Лариса Ена
Тринадцатая

Пролог

Семнадцатого апреля 2057 года, инопланетный космический корабль, миновав все системы слежения на орбите Земли, неожиданно завис в трех километрах над пустырем в Ленинградской области. Мировое сообщество, не на шутку переполошившись, отправило своих представителей для наблюдения и изучения космического объекта. Военные, оцепив периметр высоченным забором, пропускали через КПП к объекту только по специальным пропускам. Ученые всех мастей расположились в специально оборудованном лагере НПКО (наблюдательный пункт за космическим объектом), чтобы быть готовыми к контакту. Там же разбили свой лагерь и военные, на случай возникновения инопланетной угрозы и, заодно, отгоняя многочисленных зевак. Журналисты, ведущие онлайн-трансляции, наперебой рассказывали о происходящем, сутками дежуря у лагеря, в надежде на сенсацию. Остальные жители земли разделились во мнениях: одни считали, что инопланетяне прилетели наладить дружественные контакты, другие – стали готовиться к вторжению.

Мир замер в ожидании…

12 декабря 2057г. НПКО. Помещение № 4-03

Несмотря на то, что на улице было довольно морозно, в самой лаборатории было тепло и душно. Практически бесшумная работа исследовательских приборов лишь иногда прерывалась щелчками и писком считывающих устройств.

– Ну что там? Как обычно, тишина? – Олег Алексеевич Кукушка, заместитель начальника лаборатории НПКО, энергичный мужчина сорока семи лет, со скучающим видом взглянул на монитор.

– Тишина. Висит, подлец, не реагирует ни на что, – со вздохом ответил Джейк Сандерс – представитель от Африканских республик, в расслабленной позе сидевший в офисном кресле.

– Уже девять месяцев торчим тут, а толку никакого, – буркнула младший научный сотрудник по контактам Маша Соснова, бросая на кипу документов карандаш. – Хоть бы знак какой подали. Висит этот корабль в своем защитном поле, как в коконе. Может там все померли? Может его как-то вскрыть?

– Мария Сергеевна… Машенька, – Олег Алексеевич с иронией посмотрел на сотрудницу. – Вы еще молоды, поэтому не понимаете некоторых вещей. Вот скажите, если бы вы прилетели на неизвестную и, возможно, враждебную к вам планету, вы что, сразу бы вышли в ожидании букета цветов? Или сначала осмотрелись?

– Так сколько на нас смотреть-то можно? Мы уже чуть ли не танцы с бубнами устраиваем для них на смотровой площадке, показываем, какие мы миролюбивые и умные, а они не реагируют. Могли бы каким-нибудь огоньком на обшивке мигнуть, мол, видим, товарищи, ваши старания, но пока боимся.

– Наука о происходящем в космосе, рыбонька моя, предполагает долгие сроки в ожидании результата.

– Да понимаю я это всё. Просто страсть как интересно поглядеть, что они из себя представляют. Сколько у них глаз, есть ли крылья… Весь мир в напряжении, а они засели там…

– Шеф, вас к начальнику вызывают, – прервал их разговор Джейк, переговорив по рации и показывая начальнику пантомиму, как ему на шею набрасывают веревочную петлю.

– О, Валерьевна решила изобразить бурную деятельность, очередное собрание ни о чем. – сразу скис Кукушка. – Ладно, вы тут ежедневный отчет доделайте за меня и отправьте в штаб. Ну, все как обычно, радиационный фон в норме, видимых изменений на объекте не произошло и бла-бла-бла, всё по шаблону.

12 декабря 2057г. НПКО. Помещение № 4-01

Войдя в кабинет начальника лаборатории, Кукушка кивком головы поприветствовал собравшихся за большим овальным столом и сел на свободный стул, отметив про себя, что в этот раз на совещании присутствовал начальник штаба – Турин Станислав Петрович, неприятнейший человек, не доверяющий никому на свете.

– Итак, коллеги, продолжим. – Александра Валерьевна неосознанно поправила пропуск, висящий на шее. – Как вы знаете, попытки выйти на контакт с объектом пока не увенчались успехом. Защитное поле, окружающее космический корабль, не изменило радиационный фон на территории и не повлияло на окружающую среду…

– Александра Валерьевна, – неожиданно прервал ее Турин, – думаю, эти факты давно известны всем присутствующим. – Давайте ближе к делу.

– Эммм, – Александра Валерьевна дернулась, как от пощечины. – Простите, Станислав Петрович. В общем, в виду того, что объект не проявляет активности длительное время, финансирование некоторых лабораторий урезали, поэтому нам придется сократить штат.

В кабинете раздался возмущенный ропот присутствующих.

– Позвольте, – пожилой мужчина дрожащими руками поправил очки с толстыми стеклами. – Но ведь доходы от туристов, желающих посмотреть на объект, а также членские взносы представителей разных стран, поступают в этот самый бюджет. Куда же деньги деваются?

– Вольдемар Олегович, давайте не будем разводить демагогию. Это не моя прихоть, а указ сверху. Принимать решение о сокращении тех или иных сотрудников будем коллективно, исходя из здравого смысла и руководствуясь справедливостью.

– Ага, твои-то родственнички и лизоблюды тут точно останутся, – тихо пробормотал Олег Алексеевич, с неприязнью глядя на начальницу.

– Вы что-то сказали? – Александра Валерьевна холодно посмотрела на своего зама.

– Я говорю, что всё правильно, нужно оптимизировать расходы и убрать лишних людей, – Кукушка широко улыбнулся, изображая искренность.

– Вот и славно. К четвергу подготовьте мне списки тех, без кого наша лаборатория вполне сможет обойтись. Уверяю, это временная мера. В любом случае…

Неожиданно в кабинет без стука вошел молодой человек и, торопливо подойдя к Турину, что-то взволнованно прошептал ему на ухо.

Начальник штаба изумленно вскинул брови и, обведя взглядом присутствующих, взволнованно произнес:

– Господа, объект активировался…

Новость быстро облетела всех и вся. Началась невообразимая суматоха: журналисты выстроившись перед квадрокоптерами с камерами, перекрикивая друг друга, сообщали о произошедшем. Толпы любопытных зрителей в едином порыве стали скандировать, держа плакаты с приветствиями над головой. Ученые и военные, бегали по полю, активируя оружие и исследовательское оборудование. Весь этот переполох вызвала появившаяся череда бегающих огоньков на корпусе инопланетного корабля.

– Началось, – одновременно со страхом и восторгом произнесла вслух Маша, чувствуя, как у нее отчего-то задрожали руки.

Она, как и несколько миллиардов жителей планеты Земля, наблюдала, как дно инопланетного корабля словно пошло волнами, а затем несколько деталей в виде пластин отъехало в сторону, обнажая бездонную черноту. А потом появился белый луч, шедший из глубин корабля до самой земли. Сначала он был тонкий, словно нитка, потом, постепенно расширяясь, стал в диаметре около десяти метров, освещая достаточно большую площадь.

В очередной раз, ахнув от изумления, люди наблюдали, как плавно и величественно в этом луче к земле плывет серебристая сфера, сияющая огоньками, как рождественская елка.

– Надеюсь, там не бомба, – к Маше подошел Джейк, заботливо накидывая ей на плечи короткую шубку. – Ты выскочила в одном халате. Замерзнешь!

– Спасибо, я даже не заметила, – поблагодарила девушка, не отрывая взгляда от сферы, которая опускалась всё ниже. – Не может быть там бомба, хотели бы, давно бы нас уничтожили.

Как только сфера приземлилась, луч из корабля погас, а сам он вновь стал похож на висящую в небе гору. Несколько военных осторожно приблизились к сфере, вытянув перед собой приборы, определяющие уровень радиации. Маша и Джейк слышали в рации у рядом стоящего мужчины, что солдаты передают, что, судя по показателям, пока все нормально.

– О, господи! Там ребенок! Человеческий ребенок! – вдруг раздался удивленный возглас солдата, который подошел почти вплотную к космическому объекту. – Он живой!

К сфере экстренно были направлены машины с медработниками, специалистами по внеземным цивилизациям и военный грузовик. Заглянув через прозрачный иллюминатор, прибывшие действительно увидели лежащего внутри крепко спящего малыша, который во сне причмокивал и чуть шевелил крохотными пальчиками.

С помощью лебедки сферу поместили в грузовик, который повез драгоценный груз в медсанчасть.

12 декабря 2057г. НПКО. Помещение № 12-02

Турин лично присутствовал при изъятии ребенка из сферы, которая, надо сказать, довольно легко открылась. Стоя за защитным стеклом, он наблюдал, как медики, облаченные в защитные костюмы, осторожно достают младенца и помещают его в специальный бокс.

– Слава, что думаешь? – обратился к своему начальнику его заместитель, Олег Исаевич Рыжиков, так же наблюдавший за процессом.

– Думаю, что у нас проблемы, – чуть помедлив, ответил Турин. – Это какой-то хитроумный план вторжения. С данной минуты объект с инопланетного корабля переходит под юрисдикцию военных. Вся эта научная братия должна мне докладывать об этом… ребенке… каждый час.

– Считаешь, что один детеныш может погубить человечество?

– Не смешно, Олег. Мы даже представить не можем, на что способно это существо и зачем его прислали. Кто знает, быть может он заражен смертельными вирусами, которые выкосят весь род человеческий. Нет уж, эта тварь должна быть под нашим контролем.

К военным подошел один из врачей, участвовавший в осмотре ребенка.

– Станислав Петрович… Это обычный ребенок. Мужского пола. Ему где-то месяц, если считать по земному.

– В смысле обычный?

– Мы осмотрели его, сделали сканирование, взяли анализы. Он ничем не отличается от земного дитя. И ДНК тоже человеческое.

– Ничего не понимаю, – Турин хмуро смотрел через стекло на плачущего малыша, вокруг которого суетились врачи. – Почему он орёт?

– Так есть хочет. Сейчас техники подключат аппарат и накормим. Ну, я пошел обратно.

Подождав, пока врач вернется в бокс, Турин повернулся к Рыжикову:

– Ну, есть какие-то мысли?

– Если честно, я в растерянности. Зачем нам присылать идентичного нам? Может, таким образом, они хотят показать, что настроены на дружбу? Мол, смотрите, мы вас понимаем, кто вы и что вы.

– Ага, а может хотят показать, что знают нас, как облупленных и запросто могут распределить своих шпионов по всей планете. Ты представляешь, с их техническими возможностями, они могут запросто подменить наших детей на их. Эти псевдо-дети вырастут, попадут во власть, узнают все наши секреты и всем жителям Земли наступит трындец. Будь моя воля, я б уже сейчас начал готовиться к вторжению, а не сопли бы жевал, как эти ученые. Я уже подал рапорт на увеличение бюджета для разработки более мощного оружия, чем то, которое у нас есть на данный момент.

– Может ты прав, а может и нет. В любом случае, на данный момент мы можем только ждать. Да и президенты всех стран выступили за то, чтобы наблюдать за малышом. Всем интересно, что из этого… ребенка… вырастет.

23 декабря 2057г. НПКО. Помещение № 4-03

Маша подошла к Джейку и положила перед ним на стол небольшую коробочку, перевязанную ленточкой.

– С днем рождения! Вот, небольшой презент тебе.

– О, спасибо! – Сандерс расплылся в улыбке. – Очень приятно! Кстати, слышала последние новости по ящику?

– Ты про то, что по всему миру объявились мамашки, которые утверждают, что ребенок с космического корабля их сын, которого похитили из утробы?

– Ага.

– Да просто жаждут своей минуты славы, вот и придумывают. Любой тест ДНК подтвердит, что это не их ребенок. Пусть зарабатывают на интервью, взахлеб рассказывая свои истории, нам не жалко. Не удивлюсь, если половина из них вообще не были беременными.

– Малыш спит?

– Да, была у него минут пятнадцать назад. Такая славная крохотулечка. Кстати, его решили назвать Адам.

– Опа! Как первого человека в раю?

– Я б его Алешкой назвала… Хотя, Адам в данной ситуации ему и правда подходит. Жалко малыша, ведь он всю жизнь в лабораториях жить будет под прицелами камер. Еще эти военные вечно рядом крутятся, у меня от их вида волосы дыбом встают. Всё готовятся, вдруг у Адама хвост появится или рога.

– Мы не дадим его в обиду, – успокоил девушку Джейк.

12 января 2058 г. НПКО, пустырь

Александра Валерьевна, вместе с остальными сотрудниками, с тревогой и любопытством смотрела на инопланетный корабль, по обивке которого вновь забегали огоньки.

– Интересно, что нам выдадут в этот раз, – пробормотала она на ухо своему заму.

– Может щеночка? – нервно хихикнул Кукушка. – Ну а чего, от них всего можно ожидать.

– Смотрите! – Александра Валерьевна схватила его за рукав, – снова низ корабля разъезжается в стороны! Господи, что же сейчас будет?

Под изумленные возгласы, появившийся луч из корабля вновь аккуратно доставил на землю блестящую сферу. Один из военных, прибывший первым, сообщил по рации, что внутри находится ребенок.

– Еще один? – Олег Алексеевич растеряно потер подбородок. – Что всё это значит? Именно в этот день месяц назад прислали Адама.

– Не знаю.

Сферу привезли в медицинский блок и, открыв люк, поместили ребенка в медицинскую поддерживающую капсулу для обследования.

– Это девочка. – Александра Валерьевна, ознакомившись с первичными документами, передала планшет заму. – Обычный ребенок, без каких-либо отклонений. У меня вообще нет ни одного предположения, зачем инопланетяне это делают. На что они нам намекают?

– На нашу беззащитность. – к говорившим подошел Турин. – Нужно что-то с этим делать. Какие планы на этих существ у научного сообщества? Когда будете проводить опыты и вскрытия?

– Станислав Петрович, побойтесь Бога! Какие вскрытия? Это обычные дети, а не ящерицы. Соглашусь, возможно это клоны, созданные продвинутыми технологиями инопланетян, но это младенцы, которые могут только есть, спать и испражняться.

– Потом, когда вырастут, будет поздно, – Турин фыркнул и пошел в бокс, самолично взглянуть на младенца.

– А если мы сейчас отправим малышей в поликлинику, для опытов, то представители внеземных цивилизаций сочтут это актом агрессии и бабахнут по нам со всей дури, – запоздало ответил Кукушка и, тяжело вздохнув, отправился в свою лабораторию. Появление младенца предвещало бессонную ночь с построением графиков и отправкой бесконечных отчетов в вышестоящие инстанции.

29 января 2058г. НПКО. Помещение № 4-03

Имя девочке из сферы даже придумывать не пришлось: раз есть Адам, будет и Ева. Малыши лежали в разных комнатах, обвешанных многочисленной аппаратурой, в специальных капсулах, под постоянным видео-наблюдением и контролем врачей. Оба ребенка физически были здоровы, чувствовали себя хорошо и с интересом разглядывали пришедших к ним людей.

Маша, оторвавшись от экрана, на котором можно было наблюдать за медицинским боксом с младенцами, улыбнулась и повернулась к Кукушке:

– Олег Алексеевич, а что с ними будет дальше? Они же не могут вечно в капсуле быть.

– Думаю, как проведут все необходимые исследования, их переведут в лабораторию в Питере, а может и в Москву. Вся их жизнь обречена на бесконечное наблюдение, как за зверями в клетке.

– Какой кошмар, – Маша всплеснула руками. – Но ведь это бесчеловечно! Что подумают о нас те, кто сидит в космическом корабле! Я уверена, что детей нам дали специально, чтобы наблюдать за нами, как мы себя с ними поведем. И если, как вы сказали, их будут всю жизнь держать в клетке, не думаю, что нас примут за разумных существ.

– Мария Сергеевна, это не нам решать, – Кукушка пожал плечами. – Там, наверху, лучше знают. Мы с вами люди подневольные: сказали наблюдать, мы и наблюдаем. За нами контроль похлеще, чем за младенцами. Один Турин чего стоит со своими подозрениями! Ох и нахлебаемся мы еще от него.

12.12.58 г. НПКО Помещение № 4-01

Турин обвел тяжелым взглядом присутствующих на совещании. Сидящие за столом поеживались и растеряно переглядывались.

– Итак, господа, – наконец начал он. – В течении всего года, в одно и то же число, с космического корабля нам спускают сферы с детьми. Их уже двенадцать! У кого-нибудь есть идеи, зачем их присылают и когда это кончится?

– Станислав Петрович, – Александра Валерьевна, словно школьница, подняла руку. – Это же огромный шаг в изучении инопланетного разума.

– Серьезно? И это после того, как вы заверили меня, что эти объекты абсолютно идентичны земным детям? И в чем же тогда заключается этот ваш шаг?

– Но послушайте! Уникальность таких «посылок» еще и в том, что присылаемые нам дети не только европеоидной расы, но и монголоидной, негроидной. То есть там, на космическом корабле понимают, что у нас на Земле живут люди разного пола и с разным цветом кожи. Мы даже имена им подобрали с учетом их принадлежности к той или иной расе. Ирина, Николай, Назир, Юшенг, Абени, Джесика, Радж, Луис и Надежда. Дети все абсолютно здоровые и за все время нахождения на Земле еще ни разу не заболели. Нашему научному сообществу кажется, что это добрый знак.

– А нашему военному сообществу, – с сарказмом заявил Турин, – кажется, что если этот поток объектов с корабля не прекратится, то вскоре они заменят нас с вами. Вдумайтесь! Каждый месяц по ребенку! И кто знает, быть может эти инопланетяне похищают наших земных женщин, ставят над ними опыты по размножению, потом присылают нам детей, а матерей убивают. В таком случае они просто издеваются над нами, показывая свое превосходство. Я не устану повторять, что эти существа представляют опасность, а вы с ними возитесь, пылинки с них сдуваете.

В кабинет заглянул военный:

– Началось!

Все повыскакивали из-за стола и побежали на улицу. Из космического корабля, в ослепительно белом луче плавно спускалась сфера. Внизу ее уже ждали сотрудники, чтобы отвезти в медицинский бокс. Сфера, почти достигнув земли, вдруг дернулась и зависла в воздухе. Через минуту она неожиданно стала подниматься вверх, потом, рывками, вновь стала снижаться.

– Чего это она туда-сюда летает? – Кукушка подошел к своей начальнице. – Определиться не могут что ли, отдавать или нет?

Александра Валерьевна ничего не ответила, с тревогой глядя на космический корабль. Сфера, наконец, достигнув земли, еще раз дернулась и завалилась на бок. Объект был в срочном порядке эвакуирован и направлен в медицинский бокс. Согласно отчету, поступившему позже, в сфере находилась новорожденная девочка. После обследования установлено, что каких-либо повреждений малышка не получила.

– Тринадцатый ребенок. – Маша подошла к Олегу Алексеевичу. – Может и правда они хотят жителей земли заменить на своих? Что-то я начинаю переживать.

– Не переживай, – Кукушка оторвался от изучения отчета в планшете. – С кораблем произошли изменения, там сейчас всё начальство скачет, а руководство страны на всякий случай эвакуируют в бункеры.

– Неужели решили на нас напасть?

– Не знаю, но… вот, смотри видео.

– И я хочу посмотреть! – к ним подбежал Сандерс, заглянув в планшет Кукушки через плечо.

На экране было четко видно, как корабль, после того, как отправил сферу на землю, завибрировал, вспыхнув тысячей огоньков, а потом покрылся какой-то черной пленкой, став похожим на гигантский кокон.

– Что это значит? – растерялась Маша.

– Да шут его знает, – Олег Алексеевич пожал плечами. – Раньше такого не было. Может они улетать собрались? Ну, а что, миссию выполнили, ребятенков своих высадили для наблюдения за нами. Чего им тут еще делать?

– Либо?

– Либо они готовятся к атаке. Да кто ж этих инопланетян поймет? Только время покажет.

– Но, получается, – Сандерс задумчиво теребил мочку уха, – если они решат атаковать, то наш лагерь первым окажется под ударом!

– Если они решат атаковать, то даже если бы мы находились на другом конце Земли, шансов выжить у нас бы не было. У них-то вон какие технологии, – вздохнув, Маша отошла от говоривших и стала разглядывать вновь прибывшего ребенка на экране. – До чего ж она миленькая. А глазищи какие красивые, цвета весенней листвы. Кстати, когда их всех в город повезут? Мы же не можем их тут держать вечно!

– Я слышал, что вопрос стопорится из-за военных. Они предлагают детей в специальный бункер отправить, под землю, – неодобрительно покачал головой Джейк. – Надеюсь, они проиграют, ведь все остальные, наоборот, ратуют за то, чтобы эти дети росли в среде, максимально приближенной к естественной. В прессе все новости только о том, кто из них сколько покушал да кому улыбнулся. Целое общество фанатов скандируют о том, чтобы детей поскорее вывезли с этого лагеря. Есть, конечно и сумасшедшие, типа Линды Чан…

– Что эта ненормальная репортерша наговорила в этот раз? – Маша невольно улыбнулась.

– Да как всегда, что они – посланники дьявола на земле и что их нужно сжечь, пока они не натворили бед.

– О! В прошлый раз призывала закопать их живьем. Прямо кладезь идей для палачей. Турин, небось, от нее в восторге. – Маша сделала пометку в журнале. Олег Алексеевич, отчет готов. Отправлять?

– Да, давай. И в копию встать вот эти фамилии. Мы им теперь тоже обязаны докладывать.

14 июля 2065 г. Санкт-Петербург. Закрытая территория НПКО

Маша выключила экран монитора и устало потерла глаза. Денек выдался так себе. Тринадцать довольно активных мальчиков и девочек, находящихся в центре наблюдения, скучать не давали. Радж сегодня подрался с Колей из-за игрушки и обоих пришлось вести в медицинский кабинет, обрабатывать ссадины. Юшенг и Джесика обнаружили на территории кота (бог его знает, как он пробрался сюда) и гоняли бедное животное по коридорам, радостно визжа.

Семь лет прошло с момента, когда инопланетный корабль спустил на землю первую сферу с ребенком, а такое ощущение, что все было только вчера. Интерес к судьбе инопланетных детей не угас до сих пор, и журналисты вместе с зеваками продолжали осаждать территорию центра. К сожалению, увеличилось и количество тех, кто считал детей угрозой жизни землянам. По большей части этому способствовала Линда Чан, которая периодически выступала против «взращивания демонических существ». Она обзавелась довольно внушительным количеством фанатов ее теории и несла свой бред с экранов под восторженные вопли и скандирования.

– Мария Сергеевна, – в кабинет заглянул охранник, – вы уже всё? На этаже только дежурные остались. Сейчас роботов-уборщиков будут запускать.

– Да, я уже закончила, – Маша встала из-за стола и направилась к выходу, заглянув на прощание в спальню к девочкам. Все крепко спали и лишь Лили, тринадцатая и последняя из детей с космического корабля, сидела на кровати, поджав колени к подбородку. Черные, как смоль волосы девочки были забраны в хвостик мягкой резинкой. а глаза, удивительно зеленого цвета настороженно смотрели на вошедшую.

– Что случилось, малышка? – Маша прошла в комнату и села на краешек кровати, пощупав лоб ребенка. – У тебя опять болит голова?

– Нет, – плаксиво ответила Лили. – Я боюсь.

– Чего же ты боишься?

– У меня под кроватью живет монстр.

– С чего ты это взяла?

– Абени сказал, что монстры часто селятся под кроватью, чтобы забрать нас собой и съесть.

– Не переживай. Абени где-то услышал ерунду и просто решил тебя напугать. Нет никаких монстров и тем более здесь. Ты же видела, сколько дядей вас охраняет.

– Дяди не могут защитить от монстра, – прошептала Лили, покачав головой, – потому что он для них невидимый.

– Хочешь, я при тебе посмотрю под кровать и докажу, что нет там никого.

– А вдруг он тебя схватит?

– Не схватит. – Маша встала на колени и заглянула под кровать. На одну крохотную секунду сердце ее сжалось от страха, когда она увидела что-то бесформенное в сумраке, однако тут же облегченно выдохнула.

– Ну что там? – нетерпеливо спросила Лили.

– Это игрушка и чей-то потерянный тапок. – Маша выпрямилась, протягивая девочке плюшевого мишку. – Так чей это тапок?

– Мой, – рот Лили расплылся в улыбке.

– Всё, ложись спать, а завтра я тебя навещу.

Укрыв девочку одеялом, Маша вышла из спальни, аккуратно прикрыв за собой дверь. Мимо, едва коснувшись ее ноги датчиком, прошуршал робот, отмывая и стерилизуя поверхность. Пикнув проходкой на КПП, Маша пошла к машине. На улице было тепло, хоть и ветрено. Приказав машине везти ее домой, откинулась в кресле, пытаясь расслабиться. Глядя на мелькавшие за окном небоскребы, невольно предалась воспоминаниям. Когда из космического корабля прибыла тринадцатая капсула, на обшивке ее обнаружили странные знаки: короткие палочки либо прямые, либо с наклоном в сорок пять градусов, повернутые в разные стороны /| I /| I. Как ни странно, но эти символы были похожи на слово ЛИЛИ. Так и решили назвать ребенка. В отличие от остальных присланных в сферах, девочка росла довольно слабенькой в плане здоровья, подверженная присущим земным детям заболеваниям. На той неделе, например, слегла с температурой и кашлем.

А еще, руководство, задействованного в проекте «Дети –К», теперь ломало голову: продолжить ли обучение «пришельцев» в индивидуальном порядке в Центрt или вывести эксперимент на новый уровень за его стенами, в обычной школе.

– Да как же их отправить в обычную школу, если их весь мир в лицо знает, – сама с собой разговаривала Маша. – Мало ли какой идиот захочет причинить им вред. Журналисты вообще проходу не дадут, пытаясь взять интервью. С другой стороны, если их выращивать в изоляции… Кем они вырастут? Какой путь выберут? Смысл их держать до глубокой старости, оторванными от мира? Даже сейчас, вроде всю информацию фильтруем, прежде чем детям рассказать или показать… Но ведь Абени откуда-то услышал про монстров! Может подслушали? А может они умеют что-то, о чем мы не догадываемся. Вдруг они все телепаты? Это ни один аппарат не покажет. Кто его знает, может сейчас они преспокойно общаются мысленно…

От всех этих рассуждений и предположений ее бросило в пот. Как бы эти мысли о сверхспособностях не пришли в голову военным. Тогда всё, участь детей решена, они будут подопытными крысами. Как назло, космический корабль за все эти годы не подавал никаких признаков жизни и так и висел гигантским черным коконом над пустырем. Там даже зеваки больше не ошивались, потому что скука смертная.

Неожиданно у нее перед глазами возникла картинка, как она ведет Лили в первый класс. На девочке нарядный костюмчик, в руках большой букет цветов и неизменная улыбка на лице.

– Бедные дети, – вновь пробормотала она вслух. – Дай бог, чтобы у вас было нормальное детство.

Машина, мягко притормозив, остановилась у ее дома. Зайдя в прозрачный лифт и нажав кнопку нужного этажа, она наблюдала, как стремительно уменьшается двор внизу, словно она взлетала на маленькой ракете.

– «А мы так и не смогли за все эти годы покорить космос» – с внезапной обидой подумала она.

17 августа 2065 г. Санкт-Петербург. Закрытая территория НПКО

Лили с удивлением смотрела на царящую суматоху в коридорах Центра. Сотрудники бегали из кабинета в кабинет, о чем-то возбужденно перешептываясь.

– Джейк, что случилось? – девочка подбежала к Сандерсу, вопросительно посмотрев ему в глаза.

– Малышка, не переживай, ничего страшного, даже наоборот. Сейчас решается вопрос, чтобы вы посещали школу вместе с обычными детьми.

– С обычными? А мы что, не обычные?

– Эммм… Я потом объясню. Сейчас самое главное, что в вашем окружении будет много других ребятишек.

– И мы сможем гулять за пределами центра? – Лили радостно улыбнулась.

– Ты пока сходи в кабинет психодиагностики, тебя там уже ждут, а как только будет что-то известно, мы вам сообщим. Хорошо?

Кивнув, девочка вприпрыжку побежала по коридору. Найдя нужную дверь, вошла внутрь и уселась на стул, напротив ожидающей ее сотрудницы Центра.

– Здравствуйте, Ольга Игоревна! – девочка поерзала, устраиваясь поудобнее. – Сегодня снова будем смотреть разные картинки?

– Нет, Лили. Сегодня у нас с тобой будет задание поинтересней. А пока скажи мне, твои головные боли еще не прекратились?

– Они не часто бывают. Сегодня вот ничего не болит.

– А когда чаще появляется боль, утром или вечером?

– Ближе к вечеру. И я уже знаю, что если болит голова, то снова будут сниться плохие сны. Они мне не нравятся, всегда так страшно!

– Мы обязательно выясним, почему тебе снится такое. А пока… Видишь этот маленький стеклянный шарик на столе перед тобой?

– Красивый. Мне его нужно взять?

– Да…Но только не руками. Можешь мысленно приказать ему подвинуться к тебе?

– Как это?

– Просто смотри на шарик и повторяй ему команду. Прикажи ему, только говори это не вслух, а как бы про себя.

– Так же, как я разговариваю с монстрами?

– С монстрами? Ты разговариваешь с монстрами?

– Они иногда появляются ночью. Я лежу и не могу открыть рта, но при этом я с ними разговариваю.

– Хм, – Ольга Игоревна сделала пометку в блокноте. – Хорошо, попробуй сдвинуть его.

Лили, замерев, уставилась на шарик. От напряжения у нее даже вздулась венка на лбу, а сжатые губы превратились в одну тонкую линию.

– Не получилось, – расстроенно выдохнула она, виновато взглянув на женщину.

– Ничего страшного, – успокоила девочку Ольга Игоревна, – попробуем в другой раз. А теперь давай поиграем в головоломки.

Закончив с Лили и отпустив девочку, Ольга Игоревна направилась в кабинет к директору НПКО.

– Александра Валерьевна, можно?

– Конечно, я освободилась. Ну, как успехи у испытуемых?

– На данный момент телекинез у детей не выявлен. Каких-либо супер способностей не обнаружено. Остальные задания решают на уровне развития земных детей их возраста.

– Возможно, еще слишком рано давать такие задания, – Александра Валерьевна задумчиво посмотрела в окно. – На наш проект выделяются огромные деньги, будет обидно, если окажется, что инопланетяне прислали нам просто клоны земных людей. По анализам тоже никаких патологий не выявлено, обычные дети… Ну, кроме Лили, она часто болеет.

– Кстати, о Лили… Девочка уже неоднократно повторяла, что иногда ночами разговаривает с какими-то монстрами.

– Да, я читала отчеты. Запись с видеокамер показывает, что в комнате, кроме детей, никого нет. Скорее всего ей просто снятся кошмары. Мой сын тоже иногда видел страшные сны в детстве, но потом это прошло. Возможно, стоит еще раз пересмотреть установленные фильтры, отсекающие нежелательные передачи по телевизору.

– А вдруг мы ошибаемся? Вдруг она имеет способность видеть…потусторонний мир…или параллельные миры.

– Ольга Игоревна, – Александра Валерьевна с иронией посмотрела на женщину, – может вам в отпуск пора? Вы не переутомились?

20 августа 2065 г. Санкт-Петербург. Закрытая территория НПКО

Маша зашла в класс, где проходили занятия с детьми и приветливо улыбнулась, глядя на их сосредоточенные лица.

– Здравствуйте, ребята!

– Здра-авствуй-те Мари-ии-ия Сергее-евнаа! – хором ответили дети.

– Чего это вы такие хмурые? У меня для вас хорошие новости. Правительство утвердило новую программу, по которой вы будете обучаться в школе, вместе с другими детьми. С теми, кто не живет в этом Центре. Вас будут привозить на уроки, а после занятий возвращать обратно. С другими детьми вы сможете в рамках школьной программы ездить на экскурсии, заниматься в секциях и просто играться. Если всё пойдет хорошо и адаптация пройдет успешно, мы с вами больше времени сможем проводить за стенами Центра. Однако вы должны быть осторожны! Не все люди такие же добрые, как сотрудники Центра. Вас будут охранять на всякий случай, но не переживайте, все это лишь для вашей безопасности.

– Скорее бы, – Адам обвел взглядом присутствующих. – Хочу посмотреть, что находится за забором.

12 сентября 2065 г. Санкт-Петербург. Закрытая территория НПКО

Турин открыл сейф и, достав личные дела на каждого из тринадцати детей, сел в кресло и начал перечитывать документы. Это была информация, которую Турин собирал лично для себя и она не афишировалась в научном сообществе, не имела копий, не хранилась на электронном носителе. Станислав Петрович самолично вносил информацию ручкой, выделял текст цветными маркерами и делал пометки на полях.

1. «Адам – обладает лидерскими качествами. Остальные дети прислушиваются к его советам и стараются ему подражать. За время нахождения в Центре ни разу не болел.»

Он словно держит их всех на привязи невидимой ниткой. Всегда знает, кто где находится. Как?

2. «Ева – по характеру упрямая, идет «напролом», отстаивает свою точку зрения до конца. За время нахождения в Центре ни разу не болела.»

Нужно прогнать еще раз по всем тестам!

3. «Ирина – спокойная, даже меланхоличная. Любит наблюдать за природой, в сильную грозу испытывает небольшое волнение. Неконфликтна. За время нахождения в Центре ни разу не болела.»

Вопросов к ней пока нет, но, возможно, это маскировка.

4. «Николай – игривый, веселый, при этом может часами сидеть в комнате один, в полной темноте. За время нахождения в Центре ни разу не болел.»

Сделать еще раз тесты мозговой активности. Что за радость в темноте торчать?

5. «Марк – активный, любознательный. Любую игрушку с электронной начинкой легко разбирает и собирает обратно. С компьютерами и ИИ на «ты». За время нахождения в Центре ни разу не болел.»

Нужно контролировать эту его любовь к технике. Еще не хватало, чтоб он научился взламывать секретные программы

6. «Назир – отличается покладистым характером, отзывчивый, сразу бежит на помощь любому из детей. Неконфликтен. За время нахождения в Центре ни разу не болел.»

Пока вопросов нет. Продолжить наблюдение

7. «Юшенг – гиперактивный, любознательный. Любимая игра – прятки За время нахождения в Центре ни разу не болел.»

Его реально долго ищут! Как? Установить, где любит прятаться.

8. «Абени – спокойный, вдумчивый. Любит подпевать эстрадным артистам. За время нахождения в Центре ни разу не болел.»

В лаборатории утверждают, что у него уникальный голос, что-то там связанно с расширенным диапазоном. Певцом будет? Хе-хе

9. «Джессика – активная, увлекается спортом, имеет отличные показатели в беге на длинные дистанции. За время нахождения в Центре ни разу не болела.»

Продолжить наблюдение.

10. «Радж – забияка, любит подразнить окружающих. Имеет способность к изучению языков. За время нахождения в Центре ни разу не болел.»

Продолжить наблюдение

11. «Луис – активный, доброжелательный. Прекрасно ориентируется на местности. За время нахождения в Центре ни разу не болел.»

Продолжить наблюдение. Может устроить тест «лабиринт»? Выберется, интересно оттуда?

12. «Надежда – довольно замкнута и осторожна с незнакомыми, может уйти от общения. Имеет склонность к изучению электроники. За время нахождения в Центре ни разу не болела.»

Особо крепкие отношения с Марком, возможно из-за общей увлеченности. Контролировать ситуацию с обучением!!!

13. «Лили – самая слабая из объектов, подвержена различным заболеваниям (ОРЗ, ОРВ. См. мед.карту заболеваний). Часто жалуется на приступы головной боли. По характеру больше меланхоличная и тихая. Любит побыть одна.»

Что-то меня в ней настораживает. Из отчета психолога следует, что она иногда видит каких-то монстров. Что это: детские страхи или что-то большее?

Не могу подтвердить свои опасения, это, скорее, интуиция. ПРОДОЛЖИТЬ наблюдение, вписывать малейшие изменения в характере и поведении.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.