Елена Гайе
По воле судьбы

Пролог

Марич беспокойно крутился всю ночь – ему чудились удары бубна. Они то удалялись, то приближались, становились то отчетливей, то смолкали вовсе.

Афанасий Петрович Маричев был старожилом Чукотского края: объездил все села и отдаленные поселки, ходил с китобоями, знался со многими оленеводами, слышал много сказаний, обрядов, встречался с настоящими шаманами и шаманками, был вхож во многие семьи.

Он поднялся с кровати, заварил крутого чайку.

– А вдруг это знак, – подумал он, сделав глоток. – Да нет! – постарался отогнать дурные мысли. – Ну чудится и чудится – стар я уже, вот и лезет всякая ерунда в голову, – и ухмыльнулся мыслям.

Старик подошел к окну – весна в этом году была поздняя – вон снега еще сколько, а уже почти середина мая. Сквозь мысли до него донесся громкий крик Зимняка¹. Марич поднял взгляд наверх – тот кружил над поселком.

Ему показалось, что крики обращены к нему, и снова тревога закралась в сердце. Сегодня воскресенье, мужики еще датые, наверное, снегоход не доверят, да и засмеют. И куда ехать – он не знал. Накинув тулуп, Афанасий все же решил дойти до них и направился в соседний корпус.

Постучавшись, он вошел – на удивление никто не спал, ребята пили чай. Он поздоровался.

– О, Марич, здорóво! Ты чего такой озадаченный, – спросил бригадир Дима и пригласил старика к столу.

– Что-то вы сегодня рано чаевничаете, – резюмировал Марич.

– Какой тут сон? Весь хмель еще ночью вышел, – ответили они хором.

– Сначала Василю почудился звук шаманского бубна, потом и нам, – продолжал Дима. – Как-то не по себе стало, – закончил он и вопросительно посмотрел на Марича – мол, а ты ничего не слышал?

Марич оживился и уверенно подошел к столу за кружкой, налил крутого кипятка, кинул щепотку заварки и сел к товарищам.

– Так значит, не мне одному почудилось. Интересно, интересно, – протянул старик, теребя рукой жиденькую бороденку. – Дак, я к вам и пришел по этому поводу с самого утра – узнать! – соврал он. – Не понял я только: с какой стороны доносился звук?

Он вопросительно оглядел мужиков, коих было четверо.

– Да Митяй выходил на улицу, вроде как из-за сопки.

Митяй – низкорослый мужичок лет сорока – показал рукой:

– Оттуда! – и устремил взгляд в окно. – Ох и жутко было: сколько работаю, никогда такого не слышал, – пробубнил Митяй, не отрываясь от знакомых видов.

– А что, может сгоняем, посмотрим? Есть смельчаки? – подначил Марич и оглядел компанию.

– Да легко, – сказал Дима.

Остальные посмотрели на него с опаской.

– Здесь ходило много легенд о шаманах и прочих чудесах, – подумал тот, а сам сказал: – А поехали, Дима, с тобой вдвоем?

– А? Поехали! – Дима поднялся, допивая чай на ходу.

Марич торопливо встал и, воодушевленный, направился к двери, бросив Диме: – Возьми что-нибудь из инструментов, и оружие, мало ли что.

Мужики поднялись и направились на улицу. Дима завел мотор снегохода, и рев оглушил тишину воскресного утра.

Два товарища сели на снегоход и помчались в неизвестность…

Снегоход мчал. Марич глядел по сторонам и прокручивал в голове исходы поездки. То он мнил себя посланцем шаманов, то все казалось ему полнейшей ерундой. Мысли проносились со скоростью снегохода. Впереди виднелась долгожданная сопка.

– Еще километра три! – подытожил Марич.

Солнце разливалось по снегу – невероятная красота этого края всегда была по душе старцу.

Лучшие годы своей жизни он провел на этой промерзлой земле, окончил училище по плотницкому делу, призвался на службу, и был отправлен сюда на Чукотку, да так и остался – работал на приисках. Когда здоровье стало уже подводить, перевелся завхозом – благо мужик он был рукастый, да и плотницкое дело не забывал. Вскоре друзья и коллеги один за другим потянулись на большую землю, он не смог оставить любимый край, да и к кому ехать? Марич был детдомовцем, с женой они развелись, а детей не нажили.

– Подъезжаем! – крикнул Дима, чем и перебил мысли старика.

Завернув за сопку, их внимание привлек большой валун у подножия и какое-то движение – они рванули к нему. Мыслей не было. Любопытство и страх охватили обоих. Приближаясь, они уже рассмотрели упряжь из двух оленей, а значит, там кто-то есть. Олени метнулись от грохота приближающегося снегохода, но не понеслись, а опустили головы и покорно стояли.

Подъехав, мужики быстро спрыгнули и бросились к саням. На них лежала девушка, руками прижимала странный короб, пальцы и ладони были в крови. Неподалеку валялся ледоруб, а рядом зияла вырытая ямка, в глубине которой виднелась промерзлая земля.

– Эй! – окликнул ее Дима и коснулся лба рукой. – Вроде теплая, она просто без сознания, – и потянулся к коробке.

– Стой! – крикнул Марич. – Не трогай! Это шаманский короб! Нельзя! Давай ее уложим в сани, я поеду с ней, а ты поезжай к ребятам, грейте воду, зовите доктора и ждите.

Они аккуратно положили девушку в сани, укрыли и двинулись обратно.

Дима летел, в голове крутилось: – Откуда она здесь, да и не похожа на местную…

Марич умел управляться с упряжью и они медленно направились в сторону рабочего поселка.

Он украдкой поглядывал на девушку.

– Да не местная вроде, и одежда на ней с материка… – Олени тоже ему не знакомы, все это казалось странным. – В другой стороне в километрах в пяти чукотское село, – продолжил размышления старик. – Дак там домов пять жилых осталось!

Он стал вспоминать жителей.

– Так, семья Анохи – местного пьяницы… Валька – бывшая повариха на пенсии, мож, к ней кто приехал!? Серега – бывший летчик, эх, хороший мужик, да, говорили пропал… – сквозь мысли он услышал лай собак, которые радостно встречали упряжь.

Ребята подбежали к саням и аккуратно переложили на носилки, сооруженные наспех из покрывала, осторожно понесли девушку в дом.

– Хорошо еще на прииске было мало народу, а то набежали бы, – подумал Марич.

Игорь Александрович – доктор и уважаемый человек – уже крутился возле девушки, доставал из аптечки какие-то лекарства, растирки. Марич не любил врачей и разные манипуляции и, почуяв запах нашатыря, решительно открыл дверь и вышел в коридор.

Минут через десять, дверь приоткрылась, и его окликнул Дима. Нужно было решить вопрос с пребыванием – посторонним нельзя находиться на базе. К тому же прииск готовился к консервации, и поэтому основная часть работников переехала на новую дислокацию – триста километров севернее.

– Начальство вряд ли будет на следующей неделе, и к тому же девушку будут искать, – сказал Марич. – Пусть перенесут вечером ко мне, я все равно один, комната двухместная, и к тому же я – завхоз.

На том и порешили.

– Как она? – поинтересовался старик у доктора.

– Переломов и обморожений нет, я поставил укол – будет спать сутки, – констатировал Игорь Александрович и, выходя, добавил: – Если что, зовите.

Марич поспешил к себе обустраивать постель для гостьи и на выходе пригрозил присутствующим:

– Короб не трогать! Ах, да и, еще – отпустите оленей пусть идут домой, – старик невольно почувствовал себя важной персоной.

Глава 1

Алька проснулась, сквозь сознание медленно пробивался рассвет. Она закрыла глаза, мысли вчерашнего дня прокручивались в голове, на часах было шесть сорок – можно поваляться – и девушка перевернулась, натянув на себя одеяло. Она любила утро.

Солнце пробивалось сквозь шторы, слышалось щебетание птиц, ритмичные движения метлой дворника Фадеича, голоса прохожих, спешащих на работу.

Послышались шаги и звучное мяуканье.

– Ах ты проказник! – повернулась и тут же ласково сказала Алька, подозвав к себе кота.

Толстенный рыжий кот уставился зелеными глазами в ее, а затем продолжил свое мяуканье. Девушка потянулась – придется вставать, покормить. Она нехотя вылезла из-под одеяла и побрела на кухню. Миска оказалась пуста.

– Ах ты обжора, Маркиз! – пожурила любимца, который терпеливо ждал свою порцию. – Тогда уже и кофе попью, – пробурчала Алька, и включила чайник. – Так, ложка кофе, три кусочка сахара…

Как раз закипел чайник, кухня наполнилась ароматами. Вдохнув запах кофе и сделав глоток, Алька выглянула в окно. Начинался новый день…

Потягивая кофе, она прошла в зал и плюхнулась в любимое кресло.

– Так, – сказала себе Алька, – сегодня обязательно нужно освободить бабушкин комод, близятся майские праздники.

За выходные она хотела сделать ремонт и уже договорилась с женщиной о наклейке обоев, присмотрела новую мебель. Она бросила взгляд в коридор, где стояли новые рулоны обоев – ждали своего часа.

Мебель с бабушкиной комнаты была продана, оставался только он – старый, сначала несколько раз перекрашенный, а потом под веяньем моды обклеенный пленкой комод. В нем хранились все фотографии, документы, вырезки из журналов и газет, сами журналы и газеты, уже изрядно пожелтевшие папки с вырезками.

– «В общем, всякая всячина!» – как говорила сама бабушка Тоня.

Прошло три месяца, как не стало близкого и дорого ей человека. Смерть была внезапной – бабуля растерялась на дороге, а водитель не смог вырулить и задел женщину, от удара ее отбросило. К приезду кареты «скорой помощи» Антонины уже не стало.

У Альки навернулись слезы, она встала и побрела в другую комнату, где, собственно, и находился комод. Открыв верхний ящик, она достала фотоальбом, и воспоминания нахлынули с новой силой. Первый ящик был освобожден, она вытащила его и отнесла к входным дверям. В следующем лежали журналы, пожелтевшие папки с вырезками. Рассортировав их на нужное и ненужное, с трудом вытянула никак не поддававшийся ящик, и понесла к первому. Уже повернувшись, краем глаза заметила приклеенный скотчем к днищу ящика самодельный большой конверт. Аля начала аккуратно все отклеивать, и через несколько секунд уже держала в руках загадочное письмо.

– Что за тайны в нем хранились?

Она прошла на кухню, села за стол и принялась доставать содержимое…

Глава 2

Антонина Васильевна Фирсова была женщиной улыбчивой, доброй, мягкой и покладистой, но во взгляде таилась некая тоска и печаль. На долю женщины выпало немало испытаний, самой страшной из которых, была потеря единственной дочери – матери Альки. Все хлопоты по воспитанию и содержанию легли на ее плечи. Отца Альки она считала недостаточно зрелым для воспитания дочери, да и как-то равнодушным к девочке, и убедила, что с ними ей будет лучше.

Родом она была из Кировской области, из небольшого городка. Окончила школу и поступила в медицинское училище. Получив диплом по специальности «Сестринское дело» по распределению попала в город Долинск – молодой, с динамично развивающейся инфраструктурой и промышленностью. Антонина без труда оформилась в центральную поликлинику, получила комнату в общежитии, и началась ее взрослая, самостоятельная жизнь.

«Тонечка», – так ласково называли ее, легко влилась в жизнь коллектива и зарекомендовала себя, как исполнительный, ответственный работник. После работы с девчонками ходили в кино, на танцы, в кафе, где было самое вкусное мороженое! Роста она была среднего, худощавого телосложения, длинными каштановыми волосами заплетенными в тугую косу, круглым личиком с аккуратненьким вздернутым носиком, рот был небольшой с ярко-розовыми губами и довершали образ огромные зеленые глаза. Походку Тоня имела быструю, стремительную, поэтому ее смех мог раздаваться из разных уголков поликлиники казалось бы одновременно!

Накануне празднования своего двадцатилетия, она была очень взволнована – тщательно выгладила платье, купила новые туфли и сумочку. Ей казалось, что в этот день произойдет что-то особенно приятное и предчувствие ее не обмануло! Двадцатое мая выпал на субботу, погода эти дни стояла жаркая, уже чувствовалось дыхание лета.

Антонина проснулась в прекрасном настроении, ловко соскочила с кровати, подбежала к шкафу, распахнула его и оглядела праздничный наряд – красное платье, ее любимое – для особенного случая, в котором ее еще никто не видел – открыла коробку с новыми туфлями, покрутила сумку, которую тщательно подбирала под туфли и довольная своим выбором, быстро захлопнула дверцы.

Раздался стук в дверь и сквозь приоткрытую дверь, просунулась голова Любашки – девушки из соседней комнаты.

– С Днем Рождения! – громко произнесла она. – Спустись на вахту, для тебя сюрприз!

Тонечка набросила сверху халат и стремительно побежала вниз. Вахтерша Марьям Мисхатовна, а в простонародье – тетя Мара – завидев Тоню, замахала сложенной надвое телеграммой, радостно пропев: – Танцуй, танцуй! – Тоня на ходу исполнила подобие калинки-малинки и, ловко выхватила телеграмму, она быстро развернула лист и стала читать:

«С Днем Рождения тебя, наша любимая дочь! Твои мама, папа и младший брат Толик.»

У Антонины появились слезы – как же она скучала по ним и отчему дому! Неожиданно в дверях появились девчонки с букетом цветов и, увидев Тоню, бросились обнимать и поздравлять виновницу торжества. Тоня смахнула слезы, настроение у всех было замечательное.

– Ну что, сначала в кафе, а потом на танцы! – произнесла Таня. Соседка по комнате и девчонки поспешили готовиться.

Тоня последний раз огляделась в зеркале – в этом красном платье чувствовала себя, как тургеневская девушка, и казалась себе чуть взрослее. Она улыбнулась, поправила локоны, и девчонки шумною гурьбой направились к выходу.

В кафе было многолюдно и шумно, они заняли столик и сделали заказ. Официант принес разнос, и девушки приступили к поеданию любимого лакомства, радостно обсуждая предстоящий вечер.

Через столик сидела компания молодых людей, на столе было много закусок и шампанского – ребята, вероятно, отмечали важное событие. Приход привлекательных девушек не остался для них незамеченным, и те по очереди оборачивались и о чем-то переговаривались. Наконец молодой человек встал из-за столика, направился к девушкам и с улыбкой предложил после кафе объединиться компаниями и продолжить отдых вместе.

После кафе они уже все вместе двинулись в парк, а потом и на танцы – отмечать день рождения девушки. В этой компании Антонина и повстречала любовь всей своей жизни.

– Царев Сергей Николаевич, – протянул ей руку и представился.

– Лапина Антонина Васильевна, – произнесла она и подала в ответ свою.

Сергей был высокого роста, стройный, имел широкие плечи, густую чернявую шевелюру, карие глаза и хорошо очерченный рот. Весь вечер молодые не сводили друг с друга глаз. Сергей много шутил, рассказал о себе, своей семье, что родом они из Украины. Тоня узнала, что Сергей тоже попал в этот город по распределению на «Мехзавод» по окончании инженерного института. Вчера была первая зарплата, которую, собственно, они решили отметить сегодня в кафе.

Сергей сбегал в киоск и преподнес девушке огромный букет из белых роз, еще раз поздравил ее с днем рождения. Антонина была счастлива. Затем они попрощались со всеми, и продолжили прогулку вдвоем. Было уже поздно, Сергей проводил Тонечку до общежития, а назавтра пригласил в кино, она, конечно согласилась.

Через полгода молодые сыграли шумную свадьбу, куда съехалась вся родня и молодая пара начала совместную жизнь.

Сергею выделили от завода комнату в семейном общежитии и супруги начали вить свое гнездышко. Сергей быстро продвигался по карьерной лестнице, был активистом, интересовался экономикой и политикой, очень дорожил семьей, был надежной опорой. С ним Антонина чувствовала себя как за каменной стеной. Позже наступила долгожданная беременность. Антонина легко выносила и родила здоровую девочку. И мужчина назвал ее в честь своей бабушки – Алла, Антонина была не против. Еще через год они держали в руках ордер на двухкомнатную квартиру.

Девочка росла крепким ребенком, почти не болела, внешне походила на отца – кареглазая, с темными вьющимися волосиками. «Крепыш» – называли таких детей. Характер у Аллочки проявился рано, девочка была своенравной, скрытной, с неуемной энергией, любыми путями добивалась своего.

– Наша порода! – часто произносил Сергей.

Шло время… Училась Алла хорошо, была отличницей, активно принимала участие в жизни класса и школы, посещала театральный кружок, занималась танцами. Гордость семьи – одним словом! Отец с матерью баловали дочурку: лучшие наряды, новомодные куклы, каждое лето на море, самые престижные детские лагеря и здравницы. И девочка смекнула, что их семья может позволить себе много больше, чем семьи ее подруг.

Выросла Алла девушкой видной: стройная, высокая, с темной густой косой, кареглазая – загляденье! От женихов не было отбоя, но близкой дружбы не заводила, Аллочка была влюблена и очень стыдилась своего чувства, старалась не обращать внимание на избранника, робела, боялась, что чувства могут оказаться не взаимными, хотя они часто пересекались в компании, но вот открыться она не хотела и виду не подавала, так и маялась. На противоположной стороне улицы находилось Высшее летное училище, где собственно и учился парень, которого приглядела Алла.

 После окончания школы, по маминым стопам, поступила в медицинский институт.

– Помогать людям, – со значением произносила она.

С кафедрой определилась быстро – педиатрия, сестер и братьев у нее не было, возможно, это и сыграло свою роль при выборе.

В выходные молодежь часто выбирались в кино, на природу, проводили время в парке. Сергей, так звали парня – что, к слову, льстило девушке, ведь так звали ее отца, которого она безмерно любила и уважала, – был душой и любимцем компании, играл на гитаре, любил пошутить, обходительно и любезно относился с девушками. Иногда казалось, что тот украдкой смотрит на нее, следит за реакцией на его слова и шутки, но дружбы не предлагал и лишь иногда провожал до дома. Сергей был высоким, светловолосым с голубыми глазами, пухлыми губами, его красивая улыбка обнажала белые ровные зубы.

– Мой романтик! – так она ласково называла его в душе.

До окончания учебы оставалось полгода. Аллочка усердно занималась, на своей кафедре и была одной из лучших учениц, да и родители настаивали на серьезном отношении к профессии

– А гульки будут потом! После диплома, – говорили ей.

К тому времени Сергей Николаевич занимал уже большую должность. Мать Аллы – Антонина Васильевна, – стала домохозяйкой, и с удовольствием занималась бытом и готовкой для своей семьи, выходные они проводили на даче, в двухэтажном доме, который построил Сергей Николаевич. Также отец вступил в жилищный кооператив, чтобы у любимой и единственной дочери было свое жилье. Место жительство оставалось прежним – тихий и уютный район очень нравился семейству.

 От подруг она узнала, как Сергей обмолвился, что после окончания учебы собирается на север, как тогда говорили: «За романтикой и длинным рублем!»

Это известие расстраивало влюбленную девушку. Она мучилась, переживала, долго думала и, наконец, решилась открыться парню, и когда компания решила пойти в кино, Алла воспользовалась отсутствием родителей, помчалась навстречу своей судьбе! После фильма молодежь принялась обсуждать фильм, Алла же шла молча, сердце колотилось, она пыталась найти нужные слова, придумывала фразы, которые скажет Сергею

– А может и не нужно ничего говорить? – думала она. Но страх потерять милого сердцу человека оказался сильнее.

Алла собралась, подошла к молодому человеку и попросила проводить ее домой. Минут пять пара шла молча, затем девушка стала расспрашивать Сергея про отъезд на север, и он оживился, стал рассказывать о тайге, диких зверях, о новых городах, о том, как много денег заработает и встанет на ноги.

Алла уже не слушала: обида захлестнула ее сердце, она покраснела и, сама от себя не ожидая, выпалила: – А как же я?! Ведь ты мне давно нравишься! – она закрыла лицо ладонями и расплакалась.

До ее сознания только дошло, что сейчас произошло, и она, больше расплакавшись, побежала по улице. Сергей бросился за ней. Нагнав девушку, развернул и прижал к себе, Алла продолжала рыдать.

– Не плачь, моя милая, не плачь! Я ведь люблю тебя! С самого первого раза, как увидел, так и полюбил! Я просто боялся признаться! Слышишь? Люблю! – почти прокричал.

– Слышишь? Люблю, люблю! – до нее начали доходить слова, плач перешел на всхлипывания.

Она крепко обняла парня за шею.

– Ты мой, только мой, – и прошептала в ответ. Так они и стояли в объятиях друг друга. Это были минуты блаженства и покоя.

Затем, они взялись за руки, и молча, словно боясь спугнуть неосторожными словами обрушившееся на них счастье, пошли в сторону дома девушки. Уже стемнело, они дошли до угла дома, Алла бросила взгляд на окна, света не было – это означало, что родители остались с ночевкой на даче, выдохнула.

Влюбленные посмотрели друг другу в глаза, Сергей наклонился, и первый раз поцеловал любимую в щеку. Что творилось в ее душе, не понимала и она: счастье, страх, волнение и стыд – все смешалось в сердце. Она развернулась и быстрым шагом ринулась домой.

– Пока! – кинула на прощание.

Забежав в квартиру, быстро захлопнула дверь, скинула туфли, прошла в комнату и упала на кровать. Алла долго прокручивала разговор, вспоминала обрывки фраз, объятия и первый поцелуй. Как же девушка была счастлива! Она долго лежала, прикрыв глаза, и не заметила как уснула.

Утром Алла обнаружила себя в платье, соскочила и переоделась, затем умылась, позавтракала и села за конспекты. Мысли ее были, конечно, не об учебе.

К обеду вернулись ничего не подозревающие родители. Мать принялась хлопотать на кухне, отец засел за газеты.

Вечером семья поужинала и разошлась по комнатам, родители включили телевизор, а Аллочка продолжила заниматься. Уже темнело.

Она подошла к окну. Задергивая штору, выглянула на улицу – там, на скамейке возле детской площадки, сидел Сергей и смотрел в ее окна. Сердце вновь заколотилось, она неуверенно помахала рукой, будто сомневаясь, что это он, увидев ее, парень тоже помахал в ответ. Она задернула шторы и села за стол, минут через пятнадцать вновь выглянула во двор, но там уже никого не было.

***

Сергей Алексеевич Мурашко родился и вырос на Псковской земле, в деревне Филькино. Воспитывался матерью, Галиной Ивановной, отца не видел и не знал.

Мать его работала в местном детском саду заведующей, женщиной была уважаемой и деловитой, любящей порядок во всем. Внешность ее была грубоватой: крупный нос, маленькие серые глазки и тонкие поджатые губы, русый волос всегда был убран в пучок.

В детстве на покосе маленькая Галя получила травму ноги, родители долго лечили, возили к разным врачам, но все безрезультатно, так и осталась хромоножкой – как дразнили ее соседские дети.

Женихи не спешили сватать Галину, а она и не расстраивалась, судьба такая, век куковать одной, значит. Отучилась и устроилась в детский сад. Детей она очень любила, с радостью играла, проводила занятия, да и дети отвечали ей взаимностью, с удовольствием бежали к ней в группу. Позже обнаружился еще один талант – та самая деловая хватка, которая в последствии и привела к должности заведующей…

Отпуск она проводила у родственников на юге, там и приключился единственный роман ее жизни. Алексей ничего не обещал, и по окончании сезона отбыл к себе на родину, больше Галина никогда о нем не слышала и не видела.

Когда девушке был тридцать один год, она поняла, что ждет ребенка. Это было все, о чем она мечтала! И когда показался животик, она не обращала внимания на деревенские сплетни и пересуды, радуясь скорому появлению малыша.

В начале лета она вышла в декрет и с родителями, которые уже вышли на пенсию, принялись обустраивать комнату для малыша. Дед поехал в город и купил самую модную по тем временам коляску. Все для внука – а хотели они мальчика, – о котором они даже не мечтали! Бабка настрочила пеленок, чепчиков и распашонок…

И седьмого июля Галина родила мальчика, весом три пятьсот и пятьдесят четыре сантиметра. Мальчишка был белокурый, голубоглазый – она не могла оторвать глаз от своего сокровища. Медсестры подшучивали над ней, мол, где нашла такого красавца?!

Мальчишка и вправду был похож на ее курортного ухажера. Детство Сергея, так назвали мальчика, было счастливым и беззаботным. Галина зорко следила, чтобы никто не обидел и не сказал плохого слова в его адрес. Любимец семьи рос работящим, всегда помогал по хозяйству, деду с бабкой в огороде, помогал ухаживать за курами и козой Клавой.

В классе пятом обнаружилась способность к точным наукам, Сергей с легкостью решал задачки по математике, обожал физику и химию. Галина была горда сыном и втайне мечтала, что ее мальчик уедет в город и пробьется в люди. После восьмого класса решено было отправить юношу к родственникам, в тот самый южный город, откуда в чреве и привезла его Галина, и заканчивать десятилетку там. Галина считала, что поступить в летное училище, о котором грезил сын, с городским образованием будет легче.

Сказано – сделано. В августе они уехали в город к родственникам, Сергею выделили комнату, они отнесли документы в школу, и всю оставшуюся неделю материного отпуска провели вдвоем, купались и загорали, а вечерами гуляли по набережной и ели мороженое.

Галина Ивановна уехала в деревню, а юноша продолжил осваиваться и знакомиться с городом.

Первого сентября Сергей пошел в новую школу, и в классе оказался не единственным новичком, поэтому большого внимания, чего он опасался, к его персоне не было. Он сдружился с Вадимом – парнем, с которым сидел за одной партой и к тому же жил в соседнем доме. В принципе все сложилось.

Он рассказывал другу о своей мечте стать летчиком, и тот посоветовал записаться в авиамодельный кружок. Учился Сергей хорошо, участвовал в общегородских олимпиадах по математике, занимал призовые места, был на хорошем счету у педагогов. На девчонок внимания не обращал – знал, что позже встретит ту единственную, которую полюбит всем сердцем и будет счастлив с ней всю жизнь. Романтик.

На летние каникулы он уехал в деревню, по которой очень скучал и, где его ждали родные и любимые люди…

Следующий год пролетел незаметно. Сергей упорно учился, затем готовился к экзаменам. Перед самой сдачей приехала мама поддержать сына. Билеты оказались несложными и были сданы на отлично.

Получив аттестат, они уехали в Долинск, где находилось высшее летное училище гражданской авиации, сняли комнату и подали документы.

Сергей прошел медкомиссию и стал готовиться к сдаче вступительных экзаменов, Галина старалась не мешать сыну, занималась хозяйством, готовкой. Днем старалась выбраться в город, ходила в музеи, в театр и на выставки, приобщиться к городской культуре, так сказать, и отдохнуть от не легкого деревенского быта. А вечерами они вдвоем выходили в городской парк с фонтаном и сидели на лавочке, обсуждая предстоящие изменения в жизни.

Галина Ивановна не сомневалась, что Сергей поступит. Так и вышло: сын успешно справился со всеми экзаменами и был зачислен на первый курс, а также получил место в общежитии. Мать помогла сыну перевезти вещи в общежитие, и с хорошими новостями и легким сердцем отправилась в Филькино.

Дисциплина в училище царила жесткая. Учеба давалась легко, на курсе он слыл лучшим курсантом, его фотография красовалась на доске почета, без труда получал увольнительные, и никогда не отказывал в помощи товарищам. Со временем у них сложилась отличная дружная компания, где Сергей так же блистал умением играть на гитаре, азам которой его обучил дядя, когда парень жил у них на юге.

Как-то, в выходной с друзьями они отдыхали в парке, рядом на аттракционе, под названием – «лодочки» – катались посетители, его внимание привлек звонкий, девичий смех, и он увидел ее.

Жар подступил к лицу – высокая, стройная, взмывая вверх, ее темные длинные локоны разлетались в разные стороны, она казалась такой счастливой, легкой и свободной, словно птица в полете. Сергей не мог оторвать взгляда, и ребята заметили его увлеченность и стали подшучивать, тот покраснел, засмущался.

– А что, вот сейчас покатаются, может, мы подойдем и познакомимся с ними? – предложил внезапно его друг.

– Нет, нет! – стал отнекиваться юноша и еще больше засмущался.

Знакомство все же произошло. Вблизи она оказалась еще прекрасней: круглое, по-детски смешливое, личико, глаза цвета спелой вишни, слегка вздернутый носик, яркие пухлые губы – Сергей был покорен.

Дружба продолжилась, и молодые люди стали гулять и проводить свободное от учебы время вместе.

Как-то девушки пришли на встречу без Аллы, Сергей осмелился и спросил, где же она и почему не смогла прийти, девчонки рассказали, что родители увезли ее на дачу, и заодно о высокопоставленном отце и довольно хорошо обеспеченной, живущей в достатке, семье, в которой девушка является единственной дочерью.

Молодой человек поник. А что он? Простой деревенский парень, да еще безотцовщина, родители никогда не одобрят их отношения. Сергей старался то забыть Аллу, то фантазировал, как он уедет на север, прославится, заработает много денег и заберет любимую с собой!

Он старался не обращать внимания на девушку, иногда украдкой поглядывал на нее, и по дружбе провожал домой. О чувствах к ней он даже не смел заговаривать.

Впереди у Аллы был год интернатуры. Не без помощи отца ее устроили в лучшую поликлинику, где лечились семьи и их дети, и не только работников завода, но и администрация города, и к тому же вся местная элита, что накладывало большую ответственность на молодого специалиста. Девушку это не пугало, наоборот: она верила, что станет лучшим врачом и специалистом в своей области.

Алла надела белый халат с накрахмаленным колпаком, повесила на шею фонендоскоп и уверенно начала прием маленьких пациентов.

В свободное время девушка продолжала штудировать книги по лечебному делу – все у нее должно быть четко и по полочкам. Если появлялись сомнения в результатах, то внимательно проверяла анализы, аккуратно вклеивала каждый вкладыш. При каких-то нестандартных значениях переназначала сдачу биоматериалов, просила строго соблюдать рекомендации.

***

Наступил жаркий июль. Влюбленные встречались, в выходные ходили в кино, на танцы, часто ездили на речку, вечерами, взявшись за руки, бродили по городу.

В конце месяца Сергею пришла телеграмма.

«Срочно приезжай, сильно заболела бабушка. Мама.»

Ему дали увольнительную на десять дней, и он побежал к Алле сообщить о случившемся. Перед отъездом он попросил у любимой фотографию, положил ее в нагрудный карман возле сердца, поцеловал на прощание, и вечерним поездом выехал в Филькино. Прибыв в деревню, он застал плачущую мать и осунувшегося от горя деда – бабушка уже не приходила в сознание. Сергей сидел возле нее, держа за маленькую иссохшуюся руку, и с теплотой вспоминал годы детства и юношества, проведенные рядом с близким человеком.

Бабушка умерла через три дня.

После похорон он старался всеми возможными способами поддержать мать и деда. Рассказывать об Алле он не стал.

– Не время, – решил Сергей.

По прибытии, он сразу отправился на летную базу, где начинались первые тренировочные полеты.

Глава 3

Гул взлетающих и садящихся самолетов не стихал ни днем, ни ночью, он с нетерпением ждал своей очереди.

Ночь перед полетом пролетела быстро, Сергей толком и не спал – волнение не оставляло его. Утро выдалось прохладным, ветра не было, светило солнце, погода была летной. Курсанты умылись, заправили постель и отправились на завтрак.

Руководитель группы, грузный дядька с суровым взглядом, провел инструктаж, и вызвал Сергея первым. Они надели парашюты, взяли карты и шлемофоны, и направились к взлетной полосе.

По дороге Сергей старался вспомнить кнопки панели приборов, расположение переключателей и рычагов, порядок включения, обучение на тренажере, на котором он отлично справлялся со всеми заданиями. Напряжение нарастало.

Оказавшись возле старенького АН-24, Сергея охватило сильное волнение, сердце бешено заколотилось, руки задрожали. Инструктор заметил это, улыбнулся и по-дружески похлопал по плечу. Они сели в кабину.

– Готов к полету? – спустя минуту, чтобы курсант мог успокоиться, спросил наставник.

Он закрыл глаза, и чтобы успокоиться, на мгновение вспомнил, когда впервые в парке увидел свою Аллочку, взмывающую качелях вверх, ее развивающиеся локоны и звонкий смех, и немного обуздал свои эмоции.

– Готов! – ответил он еще дрожащим голосом.

Завелся мотор, старенький АН-24 побежал, подпрыгивая по взлетной полосе. Голос инструктора давал быстрые указания и, наконец, самолет взмыл в небо. Весь полет Сергей следовал командам и не отрывал взгляд от панели, лишь изредка бросал взгляд в сторону, но ничего не мог разглядеть.

– Начинаем снижение! – последовала команда.

Так прошел первый полет. Сергей спустился из кабины на ватных ногах, в голове продолжал звучать голос инструктора, и он, ничего не понимая, пошел в сторону базы, где другие ребята готовились к своему первому полету.

С каждым следующим полетом, страх уходил, постепенно нарастала уверенность в действиях. Он отлично проходил виражи, развороты, взлеты и посадки самолета.

Наступил заключительный день «вывозных» полетов, после которых часть студентов подвергалась так называемой «отбраковке».

Сергей четко прошел по рулежной дорожке, разбег и затем взлет. Заходя на второй разворот, светлое, радостное, щемящее чувство захватило его, оно разливалось, заполняя каждую клеточку. Эйфория от полета была настолько сильной и мощной, что Сергей понял – без неба ему нельзя!

Завершив маневр, заход и саму посадку, Сергей выдохнул. Он был бесконечно счастлив и горд собой. Все изнуряющие страхи и сомнения развеялись, и он почувствовал себя мужчиной, настоящим мужчиной, которому все по плечу. В этот момент он услышал инструктора.

– Быть тебе пилотом!

Вечером того же дня он позвонил своей любимой – поделиться впечатлениями и рассказать, как по ней скучает.

Глава 4

Алла работала и с нетерпением ждала Сергея с летной практики. На приеме она внимательно слушала жалобы, старалась выписать нужные анализы, ставить правильные диагнозы. Если возникали затруднения, обращалась к более опытным коллегам. Без труда находила подход к каждому малышу и радовалась его выздоровлению. Вечерами вновь и вновь штудировала конспекты и медицинскую литературу. В выходные с девчонками выходила в кино или кафе. Перед сном она думала о любимом. Жизнь шла своим чередом…

Наконец Сергей вернулся, взял увольнительную, и весь выходной влюбленная пара провела вместе. Они делились впечатлениями. Алла с удовольствием слушала рассказы о первых полетах, о первых успехах и трудностях молодого летчика, а также рассказывала случаи из своей врачебной практики, и какая ответственность лежит перед ней.

Молодые строили планы. Сергею предстояло знакомство с родителями любимой. Он, конечно, переживал, но виду перед девушкой не показывал, и события не торопил.

Вечером того же дня Аллочка, очень возбужденная, с порога объявила родителям, что скоро представит своего избранника. Мать с отцом знали об ухаживаниях курсанта летного училища, знали, что зовут Сергей, но серьезного значения не придавали – считали дочь еще слишком молодой и ветреной.

Весь вечер Сергей Николаевич провел в раздумьях, ведь на единственную дочь у него были совсем другие планы.

– Посмотрим, посмотрим, что за жених, – бубнил он себе под нос весь вечер.

С молодости он сдружился с коллегой, и к тому же земляком, Александром Клюевым. Вместе они продвигались каждый в своем направлении, поддерживали, давали друг другу советы. В семье Александра Валерьевича подрастал сын Костик, на год старше их Аллы. Они вместе проводили выходные, обсуждали рабочие моменты, топили баньку, отмечали праздники.

– «Дружили семьями», – как говорили в старые, добрые времена.

Их дети часто общались, имели общие интересы, и со временем их дружба могла перерасти в нечто большее – так рассуждали взрослые, и мысль породниться сближала их еще больше.

После десятого класса семья Клюевых отправила сына в столицу – получать экономическое образование, заводу требовались молодые и грамотные специалисты.

На каникулах Константин всегда приходил в дом Царевых, непременно с подарками и двумя букетами цветов: один для Антонины Васильевны, другой для Аллочки. За обедом все с удовольствием слушали о столичной жизни, женская половина интересовалась новинками моды. Константину на тот момент оставалось учиться еще полгода.

Сергей Николаевич намекал дочери, мол, какой жених! Но Аллочка лишь смеялась и даже не думала об этом, для нее Костик был всего лишь другом детства.

Глава семьи никак не мог заснуть, беспокойно крутился в раздумьях… Утром после завтрака отец и дочь ушли на работу, а Антонина Васильевна принялась колдовать над обедом.

Глава 5

Близились новогодние праздники, Аллочка объявила о приходе важного для нее гостя. С самого утра начался переполох. Дочь принялась за уборку, мать крутилась на кухне, отца со списком отправили в продуктовый за недостающими продуктами.

– Ой! Ой! Ой! Прям генерала встречать будем! – съязвил Сергей Николаевич, за что получил от Аллы нагоняй тряпкой, и скрылся за входной дверью.

К обеду все было готово.

Проснувшись утром, Сергей умылся, позавтракал, нагладил форму – ему думалось, что в форме он будет выглядеть серьезней и чувствовать себя более уверенно, – и отправился за презентами. Он помнил наставления Аллы, зашел в цветочный магазин, выбрал большой букет белых роз для Антонины Васильевны, для любимой – нежно-розовые тюльпаны, а для отца взял хороший дорогой коньяк, купил коробку конфет, бутылку шампанского, и зашагал в сторону дома своей любимой. Зима в этом году выдалась теплой и снежной.

Сергей шел через парк, не торопясь и любуясь деревьями, одетыми в белоснежные наряды после утреннего снегопада. Он зашел в подъезд, поднялся на нужный этаж и нажал кнопку звонка.

За дверью послышались торопливые шаги. Дверь распахнулась, и парень увидел улыбающуюся Аллочку в красивом голубом платье, она пригласила войти. Сергей положил презенты на тумбу, снял верхнюю одежду, поправил волосы. Дверь из комнаты открылась, на пороге появились родители. Сергей представился, поздоровался с Антониной Васильевной, протянул ей букет белых роз, затем протянул ладонь отцу, они поприветствовали друг друга рукопожатием, Сергей Николаевич кивнул в ответ – хотел поздороваться, но ему как будто не хватило воздуха, – гость вручил ему коньяк и, наконец, поцеловал Аллочку в щеку, отдал предназначавшийся для нее букет тюльпанов.

Антонина Васильевна была в восторге от юноши – высокий, статный, в форме. Она предложила помыть руки и пригласила к столу. Алла повела гостя в ванную комнату, тот помыл руки, и они вдвоем, держась за руки, вошли в зал и сели за празднично накрытый стол.

– Ну, молодой человек, давайте знакомиться! – собравшись, произнес глава семейства и разлил коньяк, а дамам шампанское.

На столе было много вкусной домашней еды. Все блюда были умело сервированы и выглядели очень аппетитно. Аллочка ухаживала за Сергеем, накладывала салаты и другие вкусности. Первый тост был за знакомство.

Сергей рассказал о своей семье, матери, которая во всем его поддерживала и помогла осуществить мечту стать летчиком. Сергей Николаевич вспоминал свою молодость, как начинал работать, о том, как встретил и полюбил свою Антонину. Они много шутили, смеялись, будто все давно были знакомы друг с другом.

После обеда молодежь решила прогуляться, Сергей поблагодарил хозяйку за радушный прием и вкусный обед, пожал руку главе семьи, который напомнил, что в следующий раз они едут к ним на дачу в баньку, и просил не позабыть гитару! Пара оделась и вышла на улицу. Сергей Николаевич надел тапочки, сверху на праздничную рубашку накинул теплый халат, и прошел на балкон. Через минуту из-за угла показались влюбленные.

– Моя девочка! Моя девочка выросла! – у него на глазах навернулись слезы. Он долго стоял и смотрел им вслед. Он уже позабыл о друге и о его сыне Косте. Ему очень понравился этот волевой, смелый, уверенный парень, и вообще испытывал перед людьми в форме благоговейный трепет.

В детстве, многие мальчишки мечтали стать военными летчиками, когда на параде в честь дня Победы проносились военные истребители, маленький Сережа представлял себя за штурвалом, но мечта так и осталась мечтой…

Он прекрасно видел, как влюблена и как трепетно смотрит его Аллочка на Сергея. Он вышел с балкона и стал помогать Антонине убирать со стола. Вместе стали вспоминать свою молодость и встречи…

***

В оставшиеся дни новогодних каникул Сергей Мурашко отправился в Филькино, ему так много нужно было рассказать матери.

В деревне все шло своим чередом. Мама по-прежнему работала, ухаживала за стареньким отцом, да и огород был на ней. Он прибыл как раз к ужину. Сережа увлеченно рассказывал об учебе и первых полетах, о том, как полюбил небо, как счастлив и как благодарен маме за поддержку и веру в него.

Галина Ивановна слушала, платком смахивала бегущие слезы, дед одобрительно кивал, бренча ложкой по тарелке. Сын достал из нагрудного кармана фотокарточку и передал матери. На фото, на фоне кустов сирени, стояла молодая, темноволосая девушка с вьющимися локонами, темными глазами и озорной улыбкой, а на обороте надпись: «Любимому Сергею от Аллы».

Галина оторвала взгляд от фотографии и вопрошающе посмотрела на сына. Сергей засмущался и покраснел.

– Мой сын влюбился, – поняла Галина и вздохнула.

Из писем и телефонных звонков сына она знала о девушке, но подробностями он старался не делиться. Теперь же до самой ночи в подробностях слушала рассказ сына об Аллочке, о том, как увидел ее впервые, о том где учится и кем работает, какая у нее замечательная семья, и как радушно встретили его родители девушки. После учебы они обязательно поженятся и будут счастливы всю жизнь.

На следующий день Сергей позавтракал и пошел встречаться с друзьями детства, которые остались в деревне, продолжали здесь жить и работать. В остальные дни он помогал по хозяйству – подлатал забор, разобрал инструмент и навел порядок в сарае. Вместе семья навестила могилу бабушки. Вечерами они пили чай с вишневым вареньем и никак не могли наговориться.

Глава 6

Прошло полгода. Ребята закончили учебу и успешно сдали экзамены.

Сергей устроился в местные авиалинии, и был принят вторым пилотом. Алла продолжила работу в той же поликлинике.

Молодые подали заявление в загс, выбрали дату. Свадьба должна была состояться в начале сентября. Аллочка была на седьмом небе от счастья!

Вместе с мамой они начали предсвадебную подготовку: выбрали кафе, меню, разослали приглашения, часами длилась примерка платья – оно должно быть лучшим! Второй день было решено гулять на даче. Со стороны жениха народу собиралось не так много: мама, дядя Миша с тетей Анжелой – те самые, у которых жил Сергей на юге, их дети, двоюродные брат и сестра, и несколько сокурсников. Со стороны невесты ждали гостей с Украины, родственников из Курской области, коллег и сослуживцев со стороны отца, несколько сокурсниц и подруг с семьями Надежды Васильевны, ну и, конечно, подруги и близкие люди самой невесты. Набиралось около пятидесяти человек. Свадьба прошла весело, стол был богатым, конкурсы интересными.

Родители невесты преподнесли главный подарок – ключи от квартиры. Молодожены были счастливы!

Вместе с энтузиазмом приступили к обустройству своей квартиры. Аллочка с удовольствием брала уроки кулинарного мастерства у своей мамы. Ей хотелось научиться, хорошо готовить и баловать любимого вкусными и разнообразными блюдами.

Сергей, как новичок, совершал пока только дневные вылеты, и вечером был дома с молодой женой. Если в выходные не было вылетов, они проводили время на даче у родителей.

В то утро у Сергея был утренний вылет, Алла накормила мужа завтраком и, проводив его, решила заняться приготовлением ужина, так как прием в поликлинике начинался в послеобеденное время, а вызовов на дом было всего три.

Она достала курицу, разделала ее и положила в разогретую сковороду и принялась чистить картошку…

Почуяв запах куриного мяса, к ее горлу подступила резкая тошнота, и девушка побежала в ванную. Она умылась холодной водой и посмотрела на себя в зеркало – выглядела бледно, появилось головокружение. Она быстро прошла на кухню и отключила плиту, открыла окно, однако приступ повторился. Алла налила горячий сладкий чай, отпила глоток, и прошла в комнату, где легла на диван.

Сомнений не было! Но сначала нужно удостовериться.

Через десять дней анализы были готовы, беременность подтвердилась, и Аллочка, внимательно выслушав рекомендации врача, выпорхнула, сияя от счастья. Легкий январский морозец приятно окутал девушку, и она решила пройтись пешком.

Она шла, улыбка не сходила с ее лица – казалось, что прохожие искоса поглядывают на нее.

– Ну и пусть! – думала Алла.

Сначала нужно было сказать Сергею, а уже потом они вместе сообщат родителям. Девушка представляла, как обрадуются мама с папой, как с удовольствием будут нянчить малыша. Она придумывала как же лучше сообщить любимому о столь важном в их жизни событии…

К приходу мужа она накрыла праздничный стол, включила легкую музыку, подошла к окну и стала вглядываться в наступающую темноту. Хлопнула входная дверь.

– Где моя любимая жена, почему не встречает мужа? – услышала Алла голос Сергея. Она вышла в коридор, молодые обнялись.

– Что у нас на ужин? Я ужасно голоден! – произнес заговорщически Сергей, прошел в ванную, помыл руки и затем на кухню. – О! Какой стол! Какой-то праздник сегодня? – удивленно спросил Сергей и посмотрел на жену.

Алла заулыбалась и вдруг неожиданно расплакалась.

– Что случилось, милая? Что ты плачешь? – он подбежал к ней и прижал к себе. – Что-то на работе?

– Нет, – замотала головой Алла.

– С родителями?

– Нет, – и продолжила мотать головой.

Алла попыталась успокоиться, но слезы полились еще сильней, тогда она отодвинула мужа и прошла в коридор, достала из сумочки направление на обследование с указанием диагноза, и вручила Сергею.

Он замер.

– Любимая, ты заболела?

– Нет, – опять замотала головой Алла. Он взял бланк и стал читать вслух.

В графе диагноз он прочел: беременность девять недель.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Зимня́к – вид птиц семейства ястребиных.

Вернуться