Ольга Ярмакова
Ведьмина земля

Я не мог вспомнить, как оказался тут. Словно из моей жизни волшебными ножницами вырезали кусок, который всё бы объяснял. Сказать, что я попал, всё равно, что ляпнуть – вода мокрая, ёлка зелёная, колесо круглое. Без подробностей, деталей и штрихов. Ро́ан советовал смириться и жить так, будто и не было этого украденного куска. Ему легко так говорить, сам он угодил сюда ещё ребенком. А мне двадцать семь… или нет…

В этом месте время действовало иначе. Его ход отслеживался по уцелевшим наручным часам, попавшим сюда с горе-хозяевами, да по некоторым настенным экземплярам, унаследованным от былых жильцов. Время даже не шло, а текло, как река, со своими капризами и вздором: то вперед, то назад, то засыпало и тогда всё застывало, как в янтаре. В доме даже блуждала шутка про Алису, кроличью нору и, собственно, самого кроля с часами.

Но время – это не та проблема, о которой стоило печься. Опасаться стоило того, что за окном.

Хорошо, хоть окна в доме бронебойные и неподвластные любому воздействию извне – как механическому, так и магическому. А их каждый день достаточно приходилось на наш дом.

Наш дом. Скорее, убежище. Обычная кирпичная пятиэтажка с шестью подъездами, сообщающимися через подвал. Кто проживал в нём до нашего прибытия? До наших прошлых жизней?

Моя жизнь… моя прошлая жизнь…

Я даже не представлял, сколько времени ушло с момента, как я оказался здесь. Может, год, сто лет, а возможно и час. Старался вести счёт дням, но это нелегко, потому как сумеречный туман сжирал утро и вечер, и чертовски трудно было уловить переход новых суток. В конечном итоге, мне уже казалось, что здесь всегда одно время: либо бесконечный день, либо нескончаемая ночь, но такая жиденькая, что и не скажешь, что темно. Всегда сумеречно, с мутно-жёлтым оттенком.

Мне уже и прежняя моя жизнь «до» виделась чем-то вроде сна, от которого я очнулся здесь. Я бы посмеялся над фантазией свыше, да только вид за окном не позволял.

Сбежать… надо было бежать… давно…

– У нас новенький! – объявил Роан, вводя ко мне в комнату парнишку лет пятнадцати.

Щуплый и рослый отрок с заострёнными чертами лица, ну точно лисёнок, заспанно тёр глаза, белобрысые и чуть курчавые волосы топорщились, как если бы голову только что оторвали от любимой подушки.

– Где? – спросил я, хотя вариантов – раз, два и обчёлся.

– У третьего подъезда, на ступеньках, – дал разъяснение наш старший, выталкивая явно робевшего пацана на середину комнаты.

И почему всех новеньких Роан тащил ко мне? Я что – добрая нянька для сосунков?

В том, что любой, независимо от возраста сюда угодивший, сосунок, – не обсуждалось. Потому что опыт – нулевой, а натаскивать вынужден либо я, либо Хо́лдар, ну и, разумеется, сам Роан.

Он был у нас старшим, но не по возрасту: в двенадцать лет для него перестала существовать наша былая реальность, теперь выглядел он на двадцать с гаком, даже моложе меня, но здесь оценивалась не внешность, а опыт. А опыта у Роана с избытком.

– Как зовут? – обратился я к новенькому.

Парень перестал сонно щуриться, его глаза всё больше округлялись. Я досадливо отметил, что сейчас у новичка случится «реакция», то, через что прошли все мы (и, наверное, Роан, но никто этого достоверно не знал), а значит, следует убыстряться, не давать ему паниковать.

– Как тебя зовут? – я повторил вопрос уже медленнее и едва ли не по слогам.

Ещё могло оказаться, что пацан меня не понимал из-за языкового барьера. К нам кто только не попадал, даже немые.

– Аякс, – робко прошептал он.

Хоть свет у нас свечной, а за окном муть, я всё же разглядел цвет его глаз: светло-карие. Приятные.

– Матс, – представился я, затем кивнув за плечо новенького, объявил, – Роан.

Как только я назвался, старший шагнул назад, к дверному проходу. Текущую задачу он выполнил – подобрал и привел «сосунка», теперь на очереди стояли другие задания, в том числе и прочёсывание периметра здания.

– Садись, Аякс, – устало махнул я в сторону единственного в комнате стула, как только дверь за спиной парнишки захлопнулась. – Предстоит разговор.

– Это розыгрыш? – спросил Аякс, опасливо озираясь по сторонам.

Как я его понимал!

– Если бы. Сядь.

В его взгляде отразилась тревога, а за ней вспышка догадки. Он напрягся и начал пятиться назад, к двери.

– Я… я заложник?..

– Мы все тут заложники.

Я плюхнулся на свою кровать и склонил голову. Мне не нужно было даже ничего говорить и упреждать парня от следующих действий: каждый в свой первый день проходил через три стадии. Страх, ненависть и принятие действительности.

Аякс ломанулся к двери, но её предусмотрительно запер Роан. Не потому что мы какие-то там мучители, нет. Это было сделано в целях безопасности всего сообщества нашего дома. Если бы новичок вырвался и побежал искать выход, то наверняка бы открыл какое-нибудь окно (а этого ни в коем случае делать нельзя!) или дверь подъезда. Но за пределами дома его ждала бы гибель, и никто бы не пошёл ему на выручку. К тому же, открыв окно или дверь, он бы впустил туман, а это уже гибель для тех, кто бы натолкнулся на него.

Сам туман безвреден, но он проводник тех, кто его насылает.

Подёргав ручку, но не решившись стучать и тем более орать, белобрысый пацан развернулся и уставился на меня, как на маньяка.

– Сядь. Говорю же, надо поговорить.

Я не смотрел на него, мне и не нужно, уже столько навидался.

Аякс на этот раз послушался, но стул на всякий случай отодвинул подальше от меня.

– Не советую садиться у окна, – заметил я, угадав его нелепый умысел. – И тем более открывать его.

– А то что? Убьёте? – чуть с вызовом и болью выговорил новенький.

– Убьёт то, что за окном. А здесь ты в безопасности. Пока слушаешься и доверяешь.

Очевидно, слова и тон моей речи его заинтриговали, он сел на стул и, как натянутая струна, изготовился обстрелять меня вопросами. Но я его упредил. Я знал, что ему сказать.

– Понимаю, как всё выглядит для тебя. И знаю, что сразу ты не поверишь, но придётся, Аякс. Я тоже прошёл через неверие. Все мы здесь прошли. Поверь, ни один из нас сюда по своей воле не пошёл бы, да и не шёл. Нас сюда забросило так же, как и тебя.

– То есть, как это забросило? Меня явно похитили.

Нет, он не верил. Да и я в свой первый день не верил. Это нормально. Пока нормально.

– Хорошо. А ты помнишь, как и кто тебя похитил? – я решил пойти с другой стороны.

Не бей быка в лоб – так учил Холдар, самый старый из нас, по внешнему виду, конечно, ему было сорок два, когда он заселил этот дом.

– Я… но… нет.. – растерянность на лисьем лице новенького росла в геометрической прогрессии. – Усыпили! Ну, конечно, усыпили и подбросили.

– Гений! – я не удержался от сарказма. – А зачем?

– Это вы мне скажите.

Я крепко задумался, парнишка ещё тот орешек неверующий, его расколоть будет непросто. Что ж, придётся действовать в лоб. Порой и такая тактика что-то даёт.

– Послушай, Аякс. Никто из нас тебя не похищал и не причастен к твоему исчезновению. Мы все такие же жертвы, как и ты. Все мы однажды очнулись у дома или внутри него, ничего не помня о перемещении сюда. Всё, что тебе нужно знать: наш дом – единственное безопасное здесь место. Что такое здесь – никому неведомо. Мы не знаем даже, где это здесь. Но эта земля принадлежит не людям, уж точно. Здесь творится зло. В прямом смысле. Скоро ты сам убедишься. От тебя требуется не открывать окон и дверей, выходящих наружу. И да, добро пожаловать в наше братство.

Наступило молчание. Аякс старательно переваривал информацию, и пока что, как мне виделось, давился ею.

– Где я? – проскулил он спустя долгие минуты.

– Роан называет это место землей ведьм, – ответил я, внутренне порадовавшись, что парень стал задавать правильные вопросы.

– Ведьм? Это же сказки.

Вечный скепсис и неистребимое желание всё и вся подвергать анализу – типичная черта. Мужская черта.

– Ну, я лично никаких ведьм не видел, – решил я и от себя кое-что добавить, – но на их проделки насмотрелся достаточно.

– Проделки? – Лисьи глаза сузились.

Уж не решил ли белобрысый, что тут одни шизики? А что, всё сходится, особенно после услышанного.

– Скоро сам увидишь.

– Вы сказали о братстве? Я попал в монастырь? Или в секту?

Да уж.

– Ни то ни другое. По каким-то причинам, нам неизвестным, сюда попадают исключительно мужчины… ну и мальчишки, как ты. А братством мы сами себя зовем, потому как никого у нас здесь больше нет и заботиться о нас некому. Мы сами за себя.

Пока я трепался, за окном сгущался туман. А я, последний ротозей, забыл, как они чуют, когда в их мир поступает новенький. Мне следовало отрезать шторами окно, это единственное в моей комнате око в чужой мир, оградить Аякса от неизбежного видения, но, увы, я прошляпил момент, отвлёкся в своих инструкторских обязанностях.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.