Федор Галич
Птенец человеческий

С самого детства Андрей терпеть не мог голубей, и как только он слышал их воркование в него, будто бы, вселялся бес. Истреблял он «посланников мира» разными способами: стрелял по ним из рогатки, кидал в птиц камнями, натравливал на них собак, подбрасывал в их стаю кошек, но они, как назло, жили с ним в одном дворе и перелетать в другое место обитания не собирались.

За его предвзятое отношение к сизым «соседям» жильцы дома даже придумали ему обидное прозвище «ВОРОБЕЙ», и как только он очередной раз устраивал охоту на своих пернатых врагов, они, пытаясь пристыдить хулигана и тем самым отбить у него желание заниматься птичьими репрессиями, нараспев дразнили его из окон, скандируя на всю улицу: «АНДРЕЙ-«ВОРОБЕЙ», НЕ ГОНЯЙ ГОЛУБЕЙ!» Андрею от этого массового порицания было ни жарко, ни холодно. В момент атаки в Андрее засыпали стыдливые угрызения совести, а вместо них просыпался (ничего невидящий и не слышащий вокруг себя) дикий зверь, сосредоточивший всё своё внимание исключительно на дичи. Соответственно, и до соседских нареканий ему было, как до «фонаря».

В то время, пока другие мальчишки целыми днями по двору гоняли футбольный мяч, Андрей с утра до вечера устраивал голубиные засады и без устали стрелял по ним из своей самодельной рогатки. Иногда его пульки достигали цели, и из крыльев подбитых голубей эффектно отлетали отстреленные перья. В таких случаях Андрей победно улюлюкал на весь двор и торжественно втыкал трофейные перья себе в голову, подражая индейцам.

Непримиримая война «воробья» с голубями длилась долгие восемнадцать лет, пока Андрея не призвали в армию.

Как только суровые, подтянутые и дисциплинированные дяди увели коротко стриженого неоперившегося юнца на «переделку» в настоящего мужчину, жильцы дома (вместе с сизыми «соседями») с облегчением выдохнули, и во дворе наступило двухлетнее перемирие.

Два года службы Андрея в Воздушно-Десантных Войсках пролетели для жильцов дома (особенно для голубей) как два дня, и появление во дворе грозного «ОРЛА» в голубом берете переполошило весь дом: мужики заохали, бабы «закудахтали», голуби (проглотив подступивший к горлу комок) притаились.

Выслушивая подробные рассказы напившегося, по поводу возвращения, Андрея о том, как ему в армии приходилось есть голубей, жильцы дома заметно напряглись и с ужасом представили, с какой лёгкостью этот возмужавший натренированный «индеец» набросится на своего непримиримого пернатого врага и, захватив его в «плен», начнёт снимать скальпы или просто превратит жилой дом в концентрационную голубиную «птицефабрику».

Уговорив родителей Андрея разменять квартиру и отселить взрослого парня подальше от греха и от их дома, жильцы быстро нашли подходящий вариант размена и даже организовали за свой счёт переезд.

Заселившись в отдельную квартиру, расположенную на самом верхнем этаже пятиэтажного кирпичного дома на окраине города, двор которого славился отсутствием в нём сизых тварей, Андрей начал самостоятельную размеренную и спокойную гражданскую жизнь. Правда, наслаждался он ею совсем недолго и вскоре стал замечать на своём балконе громко воркующих голубей.

– Да как же они меня вычислили!? От меня что, семечками за версту воняет или свежеиспечённой сдобой? – завопил Андрей и, обнюхав (на всякий случай) свою одежду, принялся искать под рукой что-нибудь тяжёлое, чем можно было бы «звездануть» по этим пучеглазым доставалам.

Энергичное размахивание шваброй из стороны в сторону и «покрытие" этих городских «куриц» трёхэтажным матом практически не оказывало на наглых птиц никакого устрашающего эффекта. Напуганная псих-атаками бывшего десантника пернатая «гвардия» временно отступала, «отстреливаясь» при взлёте белым помётом и, облетев дом вокруг, снова приземлялась, как ни в чём не бывало, на балкон Андрея, словно на свой собственный аэродром.

К привязанным (за перила балкона) блестящим золотинкам и компакт-дискам голуби быстро привыкли и, не обращая на них внимания, продолжали обживать своё новое пристанище, увеличиваясь с каждым днём в количестве.

Подбрасывать на балкон отравленную еду Андрей не рискнул, так как боялся, что голуби могут сдохнуть где угодно: на крыше их дома, на чердаке, на детской площадке во дворе, в конце концов, на его же собственном балконе и начать гнить, распространяя повсюду мерзкую вонь и заразу. К тому же, отравленная еда могла упасть с балкона и стать случайным кормом для собак и кошек, а ходить и оправдываться потом перед владельцами домашних животных да собирать голубиные трупы по всей округе не входило в его планы. Гонять птиц, как в детстве по двору было уже не солидно, а оставлять всё как есть, ему не позволяла его хроническая ненависть к этим «красноглазым» чудовищам. Нужен был такой способ, который бы прогнал этих тварей раз и навсегда. Чтобы они боялись к нему приближаться даже на пушечный выстрел.

Отыскать ответ на самый волнующий вопрос его жизни Андрей решил на «Птичьем рынке». Где, как ни там, можно было найти любую информацию о птицах и получить именно ПРАКТИЧЕСКИЙ, а не философски-теоретический, народный совет.

Интуиция его не подвела и в ближайшие выходные доказала свою правоту.

Познакомившись на рынке с птицеловом Васей, Андрей узнал, что от голубей можно избавиться двумя способами: экзотическим и акустическим. Экзотический способ предполагал на балконе присутствие пауков-птицеедов. А акустический – наличие звуковой записи с криками хищных птиц. Мол, если ежедневно включать в квартире аудиозапись со звуками орлов, беркутов или соколов, то голуби подумают, что в квартире завелись хищники и, чтобы не стать их сытным обедом, улетят навсегда.

Подробно описав все плюсы и минусы этих вариантов, новый знакомый Андрея, почёсывая затылок и осматриваясь по сторонам, негромким заговорщицким тоном добавил, что если Андрей желает купить пауков-птицеедов, то у него есть телефончик разводчика этих прожорливых пресмыкающихся. А если ему больше по душе бескровно-музыкальный формат избавления, то ему лучше заглянуть в лавку «Пение птиц», расположенную при входе на рынок.

– У них такое количество записей, что они с лёгкостью подберут душераздирающую песню даже для самого искушённого и бесстрашного голубя! – заверил Василий и, язвительно похихикав, указал пальцем в сторону тёмно-синей палатки.

Поблагодарив своего нового знакомого, Андрей дружески похлопал Васю по плечу и направился в музыкальный киоск.

Обколоченный брезентом прилавок, конечно, мало напоминал киоск, но у сидящего на раскладном стульчике дряхлого старичка вид был такой важный, что складывалось впечатление, будто он не торговец дешёвой «пиратской» продукцией, а самый известный в мире саунд-продюсер, эксклюзивно представляющий лучших певцов на Планете. Хотя, что касаемо «певцов», то положа руку на сердце, так оно, наверное, и есть. А вот насчёт «продюсера» – это был, конечно, ещё большо-о-ой вопрос. Можно, конечно, представить, что дом у старичка переоборудован в профессиональную студию звукозаписи, и что у него там сидят на контрактах в золотых клетках холёные «певцы», которые напевают дедуле (с утра до вечера) нетленные хиты… Но судя по количеству и разнообразию дисков, стопками разложенных по прилавку и полкам, старичок давно должен был жить не на Земле, а летать в облаках, или жить в каком-нибудь птичьем «царстве-государстве». Да и стиль одежды старичка выдавал, что он не гламурный «продюсер», а обыкновенный алкаш.

Из маленьких обшарпанных динамиков до ушей Андрея доносилась приятная мелодичная трель соловья, а до носа – неприятный «выхлоп» перегара «продюсера».

– Что-то интересует? – сухо спросил старик и, крякнув два раза, как утка, кашлянул в свой кулачок, словно в невидимый микрофон.

– Меня интересует пение, а точнее громкие крики хищных птиц, способные вызвать голубиный испуг, – чётко и громко выкрикнул Андрей, слегка наклонившись к старику.

– А твоего крика, они что, не боятся? – вздрогнув от неожиданности, поинтересовался старик и потряс в ухе пальцем. – Я бы испугался, если бы был голубем!

– Простите меня, но я почему-то подумал, что вы плохо слышите, – попытался оправдаться Андрей, и его лицо заметно покраснело от смущения.

– Плохо я только выгляжу, а вот слышу я превосходно! Вот вы, к примеру, сможете отличить на слух хотя бы пение соловья от пения канарейки? Готов поспорить, что вы способны отличить только крик петуха от крика вороны! А я могу различить соловьиную серенаду влюблённого «жениха» от грустной песни «женатого» самца! Поэтому, очень вас прошу больше не орать в моё чувствительное ухо, а говорить спокойно, – вежливо попросил старичок и, с деловым видом музыкального эксперта, сощурившись, принялся сосредоточенно перебирать на прилавке диски, пытаясь подобрать что-нибудь подходящее.

Порывшись в своих архивах примерно с минуту, старичок пожал плечами и, сморщив в недоумении небритое лицо, разочарованно произнёс:

– К сожалению, ничем не могу вам помочь. У меня, конечно, есть записи криков хищных птиц, но я думаю, что голуби не поверят в их угрожающий клик и заподозрят подвох. Это я вам как специалист говорю. Дело в том, что для обычного человека пение птиц это всего лишь простой свист, не отличающийся один от другого. А на самом деле, смысл этих криков абсолютно разный. Как бы вам, это понятнее объяснить? – сам себе задал вопрос старичок и, потерев немного сморщенный лоб как «лампу мудрости», продолжил делиться своими соображениями. – Вот вы представьте себе обратную ситуацию, при которой, не вы, а птицы решили вас напугать и, купив на человеческом рынке запись с человеческими криками, включили её вам. Вы напугаетесь, если услышите нарезку громких, несвязных мужских фраз: «ЗИНА, ПОЙДЁШЬ В МАГАЗИН – КУПИ МНЕ ВОДКИ!»; «ДА КОГДА ЗАКОНЧИТСЯ ЭТА ДОЛБАННАЯ ХОЛОДИНА?»; «ВОТ УРОДЫ КРИВОНОГИЕ, КТО ЖЕ ТАК БЬЁТ ПО ВОРОТАМ?»; «КУДА ТЫ ЕДЕШЬ, ОБЕЗЬЯНА С ГРАНАТОЙ?». Ну, как, страшно вам станет? Принимаете вы эти посланные фразы на свой адрес? Я думаю, что нет. Вот и у меня, примерно, такие же записи, только на птичьем языке. Вам нужен угрожающий воинственный дикий боевой клич, а в моей широко представленной фонотеке, в основном, сборники позитивных песен и лирических «романсов». Так что не обессудьте, – ещё раз извинился старик и развёл руки в стороны.

Поблагодарив птичьего меломана и добросовестного продавца за честность, противоречащую законам коммерции, Андрей собрался было уже покинуть музыкальную лавку, как вдруг услышал оптимистический возглас старика:

– Постойте, я вспомнил! Мне тут недавно принесли диск с криками какой-то древней птицы! Она столь редкая, что даже я не понимаю, о чём она поёт, но орёт она так, что если вы включите этот диск у себя в квартире, то обосрутся не только голуби, но и соседи! Моя целевая аудитория – уравновешенные любители природной гармонии и релаксации, а не психически расстроенные звукофилы с хроническими запорами. В связи с этим, мои клиенты вряд ли купят этот «некондиционный товар». А вам этот диск возможно и пригодится. Так что заберите-ка вы лучше себе это «пугало» и включайте своим пернатым «друзьям» на устрашение, а себе – на здоровье! – усмехнулся старичок и, достав из-под прилавка запылившийся аудиодиск, на котором было маркером размашисто написано: «Аргентавис», протянул его Андрею.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.