# Приключения Растяпкина. Экзамен на выживание

Елена Сухова

Семену Растяпкину всего 12 лет, но он уже закончил секретную академию. И на вручении диплома он получает свое первое настоящее задание – раскрыть кражу в экспериментальной лаборатории.Семен думает, что с легкостью справится, но начав расследование, он начинает понимать, что дело не такое уж простое. Растяпкин находит говорящего хомяка и узнает, что похищен гипнотизатор, с помощью которого можно управлять сознанием. И следы преступления ведут к самому опасному бандиту тысячелетия – Злату.Теперь Семену предстоит спасти город и друзей от страшной опасности.Верный друг, опасный враг и 24 часа на победу.

## Глава 1. Результат или приговор

28 августа, 18 часов ровно

В академии, которая находится… Нет, ее местонахождение должно храниться в строжайшей тайне, иначе последствия будут ужасными. Итак, в академии, о существовании которой дозволено знать лишь немногим, проходила торжественная церемония.

Свет от нейтронных ламп был приглушен, так что небольшой зал оказался погруженным в тьму. Можно было разглядеть лишь круглый стол в центре, и силуэты нескольких человек, сидевших за ним. Луч света, словно прожектор освещал лишь красивого темноволосого мальчика лет двенадцати. Остальные – взрослые с черными полумасками на лицах – оставались в полутьме.

Очевидно, они кого-то ждали: два стула пустовали.

Внезапно дверь распахнулась, и на пороге появился рыжеволосый мальчишка. Нейтронные ламы тотчас же осветили его перекошенный черный пиджак, помятую белую рубашку и россыпь веснушек на изумленном лице.

– Извините, – пытаясь отдышаться, сказал он. – Я немного опоздал.

– Семен Растяпкин, ты заставил нас ждать, – послышался голос одного из темных силуэтов за столом. – Пять лет мы учили тебя пунктуальности, и, кажется, напрасно. Садись.

Под прицелами ламп, мальчик направился к свободному стулу. Он сел и широко распахнутыми глазами уставился на собравшихся, пытаясь разглядеть выражения их лиц. Но увы, заложенная в систему освещения программа, скрывала их.

– Ярослав, еще ничего не было? – шепотом спросил опоздавший у второго мальчика.

– Нет, – резко ответил тот. – Ждали тебя.

Растяпкин, пытаясь скрыть смущение, взъерошил и без того лохматые волосы.

– Приступим, – тотчас же несколько нейтронных ламп на потолке активировались: из тьмы проступила черная полумаска говорившего и короткие седые волосы. – Я знаю, что вы двое ждете решения, от которого будет зависеть ваша жизнь.

– Ждем-ждем, – вскричал Растяпкин и тут же умолк. Говорить сейчас ему не полагалось.

Трое взрослых возмущенно кашлянули. Растяпкин смутился и покраснел.

– Пять лет назад на тайном голосовании было решено принять вас в нашу академию. Вас двоих и еще трех мальчиков постарше. Ваше пребывание здесь было тайной даже для ваших родственников. Скрытые этими стенами ото всех, вы постигали такие науки, о которых даже не известно вашим ровесникам. – Он наклонился, нависая над столом, и по всему залу прогремело. – Еще на первом году обучения вы дали страшную клятву никогда не разглашать то, что узнаете здесь, никогда не упоминать о том, что здесь увидите.

Растяпкин вжался в стул и с ужасом стал вспоминать все, что делал в последние дни, не нарушил ли случайно какое-нибудь правило. Лицо второго мальчика побледнело.

– И всем нам, вашим преподавателям, очень приятно, что вы держите свое слово, – голос стал спокойней. – Я учил вас пользоваться сложнейшей вычислительной техникой, и знаю, как тяжело вам приходилось. Трое не выдержали и покинули академию, а вы сдали последний экзамен и хотите узнать результаты.

Оба мальчика кивнули в ответ.

– Вы понимаете, что тот, кто смог успешно сдать экзамен, станет секретным агентом, получит личный номер.

Семен с трудом подавил вздох, ему невероятно хотелось получить и звание, агента и новый номер. Во время учебы на студенческом жетоне у него был выбит номер 13. А он мечтал о более счастливой цифре, например, 25, или 55 – отлично бы смотрелись на вольфрамовом жетоне агента.

– Тот, кто не выдержал экзамен, будет с позором исключен из академии и направлен в обычную школу. – Рот преподавателя искривился в презрительной усмешке.

Растяпкин быстро-быстро закивал, пытаясь согласиться с преподавателем и отогнать страшные мысли об исключении. Но уже через миг замер, опасаясь, как бы преподаватели не подумали, будто он не владеет своими эмоциями.

Второй мальчик непринужденно откинулся на спинку стула, как будто последнее замечание к нему и вовсе не относилось.

– Сейчас вы узнаете, что вас ждет! – торжественно сказал седой преподаватель. Он покосился на пустой стул, который хоть и стоял в полутьме, но все же был виден. – Я объявлю наше решение.

И опять в зале наступила тишина. Все неподвижно сидели за столом. Даже воздух казался тяжелым от напряжения.

– Но нам говорили, – вдруг раздался спокойный голос Ярослава, – что сам директор будет объявлять результаты.

Только тут Растяпкин сообразил для кого предназначен свободный стул, – ну конечно, для директора академии Истребителя. Его настоящего имени никто не знал, а прозвище Истребитель он получил после того, как выследил и посадил неуловимого бандита Злата.

– У директора возникли срочные дела, я думаю, он подойдет чуть позже, – после небольшой заминки прозвучал голос преподавателя восточных единоборств. Его самого было почти не видно, но Растяпкин отчетливо представил, как тот сжимает тонкие губы и постукивает пальцами по подбородку.

– А теперь, студент Ярослав Орлов, встань.

Ярослав встал, с благодарностью посмотрел и на седого преподавателя, и на тьму, в которой скрывались остальные, а потом почтительно склонил голову.

– Ярослав Орлов, ты показал следующие результаты. Прошел все десять пунктов испытаний. Семь из них с отметкой «великолепно». А вот логическое вычисление противника и вскрытие сейфа с повышенной системой защиты вызвали у тебя некоторые затруднения. При отражении нападения противника, ты проявил излишнюю жестокость. На все испытания ты потратил четыре часа тридцать две минуты и набрал сто сорок четыре балла. Это лучший результат за всю историю академии.

Преподаватели зааплодировали, негромко, но все же это было одобрение. Это было признание высоких достижений лучшего ученика.

– Спасибо, – в его голосе звучало ликование. Орлов еще чуть ниже склонил голову, и сел.

– Студент Семен Растяпкин.

Свет нейтронных ламп осветил как Растяпкин неуверенно поднялся и стал ногой отодвигать стул в сторону. Стул с шумом опрокинулся. Покраснев, Семен попытался придать своему лицу выражение безразличия.

– Уже можно не волноваться, Семен, – из полутьмы послышался голос преподавателя по маскировке. – Даже если ты переломаешь всю мебель, это не повлияет на наше решение.

Растяпкин вздохнул и покраснел еще больше. Ему и так сейчас тяжело, так еще вынужден стоять под ярким светом. Он всегда боялся такой системы освещения, когда лучи ламп прицельно направлялись на кого-либо. Сейчас он был освещен так сильно, что заболели глаза, а напротив него слабый свет выхватывал седую голову преподавателя.

– Послушай свои результаты. Систему кодов на компьютере ты взломал с трудом и затратил на это слишком много времени, к тому же после тебя компьютер сломался. В преследовании ты мог бы показать неплохой результат, если бы сначала не побежал в другую сторону, да еще и дважды упал, наступив на свой шнурок. Не понимаю, почему ты его не завязал после первого падения.

Растяпкину показалось, или и в самом деле он сумел разглядеть во полумраке усмешки на лицах преподавателей. Он неуверенно повернул голову к Орлову, и тот дружески кивнул – во всяком случае, Растяпкину очень хотелось видеть в этом кивке поддержку.

– Оружием владеешь очень слабо… Хорошо, что хоть заряды были холостые.

Растяпкин опустил глаза и принялся разглядывать носки измазанных грязью ботинок. Он и сам не помнил, когда успел измазать их.

– В болоте ты чуть не утонул. Запомни, Растяпкин, в болоте не плавают, это не озеро. Ладно, хоть выбраться смог самостоятельно. Отражать нападение ты умеешь, но проявил излишнюю снисходительность к врагу. Последнее задание на логическое мышление выше всяких похвал, ты быстро догадался, что надо делать.

Похвалили, хоть один раз, но похвалили. Радость засветилась на лице Семена, уголки губ взлетели вверх, а глаза распахнулись.

– На все испытания у тебя ушло четыре часа пятьдесят девять минут. Ты набрал всего пятьдесят два балла – это самый…

Неожиданно электронный замок на двери щелкнул.

Растяпкин вздрогнул, и издал тихое: «Ой!»

Дверь распахнулась. Семен зажмурился, но, пересилив себя, приоткрыл один глаз.

На пороге в свете нейтронных ламп стоял Истребитель, директор академии.


## Глава 2. Последний шанс

28 августа, 18 часов 40 минут

На пороге стоял Истребитель – директор академии. Человек, от одного имени которого бледнели самые опасные преступники. Элегантный черный костюм сидел на нем, как влитой. Темно–русые волосы зачесаны назад. Орлиный нос и глубоко посаженые глаза стального цвета указывали на сильный характер.

Истребитель, чуть прихрамывая, подошел к столу и занял свое место. Нейтронные лампы вспыхнули ярче. Теперь вместо темных силуэтов, можно было разглядеть фигуры преподавателей, их прически, и неважно, что лица все равно были скрыты за полумасками. Главное, что исчезла давящая тьма.

– Слишком многое произошло за последние дни, – Истребитель достал из кармана и надел черную полумаску, необходимую для всех торжественных церемоний. – Потому должен вас огорчить – в экзаменационные испытания будут внесены некоторые изменения. Сядь, – кивнул он Растяпкину.

Семен поспешно поднял упавший стул и занял свое место за столом.

– В этом году, из-за чрезвычайных обстоятельств, мы были вынуждены проводить выпускные экзамены в августе, – медленно продолжил Истребитель. – Но теперь все еще больше усложнилось. Вам предстоит пройти еще одно испытание. Решающее.

Если преподаватели и были удивлены, то они никак этого не показали. Растяпкин не сомневался, что даже если они и снимут маски, то их лица все равно будут так же непроницаемы.

– Но что это за обстоятельства? – Орлов вытянул вперед шею, словно хотел лучше расслышать последние слова. Его глаза сверкнули, губы дрогнули и вытянулись в тонкую линию. – Мы хотим знать, что происходит.

– И обязательно узнаете, как только станете секретными агентами, – спокойно возразил директор.

И тут Растяпкин улыбнулся, да не просто улыбнулся, – его рот растянулся до самых ушей. Ведь его не выгоняют из академии. Ну, во всяком случае, пока не выгоняют.

Поставив локти на стол и сплетя пальцы, Истребитель посмотрел на студентов пронизывающим взглядом.

– Хорошо, приступим. Подойдите ко мне оба. Я хочу провести жеребьевку, чтобы каждый из вас выбрал свою судьбу, – Истребитель достал из кармана пиджака два одинаковых конверта. – Семен, ты выбери первым.

С удивлением и даже с недоверием Растяпкин уставился на директора. Орлов всегда первым делал выбор, первым отвечал на занятиях, первым проходил все испытания, первым сдавал домашку, первым… Он был просто первым.

Семен подошел, потянул руку к одному из конвертов, но потом вдруг передумал и взял другой. Но тут же вернул его, и схватил первый. За его действиями внимательно следил и директор, и преподаватели. Хоть никто из них не проронил ни слова, Растяпкин понял, что опять повел себя глупо.

Орлов с непроницаемым лицом забрал оставшийся конверт, и они оба вернулись на свои места.

– Немного приоткрою тайну: вам предстоит самостоятельно раскрыть преступление. Все подробности в конвертах. Вы не должны никому сообщать, и тем более друг другу, о том, какое задание выполняете. – Истребитель говорил медленно, тщательно подбирая слова, будто боялся выдать что-то лишнее. – Как любому секретному агенту, вам при выполнении задания придется столкнуться с опасностью. Хотя я надеюсь, что все обойдется без жертв.

– Жертвы?! – повторил изумленный Растяпкин.

– Да, Семен, на этот раз можно ожидать чего угодно, – кивнул директор.

Растяпкину стало не по себе. Их готовили к перестрелкам, погоням, но до сих пор это были безопасные тренировки.

– Если это будет настоящее дело, – Орлов тоже заговорил очень медленно, – то нам понадобится оружие.

– Ты прав, – признал директор. – Скажи, Ярослав, какое оружие ты хотел бы получить?

– Оксидетрон, – не задумываясь ответил лучший ученик.

– Замечательно! Семен, что выберешь ты?

Как же сложно сделать выбор! С одной стороны, хотелось взять что-нибудь помощнее, из последних разработок. Но с другой стороны, он никак не мог научиться пользоваться таким оружием.

– Лазерный минипулемет, – наконец решился Растяпкин.

– Ну что ж, это твой выбор, – чуть помедлив, кивнул Истребитель.

Нейтронные лампы разгорелись еще ярче, теперь казалось, что в зале не осталось ни одного затемненного угла. Просматривался каждый сантиметр покрытых металлическими пластинами стен, и кварцевого сферического потолка.

Директор достал из кармана рубашки ручку, вернее, это был дистанционный пульт, замаскированный под ручку, и направил его на стену. Две металлические пластины разъехались в стороны, за ними оказались металлические полки, заполненные оружием.

– Дай им то, что они выбрали, – приказал Истребитель преподавателю, который пять лет учил Растяпкина и Орлова обращению с оружием.

Невысокий коренастый мужчина, которого побаивался Семен, подошел к полкам и бережно взял небольшой оксидетрон. Оружие похожее на пистолет, только со вторым дулом для метания огня, рычагом – переключающим режимы, и излучателем парализующих волн.

Небрежно преподаватель подхватил минипулемет – устройство с очень коротким стволом и рукояткой, на которой располагалась гашетка. Из-за двух глубоких царапин на стволе, оружие казалось старым.

– Держи, – сказал преподаватель, вручая минипулемет Растяпкину. – Только не понимаю, зачем он тебе. При свете дня он ловит солнечную энергию и может работать как лазер, а без солнечного света он будет просто светить как самая обычная лампочка.

Растяпкин молча взял минипулемет, в то время как Орлов восхищенно рассматривал оксидетрон.

Истребитель направил ручку–пульт на пол около своих ног. Одна из мраморных плит отъехала в сторону и снизу стал подниматься металлический столик, на котором стояла металлическая коробка.

– Семен, ты знаешь, что это? – спросил директор.

Растяпкин заглянул в коробку и неуверенно пожал плечами. На первый взгляд, там лежал обычный складной нож.

– Это электронно-механический «взломщик», он может открывать любые замки, – поправив челку, сказал Орлов. – В него вмонтировано лезвие для механических замков и электронно–магнитный излучатель.

– Молодец, – похвалил директор. – Только этот прибор бессилен против некоторых видов усовершенствованных замков. На втором курсе вы учили как им пользоваться. Держите.

Сгорая от стыда, Растяпкин поймал брошенный ему «взломщик». Он же хорошо знал этот прибор, но сейчас почему-то забыл.

– И в подарок от академии возьмите еще одну вещь.

В руках директора словно по волшебству появились… на первый взгляд это были самые обычные электронные часы, но, присмотревшись внимательно, можно было заметить на металлическом корпусе странную резьбу. Это был электронный ключ от транспортала.

Растяпкин от восторга раскрыл рот, набрал побольше воздуха в легкие, но так и не смог ничего сказать. Транспортал! Система скоростных подземных ходов, по которой за двенадцать с половиной минут можно пересечь весь город. Теперь им разрешают самостоятельно пользоваться ею.

– Стоит только поднести эти часы к двери транспортала, как она откроется. Кстати, к часам прилагается карта, на которой отмечены все входы. Карту надо выучить до завтра, она нарисована на специальной бумаге и к утру исчезнет.

Как только часы оказались на руках студентов и щелкнули браслеты, директор едва слышно вздохнул.

– Вы можете идти, а с утра приступайте к выполнению задания, – тихо проговорил Истребитель.

В полной тишине мальчики покинули зал. Они молча прошли по извилистому коридору, и стали спускаться по металлической лестнице. Неотступно рядом с ними по стенам скользили зеленые огоньки сигнализации – любой, находящийся на территории академии, находился под наблюдением.

– Зачем тебе понадобился лазерный минипулемет? – спросил Орлов. – Он так же похож на оружие, как я на преступника.

– Ну… – замялся Растяпкин. – Я умею пользоваться только этим пулеметом.

Ярослав молча спустился еще на три ступеньки, безымянным пальцем нажал кнопку у кварцевой двери. Его отпечаток был распознан, дверь стала открываться.

– Сейчас первым делом сяду изучать карту, – заявил Орлов. – И тебе тоже советую…

– Карта! – всплеснул руками Растяпкин и выронил пулемет вместе с конвертом и «взломщиком». – Как я мог забыть ее?

– Беги обратно, – тут же среагировал Орлов. – Давай быстро, я все подниму.

Семен бросился вверх по лестнице. Он надеялся, что в зале уже не будет никого, кто мог бы заметить его рассеянность. Растяпкин набрал шифр на двери и зашел внутрь.

В зале теперь царили легкие сумерки, а директор и остальные преподаватели разглядывали голограмму города, появившуюся над столом.

– И это не просто угроза, над городом нависла невероятная опасность, – услышал Семен голос Истребителя. – И замешен в этом может быть любой из…

Директор замолчал, заметив стоявшего в дверях Растяпкина.

Преподаватели повскакивали со своих мест.

– Что ты забыл? – холодно спросил Истребитель.

– Карту, – только и смог пролепетать Растяпкин. Краснея и обливаясь потом, он подошел к столу и, увидев на полу зеленый лист бумаги, быстро поднял его. – Извините. До свидания.

– Помни, Растяпкин, – еле слышно сказал директор, провожая мальчика к двери, – иногда все бывает не так просто, как кажется на первый взгляд.

## Глава 3. Экспериментальная лаборатория

29 августа, 11 часов 07 минут

– Глазам своим не верю! – воскликнул Растяпкин, глядя на часы. – Как я мог проспать!

На столе лежал лист зеленой бумаги, карта, начерченная на нем, исчезла. Половину ходов Растяпкин так и не успел запомнить, вечером он заснул, уронив голову на стол. Конверт с заданием, так и не раскрытый, валялся на полу.

К удивлению Семена, конверт оказался не запечатан, из него вывалилась маленькая бумажка, на которой была написана всего одна фраза «Раскрой ограбление в экспериментальной лаборатории» и адрес лаборатории.

– Раскрою, – пообещал Семен, глядя прямо перед собой и кинулся собираться.

Он надел синие джинсы, белую футболку, красную куртку и синюю кепку, в таком виде, никто бы не заподозрил в нем будущего секретного агента.

Через полчаса он уже подошел к большому серому зданию, окруженному металлическим забором. Растяпкин легко прошел в никем не охраняемые ворота. У центрального входа в здание красовалась табличка: «Экспериментальная лаборатория», а сразу за дверью сидел серьезный охранник с пышными рыжими усами.

– Ты куда идешь? Видишь, это научный объект, – сурово сказал он.

– Мне в школе задали написать научную работу, – ответил Растяпкин. – Я хочу посмотреть на эксперименты.

– Ишь ты, эксперименты ему подавай. Они строго засекречены, иди домой и читай лучше книжки, – проворчал охранник.

– Мне двойку влепят, если я про эксперимент не напишу.

– Ну тогда в Интернет залезь, а тут делать не чего. Иди давай. – Охранник встал и вывел Растяпкина на улицу, а после плотно закрыл дверь.

И в этот момент где-то сбоку раздался легкий шелест, чуть слышный порыв ветра слегка задел куртку Растяпкина. И все тут же стихло. Если бы он был внимательней на лекциях в академии, то обязательно обратил внимание на этот шелест.

Но он не обратил! А просто стал обходить здание лаборатории в поисках какой-нибудь лазейки. Через несколько метров нашлась небольшая дверца, за которой скрывалось темное помещение и проем был настолько мал, что взрослый человек навряд ли бы пролез.

С трудом протиснувшись между рассохшимися деревянными створками, Растяпкин разодрал джинсы о ржавые гвозди, и оказался в подвале. Вокруг громоздились приборы разнообразной формы и размеров, покрытые толстым слоем пыли. Похоже, сюда относили уже неработающую аппаратуру. Пахло горелой проводкой.

Растяпкин стал пробираться вперед. Дважды пребольно ударившись локтем о железные корпуса, он вспомнил про потайной фонарик, вмонтированный в козырек кепки. Семен повернул скрытый рычажок, луч света вырвался вперед. Всего в нескольких шагах виднелась серая каменная стена с металлической дверью.

Вдруг дверь со скрипом стала открываться. Семен заскочил за огромный развороченный прибор.

– Гляди-ка, – послышался изумленный мужской голос. – В подвале свет горит.

– Не говори глупости, – ответил его товарищ. – Тут уже сто лет как проводку замкнуло.

– Да ты посмотри, вон там что-то светится, – настаивал первый.

И тут Растяпкин сообразил: свет идет от его фонарика на кепке. Он повернул крошечный рычажок у козырька.

– О, погас! – удивился первый. – Пойду-ка я гляну, что там такое.

Растяпкин отполз на несколько сантиметров и зацепился рукавом за торчащие провода.

Шаги приближались.

– Точно, свет шел отсюда, – раздался голос совсем рядом.

Растяпкин отчаянно дернул рукав и пополз в сторону.

– Нашел чего-нибудь? – спросил человек, стоящий у двери.

– И что это вы тут ищете? – раздался строгий женский голос. – Вам же ясно сказали: починить замок на двери и принести сюда разбившийся аппарат для измерения скорости молекул.

Растяпкин перебрался на безопасное расстояние и выглянул. Полная женщина в белом халате почти заслоняла собой дверной проем, рядом с ней стояли двое в рабочих комбинезонах.

– Сейчас все починим, – миролюбиво сказал один из рабочих.

– Вот это будет правильно. Вы же знаете, я не потерплю посторонних в моей лаборатории. – Она сжала кулаки. – Так что все двери должны быть надежно заперты.

– Замок-то взломан профессионально, – заметил второй рабочий, осмотрев дверь. – Вот вы говорите, что это уборщица тетя Маша шваброй его зацепила, а у меня такое чувство, что здесь грабители постарались.

– Вас это не касается, – разозлилась женщина. – Сказано починить – вот и чините.

Плавно покачиваясь, она удалилась.

– Давай сначала притащим сюда ту штуку для молекул, а потом замок починим, – предложил один из рабочих подражая походке начальницы.

Засмеявшись, оба ушли. Путь в лабораторию был открыт.

Растяпкин шмыгнул за дверь и оказался в длинном пустом коридоре, тихо гудел один из светильников на потолке, пахло ацетоном и клубникой. Поспешно отряхнув с одежды налипшую паутину с пылью, Растяпкин сунулся в первый попавшийся кабинет.

Вдоль стены стояли клетки с животными, посредине на столе возвышался прибор, казалось, целиком составленный из стеклянных шариков. Около прибора крутился человек в белом халате, лаборант.

– Тебе чего? – обернувшись, спросил он.

– Нам в школе задали написать научную работу, – повторил заготовленную фразу Растяпкин. – Я хочу посмотреть на эксперименты.

– Эксперименты – это хорошо, но как ты сюда попал, у нас же закрытое учреждение? – Лаборант посмотрел очень подозрительно.

Семен слегка растерялся, надо было сходу придумать правдоподобное объяснение.

– У тебя здесь кто-то из родственников работает? – спросил лаборант.

Растяпкин обрадовался – ему подсказали правильный ответ.

– Тетя Маша, – вспомнил Семен. – Уборщица тетя Маша, только она мне не тетя, а бабушка. Она меня сюда привела и велела как следует учиться.

– А, ну это правильно, – похвалил лаборант, почесывая прыщ на носу. – Будешь хорошо учиться, потом к нам в лабораторию работать пойдешь.

– Расскажите мне что-нибудь про опыты, – попросил Растяпкин. – У вас тут зверюшек много, для чего они нужны?

– Теперь не так уж и много, – вздохнул лаборант.

– Что-то случилось, кто-то пропал? – Семен сам не верил своему счастью, вот так сразу и узнал, что украли преступники. Нужно как следует расспросить лаборанта.

– Крыса и хомяк пропали. – Он развел руками, показав порванный рукав белого халата.

Из коридора послышались шаркающие шаги и громкое ворчание.

– Вот и твоя бабушка идет.

Встречаться с тетей Машей, которая тут же его рассекретит, совершенно не хотелось.

– Ой! – вскрикнул Семен. – Я обещал ей щетки принести и забыл. Надо бежать.

В этот момент дверь распахнулась и в проеме появилась величественная фигура уборщицы.

– А ну, все выходите, мне полы надо мыть, – раздался громоподобный голос.

Растяпкин, протиснувшись между уборщицей и косяком, кинулся бежать по коридору. Он несся вперед, поворачивая то направо, то налево, пока не оказался у двери туалета. Заскочив туда, Семен наконец вздохнул. Как это глупо – начинать расследование, не разработав предварительно план! Ведь в академии учили, что сначала надо как следует подготовиться…

– Иваныч, ну я же не знал, что эта штука наполнена красками! – На пороге возник рабочий, которого Семен уже видел в подвале. Его комбинезон был похож на палитру художника, цвета перемешались в самых неожиданных сочетаниях. На руках и лице было такое же буйство красок.

– Здесь же ученые! Они тебе такое изобретут, что потом полгода отмываться будешь, – нравоучительно заметил Иваныч, вошедший следом. – А ты чего тут делаешь? – спросил он у Растяпкина.

– Научную работу пишу для школы, – завел старую песню Семен.

– Что прямо в туалете? – усмехнулся Иваныч. – Тут много не напишешь. Хочешь, я тебе интересные изобретения покажу?

Смотреть на всякие изобретения не хотелось, надо было заканчивать расследование и уходить из лаборатории.

– Пойдем, иначе мне придется стоять и ждать, пока этот неряха отмывается. А я науку люблю, всю жизнь здесь работаю. – Он схватил Растяпкина за руку и потащил к выходу.

Следуя за довольным Иванычем, Растяпкин лишь печально вздыхал. Конечно, он мог использовать один из приемов борьбы, выдернуть руку и убежать, но привлекать внимание и обижать человека совершенно не хотелось.

И снова раздалось тихое жужжание, на которое Растяпкин опять не обратил внимания.

Через пару минут они прошли через холл, обставленный мягкой мебелью, поднялись по лестнице и оказались у неприметной двери.

– Нам, вообще-то, сюда ходить не разрешается, только если начальство попросит, – Иваныч слегка понизил голос. – Вот сегодня как раз попросили и ключи дали – подходящий случай, все рассмотреть.

Дверь раскрылась без малейшего скрипа. Комната, освещенная специальной синей лампой, была заставлена столиками с различными изобретениями. Некоторые были похожи на металлические кубы, другие соединенные трубками колбы, а парочка и вовсе выглядели в точности, как аквариумы с рыбками.

– Видишь, это хранилище самых последних изобретений, – с гордостью сказал Иваныч. – Они как что-то новое придумают, сразу сюда выставляют.

– А почему здесь пустые столики? – спросил Растяпкин.

– Ну, с этого, – рабочий показал налево, – мы поломанную штуковину в подвал отнесли. Она у них то ли упала, то ли заклинила, ну, в общем, вышла из строя. А почему тот пустует, я не знаю. Все должно быть занято.

Растяпкин подошел к пустому столику. На гладкой поверхности виднелись свежие царапины. Совсем недавно здесь явно что-то стояло.

– Тут все подписано, – раздался голос Иваныча.

Семен увидел сбоку стола небольшую табличку: «Гипнотизатор. Модель еще не прошла испытаний».

– В подвал гипнотизатор не относили? Или может его взяли для испытаний?

– Ничего мы не относили, – отозвался рабочий, сдувая пылинки с прибора устрашающего вида на соседнем столике. – Да и испытаний у них никаких не было. На испытаниях всегда заведующий сидит, а он уж неделю как в командировку уехал.

– Так значит украли гипнотизатор, – пробормотал Растяпкин.

И сам удивился, с чего это он вначале подумал, будто в лабораторию могли залезть за грызунами. Грызунов повсюду много, а вот изобретения только здесь найти можно. Растяпкин принялся осматривать столик, в поисках следов. А если повезет, так еще и отпечатки пальцев получится снять.

БАХ! Раздалось за спиной. Семен обернулся: прибор, возле которого стоял Иваныч, сыпал искрами.

– Надо уходить отсюда, – закричал Иваныч. – Давай живо!

Они выскочили из комнаты, стремительно заполняющейся дымом. Рабочий дрожащими руками провернул ключ в замке.

– Ты, вот что, давай иди отсюда и никому не говори, что ходил сюда. А я позову кого-нибудь из ученых, скажу, что случайно эту штуку задел, пока поломанную штуку вытаскивали. Ну, иди давай, а то еще и за тебя влетит.

Растяпкин помчался прочь по коридору, но успел пробежать лишь до лестницы, как увидел поднимающуюся полную женщину в белом халате. Ту самую, которую он уже видел в подвале. Он шмыгнул в первую попавшуюся дверь и, споткнувшись о высокий порог, буквально влетел внутрь и ударился об стол, заваленный бумагами.

К счастью, в кабинете никого не было. Растяпкин нагнулся, чтобы собрать разлетевшиеся бумаги, и в этот момент дверь распахнулась. Письменный стол скрывал Растяпкина.

Раздался легкий скрип кожаного кресла, к счастью вошедший решил не садиться за стол, а расположился рядом.

Время тянулось невероятно медленно. От неудобной позы ноги стали затекать. Растяпкину очень хотелось пошевелиться, но любое движение могло его выдать. И вдруг послышался звук нажатия кнопок.

– Алло! – раздался женский голос. – Позовите мне директора фирмы «Три крюка».

«Значит, это кабинет той тетки», – подумал Семен.

– Как это вы не «три крюка?» Мне именно этот телефон оставили позавчера, когда сигнализацию установили… Как это прачечная? Что, у меня неправильный номер? Хорошо, поищу через интернет.

Вот как! Значит, перед самым ограблением какая-то фирма установила сигнализацию. И, по всей вероятности, в момент ограбления сигнализация не сработала.

Семен так глубоко задумался, что забыл о затекших ногах. Тут раздался стук в дверь.

– Войдите.

– У нас ну, это, неприятности, короче, – послышался голос Иваныча.

– Ну что еще случилось? – недовольно отозвалась полная дама. – Почему каждый раз, когда я замещаю заведующего, что-то происходит!

– Дык, там штуковина какая-то в хранилище взорвалась, – пробормотал Иваныч. – Только я ее не трогал. Это она сама. Взорвалась и задымилась…

– О нет! – тяжело вздохнула заместительница заведующего. – Пойдем посмотрим, что там произошло.

Растяпкин откинулся на спину и вытянул ноги. Словно тысяча мелких иголочек впилась в его тело, но это неприятное чувство быстро прошло. Теперь самое время уходить.

Семен встал и уже направился к двери, когда заметил на столе рекламный листок фирмы «Три крюка». Недолго думая, сунул его в карман. Скорей всего эта фирма напрямую связана с преступниками. Предстояло съездить по указанному на листке адресу и во всем разобраться. Несколько настораживало, что фирма располагалась в одном из самых глухих районов города.

## Глава 4. Предатели

29 августа 15 часов 15 минут

Ветер гонял по пустырю обрывки бумаги и мелкий мусор. Мрачно темнели разбитые окна заброшенного завода, сразу за которым и должен находиться нужный дом. Не верилось, что хоть одна фирма может открыть в таком месте свой офис, но в академии учили проверять даже самые невероятные вещи.

Озираясь, Растяпкин пошел вперед. Вроде не происходило ничего необычного, но все-таки шестое чувство подсказывало что здесь что-то не так. Он прошел вдоль завода и осторожно выглянул за угол.

Там и в самом деле оказался дом, но выглядел он странно, и даже страшно. Старый деревянный с облупившийся краской, он покосился настолько сильно, что казалось вот-вот рухнет. Вокруг него были свалены большие кучи мусора. У входа, который давно превратился в зияющую дыру, сидели два оборванца.

– Иди-ка, осмотри все кругом, – донеслись слова одного из них.

– Мне вставать лень…

– Если мы не поймаем его, нам точно не поздоровится, – огрызнулся товарищ. – Ведь тот человек, который приходил от Злата, сказал, что мы должны схватить рыжего мальчишку.

Растяпкин похолодел, ведь тут поджидали его. Надо было срочно уходить! Он сделал шаг в сторону и вдруг почувствовал, что в кармане куртки что-то заворочалось, а потом стало вылезать. Еще секунда и из кармана показалась волосатая морда.

– Караул! – Не в силах сдерживать ужас, Растяпкин закричал во весь голос. Он забыл об осторожности, забыл обо всем, что учил в академии. И он не заметил, как два споривших на крыльце человека вскочили и направились в его сторону.

Вслед за мордочкой появилось рыжее лохматое тельце. Пушистый зверек спрыгнул на землю, и его глаза-бусинки стали спокойно оглядывать все вокруг.

– Хомяк! – только и смог выдавить из себя Растяпкин. – Простой хомяк.

Рыжий грызун беззаботно потянулся.

– Ну и напугал ты меня, – вздохнул Семен. – Как ты вообще ко мне попал?

– А как ты к нам попал?! Как вовремя! – неожиданно раздался грубый голос.

Растяпкин поднял глаза и увидел двоих оборванцев. Неприятный запах ударил в нос. Грязные руки потянулись прямо к горлу.

– Что вам от меня нужно?

– Сам будто не знаешь, что натворил! – рявкнул один из подошедших. –Сейчас мы вытряхнем из тебя все что можно.

Два взрослых человека в грязной засаленной одежде склонились над Растяпкиным. Он ясно увидел их гнилые зубы, обнаженные в кривой усмешке.

Навыки по самообороне, полученные в академии вдруг куда-то исчезли. Волосатые руки с обкусанными грязными ногтями уже почти сомкнулись на его шее. И в этот момент Семен почувствовал, что кто-то укусил его за левую ногу. Укусил очень чувствительно. Это вывело Растяпкина из оцепенения. Мускулы вдруг вспомнили все. Мозг стал соображать с необычайной ясностью.