# Брачная игра сестер Блэкторн

Анастасия Волжская, Валерия Яблонцева

Лорд Уэсли Крейг никогда не женится. Уж я-то знаю о нем все. Наглый, бесстыдный, острый на язык, мой несносный сосед – худший мужчина во всем Аррейне. Он только и умеет, что кружить головы юным впечатлительным леди, прожигать жизнь и развлекаться с распутными вдовушками. Но моя кузина Эммелин Блэкторн убеждена в обратном и потому поспорила со мной, что лорд Крейг непременно пригласит ее на бал. И не на какой-либо, а на Зимний королевский, где аристократы традиционно делают предложение своим избранницам. Мой долг – уберечь Эмми от этой глупой ошибки. Любым способом.

© Анастасия Волжская, Валерия Яблонцева, 2023

© Пасынкова Ю., иллюстрация на обложку

© ООО «Издательство АСТ», 2024

* * *

## Глава 1

Женский смех, столь непривычный в восточном крыле Блэк-холла, где уже давным-давно не зажигали свечи, пронесся эхом по темной галерее. Тихий перестук каблуков, шелест юбок. Две тени скользнули вперед, закрывая спинами узкую щель проема, ведущего в освещенный центральный холл – большая следом за меньшей. Колыхнулись глухие черные занавески.

Ближе, ближе.

– Сюда. Сюда, милый.

Я сжалась за дальней занавеской, до побелевших костяшек стискивая эфес отцовской шпаги. Узнать голос было нетрудно. Леди Бернис Коул – если ее вообще можно было считать леди после всех ходивших по округе слухов – вдова подполковника Хьюго, погибшего три года назад на боевой службе. И, конечно же, с очередным мужчиной.

В нашем родовом доме! В закрытом от гостей крыле! В час, когда приличным леди, приглашенным на вечер, полагалось сидеть у камина и слушать, как моя кузина Эмми упражняется в пении и игре на пианино!

Но такие условности, как хороший тон и уважение к хозяйке дома, распутную вдовушку волновали мало – как, впрочем, и всегда. Подхватив спутника под локоток, она прижалась к нему всем телом. До слуха донесся жаркий шепот.

– Ах! Скорее, скорее! Уже не терпится приступить, – чувственный выдох. – Всегда хотела попробовать что-то новенькое… Уэсли…

Я застыла.

Уэсли? Лорд Уэсли Крейг, владелец соседнего Крейг-холла? Потомственный аристократ, признанный хозяин Призрачной шпаги, дослужившийся до звания капитана и пять месяцев назад вернувшийся – якобы из-за ранения – в родовое поместье.

О, ну тогда все понятно. Эта неразборчивая в связях парочка стоила друг друга.

И как только мама решила пригласить его? Знала же, что я буду против. Знала, но упрямо поступила по-своему. Как-никак, один из немногих молодых холостяков во всей округе, да еще и в разгар затяжной войны.

Что ж, неудивительно, что на наш вечер слетелись все: от девиц на выданье до почтенных вдов, еще не оставивших надежду найти нового мужа. Такую добычу, как лорд Уэсли Крейг, никто не упустит, и то, что за полгода ни одной так и не удалось заполучить фамильное кольцо Крейгов на палец, лишь заставляло стараться с утроенной силой.

Зато какое раздолье для леди, подобных Бернис!

Щелкнул замок. Медная ручка, отполированная десятками ладоней хозяев Блэк-холла, поддалась, открывая проход. Леди шагнула внутрь, увлекая за собой спутника.

Шуршание, смех. Скрип неплотно прикрытой двери.

И…

– Раздевайся. Живее.

Руки сжались. Из всех укромных мест в доме парочка развратников выбрала наихудшее – кабинет моего покойного отца! Ну ладно лорд Крейг – этот еще мог честно не понимать, куда вторгся. Но Бернис, наша дальняя-дальняя родственница, еще при живом полковнике Роуле Блэкторне неоднократно бывала в гостях. И в кабинет ее приглашали не раз…

Фу, мерзость какая! Я поспешила выбросить из головы столь неоднозначную мысль. Отец никогда не опустился бы до такой, как Бернис. Не то что некоторые…

– Еще немного!

– Ох, Бернис…

Если бы не двусмысленность моего положения – подумать только, единственная дочь семейства Блэкторн в неподобающем приличной девице виде прячется по темным углам собственного поместья – я не преминула бы настежь распахнуть дверь кабинета, распугав наглецов, посмевших оскорбить память отца своими непотребствами! А то и проткнула бы пару раз фамильной шпагой, чтоб впредь неповадно было – все равно на высших аристократах Аррейна, к которым по недосмотру природы относились лорд Уэсли Крейг и леди Бернис Коул, все заживало быстро.

Увы, тогда мама точно со свету меня сживет. Опять заведет любимую песню о замужестве, чтобы поскорее усмирить непокорную дочь и пополнить род Блэкторнов свежей кровью. А мне и без того жизни нет от женихов всех мастей, охочих до титула и Призрачной шпаги Блэкторнов. Один Ричардс чего стоил…

Нет, лучше не провоцировать очередной скандал.

Оставалось только приникнуть к узкой щели, сжать зубы и… смотреть.

Смотреть…

Пара развлекалась вовсю. Я могла видеть не так много, но и этого хватало. Отчетливо белело в полумраке кабинета обнаженное плечо лорда Крейга, на котором сомкнулись пухлые пальчики Бернис. Вдова прижималась к широкой мужской груди, тихо постанывая в такт тяжелому дыханию капитана.

– Ах… Ох… больше не могу, Уэсли! Я уже почти…

– Еще… еще…

Сосед сжал партнершу, уткнулся в округлое плечо со сползшим коротким рукавом. Губы скользнули по женской шее – ниже, ниже – заставляя Бернис выгнуться в крепких объятиях.

– Да, да…

Некстати вспомнилось, как в первые месяцы местное общество гадало, что именно послужило причиной внезапной отставки лорда Призрачной шпаги, незаменимого в королевской гвардии. Ходили слухи, что ранение капитана было… довольно деликатного свойства. Но судя по сбившемуся дыханию и искусанным губам, вдова Коул любовником была более чем довольна.

Фу, гадость какая! Отвратительно!

Но почему-то я не могла отвести взгляда.

Словно почувствовав, что за ними наблюдают, лорд Крейг обнял любовницу еще крепче. И не просто, а как-то… демонстративно, напоказ, чтобы я, замершая за дверью, не упустила ни единой детали. Чтобы разглядела во всех подробностях, как смыкаются на нежной шее леди Коул мужские губы, как срываются с губ леди Коул жаркие стоны, как пальцы капитана сжимают и поглаживают мягкую белую спину в полуспущенном корсете, рождая внутри меня странный отклик. Будто он касался не Бернис, а…

Эфес отцовской шпаги вспыхнул, обжигая пальцы. Я затрясла головой, сбрасывая липкое наваждение. Бред, это какой-то бред! Наваждение, морок, дурманный туман…

Ох…

Пробормотав сквозь зубы проклятие, я отступила в тень. Защитный нагрудник пристроила за шторой, шпагу спрятала в пустую высокую вазу. Пусть лорд Крейг с Бернис делают что хотят, верну отцовские вещи в кабинет позже. Крыло закрою, а маме скажу, чтобы больше не приглашала в дом этих двоих.

– Да, да, да, Уэсли! – раздалось из-за полуприкрытой двери кабинета. – Хорошо, да, так хорошо! А теперь отдай мне все до последней капли!

«Нет, Уэсли, – подумала зло, тише мыши прошмыгнув в низкую дверь для слуг. – Нет. Никогда».


Когда я, пылая праведным негодованием, вернулась в парадную гостиную – после того, как сбросила тренировочный костюм, ополоснулась и привела себя в порядок с помощью молчаливой Мод, привыкшей к выходкам эксцентричной молодой хозяйки, – пение уже сменили танцы. Как раз закончился вальс – счастливые девицы, успевшие расхватать немногочисленных кавалеров, разошлись по залу, пока музыканты перелистывали ноты.

На удивление, среди танцующих обнаружился и лорд Крейг. Вместо голодной вдовушки капитан вел под руку Леллис, незамужнюю старшую дочь леди Эмберли. Девица сияла, точно начищенная монета. А знала бы она, чем буквально недавно занимался ее партнер…

«Быстро же они с Бернис, – мелькнула ехидная мысль. – Видимо, мужские силы у капитана действительно не те».

Но на повороты и сложные па вальса их, впрочем, вполне хватало – судя по довольному раскрасневшемуся лицу леди Леллис, которую кавалер с издевательским почтением передал с рук на руки матери. Еще и поцеловал тыльную сторону ладони на прощание – и это после всего, что двадцать минут назад проделывал этими же губами с Бернис…

Фу!

Леди Эмберли, присевшая в реверансе перед лордом Крейгом, выглядела едва ли не более счастливой, чем сама Лел. Наверное, уже представляла дочь в белом платье и слышала свадебный перезвон колоколов, даже не подозревая о похождениях потенциального зятя. А может, и подозревая – в нашем захолустье все знали обо всех все. Но разве такая мелочь, как Бернис, могла расстроить выгодный союз с лордом Призрачной шпаги? Любовница, как говорится, только укрепляет хороший брак.

Увы, Леллис и ее матери можно было только посочувствовать. Они не первые, кто преисполнился надежды во что бы то ни стало женить перспективного холостяка. Вот только пяти месяцев наблюдений за соседом в естественной среде обитания хватило, чтобы я убедилась целиком и полностью: такие, как лорд Крейг, не женятся. Позабавятся, растравят юную душу ложными надеждами, а потом перейдут к следующей легковерной девице.

Прямо как сейчас. Оставив Леллис, лорд Крейг мгновение спустя совершенно забыл о ней. Оглядел зал в поисках новой партнерши и двинулся прямо к…

Обзор загородила грудь в парадном кителе. Я попыталась отстраниться, чтобы удостовериться, что кузина Эмми не станет очередной жертвой рокового обаяния невыносимого соседа, но не преуспела. Обладатель широкой груди и доставшегося по наследству лейтенантского звания в дополнение к нешуточному занудству обладал редкостной навязчивостью.

– Леди Блэкторн, – лорд Майлз Ричардс поклонился, звякнув кавалерийскими шпорами. – Счастлив, что вы все же сочли возможным украсить своим присутствием этот скромный вечер. Я уже начал волноваться, что не увижу вас сегодня.

– Взаимно, лорд Ричардс, – поморщилась, пряча недовольство за вымученной улыбкой. – Как же я могла пропустить такое веселье?

Весельем это, конечно, можно было назвать лишь с большой натяжкой. Балы я не любила, а бедственное, мягко скажем, состояние Блэк-холла, которым почти пять лет управляли мы с Джаспером, старым адъютантом отца, заставляло считать каждый серебряный ар, коих на один этот ужин ушло как на двухмесячное содержание всего поместья. Но Эммелин Блэкторн, мою кузину по отцу, перебравшуюся к нам до конца сезона, требовалось представить обществу, и мама настояла, что Блэкторнам пора проявить гостеприимство. Так что благодарить за общество лорда Крейга и лорда Ричардса следовало не в меру деятельную родительницу.

Вот и общалась бы с ними сама, раз уж так хотелось!

Не уловивший сарказма лейтенант попытался завладеть моей рукой для поцелуя. Но мне почему-то вспомнились неразборчивые губы лорда Крейга и вкладывать пальцы в протянутую ладонь сразу расхотелось. Пришлось повернуться, делая вид, что маневра лорда Ричардса я не заметила. Тем более настаивать он не стал – и на том спасибо.

До слуха донеслись первые аккорды польки. Лейтенант приосанился и, игнорируя плотоядные взгляды соседних девиц, потянулся ко мне.

– Надеюсь, леди не откажет мне в танце?

– Сожалею, лорд Ричардс… – ускользнула от протянутой руки, бросая короткий взгляд через плечо лейтенанта. Как раз вовремя, чтобы заметить, как лорд Крейг – чтоб ему пусто было! – увлекает в круг мою кузину. За Эмми, как назло, стояла мама, осуждающе кивая головой на ожидавшего ответа лейтенанта. Пришлось исправлять свою невежливость. – Простите, милорд, я неважно себя чувствую. Боюсь, сегодня мне совершенно не до танцев.

В надежде отвязаться от назойливого кавалера прошла вглубь зала, не отводя взгляда от танцующей пары. Все, что со стороны могло показаться милым и ненавязчивым флиртом, который обычно позволяли себе молодые люди во время танцев – рука чуть ниже талии, как будто случайные прикосновения, губы, слегка касавшиеся шеи во время интимного разговора, – вызывало внутри волну жаркой ярости. Какое право распущенный сосед имел заигрывать с доверчивой Эмми, когда еще недавно?.. А кузина, глупая, еще и краснела, когда капитан прижимал ее к себе куда вольнее, чем требовали движения танца.

Ужасно! Недопустимо! Отвратительно!

И если лорд Крейг считает, что я не посмею высказать ему все, что думаю о подобном поведении, он сильно ошибается!

Масла в огонь моего негодования подливала и вынужденная компания лорда Ричардса. Вместо того чтобы найти партнершу посговорчивее, лейтенант, как привязанный, тащился за мной, вызывая раздражение у женской половины зала, обделенной мужским вниманием. И тарахтел, не переставая.

– Андреа, прошу вас, проявите хоть каплю благосклонности. Вы удивительная леди, Андреа. Ваша красота и кроткий нрав глубоко тронули мое сердце. Очаровали, увлекли, заворожили…

В центре гостиной лорд Крейг закружил мою кузину в вихре танца. Я видела на лице Эмми восторженную улыбку. Вот уж кто был очарован, увлечен и заворожен, не подозревая о черном нутре партнера.

– Леди Блэкторн! Андреа!

Я остановилась, оторвавшись от созерцания танцующей пары, и повернулась к лейтенанту. Под моим яростным взглядом тот стушевался, но быстро взял себя в руки, проговорив напыщенно и пылко:

– Андреа, выслушайте меня. Я ведь прошу совсем немногого. Чуточку тепла, капельку внимания, частичку вашего женского очарования. Я хочу всего лишь… всего лишь…

Лейтенант вдруг как-то глупо застыл с открытым ртом.

– Ну что же вы, лорд Ричардс, продолжайте, – вдруг раздался ненавистный насмешливый голос. – Всего лишь титул, родовые земли Блэкторнов и силу Призрачной шпаги, чтобы получить право войти в королевский совет высших лордов, вместо того чтобы нести службу в холодных окопах на передовой. Я ничего не упустил?

Я обернулась – чуть резче, чем хотела бы, – только сейчас обратив внимание, что музыка стихла, танцевальный круг распался, а лорд Крейг с повисшей на его локте Эмми замер за моей спиной.

– Как вы можете так говорить, лорд… простите, не имел чести быть представленным, – довольно неискренне возмутился лейтенант. – А впрочем, после ваших слов, я не уверен, что понятие «честь» здесь уместно.

– Уэсли Крейг к вашим услугам, – усмехнулся сосед. – Капитан личной королевской гвардии. Временно в отставке.

– И лорд Призрачной шпаги, – веско добавила Эммелин. – В седьмом поколении.

Я покосилась на кузину – и когда только успела навести справки? Лорд Ричардс, явно не ожидавший встретить в нашем захолустье вышестоящего военного, да еще и одного из старших лордов, побледнел, но все же нехотя поклонился.

– Лейтенант кавалерии Майлз Ричардс к вашим услугам, милорд.

– Теперь, когда мы познакомились, можем поговорить и о чести.

Лейтенант побледнел еще сильнее. «Разговора о чести» с истинным лордом Призрачной шпаги он со всей вероятностью не пережил бы.

– Прошу прощения, капитан. Мы явно друг друга не поняли. Я всего лишь хотел сказать, что меня совершенно не интересует титул прекрасной леди Блэкторн. Только она сама.

– Что ж, в таком случае могу лишь посочувствовать.

Этой насмешки я вынести не смогла.

– Лорд Крейг, прекратите немедленно! – напустилась на соседа, окинувшего меня наглым взглядом, словно капитан и вправду оценивал незавидные перспективы женитьбы на подобной особе. – Готова поспорить, намерения лорда Ричардса честнее и прозрачнее ваших.

– Так любите спорить? – выгнул темную бровь лорд Крейг.

– Люблю выигрывать споры.

– Что ж, Андреа, вы проиграли. Мои намерения в отношении вас абсолютно прозрачны.

И посмотрел так, что сразу вспомнились бесстыдные губы, целующие белую шею вдовушки Бернис. И я, бесстрашная дочь лорда Блэкторна, густо покраснела.

– Да что вы себе позволяете? – выдавила возмущенное.

– Действительно, – поддержал слегка воодушевившийся лейтенант. – Мои намерения в отношении очаровательной леди Блэкторн…

– Не интересуют никого из присутствующих, включая саму Андреа, – оборвал лорда Ричардса капитан. – О чем она вам, несомненно, сообщит сама, если вы сделаете хоть одну паузу в вашем бесконечном монологе. Можете не сомневаться. Вы не первый и не последний. Очаровательная леди Блэкторн славится умением высказывать людям все, что о них думает. И не стесняется прямо говорить «нет».

– Поразительная наблюдательность, милорд, – ядовито выплюнула я. – Хотите прямоты? Вот она. На этом вечере вам больше не рады.

– Энди, – прошипела кузина, глядя на меня большими глазами.

Но я была непреклонна.

– Мне не нужна помощь, лорд Крейг. А вот вам не помешает умерить пыл и осознать, что далеко не каждая девушка готова пасть, сраженная вашим обаянием. Или вы, храбрый капитан королевской гвардии и лорд Призрачной шпаги, способны одерживать победы только в постели? На другие подвиги сил не хватает? Впрочем, если ваша шпага настолько же остра, как ваш ум, неудивительно, что король отослал вас прочь.

Майлз Ричардс закашлялся.

Уэсли Крейг… рассмеялся.

– Вы меня плохо знаете, Андреа.

– О вас я знаю достаточно. Уходите.

Не сводя с меня взгляда, он поклонился – сначала мне, потом Эмми.

– Хорошего вечера, миледи. Леди Эммелин, вы не откажетесь проводить меня? Боюсь заблудиться и случайно забрести не в то крыло.


– Наглый! Противный! Самовлюбленный! Заносчивый! Распущенный! Беспринципный! Невыносимый! Тип!

На последнем слове я сделала резкий выпад вперед, протыкая воображаемой шпагой грудь манекена, на месте которого представляла несносного соседа, испортившего и без того не самый приятный вечер. Манекен, привычный к подобным надругательствам, молча стерпел удар. Он вообще отличался завидным спокойствием и философским смирением.

В отличие от меня.

– Как можно вести себя настолько… настолько!.. Слов нет, чтобы описать глубину моего возмущения! – высказала набитой тряпками голове, перехватывая иллюзорную рукоять для нового «удара». – Прийти в чужой дом, предаться страсти с известной на всю округу ш… женщиной легкого поведения, увиваться за каждой юбкой? И Эмми тоже хороша…

Ненадолго оторвавшись от избиения манекена, тревожно выглянула в окно. Сад, за которым я наблюдала, был пуст. На главной аллее темнел, удаляясь, силуэт экипажа лорда Крейга – надо же, уехал наконец-то. Эмми в тени кустарников тоже не оказалось.

– И зачем было вызываться провожать наглого соседа и ворковать почти полчаса в розарии наедине? – проворчала, высматривая и не находя среди деревьев светловолосую фигурку в розовом платье. – Что за упрямое желание идти наперекор старшим? Слышала же, что я говорила о лорде Крейге – и все равно пошла за ним в сад, точно привороженная. Да еще шепталась, улыбалась и хихикала, позволяя лорду всякие вольности. Хорошо, что никто из гостей не заметил, а то вечер мог бы закончиться знатным скандалом.

Ох, и получит же она у меня! И лорд Крейг тоже! Нет, лорд Крейг – особенно!

Резкий выпад – тот, что мы сегодня полвечера отрабатывали с Джаспером, – и иллюзорная шпага вошла точно в сердце, обозначенное на манекене неровным чернильным кругом.

– Вот так, – я постучала пальцем по отметке. – Будете знать, лорд Крейг, как забавляться с приличными леди!

Манекен, разумеется, не ответил – на девичьи страдания ему всегда было плевать. Да и наглого соседа вряд ли задели бы мои слова. Он и укол в сердце едва ли почувствовал бы – не уверена, что у таких, как он, этот орган вообще был. Точно, надо бить ниже. Ударить по самолюбию, чтобы уж наверняка на Бернис сил не хватало…

Подумала – и сразу же проверила на практике, развернувшись вокруг себя и направляя воображаемое острие в область чуть пониже живота манекена.

«Получите, лорд Крейг!»

В этот триумфальный момент дверь распахнулась, и в спальню впорхнула Эмми. Румяная, сияющая, благоухающая цветочными духами, в воздушном бальном платье из нескольких слоев легчайшего шифона, кузина закружилась, словно подхваченное ветром облако розовых лепестков.

Я безжалостно оборвала ее счастливый танец, схватив за плечи и усадив на край кровати.

– О чем ты только думала? – напустилась, чувствуя, что обязана как старшая (а я была старше на целых десять месяцев) оградить кузину от глупостей. – Провести полчаса наедине с мужчиной – да еще с таким, как лорд Крейг! Неужели не понимаешь, чем это могло обернуться?

– А обернулось самым приятным разговором за этот ужасный вечер, – не осталась в долгу Эмми. – Если бы не лорд Крейг, я, наверное, умерла бы от скуки. Ведь ты, предательница, вместо того чтобы составить мне компанию, пряталась неизвестно где. А я была вынуждена весь вечер врать тетушке Шерилин, что видела тебя совсем недавно, ты просто на секундочку отлучилась – за лимонадом, за платочком, за ночной вазой.

– Зубы мне не заговаривай! – не оценила шутки я. – Лорд Крейг – неподходящая компания для приличной девушки. И отвратительная партия для брака, если ты на это надеешься. Жених, которого перед церемонией придется вытаскивать из чьей-нибудь постели, совершенный к… – Эмми нахмурилась, скрестив на груди тонкие руки. Ругательств она не одобряла. – В общем, так себе жених. Лучше обходи его стороной.

– Ошибаешься, он не такой, – возразила кузина. – Просто одинокий.

– Конечно-конечно! Одинокий, как блоха на дворовой собаке! Ты просто плохо его знаешь. А я за последние месяцы узнала о нем все.

– Значит, ты должна была понять, что лорд Уэсли умен, красив и обходителен. И у него есть своя Призрачная шпага, – безжалостно добавила кузина. – И кстати, говорят, что она очень даже длинная. И крепкая.

– Да хоть две! Хоть дюжину! – вспылила в ответ. – Все равно он ужасная партия. И человек он г… отвратительный!

– Ты так злишься, будто ревнуешь.

– Я? Ревную? Да он тебя явно заразил острой умственной недостаточностью! Мне совершенно наплевать, с какой распутной вдовушкой он зажимается под кустом. Я за тебя беспокоюсь.

– А лучше бы думала о себе и о бедной тетушке Шерилин. Она уже совершенно отчаялась найти тебе хорошую партию – всех приличных молодых лордов распугиваешь своим поведением.

– Приличных? Ха! Да приличных молодых лордов в нашей глуши отродясь не водилось, Эм! Все приличные… сама знаешь где. А остальные… Уверяю тебя, твой ненаглядный лорд Уэ-эсли, – передразнила кузину, – на следующем же приеме совершенно позабудет о тебе и начнет увиваться вокруг другой девицы.

Эммелин Блэкторн хитро прищурилась.

– Спорим, что лорд Уэсли Крейг придет со мной на Зимний королевский бал? Да-да, на тот самый Зимний королевский бал, куда приходят исключительно с серьезными намерениями.

От изумления я чуть на пол не села.

Ладно, ужины и вечера танцев, которые местные аристократы устраивали друг для друга в отсутствии других развлечений, но королевский бал? Да еще и Зимний, где, как известно, заключается самое большое количество помолвок за весь сезон. Приглашение на Зимний бал, сделанное незамужней девице, фактически приравнивалось к обручению. И даже такой беспринципный тип, как лорд Крейг, вряд ли рискнет представить королю свою избранницу, не сделав той в конце вечера положенного предложения.

– Эмми, – уточнила осторожно, – ты вообще понимаешь, что говоришь?

Кузина решительно кивнула.

– Ты же любишь спорить, – фыркнула она с фамильным блэкторновским упрямством. – Давай! Лорд Крейг и я будем вместе на Зимнем королевском балу. Спорим?

Она вытянула вперед изящную ладошку.

– Ну уж нет. – Я для верности спрятала руку за спину. – Совесть не позволяет. Это как у ребенка конфетку отобрать – ты все равно ни при каких обстоятельствах не выиграешь.

– Ставлю любимую сапфировую брошку.

– Нет, Эм. К тому же я не спорю на материальные вещи.

– Говори тогда, чего хочешь.

– Хочу… – Я задумалась на мгновение. Шансов выиграть у Эмми не было – ни одного. Так что и просьба должна была быть пустяковой. Но такой, чтобы желание спорить отбила надолго. – Хорошо, если ты, Эммелин Блэкторн, проиграешь, то три месяца не сможешь произносить имя лорда Уэсли Крейга. Выкручивайся, как хочешь, хоть на «вы-знаете-кто» заменяй. Вот умора будет! Специально буду лично приглашать его на каждое мероприятие, чтобы посмотреть, как ты позоришься.

А что, убью двух зайцев разом. И Эмми придется из кожи вон лезть, чтобы подобрать приличное обращение, и сосед окончательно убедится, что в доме Блэкторнов ему совершенно не рады. Глядишь, забудет дорогу в Блэк-холл.

Или еще лучше – Эмми откажется от спора. Вот прямо сейчас откажется.

Кузина вспыхнула, но руку не убрала.

– Ах так? Ну хорошо! Но если ты, Андреа Блэкторн, проиграешь, то согласишься выйти замуж за первого же одобренного тетушкой Шерилин лорда, сделавшего тебе предложение! Никаких больше отговорок – этот хромой, этот тупой, этот скоро будет лысый. Замуж, и точка.

Больше всего на свете в этот момент хотелось с возмущением закончить этот странный спор, зашедший слишком далеко. Условие Эммелин было абсолютно неприемлемым. Но…

«Она все равно не выиграет, – шепнул коварный внутренний голосок. – Терять-то нечего».

Я крепко сжала руку кузины.

## Глава 2

Лорда Уэсли Крейга я невзлюбила со второго взгляда.

С первого, украдкой брошенного почти пять месяцев назад, он, стыдно признаться, показался мне привлекательным.

Статный шатен с идеальной выправкой, на котором дорогой фрак смотрелся столь же естественно, как и гвардейская форма, лорд Крейг умел производить впечатление. Породистое лицо, зачесанные назад волосы, небрежно расстегнутая у ворота белоснежная рубашка, родовой перстень на безымянном пальце. И, конечно же, отполированный и украшенный драгоценными камнями эфес Призрачной шпаги, однозначно указывающей на принадлежность хозяина к старшим лордам.

Я хорошо помнила нашу первую встречу в Эмберли-холле. Молодой капитан, притягивавший всех без исключения юных и не очень леди, собравшихся на весеннем балу, скучающим взглядом скользил по гостям, а я, с трудом отбившаяся от навязчивого столичного ухажера Джайлза Уэйда, обремененного долгами, лысиной и лишним весом, спешила к матери. Мы замерли на мгновение на противоположных концах бального зала, не сводя друг с друга глаз, пока танцующие пары не разделили нас. Последний раз я видела соседа лет пятнадцать назад – еще до того, как Крейг-старший отослал сына на учебу в столицу, до войны, до смерти его родителей и моего отца. Я тогда была совсем девчонкой, мало интересовавшей высокого, худого и довольно нескладного подростка, чья голова была забита переездом, мечтами о столичных девушках и предстоящей встречей с королем. Даже удивительно, каким мужчиной он стал.

Ох…

Лучше бы я была осторожнее с любопытными взглядами и вспыхнувшей искрой интереса. У матушки на такое глаз был наметан. Через четверть часа вдовствующая леди Блэкторн вызнала о молодом лорде Уэсли все – от звания, положения при дворе и годового дохода до состояния старинного паркета в Крейг-холле и поголовья скота на фамильных пастбищах – и моментально воспылала бурным восторгом.

Лорд Крейг был сразу заочно назначен мне в мужья – ни его, ни меня, разумеется, не спросили. Ничего нового – до капитана матушка уже перебрала всех хоть сколько-нибудь подходящих холостяков западных провинций Аррейна и с десяток заезжих лордов, возвращавшихся с приграничных территорий или, наоборот, следовавших на позиции. Охотников за Призрачной шпагой в наших краях появлялось много – клинок Блэкторнов считался особенно крепким и твердым. Отец немало рассказывал мне в детстве о его силе – в бою он стоил двадцати, а Призрачный щит мог растянуться на добрую сотню метров.

Короткого разговора обычно хватало, чтобы понять о потенциальных женихах все. Половина видела в браке лишь способ упрочить собственное положение. Другие надеялись, что владение Призрачной шпагой поможет избежать передовой – хоть активные боевые действия на границе уже давно перешли к затяжной позиционной войне. Были лорды втрое старше меня и даже пара безусых юнцов, за которых разговоры о женитьбе вели их суровые матери. Одни искали сиделку, другие – способ погасить долги или попасть в Королевский совет лордов. Кто-то просто жаждал войти в семейство Блэкторнов и как можно скорее продолжить со мной наш угасающий род. Большинство претендентов были ужасающе скучны, обладали целым ворохом недостатков и признавали лишь одно мнение – свое собственное. И никто – никто! – и не подумал поинтересоваться мной, моими увлечениями, интересами, планами на жизнь и требованиями к будущему супругу.

Но главное – и это я могла сказать со всей точностью – ни один из потенциальных женихов не был достоин Призрачной шпаги Блэкторнов. Глубинное знание стучало в висках в такт биению сердца – «не тот», «не тот». Даже если бы я согласилась на брак, шпага не откликнулась бы. Она уже выбрала нового хозяина после гибели полковника Роула – вот только ни генералам, ни королю такого не предъявишь…

А потому мысль о женихе, владевшем собственной Призрачной шпагой, на секунду увлекла меня своей простотой и притягательностью. Лорд Крейг знал меня и отца, не казался таким уж плохим – разве что самовлюбленным, да и то самую капельку. Может, и правда, стоило присмотреться получше?..

Но потом он раскрыл рот. Не со мной – с хозяином вечера старым лордом Ареном Эмберли, майором в отставке Эриком Бенсоном, лордом Толли и отвергнутым мною толстяком Джайлзом Уэйдом. Мужчины курили сигары на открытой веранде, куда я, еле отвязавшись от матушки, выскользнула с боковой галереи, чтобы немного подышать свежим воздухом.

Я бы не стала подслушивать – если бы не «Блэкторн», промелькнувшее в монологе лорда Уэйда.

– Блэкторн? – повторил низкий голос, принадлежавший, как я сразу же догадалась, лорду Крейгу. – Та самая?

– Дочка полковника Роула, – подтвердил Уэйд. – Ваша соседка, если не ошибаюсь, Уэсли.

Я притаилась, спрятавшись за ближайшей цветочной кадкой. Место было выбрано стратегически – пятерка лордов оказалась прямо надо мной. Нас разделяла лишь густая зелень благоухающего кустарника и высокие деревянные перила.

– Как по мне, Блэкторн – выгодная партия. Огромные охотничьи угодья, лесозаготовительная фабрика. Призрачная шпага, опять же.

– Не уверен, что все это входит в приданое, – возразил майор.

Но несостоявшийся жених лишь отмахнулся, затянувшись сигарой.

– Пустяки, Эрик. Если надавить, вдова полковника пересмотрит брачный контракт. В конце концов, единственной дочери уже двадцать один, а очередь из женихов на пороге Блэк-холла не стоит.

Не сдержавшись, чихнула – то ли от пыльцы, то ли от дыма сигар, но больше от раздражения. Конечно, не стоит! Потому что ноги таких, как Уэйд, не переступит порог моего дома! Я бы к нему и сегодня не подошла, если бы матушка не настояла.

– Говорят, у девчонки ужасный характер, – подбросил несколько поленьев в огонь моего возмущения лорд Толли. – Особа, мягко говоря, себе на уме. Шерилин предлагала свести ее с моим старшим сыном, но я отказался. Земли Блэкторнов, конечно, хороши, но такая невестка…

– Это поправимо. Любую норовистую кобылку можно объездить, вам ли, конезаводчикам, этого не знать. Крепкая мужская рука – и девочка станет шелковая. Родит наследников, а потом пусть живет себе в этой… – он явно хотел сказать «глуши», но передумал, не рискнув задирать нос перед местными лордами, превосходящими Уэйдов и по состоянию, и по положению, – в своем чудесном поместье, пока я буду строить успешную карьеру в столице.

– Ну и зачем тогда жениться? – скучающим тоном поинтересовался лорд Крейг.

Уэйд фыркнул.

– Уж точно не ради ублажения строптивой девицы и задушевных бесед у камина. Фигурка у дочки Блэкторна, конечно, весьма ничего, но расплачиваться за краткое удовольствие выслушиванием многочасовых претензий и капризов – увольте.

– С таким подходом лучше вообще отказаться от поиска невесты. Я вот так и сделал. Слишком много хлопот.

Мужчины согласно хохотнули.

– Жаль, что я не услышал подобный совет в свое время, – затянулся сигарой лорд Эмберли, пряча в пышных усах усмешку. – Сэкономил бы немало драгоценных нервов. Леди моя та еще… пила.

– Потому-то я и не рвусь в брак. К счастью, жену можно легко заменить. Для того чтобы вести хозяйство, есть управляющий, проводить время приятнее в хорошей дружеской компании, а для удовольствия существуют женщины, всегда согласные разделить с мужчиной постель, а не фамилию.

– Слышал, Уэсли, вы уже нашли подходящую… особу, – поинтересовался майор. – Леди Дрю рассказывала, что на днях навестила вас в Крейг-холле. Не правда ли, она крайне изобретательна? И даже не так уж стара. Впрочем, в данном вопросе опыт женщину только красит.

– Пожалуй, соглашусь, – кивнул капитан. – Мелисса довольно талантлива. Не слишком искусна, конечно, но на первое время сойдет. Спасибо за рекомендацию, Эрик, без тебя, боюсь, пришлось бы потратить немало времени для поиска подходящей кандидатки.

– Да вы, я смотрю, эстет, лорд Уэсли, – усмехнулся лорд Уэйд. – Изобретательная, не слишком старая, но очень опытная. С таким набором требований для любовницы неудивительно, что вы отказались от поисков жены. Супругу поменять сложнее – даже если она совершеннейшее бревно.

От грубого намека я дернулась так, что плечом едва не сбила кадку. Куст обиженно тряхнул ветвями, осыпая меня пыльцой. В носу защекотало.

– А я слышал, что офицеры предпочитают молодую кровь, – ехидно вставил лорд Толли. – Так что, может, все-таки обратишь внимание на строптивую Блэкторн и перестанешь мучить Мелиссу по пять часов в день?

Я изо всех сил зажала рот и нос руками, чтобы не чихнуть. «Обратить внимание на Блэкторн»? Ну уж нет! Я не какая-то там Мелисса Дрю, чтобы считать за честь служить постельной грелкой высокородному капитану.

На мое счастье, в этом вопросе мы с лордом Крейгом – пусть последний и не подозревал о моем присутствии – придерживались сходного мнения.

– Спасибо, но, пожалуй, воздержусь. Я не готов тратить время на обучение неопытной девицы, из которой даже непонятно, выйдет ли толк. Чего доброго, заставят потом жениться.

Я замерла, не зная, радоваться мне или обижаться. А нос, как назло, чесался все сильнее.

– Дело твое, Уэсли, – пожал плечами майор. – Если что, обращайся, сведу тебя еще с кем-нибудь. В западных провинциях достаточно вдов старших лордов.

– Непременно.

Над головой послышались шаги, шуршание ткани и скрип дверных петель – выкурив по сигаре, лорды разошлись, чтобы вернуться к напиткам и танцам. Сжавшись под кадкой с отвратительно пахучим кустарником, я изо всех сил сдерживалась, чтобы не чихнуть, выдав себя перед мужчинами, столь возмутительно и нагло обсуждавшими порядочных женщин. Ну ладно леди Дрю – о ней, положим, и до сегодняшнего дня ходили не самые лестные слухи. Но леди Эмберли. И я…

Возмущение, поднявшееся в душе, выплеснулось наружу громким и звонким чихом – хорошо хоть секунду назад хлопнула дверь, давая понять, что в саду я осталась одна. Уже не скрываясь, выбралась из-под куста и отряхнула волосы и плечи от желтоватой пыльцы. Чихнула еще раз. Потянулась к глазам, чтобы совершенно неженственно вытереть кружевным рукавом выступившие слезы.

– Может, воспользуетесь этим? – раздался сверху насмешливый голос. – Впитывает намного лучше.

Я вздрогнула, оборачиваясь. На веранде, облокотившись на перила, стоял лорд Крейг, протягивая мне белоснежный носовой платок. И насмешливая улыбка, игравшая на его губах…

Вне всякого сомнения, он догадался о подслушанном разговоре. И, конечно же, не упустил возможности поиздеваться.

«А как же ваши хваленые принципы, лорд Крейг? – захотелось спросить, глядя прямо в наглые серые глаза. – К чему эти долгие взгляды, если у вас наверняка нашлись бы занятия поинтереснее, чем утирать слезы абсолютно не интересной вам леди? И неужели не страшно оставаться наедине с незамужней девицей, раз вы так дорожите собственной свободой? Если кто-то застанет нас вдвоем…»

Глаза защипало. Нос зачесался с утроенной силой. В таком состоянии обвинения в лицо несносному соседу я могла разве что чихнуть, а это было бы уже как-то совсем неприлично. И потому, не придумав ничего лучше, я, зажав рот и нос руками, позорно сбежала, пока меня и вправду кто-нибудь не заметил.


Умывалась и припудривалась долго и тщательно, отчаянно оттягивая время, когда пришлось бы снова возвращаться в бальный зал. Не хотелось видеть Джайлза Уэйда, о котором за десять минут подслушанного разговора я узнала достаточно, чтобы раз и навсегда пресечь любые разговоры о замужестве. Не хотелось ловить на себе взгляды гостей и объясняться с мамой за неподобающий внешний вид и испачканное пыльцой платье. А сильнее всего не хотелось встречаться с лордом Крейгом.

Обычно я за словом в карман не лезла, но тогда совершенно не представляла, как вести себя с ним. Извиниться за невольно подслушанный разговор или сделать вид, что ничего не случилось? А то и вовсе потребовать извинений у него – за «непонятно, выйдет ли толк» и «заставят потом жениться». Да еще и платок этот, и цветущий куст, и насмешка в серых глазах, от одного воспоминания о которой все внутри сжималось – то ли от гнева, то ли от смущения.

Нет, положительно, лучшим вариантом было бы не встречаться. Но мечтам не суждено было сбыться. Уэсли Крейг, вместо того чтобы присоединиться к почтенным лордам в малой гостиной за выпивкой и игрой в карты, обнаружился в бальном зале. В компании моей матушки.

Леди Шерилин, чрезвычайно довольная возобновленным знакомством с молодым хозяином Крейг-холла, оживленно жестикулировала – не иначе как расписывая мои многочисленные достоинства. Лорд Крейг слушал внимательно, не прерывая бесконечный монолог моей матери. Но глаза – эти его серые глаза! – выдавали все, что он думал о «заманчивом» предложении жениться на наследнице Блэкторнов. Особенно после того, что произошло между нами на веранде…

Я почувствовала, как к лицу прилила кровь. Коснулась ладонями щек, чтобы успокоить жар, и поймала на себе насмешливый взгляд лорда Крейга. Капитан выразительно изогнул бровь, будто намекая, что прекрасно понимает, о чем я подумала…

Нахал!

– Андреа, – обернувшись вслед за лордом Крейгом, махнула мне рукой мама. – Прошу, подойди.

Несколько пар глаз повернулись в мою сторону, так что отказываться было поздно. Медленно-медленно я двинулась к матери, отчаянно надеясь, что за долгую минуту кто-нибудь – да пусть даже отвратительный лорд Уэйд – успеет заметить меня и пригласить на танец, позволив избежать неловкого знакомства. Увы.

Заметив, с какой неохотой я шла навстречу потенциальному жениху, мама взяла дело в свои руки. Буквально – поймала меня за запястье и притянула ближе, заставив встать лицом к лицу с лордом Крейгом, которого явно забавляло мое смятение.

– Лорд Уэсли, – чопорно проговорила матушка. – Позвольте представить вам мою дочь, Андреа. Андреа, познакомься с лордом Уэсли Крейгом, сыном генерала Оливера. Впрочем, это не первая ваша встреча. Как-никак, мы соседи, пусть вы, лорд Уэсли, очень давно не были дома.

– Вы правы, леди Шерилин, это не первая наша встреча, – с намеком ответил лорд, подхватывая мои пальцы с желтоватыми следами пыльцы на тонком кружеве перчатки. – Леди Андреа, рад знакомству.

Горячее дыхание пощекотало кожу.

– Взаимно, лорд Крейг, – сквозь зубы выдавила я. – Взаимно.

Очарование молодым капитаном, зародившееся внутри в первое мгновение, когда мы встретились взглядами в бальном зале, развеялось, точно его и не было. Я злилась, не понимая толком на что, и это делало каждую секунду в компании лорда Крейга невыносимой.

– Прошу, – так и не выпустив моей руки, он кивнул в сторону пар, выстраивавшихся для нового танца. – Вы ведь этого так хотели, что не побоялись даже цветущей золотянки.

И улыбнулся. Снисходительно, с какой-то скрытой жалостью улыбнулся – как будто я была одной из отчаявшихся провинциальных девиц, жаждущих потанцевать хоть с кем-то.

Это было уже слишком.

– Я плохо себя чувствую, милорд. Прошу меня простить.

– Андреа, – тихо шепнула матушка, но я была непреклонна.

Вежливо, но твердо убрала руку с широкой ладони. Капитан препятствовать не стал, выпустив мои пальцы.

– Желаю скорейшего выздоровления. Что до вальса, не расстраивайтесь. – Он наклонился, ловко вписывая свое имя на пустую страницу бальной книжки. – В другой раз. Леди Шерилин, леди Андреа.

«Ну уж нет, – твердо решила я. – Другого раза не будет».


Избегать новой встречи удавалось почти две недели. Я тщательно следила за перемещениями соседа – Мод с ног сбилась, вылавливая в Вестхилле, куда слуги окрестных поместий приезжали за продовольствием, малейшие крохи сплетен о лорде Крейге. И если где-то ждали молодого капитана к ужину, я старалась отказаться, сославшись на женские недомогания.

Тогда лорд Крейг взял за правило появляться в самых неожиданных местах, заставая врасплох. Обед с девицами Эмберли. Прогулка по Вестхиллу. Воскресное утро в городской церкви. Конная прогулка вдоль реки, разделявшей владения Крейгов и Толли. Это могло бы напоминать ухаживания, если бы я не знала, что скрывалось за интересом лорда Крейга на самом деле.

Азарт. Уязвленная гордость.

И… пустота.

Лорд Уэсли Крейг ничего ко мне не чувствовал.

Но у всех на глазах продолжал вести себя так, словно был искренне увлечен мною. Будто специально проверял на прочность, ожидая ответного шага. В сером взгляде то и дело мелькал насмешливый вопрос «когда?» и уверенность, что я уступлю – не сегодня так завтра. Кажется, капитан, несмотря на приличный боевой опыт, не слишком привык к долговременной осаде.

Я же… Стыдно признаться, но я с не меньшим азартом втянулась в эту игру, наотрез отказываясь сдаваться. Отмалчивалась, избегала танцев, упрямо ссылаясь на дурное самочувствие и золотянку. И подарки бы отсылала, если бы не мама.

Вот надо же было выдумать – прислать с посыльным полдюжины батистовых платков с вышитыми инициалами А.Б.

«Не забывайте об обещанном вальсе, – гласила записка. – С пожеланиями скорейшего выздоровления, У.К.»

Намек я уловила. А вот мама – нет. Даже хотела пригласить соседа на обед, и отговорить ее удалось лишь чудом.

«Спасибо вам, капитан, за подарок и неоценимую услугу!»

О том, что лорд Крейг появится на вечере у лорда Толли, куда мы с мамой были приглашены заблаговременно еще в конце зимы, я, конечно, знала. Во всяком случае, догадывалась – мужчины сумели найти общий язык еще во время бала в Эмберли-холле. Я надеялась, что затеряюсь в суете бального зала среди других юных особ. Для маскировки надела воздушное нежно-розовое платье того отвратительного оттенка, который отчего-то любили все незамужние девицы.

Не помогло.

– Леди Андреа.

Я неохотно подняла голову, встречаясь взглядом со злодейскими серыми глазами. Сердце совершило неприятный кульбит, ухнув куда-то в желудок.

– Лорд Крейг.

«Уйдите, пожалуйста, уйдите», – проговорила мысленно, надеясь, что во мне внезапно пробудятся способности заклинателя разума и несносный сосед испытает непреодолимое желание оставить меня в покое.

Куда там.

– Вы выглядите намного лучше, несмотря на то, что розовый – совершенно не ваш цвет. Должно быть, золотянка уже отцвела?

Вот что ему стоило промолчать?

– Этот цвет называется пыльная роза, милорд, – ответила сердито. – А золотянка в наших краях цветет до середины лета.

– Ничего, с приглашением на пикник я подожду, – обаятельно улыбнулся сосед. – Вы позволите? В бальном зале цветущего врага чувствительных носов не замечено. Лично проверил.

И протянул руку – недвусмысленно приглашая меня на танец. У столика с напитками завистливо ахнула дочь лорда Толли, только-только подходящая к брачному возрасту.

«А я ведь собиралась избегать его…»

Упрямо тряхнула головой – Блэкторн я или кто? Как решила, так и сделаю.

– Простите, милорд, но вынуждена отказать. Я… – Лорд Крейг кивнул на висящую на запястье бальную книжку, куда еще в день нашей первой встречи вписал свое имя, намекая, что аргумент «занята» принят не будет. – Очень устала.

Улыбка чуточку померкла.

– Нет смысла набивать себе цену, леди Андреа. Такие игры вам не идут. Да и я не гончий пес, живущий ради охоты на строптивую дичь. Давайте обойдемся без притворных «не хочу» – ваш интерес ко мне очевиден. Прошу. Обещаю рассказать все, что вы так жаждали узнать на веранде.

Я отшатнулась, гневно сверкнув взглядом.

– Вы ошибаетесь, милорд.

– Я видел, как вы смотрели на меня на балу в Эмберли-холле, – темная бровь иронично изогнулась. – Как искали в толпе, ловили каждое движение. Опыт позволяет мужчине легко считывать подобные знаки.

– А вы, стало быть, опытный мужчина, милорд?

– Да, – не моргнув глазом, ответил капитан. – Скажу прямо, для вас, леди Андреа, в этом есть только плюсы. Я знаю, чего хочу от жизни и от женщин. И могу многому научить такую маленькую бунтарку, как вы.

В сером взгляде отчетливо читалась снисходительная насмешка. И это задело куда сильнее, чем хотелось бы. Так пресыщенные жизнью столичные франты смотрят на юных провинциалок, считая, что те в своем захолустье настолько изголодались по мужскому вниманию, что готовы кинуться на шею первому предложившему. Я видела у него подобный взгляд уже не впервые…

Да что он возомнил о себе, этот лорд Крейг? Какое имел право вести себя так, как будто я, дочь полковника Блэкторна, была одной из его продажных любовниц?

Ну уж нет!

– Что ж, милорд, – твердо проговорила, глядя в наглые серые глаза, – я тоже буду с вами честна. Я прекрасно слышала все, что вы говорили о женщинах и браке. И скажу прямо: любое общение с мужчинами, подобными вам, вызывает у меня отвращение. Я леди, лорд Крейг, и не собираюсь заменять вам управляющего, друзей или, упасите боги, любовницу. Ваши взгляды, да и вы сами, мне глубоко противны. А потому попрошу более не искать со мной встречи.

Я гордо вздернула нос, абсолютно уверенная, что сказанного достаточно, чтобы раз и навсегда избавиться от общества невыносимого соседа – или хотя бы свести наше общение к необходимому минимуму. На предыдущих навязчивых ухажеров такое действовало безотказно. Джайлз Уэйд, например, уехал не попрощавшись.

Вот только на капитана Крейга мои слова не произвели нужного впечатления. Наоборот, в серых глазах промелькнула какая-то хитрая искра, которая мне совершенно не понравилась.

– Отвращение и злость, леди Андреа, очень далеки от равнодушия. Судя по тому, с каким упорством ваша горничная интересовалась мной и моими делами, вы не слишком-то честны с собой в отношении собственных чувств.

Щеки вспыхнули.

– Да с чего вы взяли, что вы мне интересны? – вспылила я. – Мне на вас…

– Чихать? – с усмешкой подсказал лорд.

– Плевать.

– Этого вы, к счастью, пока не делали. И не смотрите так, будто вот-вот исправите упущение.

– Мне на вас метафорически плевать. Если вы, конечно, знаете такое слово.

– В самую душу попали. – Капитан картинно дотронулся до груди на уровне сердца. – Одним метким плевком. Бессердечная.

И потянулся вперед, будто хотел прикоснуться ко мне.

Я замерла. Пальцы правой руки сжались, словно охватывая рукоять несуществующей шпаги. Кожу под тонкой кружевной перчаткой закололо. Такого не было давно – за годы изнурительной практики с Джаспером я научилась держать себя в руках. Но стоило появиться лорду Крейгу…

Усилием воли я усмирила вскипевшую от негодования кровь Блэкторнов.

– Идите за утешением к своим друзьям, милорд. Уверена, они помогут вам найти ту, что излечит нанесенную мной душевную рану.

– А я так надеялся на вашу благосклонность. Ночами не спал, думал о вас.

– Зря надеялись. Повторюсь, вы мне неинтересны.

– Ни капельки?

– Совершенно.

– Жаль, – без капли досады пожал плечами капитан. – Когда вы передумаете, леди Андреа, может быть уже поздно.

– Не передумаю, – бросила я в широкую спину. – Не передумаю.


«Не передумаю. Не передумаю. Не передумаю».

Я повторяла это раз за разом, когда сталкивалась с лордом Крейгом – у соседей, во время прогулок по Вестхиллу, на представлениях гастролирующего театра, в конце весны ненадолго осветившего модными столичными постановками нашу провинциальную жизнь. Кляла последними словами золотянку, цветущую до самой середины лета, всякий раз невольно вспоминая отложенный вальс и приглашение на пикник. Придумывала гневные отповеди, одна острее другой, на случай, если капитан вдруг решится вновь подойти и пригласить на танец.

Но он не подходил.

Казалось бы, вот он, повод для радости. Можно было успокоиться, признать победу и перестать наконец выискивать лорда Крейга взглядом, ежесекундно ожидая какого-нибудь подвоха. Но с каждым днем сосед все сильнее занимал мои мысли. Я не понимала его, совершенно не понимала. Зачем было так настойчиво искать моего внимания, чтобы потом подчеркнуто держаться в стороне?

И ладно бы, если он нашел другой объект интереса, но нет! Всякий раз, когда мы оказывались рядом, я буквально кожей чувствовала его насмешливый взгляд, от которого невольно бросало в дрожь, а шпага сама просилась в руку.

Что это было? Провокация? Случайность? Непонятная игра?

Я не знала.

Устав от раздражающей неопределенности, я подошла к соседу сама. Вернее, хотела подойти – потому как меня опередили.

– Бесстыжая, вульгарная, падшая женщина!

– На себя посмотри, облезлая треска!

С огромным опозданием влетев в бальный зал здания городского собрания, где высший свет западного Аррейна собрался, чтобы отметить годовщину восшествия на престол его величества Готфрида Второго, я застала лишь самое окончание скандала. Как пересказали чуть позже более удачливые зрители, леди Мелисса Дрю, которую за глаза называли официальной любовницей лорда Уэсли Крейга, встретила того под руку с леди Бернис Коул, особой не менее свободных нравов, чем сама леди Мелисса, и устроила некрасивую сцену. Ходили слухи, что даже имел место удар веером, но кому именно досталось – капитану или Бернис, я так и не поняла.

Я бы на месте леди Дрю выбрала мишенью лорда Крейга. Мне-то хорошо было известно его пренебрежительное отношение к женщинам, и этот случай стал еще одним аргументом в копилку моей нелюбви к заносчивому соседу.

Подходить к лорду Крейгу не стала, дабы не стать причиной нового витка скандала. В голове созрел другой план, как можно вызвать соседа на серьезный разговор и выяснить все между нами раз и навсегда. Чем я незамедлительно и воспользовалась, прислав капитану подарок.

Хороший подарок. Со смыслом.

Даже здоровьем рискнула ради такого дела – закрыв нос и рот платком и надев самые длинные и плотные перчатки, съездила в лес и нарвала целую корзину золотянки. Остальное – высушивание, заваривание и приготовление настоя – поручила Мод, не страдавшей весенним насморком. Горничная покосилась на меня с подозрением – для чего вдруг юной девице потребовалось лекарство против мужского бессилия? Но я за то и любила Мод, что та отличалась поразительным терпением и неболтливостью. Служанка и отнесла маленькую баночку настоя и короткую записку в Крейг-холл – никому другому я подобное не доверила бы.

Невинная, в общем-то, шалость – в детстве мы с Эмми, охочие до споров и розыгрышей, проделывали и не такое. Не более чем колкий намек на леди Дрю и возможные трудности во взаимоотношениях с любовницей. Но лорд Крейг, кажется, понял все превратно.

Он первым заметил меня на прогулке в Вестхилле. Заметил – и по-военному размашистым шагом направился прямо ко мне. Зрелище, надо признать, было устрашающее – у меня аж дрожь пробежала по телу. И смотрел он так…

Я мгновенно пожалела и об отправленном подарке, и о желании поговорить. Слова, что я почти месяц готовила в голове, испарились, оставив лишь растерянность и пустоту. Но отступать было некуда.

– Лорд Крейг, – запинаясь, поприветствовала я, склоняясь в неловком реверансе.

– Леди Блэкторн, – не тратя времени на церемонии, отрывисто проговорил капитан. – Ваши письма и подарки абсолютно неуместны. Прошу впредь не утруждаться и не рисковать здоровьем там, где вас не просили.

– Это вы так пытаетесь сообщить, что шанс упущен, милорд? – вырвалось обиженное.

Да, я не хотела иметь ничего общего с неприятным соседом. Но говорить со мной так, когда сам всю весну…

На выпад лорд Крейг не ответил. Лишь молча приподнял шляпу и, не прощаясь, ушел.

Ну и ладно!

– Не очень-то и хотелось, – буркнула под нос и гордо расправила плечи, стараясь сохранить остатки достоинства.

Кожу жгли любопытные взгляды – нашу встречу, пусть и не выходящую за рамки приличий, заметило несколько знакомых. А значит, можно было не сомневаться, что слухи разлетятся по всей провинции, дополнив пикантными подробностями историю о поссорившихся вдовушках.

Какую версию услышала мама, не знаю, но не разговаривала она со мной почти неделю. Зато Эмми, которой я в красках описала все, что случилось за весну и начало лета, отреагировала куда более снисходительно. И даже больше – уговорила родителей отпустить ее из столицы к нам до конца зимнего сезона.

Это стало бы самой замечательной новостью за весь год – если бы не обернулось безумным спором, вновь вернувшим в мою жизнь лорда Уэсли Крейга.

## Глава 3

В детстве мы с Эммелин все делали вместе. Она часто гостила в Блэк-холле и была для меня одновременно и лучшей подругой, и младшей сестрой, о которой я могла только мечтать. Во всех шалостях Эммелин была вдохновительницей и деятельной участницей. Когда я, будучи упрямее всех Блэкторнов вместе взятых, ввязывалась в очередной спор, кузина помогала мне его выиграть. Или, в случае провала, прикрывала перед мамой и отцом – как тогда, когда я заявила Фиби Эткинсон, что заберусь выше нее на дерево, и в нарядном жемчужном платье свалилась оттуда прямо в пруд.