Мария Волкова
Послевкусие любви

© Мария Волкова, текст

© ООО «Издательство АСТ», 2023

* * *

Глава 1
Послание

Я навалилась на огромные массивные дубовые двери, и они тут же распахнулись. Передо мной открылся вид на просторную террасу. Свежий ветерок скользнул по моим волосам, и я сделала уверенный шаг вперед. Мне казалось, что это был первый осознанный шаг в моей жизни в светлое и прекрасное будущее. Затем я огляделась по сторонам. Скромные отштукатуренные белые стены террасы и обычный каменный пол были спасением для моих глаз. С прискорбием должна заметить, что сил созерцать умопомрачительные фрески, служившие украшением почти каждого зала, у меня уже не оставалось. Я была рада покинуть душные помещения дворца, которые с каждой минутой наполнялись новыми туристами, и наконец-то оказаться на открытом воздухе.

А здесь ничего лишнего, все выполнено в стиле «средневекового минимализма» – по крайне мере так мне показалось в самом начале: старинная деревянная лавка напротив мощных дубовых дверей, простые серые колонны, расставленные по периметру террасы и соединенные между собой невысоким каменным ограждением. Я не сразу оценила красоту данного помещения, лишь когда обратила внимание на богато расписанный потолок, на котором в золоченых рамах были изображены сюжеты из античной мифологии. А затем мой взгляд устремился за пределы террасы. Я подошла к самому краю. Отсюда открывался неописуемый вид на черепичные крыши домов, зеленые холмы и высоченные тосканские кипарисы. Мир не изменился, он все так же прекрасен, а вот я стала совсем другой. Да, перед вами новая Полина Андреева, пережившая многое в своей жизни, сделавшая из этого правильные выводы и перевоплотившаяся в новую, мудрую и почти гиперответственную девушку! В общем, мне до этого состояния осталось самая малость! Уж поверьте, я никогда не обманываю, лишь иногда приукрашиваю.

* * *

Итак, ровно в четыре часа дня, как и договаривались, я была на этой террасе в ожидании некоего посланника от Антонио, который должен был передать мне письмо с дальнейшими инструкциями. Звучит интригующе и очень волнительно, прямо как в голливудских фильмах: она в дорогом белом костюме и огромной шляпе, пикантно закрывающей половину лица, стоит в полном одиночестве в красивом и совершенно безлюдном месте, а затем появляется он – высокий, статный – и передает ей послание от тайного воздыхателя. В нем ее воздыхатель назначает ей встречу в шикарном месте, во время которой признается, что приходится внебрачным сыном какому-нибудь маркизу или барону… Мне бы оба варианта подошли, я не придирчивая. Ох, если бы это было именно так!

У меня не было с собой белого костюма, но было романтичное воздушное синее платье в мелкий цветочек и нежные розовые лодочки на каблучке. Что ж, эти каблучки и воздушное платье мне дорого обошлись, когда я шагала по старинной брусчатке Флоренции и в особенности, когда решила в этом прекрасном образе отправиться на смотровую башню главного флорентийского собора – Санта-Мария-дель-Фьоре. О чем я думала? Конечно же, о прекрасных фотографиях! Но если бы я на этих каблучках доползла до самого последнего яруса собора, то, боюсь, обратно бы меня унесли только на носилках. А мое романтичное платье вело себя и вовсе по-предательски! Малейшее дуновение ветерка заставляло его быть где угодно, но только не на мне – это я почувствовала сразу же, как только оказалась на башне собора. К счастью, я была такая не одна. Но, зато какие фотографии! Нужно лишь удалить все те, на которых моя юбка рвет и мечет под воздействием флорентийских ветров, а я усиленно пытаюсь скрыть свою неловкость, принимая позы Мэрилин Монро из фильма «Зуд седьмого года».

Несмотря на все эти преграды, ровно в четыре часа дня я стояла на этой прекрасной террасе во дворце Палаццо Веккио и ждала послание от загадочного незнакомца. На телефон наконец-то пришла эсэмэска от Антонио:

«Внимательно прочти мое послание и следуй всем указаниям. Он почти на месте, ты его ни с кем не спутаешь!»

Как интригующе! Интересно, а с чего вдруг он решил, что я ни с кем его не спутаю? В этот момент старинные деревянные двери, ведущие на террасу, скрипнули, и стали медленно открываться. Я быстро взбила волосы руками и несколько раз ущипнула себя за щеки. Мое сердце замерло. «Это наверное он, таинственный посланник, ведь здесь больше нет никого!» – подумала я, и мои глаза жадно впились в эти двери. В начале послышался жуткий гул, а потом появились они! Всего за несколько секунд вся терраса быстро заполнилась неимоверно шумной группой туристов из Израиля, ведь именно они носят кипу, если я не ошибаюсь?

«С чего ты вдруг решил, что я ни с кем его не спутаю?» – спросила я, быстро настрочив Антонио ответную эсэмэску.

«Полина, он итальянский еврей, зовут Мойша. Поверь, ты ни с кем его не спутаешь!»

Я издала жалобный писк. Лучше и не придумаешь! Ну и кто из вас, мальчики, тот самый Мойша, от которого зависит, появится ли в этом году у моих родителей зять или нет? Только не подумайте, что если вас здесь много, то я с вами не справлюсь – и не с таким дело имела! Я эмоционально сжала ладони в кулаки, оценивая фронт работы, а затем снова схватилась за свой телефон.

«Может, да ну ее, эту загадочность? Ты ведь можешь мне отправить еще одну эсэмэску и сказать, где и во сколько будешь меня ждать?»

Быстро набросав текст следующего послания, я в очередной раз огляделась по сторонам. Может, все не так ужасно и этот «еврейский итальянец» все же даст о себе знать: помашет мне ручкой или еще что-нибудь сделает.

«Полина, не надо портить всю атмосферу романтики, ты же ее любишь! Мойша написал, что в Палаццо людно, но он обязательно найдет тебя и подаст знак», – и смайлик в конце ответного сообщения.

Людно – слабо сказано, здесь целое столпотворение! На этой террасе как минимум двадцать евреев: половина из них слушает гида, вторая озирается по сторонам и мило улыбается. Я же не могу у каждого спросить, является ли он Мойшей, или могу? С другой стороны, кто мне помешает это сделать? Вон те двое только что мне подмигнули – может, один из них и есть тот самый? Хотя вряд ли, они явно из этой группы туристов. Количество людей на террасе увеличивалось, а я никак не могла отыскать одного нужного мне еврея!

Осторожно пройдя вглубь и пристально рассматривая каждого из них (что вызывало явное волнение у нескольких мужчин, которые тут же отошли от меня в сторону), я замерла возле одного, на вид добродушного, озирающегося по сторонам.

– Вы, случайно, не Мойша? – шепотом спросила я у него. Ответная реакция была жуткой: он тут же отвернулся от меня и отскочил как ошпаренный минимум на метр. Ладно, минус один, задачка чуть упростилась.

– А вы тоже не Мойша? – обратилась я ко второму, но тот лишь испуганно покачал головой, и я печально вздохнула. Правда, до конца так и не осознавая, что именно меня печалило – то, что я не могла найти Мойшу или тот факт, что они так испуганно от меня шарахались. Ох уж эти мужчины, век живи – век учись, все равно не поймешь, что у них в головах творится! В этот момент двери на террасу снова распахнулись, и внутрь ввалились еще несколько туристов. Они прошли в самый центр, окружив своего гида, и принялись внимательно ее слушать.

– Ну что ж, дорогие мои, сейчас мы с вами находимся в прекраснейшем месте этого Палаццо: на террасе Сатурна, – произнесла на английском гид в небольшой микрофон, и все туристы в радиусе десяти метров тут же уставились на нее. – Кто из вас в курсе того, кем был Сатурн?

«Это то, что мне нужно!» – тут же промелькнуло в моей голове, и я, не раздумывая, подошла к гиду. В конце концов, у меня куда более сложная задача, чем разгадка того, кем был этот Сатурн! Тем более его уже давным-давно нет, а мой безответственный Мойша все еще где-то слоняется по этому дворцу.

– Извините, что перебиваю вас, но я ищу одного человека, мы договорились встретиться на этой террасе, но боюсь, что при таком потоке туристов у нас вряд ли получится это сделать без вашей помощи. Могу ли я воспользоваться вашим микрофоном и сделать короткое объявление? – и я широко ей улыбнулась. Нехотя, она все же передала мне микрофон.

Как бы теперь обратиться к нему так, чтобы он понял, что это я? Так, соберись, Полька, и максимально четко сформулируй свои ясные мысли.

– Незнакомец, который ждет меня на террасе, я тут! – произнесла я радостно в микрофон, и половина туристов мужского пола тут же уставилась в мою сторону. Черт! Не этого эффекта я ожидала добиться, хотя тоже вполне неплохо.

– Вы что, даже его имени не знаете? – удивленно спросила гид.

– Знаю, конечно же знаю! – и я одобрительно закивала головой.

– Мойша, если ты здесь, подними правую руку! – снова произнесла я.

Около десяти черноволосых мужчин в кипах подняли правые руки и начали весело что-то обсуждать. Ну что ж, в моем деле намечается явный прогресс: круг из Мойш наконец-то сузился.

– Чувствуется, что Моисей их сорок лет по пустыне водил: у людей за это время полностью отбило фантазию, сплошные Мойши! – весело заметила я, обернувшись к гиду.

– Милочка, Мойша – одно из самых распространенных еврейских имен! – недовольно ответила она, и уже порывалась забрать у меня микрофон, но я, вовремя это осознав, взяла ситуацию под контроль, и тут же выкрикнула:

– Итальянский Мойша от Антонио, черт тебя побери, где тебя носит, Иуда? Я уже двадцать минут тебя здесь ожидаю!

Гид озлобленно выдернула у меня из рук микрофон, но моя попытка оказалась удачной. Я прокричала это так громко, что аж стекла на витражах зазвенели! Зато теперь как минимум половина дворца в курсе того, что я ищу некоего Мойшу, но из местных. Что касается женского счастья, то я свое не упущу, а если понадобится, то я это послание на всю Флоренцию проору, да еще и с башни главного собора. Дверь на террасу тут же распахнулась, и ко мне подбежал невысокого роста пухляш.

– Синьорина, синьорина, это я! – запыхавшись, произнес он. – Mille scuse! Я засмотрелся на фрески в соседнем зале, тысячу лет здесь не был, так красиво! Это вам! – и он протянул мне многострадальный конверт с посланием.

Какие к черту фрески, когда я стою здесь на каблуках и изнываю от усталости и любопытства, а единственная лавочка на этой террасе занята другими псевдо-Мойшами? Я тут же выдернула конверт из его рук и жадно принялась вчитываться в каждое слово.

– Значит, Антонио ожидает меня в винном баре, который расположен на крыше здания по адресу: Виа ди Медичи, так?

– Именно, синьорина! – радостно закивал мой посланник. – Оттуда открывается такой вид на Санта-Мария-дель-Фьоре, такой вид! – затараторил он. – Вы не пожалеете!

– Ну что ж, тогда не буду заставлять его долго ждать! – радостно ответила я и, поблагодарив Мойшу, отправилась к выходу.

* * *

Проходя мимо одного милого магазинчика нижнего белья, я резко остановилась, всматриваясь в витрины. Мне ведь в очередной раз придется лезть на какую-то крышу, с которой открывается еще один восхитительный вид на Флоренцию и ее главный собор. А вдруг там снова будет ветрено? Хотя в этом баре я все же буду сидеть, а не стоять, поэтому ничего страшного не произойдет. Я сделала несколько шагов вперед и снова остановилась. А если там заиграет живая музыка и Антонио пригласит меня на танец? Получится не очень красиво, ведь моя пятая точка начнет в очередной раз на радость окружающим выглядывать из-под моей юбки. Хотя в таком случае у Антонио явно вырастет конкуренция, что, конечно, могло бы упростить и ускорить решение многих вопросов, НО! Я все же вернулась к магазину и вошла внутрь.

– Синьорина, чем я могу вам помочь? – тут же вежливо обратилась ко мне молодая симпатичная девушка с черными волосами и густыми бровями. – У вас есть особые предпочтения?

– Да, – неуверенно ответила я и подумала, глядя на ее брови, что она, наверное, незаконнорожденная правнучка Брежнева. – Может, у вас имеются в ассортименте утяжелители для платьев? А то, знаете, как только дует ветер, юбка тут же куда-то улетает, – усмехнувшись, ответила я. – А ваши флорентийские улочки еще те проказницы, – и я в шутку потрясла указательным пальцем. – Все время пытаются стащить её с меня!

– Скузи, к сожалению, такого нет! – подняв бровки домиком, произнесла девушка.

Эти широкие брови играли особую роль в мимике ее лица, оживляя его и придавая некий шарм и драматизм одновременно.

– Но у нас есть прекрасные комбинации из атласной микрофибры под платье! – продолжила она. Ее брови стали радостно подергиваться, и на моем лице проскользнула легкая улыбка. Юбка будет к ней немного, как бы это сказать, – и девушка замолчала, а ее брови тем временем, словно принимая участие в этом сложном мыслительном процессе, скакали то вверх, то вниз, помогая выискивать нужные слова. Глядя на них, я и думать-то перестала, зачем вообще зашла в этот магазин, а еще мне жутко захотелось достать щипчики, чтобы придать им форму.

– Точно! – наконец-то сообразила она, когда мои пальцы уже нащупали в сумочке косметичку. – Ваше платье будет прилипать к комбинации и, возможно, этим вечером оно все же останется на вас, если вы так сильно этого хотите!

«Ну, не то что бы очень сильно хотела, – подумала я про себя. – Но до определенного момента оно точно должно соблюдать все возможные приличия».

– Прекрасно! – еле сдерживаясь со смеху, ответила я, поглядывая на ее брови. – Где ваша комбинация?

У меня сложилось такое впечатление, что основные продажи в этом магазине делала не она, а ее брови, обладающие каким-то гипнотическим эффектом. Глядя на них, я готова была купить все что угодно, и в итоге купила атласную комбинацию почти такого же синего цвета, как и мое платье. Она, кстати, сама смахивала на платье, немного коротковата, конечно, но для ночного бара вполне подошла бы. Я так и не поняла, сдерживала ли эта комбинация мое платье во время очередных порывов ветра или нет, но мне явно было с ней комфортнее. Дойдя до нужного дома, я остановилась возле входа. Никаких намеков на винный бар здесь не было. Это же отель! Может я ошиблась? Я стала снова перечитывать письмо. Адрес верный, где же бар? Или это было лишь предлогом? Я осмотрела здание со всех сторон, но, не заметив ни одного указателя, все же решилась войти внутрь.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровалась я с девушкой на ресепшене. – Я ищу винный бар, адрес указан ваш.

– Да, он на последнем этаже, нажимайте самую верхнюю кнопку лифта – не ошибетесь!

Ну что ж, и с этим винным квестом наконец-то справилась. Когда я поднялась на крышу отеля, то увидела Антонио, скучающего за столом. Уткнувшись в свой телефон, он отправлял какие-то деловые послания своим коллегам и периодически посматривал на часы. Я внимательно оглядела его со стороны еще раз: статный черноволосый брюнет со слегка вьющимися волосами, его кожа оливкового цвета отсвечивала золотистым отливом в лучах заходящего флорентийского солнца. Что ж, если с О-Брионом мне не повезло, то, может быть, с итальянским Брунелло все сложится гораздо лучше. Я села напротив него, и он тут же отложил в сторону свой смартфон.

– Полина! Ты все же нашла этот бар, – и он просиял от радости, продемонстрировав мне свою белоснежную улыбку. – Если ты не возражаешь, то я уже решил, с чего мы начнем нашу дегустацию! Кстати, ты обратила внимание на восхитительный вид, который открывается с этого места на собор?

– Да, несомненно, – вяло ответила я.

Вид и впрямь был великолепный, но за этот день я уже столько всего успела повидать, что сил восхищаться местными красотами больше не было. Мои ноги отваливались, и я мечтала снять с себя каблуки и прилечь хоть где-нибудь.

– Мы начнем с тосканского Шардоне, выдержанного в дубе: оно жутко разогревает аппетит, – с энтузиазмом продолжил Антонио. – Затем к главному блюду возьмем вино Нобиле и, конечно же, Брунелло, а закончим сладеньким – Москаделло ди Монтальчино! Как тебе мой план на сегодняшний вечер?

– Просто шикарен! – и я постаралась изобразить на своем лице радость.

Если бы я была с Адрианом, то он сам предложил бы мне сделать выбор – хотя зачем я вспоминаю его? С ним покончено! Надо идти дальше: нас ничего не связывает и у меня новая жизнь. Нам принесли первое вино, и я, немного взболтав его в бокале, сделала маленький глоток. Шардоне оказалось чересчур дубовым. Привкус дерева въелся в напиток столь сильно и так отчетливо, что у меня возникло ощущение, будто я жую мокрые опилки. С зубов соскребать можно, где же утонченные древесные нюансы, оттенки ванили и бриоши, которые легким шлейфом ощущаются, как в винах Мерсо[1]? Здесь их явно не было. Далее последовало Вино Нобиле ди Монтепульчано к флорентийскому стейку. Оно оказалось гораздо лучше, чем Шардоне, но я пробовала и более удачные варианты. Что касается Брунелло, то, к моему большому огорчению, оно было с пробкой! Мы тут же почувствовали ужасный запах, напоминающий аромат мокрого картона, и отодвинули от себя бокалы. Нам, безусловно, заменили данный образец, который по факту весьма достойно раскрылся, но первое впечатление было неумолимо испорчено. Жизнь все же стала потихоньку налаживаться и обретать краски, а в моих глазах снова появился блеск, когда нам принесли на редкость удачное Москаделло ди Монтальчино.

Я долго болтала с Антонио. С ним было очень легко и интересно – все же он один из крутейших виноделов Тосканы! Да, что там Тосканы – всей Италии! Сколько же он всего знает! Не зря я отправилась в эту поездку, и как великолепно все сложилось, когда по дороге в прибрежный городок маркизов и баронов, именуемый Болгери, у моей машины спустило колесо. Я бы долго с ним возилась, если бы не мой принц – Антонио, который проезжал мимо и великодушно решил мне помочь, а затем на следующий день пригласил посетить его прекрасную винодельню. Какие виды на виноградники и чарующие Тосканские холмы открывались с территории этой усадьбы! Что же может быть восхитительнее? Сама жизнь нас свела, такие встречи предначертаны судьбой. Я это знаю, я чувствую всеми фибрами своей души! Не зря я столько мучилась с другими мужиками. Стану итальянкой, займусь виноградниками. Точно! Я же в детстве одни макароны лопала, какая я, оказывается, прозорливая была, сердцем чуяла, что мне нужно в Италию.

– Полина, ты прекрасный собеседник! – произнес Антонио, вернув меня мысленно обратно в бар. – Ты так внимательно меня слушаешь!

– Просто всё, что ты рассказываешь, мне безумно интересно!

– Да? Это замечательно, – и он взял меня за руку. – Мне кажется, что наша встреча не была случайной, это все звезды! – а затем залепетал что-то по-итальянски.

– Ты читаешь мои мысли, Антонио! – и я тут же закивала головой. – Я именно об этом думала сейчас!

– Вот уже целую неделю мы разъезжаем с тобой по тосканским виноградникам, и знаешь, я словно заново для себя открываю все эти места, хотя живу здесь с семи лет! Это все благодаря тебе!

– Как приятно это слышать от одного из самых крутых виноделов Италии! – и я мило захлопала глазками. – А где ты родился? Где жил до того, как приехал сюда?

– Так ведь я южанин из Абруццо! Странно, что я еще не рассказывал тебе об этом. Вся моя семья живет там, ведь у нас в этом регионе огромное палаццо и виноградники. Я же потомственный князь Бортезе!

Я тут же расплылась в улыбке! Это мой джек-пот, пам-парам-пам-пам! Кажись, в моей жизни все наконец-то схлопнется самым наилучшим образом. Еще пару дней, и он сделает мне предложение! Я это чувствую, а почему бы и нет? Отец моей подруги сделал ее маме предложение на второй день знакомства! Да, и такое случается в этой жизни, а мы уже целую неделю общаемся. Это же сколько раз у него была такая великолепная возможность, которую он до сих пор почему-то не реализовал. Моя свекровь будет княгиней! Скажи кому – ведь не поверят! Интересно, а если мы начнем с ней ссориться, то по какой причине? Явно не из-за недоваренных макарошек, скорее всего, из-за какой-нибудь княжеской тиары, которая не подходит к выбранному платью, потому что с ним носят только диадему. По правде говоря, я даже не знаю, в чем разница между диадемой и тиарой, какой ужас! Сколько нюансов мне предстоит выучить, а это я еще про столовые приборы молчу. У них наверняка во время ужина на столе лежат минимум по пять вилок и ложек разных размеров – и с каких начинать? Я посмотрела на приборы, которые мне подали к флорентийскому стейку, и стала перечитывать зубчики на вилке.

– Полина? Что ты делаешь? – изумленно посмотрел на меня Антонио.

– Пересчитываю зубчики! Говорят, это как-то связано с тем, какое блюдо тебе подают!

– Интересно! – и он ухмыльнулся. – Никогда ранее не заморачивался на эту тему!

– Правда? А сколько вилок у тебя дома обычно используют во время ужина?

– Одну!

Я радостно выдохнула и отодвинула приборы в сторону. Одной головной болью меньше, хотя с тиарами и диадемами мне еще предстоит разобраться!

– Я, кстати, остановился в этом отеле, – вдруг загадочно произнес Антонио, и на его лице промелькнула лукавая улыбка, – И привез с собой пару бутылочек супертосканы 70-х годов!

А это куда интереснее, чем зубчики на вилке пересчитывать.

– Пожалуй, ты сейчас произнес самые сексуальные слова, когда-либо сказанные мне! – тут же ответила я, почувствовав, как сильно заколотилось мое сердце. – Супертоскана 70-х годов! Где ж мне еще доведется такое попробовать!

– Только в моем номере! – ответил Антонио, и мы вышли из-за стола.

* * *

Не могу назвать этот номер самым красивым из тех, в которых мне доводилось останавливаться, но он был довольно просторным. Посреди комнаты стояла огромная дубовая кровать. Окна выходили во внутренний дворик. Я вышла на маленький балкончик. В глаза тут же бросилась пожарная лестница, на которую можно было выйти из ванной комнаты, и я сразу же вспомнила свою первую встречу с Адрианом. Тогда мне пришлось воспользоваться этим нехитрым приспособлением, чтобы прокрасться на чужую свадьбу – именно в тот самый момент мы и познакомились.

На мой взгляд, потомственный князь мог бы выбрать для себя что-нибудь и получше! Может, он из разорившегося, но благородного рода? Что ж, это не страшно, ведь я со своей смекалкой обязательно смогу подправить ситуацию! Сделаю нас звездами соцсетей, заведу мегапопулярную страничку под кодовым названием «счастливая княжуля» и буду снимать разные видео из нашего палаццо в Абруццо.

– А вот и первый образец! Это Тиньянелло! – воодушевленно сообщил Антонио, вернув меня в номер отеля. – Ты ведь в курсе, что прежде вино с этого виноградника выходило в продажу как Кьянти Классико. Это было до того, как винный дом Антинори перевел его в разряд супертосканы.

– Оно восхитительно! – прошептала я, закрыв глаза от блаженства и вслушиваясь в букет. – Какие нюансы, табачные нотки, лакрица, оттенки кожи, чувствую лакокраску… – и я тут же сделала глоток. – Танины мягкие, очень тонкие, а вот кислотность! – и я замерла, открыв глаза.

– Что с ней не так? – поинтересовался Антонио, уже целуя меня в шею.

– Она слишком ярко выражена, – печально ответила я и снова подумала, что Шато О-Брион было моему сердцу гораздо милее.

– У меня есть бутылка шампанского! – произнес Антонио. – И еще кое-что интересненькое и нестандартное, думаю, тебе понравится!

С другой стороны, какая разница, какая там кислотность, ведь мне сейчас явно будет не до нее! Я расстегнула платье, продемонстрировав свою новую обворожительную комбинацию.

– А где шампанское? – вдруг зачем-то спросила я, глядя на обнаженный торс Антонио.

– Возле кровати на тумбочке! – заманчиво сообщил он, и я подошла к огромной старинной кровати, рядом с ней и впрямь стояла знакомая бутылочка. Я взяла ее в руки, и мое лицо тут же помрачнело – шампанский дом Этьена! Что ж это такое – словно прошлое преследует меня по пятам!

– Все в порядке? – удивленно спросил Антонио. – Тебе не нравится этот бренд?

– У меня с ним связаны кое-какие воспоминания, – завуалированно ответила я.

– Ну, тогда кинь ее под кровать, пусть там валяется. Ведь то, что сейчас будет происходить, не для ее ушей! – и в глазах Антонио появился какой-то нездоровый блеск.

– И что же такого может произойти?! – немного испуганно спросила я, подумав о том, что под кровать я ее уже однажды отправляла и ничем хорошим это тогда не кончилось.

Антонио подошел к шкафу и, резко дернув за ручки, распахнул настежь. Мои глаза тут же увеличились от удивления в несколько раз.

– Да это же «50 оттенков серого» в миниатюре! – проблеяла я. И тут же вспомнила, что сидя в ресторане, размышляла над тем, что в моей жизни «все наконец-то схлопнется», но не думала, что эти слова будут восприняты столь буквально. Неужели для этого сперва потребуется похлопать по мне какой-нибудь кожаной плеткой, чтобы в результате получить желанное предложение руки и сердца? От одной этой мысли я чуть было не прослезилась, мне стало безумно жалко себя.

– Люблю эксперименты! – произнес мой «мистер Грей» – Такой девушке, как ты, это обязательно понравится!

Я нервно засмеялась и принялась обратно застегивать свое платье.

– Не думаю! Вообще-то в этих вопросах я довольно консервативна, как регион Шампань. Уже 300 лет производят свои игристые вина одним и тем же классическим способом, вот и я приверженка классики.

– Полина, перестань! Всё в этой жизни надо попробовать, ну иди же ко мне!

Антонио начал медленно приближаться, в то время как я пятилась от него в противоположную сторону. Затем он сделал резкий шаг вперед, что спровоцировало меня бросить в него бутылку шампанского, которую он ловко поймал, но, судя по его лицу, не на шутку испугался за ее целостность. Бежать мне было особо некуда: либо на балкон, либо в ванную. Схватив свою сумочку, я ринулась в уборную. Антонио кинулся ко мне через кровать, успев вцепиться в подол моего платья. Тут же послышался звук рвущейся ткани, я быстро скинула с себя обрывки платья и заперлась в туалете.

– Полина, вылезай оттуда! Если не хочешь, то не будем играть в эти игры! Ну же!

Я сидела на крышке унитаза в обнимку со своей сумкой и с ужасом смотрела на дергающуюся ручку дверцы. Прекрасные образы «счастливой княжули» тут же разбились вдребезги. Максимум, что мои многомиллионные подписчики смогли бы увидеть на моей страничке, лишь этот бачок далеко не самого дорого унитаза.

– Полина, прекращай! Мы же взрослые люди!

Конечно, взрослые, а я, видимо, не только взрослая, но еще и полная дура! Из открытого окна на меня подул свежий вечерний ветерок, и я тут же подскочила. Пожарная лестница, ну конечно же! Моя любимая пожарная лестница. У меня ведь вся семья работает в пожарной бригаде, даже бабушка! Кажется, я именно так врала Адриану в первый день нашего знакомства, только тогда я спускалась навстречу своему будущему О-Бриону, а сейчас бегу от этого прокисшего Брунелло. Я настежь распахнула окно – лазать по пожарным лестницам мне не впервой, опыт уже имеется – приобретенный на свадьбе Люка и Камиллы! Какие же грандиозные навыки я умудрилась нажить к своим двадцати шести годам – Джеймс Бонд и Маугли отдыхают. Они, в отличие от меня, не убегали от извращенца в одном нижнем белье, хотя, что касается Маугли, то он мой внешний вид воспринял бы вполне адекватно! Возможно, даже одобрил бы. Сам примерно в таком же везде появлялся.

Я быстро стала спускаться по ржавым ступенькам. Пальцы скрючились от страха, так что не сразу разогнулись даже после того, как я наконец-то оказалась на земле. Сообразив, где выход, я тут же направилась в сторону главной улицы Виа Медичи, обогнув несколько помоек на заднем дворе отеля. Видимо, по этой улице когда-то торжественно проходили Тосканские герцоги и банкиры из династии Медичи – этим она и прославилась, а теперь ее прославлю еще и я, прогуливающаяся по ней в неглиже и в не столь торжественной обстановке! «Так, Полька, главное: веди себя совершенно естественно. Сейчас вечер и на тебе вечернее платье! Все нормально, это мода такая дурацкая – платье в виде комбинации, и вообще я готовлюсь к Хэллоуину, на мне костюм Спящей красавицы, которая проснулась не в самое удачное время», – повторяла я себе, но свисты, доносившиеся со всех сторон, и ругательства итальянских бабулек, не внушали мне уверенности в моих действиях. «У них трансвеститы по улицам спокойно разгуливают, и никто не обращает на них внимания, чем же их так сильно озадачил мой внешний вид? С другой стороны я отделалась от этого извращенца – ну разве я не молодец? И пусть у них у всех свистульки пообломаются, а я гордо дойду до своего отеля!» Как только я смирилась со своим положением, мне сразу же стало хорошо и весело. На лице наконец-то заиграла улыбка, и я, гордо расправив плечи, послала несколько воздушных поцелуев седовласым итальянским дедулькам, уставившимся на меня с раскрытыми ртами. Что ж, их бабули еще скажут мне «спасибо» за эту ночь – пусть аппетит нагуляют. Стоило мне подумать об этом, как возле меня остановилась машина. Вначале, я испугалась, решив, что это полиция – не хватало мне еще и с ними сегодня познакомиться. Но успокоилась, когда заприметила старый маленький фиат, за рулем которого сидела молодая особа.

– Судя по всему, комбинация вам так сильно приглянулась, что вы решили ходить в ней одной, без платья! – произнесла девушка через открытое окно автомобиля и ее широкие брови радостно запрыгали.

– Девушка из магазина нижнего белья! – узнав ее, я тут же остановилась.

– Именно! Мой рабочий день закончился, так что могу подбросить вас до какого-нибудь ночного клуба или еще куда?

– Лучше «еще куда»! – ответила я, и почувствовала жуткое облегчение, оказавшись в ее машине. Роль «виагры» для флорентийских мачо, конечно, почетная, но жутко изнурительная и, самое главное, неоплачиваемая. – В мой отель на улицу Виа Пизана! Сегодня мне хватило приключений!

– Я уж вижу, – засмеялась девушка, – Платье, судя по всему, все же вырвалось на волю!

– Да, но ваша комбинация спасла меня в прямом смысле слова!

Был один приятный момент во всей этой истории. В моем отеле меня сравнили с Джулией Робертс из фильма «Красотка», когда я в неподобающем виде появилась в холле и гордо прошла к лифту. Печалил лишь тот факт, что такого кавалера, как Ричард Гир, со мной все еще не было.

Глава 2
Наставления

«Очередной левый принц!» – подумала я, просматривая фотографии со своей итальянской поездки, сидя перед компьютером. С итальянскими мужчинами мне явно не везет. Единственное, что останется в моей памяти на всю жизнь – так это прогулка по центру Флоренции в одной комбинации. Девушка с широкими бровями из магазина нижнего белья сделала на телефон несколько снимков, когда я гордо вышагивала по Виа ди Медичи, и я тут же закачала их в свой ноут, чтобы получше рассмотреть все нюансы. На одной из них на заднем плане видны две колоритные итальянские старушенции, широко раскрывшие свои рты от удивления – одна из них даже начала трясти своей тростью, а вон те двое парней очень даже приятной наружности с интересом меня рассматривали. Если я отправлю эти фотки месье Х в Бордо, то уверена, что он и их радостно использует в создании этикеток для своих новосветских вин. Тем более, он недавно мне звонил, интересовался не влипала ли я еще куда-нибудь? Видишь ли, ему и его американским партнерам нужно вдохновение, они запускают новую линейку игристых. Может, порадовать его и отправить несколько снимков? Такие даже на профессиональной фотосессии специально не сделают.

– Фотографии просто огонь! – произнесла я, показывая их маме. – Угораздило же меня в одном нижнем белье прогуляться вечером по Флоренции.

Мама довольно спокойно отреагировала на них.

– Ну, так ты делаешь это уже не в первый раз!

– Ты о чем?

– А разве ты забыла, как во время одной из первых заграничных поездок – кстати, тоже по Италии – я купила тебе красивую белую ночнушку в цветочек?

– Да, была у меня, вроде бы, такая, и что?

– А то, что она так сильно тебе понравилась, что по центру Рима ты разгуливала только в ней одной и в розовой кепке с надписью «Я люблю Прагу»! В таком виде ты даже успела несколько раз прошмыгнуть через Святые Ворота Ватикана, прежде чем их закрыли на двадцать пять лет!

Я озадачено посмотрела на нее.

– Надеюсь, их закрыли не из-за меня?

– Нет, конечно! У нас даже сохранились фотографии, как ты в одной ночнушке и розовой кепке стоишь возле римских развалин и Колизея, словно тебя в тот день вместе с этими развалинами и откопали. Кстати, бабушка тогда купила себе точно такую же, хорошо, что вы обе не нацепили их в один день!

– Это в тот год Папа Римский отрекся от своего престола? – слегка побледнев, озадачено спросил я.

– Нет, это произошло в другой год, так что не переживай! Видимо, тебя одной им было не достаточно для этого, – быстро сообразив, к чему я клоню, ответила мама – Вот если бы тогда еще и бабуля присоединилась к твоей затее, то кто знает, чем могла бы закончиться вся эта авантюра, да и судьба всего Ватикана!

Мы тут же рассмеялись.

– Значит, в неглиже я уже успела пройтись по Риму, Ватикану и Флоренции?

Мама одобрительно кивнула головой.

– С определенной периодичностью ты любишь это делать, но почему-то только в Италии!

– Я стабильна, и это тоже неплохо! Кстати, а посылок от Адриана никаких больше не было? – как бы ненароком поинтересовалась я.

С момента моего возвращения из Бордо, он периодически пытался наладить со мной контакт, посылал подарки, а еще сладости. Черт возьми, если цветы я еще могла бы выкинуть (правда, не делала этого, а пересылала втихаря своей племяннице, чтобы поднять ее самооценку), то отказаться от сладостей у меня не поднималась рука. Точнее, она поднималась, но только чтобы запихнуть их себе в рот. За десять дней пребывания в Италии я умудрилась похудеть, да, похудеть в самой «гастрономически-развратной» стране мира, потому что никто не отправлял мне туда никаких сладостей! Но я знала, что они ждут меня здесь, в Москве. Хотя, может быть, не добившись взаимности, он просто так мстил? Жестокая и сладостная месть? Или у него поменялись вкусы, и теперь он предпочитает девушек в теле, поэтому старается, чтобы я набрала несколько лишних килограммов?

– Так, что там с подарками? – в очередной раз поинтересовалась я. Судя по всему, у меня развилась десертозависимоть! В моей семье все боялись другого: что у меня появится винозависимость, но оторвать меня от вина как нечего делать. Мне интересен букет, его нюансы, как оно раскрывается, оттенки во вкусе, а дальше все… можете допивать хоть всю оставшуюся бутылку, но вот отказаться от десерта я не могла, и Адриан знал о моих маленьких слабостях!

– Больше не присылал, – коротко ответила мама, и я тут же бросила на нее удивленный взгляд.

– Что совсем?

– Именно! Видимо, он наконец-то плюнул на тебя!

А эти слова больно вонзились мне в сердце. Плюнул на меня? И это учитывая тот факт, что я целый год выискивала его во Франции, а он даже и девяти месяцев не продержался! Слабак! Как можно было на меня плюнуть? Да он, по правде говоря, и не старался. Мог бы включить свою французскую сообразительность. От моих грустных мыслей меня оторвал неожиданный звонок по скайпу. На мониторе появилась радостная фотография Камиллы. Как давно мы не общались!

– Камилла, привет! – я громко завопила в микрофон, широко разведя руками по сторонам. – Рада тебя лицезреть! Шикарно выглядишь!

– Спасибо, Полина! Смотрю, ты тоже цветешь. Звонила тебе на той неделе, но твоя мама сообщила, что ты отправилась в Италию. Как поездка прошла?

– Плодотворно! – коротко ответила я. – Как видишь, уже вернулась, – мне не особо хотелось вдаваться в подробности этого путешествия, тем более, что я до сих пор так и не решила, отправлять ли свои развратные фотографии месье Х, чтобы раскочегарить его вдохновение, или нет. – Как Люка? Маленький Поль? Я так соскучилась по вам!

– О, они превосходно! – радостно закивала Камилла. – Хорошо, что соскучилась, ведь у тебя будет повод навестить нас в самое ближайшее время!

– Да, я давно уже собираюсь, обязательно, как-нибудь…

– Никаких «как-нибудь»! – меня перебил знакомый звонкий голос, и в мониторе замелькала пышная кучерявая голова бабули Ниннет. Слегка отодвинувшись в сторону, Камилла пропустила ее к компьютеру. – Полина, ты меня слышишь? Никаких «как-нибудь»! – громко повторила она.

– Здравствуйте, бабуля Ниннет! Вы прекрасно выглядите!

– Ой! – произнесла она, недовольно поморщившись, и усиленно замахала рукой перед своим носом, словно почувствовав какой-то неприятный запах – Как я не люблю эту фразу! Хорошо, что не произнесла – «вы так хорошо держитесь», тогда мои руки точно дотянулись бы до тебя, несмотря на столь дальнее расстояние! Я всегда великолепно выгляжу, на все свои сорок с хвостиком… – и она сделала небольшую паузу, улыбнувшись собственной шутке – В общем, Полина, ты должна нас обязательно навестить, ведь я скоро выхожу замуж!

– Опять? – и я с изумлением застыла на месте с растянутой на лице улыбкой.

– Полина, что значит опять! – с негодованием произнесла бабуля Ниннет. – Я наконец-то нашла любовь всей своей жизни, а ты: «опять»! Тем более, последние пять лет я ни за кого замуж не выходила.

– Она крутая! – прошептала Камилла и, игриво подергивая своими бровями, показала мне большой палец вверх.

– И какой по счету это будет для вас брак, бабуля Ниннет?

– Я что, их считаю? – проворчала она. – То ли шестой, то ли седьмой – какая разница! В общем, через месяц я выхожу замуж, Робер сделал мне предложение, – и она продемонстрировала мне элегантное кольцо с ярким рубином на своем безымянном пальце. – Поэтому ты должна обязательно приехать. Возражения не принимаются!

* * *

Весь оставшийся день в моей голове крутилась последняя фраза бабули Ниннет, а точнее несколько ее фраз. Во-первых, она даже не помнит, какая это у нее по счету свадьба: то ли шестая, то ли седьмая, в то время как у меня разводов было много, а свадьбы еще ни одной. А во-вторых, тот факт, что «возражения не принимаются». Как так? У меня теперь свой бизнес, свой проект, который почти не отпускает меня, так как сейчас, в начале его становления, все мои силы уходят на его раскачку. Я не могу позволить себе два отпуска подряд! И тут меня охватила жуткая паника. А ведь Адриан тоже будет на этой свадьбе и приедет туда наверняка не один! Если он и впрямь плюнул на меня, то явится на торжество в сопровождении своей новой пассии. Какое унижение, ведь на меня все будут смотреть, как на побитую кошку! Неужели я и впрямь больше не интересна ему? Шестая свадьба? Несчастные взгляды Камиллы и всей ее семьи – мне же ведь не с кем туда отправиться! Я лихорадочно искала причины, которые могли бы меня освободить от этой поездки в Аркашон. Ведь я же могу приехать в любое другое время и поздравить ее после этого грандиозного мероприятия!? У меня же и впрямь очень много работы – повод не приезжать более чем уважительный! Я просто не могу там появиться!!!

Усевшись на широкий подоконник в своей комнате, я устремила взор вдаль, погрузившись в раздумья. Если бы я вышла замуж за своего первого ухажера, то как бы сейчас сложилась моя жизнь? Ведь Арсений был очень хорошим, добрым, вот только все время играл в компьютерные игры. Тогда меня это жутко бесило, а сейчас кажется – идеальный мужчина!? Ведь я столько времени провожу на работе, а он не требует к себе никакого внимания. Удобно! Уходишь на работу – он сидит за приставкой, приходишь – он снова сидит за ней же, ему только на кухне надо было бы еду оставлять и чипсы с пивасиком иногда покупать! Фу… какая гадость.

А с другой стороны, никто не претендовал бы на мои дорогие бутылочки. Да, приготовить ему еды, убрать потом за ним эту еду, постирать одежду… все как за маленьким ребёнком, подгузников только не хватает. Хотя годам так к восьмидесяти у меня добавилась бы еще и эта важная функция: проверять, не описался ли он, сидя за своей приставкой! Да, наверное поэтому мы и расстались. Быть нянькой-домохозяйкой для взрослого мужика – это явно не моя мечта.

Если сравнивать его с вином, то мой первый молодой человек был, как Божоле Нуво! Такое сочное, ягодное, молодое, но очень быстро портящееся и простое, а это познается в сравнении, в особенности, если тебе повезло, и ты вкусила нечто более достойное и интересное. Артур был, конечно же, гораздо лучше, в винах разбирался, но ведь всегда всё забывал! Однажды забыл о нашей годовщине, а я целый час прождала его в ресторане одна. Сказал, что подарок потерял и бегал в поисках нового, а по факту – банально забыл! Годам к восьмидесяти, когда он вообще ничего не будет помнить, ситуация, конечно же, выровняется, и его забывчивость будет оправдана сама собой! Но ведь если и с ним дело до подгузников дойдет, то он и о них забудет, и мне снова придется все проверять, как за Арсением. Итог одинаковый! И вот, я опять остаюсь с бокалом Божоле, только на этот раз более высокой категории, с выдержкой и даже с неким потенциалом, так скажем: с Божоле-Вилляж – эта категория уже явно круче, чем простое, банальное «Нуво». Ну, а что с Антоном? Он ведь так ухаживал: какие были подарки, цветы, ночи… и такой загадочный. В данном случае, он хоть и Божоле, но премиальное. Я бы сказала, с отдельного крутого виноградника Крю де Божоле (к примеру, с Бруйи). Вино, которое обладает еще более сложными нюансами, богатыми оттенками и большим потенциалом к выдержке – да, терпения ему было не занимать. У него был только один огромный минус: он постоянно мне врал! Врал, что вино любит, а сам пиво глушил, а еще он со страху все время бегал в туалет. Так что если бы мне и с ним посчастливилось дожить лет до восьмидесяти, то и здесь пришлось бы все проверять, как за Арсением или Артуром. Возможно, было бы и того хуже, ведь с возрастом люди становятся пугливее.

Мне наконец-то пресытилось представлять всех своих бывших в подгузниках, и я, дабы скрасить свой одинокий вечер, вытянула наугад одну из бутылочек, мирно стоящих под окном. Ею оказалась Божоле! Из всей коллекции я вытянула именно ее! Что ж, если всё и впрямь так плохо, то придется снова брать инициативу в свои руки. Ибо, как сказал великий советский ученый Мичурин: «Мы не можем ждать милостей от природы. Взять их у нее – наша задача!»

* * *

Надо было решить проблему номер один, поэтому я перерыла всю квартиру, изучила все шкафы, ящики, посмотрела даже в туалетном бачке, хотя понимала: это исключено. Ни одной новой подарочной коробочки мне так и не удалось найти, ни одной новой вкусняшки, а ведь еще месяц назад он присылал по несколько разных коробок. Маме и тете это, правда, жутко не нравилось, поэтому они периодически съедали их сами или отправляли моей племяннице для поднятия ее самооценки. Может, и сейчас они поступили точно также? А если Адриан и впрямь мне больше ничего не отправлял? Я готова была уже кинуться на улицу, чтобы перерыть там все общественные мусорки, но в этот момент раздался звонок в дверь: на пороге стоял курьер с подарочным набором! Я облегченно выдохнула.

* * *

Миндальные круассаны – это самое вкусное лакомство на свете, если не считать марципаны, а еще шоколадные трюфели, безе и, конечно же, вот эти французские макароны, которые я получила вчера вечером! Я снова взяла в руки маленькую розовую коробочку с шелковой ленточкой и обнюхала ее со всех сторон. В ней еще сохранялся этот божественный аромат свежих «макарошек», и он так манил и притягивал, что я готова была съесть еще и эту коробочку. Пребывая в полном блаженстве и размышляя, с каким вином могли бы быть съедены эти лакомства, я уже открыла рот, но в этот момент вдруг раздался до боли знакомый голос, и я выплюнула коробку.

– Что творится с твоей дочерью? Все гораздо хуже, чем я представляла!

В дверях появилась моя мама и ее сестра – тетя Вера, которая, скрестив руки, недовольно поглядывала на пустые коробки из-под сладостей. На самом деле звали ее совсем иначе, но за сильную веру во всех женатых и неженатых, работающих и безработных, старых и молодых, а еще «козла» старшего бухгалтера с ее предыдущей работы и прочих представителей далеко не самого сильного пола, она окрестила себя Верой.

– Он снова присылает ей конфеты?

Тетя окинула меня своим пронизывающим холодным взглядом, и мне тут же стало стыдно, не знаю почему – словно мне снова десять и я, видимо, нашкодила, сама того не заметив.

– Да, никак не угомонится! – пояснила мама. – Он пытается загладить свою вину всеми возможными способами, присылает ей дорогие вина, которые она складирует под столом, и коробки со сладостями!

– Судя по всему, ты все же простила его, если продолжаешь принимать все эти дары? – удивленно спросила тетя, но я предпочла промолчать и лишь гордо отодвинула от себя очередную коробку с венгерскими марципанами. Понятия не имею, откуда он их достает, но они просто божественны. И, сделав вид, что меня совершенно не волнует этот разговор, я принялась пересчитывать бутылки под столом.

– Нет, – ответила за меня мама. – Хотя вчера вечером на нее нашла хандра, и она вспоминала всех своих бывших, представляя их почему-то исключительно в подгузниках.

Я бросила на нее обиженный взгляд, ведь подслушивать – это некрасиво. Поджав губки сильнее, я с еще большим усердием взялась за подсчет бутылок.

– Видимо, у нее были на них большие планы, – пояснила тетя.

– Не уверена. Она окрестила их фразой «Божоле в подгузниках», поэтому не думаю, – добавила мама. – Не знаю, вошел ли Адриан в эту уничижительную детсадовскую группу, но она сжирает все, что доставляет ей курьер! Причем выработав довольно интересную тактику: первая порция сладостей уходит примерно с 10.00–12.00, а оставшиеся, доедает поздно ночью, и обычно под одеялом, дабы ее в этом никто не уличил!

Я открыла рот, но в этот раз уже не для того, чтобы в него что-то запихнуть, а от переполняющего меня негодования.

– Ей почему-то невдомек, что по утрам она просыпается вся в шоколаде, и догадаться несложно, чем именно она занималась всю ночь! А еще она уже два раза втихаря перешивала пуговицу на своих джинсах! – закончила мама, и в эту секунду я почувствовала, что это был полный нокдаун.

– Они сели после стирки! – оправдываясь, выкрикнула я. – Да, такое иногда случается с хлопковыми вещами!

– Кого ты пытаешь обмануть, деточка, родную мать?

Да, переплюнуть ее еще никому не удавалась, максимум моей тете, и то далеко не всегда. Я не буду вдаваться в глубокие описания своей мамы, дам лишь одну характеристику, которая расставит все точки над «и». Когда молодые люди уступают ей место в общественном транспорте, она гордо усаживает их обратно со словами, что она не в положении.

– Знаешь, если так пойдет дальше, то ты попадешь в передачу «Семья весом в тонну»! – угрожающе произнесла тетя.

– Мне далеко до этого, – тут же отмахнулась я. – Так что этими речами вы меня не запугаете!

Тетя на минутку о чем-то призадумалась. По ней всегда было видно, когда в ее голове начинали роиться какие-то подозрительные мыслишки. В эти моменты она слегка хмурила свой лоб, приподнимала левую бровь, а ее взгляд становился совершенно отстраненным.

– Точно! – вдруг радостно произнесла она – Я возьму тебя с собой в Баден! В скором времени я отправляюсь с подругами в Баден-Баден, термальные воды пойдут тебе на пользу!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Мерсо – бургундское вино (Франция)

Вернуться