# Спасатель

Павел Алексеевич Астахов

В южном российском городе произошло землетрясение. Эпицентр, по официальной версии, якобы пришелся как раз на новейший жилой комплекс «Небеса», хотя самые сильные толчки жители ощутили в других районах города. Но там все уцелело, а в «Небесах» все дома полностью разрушились. Огромное количество погибших и раненых. Когда начались первые толчки, адвокат Артем Павлов, к несчастью (или к счастью?), проводил проверку выполнения социальной программы именно в этом районе. Оказавшись среди руин, он тотчас подключился к спасательным работам вместе с врачом МЧС Вероникой, ее приятелем Скрипачом и волонтерами.

Каково же было удивление, когда Павлов вытащил из-под завалов почти раздетого мужчину, который оказался… мэром города. В доме, который рухнул, он не проживал. За чиновником очень скоро подъехала машина с эскортом охраны, завалы тотчас оцепила полиция. По требованию градоначальника спасатели начали что-то искать. Нет, не людей, а какой-то очень ценный предмет…

> «… При землетрясении первыми выявляются дома, которые были построены сносно…»

> Владимир Кафанов

Литературная запись Сергея Давиденко


© Астахов П.А., 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

## Дипломат

Из здания городской мэрии вышел тучный мужчина лет пятидесяти пяти в белоснежном льняном костюме.

Его выдающийся, в прямом смысле, живот выпирал подобно барабану настолько внушительно, что, казалось, еще немного – и сдерживающая его кипенно-белая рубашка лопнет, заставив разлететься шрапнелью пуговицы. Нахмурившись, чиновник о чем-то раздраженно говорил по мобильному телефону.

Заметив его, водитель белого «Мерседес-Бенц w222» торопливо завел двигатель и выключил громко игравшее радио. Толстяк что-то недовольно буркнул в мобильник и, сунув телефон в карман, поспешил к машине.

– Двигай, – бросил он, протискиваясь на заднее сиденье иномарки.

– Куда, Олег Викторович? – уточнил водитель. – Домой?

Мужчина в костюме замешкался, словно размышляя, потом добавил:

– Нет, Кирилл. Давай в «Небеса».

Водитель понятливо кивнул, и «Мерседес» тронулся с места.

Олег Викторович смахнул испарину со лба.

– Жарко у тебя, – недовольно заметил он, и Кирилл, пожав плечами, потянулся к настройкам кондиционера:

– Сейчас добавим холодку.

– Уж будь любезен, – в тон ему заметил толстяк, и водитель по этим коротким недовольным фразам понял, что шеф не в настроении.

Бормоча что-то себе под нос, Олег Викторович снова достал телефон. Несколько секунд он напряженно всматривался в окно, словно мысленно репетируя заготовленный текст, потом нажал вызов. Как только в мобильнике послышался женский голос, угрюмые черты лица чиновника моментально разгладились:

– Ириша? Привет, родная.

– Привет! Надеюсь, ты уже домой?

– Если бы, – театрально вздохнул Олег Викторович. – Как назло, одно на другое навалилось! А вечером еще внеплановое совещание. Так что буду поздно, дорогуша.

– Ну вот… – Судя по голосу, супруга явно расстроилась. – Я думала, ты в пятницу пораньше освободишься, – с досадой проговорила она. – Мог бы хоть сегодня не поздно приехать, Олег. Эти твои постоянные совещания…

– Ира, это не обсуждается, – мягко, но решительно прервал жену Олег Викторович. – Ты не забыла, какую должность занимает твой супруг?

– Как такое можно забыть, – ворчливо отозвалась Ирина. – Быть супругой мэра – еще то испытание!

– Ты с честью несешь этот крест, – торжественно заявил он, и они оба засмеялись.

– Ну вот, значит, договорились. Как освобожусь, наберу. Все, целую, – заторопился мэр и выключил телефон. В зеркало заднего обзора он заметил легкую улыбку, скользнувшую по губам молодого водителя, и понял, что тот обо всем догадался.

– Ты за дорогой следи, Шумахер, – буркнул Олег Викторович. – И включи новости.

Кирилл послушно выполнил указание, и через секунду салон автомобиля наполнился монотонным голосом радиоведущего.

– Люблю Южноморск, – внезапно сказал мэр, поглядывая в окно. После разговора с женой его настроение заметно улучшилось, напряженность во взгляде исчезла. – Каждый раз, когда вижу эту красоту – море, горы – как будто заново рождаюсь. На это можно смотреть бесконечно. Согласен?

– Конечно, – без раздумий ответил водитель. Он давно привык к тому, что настроение у шефа менялось, как у ребенка, и старался лишний раз не раздражать его.

Он уже более полугода работал личным шофером Олега Викторовича и по опыту знал, что даже если шеф задает вопросы, отвечать на них следует исходя из его настроения, не вступая в ненужные дискуссии. Мэр был не прочь поспорить, но при этом на дух не терпел точку зрения, отличную от своей, особенно когда его оппонентом являлось лицо по должности ниже рангом.

– …продолжает поступать информация о возобновившихся подземных толчках в Грузии, – неожиданно донеслось из радио. – Землетрясения магнитудой 5,5 произошли в районах водохранилища Жинвали и восточного региона Кахетии… частичное затопление…

– Ого, – оживился Олег Викторович. – Неслабо тряхануло!

– Причем совсем рядом, – добавил Кирилл.

– Да, километров двести будет, – прикинул мэр. – В человеческих масштабах, конечно, это много, а для природы – раз плюнуть. Еще вчера передавали, что там все серьезно, даже погибшие есть.

Его телефон звякнул, извещая о новом сообщении, и он уткнулся в экран.

– Та-а-к, – протянул Олег Викторович. – Отлично… – Он взглянул в окно, потом перевел взгляд на массивные золотые часы, блеснувшие на его толстом запястье, и велел: – Кирилл, притормози за перекрестком.


Он взглянул в окно, потом перевел взгляд на золотые «Ролекс», блеснувшие на его толстом запястье.

– Кирилл, за перекрестком притормози, – велел он.

– Хорошо.

Как только «Мерседес» припарковался, спустя мгновенье рядом с автомобилем остановился серый «Рено-Дастер». Водители двигавшихся следом машин принялись отчаянно сигналить нарушителю, но вышедший из кроссовера крепко сбитый мужчина в темных очках даже ухом не повел. Держа в руках небольшой кейс из черной кожи, он неторопливо приблизился к «Мерседесу».

Мэр приспустил окно, выжидающе глядя на мужчину.

– Добрый день, Олег Викторович, – бесцветным голосом проговорил крепыш. – Иосиф Яковлевич просил вам передать это.

С этими словами он просунул дипломат прямо в окно автомобиля.

– Благодарю, – кивнул толстяк, и тот так же неспешно вернулся к своей машине.

С губ мэра сорвался вздох облегчения.

– Поехали, – приказал он. И добавил едва слышно, глядя на матовую поверхность дипломата: – Что, гаденыш… думал, удастся меня к ногтю прижать?

Оставшуюся часть пути он хранил задумчивое молчание.


– Приехали, – сказал водитель, когда «Мерседес», миновав шлагбаум, затормозил возле углового подъезда недавно построенного восьмиэтажного дома.

– Вот и чудесно, – пропыхтел Олег Викторович. – Как тебе, кстати, новый комплекс? Шик-блеск, согласен? Не то что эти унылые серые коробки, которые недавно снесли…

– Вроде неплохо, – осторожно произнес Кирилл. – Но, если позволите высказать мнение, как-то без души построено. Будто старая конфета, которая закаменела от времени. Фантик еще красивый, а внутри – словно обмылок.

– Ишь, сентиментальный какой, – фыркнул мэр. – Конфета, обмылок… Тебе романы писать надо, а не машину водить. Отличный дом, чтоб ты знал!

Кирилл молчал, положив руки на рулевое колесо.

– Ладно, – вздохнул мэр. – Два часа ты свободен, я позвоню.

– Хорошо.

Олег Викторович уже собрался вылезти наружу, как его взор остановился на черном дипломате.

«Взять или оставить?» – мелькнула у него мысль.

После недолгих размышлений он принял решение забрать его с собой. Нет, он, разумеется, доверял своему водителю (в определенной степени), и все же… Как говорится: «Береженого Бог бережет».

Промокнув платком блестящую от пота лысину, Олег Викторович хлопнул дверью и, отдуваясь, направился к подъезду.

Водитель молча глядел ему вслед. Как только шеф вошел в подъезд, Кирилл принялся разворачиваться. Два часа вполне достаточно для того, чтобы смотаться на мойку, а потом где-нибудь перекусить.

Выезжая со двора новостройки, молодой человек даже не подозревал, что видел местного мэра в последний раз.

## Любовное гнездышко

Между тем Олег Викторович поднялся на второй этаж и нажал на кнопку звонка рядом с массивной железной дверью.

«Забыл цветы купить», – запоздало подумал он. Щелкнул замок, и мэр широко улыбнулся, увидев стройную светловолосую женщину.

– Ну, наконец-то! – воскликнула она, блеснув темно-зелеными глазами. – Заждалась уже… Все служебные дела?

– Спешил как мог, Машуля, – ответил Олег Викторович, чмокнув любовницу в щеку.

– Проходи, я уже давно накрыла стол.

Мария бросила взор на дипломат, который чиновник осторожно поставил у зеркала.

– Что-то я тебя первый раз с чемоданом вижу, – сказала она. – Решил на выходных дома поработать?

– Вроде того. Это, Машуля, не простой чемодан.

– Золотой? – усмехнулась женщина.

– Бери выше, платиновый. Как в сказке, ларец с яйцом, где игла Кощеева хранится, помнишь?

– Игла? – переспросила Мария, и мэр понял, что шутка оказалась неудачной. Либо Машуля этой сказки в детстве не слыхала.

– Ладно, проехали, – торопливо произнес он. – Как ты тут без меня?

– Честно?

Он хихикнул:

– Ну конечно честно. Разве кто-то хочет, чтобы ему врали?!

– Я скучала, – тихо сказала Мария и прильнула к нему. – Ты в последнее время так редко заезжаешь…

Она поцеловала его в шею, начиная нежно поглаживать.

– Так мы будем обедать? – отрывисто спросил Чадов. – Или… сразу в спальню?!

– Я хочу второе, – шепнула Мария, томно вздохнув. – Иди, сполоснись, я буду ждать тебя.

Олег Викторович просеменил в ванну и уставился на возникшее отражение в зеркале. Вид собственного лица ему не понравился – бледное и напряженное, словно у него наступила череда неприятностей. Хотя, по сути, с получением этого черного кейса все неприятности должны были оказаться позади.

– Все будет хорошо, – вслух пробормотал он, начиная торопливо раздеваться.

На какой-то миг ему почудилась странная вибрация под ногами, но мэр не придал этому значения. Быстро сполоснувшись под душем, он вытерся большим пушистым полотенцем и поспешил в спальню, откуда уже доносилась мягкая музыка…


Спустя полчаса они, размякшие и усталые, лежали на скомканной постели.

– А слабо тебе развестись, Чадов? – вдруг спросила Мария, водя ярко накрашенным ноготком по мясистой груди мэра. – На кой тебе жена? Вы ведь уже давно приелись друг другу…

– Маша, не начинай, – лениво огрызнулся Олег Викторович. – Сто раз уж обсуждали… Семья – это семья, разрушать я ее не намерен. К слову, если ты себе найдешь подходящую пару, я, например, не буду возражать.

С губ женщины сорвался вздох.

– Эх ты… Все на двух стульях пытаешься усидеть.

– Машуля…

– Ладно, пошли ужинать. Ты ведь голодный, наверное?

– Слона бы слопал, – признался Олег Викторович.

Мария, поднявшись, отправилась в гостиную. Мэр, не одеваясь, двинулся следом.

– Ну, Машуля, – протянул он, с изумлением глядя на заставленный блюдами стол. – Вот это я понимаю, хозяйка!

– Я еще запекла семгу, – зардевшись от смущения, известила Мария. – Ты что будешь? Вино, виски, коньяк?

– Виски.

Пока она наполняла стакан, мэр принялся накладывать в свою тарелку салаты. И вновь под ногами что-то дрогнуло, отчего Мария пролила немного на скатерть.

– Что такое… Соседи, что ли, ремонт затеяли? – проворчала она, вытирая салфеткой скатерть.

– Что ж, имеют право, – заметил Олег Викторович, потянувшись за пузатым стаканом.

– Ой, я забыла лед принести, – засуетилась Мария, но мэр ее остановил.

– Смотри, – тихо произнес он, указав на бокал и стакан с виски.

Они стояли бок о бок, издавая монотонное дребезжание.

– Я такое слышал на работе, когда чашки стояли на холодильнике, – медленно проговорил Олег Викторович. – Но здесь…

Договорить он не успел из-за сильного толчка. Стол накренился, и все богато сервированные блюда вместе со скатертью поехали вниз. Мария закричала и, не удержавшись, упала.

Испуганный мэр вскочил со стула, отчаянно пытаясь сохранить равновесие. Казалось, дом качается из стороны в сторону, словно тонкий прутик под порывами ветра.

– Олег! – истошно закричала Мария, тыча пальцем на потолок, и он задрал голову. От увиденного Олег Викторович оцепенел – по потолку неспешно ползла громадная трещина, расширяясь все больше и больше. Дом будто кромсали огромным ножом, как торт.

## Землетрясение

Радов Борис Михайлович, руководитель департамента капитального строительства администрации Южноморска, пил чай, когда ему по внутренней связи позвонила секретарша:

– Борис Михайлович, к вам пришли. Адво…

– Стоп, стоп, – оборвал ее Радов. Поморщился, взглянув на огромные часы с изображением российского флага, висевшие на стене. – Рабочий день через десять минут заканчивается!

– Это адвокат Павлов, – терпеливо продолжила девушка. – Он звонил сегодня.

Руководитель департамента со вздохом отодвинул чашку и сел прямо.

– Да-да, конечно, – произнес он. – И как это я забыл? Пусть проходит…

Спустя мгновенье дверь кабинета распахнулась, и Радов поднялся с кресла, поспешив навстречу гостю.

– Добрый день, Борис Михайлович, – поздоровался Артем.

На нем были светлые брюки и бежевый пиджак из фресковой шерсти. Радов пожал протянутую руку, мысленно поразившись силе, с которой Павлов стиснул его ладонь.

– Рад вас видеть, – с дежурной улыбкой проговорил чиновник. – Кофе, чай? Или что покрепче, господин адвокат?

– Благодарю, не стоит, – отказался Артем.

Радов жестом пригласил адвоката сесть на массивный диван, обшитый темно-синей кожей.

– Признаюсь, не поверил, что ко мне с визитом такая знаменитость, как вы, пожаловала, – сказал он. – Какими судьбами в наших краях? По делам или в отпуск?

– И то, и другое. Хотел насладиться морем и великолепием гор, но дела оказались важнее.

– В телефонном разговоре вы сказали, что вас интересует строительство новых жилищных комплексов, – напомнил Радов.

– Именно. Речь идет о реализации жилищной программы для военных и малоимущих семей.

Радов выдвинул верхний ящик полированной тумбочки, из которого достал несколько ярких буклетов.

– Конечно, этот процесс у нас налажен, – сказал он, веером раскладывая их перед адвокатом. – Поручения Президента стараемся выполнять качественно и своевременно…

Артем мельком взглянул на рекламный буклет.

– Строительная фирма «Небеса»? Пока к вам ехал, несколько раз мелькали рекламные баннеры этой компании.

– Хорошая фирма, – подтвердил Радов.

– И жильцы довольны?

– Конечно! Впрочем, вы же понимаете, жалобщики и недовольные всегда найдутся. Есть такие люди, прирожденные сутяжники прямо! В защиту застройщика скажу, что делается все быстро, без проволочек. В Дагомысе, к примеру, целый район застроили всего лишь за квартал! И, заметьте, цены ниже среднего, если сравнивать с рынком недвижимости.

– Дешево не значит качественно.

Руководитель департамента издал нервный смешок.

– Да вы сами убедитесь, я сейчас вам отчеты покажу…

Он уже встал, чтобы достать с полки пухлую папку в жесткой обложке, но Павлов остановил его:

– Не нужно, Борис Михайлович. Отчетность и рекламные буклеты, конечно, нужное дело, но я предпочитаю увидеть все своими глазами. Вы не против, если мы съездим и посмотрим на месте? По возможности и стройку, и уже готовые объекты.

Радов забарабанил пальцами по столу.

– К сожалению, сейчас компанию я вам составить не могу. Но я выделю вам машину и дам распоряжение, чтобы вас встретили. В районе «Мамайка» как раз развернулось строительство нового комплекса. А вот здесь… – он принялся подчеркивать ручкой адреса на рекламных буклетах, – здесь уже готовые дома. В некоторых уже живут люди, другие готовы к заселению…

– Хорошо. Насчет машины не беспокойтесь, я за рулем.

– Ну и отлично, – обрадовался чиновник. Он чувствовал громадное облегчение, что ему не нужно будет таскаться вечером в пятницу с этим настырным адвокатом по пробкам, отвечая на каверзные вопросы. Пускай за него это сделают его подчиненные.

– Я позвоню своему заму, он как раз на стройке.

– Благодарю, – кивнул Артем. – Я с вами свяжусь, если что.

– Всего хорошего и желаю отлично отдохнуть!

Выходя из приемной, Павлов неожиданно обратил внимание на огромный освещенный аквариум, стоящий на деревянной тумбе. Обитавших там рыбок словно охватило массовое безумие – они судорожно метались из угла в угол, сверкая своими ярко-оранжевыми телами.


Как только Павлов захлопнул дверь аквамаринового «БМВ», в кармане пиджака зазвонил сотовый.

– Привет, Шамиль, – улыбнулся адвокат краем рта, услышав голос старого приятеля.

– Рад тебя слышать, Тема, – заговорил тот. – Ты уже в Южноморске?!

– Уже. Извини, что никак к тебе не доеду. Не поверишь, новые дела появились.

– Было бы удивительно, если бы ты хоть раз нормально отдохнул, – ворчливо заметил Шамиль. – А я тебя хотел на рыбалку позвать… Что у тебя на этот раз?

В двух словах Павлов поведал другу о своей задаче, и тот, подумав, сказал:

– Я слышал об этой компании. Строят быстро, и цены вроде как не ломят. Но знаешь, брат, если мне предложили бы приобрести квартиру, то я взял бы ее у другого застройщика.

– Почему?

– Ты будешь смеяться, но я не знаю почему. Чуйка, если хочешь знать, – признался Шамиль. – Как-то все быстро у них, хотя и красиво внешне… Ладно. Ты, кстати, как передвигаешься?

– Взял в аренду неплохой автомобиль, – ответил Артем. – А насчет рыбалки не беспокойся. Думаю, через день-два буду свободен, так что готовь снасти!

– О чем разговор, – повеселел Шамиль. – Ну, тогда на связи.

Попрощавшись с приятелем, Павлов развернул буклет, переданный ему Радовым, и продиктовал навигатору адрес жилищного комплекса. Вежливый голос тут же известил его, что маршрут построен, и Артем нажал на педаль газа.

«Сначала взгляну на готовые дома, потом на стройку», – решил он, выруливая на проезжую часть.

«А ведь Шамиль правду сказал насчет моего отпуска», – мелькнула у Павлова мысль. Артем не мог припомнить случая, чтобы он хоть раз полноценно и без перерыва отдохнул, пусть даже две недели. В силу давно укоренившейся привычки мэтр российской юриспруденции никогда не отключал телефон, а все важные звонки, как показывает практика, чаще всего происходили именно тогда, когда их совершенно не ждешь. Так вышло и в этот раз.

Впереди на перекрестке замигал «желтый», и Артем притормозил у стоп-линии. Его внимание привлекла молодая женщина в сарафане, с крупным лабрадором, которая тщетно пыталась перейти дорогу, поскольку этому активно противилась собака. Пес нервно переминался с лапы на лапу, не переставая скулить. Пешеходы молча обходили их, спеша по своим делам. Женщина сначала пыталась уговаривать питомца, затем, потеряв терпение, попыталась тащить лабрадора силком, но тот упирался изо всех сил. А когда хозяйка прикрикнула на него, неожиданно задрал морду вверх и протяжно завыл. Изумление женщины было столь велико, что она непроизвольно отшатнулась от собаки.

«Красный» сменился на «зеленый», и Артем утопил педаль акселератора. В зеркало заднего обзора было видно, что собака продолжает выть, совершенно не обращая внимания на свою окончательно растерявшуюся хозяйку.

«Странно», – подумал Артем. В памяти неожиданно всплыли рыбки, хаотично мечущиеся в аквариуме, который он полчаса назад видел в приемной руководителя городского департамента.

– Жарко, вот и вся причина, – вслух проговорил адвокат, увеличивая подачу прохладного воздуха.

Задумчивым взглядом он проводил высоченный билборд с рекламой уже знакомой строительной компании, который призывно гласил:


МЫ СТРОИМ ДЛЯ ВАС!

А чуть ниже шрифтом поменьше:

Благодаря Небесам вы окажетесь в раю!


На фоне красивого многоэтажного дома стояла улыбающаяся семья, отец которой с многозначительным видом держал в руках ключи.

Артем мысленно прокрутил текст рекламы, решив, что обещание оказаться в раю выглядит уж слишком двусмысленно. Он взглянул на экран навигатора, отметив, что до конечной точки осталось менее километра.

И тут же почувствовал, как машину резко тряхнуло. Это было так неожиданно, что Павлов даже сбросил скорость, удивленно глядя в зеркало. Неужели под колеса что-то попало?! Но дорога была чистой, никаких посторонних предметов не наблюдалось.

«Выбоина в асфальте?»

Он вновь прибавил газу, миновал небольшой мост, и за поворотом показался пригорок. За высокой стеной кипарисов виднелись крыши новостроек, и Артем подумал, что это и есть тот самый жилищный комплекс, о котором рассказывал Радов.

Внезапно асфальт под колесами арендованного автомобиля снова вздрогнул, как живой, и автомобиль резко повело в сторону.

С трудом избежав выезда на встречную полосу движения, Артем вдруг подумал о старинных сказках про драконов. Тех самых дремлющих драконов, на которых ничего не подозревающие жители строили города и вели обычную жизнь.

Навигатор невозмутимо известил, что в построении маршрута возникла ошибка, попросив вновь задать конечный пункт. Артем включил поворотник и, прижавшись к бордюру, остановился.

«Непредвиденная ошибка, – монотонно повторял навигатор. – Пожалуйста, повторите запрос. В результате сбоя…»

Где-то над головой слышалось характерное потрескивание, и Артем нахмурился. Уж слишком это было похоже на… Открыв дверь и выглянув наружу, он увидел электрические провода, по которым, искрясь, скользили голубовато-оранжевые всполохи.

Позади раздался сильный удар – одна из машин протаранила маршрутное такси. Раздражающе-протяжно зазвучали клаксоны, будто соревнуясь, кто громче.

«…непредвиденная ошибка… Пожалуйста, повторите запрос…» – не унимаясь, бубнил навигатор, и Павлов выключил его. Он невзначай посмотрел вперед, на высившиеся за кипарисами новостройки, и замер. Происходящее напоминало фильм-катастрофу – один из трех домов, поднимая густую тучу пыли, медленно оседал вниз и вскоре скрылся за деревьями. Казалось, восьмиэтажное строение было сделано из песка, и его попросту смыло гигантской волной.

«Что это? Землетрясение? Или теракт?!» – всколыхнулась у Артема тревожная мысль.

Впрочем, он не слышал звука взрыва, решив, что верна все-таки первая версия. Теперь ему была понятна причина необычного поведения рыбок в аквариуме и собаки на перекрестке.

Спустя мгновенье дорожное покрытие вновь завибрировало. Несмотря на подрагивающую трассу, Артем проехал еще несколько метров и свернул к автобусной остановке, остановившись подальше от линии электропередачи. В памяти замелькали кадры учебных курсов МЧС, на которых он присутствовал в прошлом году. Он заглушил двигатель, нажал кнопку аварийной сигнализации, после чего включил стояночный тормоз и лишь после этого схватил телефон, набрав «112».

Сообщив о произошедшем, Павлов осторожно вылез из машины. Он знал, что в среднем землетрясения непродолжительны и длятся порядка двадцати-тридцати секунд. Но и за этот крошечный промежуток колебания земной поверхности способны привести к страшным разрушительным последствиям.

Адвокат снова посмотрел в сторону новостроек. Теперь вместо трех домов там стоял только один – пока он перестраивал машину, рухнуло второе здание. Сизое облако пыли поднималось вверх, затмевая солнце.

Некоторые водители вышли из своих автомобилей и, как ни в чем не бывало, снимали происходящее на телефоны.

Павлов размышлял буквально секунду. Если подземные толчки прошлись по всему городу, то количество подобных разрушений уже наверняка исчисляется десятками. И спасательных служб для оказания помощи пострадавшим попросту не хватит.

Он быстрым шагом направился в сторону кипарисов, за которыми теперь виднелся лишь один уцелевший дом.


Запах бетонной пыли стал ощущаться еще за полсотни шагов. На нескольких машинах, припаркованных во дворе, сработала сигнализация, и теперь жаркий наэлектризованный воздух разрывала хаотичная какофония из повторяющихся звуков.

Павлов оценивающе глянул на развалины домов. Один был обрушен вплоть до руин, неповрежденным остался лишь первый этаж. Другому зданию повезло чуть больше, в нем сохранилось три этажа, при этом стена дома была обвалена до самого основания, как если бы ее срезали исполинским резаком.

Где-то остервенело лаяла собака, кто-то истошно звал на помощь. Взгляд Артема остановился на субтильном мужчине в джинсовом костюме, который тщетно старался скинуть с покореженной «Ауди» обломок плиты. Из сплющенного салона иномарки доносились жалобные стоны. Мужчине явно не хватало сил, но, кряхтя от натуги, он не собирался сдаваться. Заметив адвоката, на его запыленном лице вспыхнула надежда.

– Дружище, помоги! – взмолился он. – Один не справляюсь, а у меня там жена! Двери заклинило!

Артем обошел машину, внимательно оглядывая повреждения. Обломок рухнул на переднюю часть «Ауди», сильно деформировав кузов.

– Давай, прошу тебя, – шмыгнул носом мужчина. Он вытер лицо ладонью, оставив на щеке полоску крови, сочащейся из ободранных пальцев. Было видно, что он с трудом держит себя в руках. – Выручай, парень. Ей рожать пора, мы как раз в роддом ехать собирались…

Артем наклонился, перехватив обезумевший от страха взгляд женщины, оказавшейся в железном плену.

– Вы ранены? – спросил он.

– Не… не знаю, – всхлипнула она. – Пожалуйста, помогите!

– Потерпите, пожалуйста.

Павлов приблизился к капоту автомобиля, оценивающе глядя на кусок плиты.

– Давайте, на три-четыре, – скомандовал он, ухватившись за неровный край. Супруг роженицы с готовностью встал с другой стороны, вцепившись в плиту.

– Три-четыре! – крикнул Артем, поднатужившись. Все его мышцы напряглись, и глыба чуть-чуть сдвинулась, заскрипев по сплющенному капоту. – Еще раз!

– О боже! – застонал мужчина, видя, что движение плиты застопорилось.

Павлов огляделся и, заметив молодого парня лет двадцати, который изумленно таращился на развалины, крикнул:

– А ну, орел, помоги!

Тот непонимающе глянул на адвоката, но в следующее мгновенье его взгляд прояснился, и он поспешил к «Ауди».

– Встань с той стороны, – велел Павлов. – Поехали! Три-четыре! Три-четыре! Взяли! Еще раз!

Медленно-медленно плита поползла вниз.

– Осторожно! – предупредил Артем, и через секунду обломок рухнул на асфальт.

– Да что же такое происходит?! – пробормотал мужчина, кидаясь к окошку, где сидела жена. – Анечка! Ты в порядке? Сейчас тебя вытащим!

Ответом был плач. Он гладил пальцы жены, другой рукой остервенело дергая за ручку дверцы, но все было бесполезно.

– Постой, – сказал Артем. – Это все без толку. Отойди.

– Зачем?

Адвокат подобрал обломок кирпича и молча отодвинул водителя «Ауди» в сторону, затем обратился к насмерть перепуганной роженице:

– Пожалуйста, успокойтесь. Уже все позади. Я попрошу вас по возможности наклониться вперед, и чем-нибудь закройте лицо.

– Что ты задумал? – побледнел «джинсовый костюм».

– Отойдите, – повторил Павлов и, обойдя автомобиль сзади, с силой обрушил кирпич на покрытое трещинами стекло. Оно тут же лопнуло, обрызгав стеклянным дождем женщину.

– Теперь вытаскивайте ее наружу и ищите машину, – сказал Артем. – «Скорую» вызывать бессмысленно, вы сейчас туда даже не дозвонитесь.

– Спасибо, братуха, – прошептал муж беременной, залезая на капот. – Давай, родная, я помогу тебе…


Во дворе уже образовалась многолюдная толпа, кто-то давал советы, кто-то звонил в экстренные службы, а некоторые, вроде тех водителей на шоссе, фотографировали развалины новостройки. Похоже, происходящее воспринималось ими не как чрезвычайное происшествие, а некое «реалити-шоу», которым следует непременно поделиться в соцсетях.

Артем уже спешил к седому пожилому мужчине, который тщетно взывал о помощи. Ноги несчастного были придавлены эмалированной ванной. Пытаясь выползти из-под нее, старик хрипел, изо рта капала кровь. Павлов подхватил обломок дверного косяка и, действуя словно рычагом, приподнял ванну. Раненый был настолько обессилен, что не мог двигаться, и Артем оттащил его в сторону. Старик тяжело дышал, жадно хватая воздух ртом.

– Галочка, – срывающимся голосом проговорил он. – Галочка, прошу, скажите…

– Лежите и не двигайтесь, – посоветовал Артем, с сочувствием глядя на него. Даже невооруженным взглядом было видно, что у бедолаги поврежден позвоночник.

– Галочка, – повторил старик. – Она… пошла в магазин.

– Значит, она жива. Потерпите, скоро прибудет помощь, – успокаивающе сказал Павлов.

– Не… не говорите ей, – выдавил раненый. Взгляд его мутнел, губы покрылись легкой синевой. – У нее… у Галочки слабое сердце…

Он закашлялся, изо рта выступила пена, и Артем с тревогой подумал, что врачи могут не успеть.

– Миша! – внезапно раздалось сзади, и Павлов обернулся. Мелко семеня, к ним приближалась невысокая пожилая женщина в брючном костюме. Она всплеснула руками, выронив пакет с продуктами, и упала на колени перед умирающим. – Миша! Мишенька!

Артем с трудом отвел взгляд от душераздирающей сцены. Он видел, что мужчина уже не дышал, но несчастная супруга гладила его бледное лицо, продолжая причитать, как над живым.

Здесь он уже был бессилен. Павлов выпрямился, снова оглядев место трагедии.

«Хорошо, что еще в новостройке электрические плиты, – подумалось ему. ‒Иначе была бы утечка газа, тогда было бы все в разы хуже…»

Он приблизился к стальной двери, искореженной, словно смятая фольга. Судя по кодовому замку, дверь была от подъезда. Осторожно ступая по обломкам бетона, Артем начал взбираться наверх. Из-под толстого куска плиты мелькнула окровавленная женская рука. В пыли и каменном крошеве эта изящная рука с безукоризненно выполненным маникюром вызывала когнитивный диссонанс, граничащий с жуткой оторопью. Склонившись, адвокат пощупал безвольную кисть, где-то в глубине души надеясь уловить хоть нитевидный пульс. Лицо его помрачнело – никаких признаков жизни.

Павлов уже собирался двинуться дальше, как застыл на месте – он услышал сдавленный плач, идущий откуда-то слева, из разлома стены.

– Есть кто живой? – крикнул он, наклонив голову. – Отзовитесь!

Некоторое время он прислушивался, затаив дыхание, потом до его слуха донеслось невнятное:

– Спа… спасите нас! Вытащите отсюда!

Голос явно принадлежал ребенку, и Артем крикнул:

– Я слышу тебя! Не бойся!

Пригнувшись, он включил на телефоне фонарь, протискиваясь в разлом. Пахнуло сыростью, где-то из вырванной трубы журчала вода.

– Где ты? – громко спросил Павлов, чертя тонким лучом по нагромождению обломков бетона.

– Тут, – робко раздалось рядом, и он посветил вниз. Худенькая девочка лет шести, съежившись, выглянула из-под большого обеденного стола, расколотого почти пополам фрагментом межэтажного перекрытия. Ее расширенные от страха глазенки блестели сквозь спутанные волосы.

– Давай, вылезай, – скомандовал Павлов, с усилием отодвигая кусок плиты в сторону.

– Мы здесь с Кубиком спрятались, – сообщила девочка, выкарабкиваясь наружу. Раздался чуть слышный писк, и изумленный адвокат увидел крошечный пушистый комок, который чудом спасенная малышка прижимала к себе. – Это мой котенок.

– Ты сама придумала спрятаться под стол? – поинтересовался Павлов, и девочка кивнула.

– На кухне вдруг все затряслось, стекло разбилось, – пояснила она. – Я схватила Кубика и побежала в комнату. Там стол большой, и мы там спрятались.

– Ты молодец. А теперь давай, ползи за мной. И не выпускай Кубика, чтобы он не убежал.

– А где моя мама?

Артем почувствовал легкую тревогу и осторожно спросил:

– Мама была дома?

– Нет, на работе. Вы ее не видели снаружи?

– Не видел, – отозвался он, ощущая немалое облегчение. – Уверен, с твоей мамой все в порядке. Давай поскорее выбираться отсюда.

– А что случилось с домом?

Судя по всему, ребенок быстро справился с первоначальным шоком, и теперь ее распирало от любопытства.

– Скорее всего, это землетрясение, – объяснил Павлов. Впереди забрезжил свет, и он выключил фонарик. – Слышала про такое?

– Да, – не слишком уверенно ответила она. – А где мы теперь жить будем?

– Не переживай. Без крыши над головой вы не останетесь.

Как только девочка вылезла на поверхность, несколько женщин, толпившихся у руин новостройки, ахнули.

– Так это же Мила! – воскликнула одна из них. – Я ее знаю! У них мама на сутках работает, наверное, не знает ничего! Милочка, иди сюда! Ты цела?

Девочка, заметив знакомое лицо, улыбнулась и, придерживая мяукающего котенка, заспешила к сердобольной соседке.

– Как вы? – услышал Артем и обернулся. Рядом стоял тот самый парень, что помогал стаскивать плиту с машины.

– В норме, – кивнул адвокат.

– Тот мужчина увез жену в роддом, – доложил молодой человек. – Ему сосед дал минивэн.

– Отлично.

– Послушайте, я вас где-то видел, – произнес он, с интересом разглядывая Павлова.

– Все может быть.

Артем, щурясь, смотрел на третий дом, единственный уцелевший в жилищном комплексе. От его внимания не ускользнуло, что торцевую стену здания изрыхлили глубокие трещины.

«Плохие признаки».

Казалось, еще мгновенье, и дом развалится, как карточный домик. Павлов глубоко вздохнул.

– Тебя как зовут? – обратился он к парню.

– Виталий.

– Так вот, Виталий, даю тебе важное задание. Беги вон к тому дому и кричи, чтобы все выходили наружу. Иначе он может обрушиться с минуты на минуту. Видишь, какие трещины?

Молодой человек посмотрел на дом, и его лицо накрыла мертвенная бледность.

– Будь убедительным, – продолжал адвокат. – Неизвестно, когда придет помощь. А некоторые жильцы могут испугаться и спрятаться в квартирах.

Понятливо кивнув, парень кинулся к дому.

– И будь сам осторожен! – крикнул ему вслед Артем.

Когда молодой помощник убежал, он посмотрел на свою одежду. Брюки и пиджак покрылись пятнами грязи, на коленке виднелась рваная дырка.

«Вот и съездил посмотреть объект», – пронеслось у него в голове.

– Эй, вы! – услышал он мужской голос и повернул голову. – Я к вам обращаюсь!

Возле покореженной двери от подъезда стоял высокий мужчина лет шестидесяти, настороженно следя за каждым движением адвоката. На нем были тренировочные штаны и наглухо застегнутая серая рубашка, на носу очки в роговой оправе.

– Чем могу быть полезен? – осведомился Павлов.

Незнакомец пнул ботинком кусок штукатурки:

– Я настоятельно рекомендую вам не предпринимать никаких действий! Вы же не спасатель! Из-за ваших необдуманных действий может случиться несчастье!

Выпалив эту тираду, активист поправил сползающие очки, грозно сверкнув из-под стекол выцветшими глазами.

– Под завалами находятся люди, – спокойно ответил Артем. – Им нужна помощь, прямо в эту секунду. Что вы имеете в виду под необдуманными действиями?

– Вы можете задеть какую-нибудь плиту, и она рухнет, раздавит человека, – сварливо пояснил «эксперт». – Вы что, не понимаете?! Лучше ничего не трогать до прибытия экстренных служб!

– Не говорите ерунды, – вступилась за адвоката полная женщина с короткими волосами. – Этот мужчина только что вытащил ребенка! Как вам не стыдно?

Пенсионер, ощетинившись, уже намеревался переключиться на нее, но его прервал Артем:

– Если по моей вине кто-то погибнет, я готов нести ответственность. Вам же я советую отойти как можно дальше. Не дай бог, пыль в глаза попадет.

Пожилой спорщик проворчал что-то еще, но Павлов уже не слушал его – из-под завалов снова раздался крик. На этот раз голос принадлежал мужчине, и адвокат вновь включил фонарик.

Миновав разрушенную лоджию, он двинулся дальше. Под подошвами обуви хрустело битое стекло и осколки кафеля. Нога адвоката уже была готова наступить на плюшевого слоненка, но он вовремя удержался. Видимо, здесь была детская комната – рассыпанные фломастеры, книжки-раскраски, кукла, раздавленная кирпичом… Засмотревшись, Павлов не заметил торчащий кусок арматуры, который больно оцарапал его предплечье.

– Помогите! – снова заголосили снизу, и Артем огляделся, выискивая возможный проход. Наконец ему удалось обнаружить глубокую нишу, где в межэтажном перекрытии зияла широкое отверстие. Спустившись, Павлов склонился над ним, посветив фонариком:

– Если тут есть кто-то, отзовитесь!

Несколько секунд ничего не происходило, и Артем уже намеревался двигаться дальше, как неизвестный подал голос:

– Да, тут есть люди… Спускайтесь скорее.

На то, чтобы проникнуть вниз, у адвоката ушло меньше минуты. Отряхнувшись, он посветил вокруг. Бледно-желтый луч скользнул по осколкам посуды и остаткам еды, тускло блеснули сервировочные ножи с вилками. Ноздри уловили отчетливый запах вина и запеченной семги. Похоже, кое-кого землетрясение застало за праздничным обедом.

– Вытащите меня… – прозвучало устало, и Артем направил луч в сторону голоса.

У перевернутого дивана на полу лежал грузный мужчина, на котором из одежды были только трусы и носки, которые белели в сумерках, словно подтаявший снег.

– Кто-нибудь еще с вами есть? – задал вопрос Павлов.

Толстяк с всхлипом покачал головой. Артем нахмурился. Он заглянул за диван. Мелькнули обнаженные женские бедра и ночная рубашка, обильно заляпанная кровью. Лишь только посветив в изуродованное лицо женщины, Павлов понял, что она мертва.

– Мне… надо кое-что найти, – вдруг проговорил толстяк, начиная приподниматься. Очевидно, движение причинило ему боль, отчего он издал болезненный стон.

– Сначала мы выберемся наружу, – сказал Артем бескомпромиссным тоном. – Ценные вещи искать будем потом. Плита может придавить нас в любую секунду.

– Плита, – тупо повторил мужчина и почесал рыхлую щеку. – Как все по-дурацки вышло…

– Идти сами сможете?

– Я попробую, – неуверенно ответил он. – Помогите мне подняться…

Толстяк оперся на руку, которую протянул ему Артем, и, кряхтя, выпрямился.

– Что это было? – спросил он, с трудом переставляя ноги. – Взрыв?

– Не думаю. Больше похоже на землетрясение.

Мужчина угрюмо молчал. Перед тем как вылезти наверх, он еще раз окинул унылым взглядом разваленную гостиную.

– Я не смогу сам подтянуться, – хмуро сказал он, глядя на рваное отверстие над головой.

– Ничего страшного, – невозмутимо ответил Артем. – Я помогу вам.

Сложив ладони крест-накрест, он кивнул ему:

– Ставьте сюда ногу, как на ступеньку. Когда зацепитесь за верх, я подтолкну вас.

– Благодарю, – буркнул тот.

Выбравшись из-под завалов, он вздохнул полной грудью и внимательно посмотрел на Артема.

– Вы спасли меня, – произнес он. В его тоне адвокат уловил напряженность, словно поступок Павлова требовал от него ответной реакции, будь то простая благодарность или что-то еще.

– Был рад помочь, – сухо откликнулся Артем. – Как вы себя чувствуете?

– Мне нужно позвонить, – отрывисто сказал незнакомец.

– Прежде всего вам нужно в больницу. И давайте, наконец, спустимся вниз.

Помедлив, спасенный послушно направился следом за адвокатом, ойкая, когда в его ступни впивались острые обломки кирпичей.

Отойдя на некоторое расстояние от руин, Ар- тем снял с себя пиджак и молча протянул его мужчине.

– Я вам очень признателен, – сказал тот. – Может, вы все-таки одолжите мне свой телефон?

В его голосе зазвенели властные нотки, на которые Павлов не мог не обратить внимания.

– Пожалуйста.

Мужчина вздохнул и отошел в сторону, набирая чей-то номер телефона.

Адвокат терпеливо ждал. Кто-то протянул ему бутылку с минералкой, и он, благодарно кивнув, сделал несколько глотков.

Наконец толстяк вернулся, возвратив ему телефон. Задержав цепкий взгляд на Артеме, он вдруг ошеломленно протянул:

– Мне кажется, или… вы тот самый юрист?.. Эээ… Павлов?

– Вам не кажется.

– Вот так дела…

Мужик в трусах и его пиджаке даже присвистнул, не веря своим глазам.

– Бывает же такое на свете! – воскликнул он. – А я привык вас только по телевизору видеть!

– Ваше лицо тоже кажется мне знакомым, – проговорил Артем. – Похоже, вас также недавно показывали, если не ошибаюсь, в новостях.

– Вполне возможно, – с достоинством ответил толстяк. – Я мэр Южноморска, Олег Викторович Чадов.

Сам того не осознавая, чиновник приосанился, забыв, что в трусах, с выпирающим волосатым пузом и накинутом на плечи чужом пиджаке выглядел, как пациент, сбежавший из дурдома.

Чадов продолжал что-то болтать, но Павлов слушал его вполуха. Он почему-то думал о той несчастной мертвой женщине, которая лежала за диваном, словно старый пыльный манекен. Этот толстяк, оказавшийся городским мэром, вел себя так, будто бы ничего не произошло. Хоть бы одну слезинку или слово обронил, нет же!

«Проститутка? – подумал Артем. – Возможно. Или любовница».

Вдали зазвучала сирена, и через минуту во двор, сверкая «мигалкой», неторопливо въехал черный «Форд».

– Еще раз вам спасибо, – отрывисто поблагодарил Чадов адвоката. – Возможно, мы с вами еще увидимся. Да, и еще. Огромная просьба – не лезьте больше туда. Плита действительно очень опасно накренилась, достаточно и так жертв… Сейчас приедут спасатели, так что никакой самодеятельности.

Вернув Павлову пиджак, мэр торопливо заковылял к машине.

Артем молча проводил его взглядом, затем грустно усмехнулся.

## Вероника

Павлов сделал небольшой перерыв, в ходе которого повторно позвонил в экстренные службы. После чего ему позвонил Шамиль и встревоженно поинтересовался, все ли с ним в порядке. Успокоив друга, Артем пообещал ему быть постоянно на связи.

Закончив разговор, он снова полез в завалы. Вскоре у него появились неравнодушные помощники – из толпы любопытных, собравшейся у развалин, вышло четверо мужчин, принявшись активно разбирать фрагменты кровли и кирпичной кладки. Двое сбрасывали обломки вниз, другая пара оттаскивала мусор в сторону.

Кто-то протянул Павлову хозяйственные перчатки, и он, с благодарностью кивнув, натянул их на пыльные руки, сплошь покрытые царапинами и ссадинами. К тому времени сигнализация, сработавшая на припаркованных во дворе машинах, умолкла, что позволило лучше слышать крики погребенных под завалами. Кроме того, из уцелевшего дома с трещинами наконец-то начали выходить люди.

Пробираясь под нависающей плитой, Артем услышал доносящийся снизу глухой стон и тут же остановился, выискивая возможный лаз к источнику звука. Он перелез через обломки шкафа-купе, утопая в ворохе одежды, и тут же наткнулся на громадную щель между двух бетонных перекрытий. Стон шел оттуда.

– Оставайтесь на месте, я сейчас проберусь к вам! – крикнул он. Ответом был лишь едва различимый всхлип, который перешел в кашель.

Адвокат начал протискиваться внутрь, чувствуя, как рубашка рвется об острые края преграды. Наконец ему удалось пролезть внутрь, и вскоре он оказался в небольшой кухне, заваленной битой посудой. Настенные полки были раскрошены в труху, и оставалось только поражаться, как при этом удалось выжить хозяйке квартиры, которая с потерянным видом сидела прямо на полу. Ее лицо и руки были залиты кровью, но, посветив фонариком ближе, Артем убедился, что раны поверхностные. Похоже, женщину во время бедствия посекло стеклом от люстры, скрюченный каркас которой валялся тут же.