Портрет Гордона Мида
Детектив, триллер
Борис Пьянков

© Борис Пьянков, 2023

ISBN 978-5-0060-8892-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«Портрет Гордона Мида»

Синопсис

Основная идея: «Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам»

Тема повести: Горечь и сладость знает тот, кто вкусил; даль и близость – кто бродил.

Объем повести: 4,7 авторских листов (186524 знака с пробелами).

Жанр: Остросюжетный детектив, триллер.

Основное действие разворачивается в начале XXI века на окраине Москвы.

Краткое содержание: Какие события могут произойти в размеренной жизни одинокого учителя? Но в школе, где он работает, происходят загадочные события. Приведение оборачивается убийцей-рецидивистом, учитель влюбляется в старшеклассницу, а невзрачная школьница становится наследницей миллионного состояния.

Главные действующие лица.

1.Стефан Дмитриевич, учитель географии.

2.Эмма Исааковна, директор школы.

3.Елена Петровна, завуч, учитель литературы.

4.Алексей Иванович, бессменный охранник.

5.Василий, молодой охранник

6. Тамара Степановна, завхоз.

7.Виктор, брат Тамары Степановны, убийца.

8.Анатолий Семенович, учитель физкультуры.

9.Ирина, секретарь школы.

10.Алла Ивановна, учительница истории.

11.Бывший географ, покойный

12. Артем Голованов, противный мальчишка.

13.Анна, женщина географа.

14.Ольга Петрова, старшеклассница.

15.Алтана, старшеклассница.

16.Аслан, старшеклассник.

17.Иван, девятиклассник.

1. После ухода сотрудников школы старший охранник, отставной военный по имени Алексей, посылает молодого напарника Василия погасить освещение, а сам осматривает здание снаружи. На третьем этаже на минуту вспыхивает свет. На посту отсутствуют ключи от кабинета географии, и Алексей подозревает, что напарник хочет стащить минералы из школьного музея геологии.

Алексей требует вернуть ключи на место. Василий находит их на полу, возле лестницы. Услышав шум, Василий поднимается на третий этаж, и видит странного человека в капюшоне.

Преследуя вора, Василий врывается в кабинет истории, расположенный на втором этаже, где видит над дверью светящееся изображение человеческой головы. Василий испытывает сильный страх. Он увольняется, и администрация решает оставить в школе только одного охранника.

2. Стефан Дмитриевич, одинокий мужчина лет сорока, устраивается в школу на место внезапно умершего коллеги. Кроме географии, он должен преподавать «основы безопасной жизнедеятельности», военную подготовку, и следить за школьным музеем.

В кабинете отсутствуют географические карты. Завхоз Тамара Степановна неохотно вспоминает, что все вещи покойного учителя хранятся в подвале, куда она никогда не спускается, опасаясь приведений.

Стефан Дмитриевич поддерживает порядок в музее. Директор Эмма Исааковна требует от учителя найти опись экспонатов и сертификат музея, чтобы пройти очередную регистрацию. Нужные документы могут быть в сейфе, но ключи от него отсутствуют.

Завхоз рекомендует Стефану Дмитриевичу поговорить о ключах с ученицей одиннадцатого класса «Б», бывшей помощницей покойного. Изумленный Стефан Дмитриевич узнает от директора, что старшеклассница Ольга была любовницей умершего учителя. Эмма Исааковна требует оставить девушку в покое.

Новая работа отнимает у Стефана Дмитриевича все силы. Его холостяцкая квартира находится в запустении, а личная жизнь отсутствует. Во время каникул в кабинете географа появляется вызывающе красивая девушка из выпускного класса, по имени Алтана. Она собирается сдавать единый экзамен по географии и требует уделить ей время. Стефан Дмитриевич отказывает ей, но завуч Елена Петровна заставляет его заниматься с девушкой в приказном порядке.

В кабинете Аллы Ивановны, острой на язык учительницы истории, географ замечает над дверью темное пятно. Оформляя кабинет, школьники использовали светящуюся краску, и вместо портрета вещего Олега получилась страшная рожа с вампирскими клыками вместо усов. При свете с улицы рисунок просвечивает через побелку.

Старшеклассники приносят в кабинет географии макеты автоматов, санитарные сумки, противогазы, и другие учебные пособия по военной подготовке, а так же патроны для автомата и тяжелую противотанковую мину. Патроны и мина оказываются боевыми. Эти вещи передает в подарок школе уволенный из соседней школы военрук, бывший «афганец». Стефан Дмитриевич подбрасывает опасные боеприпасы на помойку, и звонит в полицию.

По распоряжению Эммы Исааковны в школу приезжают специалисты, которые вскрывают запертый сейф, но документов там нет. Содержимым сейфа интересуется молодой учитель физкультуры, которого зовут Анатолий.

Стефан Дмитриевич ночует в школе, чтобы сэкономить время. Вечером учитель слышит, как открывается дверь музея. Нежданный гость роется в ящиках, и Стефан Дмитриевич узнает учителя физкультуры.

В последние дни декабря один из девятиклассников приносит на урок пистолет. Стефан Дмитриевич заставляет школьника отнести пистолет домой, пока его отец, полицейский, не хватился своего оружия. Эмма Исааковна узнает об этом, и учитель лишается премиальной части зарплаты.

Тридцать первое декабря рабочий день. Стефан Дмитриевич, не получивший от друзей ни одного приглашения, договаривается встретить новый год вместе с охранником. Алкоголь развязывает Алексею язык. Он вспоминает, что покойный часто рассказывал о том, что он богат и собирается уехать в Швейцарию.

Стефан Дмитриевич слышит, как скрипит дверь подвала и спускается вниз. Следы, на пыльном полу приводят учителя к месту, где оборудовано рабочее место для добычи золота из радиодеталей. Он замечает в бетонной нише следы обитания человека, и выбирается на улицу из подвала жилого дома неподалеку от школы.

Девятиклассник Иван рассказывает учителю, что видел на столе учителя физкультуры револьвер, и Стефан Дмитриевич размышляет, может ли Анатолий заниматься добычей золота в подвале.

Во время подготовки к экзамену Алтана соблазняет Стефана Дмитриевича. Узнав о том, что девушке восемнадцать лет, учитель испытывает облегчение.

Во время работы географу помогает Ольга, бывшая помощница покойного. Девушка находит спрятанные под стеллажами музея ящики с кусками кимберлита. Она считает, что в этой породе есть алмазы. Через некоторое время ящики оказываются пустыми.

Стефан Дмитриевич ставит двойку шестикласснику Артему. Мальчишка во всеуслышание заявляет, что учитель не посмеет наказать его, так как его маму, главного бухгалтера, боится сама директриса, которая ворует школьные деньги. Заявляя, что мальчишка нуждается в хорошей порке, географ неосторожно называет его придурком и

Артем пишет на учителя донос. Слух о произошедшем разносится по школе, и осторожные коллеги обходят опального учителя стороной.

Вечером после работы на учителя совершено покушение, но выстрелы не достигают цели. Стефан Дмитриевич предполагает, что это сделал учитель физкультуры и собирается обыскать его каморку. За этим занятием географа застает удивленный Анатолий. Его пистолет оказывается обыкновенной зажигалкой, но физкультурник сознается, что ищет оставшуюся у покойного карту памяти с компрометирующими его материалами.

Стефан Дмитриевич снова ночует в школе. Вечером он находит в столешнице рабочего стола потайной ящик, в котором лежат музейные документы и карта памяти, которую ищет учитель физкультуры. Обрадованный находкой, Анатолий утверждает, что у покойного учителя было оружие, и советует географу расспросить об этом Ольгу. Девушка признается Стефану Дмитриевичу в ненависти ко всем учителям, кроме бывшего любовника, но заявляет, что никакого оружия у нее нет.

Поздним вечером в кабинет географии проникает убийца с заточкой в руках. На помощь к Стефану Дмитриевичу приходит охранник. Вслед за арестом убийцы, сбежавшего из исправительной колонии, полиция берет под стражу завхоза школы, укрывшую в подвале школы своего брата.

Происшествие создает много шума. Директору школы объявляется выговор за халатность, а охранника переводят на другой объект. В полиции отмечает умелые действия Стефана Дмитриевича, а министерство образования издает приказ о проверке подвалов в учебных заведениях.

Исследовав свойства минералов музея, Стефан Дмитриевич приходит к выводу, что условия хранения многих образцов не соответствуют нормам безопасности, после чего отстраняется от руководства музеем приказом директора.

В справочнике по горным породам Стефан Дмитриевич случайно находит конверт с письмом на иностранном языке, и тысячедолларовую банкноту, на которой изображен какой-то американский генерал. Он передает конверт и банкноту Ольге Петровой. Девушка выясняет, что купюра с портретом Гордона Мида оценивается зарубежными коллекционерами в миллионы долларов, и просит учителя продать ее за границей за вознаграждение.

3.После описанных в книге событий проходит более двух лет, и с героями этой повести происходят перемены. Уволенный из школы Стефан Дмитриевич часто путешествует по Европе и встречается с Алтаной, которая учится в МГУ. Коллекционная банкнота продана на аукционе «Sotheby’s» за два миллиона триста восемьдесят шесть тысяч фунтов стерлингов. Продавец остается неизвестным.

Ольга выходит замуж за итальянца. Туристам нравится гостеприимная и улыбчивая хозяйка отеля, с которая говорит по-русски.

Перемены в школе менее заметны. Географию преподает молодая учительница, на столе которой по-прежнему лежат красивые кристаллы. Учительница отличается аккуратностью, и еженедельно протирает яркие минералы влажной тряпочкой. Эмма Исааковна все так же кричит на подчиненных, новый завхоз наводит порядок в подвале, а портрет, закрашенный побелкой, по-прежнему оживает в полнолуние.

Портрет Гордона Мида

Все герои повести являются литературными персонажами, и в действительности не существуют, а все события вымышлены, и всякое сходство с реальностью абсолютно случайно.

Глава 1. Зловещие тени

Зеленые цифры электронных часов мигнули и застыли, указывая точное время. Двадцать один ноль-ноль. Согласно новому приказу министерства образования никто, кроме охранников не мог задерживаться в школе после этого времени. Как и положено, «чоповцы» были одеты в черную полувоенную форму с синими нашивками на рукаве. На посту охраны их было двое.

– Слава Богу, завтра наша вахта заканчивается! – с облегчением бросая на стол тяжелую дубинку, сказал молодой человек своему напарнику.

– Да, на этот раз она несколько затянулась, – согласился с ним охранник постарше. В его голосе слышалась едва заметная ирония, но молодой человек ее не замечал.

Старшего из охранников звали Алексеем. Судя по выправке, он был отставным военным. Мужчина сел в кресло, достал из нарукавного кармана пачку дешевых сигарет, щелкнул зажигалкой, и выпустил тяжелое облако табачного дыма.

– Особенно тяжело, когда эта старая сука торчит весь день на первом этаже, и делает всем свои дурацкие замечания. То мебель переставляет, то к уборщицам придирается. Сидела бы потихоньку у себя в кабинете… Ты слышал, как она орет на секретаршу? До слез Иринку довела!

– А ты ей, значит, сочувствуешь, Вася? – усмехнулся Алексей.

– Допустим, сочувствую, и что с того? – в голосе молодого охранника внезапно послышался вызов, – должен же кто-то заступиться за девушку!

Его собеседник посерьезнел и затушил окурок в жестяной банке из-под консервов:

– А это не наше дело, Вася. Директриса в своем праве, вот и орет… Главное, чтобы нас не трогала. Ты лучше в это дело не лезь, а то она начальству пожалуется. Тогда нас мигом премии лишат, если не уволят к чертовой матери! Пойди, найди потом работу в твоей глухой деревне! – с этими словами Алексей встал. – Все, Василий, разговор окончен. Ты меня понял?

– Да, понял я! – голос Василия звучал обиженно, но его напарник не обратил на это внимания:

– Ну, и ладненько! Пошли помещения проверим, я с улицы, а ты внутри. И не забудь окна закрыть, и щитки выключить на этажах. А я все входы проверю, и калитки запру!

– Когда это я что-то забывал? – обиделся Василий.

– А на прошлой неделе… Свет аж до одиннадцати вечера горел. А директрисе донесли! Крепко запомни, что свет в школе после двадцати одного часа гореть не должен.

– А как же при обходе?

– Пользуйся фонарем!

Молодой охранник не спеша обошел оба корпуса, и выключил свет во всех коридорах и рекреациях. Пустые помещения школы, погруженные во мрак, казались ему таинственными и зловещими. Закончив проверку, Василий с облегчением закрыл обе двери, ведущие к лестнице, и вернулся на пост охраны.

– Ты зачем свет в кабинете географии зажигал? – поинтересовался у него старший напарник, вернувшийся с улицы.

– Ничего я не зажигал!

– А то я не видел! Сначала свет зажегся, а через минуту погас, – с этими словами Алексей повернулся к застекленному шкафчику с ключами.

– Может быть, тебе это показалось?

– А где тогда связка ключей от кабинета и музея геологии?

– Не знаю!

Молодой человек ошарашено посмотрел на шкафчик. Гвоздик, над которым каллиграфическим почерком был выписан номер кабинета географии, был пустым.

Но он не брал никаких ключей, в чем же тогда дело? – и тут Василия осенила неожиданная догадка, – Алексей когда-то был военным. И в последнюю ночь вахты, он решился на розыгрыш. Дурацкий розыгрыш для новобранца, один из тех, которые так любят в армии.

– Хватит шутить, меня на это не возьмешь! – возмутился он.

– У меня нет привычки шутить! Где ключи?

– Я не брал никаких ключей!

Старший напарник смотрел на него с подозрением. Так можно смотреть на больного, или сумасшедшего. В голове молодого человека все помутилось. Вот что обозначает двухнедельный недосып! Может быть, он и в самом деле взял ключи, и забыл об этом?

– Признался бы честно, что ты хотел пошарить в кабинете, и выронил их! – взгляд Алексея был исполнен презрения.

– Я не вор! – оскорбился Василий.

– Хорошо, не вор. Но потерять ключи ты мог только здесь, в школе, и это значит, что они никуда не делись. Ищи их, или у нас будут крупные неприятности!

Молодой охранник оказался больше не в силах переносить тяжелый взгляд своего напарника и двинулся в повторный обход. Связка с ключами нашлась неожиданно быстро. Она валялась за дверью возле лестницы.

– Я нашел ключи! – крикнул Василий, но радость его тут же померкла. Выходило, что его старший напарник во всем прав.

– Я так и думал! – Алексей снова смерил напарника холодным взглядом, – а теперь я, пожалуй, вздремну! – с этими словами он удалился в тамбур, переделанный под комнату для охраны.

Молодой человек услышал, как Алексей ворочается на жестком диванчике, стараясь устроиться поудобнее, а потом в тамбуре стало тихо, очевидно, тот заснул.

Огни школы погасли, и только на первом этаже теплился дежурный свет. Спать охранникам разрешалось лишь по одному, но бывало, что заспали и оба. Разве можно две недели подряд спать по четыре часа? Доказать, что охрана нарушает режим пока не представлялось возможным. Система наблюдения с многочисленными камерами еще не была отлажена, и проверяющим работу охраны полицейским всякий раз приходилось нажимать кнопку звонка возле калитки.

Василий подумал, что ему тоже стоило бы выспаться, тем более, что на первом этаже, напротив огромного телеэкрана, висящего на стене, имеется мягкий диван. Завтрашний путь домой не близок, и он приедет в свою родную деревню не раньше вечера, да и то, если повезет с попуткой, электрички-то теперь не ходят. Но молодой человек не мог спать. Он переживал случившееся, и потому неотрывно мерил шагами каменные плитки первого этажа. Мысли его были невеселыми.

Утром предстояло заехать в контору за зарплатой, и если его старший напарник хоть словом обмолвится о том, что здесь произошло, то его обязательно уволят. С какими глазами он появится дома? А рыженькую секретаршу Иру, с ее замечательной улыбкой, он просто больше никогда не увидит.

Вот если бы он совершил какой-нибудь героический поступок! – от мечтаний Василия отвлек какой-то странный шум, донесшийся до него с верхних этажей. Как будто бы легкие шаги. Молодой человек прислушался.

Нет, показалось! – по инструкции ему следовало бы разбудить старшего, но сейчас такое поведение могло выглядеть, как жалкая попытка загладить свои грехи. Василию было нетрудно представить себе реакцию напарника, если получится, что его подняли зря.

И тут до Василия снова донеслись какие-то звуки. На этот раз они были вполне отчетливыми.

Может быть, сквозняк хлопает дверью, которую забыли запереть? – схватив в руки фонарик, молодой человек решительно отправился к лестнице.

Батарейки садились и свет фонаря ослабевал с каждой минутой. На втором этаже никого не было, и охранник двинулся выше. В рекреации третьего этажа, прямо перед его лицом, вдруг мелькнуло что-то вроде огромной руки с растопыренными пальцами, и Василий испуганно шарахнулся в сторону. Но странный предмет оказался комнатным растением, огромной монстерой, растущей в большом горшке, и переставленной сюда завхозом по приказу директора.

Тьфу, черт, померещится же со страха, – подумал молодой человек.

Батарейки следовало беречь. Он погасил фонарь и подошел к окну рекреации. Ближе к ночи облака рассеялись, и на темно-синем небе появилась круглая луна. В домах вокруг школы горели уютные желтые огоньки, а у подъездов мигали рубиновые стоп-сигналы задержавшихся в пробках автомобилей. Сказочная картинка! Василий отметил, что поздним вечером город выглядит гораздо более привлекательно, чем днем.

Да, некстати случилась эта история с ключами! Но ничего, – и молодой человек почему-то стал представлять себя в третьем лице, – он будет много работать, поступит заочно в какой-нибудь институт, и обязательно добьется того, что у него будет большая квартира, и красивая машина.

Интересно, что лучше будет купить, «БМВ» или «Мерседес»? Но об этом, пожалуй, стоит посоветоваться с Ириной…

У Алексея побаливала спина. Поворочавшись, он все же сумел найти подходящее положение, однако заснуть так и не смог. Хотелось курить, но бывший военный сумел сдержать себя. Если директриса учует запах дыма в маленькой каморке, то неприятностей не миновать, а кроме того, он и так накурился больше обычного.

В первый раз мне достался такой напарник, – думал Алексей, – совсем мальчишка, хотя и после армии. Хотя, что они там сейчас служат-то, год всего? За такой срок на службе не повзрослеешь, это точно. Парнишка в целом неплохой, не капризничает, и схватывает все на лету. Но книг не читал, вина не пьет, в шахматы не играет, в политике не разбирается, а по телевизору только мультики смотрит, да ток-шоу дурацкие. С таким и поговорить-то не о чем, вот и тянутся две недели вахты, как месяц!

Интересно, зачем он в кабинет залез? – ответ тут напрашивался только один. Скорее всего, мимо молодых ушей не прошла новость о том, что на днях учитель географии умер. Ирка, небось, ему и доложила, когда они за ограду тайком курить бегали.

А в кабинете много штучек интересных! Кристаллы красивые, что на музейных полках не поместились, сувениры разные, диски с фильмами, ноутбук, метеостанция настольная, бинокль офицерский, значки, макеты разного оружия… Покойный ведь и ОБЖ вел, по совместительству. Книг там много, но это молодому парню вряд ли интересно.

А вот музейные камушки его могли заинтересовать… В кабинет географии можно войти только через музей, да и ключи от них на одной связке висят! Надо будет туда заглянуть с утра, вдруг что пропало, – и тут мысли Алексея внезапно переключились на покойного учителя. – Да, жалко его, отличный мужик был. С ним и поговорить можно было за душу, и рюмочку пропустить так, чтоб начальство не заметило. Географ много интересного повидал. Выпить он не дурак был, конечно; мог и пьяным на урок завалиться, но с ним директриса ничего сделать не могла. Он ведь заслуженным учителем был, а это не шутка… Но водка и его сгубила! – в этот момент размышления Алексея были прерваны. Ему показалось, что кто-то кричит.

Интересно, что там еще учудил его напарник; может на привидение нарвался? – бывший военный усмехнулся, вспомнив разговор с завхозом Тамарой Степановной, которая казалась ему слегка больной на голову. Женщина доверительно рассказывала охранникам, о том, как она задержалась, проверяя свои отчеты, и увидела приведение, которое якобы живет в подвале, и выходит оттуда ближе к ночи.

Мужчина поднялся, присел на своем ложе, и не спеша начал завязывать шнурки на начищенных до блеска берцах. Будучи материалистом, он не верил в разные суеверия.

Из задумчивого состояния Василия вывел тихий, но отчетливый скрип открываемой двери. Встрепенувшись, он выскочил из рекреации, и направил свет фонаря в сторону длинного школьного коридора. Шум моментально затих.

Батарейки фонарика быстро садились. Лампочка фонаря начала тускнеть, и за несколько секунд превратилась в бесполезный красный огонек, который вскоре погас.

Не зная, что делать, Василий застыл на месте, как соляной столб. Единственным шумом, который он теперь слышал, было биение его собственного сердца. Прошло немало времени, пока скрип не послышался опять.

Глаза Василия уже успели привыкнуть к темноте. Со смесью страха и удивления он увидел, как в рассеянном отблеске луны, в противоположной стороне длинного коридора, медленно открывается тяжелая стальная дверь музея геологии. Молодой человек уже слышал о том, что некоторые минералы могут стоить довольно дорого.

Значит, это все-таки воры! – подумал он.

Тем временем из-за двери выскользнул черный силуэт, смутно напоминающий человеческую фигуру с накинутым на голову капюшоном.

Времени для раздумья не оставалось.

– Стой, стрелять буду! – с этим криком Василий отчаянно бросился вперед. Стрелять ему было не из чего. Единственным его оружием была резиновая дубинка, да и та валялась на столе возле входа, и Василий осознавал это с возрастающим ужасом.

А что, если у этого вора есть нож? – у молодого человека мелькнула мысль о том, что его голос может разбудить спящего Алексея, но надежда эта была достаточно слабой. Тем не менее, Василий опять громко крикнул, призывая преступника остановиться.

Между тем черная фигура проскочила вниз по ближней лестнице на второй этаж. Молодой охранник незамедлительно последовал за ней. Дверь кабинета истории, расположенного на втором этаже по прихоти директрисы, была широко распахнута, а сам кабинет был щедро залит светом полной луны.

Теперь ворюга никуда не денется! – приободрившись, Василий решительно сорвал со стены углекислотный огнетушитель, привел его в боевую готовность, и ворвался внутрь. Кроме одежного гардероба и другой школьной мебели, в просторном кабинете ничего не было. У распахнутого настежь окна с шелестом колебались вертикальные жалюзи, сдвинутые на одну сторону. Неужели вор выпрыгнул из окна? – охранник посмотрел вниз, но никого там не обнаружил.

– Что за чертовщина? – и Василий взбодрил себя громким ругательством.

В ответ сзади послышался легкий шелест. Ворвавшийся в кабинет сквозняк сбросил с полки книжного шкафа пачку тестов, и листы четвертого формата разлетелись по всему кабинету.

Василий быстро оглянулся на звук, и вздрогнул от ужаса. Каким-то необъяснимым образом голова, принадлежащая черной фигуре, оказалась на стенке прямо над дверью кабинета. У головы был оскалившийся рот с кривыми зубами. Та часть лица, которая не была спрятана под капюшоном, горела зеленоватым светом, а пронзительные глаза, с неестественно сверкающими белками, злобно смотрели прямо на Василия.

Молодой охранник на несколько минут замер от ужаса, а потом взял себя в руки, и попытался отодвинуться от страшного взгляда в сторону. Но черные зрачки распластанного на стене изображения двигались вслед за молодым человеком.

Глаза следят за ним! – такого ужаса Василий не испытывал даже в армии. Он осенил себя троекратным знамением и начал читать единственную молитву, которую он знал:

– Отче наш, Иже еси на небесех! Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое, да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли…

Молитва помогла. В коридоре второго этажа вспыхнул свет. Набравшись храбрости, Василий быстро проскочил в дверь под дьявольской ухмылкой, и попал в коридор, где лоб в лоб столкнулся со своим напарником.

– Ты, что так разорался? – зевая, поинтересовался Алексей, – огнетушитель-то тебе зачем? – и мужчина вытащил из плотно сжатых рук Василия тяжелую красную емкость.

– Да, мне пригрезилось, что пожар, я и помчался гасить! – соврал Василий.

– А пожара не было?

– Показалось…

– А почему свет не зажег?

– Так ты же запретил!

– Скажешь тоже, – Алексей замотал головой, словно стряхивая наваждение, – ладно, ничего страшного. Лучше перебдеть, чем недобдеть! Иди-ка ты, парень, поспи, а я до утра подежурю. Заодно посмотрю, чтоб пожара не было!

– Спасибо! – хрипло выдавил из себя Василий, захлопнув дверь кабинета истории.

На рассвете он почувствовал себя гораздо лучше. Конечно, во всем, что он пережил, виноват недосып, теперь молодой человек был твердо уверен в этом. Он никак не мог признаться себе в том, что, находясь в школе, снова боится почувствовать на себе силу взгляда пригрезившейся ему нечисти.

Окончилось все хорошо. Перед открытием школы Алексей совершил контрольный обход. Двери, ведущие в музей и кабинет географии, оказались открытыми, но бывший военный иного и не ожидал. Убедившись, что ничего не тронуто, он заново запер обе двери, и ни словом не упомянул о ночных событиях прибывшему начальнику караула.

Несмотря на это, Василий подал заявление об уходе, чем немало удивил своего старшего напарника и начальство. (Впоследствии Ирина рассказала, что парнишка перешел работать на стройку, где ему предоставили постоянное место в общежитии).

Алексея же, как оказалось, ожидал целый ряд сюрпризов. Домой его не отпустили, и бывшему военному пришлось продлить вахту еще на две недели. Об этом его попросил сам начальник смены, пообещав при этом повышение зарплаты и очень приличную премию. Но самым большим сюрпризом для Алексея оказалось то, что отныне ему придется дежурить в школе в одиночестве, так как Эмма Исааковна решила отказаться от одного из охранников в целях экономии средств.

Глава 2. Знакомство

В конце сентября в Москве наступило бабье лето. Небо было глубоким и чистым. Ярко освещенные клены отсвечивали багрянцем и золотом, а легкие порывы прохладного ветра сдували с деревьев резные листья, шуршащие под ногами.

Стефан Дмитриевич, импозантный мужчина лет сорока, выбрался из метро, сверился с отпечатанной на принтере черно-белой схемой, и не спеша двинулся по бульвару вглубь квартала. Вдали слышались удары гидравлического молота, забивающего сваи. Над однообразными пятиэтажками, подлежащими сносу, уже возвышались каркасы строящихся высоток.

Мужчина сверился со схемой еще раз, и через десять минут вышел к своей цели. Окруженная высоким железным забором школа состояла из двух корпусов, соединенных переходом на уровне первого этажа. В семидесятых годах прошлого века в Москве строилось множество типовых школ, когда-то в такой же учился, и он сам.

Справа от мощеной дорожки, ведущей в здание, на площадке, обложенной большими валунами, стоял памятник известному писателю, который укоризненно глядел сквозь пенсне на шумных детей из группы продленного дня. Стефан Дмитриевич тяжело вздохнул, и вошел на территорию учебного заведения. После работы в престижном колледже, работа в школе не казалась учителю привлекательной, но выбирать не приходилось. В наступившие времена географу было нелегко найти себе работу по специальности.

На первом этаже школы, заставленном продавленной мягкой мебелью, царил полумрак. Охранник в черной униформе проводил его к начальству. В кабинете директора были закрыты все окна, и Стефан Дмитриевич поначалу чуть не задохнулся от спертого воздуха. Директором школы оказалась неряшливая дама преклонных лет, зябко кутающаяся в пуховый платок.

– Вы географ? Очень хорошо. Я директор школы Эмма Исааковна. Сейчас мы позовем моего заместителя и побеседуем с вами, чтобы узнать насколько вы нам подходите! – сказала директриса, звучно прихлебывая жидкий чай из огромной стеклянной кружки.

Минуты через две в кабинете появилась еще одна дама, возраст которой по оценке Василия Ивановича давно перевалил пенсионный.

– Это мой заместитель, Елена Петровна! Она преподает литературу в старших классах, – на губах директрисы появилось подобие улыбки. – Итак, начнем! Как вы сказали, вас зовут? – заглядывая в паспорт учителя, спросила она.

– Стефан Дмитриевич.

– Откуда у вас такое имя?

– Я наполовину болгарин.

– Что вы окончили?

– МГОПУ, сейчас это МГГУ имени Шолохова.

– Заочник?

– Да!

– У вас много перерывов. Например, здесь… Вы не работали учителем целый год; если не секрет, почему?

– Не мог найти работу!

– Вы служили в армии?

– В пограничных войсках.

– У вас в паспорте штамп о разводе. Почему вы развелись?

– Так вышло! – раздраженно сказал Стефан Дмитриевич.

Вопросы и тон, которым директриса их задавала, не оставлял у него никаких сомнений. Старуха явно выискивала повод, чтобы ему отказать. Но зачем тогда этот дурацкий допрос?

Между тем вопросы сыпались, как из дырявого горшка.

– Вы участвовали в государственной итоговой аттестации?

– Нет. Зато я проводил единый госэкзамен! Это почти одно и то же.

– Ну, не совсем… В вашей трудовой книжке написано, что раньше вы работали не в школе, а в геологических экспедициях. Вы что, разбираетесь в геологии?

– Разбираюсь! – сердито отрезал Стефан Дмитриевич.

– Вы отучились два курса на геологическом факультете МГУ, а потом вас отчислили. За неуспеваемость?

– Я сам ушел!

– Почему?

– Женился, появился ребенок, пришлось зарабатывать.

– Вы когда-нибудь работали с электронным журналом?

– Нет, не работал!

– Понятно! – и директриса вопросительно уставилась на своего заместителя.

Елена Петровна чуть заметно улыбнулась, и кивнула директрисе.

Стефан Дмитриевич встал, ожидая, когда ему вернут документы.

– Ну, что же, с вами все ясно, – сказала Эмма Исааковна, выдерживая многозначительную паузу, – мы вас берем!

Как странно! После того, что произошло, учитель вовсе не ожидал такого ответа.

В кабинете завуча ситуация, в которую попал Стефан Дмитриевич, несколько прояснилась. Елена Петровна рассказала новому подчиненному о том, что три дня назад скоропостижно скончался учитель географии.

– Как вы думаете, зачем бы нам понадобилось давать объявление, спустя месяц после начала учебного года?

Как-как? Да, он об этом вообще не думал! – мысль о том, что ему придется работать на месте умершего коллеги, была неприятна. Географ промолчал, но Елена Петровна оказалась проницательной. Заметив выражение лица своего собеседника, женщина заявила:

– Только не вздумайте отказываться! До вас у нас уже были кандидаты, но нам был нужен именно мужчина, который мог бы заместить прежнего учителя. Вы служили в армии, и это хорошо. Наряду с географией вам придется вести военное дело и строевую подготовку, хотя это и не главное. Нам нужен учитель, который будет отвечать за школьный музей геологии. Ни в одной школе страны нет ничего подобного. Покойный географ ездил в экспедиции с детьми много лет, и теперь наш музей являлся гордостью школы. Теперь понятно, почему мы выбрали именно вас?

– Понятно! – и тут Стефан Дмитриевич вспомнил, что забыл поинтересоваться будущей зарплатой. – А сколько я буду получать?

– Не знаю. Адресуйте этот вопрос директору.

– Ну хоть примерно можете сказать?

– Примерно могу, – цифра, озвученная завучем, была гораздо выше, чем ожидал Стефан Дмитриевич. Он слышал о том, что школьным учителям прибавили зарплату, но даже не помышлял о такой сумме. Отказаться от такого предложения было попросту невозможно!

– Медкнижка у вас есть, а все остальное оформите в процессе, – подвела итог беседы Елена Петровна, – программа занятий должна быть где-то в кабинете. Ну, а на работу выходите с завтрашнего дня. Возьмите ключи, потом отдадите их охраннику!

Стефан Дмитриевич поднялся со второго этажа в кабинет географии. Для того, чтобы попасть туда, ему пришлось пройти сквозь музей, помещением которого служила бывшая рекреация, наглухо отгороженная от коридора стеклянными кирпичами, поверх которых была сварена грубая решетка из строительной арматуры.

Географ всегда считал некорректным отгораживание площадей, построенных для отдыха детей, под разные закрытые помещения, но музей и в самом деле был уникальным. Здесь имелось множество образцов горных пород и минералов. В витринах были выставлены сияющие друзы кварца и полевого шпата, разноцветные куски флюорита, образцы руд и самородных металлов, древние кораллы, окаменевшие животные мелового периода, метеориты, и многое другое.

Музей выглядел потрясающе, но никаких записей, или программ Стефан Дмитриевич в кабинете географии не нашел. В ящиках черного стола лежал обычный учительский хлам: старые тетради, контурные карты, брошюры с тестами, разноцветные кнопки, ручки, линейки, и карандаши. Это обозначало, что новому учителю придется начинать работу, опираясь на слова школьников, и свое умение импровизировать. Ну что же, ему такое не в первый раз!

На обратном пути учитель зашел в библиотеку школы, чтобы взять нужные учебники, и сунулся к директрисе, чтобы уточнить свою зарплату, но быстро передумал. Из распахнутого кабинета доносился яростный крик. Судя по всему, Эмма Исааковна распекала свою молодую секретаршу.

– И часто так? – указывая туда, откуда доносился крик, спросил Стефан Дмитриевич.

– Бывает, – усмехнулся охранник, – я слышал, что вы будете у нас работать?

– Да, попробую!

– Отлично, меня зовут Алексей, – сказал охранник, – для детей Алексей Иванович.

– А я Стефан Дмитриевич! – и мужчины пожали друг другу руки.

Глава 3. Новый географ

После развода с женой у Стефана Дмитриевича осталась однокомнатная квартира в таком удаленном районе Москвы, что по словам его бывшей жены, туда «даже черти редко заглядывают».

Обстановка его квартиры была незатейливой. Стулья, шкафы, кресла, и кухонный стол были разнородными, и имели весьма заслуженный возраст. Исключением здесь были лишь два новых предмета, – огромная кровать, и компьютерный стол, с установленным на нем широкоформатным монитором, многоядерным системным блоком, и другой периферией.

Были в доме и книги, из тех, что оставила при разводе бывшему мужу его жена. Они относились к географическим наукам, психологии, философии, и живописи, которой в молодости баловался географ. Новых книг он не покупал, – тексты для его планшета не занимали места, а платить за них приходилось лишь в исключительных случаях.

Иногда к Стефану Дмитриевичу приезжала Анна, – женщина, которая сыграла в его жизни весьма большую роль. Собственно, из-за нее он и развелся с женой. Анна тоже хотела развестись с мужем, но так и не смогла сделать этого, испугавшись перемен, которые могли произойти в ее ближайшем окружении. Учитель простил женщине этот поступок, а что ему еще оставалось?

Готовить и убирать в доме приходилось в основном самому, что было учителю не в тягость. Трудился он в двадцати пеших минутах от дома, работу заканчивал рано, студенты колледжа были адекватными, и времени хватало на все. Во время отпуска зарплата географа позволяла путешествовать по Европе и Азии вместе с Анной, которая, как правило, говорила мужу, что ее отправляют в командировку.

Год шел за годом, Стефан Дмитриевич привык к размеренности своей жизни, и был ей вполне доволен. Но настало время перемен, и бесконечные реформы добрались до системы среднего и специального образования.

Зачем узкому специалисту широкие знания? – первой жертвой чиновников стали естественные предметы. Вначале химия, физика, биология, и экология были объединены в общий предмет под названием естествознание, которому было отведено всего два часа в неделю. Вскоре из программы исчез такой предмет, как рациональное природопользование, что сильно отразилось на зарплате Стефана Дмитриевича. Затем последовала очередь географии, которую урезали вполовину для специальностей социальной направленности, и совсем ликвидировали в технических колледжах, почему-то причислив этот предмет к гуманитарному циклу.

На этом беды географа не закончились. Новым приказом министерства начал сокращаться набор студентов в бюджетные группы. Количество студентов уменьшилось, и Стефану Дмитриевичу сначала пришлось перейти на полставки, а затем и на ее четвертую часть.

Будучи учредителем успешной фирмы, и ее главным бухгалтером, Анна была дамой не бедной, но ее недовольство проявлялось все больше. Несколько раз она поддержала своего любовника, выручая его из безденежного положения, но вскоре начала поговаривать о том, что ей трудно вкладывать деньги в отощавшее хозяйство учителя.

Если речь заходит о деньгах, то любовь начинает клониться к закату. Когда Анна уехала в тур по Испании без него, Стефан Дмитриевич не стал на нее обижаться. Теперь они виделись лишь изредка, и чаще всего местом их общения была просторная кровать учителя, которая пока оставалась единственным звеном, которое их связывало.

Подолгу оставаясь в одиночестве, Стефан Дмитриевич научился жить на маленькую зарплату. Он вволю спал, много читал, вел обширную переписку в интернете, зимой катался на лыжах в близлежащем парке, а летом совершал длительные велопрогулки по городу.

Но с завтрашнего дня спокойная и размеренная жизнь учителя практически заканчивалась, и ему следовало перейти на следующую ее страницу. Стефан Дмитриевич тяжело вздохнул, и завел будильник на половину шестого.

Глава 4. Подвал

В час пик дорога с двумя пересадками оказалась непростой. Стефан Дмитриевич, в последние годы добиравшийся до работы прогулочным шагом, давно отвык от переполненного транспорта. К счастью, он успел вовремя, но подумал о том, что для страховки нужно будет выходить минут на двадцать пораньше.

Кабинет начал наполняться школьниками. Новый учитель географии с некоторым удивлением отметил, что кроме уже привычных ему кавказцев, в классах присутствует немало учеников других национальностей. Здесь были казахи, таджики, калмыки, чернокожие африканцы, и несколько индийцев. Географ вспомнил, что недалеко от этого района расположено несколько институтов, в которых обычно учатся иностранцы, вероятно, этим и объяснялся пестрый национальный состав школьников.

Во всех классах Стефан Дмитриевич начал с опроса, пытаясь выяснить уровень знаний учащихся. Он не ожидал чудес, но, кроме нескольких исключений, результаты были хуже, чем ожидалось. Интерес к предмету был низким, а школьные учебники давно устарели. Удивительным было то, что в кабинете не оказалось ни настенных карт, ни демонстрационных таблиц, и географ пожаловался на это завучу.

Елена Петровна не знала, куда делись карты, и вопрос пришлось решать на самом высоком уровне. Эмма Исааковна немедленно вызвала к себе завхоза, которым оказалась худая дама средних лет, с крашеными длинными волосами. Как оказалось, ее зовут Тамара Степановна.

Заведующая школьным хозяйством долго не смогла вспомнить, где хранятся карты, но в беседу неожиданно вмешалась Ирина, секретарь директора.

– Тамара Степановна! Вы же сами выделили бывшему учителю место для хранения его вещей, – удивленно сказала девушка, – в подвале, разве вы забыли?

– Действительно, как я могла забыть это? – и женщина с раздражением приложила ладонь ко лбу, – совсем плохая стала, наверное, склероз!

– Вы еще молодая; в ваши годы, и какой-то там склероз… – засмеялась Ирина.

– Ну вот, все и разрешилось, – заявила Эмма Исааковна.

– Склад географа находится справа, неподалеку от входа, – сухо сказала учителю Тамара Степановна, – ключ возьмете на вахте!

После уроков Стефан Дмитриевич забрался в пыльный подвал, где за кирпичной перегородкой хранились вещи географа. Здесь царил беспорядок, но чего тут только не было! Из перевернутых вьючных ящиков торчали противогазы, и потрепанный военный камуфляж. На пыльном столе вперемешку с учебными гранатами, устаревшими дозиметрами, аптечками, и полевыми лабораториями, валялись разнокалиберные гильзы от различного стрелкового оружия.

В углу стояли свернутые брезентовые носилки и деревянные макеты автоматов, а у стены на самодельных стеллажах были свалены палатки, брезентовые рюкзаки, котелки, кружки, и ложки, поверх которых гордо красовался геологический молоток с длинной ручкой. И повсюду, от пола до потолка красовались камни: на столе, на полу, в ящиках стола, и на древних перекосившихся от сырости шкафах.

Разбираться в доставшемся ему наследстве было некогда, и учитель вспомнил, что его привела сюда вполне конкретная цель. Света болтающейся под потолком лампочки было недостаточно.

Где же искать эти чертовы карты? – в дальнем конце помещения виднелось несколько облезлых шкафов, и новый географ двинулся к ним, осторожно переступая через валяющиеся на полу предметы. Открыв один из шкафов, учитель испытал настоящий ужас. Из-за открытой двери на него упало то, что напуганный учитель вначале принял за труп человека. К счастью, Стефан Дмитриевич вовремя понял, что это всего-навсего резиновый тренажер для проведения занятий по ОБЖ.

Отдышавшись, учитель открыл второй шкаф, в котором нашел свернутые в длинные рулоны географические карты.

Возле поста охраны покрытый пылью географ встретил Тамару Степановну.

– Нашли, что искали? – спросила она.

– Слава Богу, с трудом, но нашел. Ну и беспорядок у него там. Все перевернуто!

– Странно, – нахмурилась женщина. Я долго с ним работала, и точно знаю, что покойный был очень аккуратным человеком.

– Так сходите и загляните туда, – сердито сказал Стефан Дмитриевич, – чтоб потом никто не говорил, что это я в подвале такой бардак устроил!

– Ну нет, что вы, я вам охотно верю! – к удивлению учителя, женщина нервно перекрестилась. Но предпочитаю туда не заглядывать, особенно по вечерам!

– Странная она, ваша Тамара Степановна! – заметил географ, протягивая ключи охраннику.

– Тамара приведений боится до смерти, – засмеялся Алексей, вешая ключи в шкафчик, – она верит, что они водятся у нас в подвале! Вы никого там не встретили?

– Нет, не довелось!

– А что это у вас в руках?

– Молоток! – вместе с картами учитель зачем-то захватил из подвала геологический молоток. Не нести же его обратно!

– Зачем он вам? – удивился охранник.

– Детям показать! – и Стефан Дмитриевич заторопился домой, с сожалением сознавая, что ему не удалось покинуть школу до часа пик.

Отдохнуть дома не удалось. После толкотни в транспорте, учителю пришлось постоять в магазинной очереди, чтобы купить кое-какие продукты. О приготовлении ужина не могло быть и речи, на это просто не было времени. Наскоро перекусив бутербродами, Стефан Георгиевич скопировал в интернете подходящие программы, и приступил было к составлению поурочных планов, но взглянув на часы, понял, что не успеет сделать это сегодня. Используя пароль, созданный для географа школьными программистами, учитель зашел на сайт электронного журнала. На страницах, предназначенных для уроков по географии и ОБЖ не было ничего, кроме фамилий учащихся.

Стефан Дмитриевич решил, что журнал будет заполнить в процессе работы. Ориентируясь на найденное на сайте расписание, географ набросал планы уроков на завтра, и снова взглянул на часы. Было без пяти двенадцать, а он почти ничего не успел сделать. Быстро приняв душ, учитель сложил в портфель все бумаги, а потом прибавил туда кипятильник, банку кофе, и пачку печенья. Выставив красную стрелку будильника на пять часов утра, Стефан Дмитриевич лег в постель.

Работать в колледже было гораздо проще! – не успев развить эту мысль до конца, учитель заснул мертвецким сном.

Глава 5. Будни

Ну улице резко похолодало, и в школе было включено приточное отопление. Для Стефана Дмитриевича это оказалось достаточно неприятным сюрпризом. Поток воздуха, врывающийся в кабинет географии, создавал такой шум, что учителю было трудно говорить. Как назло, именно в этот момент, его урок посетила Елена Петровна, с целью проверки качества работы нового учителя.

– Я должна отметить, что вы слишком тихо говорите. Сидя на последней парте, я почти ничего не слышала. Попрошу вас учесть это замечание! – бесстрастно сказала женщина.

Стефан Дмитриевич хотел возразить завучу, заявив, что на последние парты предпочитают садиться бездельники, которые в любом случае ничего не слушают, но вовремя сдержал себя. Вместо этого он пожаловался на шум приточного отопления.

– К сожалению, с этим мы сделать ничего не можем, так что работайте над своей речью, – с этими словами Елена Петровна вышла из кабинета.

Легко сказать, «работайте над речью», – мысленно возмутился географ, но все же попытался говорить громче. Единственным эффектом его стараний стало больное горло, и вскоре учитель перестал надрываться.

Кто захочет, услышит! – думал он.

Школьное расписание было составлено так, что между уроками у географа часто образовывались большие промежутки между уроками, так называемые окна. Стефан Дмитриевич использовал их для того, чтобы поддерживать в порядке музей географии.

Он вытирал пыль, поправлял упавшие образцы, и делал новые надписи взамен выгоревших. Музею предстояла очередная перерегистрация, и директриса требовала от нового географа, чтобы он нашел сертификат, выданный музею окружным управлением образования, а также описи образцов.

Стефан Дмитриевич пытался найти хоть какие-нибудь документы, относящиеся как к музею, так и к образовательному процессу, но ничего не находил. В музее имелся огромный несгораемый шкаф, и все документы могли храниться именно там. Но ключей к нему не нашлось. Единственной его находкой была большая черно-белая фотография покойного географа, валявшаяся наверху стального ящика.

Учитель уже слышал, что директриса собирается назвать музей именем его создателя. Недолго думая, он вставил снимок в найденную рамку, и повесил его на стене возле входа в музей.

Через несколько дней в кабинет географии снова заглянула Елена Петровна.

– Эмма Исааковна требует убрать этот портрет, – сказала она, он пугает школьников, напоминая им о смерти учителя.

– Но директорша сама хотела назвать музей именем покойного, – удивился учитель.

– Это не так просто. Для этого нужно письменное одобрение департамента образования.

– Какое еще одобрение? Музей был создан энтузиастом своего дела, и совершенно бесплатно! Разве он не принадлежит школе?

– Принадлежит. Но в департаменте образования есть отдел, который контролирует все школьные музеи, и выдает на них разрешения. И все школы обязаны перед ними отчитываться.

– То есть вырисовывается такая картинка, – Стефан Дмитриевич на секунду задумался, – некий энтузиаст сделал для общества хорошее дело, причем без всякой корысти. И тут же у него появляется начальство, которое требует у него отчета, и при этом получает государственную зарплату за то, что бесплатно сделали другие. Так?

Ответ завуча оказался неожиданным.

– «Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам», – с легкой улыбкой на лице процитировала женщина, поворачиваясь лицом к выходу. В дверях она неожиданно обернулась, и добавила, – попробуйте попросить ключи от сейфа у Тамары Степановны. Они с покойным были хорошими друзьями!

После уроков Стефан Дмитриевич подбодрил себя кружкой растворимого кофе и отправился к завхозу. Дверь ее кабинета была распахнута настежь.

– Мне сказали, что у вас могут быть ключи от сейфа, установленного в кабинете музее, – сказал учитель.

– Ничем не могу вам помочь. Дубликатов у меня нет, а географ мог хранить эти ключи где угодно, даже дома.

– Я слышал, что он жил неподалеку. Может быть, стоит навестить его родственников?

– Сейчас в его квартиру никто не сможет попасть, – Тамара Степановна оторвала голову от лежащих на столе бумаг, – во-первых, географ жил один. С бывшей женой и дочерью он был в ссоре. Во-вторых, сразу после смерти в его квартире побывали воры. Что они там взяли, неизвестно. Идет следствие, квартира опечатана, и будет опечатана еще долго, до тех пор, пока дочь покойного не вступит в права наследника.

– И что, с этим сейфом ничего нельзя сделать?

– Попробуйте поговорить с Олей из одиннадцатого «Б». Она была в музее экскурсоводом, и первой помощницей покойного. Может быть, она что-то знает?

В это момент в дверях неожиданно зависла бесформенная фигура директора.

– Нечего трогать Олю, – категоричным тоном заявила Эмма Исааковна, – несчастная девочка совсем не в себе после смерти любовника. Нужно, чтобы она нормально сдала экзамены и ушла из школы, а мы смогли забыть эту дикую историю! – и директриса перевела взгляд на новоиспеченного географа, – а сейчас мы поступим так… Тамара Степановна немедленно вызовет специальную службу, которая вскроет этот сейф. Вам все ясно? – не дожидаясь ответа, директриса вышла из кабинета.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.