# Тёмная фея Офелия и песнь ночи

Геза Шварц

Офелия – тёмная фея, любит мечтать, провожает души в царство мёртвых, носит красные резиновые сапоги и совершает слишком много ошибок.

Чёрный круг – сообщество фей, которое больше не потерпит провалов. Офелия часто теряет души подопечных, а главное – испытывает к ним жалость (что строго запрещено!). Поэтому Чёрный круг устраивает ей испытание: фея должна успешно сопроводить особенную душу в царство мёртвых. Иначе Офелию изгонят из мира магии. Август Пинлин – человек, которому суждено умереть.

Но у Августа есть незаконченное дело – месть. И желание вернуть свою возлюбленную. И он намерен сделать это с помощью Офелии. Август предлагает фее опасную сделку, от которой о-очень трудно отказаться. Офелии придётся выбрать: пойти привычным для всех путём или остаться собой?

Gesa Schwarzt

Alexandra Helm (ill) Ophelia Nachtgesang: Die dunkle Fee © 2021 by Planet! in Thienemann-Esslinger Verlag GmbH, Stuttgart

Леттеринг на обложке и иллюстрация на форзаце Беспаловой Валерии (AMONIMY)

© Комарова М. А., перевод на русский язык, 2023 © Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.

## 1. Ровно в тринадцать часов

О, этот проклятый дождь!

Офелия Ночная Певунья выглянула из окна и помрачнела. Обычно она ничего не имела против дождя. Если, конечно, сама под него не попадала. Но сегодня вечером ей как раз нужно было выйти из дома. Конечно, ей как тёмной фее дождя можно было и не бояться, но эти противные маленькие капельки всегда обжигали кожу, точно раскалённые иглы. Она поёжилась при одной только мысли о том, что ей предстоит это испытать.

– Ну, привет, трусишка, – сказала она своему отражению в зеркале, которое тут же нахмурилось. – Что проку во всей твоей магии, если ты от дождя прячешься? Неужели совсем ничего не можешь с этим сделать? Припугнуть его, например? Вид у тебя довольно устрашающий!

Тут она была права. Ослепительно-белое платье, длинные светлые волосы ниже пояса, рассыпавшиеся по плечам. Кожа настолько бледная, что сквозь неё просвечивали тонкие тёмные вены. А глаза горели, пожалуй, даже ярче адского пламени. Однако она знала, что дождь этим не напугаешь, и её отражение вместо ответа лишь угрюмо поджало губы.

– Так я и знала, что ты бросишь меня в беде, – буркнула Офелия. – Чего от тебя ещё ожидать?

Её отражение показало ей язык, и Офелия отвернулась. Вот насколько низко она пала – разговаривает с собственным отражением! И всё потому, что боится дождя! Нет, об этом она точно никому не расскажет. К тому же тут все знали, что отражения больше любят беззаботно шнырять по зеркальному миру, а не отражать фей в плохом настроении. Они никогда ни о чём не думают, ни о чём не переживают. А вот Офелии, как ни крути, придётся сегодня выйти под дождь. На это она повлиять никак не могла. Потому что, как правило, ей не везло. И если так подумать, то этот дождь был, пожалуй, наименьшей из её проблем.

Она снова перевела взгляд на кучку пепла, лежавшую на полу посреди комнаты. Совсем недавно этот пепел был чёрным конвертом, который ветром принесло к дубу, где и жила Офелия. Внутри это старое дерево было намного больше, чем казалось снаружи. Окна были узкими, так что в комнатах всё время гулял сильный сквозняк, но здесь было достаточно места для самой тёмной феи, а также двух её домашних питомцев – паучков Хедвига и Константина. Едва Офелия открыла дверь, как прилетевший конверт развернулся, и появилось письмо, написанное на такой же чёрной бумаге. Буквы светились, и от их вида у Офелии пробежали по спине мурашки. Она до сих пор не могла успокоиться. Вот что было в письме:

> В связи с недавними событиями во мраке Офелия Ночная Певунья приглашается на заседание Чёрного Круга ровно в тринадцать часов. Просьба прибыть вовремя!

> Подпись: Деметрий

Офелия раздражённо заскрипела зубами, вспомнив, что слово «вовремя» было жирно подчёркнуто. Конечно, это всё Дороти, помощница Деметрия. Офелия терпеть её не могла. Но от одного только упоминания имени Деметрия она вся сжималась от ужаса. Гнева как не бывало. Деметрий являлся не просто одним из самых могущественных магических существ, которых когда-либо видывал Потусторонний мир. Он вдобавок ко всему являлся лидером Чёрного Круга, союза старейших и сильнейших тёмных фей. Вместе с Советом Света, ассоциацией, созданной светлыми феями, члены Чёрного Круга следили, чтобы все остальные волшебные существа придерживались определённых правил.

Правил накопилось предостаточно, но все они были необходимы, чтобы не подвергать опасности сосуществование фей и людей, поскольку большинство людей о существовании фей вообще не знали. От мира людей Потусторонний мир отделяла магическая завеса. И поскольку люди очень любят совать нос в дела, которые их не касаются, и впутываться в различные неприятности, так было намного лучше для них самих. Потому-то Деметрий строго следил за исполнением правил Чёрного Круга и не менее строго наказывал мятежников, которые пытались эти самые правила нарушить. И именно Деметрий строго отчитывал Офелию каждый раз, когда она проваливала задания. А случалось это очень часто. Пожалуй, даже слишком.

– Может, ещё всё обойдётся, – пробормотала Офелия и всё же с трудом смогла перевести дыхание. Она пыталась убедить себя, что ей и до этого попадало, но знала, что на сей раз всё будет иначе. Недавние события во мраке будут иметь последствия. Очень серьёзные последствия.

Она снова посмотрела на кучку пепла. Письмо сгорело само, в тот же миг, как она его прочитала. Теперь её бросало то в жар, то в холод, но она понимала, что ничего не изменит. Если Деметрий готовил ей ту же участь, что и этому письму, если всё уже было решено, необходимо просто смириться, а не прятаться как последняя трусиха. Да она и не была трусихой. Кем угодно, но только не трусихой.

Правда, дождя она всё-таки немного побаивалась.

Бросив последний взгляд в окно, Офелия накинула пальто, набросила на голову капюшон и надела свои красные резиновые сапоги. Она уже представляла себе благородных фей из Чёрного Круга, когда она явится на заседание в подобном виде. Ведь обычно феи не носили резиновые сапоги, а уж тёмные феи – тем более. Они величественно и таинственно плыли сквозь ночь на крыльях, прекрасные и мрачные. Но Офелия пока только училась. В её жилах текла чёрная кровь тёмных фей, она владела достаточно сильной магией, но была ещё очень молода. Её магический потенциал раскрылся не до конца, и ей предстояло ещё очень многому научиться. Получалось пока не так хорошо, как хотелось бы. Она до сих пор не могла защититься от дождя, что было неудивительно: у юных фей такое часто бывает, им трудно противостоять природным стихиям, поскольку они ещё не в гармонии со своей магией. Но Офелия старалась работать над этим, как могла. И пока ей были просто необходимы пальто с капюшоном и резиновые сапоги. Иначе она бы не решилась отправиться на это заседание. Босиком по всем этим лужам? Нет уж! Ни. За. Что.

Она взглянула на портрет своего дедушки, висевший у её двери. Он угрюмо посмотрел на неё. Офелия понимала, почему его все так уважали. Не только потому что он когда-то был одним из самых могущественных волшебников, но и потому, что он действительно был очень суровым и внушал ужас. Офелия хорошо помнила, как они с братом переехали к нему в нагорье вскоре после смерти их родителей. Помнила его грубые манеры, рычащий голос. И как неожиданно менялся и смягчался его взгляд, когда он смотрел на неё или на Мино. А как он плакал и убивался, когда погиб Мино!..

Офелия нежно провела рукой по портрету. Нелегко же было старику отпускать её в далёкий Дан Эйдеанн, когда пробудилась её магия. Но иначе было нельзя. Офелии предстояло пройти курс обучения в легендарной Академии фей. Люди теперь зовут этот город Эдинбургом, но они и понятия не имеют, что на том самом месте расположен источник магической силы всех волшебных существ. Сейчас и Офелия была частью волшебного мира, а потому смело выдержала пристальный взгляд своего дедушки. Он будет гордиться ею. Она хотела, чтобы он гордился.

Офелия осторожно выглянула за дверь. Нет, дождь ей совсем не нравился. Ни капельки. Он как будто даже припустил сильнее, когда Офелия спешила через луг. Фея пыталась парить, но всё равно приходилось то и дело отталкиваться от земли, чтобы продвигаться быстрее. И как будто нарочно она попадала ногами в самую глубокую лужу, так что даже резиновые сапоги почти не спасали и в них уже хлюпала вода.

Академия грозно возвышалась на вулканической скале. Было ещё очень далеко, и казалось, что это огромное здание откровенно насмехается над юной феей. Люди видели на этом месте Эдинбургский замок, Офелия же смотрела сейчас на Академию во всей красе: маленькие башенки, выступающие альковы и зубчатые стены, где она обучалась в последние месяцы. Да, здесь она получала знания. И постоянно терпела неудачи.

– Снова опаздываешь, – вдруг раздалось карканье рядом с ней.

От неожиданности Офелия приземлилась прямо в лужу. Брызги воды сильно намочили подол её платья, и фея сердито перевела взгляд на ворона, устроившегося на нижней ветке берёзы. Он чуть наклонил голову набок и выглядел очень довольным. Должно быть, радовался новой встрече.

– Тиберий, – проговорила Офелия. – Слушай, у меня сейчас совсем нет времени. – С этими словами она продолжила свой путь.

Ворон полетел за ней и с тихим карканьем приземлился фее на плечо.

– Я об этом и говорю. Если не поторопишься, точно опоздаешь. Но я вижу, что ты очень стараешься, так что есть шанс прибыть вовремя.

– Я была бы намного быстрее, если бы толстый ворон не сидел сейчас у меня на плече.

Тиберий обиженно опустил голову.

– Ничего я не толстый. Просто перья объёмные. Кроме того, я подумал, что тебе сейчас не помешает моральная поддержка.

– Да, мне это действительно нужно, – пробормотала Офелия. – Спасибо. А то скоро опять нотации о душах выслушивать.

– О да, – согласился Тиберий. – Души – любимая тема для дискуссий в Чёрном Круге. Что, впрочем, совсем неудивительно. Вы, тёмные феи, ничем другим больше и не занимаетесь.

– Вот и неправда, – возразила Офелия. – Просто это наша основная задача – сопровождать души умерших в царство мёртвых.

– И должен признать, задача эта очень почётная. Я ворон, я во всех мирах как дома. Так что поверь: я знаю, о чём толкую.

Офелия вздохнула.

– Но эта задача будет ещё более почётной, если её выполнять. А у меня это, как тебе известно, пока не очень получается.

Тиберий знал это как никто другой. Они давно дружили, так что он был в курсе всех её промахов. Но его это мало волновало. В конце концов, Офелия помогла ему однажды. Она заступилась за него, когда он подрался с двумя воронами. С тех пор он считал её настоящей героиней. Пытаться убедить его в обратном было просто бессмысленно, потому что такого упрямца надо ещё поискать. Тиберий своего мнения никогда не менял. Что тоже неудивительно – ведь он был вороном.

– Ни один проводник души ещё с неба просто так не падал, – каркнул он. – Так и передай достопочтенному Чёрному Кругу.

Офелия улыбнулась. И не только потому что ворон так хорохорился. Они к этому времени уже пересекли луг, и теперь перед ними лежал большой город с его извилистыми улочками и всеми их секретами. Офелия снова почувствовала то покалывание, которое она ощутила в свой первый приезд сюда: это предвкушение нового фантастического приключения. До него оставался всего один крохотный шажочек.

Она взглянула на Тиберия и поняла, что он тоже с нетерпением и радостью ждёт приключений. И снова напомнила себе, что когда-то давно она решила, что никогда не будет огорчаться по мелочам.

Тиберий нежно потёрся клювом о её щеку, как бы говоря, что понимает, о чём она думает. И не раздумывая больше ни секунды, Офелия отправилась дальше. Вперёд, навстречу суете маленьких городских переулков.

## 2. В подземном мире

Офелия неслась дальше по узким переулкам. Запах старого города ей очень нравился, он сразу же напомнил ей причину, по которой Дан Эйдеанн получил своё прозвище: Олд Рики, то есть Старый Вонючка, как его часто называли между собой люди. Конечно, они не имели ни малейшего представления о том, что это прозвище на самом деле пришло от волшебных созданий, населявших городок. Если быть ещё точнее, в далёком прошлом здесь незаконно работали гоблины. А потом пришедшие к власти феи положили конец этому безобразию.

Должно быть, даже для людей эти старые домики, мощённые брусчаткой улицы и широкие задние дворы казались чем-то удивительным и волшебным. Но Офелия видела не только большие дома, которые стояли так близко друг к другу, что солнечные лучи едва достигали земли в этих узеньких переулках. Она видела и потайные улочки, и порталы, и маленькие домики. Город был не просто городом, а прибежищем многих волшебных существ. Только вот истинный облик волшебного мира был недоступен взорам людей, потому что находился под улицами города.

Офелия прошла через ворота, за которыми, как казалось простым смертным, находился заброшенный старый двор. Но фея и ворон сразу увидели широкие ступени, ведущие вниз, под фундаменты домов. Офелия тотчас ускорила шаги, спускаясь по ступенькам. Наконец-то можно укрыться от дождя! Она сняла капюшон и вскоре оказалась в Забытом переулке – на главной улице Потустороннего мира. Близилась ночь, и переулок начинал постепенно оживать.

По обеим сторонам переулка тянулось множество домов. Разноцветные маленькие деревянные домики и заржавевшие чёрные здания с башенками и решётками на окнах чередовались между собой. Когда-то и здесь жили люди. Но затем, по мере расширения города, многие переулки и их дома начали использовать в качестве фундаментов для зданий. Так эти домики и остались под землёй. Брошенные людьми дома захватили волшебные существа, обжили их и создали огромный лабиринт подземных улочек, центральной из которых был Забытый переулок. Все дороги вели сюда.

Здесь жили маги и алхимики, вокруг было полно магазинчиков, а пожилые старушки-гномы с интересом выглядывали из окон своих домов. Тут даже бельё на просушку развешивали между зданиями, точь-в-точь как у людей. Только вот неба здесь не было. Жители подземного мира не видели солнца и луны, лишь мерцающие фонари. Они были небом этого потайного мирка.

Офелия любила шум и суету Забытого переулка и с удовольствием часами бродила бы по многочисленным магазинам, выбирая безделушки. Но она делала это крайне редко и тайно, чтобы никто случайно не узнал, потому что порядочной тёмной фее не пристало проводить досуг подобным образом. По этой причине – и ещё потому, что она слишком часто опаздывала, – Офелия обычно передвигалась по Забытому переулку бегом.

Точь-в-точь как сейчас. С Тиберием на плече она старалась уворачиваться от волшебных существ, которые попадались ей на пути. Гоблины. Ведьмы. Призраки. И конечно же, эльфы и феи, тёмные и светлые. Казалось, большая толпа осталась позади, но вот её внимание привлекла фигура в самом конце переулка.

Это был тёмный эльф, высокий, в чёрном сюртуке, с волосами цвета чёрного дерева, завязанными сзади в конский хвост. Его лицо было отрешённым и бледным, а глаза – красными, точно раскалённые угли. Заметив его, Офелия уже не замечала ничего и никого вокруг и в итоге налетела на гоблина, который стоял у своего магазина тканей.

– Вот молодёжь нынче пошла шальная! – воскликнул торговец и недовольно всплеснул руками. Конечно, ростом он был очень мал, едва доставал Офелии до груди. Но ведь это совсем не означало, что его можно игнорировать и толкать, о чём он сейчас и говорил.

– Простите, пожалуйста, – прошептала Офелия. – Мне очень жаль, правда…

Она хотела сказать больше, но тут её бесцеремонно оттолкнули ведьмы, спешащие в магазин мётел, где как раз были большие скидки. Такую возможность ведьмы бы точно не упустили.

Офелии удалось добраться до конца переулка, где она с облегчением обнаружила, что тёмный эльф её не заметил.

– Да тебя просто не узнать, – заявил Тиберий. – Ведёшь себя как влюблённая человеческая девочка.

Офелия фыркнула.

– Вздор. Но это же Арион – самый могущественный учитель в городе. Знаешь, каким необычным вещам он обучил Мино! Уже совсем скоро он наверняка будет на заседании Чёрного Круга выслушивать вместе со всеми, как Деметриус отчитывает меня за промахи. Эх, если бы он тренировал меня, как Мино…

– …я бы с тобой и словечком больше перемолвиться не смог, потому что в этом случае поостерёгся бы к тебе близко подходить, – перебил её Тиберий. – Не отрицаю, Арион – могущественный, сильный маг, но он очень коварный. Едва ли найдётся кто-то высокомернее.

– Ты ведь так говоришь только из-за того случая с чернильницей. А зачем ты в его окно заглядывал? Знаешь ведь, что ни один волшебник не пустит в свой дом чужаков.

– Так я же быстренько хотел глянуть, – оправдывался Тиберий с лёгким оттенком смущения, – одним глазком. Как я мог предвидеть, что это будет иметь такие последствия?

– А должен был предвидеть, ты же давно знаешь фей, – парировала Офелия. – Дом волшебника подобен открытой книге для всех, кто хочет выведать его секреты. А секреты – самое ценное, что есть у волшебника. Секреты – вот основа магии.

– Ох, прекращай. Я сейчас будто читаю один из твоих запылённых томов в Академии. – Тиберий демонстративно чихнул. – Никогда мне, видно, не понять, отчего тебе так нравятся старые книги.

– Книги – это магия, вот и всё, – пояснила Офелия. – С домом волшебника всё точно так же. Я ведь уже рассказывала, что мой дедушка пускает в дом только самых близких своих знакомых. И даже им нельзя пройти дальше передней. Все волшебники так делают. В том числе Арион. Так что с самого начала было понятно, что твоя попытка шпионажа обречена на провал.

– Не очень-то приятно было – чернильницей прямо в голову!

Офелия рассмеялась.

– Считай, легко отделался. Он мог бы преподать тебе более серьёзный урок, чтобы впредь неповадно было нос куда попало совать.

– В моём случае – клюв.

– Это выражение такое. Радуйся, что вообще жив остался. Я знаю нескольких волшебников, которые бы тебя за такое просто поджарили на месте. Например, мой дедушка.

Тиберий сглотнул.

– Я ведь даже не хотел ничего плохого. Лишь увидеть дворец Ариона изнутри.

– Да, понимаю, – согласилась Офелия. – Если уж он снаружи такой яркий и впечатляющий… Да ещё и расположение такое – на самой вершине Холма Мастеров!..

Холм Мастеров возвышался в самом центре города. Люди называли его Калтон-Хилл. Однако они не знали, что там располагались не только исторические памятники, но и дворцы самых могущественных фей в городе.

– Мне очень нравится твой дуб, – отважился Тиберий, – но было бы просто изумительно, если бы и ты однажды переехала в этот чудный дворец.

– Если и перееду, то случится это очень нескоро, – вздохнула Офелия. – Сперва нужно проявить себя, чтобы мастер взял меня на обучение. Так что пока останусь в своём воющем дубе и буду слушать бесконечные лекции в Академии.

Тиберий пригнул голову, чтобы не задеть фонари, свисавшие с лавки ведьм.

– А что там такого необычного можно выучить? Регулярные путешествия во мрак. Переправка душ. Уроки пения. Зубрёжка всех этих странных песен. Тренировки, чтобы можно было защититься и дать отпор, если вдруг душа взбунтуется. Я что-то упустил?

– Да, есть кое-что, – пробормотала Офелия. – Выживание.

Как тёмная фея она обладала превосходным слухом. Офелия почувствовала звон колоколов надземной церковной башни даже раньше, чем он эхом разнёсся по подземному миру. Вот и настал тринадцатый час, как называли его феи: тот час после полуночи, когда Потусторонний мир оживал.

Офелия ускорила шаги. Она проплыла мимо двух призраков – призраки ненавидели, когда проходили прямо сквозь них, и за подобные выходки мстили страшным воем – и свернула на боковую улочку. Ещё не стих последний удар колокола, когда она остановилась перед мрачным зданием.

Оно напоминало маленький замок, но довольно мрачный, потому что здание было чёрным как сажа. Фасад украшали альковы и балконы, остроконечные башни вздымались в каменное небо, а окна были подсвечены красным. Офелия немного ссутулилась. В целом, такие мрачные сооружения нравились ей. Как и у всех тёмных фей, у неё была склонность ко всему тёмному, жуткому и таинственному. Ей были очень симпатичны ночные кладбища, заброшенные и полуразрушенные дома, стелящийся над холмами туман. Она даже всадников без голов очень любила. Но с этим местом всё обстояло иначе, ведь это штаб-квартира Чёрного Круга, и для Офелии она была так же привлекательна, как для людей замок графа Дракулы.

Тиберий прикрыл голову крыльями.

– Не дай себя запугать. В последнее время у тебя бывали неудачи во мраке, но твоей вины в этом не было.

– Чёрному Кругу на это наплевать, – мрачно вздохнула Офелия. – Во мраке такого просто не должно происходить. А раз это произошло, значит, будут последствия. И скоро я узнаю, какие именно. Если только смогу пройти через портал.

Они молча уставились на входной портал, напоминавший ненасытную пасть, которой больше всего нравилось пожирать тёмных фей.

– Какие они гостеприимные, – пробормотал Тиберий. – Могу предложить около пяти тысяч двухсот девятнадцати вещей, которые можно было бы сделать вместо того, чтобы проходить через это.

– Да, я, пожалуй, тоже, – ответила Офелия.

Тиберий искоса взглянул на неё.

– Как насчёт того, чтобы сбежать и вести тихую жизнь тёмной феи?

Офелия ухмыльнулась.

– И как бы это выглядело?

– Не знаю, – признался Тиберий. – Зато не будет стрессов, нудных лекций и зловещих Чёрных Кругов.

– Ты ведь не перестал практиковаться в полётах даже после того, как около трёх тысяч раз неудачно приземлился прямо на клюв.

– Четыре тысячи, вообще-то, – пробормотал Тиберий. – Это как минимум.

– А теперь представь, что ты всё-таки сдался. Ты был бы вороном, который не умеет летать. Понравилось бы тебе такое?

– Не слишком, – ответил Тиберий. – Вороны меня бы просто на смех подняли. Они уже сейчас надо мной насмехаются, называя жалким, потому что я, видите ли, в воровстве ничего не понимаю, да и дерусь так себе. А я так скажу: для этого нужна хорошая мотивация, только и всего. Если же мотивации нет, тогда зачем это всё? Но вот ворон, не умеющий летать, – это уже вообще не ворон.

– Вот то-то и оно, – сказала Офелия. – Я тёмная фея и хочу делать то, что делают все тёмные феи. Хочу проводить души сквозь мрак, хочу петь самые прекрасные песни, хочу освоить магию в полном объёме, как вся моя семья. И я хочу однажды занять место в Чёрном Круге и получить доступ к тайнам Потустороннего мира.

– Хочешь попасть в их секретную библиотеку? – скучающим тоном спросил ворон. – Отлично, ещё больше пыльных книг, счастье-то какое…

– В этих книгах записаны самые мощные заклинания всех времён! – с энтузиазмом воскликнула Офелия. – Мино столько рассказывал мне об этой библиотеке. Она такая большая! Если взять оттуда все книги и сложить вместе, получится гора выше той, на которой сейчас стоит Академия!

– Могу представить, – ответил Тиберий. – Но не могу понять, что же такого замечательного в бумажной стопке, пусть даже такой огромной.

Офелия закатила глаза.

– С помощью книг можно освоить тёмную магию и узнать гораздо больше о Потустороннем мире. Мино всегда говорил: Больше знаний – больше приключений, распахни же им навстречу двери! Я очень хочу познакомиться с ними поближе. Похоже, для этого мне потребуется больше времени, чем остальным членам моей семьи. Но дедушка всегда говорил, что у каждого свой путь. Мой путь таков. Не самый лёгкий, но всё же он мой.

В сердце Офелии вновь вспыхнула решимость, и она перевела взгляд на портал Чёрного Круга. Тринадцатый час приближался, она это чувствовала. Ей следовало поспешить, если она не хотела доставлять Дороти удовольствие унизить её в очередной раз.

– Позволь сказать ещё кое-что, – снова заговорил Тиберий с тем же воинственным оттенком, который он мог бы использовать в бою. – Если ты действительно хочешь чего-то добиться, ты этого добьёшься. У тебя обязательно всё получится, поверь мне. В конце концов, я ворон.

Офелия улыбнулась.

– И нет никого… – начала она.

– …кто мог бы быть умнее ворона, – закончил Тиберий ее фразу. – Особенно если этот ворон – я. – Он перелетел на каменную ограду. – Подождать тебя тут?

– Не стоит. Я понятия не имею, как долго продлится заседание. Да и не хочу, чтобы у тебя снова были неприятности с каменными троллями, ты ведь поцарапаешь их стену.

Тиберий посмотрел на камень под собой.

– Ладно, – каркнул он. – Но если Деметрий сожжёт тебя дотла, он будет иметь дело со мной. Я ему глаза выклюю и на голову потом нагажу, а вот он мне ничего сделать не сможет. Жаль, только тебя рядом не будет и ты не сможешь разделить мой триумф.

– Я надеюсь, что до этого всё же не дойдёт. – С этими словами Офелия шагнула вперёд, но у самого портала вновь обернулась: – Тиберий! – окликнула она ворона и улыбнулась. – Спасибо тебе.

Тиберий склонил голову. В его глазах мерцал тёплый огонёк.

– Всегда рад помочь, героиня Офелия! – бросив последний взгляд на зловещее здание, он расправил крылья и улетел.

Офелии не нужно было касаться ручки, чтобы открыть дверь. Она лишь протянула руку вперёд, соблюдая определённую дистанцию, и, даже несмотря на то что стояла достаточно далеко, почувствовала холод серебра. Вот дверь медленно приоткрылась, и Офелия двинулась вперёд – навстречу своей судьбе.

## 3. Никудышное создание

– Офелия Ночная Певунья!

При звуке этого голоса Офелия инстинктивно сжалась и ссутулилась. Она даже не пересекла вестибюль с гигантской мраморной лестницей, когда на верхней ступеньке появилась фигура: худая и прямая, как палка, с причудливо завитыми пепельно-серыми волосами, в костюме, который больше походил на смирительную рубашку. Он явно был не слишком удобным, но его обладательницу это, похоже, заботило меньше всего. Достаточно было только взглянуть на Дороти: это угловатое, недовольное лицо с пронзительными светло-красными глазами.

– Офелия Ночная Певунья, – Её голос грянул и будто сбил Офелию с ног. – Ты. Вновь. Опоздала!

Офелия поспешила подняться по лестнице. Она знала, что спорить с Дороти бессмысленно. Но терпеть её замашки она тоже была не намерена.

– Вот и неправда, – храбро возразила она. – В письме было сказано, что я должна прибыть в тринадцать часов, и сейчас по-прежнему тринадцать. Или я ошибаюсь? – Она посмотрела прямо в холодные глаза Дороти.

– Приходя вовремя, ты проявляешь уважение, – пренебрежительно фыркнула та. – Особенно учитывая, что ты натворила. Впрочем, разве можно ожидать от такой, как ты, приличия и хороших манер? И во что это ты одета? Какой позор!

Офелия готова была перечислить по меньшей мере дюжину вещей, которые оказались действительно позорными. Причёска Дороти, например. Её голос. Или визг, как будто Офелия только что «случайно» столкнула её с лестницы. Для тёмной феи это было не особенно опасно, но при одной только мысли, что она бы унизила таким образом противную Дороти, у Офелии тут же поднялось настроение. Однако от дальнейших комментариев она всё же воздержалась.

– Надо идти, – просто сказала она. – Или мне сказать Деметрию, что я опоздала, потому что ты очень хотела поболтать со мной?

Дороти лишь сильнее поджала губы. Затем резко отвернулась от Офелии и быстро зашагала по коридору.

Офелия едва за ней поспевала. И вот наконец Дороти остановилась перед большой чёрной дверью, украшенной фигурой тёмной феи. Её длинные волосы развевались на ветру, и смотрела она, казалось, прямо в душу того, кто остановился сейчас у двери.

Как всегда, Офелия затаила дыхание при виде этого зрелища. Это была Моргана, самая могущественная фея всех времён. Жила она ещё в эпоху первых фей и до сих пор считалась кумиром каждой тёмной феи. Очевидно, даже для Дороти, которая смотрела на неё с нескрываемым восхищением. Потом она, похоже, вдруг вспомнила, что сейчас не одна, и наклонилась к Офелии.

– Моргане было бы очень стыдно за тебя, – прорычала Дороти. – Мне с самого начала было ясно, что ты ничего не добьёшься. Былая слава вашей семьи. Никудышное ты создание, чего от тебя вообще можно ожидать? Никогда тебе не стать настоящей тёмной феей. Постоянно отвлекаешься. Постоянно пренебрегаешь правилами. И ты понятия не имеешь, что значит смерть в нашем деле и насколько важна наша миссия. Помяни моё слово – рано или поздно закончишь, как эта воронья голова, безумная Филиппа.

Офелии ужасно захотелось влепить Дороти пощёчину за такое сравнение. Она при этом ещё так нагло ухмылялась. Чего Офелии уж точно не хотелось, так это закончить, как Филиппа. Никому не хотелось закончить, как она. Филиппа одиноко жила у реки на старом дереве, её здоровье, как физическое, так и ментальное, оставляло желать лучшего, а в мир мёртвых она могла переправлять разве что птиц да маленьких зверушек, на большее её способностей просто не хватало. Если Офелии случалось столкнуться с ней в городе, на следующий день в Академии она изо всех сил старалась заниматься усерднее и прилежнее. И для всех учеников не было большего оскорбления, чем сравнение с Филиппой.

– Да, – протянула Дороти. – Я была уверена, что ты закончишь, как она. Но тогда я ещё понятия не имела о масштабах твоего проступка. Теперь же я сказала бы, что тебя ожидает совсем другое будущее. Голову готова дать на отсечение, что это будет наш последний разговор.

Офелия вздрогнула, но не подала виду, что испугалась.

– Было бы здорово, – парировала она, – но вряд ли мне так повезёт.

Дороти фыркнула. Ей хотелось бы сильнее припугнуть Офелию, но это жалкое подобие тёмной феи только нахально улыбалось ей. Дороти была очень зла, но всё же сдержалась и трижды постучала в дверь. Офелия переступила порог, и Дороти, в последний раз смерив её ледяным взглядом, тихо закрыла дверь.

Избавившись наконец от Дороти, Офелия выдохнула с облегчением. Однако радость длилась недолго. Перед ней предстал сам Деметрий.

## 4. Деметрий

Лидер Чёрного Круга парил над полом комнаты. Его глаза были закрыты. Тёмная, как сама ночь, мантия развевалась, словно во время шторма, хотя в помещении не было ни малейшего ветерка. Она, казалось, сливалась с его тенью. Он раскинул руки в стороны, и на лице его застыло выражение молчаливого напряжения. От его пальцев тянулись световые нити, которые исчезали в чёрных зеркалах, висевших вдоль стен.

Офелия не осмеливалась пошевелиться. Эти зеркала были порталами. Порталами к другим тёмным феям. И даже в другие миры.

Офелия знала, что Деметрий уже давно заметил её присутствие. Она это чувствовала. Его внимание было похоже на ледяной ливень. Однако сейчас он сосредоточился на зеркалах.

На мгновение Офелии показалось, что в одном из зеркал мелькнула арка со странными шипами, залитая голубым светом. Деметрий протянул руку к этому зеркалу. Картинка тут же увеличилась, и Офелия смогла разглядеть отдельные шипы на правой стороне арки. Затем зеркало резко почернело. И вновь Офелия задалась вопросом, что же Деметрий видел в этих зеркалах. Прошлое, настоящее? Может быть, даже будущее? Словно в ответ на вопросы, на его лице промелькнуло что-то похожее на беспокойство. Но что же могло вызвать беспокойство у такого могущественного мага, как Деметрий?

Он опустил руки и медленно приземлился на пол, похожий на статую из звёздного света. Его магия постепенно затухала, только искры слабо потрескивали. И вновь Офелия невольно отметила, что он, кажется, совсем не старел. Серебристые волосы доходили ему почти до плеч. Он был хорошо сложен. На лице, шее и руках можно было разглядеть тонкие шрамы. Да, Деметрий был истинным воином, он захватил в плен уже немало сильных магов. Офелия просто не могла не восхищаться им. И вот Деметрий открыл глаза.

Они были не красными, как у большинства других тёмных фей, а прозрачно-голубыми. Каждой клеточкой своего тела Офелия чувствовала, каким холодом веет от Деметрия, от одного этого взгляда. Во рту у неё тут же пересохло. Иногда она замечала в его глазах танцующие искорки, которые показывали, что Деметрий состоял не только изо льда и магии. Но теперь она ничего этого не видела, лишь изо всех сил старалась не показывать свой страх.

– Подойди ближе, Ночная Певунья, – строго велел Деметрий. Будто это прорычал жуткий монстр, готовый вот-вот вырваться на свободу.

Офелия хотела подплыть к нему по воздуху и сделать это как можно более грациозно, но ей приходилось прилагать неимоверные усилия, чтобы сдержать дрожь. Поэтому она неуклюже, как человек, пробралась по древним магическим рунам, которыми был покрыт весь пол в комнате, и остановилась перед Деметрием, низко склонив голову.

– Ты ведь не так давно была здесь, – медленно проговорил он. – Я надеялся, что не увижу тебя вновь так скоро.

Было очень странно слышать, как такой могущественный маг, как Деметрий, рассуждает о надежде. Обычно тёмные феи не проявляли человеческих эмоций, и у Офелии после его слов тут же испортилось настроение. Она его разочаровала. Что может быть хуже? И тотчас, будто в ответ на её мысли, перед её внутренним взором снова появилась кучка пепла.

– Да, я тоже, – быстро проговорила она, пытаясь прогнать эту жуткую картинку. – То есть… Я хотела сказать, что тоже надеялась, что не… – Она умолкла на полуслове, чувствуя себя глупой маленькой девочкой.

Деметрий молчал, и она робко подняла на него взгляд.

– Я знаю, – спокойно ответил он, и по его лицу скользнула улыбка. – Ты так похожа на отца. Этот настороженный, напряжённый взгляд. А улыбка – мамина. Я ведь сражался с ними бок о бок в той войне. До сих пор очень горько и больно, что их больше нет с нами. И не только их. – Он снова умолк. Офелия поняла, что он подумал о её брате Мино. Однажды он тоже стоял на этих самых рунах. И вероятно, Деметрий говорил ему то же самое.

– Я знаю, что в недавних событиях во мраке не было никакого злого умысла и ты искренне сожалеешь, – продолжал Деметрий. – К сожалению, это мало что меняет. Это повлекло за собой тяжёлые последствия. Уже скоро прибудут другие старшие феи. Тогда они решат, что с тобой делать. Но решать будут не только они.

Офелия удивлённо вскинула брови. О чём это говорил Деметрий? Чёрный Круг собирался призвать на заседание тролля, который должен был решить, какую ногу ей откусить сначала?

– Тролля очень трудно сдерживать, – многозначительно проговорил Деметрий, и Офелия поняла, что он прочёл её мысли. – Было бы очень неразумно призывать его сюда. Нет. Единственный, кто может помочь нам решить, что с тобой делать, – это… ты сама.

– Я? – едва слышно прошептала Офелия.

Деметрий кивнул:

– Именно так. И позволь мне дать тебе совет. Когда-то я был так же молод, как и ты. Мне так же, как и тебе, приходилось принимать непростые решения, которые определяли мою дальнейшую судьбу. Оглядываясь назад, я могу сказать: лучшими из всех решений были те, что я принял, несмотря на страх. И я сейчас говорю не о страхе перед опасностью, а о том страхе, который таится глубоко внутри и блокирует все мысли и чувства, делая тебя твоим же злейшим врагом. Требуется мужество, чтобы преодолеть этот страх и прислушаться к тому, что действительно важно. У твоего дедушки было такое мужество, как и у твоих родителей, и у твоего брата. Вспомни об этом, вспомни о моих словах, когда сегодня будешь принимать одно из важнейших решений в твоей жизни. – Тут он понизил голос: – Исход заседания зависит от тебя даже в большей степени, чем от меня.

Офелия не совсем поняла, что он имел в виду, и даже не была до конца уверена, действительно ли он это сказал. Но всё, что он говорил до этого, она слышала отчётливо, а потому кивнула.

– Я буду помнить об этом, – пообещала она. – Только если я сгорю дотла, у меня ничего не выйдет. Ведь, насколько я знаю, пепел думать не может.

На миг в глазах Деметрия мелькнула весёлая танцующая искорка. Затем он величаво кивнул.

– Феи прибыли, – провозгласил он. – Заседание Чёрного Круга объявляется открытым.

## 5. Чёрный Круг

Деметрий поднял руку, и с его ладони скатилась на пол небольшая искра света. Тотчас всё зазвенело, и блестящие ручейки заскользили к зеркалам. Вот в них уже проявились три феи и три эльфа. Офелия знала их всех.

Вот Амира, чей голос был прекраснее всего, что Офелия слышала до сих пор. Рядом Элейн, которая жила в самом большом озере в городе, и от её пения сияла вода. А это Ника, которая была старше большинства других фей и знала больше, чем самые мудрые книги. Затем Силенос с белыми, как снег, волосами, который мог превратить каждое своё слово в ураган. Здесь же и Космо, который выглядел как ребёнок, но был почти такого же возраста, как Ника. И наконец, Арион, который всех поражал своими невероятными магическими способностями. Из его уст даже самые тёмные заклятия звучали как нежная колыбельная. Офелия невольно отвела от него взгляд. Арион выглядел таким же возвышенным, как и раньше, в Забытом переулке.

– Заседание открыто, – объявил Деметрий. Он остановился между зеркалами Ариона и Амиры. – Офелия Ночная Певунья явилась на наш призыв. Выйди вперёд, пожалуйста.

Пошатнувшись, Офелия сделала шаг и остановилась точно в центре комнаты. Она чувствовала себя раненой вороной и едва держалась на ногах.

– Ночная Певунья, – пробормотал Силенос, оглядывая Офелию с головы до ног. – Как странно снова видеть тебя здесь. Ведь ты происходишь из такой известной и всеми уважаемой семьи. Твой дед некогда был могущественным магом. Твои родители сражались в войне фей – этом мрачном событии. Завеса между мирами тогда едва не рухнула. Многие феи тогда выступали против Деметрия. Они считали, что эту границу не стоит защищать. Твои же родители были одними из храбрейших воинов, они отдали свои жизни ради всеобщей безопасности. Они были героями.

Офелия кивнула.

– Я это знаю. И хочу стать такой же сильной, как они. Хочу стать настоящей героиней, как все члены моей семьи.

– Говори, да не заговаривайся, ведь далеко не все твои родичи – великие герои, – небрежно бросил Космо. – Твой брат Мино был очень одарённым волшебником и быстро учился. Его тренировал сам Арион, и никто не ждал, что он посрамит доброе имя своих предков. Но всё же в конечном итоге он затерялся во мраке.

Офелия тяжело перевела дыхание. Затерялся во мраке… Так описывали это феи. Во мраке обычно теряли рассудок и погибали в страшных муках.

– О да, – вмешалась Элейн. – Мино оказался не таким уж великим воином, каким его считали. А ведь именно на Мино мы возлагали большие надежды, когда коварный Адамас попытался разрушить завесу между мирами. И он действительно нашёл Адамаса во мраке и вступил с ним в бой. Но бой тот был неравным. И если бы не Арион…

– Мино храбро сражался, – взял слово Арион. Звук его голоса успокаивал Офелию, и напряжение постепенно отступало. – Но Адамас был слишком силён. Недаром его зовут Повелителем Мрака. Даже я едва смог с ним справиться, хоть я – опытный боец. Мино же сделал всё, что было в его силах, чтобы остановить Адамаса.

Космо фыркнул.

– Жаль, успехом его попытки не увенчались. Страшно представить, как бы сейчас выглядел наш мир, если бы мы в твоей битве полагались только на него одного.

Сощурив глаза, он смотрел на Офелию. Она же в этот момент думала о Мино и снова слышала в своих мыслях его голос: этот тёмный, мелодичный голос, который всегда утешал её, когда ей было грустно. Она помнила этот чудесный голос, помнила его песни, хотя самого Мино давно уже не было в живых. Нет, она бы его никогда не забыла.

– Я знаю эту историю, – ответила Офелия как можно спокойнее. – Знаю историю своей семьи. Говорили, что наше пение по силе и красоте едва ли когда-либо превосходило пение других фей. Мино практиковался как одержимый, я это хорошо помню. Однажды я спросила его, почему он это делает, и тогда он ответил мне: Только так ты можешь понять, кто ты и что ты, только так ты сможешь следовать за своим голосом. Всё дело – лишь в этом. Важно – лишь это. Если ты не будешь практиковаться, у тебя не будет жизни. – Она умолкла. – У меня пока не очень хорошо получается. Но я знаю, что талант у меня есть, он просто ещё не пробудился. И это именно то, что я хочу сделать. Ради себя самой… и ради Мино. Ради нас обоих. – Тут она твёрдо посмотрела в глаза феям. – Мой брат вовсе не был таким слабым, как о нём сейчас говорят. Он был сильным – как и я. Как вся моя семья. Мы – сила. И я это докажу.

– Но сейчас это не так, – бросила Амира. – Вы с братом…

Тут Деметрий поднял руку.

– Мы не затем собрались, чтобы обсуждать семью Офелии. – Он переводил взгляд с одного старейшины на другого, затем внимательно посмотрел на Офелию. – Как ты знаешь, мы лишь представители Чёрного Круга. Но за нами, во мраке, стоят те, кто оправдывает нашу репутацию: все тёмные феи, которые отточили своё мастерство и теперь могут сопровождать души в мир мёртвых. Я знаю, ты хочешь стать одной из них. Хочешь получить посвящение и раскрыть неведомые тебе доныне тайны. Хочешь посетить Библиотеку Тьмы, изучить заклинания, выбрать себе наставника, который будет сопровождать тебя на всём твоём дальнейшем пути. Но для этого нужно выполнять ряд определённых требований. Ты ведь понимаешь это, не так ли?