И спросить не у кого. Я не знала тогда, что данное поведение – это грубое нарушение личного пространства. Я хотела вернуть веру в человека через контроль. Ох, если бы работало именно так… нет.

Я больше ничего не чувствую

Пришло время уезжать в лагерь на четыре недели со сменой. Я подумала – отлично. За это время все встанет на места и я пойму, есть ли у меня, у нас, еще какие-либо чувства друг к другу. На момент отъезда мне уже было не больно. Я уехала с тишиной на Душе.

За четыре недели моего отсутствия он позвонил мне два раза, да и мне, если честно, не хотелось ему звонить, и я поняла для себя – это все. Смена в лагере закончилась, я вернулась – вокзал, он, белые розы. Я обнимаю его, он меня на перроне, и знаете, что почувствовало тело? НИЧЕГО! Если раньше меня всегда тянуло обнять этого человека, взять за руку, быстрее увидеться, почувствовать его тепло, скорее рассказать ему новости, поболтать. А здесь НИЧЕГО! Надо отдать должное этому парню, точнее, его смелости – расстались мы очень красиво.

Встретились на свободной от воспоминаний территории, поговорили по душам – это нам всегда хорошо удавалось, обнялись и пошли на кухню пить чай. Никаких блокировок телефонов, скандалов, НИЧЕГО! А еще я попросила его иногда приезжать, так как сердцем расстались, а вот тело еще не привыкло. Тело хотело, как и раньше, обнимашек, теплоты любимого тела, поцелуев. Живя продолжительное время вместе, мы срастаемся с человеком Душой и телом. И когда происходит расставание на уровне взаимного согласия и по-хорошему, телу все равно сложно сразу перестроиться.

Он согласился, очень уважаю его за это. И начался этап прощания, дружеского секса, мы стали видеться сначала четыре раза в неделю, потом два, потом один, а потом общение сошло на нет. Вот так, без терзаний, тепло и красиво мы закончили наши отношения. Тогда я думала, что это норма, но мне еще предстояло узнать, что не все мужчины настолько смелые и сильные душевно, чтобы прощаться легко и уважительно со своей женщиной. Мне очень повезло, что одни из первых моих отношений были с сильным духом мужчиной. И я очень рада, что рано узнала, как ощущается естественное схождение и расхождение линий жизненных судеб, когда люди дали друг другу все, что могли. Такие отношения всегда заканчиваются тихо, мирно и в любви!

Один в поле воин, или Одиночество, стимулирующее на победы

Как ни крути, отношения занимают много времени.

И как только я рассталась с молодым человеком, у меня появился ресурс, интерес и силы попробовать что-то новое, открыть для себя другие горизонты, моя преподавательская деятельность уже давала хорошие деньги, но у меня оставалось еще время. Мне хотелось попробовать свои силы в чем-то за гранью своего комфорта, и я составила первое в своей жизни резюме. «Преподаватель танцев» – это так удивительно, у меня за плечами был опыт, тотальная уверенность в себе и желание изучить и испробовать новое. Таким образом, я попала на «службу» в студию танца D-Fusion, сын известной школы танцев GallaDance. Новые лица, красивейшие залы, шикарная аппаратура и много новых возможностей. И все опять по воле Вселенной. В общем, там я познакомилась с огромным количеством учеников, а еще с двумя близняшками, которые стали моими преемниками.

Меня всегда умилял сам факт существования такого феномена, как близнецы. Вот мне все детство было грустно и скучно одной, а они рождаются, и их с самого начала пути двое! В процессе своего педагогического опыта я плотно работала с двумя парами близнецов. Вот так бывает, тогда я говорила (когда еще думала, что хочу детей), что у меня будут близнецы, но вселенная оказалась умнее, не заставила ждать, а сразу дала мне возможность взаимодействовать с ними.

Встреча с близнецами Лерой и Настей явно была загадана свыше, мы прошли вместе огонь и воду. Я вкладывала в них всю себя! Абсолютно всю, без исключения. Постановки, костюмы, соревнования тренировки, они пошли по моим стопам и намного дальше. На тот момент они были студентами и учились на психологов по системе бесплатного образования в счет последующей работы на данную структуру. Меня всегда тяготили такие схемы, как можно заранее обрекать человека на такую тотальную определенность, и как же я была рада, когда по окончании института судьба развернулась так, что они занялись танцами и до сих пор продолжают развиваться в этом направлении и зарабатывать тем, что им по Душе.

Слабость или сила? Слить или поддержать?

В отличие от работы с детьми или их родителями с моего района, D-Fusion научил меня находить подход не только к тем, кто изначально расположен, знает тебя заочно, по сарафанке, но и к людям, видевшим тебя впервые. Они из разных профессий, с разными жизненными ситуациями и опытом. Как правило, это были прекрасные женщины 30—55 лет, для которых танцы – это как слетать в другой мир, открыть в себе новый уголок Души, ощутить глоток свежего воздуха в череде привычной жизни.

Как-то в мою группу пришла женщина с явным физическим нарушением в развитии тела. Ее тело было жесткое, зажатое и плохо слушалось, но, несмотря на это, она еженедельно ходила на тренировки, постоянно! Настал момент отчетного концерта. Мы готовили финальную показательную постановку. В моей голове возник вопрос: как правильно и по совести поступить? С одной стороны, эта женщина портит общую картину танца, выбивается, так как все другие ученики были достаточно сильны, а с другой – я могу навредить ей и лишить ее нового опыта, такого желанного для нее, и разрушить тягу к росту.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

«Зачем он это делает?» – книга Ланди Банкрофта. Про эмоциональное и физическое насилие над женщинами.

Вернуться