# Иллюзия правды. Дама червей

Ана Шерри

София потеряла все, когда обнаружила родителей убитыми в собственном доме.

Спустя десять лет она желает только одного – найти убийцу. Одержимая мщением, она решает сблизиться с плохими парнями, но для этого ей нужно попасть в их мир. Мир полный опасности, предательства и перестрелок.

Ромаль Бахти в криминальной среде не новичок: он хитер, проворен и чертовски притягателен. Эта бесстрашная девушка станет для него легкой наживой. Вот только, не стоило красть ее и привозить в свой дом, если все последние десять лет мечтал снова утонуть в омуте ее зеленых глаз…

Как Софии отомстить убийце, если он – любовь всей ее жизни?

Новая история от мега-популярного российского автора Аны Шерри. Хождение по лезвию бритвы, опасные связи, жгучая любовь и цыганские страсти – все это есть в первой книге «Иллюзия правды. Дама червей». Суммарные продажи книг Аны Шерри уже давно перевалили за отметку в 500 000 экземпляров. Ее истории стоят в одном ряду с другими звездами сентиментальной прозы, такими как Анна Джейн и Анна Тодд.

* * *

© Шерри А., 2024

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2024

* * *

Плейлист:

1. «Bubamara», Dr. Nelle Karajlic

2. «Gypsy», DJ Kantik, Matusevich

3. «Courage to Change», Sia

4. «Diamonds», Rihanna

5. «Jovano Jovanke», Nigel Kennedy, The Kroke Band

6. «In the End», BROHM

7. «Love Me Like You Do», Jada Facer

8. «Faces», Lene Marlin

9. «Kawalcade», Karavan Familia

10. «Rumba Korkores», Karavan Familia

11. «Out Of The Dark», Falco

12. «Дыши», SEREBRO

13. «Under», Alex Hepburn

14. «Gypsy Zobra», The Gurkrueya

15. «Gadjo Dilo», Gypsy Casual

16. «Is It True?», Yohanna

17. «All I Need», Nale, Angel Falls

18. «Somewhere only we know», Keane

19. «Disco Partizani», Shantel

20. «Loli Phabay (The Red Apple)», Romashka

* * *

> Джинджи-ринджи!
> Бубамаро —
> циквие, жужие —
> айдэ мори гой ромэнса!

> Чавалэ, ромалэ!
> Чавалэ, ромалэ, авен тэ кхэла![1]


## Глава 1

– Я не уверена, что пойду на эту вечеринку, – сказала София, придерживая плечом трубку и перебирая платья в шкафу. Она вытаскивала каждое, придирчиво рассматривала и раздраженно вешала обратно. Из этого шкафа стоит выбросить половину тряпья: наступившая весна принесла с собой новые коллекции известных брендов, надо срочно идти в торговый центр и порадовать себя покупками.

София повесила кремовое платье обратно в шкаф и взглянула в окно.

– Ты с ума сошла! – возмутилась Йована, одноклассница Софии и лучшая подруга. – Иво хочет видеть тебя на этой вечеринке. Он сам намекнул на это. Ты же знаешь, как он на тебя смотрит каждый раз? Думаю, что из вас получилась бы прекрасная пара. Или хотя бы временная пара, – засмеялась Йована. – Но быть чьей-то девушкой – это круто!

– Круто быть парнем Софии Андрич, не так ли? – усмехнулась София, уставившись в окно на соседский домик. Эта ужасная постройка уродовала вид из ее окна. Деревянная халупа, которую давно стоит снести. Как вообще хватает наглости в ней жить? Да и кому! Цыганам! Она вздернула подбородок. Прищурив глаза, София выискивала грязных детей, которые там обитали. Именно обитали, потому что жизнью существование в этой лачуге не назовешь.

Двухэтажный особняк семьи Андрич в Нови-Саде был одним из самых красивых в городе. Дом был построен с размахом по проекту известного сербского архитектора и лучшего друга отца Софии. Уж тот постарался создать нечто особенное для мэра, поэтому сделал приватный сад внутри стен.

Здесь царил рай. Только вид, открывавшийся из окон этого роскошного дома, был похож на ад: покосившийся серый деревянный дом, от которого отваливались прогнившие доски, грязь во дворе, где возились дети, ржавые тазики, в которых замачивали цветастые юбки. Единственное, что вызывало совсем другие, странные эмоции – смесь негодования и интереса, – обнаженный по пояс парень, который рубил дрова. София зацепилась взглядом за это самое зрелище. Парни в его возрасте ездят на «Феррари» или хотя бы на «Порше», от них пахнет дорогим парфюмом и кожей нового салона автомобиля. А этот… Что-то в нем было особенное, что заставляло Софию ненавидеть соседа еще сильнее. Может, его черные, как сажа, волосы, облепившие лоб, или хорошо сложенное тело? Перед своими ровесниками он выигрывал только в одном – в телосложении. Видимо, нищета заставляла его заниматься физическим трудом. София как завороженная застыла с телефоном в руке и не отрываясь смотрела на его мышцы, кожа блестела от пота под лучами утреннего солнца.

– Ты слышишь меня? – прозвучал в телефоне голос Йованы. – Иво не сын президента, а всего лишь директора крупного холдинга. Но он достоин хотя бы поцеловать дочь мэра. Потом ты расскажешь мне про свой первый поцелуй, а я буду заливаться краской и молча завидовать.

Парень, который рубил дрова, откинул топор, вытер рукой пот со лба и посмотрел на окно в большом доме…

Их взгляды встретились. Сердце Софии забилось чаще, но что-то заставило ее нахмуриться, и между бровей залегли две морщинки. Она отошла от окна, разорвав зрительный контакт.

– София, дорогая, спускайся завтракать, а то опоздаешь в школу. – В комнату заглянула мама и скрылась, прикрыв дверь.

– Хорошо, Йована, – наконец согласилась София, снова заглядывая в шкаф, – я пойду на вечеринку Иво, ты меня уговорила. Но целоваться с ним я не готова.

– Это мы еще посмотрим. До встречи в школе, там все и обсудим.

Абонент отключился. София отбросила телефон и снова выглянула в окно. Парня уже не было, зато во двор выбежали дети, грязные, худые и явно голодные.

Голодные! Только сейчас София поняла, что мама звала ее завтракать. Она улыбнулась, перебирая в голове, что бы такого вкусного съесть. У нее всегда и во всем был выбор!

Завтрак – единственное время, когда семья Андрич собиралась в полном составе. Иногда бывало, что ужины они тоже проводили вместе, но чаще папа задерживался на работе. Быть мэром – значит мало времени проводить в кругу семьи, больше заботиться о семьях в Нови-Саде и совсем забыть про себя. Но Софии хватало общения с родителями и за завтраком, хотя это сложно было назвать общением: отец всегда сидел за столом с газетой, а мама хлопотала над Милошем, младшим братом Софии. Он учился в начальной школе, но даже если бы он был старше, мама все равно намазывала бы пончик джемом и отправляла ему в рот. София быстрее стала самостоятельной, а может, в ее преждевременном взрослении было виновато рождение Милоша? Но это не столь важно. Она все равно любила брата, играла с ним, читала сказки, отводила в школу и даже иногда помогала с уроками.

– Я сегодня вечером иду к Иво. – София взяла баночку с йогуртом и опустила туда ложку. Она не ждала комментариев, просто поставила родителей перед фактом. Они любили Иво, ведь он был сыном директора «Альфа-холдинга» – крупнейшего предприятия в сфере сельского хозяйства и продажи пищевых продуктов. Для ее отца, мэра Нови-Сада, союз с бизнесменами был очень важен. Весь бизнес крутится вокруг удачных и выгодных знакомств.

Ратимир Андрич опустил газету и потянулся за чашкой кофе:

– И каков повод?

– Он устраивает вечеринку, мы с Йованой приглашены.

Отец одобрительно кивнул и снова закрылся газетой. София взяла с тарелки бурек[2] и откусила кусок, заев ложкой йогурта.

– Будь аккуратнее, дорогая, – вставила свое слово мама, – на таких вечеринках чего только не бывает…

– Чего не бывает? – оживился отец, опустив газету. – Я знаю эту семью уже довольно давно…

– Но ты не знаешь нынешнюю молодежь, Ратимир.

– Иво получил достойное воспитание, Катарина. Он выгодная партия для нашей дочери.

София перестала жевать и взглянула на отца. Он точно решил за нее, с кем ей строить свое будущее. Но она не видела этого будущего с Иво. С ним можно классно проводить время, но не более. Отцу, конечно, знать об этом необязательно, поэтому София снова принялась за еду.

– Сегодня я отвезу вас в школу, – сказала мама и погладила Милоша по волосам, – хочу пройтись по магазинам с подругами. Кстати, дорогой, – она обратилась к мужу, – чем закончился скандал с цыганами? В последний раз, когда я ходила в торговый центр, от них не было спасения. Эти оборванные грязные дети… – Она стиснула зубы и взглянула на Ратимира. – Как будто они норовят оккупировать Нови-Сад.

– Я решаю этот вопрос, дорогая. Скоро наш город будет чист от них. Я уже подписал нужные бумаги, чтобы снести все цыганские дома. Начнем с соседнего. – сказал отец и снова скрылся за газетой.

София подняла брови. Вот это новость! Надо же! Скоро ей ничто не будет портить настроение. На месте цыганского барака можно устроить парк. Маленький, зато там будут деревья. Или торговый центр! Точно! Далеко ходить не надо! Или кафе! Еще лучше, идеальный вариант, чтобы встречаться с Йованой.

– Поторопись, София, иначе мы опоздаем, – позвала ее мать, и девушка послушалась. Лучше не опаздывать, ровно в девять часов школа закрывается, а за прогул вызывают родителей. И не важно, мэр ваш отец или губернатор, так еще и лучше – будет повод оговорить финансирование школы.

Засунув в рот бурек, София схватила с пола рюкзак, нацепила его на плечи Милоша, взяла брата за руку и повела к выходу:

– До вечера, пап.

Ратимир кивнул дочери, но она этого не увидела.

– До вечера, малышка.

Он любил свою дочь. Он любил всю свою дружную семью, хотя времени на нее было крайне мало. Катарина его понимала, поэтому домом и детьми управляла она. Правду говорят, что за каждым успешным мужчиной стоит мудрая женщина. Его жена всегда была его опорой, хранительницей очага и прекрасной матерью для их детей.

День в школе прошел как обычно: уроки, сплетни и подготовка одноклассников к вечеринке Иво. А уж он-то вальяжно ходил по школе, засунув руки в карманы брюк. Высокий блондин с правильными чертами лица – любимец девочек, богатый наследник своего отца. Иво – мечта любой девушки в школе, вот только его выбор пал на Софию, рыжеволосую дочку мэра.

Была ли София красавицей? Зеркало показывало ей лишь бледное личико с большими зелеными глазами. Природа наделила ее темными бровями и ресницами, и за это София благодарила Бога! У Милоша ресницы были рыжими, и выглядело это ужасно.

Но она все равно рассматривала свое отражение со страхом увидеть рыжину. А мама смеялась и говорила, что это не проблема, у нее были рыжие ресницы, и она постоянно красила их в коричневый цвет. Но у Софии была изюминка, которая отличала ее от светло-рыжего брата. Цвет ее волос был насыщен рыжиной до такой степени, что можно было подумать, что Милошу ничего не осталось, – цвет его волос был гораздо бледнее. Эта изюминка нравилась Софии, хоть что-то в ней было яркое и выделяло среди толпы.

Иво облокотился о стену, преграждая Софии путь. В его серо-голубых глазах бегали чертики, на губах играла улыбка. Сложно было не улыбнуться в ответ.

– Ты уже сказала своему отцу, что хочешь поступать в колледж в Белграде?

– Еще нет, но скажу, – улыбнулась в ответ София. – Не думаю, что он будет против. Тем более что вместе со мной туда поступите ты и Йована.

Улыбка Софии погасла: уже скоро ей предстоит выбрать колледж, но она точно решила, что хочет уехать в столицу. С отцом придется поругаться, он не особо одобряет идею, что в 15 лет можно покинуть отчий дом и уехать от родителей.

– А я сказал, но он промолчал. Думаю, если мы все устроим бунт, то нас отпустят.

– Бунт? – засмеялась Йована и откинула прядь золотистых волос. – Давай устроим его прямо сегодня у тебя на вечеринке. Включим музыку на всю громкость и будем кричать.

Все на словах были смелыми, но на деле перечить родителям никто не смел. На вечеринке у Иво все было куда приличней, чем они ожидали. Даже в стаканах был лимонад. Правда, за бассейном в него можно было плеснуть кое-что покрепче.

Уже вечерело, когда София поняла, что музыка и шум доставляют ей лишь одну головную боль. Иво не сводил с нее глаз, Йована комментировала все, что видела. А потом все захотели искупаться в бассейне. Это было весело, но холодно. София не желала мокнуть. Она не любила купаться, не любила холодную воду, а тем более в чужом доме.

– Я не взяла с собой купальник. – Она отошла от бассейна, чтобы брызги не долетали до нее.

– Да кому нужен купальник! – Иво подхватил ее на руки и прыгнул в глубину.

София закричала, но тут же вода накрыла ее с головой, девушка успела закрыть рот, но не успела вдохнуть воздух. Софию охватила паника, руки и ноги тут же задергались, пытаясь отпихнуть Иво от себя и выбраться наверх. На помощь пришли даже ногти, которыми она впивалась в его кожу, пытаясь оттолкнуться. Но все было тщетно, она погружалась, ощущая лишь пузырьки воздуха, которые были повсюду и как будто издевались: вот он я, воздух! Но ты не получишь ни глотка!

Мокрая одежда мешала выплыть. В голове промелькнула мысль, что это конец. Она умрет глупо – в бассейне на вечеринке Иво. Но чьи-то сильные руки не дали ей опуститься на дно и подтолкнули вверх. Вынырнув, София судорожно вдохнула и расслабилась.

– Прикольно, – услышала она голос Иво возле уха, – ты же умела плавать.

Она бы с размаху влепила ему пощечину, но сил на это не осталось. Да и руки отяжелели вместе с одеждой. Пропади оно все пропадом! Этот Иво и его отвратительные игры!

– Пошел к черту! – Она нашла силы, чтобы оттолкнуть его от себя, и поплыла к бортику. Но парень не отстал, первым выскочил из воды и потянул ее за собой. Оказавшись на твердой земле, София окончательно расслабилась. Но ненадолго, она вскочила на ноги, хоть это тяжело далось, и направилась к выходу из сада.

– София! – окликнул ее Иво, торопясь за ней. – Ты разозлилась? Брось это! Было же весело!

– Весело? – Она резко обернулась, злость кипела внутри. – Ты не понимаешь сербский язык? Я четко сказала, что не хочу купаться! Иди к черту, Иво! А я иду домой!

Даже подбежавшая тут же Йована не могла переубедить подругу остаться, лишь протянула Софии сумочку, зло посмотрела на одноклассника и напоследок произнесла:

– Вырасти сначала, Иво, и научись ухаживать за девушками. А свои грубые шутки оставь в детстве.

Она обняла за плечи Софию и направилась к выходу:

– Я вызвала такси, поедем домой.

София кивнула, желая обмотаться махровым полотенцем, закутаться с ногами и головой, чтобы согреться. Она прекрасно понимала, что это шутка, но если бы она захлебнулась? Отец бы убил Иво за это!

Пока они ехали в такси, на секунду София представила, как горевали бы ее родители и Милош.

– Не обращай внимания, – Йована сидела рядом, – он сделал это по глупости. Мальчишки в нашем классе еще не повзрослели. Им кажутся эти шутки смешными. Нет, Иво не дорос даже до поцелуя с тобой.

София улыбнулась: Йована так серьезно это говорила, ее брови при этом были нахмурены, она как будто выбирала подруге одного мужчину на всю жизнь. Но Иво точно не подходил на эту роль.

Такси остановилось возле высокого кирпичного забора. София попрощалась с Йованой и неуверенной походкой направилась к кованым воротам. Дверь была приоткрыта, наверняка родители ждали Софию и не стали ее запирать. Девушка зашла внутрь и поежилась от холода. Мокрое платье еще больше остужало ее тело. Сейчас, как всегда, мама начнет причитать, что все вечеринки заканчиваются одинаково плохо: то ее обольют шампанским, запах которого София принесет на одежде, то она порвет платье, потому что на деревьях интереснее сидеть, чем на стуле. И больше ее никуда не отпустят. Запрет последует от ее отца – София знала это наверняка. Но, желая избежать лишних разговоров, она свернула за дом, чтобы пройти через заднюю дверь. Она прошмыгнет к себе в комнату, переоденется и спустится к родителям.

На заднем дворе было тихо и темно. Девушка дрожала от холода, но продолжала идти. И почему бы здесь не поставить фонари?

Открыв дверь, София зашла в дом. Старалась идти тихо, не оставляя после себя капель воды из бассейна Иво. Самое сложное – это проскользнуть мимо гостиной, где обычно ее встречали родители: папа любил сидеть за компьютером, а мама смотреть телевизор.

Она выглянула из-за угла, но папино кресло пустовало, мамы на диване тоже не было, зато телевизор работал, показывая новости. Диктор вещал о подписанном указе, в котором говорилось о сносе старых, ветхих домов, обжитых цыганами.

Внезапно телевизор выключился, звук исчез. София напряглась, по холодному телу прошла волна жара, а внутри засело недоброе предчувствие. Можно было крикнуть, сказать родителям, что она пришла, но во рту пересохло. Что-то заставляло ее смолчать. Одна странность – голосов родителей она не слышит! Это пугало.

Касаясь пальцами стены, она сглотнула и заглянула в гостиную, которая переходила в кухню, и остолбенела: на полу, головой по направлению к кухне, лежал отец. Она видела лишь ступни в черных носках, но точно знала, что это он. София не видела его лица, но была уверена, что с ним произошло что-то нехорошее. Он лежал не шевелясь, не вставал… Девушка ступила в гостиную, рукой прикрывая рот, перевела взгляд в противоположную сторону и застыла в ужасе. Руки безвольно повисли вдоль тела, дыхание остановилось, а сердце, напротив, зашлось в быстром темпе. София начала задыхаться, не веря своим глазам: на полу в коридоре в луже собственной крови лежала мама. Ее поза была не такой, как у отца: она лежала на боку, лицом к Софии, и застывшим мертвенным взглядом смотрела на дочь.

– Ма…

Глаза девочки наполнились слезами, и она попятилась обратно к заднему выходу. Из коридора лестница вела наверх в ее комнату.

«Милош! Где он?»

Руки Софии дрожали так сильно, что она не могла схватиться за перила. Ее глаза затуманили слезы. В голове стучала мысль, что надо найти Милоша, но что-то подсказывало ей, что тот, кто убил родителей, все еще находится в доме. И именно он выключил телевизор…

Она застыла, пытаясь не дышать, прислушиваясь к тишине дома. Но слышала лишь свое тяжелое дыхание.

Телевизор снова включился, и от этого внезапного звука София рванула наверх, рукой зажимая рот, чтобы не разреветься в голос. Забежав в свою комнату, она пару секунд искала взглядом, куда ей спрятаться. И можно ли вообще спрятаться в этом доме? Но желание выжить пересилило панику, и она залезла под кровать – единственное место в этой комнате, куда она могла уместиться. Она слышала свои всхлипывания, прерывистое дыхание, но, взяв себя в руки, постаралась не шуметь и лежать тихо. Через несколько секунд дверь в комнату распахнулась. София затаила дыхание и закрыла глаза. Даже сердце стало биться реже. Она превратилась в мягкую игрушку, которую кидала в детстве под кровать.

Девушка отчетливо слышала шаги. Это были шаги уверенного человека, не папы, который бегал бы в панике, не Милоша, который запрыгнул бы к ней на кровать. Она слышала шаги человека, который убил ее маму и теперь пришел за ней.

Человек прошел по комнате к окну, и София открыла глаза, чтобы рассмотреть, кто это. Но из ее укрытия были видны лишь черные ботинки. Человек отодвинул занавеску, постоял так несколько секунд и обернулся. Она пальцами прикрыла рот и зажмурилась, готовая к тому, что он сейчас нагнется и вытащит ее из-под кровати. Но потом открыла глаза, решив гордо встретить свою смерть.

Человек подошел к кровати очень близко, его черные ботинки были в нескольких сантиметрах от ее лица. Вот она, ее смерть! Разве так должна закончиться ее жизнь? Надо было захлебнуться в бассейне Иво, по крайней мере, это не так больно, как умереть от пули, истекая кровью, или быть задушенной чьими-то руками.

На пол что-то упало. От резкого звука София вздрогнула и уставилась на предмет, пытаясь рассмотреть, что это. Это был браслет из черных бусин аметиста – полудрагоценного камня редкой окраски, который подарила ей Йована на день рождения. И тут же она увидела руку, облаченную в черную перчатку. Убийца медленно коснулся браслета, как будто знал, что под кроватью кто-то есть и просто играл с Софией. Человек двумя пальцами подхватил браслет, перчатка соскользнула, оголив запястье, на котором был изображен черный круг, а внутри – черные спицы соединялись в одной точке.

Убийца подобрал браслет и выпрямился. София начала молиться про себя, уставившись на его обувь. Она снова закрыла глаза, потому что слезы скатывались по щекам на пол и все равно ничего не было видно. София открыла глаза, только когда захлопнулась дверь и ботинки исчезли.


## Глава 2

Спустя 10 лет

Сербия, Нови-Сад

София неспешно шла по узкой тропинке, выложенной мелким гравием. В руках она держала небольшой букет из разноцветных гербер – любимых цветов мамы. Папа всегда дарил именно такие на любой праздник. И никто не смел подумать, что теперь дочь будет приносить эти самые цветы на их могилы.

Она остановилась возле большого надгробия из белого мрамора, на котором ее родители, обнимаясь, улыбались ей. Эту улыбку она помнила плохо, перед глазами стояла четкая картина открытых окаменелых глаз мамы и как полицейские накрывают тело отца белой простыней. Тот жуткий день стал самым ужасным в жизни еще совсем юной Софии. За несколько минут она повзрослела, а детство осталось позади.

Девушка присела на корточки и, смотря на изображение родителей, положила цветы на плиту. Их похоронили рядом, а вскоре после похорон дядя Филип, старший брат отца, установил один памятник на двоих – так хотели бы родители.

«И умерли в один день», – причитал на похоронах кто-то.

Похороны София тоже почти не помнила. Все было как в тумане. Из-за непрекращающихся слез глаза опухли, она осунулась и похудела.

– Привет, пап, мам… – В горле застыл ком. Она моргнула, но соленые капли продолжали скатываться по щекам. Ее слезы не закончатся никогда! Эта боль останется с ней навечно! Эти воспоминания ни сжечь, ни оставить в прошлом, они постоянно всплывают в ее памяти. И здесь, на кладбище, идеальное место, чтобы вдоволь нареветься.

София стерла слезы с щек и вновь посмотрела на портрет родителей. Они никогда не постареют, никогда не увидят внуков, никогда не узнают, что случилось с Милошем.

Девушка вздохнула.

– За десять лет ничего… – прошептала она. – Но я снова здесь, я найду Милоша и накажу виновного. Я обещаю вам.

Милош пропал. С того самого вечера, когда произошло убийство родителей, ее восьмилетний брат бесследно исчез. Как будто его стерли с лица земли. Ни одной весточки, ни одной зацепки. Ничего. Уже десять лет она не знала, жив ли он? Если жив, то где он находился? А если мертв, то хотелось бы знать, где его могила.

Полиция рассматривала много версий, и одна из них – Милоша взяли в заложники. Но когда похититель так и не объявился, эту версию исключили. София была уверена, что он жив и тот человек в черных ботинках и перчатках забрал его с собой. Или она хотела верить в то, что ее брат жив.

Зачем похищать ребенка? С какой целью, если это не выкуп? Зачем надо было убивать мэра и его жену, если это не ограбление? Но, кроме браслета с черными аметистами, ничего не пропало. Деньги, ценные бумаги, столовое серебро, украшения – все осталось лежать на своих местах. Убийца не зашел ни в одну комнату, кроме ее. София по сей день верила в то, что он не знал, что она лежала под кроватью. Но иногда прокрадывалась мысль, что знал и специально оставил ее жить с этой болью. Кто бы он ни был, его не интересовали золото и деньги. Тогда зачем он расправился с ее семьей?

От полиции было мало толку, они не нашли отпечатков, не раскрыли мотива. Вернее, мотивов убить мэра было много, и наверняка у папы были враги, но о них, кроме самого отца, никто не знал. И полиция тоже не знала. Отрабатывались разные версии, расследовали его рабочие дела, проверяли сотрудников, допрашивали близких и подчиненных. Но все тщетно. Ни зацепок, ни подозреваемых.

– С того самого вечера я все время думаю о том, что лучше бы утонула в бассейне Иво, – прошептала София и встала, не отрываясь смотря на улыбки папы и мамы. – А может, убийца оставил меня в живых для того, чтобы я его нашла?

Она отвела взгляд на другие могилы, но не видела их. Она уже погрузилась в мечты найти того человека и расквитаться с ним.

– Он зря оставил меня в живых.

София поплелась к выходу. Но по дороге остановилась и обернулась. На нее все еще смотрели родители, и девушка подняла взгляд к небу:

– Я найду его, обещаю.

После того страшного вечера она не переступала порог дома. Ее сразу забрали к себе дядя Филип и его жена – тетя Гордана, которые впоследствии оформили опекунство. Чуть позже решено было отправить Софию в Белград в колледж, а затем она поступила в институт, где окончила бакалавриат, а потом магистратуру на факультете экономики по специальности «Экономический анализ и политика». Об этом мечтал ее отец. И хотя София была далека от политики, она выполнила его волю. Только работать она пока не начала, вернулась в Нови-Сад в дом дяди и тети.

Знакомый папы предложил ей место в мэрии, но София не была уверена, что хочет там работать. За все время, проведенное в Белграде, даже работа официанткой нравилась ей больше, чем в мэрии.

Именно мэрия убила ее родителей, она не сомневалась в этом.

За эти долгие десять лет София перерыла все статьи в газетах и Интернете о работе ее отца. Его самый нашумевший указ – снос аварийных домов, которые облюбовали цыгане. Отец только начал изгонять их из города… Ушли ли они?

Ушел ли тот, который жил напротив ее дома?

Она еще ничего не знала про жизнь в Нови-Саде, специально отодвигая это дело на потом.

Этот момент настал сейчас. Она вернулась в родной город.

Прогулявшись по городу, София зашла в кафе «Чика Перо» и заказала эспрессо. Терпкий кофе придавал сил и напоминал о прошлом. В этом заведении они с Йованой любили сидеть после школы.

– Привет, прости, что опоздала. – Йована села напротив подруги и накрыла ладонью руку Софии. – Как все прошло?

– Даже не верится, что я пришла к родителям на кладбище, – вздохнула София. – Они все так же красивы на портрете, как и при жизни.

Йована взглянула на подругу с сочувствием. Все эти годы она была ей опорой, не оставляла даже в Белграде. Как мечтали, они все поступили в колледж в столице: она, София и Иво.

– Ты уже была дома? Я имею в виду в доме твоих родителей.

София мотнула головой – ей предстояло это сделать, но пока она набиралась сил.

– Я могу сходить с тобой.

– Не стоит, мне хочется побыть там одной.

– Хорошо, хорошо, – закивала Йована и тут же обратилась к подошедшему официанту: – Капучино, пожалуйста.

Как только он отошел исполнять заказ, Йована снова посмотрела на подругу, наверняка желая утешить ее, выразить сочувствие, скорбь, но София вдруг оскалилась.

– Я найду этого ублюдка, – чуть наклонившись к подруге, прошептала она, – даже если мне придется идти за ним в ад. Я выросла, встала на ноги, я теперь не та маленькая девочка, которая пряталась под кроватью. Я вылезла из-под нее.

Кривая улыбка на лице девушки и эти слова вызвали у Йованы легкий шок. София часто говорила о мести, но казалось, что это пустые слова. А сейчас она полна уверенности, и ее слова тверды, словно камень.

– Не знаю, дорогая, пусть бы полиция занималась этим делом. Да и ты не знаешь, с чего начать поиски.

– Я начну с дома. А от полиции толку мало…

– Десять лет – большой срок, София, – цокнула языком Йована. – Может, убийцы уже нет в живых.

– Тем лучше для него, – девушка откинулась на спинку мягкого кресла, – тогда я должна увидеть его могилу.

Именно для мести София все эти годы усердно ходила в спортзал и записалась на уроки стрельбы.

Увлечение стрельбой стало шоком даже для Иво, которому тоже пришлось присоединиться к этой странной затее.

– Зачем мы это делаем? – спросил тогда он.

– Неизвестно, что пригодится в этой жизни, – мрачно ответила София и прицелилась в самый центр мишени. Она промахнулась, оскалилась и повторила попытку.

В двадцать лет они с Иво связались с одной подпольной организацией – «Play on», которая занималась азартными играми. София устроилась туда на работу официанткой, а Иво приходил с дружками поиграть в покер. Игры Иво всегда заканчивались не в его пользу, и это его раздражало.

– Когда-нибудь я открою свое собственное казино! – кричал он, тыкая пальцем в грудь охранника, который его выставлял из зала. – Мы еще встретимся!

София каждый раз стирала с его лица кровь – раны он получал в драках. Но они ничто по сравнению с тем, сколько он проигрывал. Его отец, прознав об азартности сына, закрыл все его банковские счета и выделял деньги лишь на питание. Но и эти деньги шли на проигрыш. Чтобы вернуть долги, главный человек в казино дал в руки Иво пистолет и отправил на дело – переправить оружие в Албанию. Казино – это лишь прикрытие, где собираются криминальные авторитеты, чтобы обсудить товар, даты поставок и отдать деньги. В казино не заработаешь столько, как от продажи оружия или наркотиков.

Иво встал не на ту дорогу. Махая пистолетом, он ощущал себя богом. Первая его сделка прошла успешно, он заработал столько, что отдал долги, но больше не возвращался в казино поиграть. Для него начались новые игры…

Простившись с Йованой, София направилась в свой дом, который избегала все эти годы. На каникулы она приезжала к дяде и тете, но не ходила туда, где ее жизнь разделилась на «до» и «после».

София открыла калитку ключом, вспомнив, что в ту ночь дверь была не заперта. Она думала, что родители ждут ее, но калитку не закрыл убийца, когда проник на территорию. Охраны не было, отец никогда не скрывал свою жизнь, его любили в городе. А камеру наблюдения, которая показывала двор, убийца отключил. Видео стало бы важной уликой, но, увы, полицию лишили даже этого.

София не рискнула пройти через задний двор, она прошла к главному входу, на двери которого была наклеена желтая лента «опечатано». Никто не смел сюда заходить, она была единственной наследницей.

Сорвав желтую ленту, девушка открыла ключом дверь, и та распахнулась, приглашая в темный коридор. Было жутко снова переступать порог этого дома, она даже вещи отсюда не забирала. Дядя с тетей привезли ей все необходимое, но больше не тронули ничего.

Милош… Как много боли от мыслей о нем… Неизвестность давила тяжким грузом. София зашла в гостиную и щелкнула пыльным выключателем – свет тут же озарил ту часть помещения, где убийца двумя пулями расправился с родителями. Она отошла подальше от коридора, где когда-то лежало тело мамы, и направилась к лестнице. Оказавшись на втором этаже, София взглянула на дверь комнаты брата, но не рискнула зайти. Она открыла дверь своей комнаты и переступила порог.

Здесь уже не было ее вещей, но мебель по-прежнему стояла на тех же местах, что и раньше. Кровать, под которой она пряталась… София взглянула на стол возле окна и прошла к нему. Коснувшись рукой поверхности, она обернулась и посмотрела на кровать. Именно такую картину видел убийца, ведь он стоял на этом самом месте. Девушке показалось, что отсюда прекрасно видна большая область под кроватью… Скорее всего, он видел ее в ту роковую ночь.

Она взглянула в окно, на дом, в котором жили цыгане. Его снесли, но ничего не построили: ни парка, ни кафе – как она мечтала. Участок весь зарос травой.

Вспомнилось то время, когда она из этого окна видела парня, живущего напротив. Изредка их взгляды встречались, но она первая разрывала зрительный контакт. Его попросили убраться из этих мест?.. Или он сам ушел, убив мэра и его жену?

София мотнула головой, приходя в себя. Она не видела фигуры преступника, но фигуру цыгана знала хорошо. Он был идеально сложен, высокий, стройный, с чернявыми, слегка вьющимися волосами. Такой заберется через любой забор, ему даже не надо заходить через калитку.

От раздумий Софию отвлек зазвонивший в кармане телефон, она вытащила его, продолжая смотреть за окно:

– Алло?

– Ты где? Мы договаривались о встрече, ты забыла? – услышала она раздраженный голос Иво. – У тебя все в порядке?

– В порядке, не переживай. Я зашла домой.

– Я только что был у тебя дома, твоя тетя сказала, что тебя нет.

– Я у себя дома, на Цара Душана.

– Что ты там делаешь? – помолчав несколько секунд, произнес Иво. – К тебе приехать?

– Не стоит, я здесь не задержусь. Зашла кое-что забрать. Встретимся в назначенном месте, как только я освобожусь.

– Хорошо, жду тебя там. – Иво отключился, и София засунула телефон в карман.

Она посмотрела на пустой письменный стол, хорошо помня, что на нем лежал браслет из черного аметиста, который впоследствии оказался в руках убийцы. Затем быстрым шагом вышла из комнаты. Хотелось бежать из этого дома, но она не сделала главного – не забрала кое-что. Прежде чем спуститься в папин кабинет, девушка все же набралась смелости и заглянула в комнату Милоша.

В ней все осталось так, как она помнила: серо-синие тона, куча машинок разных моделей, которые брату дарила она сама, письменный стол, на котором небрежно валялись карандаши и тетради, консоль, которую он всегда носил с собой по дому. Родителей это жутко бесило, и они разрешали ему играть лишь два часа в день. А мальчик хитрил и играл чаще. Милошу было семь, но в компьютерных играх он был профессионалом.

Его телефон полиция обнаружила дома, что говорило о том, что похитили его именно отсюда. У полиции была еще одна версия: ее брат, став свидетелем расправы с родителями, испугался и убежал через черный вход. Возможно, лишился рассудка. Они прочесали весь город, но так и не нашли зацепок. Следов борьбы в доме не было обнаружено, что странно.

Вообще пропажа Милоша – загадка.

Закрыв за собой дверь, София направилась вниз, в кабинет отца. Она опять вздрогнула, оказавшись в гостиной. Вся мебель была закрыта белыми простынями: постарались тетя и дядя. Все эти простыни напоминали привидений.

Оказавшись в кабинете отца, девушка не была уверена, что обнаружит то, за чем пришла. Здесь побывал преступник, полиция, следователи – они могли вскрыть это. Но, не теряя надежды, София стала двигать отцовский стол в сторону. Он был тяжелый и долго не поддавался, но с третьей попытки у нее получилось. Она отодвинула стол к окну и принялась стягивать дорогой персидский ковер, подаренный отцу консулом Ирана. Наконец она добралась до пола и стала постукивать по паркету, прислушиваясь. Как только звук стал глухим, она ногтями зацепила доску и подняла ее. Взору открылась железная дверь – сейф с кодовым замком. Про этот сейф знали лишь три человека: отец, мама и София. Милош был слишком маленьким, чтобы раскрывать ему эти секреты.

Этот сейф хранил в себе то, что понадобится в экстренном случае, – об этом ей сказали родители, когда ей исполнилось четырнадцать лет. Пройдет одиннадцать лет, прежде чем София откроет его, но она догадывалась, что там. То, что поможет ей выжить, даже несмотря на оставленное наследство.

Надо было ввести код, и память ее не подвела. Такой код мог придумать только отец: все просто, надо сложить даты рождения всех членов семьи. София достала телефон, нажала вкладку «калькулятор», быстро набрала даты, сложила их и получила заветные цифры. Она ввела их на кодовом замке, и железная дверь открылась без проблем. Девушка засунула туда руку и вытащила сверток в целлофане. Рассмотрев его и отложив в сторону, она засунула руку вновь и улыбнулась, нащупав нечто холодное и металлическое. София вытащила руку, держа настоящий пистолет. За ним она и пришла.


## Глава 3

София приехала в любимое место, где гуляла подростком и когда приезжала на каникулы к тете и дяде. Именно здесь впервые Иво взял ее за руку, именно здесь он поцеловал ее. Это был ее первый поцелуй – романтичный, чуть запоздалый, трепетный и робкий. Это место под названием «Каменички парк» утопало в зелени, а извилистые протоптанные дорожки вели на берег Дуная. Тихое и спокойное место днем и шумное по ночам.

– Привет. – София села на скамейку рядом с Иво, прижалась к нему, желая очутиться под его защитой, и поцеловала в губы.

– Я уже думал, что ты не придешь. Почему ты пошла в тот дом одна?

– Не хотела напрягать тебя еще и этими проблемами, – натянуто улыбнулась София, размышляя о том, а правильно ли было класть пистолет в сумочку? И самый наболевший вопрос: что находится в том свертке? Она взяла его с собой, чуть позже разберется со всем этим.

– Быть с тобой рядом – это мой долг, – Иво сильнее обнял Софию, – но в следующий раз не ходи туда одна.

– Договорились. – Она посмотрела в его светлые глаза, улыбнулась и снова поцеловала в губы.

София поймала себя на мысли, что в первый раз за день по-настоящему расслабилась. Но это чувство сменилось страхом и паникой, когда на виске она ощутила холод металла и услышала незнакомый голос:

– Не хотелось прерывать вашу идиллию, но я очень не люблю ждать.

Иво прервал поцелуй первым, издавая протяжный недовольный звук, и посмотрел на мужчину. София боялась даже повернуть голову, чтобы взглянуть на того, кто приставил к ее виску пистолет. Во что, черт возьми, опять ввязался Иво? Она смогла обернуться только после того, как пистолет убрали. Перед ними стояли трое абсолютно лысых мужчин в черных кожаных куртках. Убедившись, что завладели вниманием парочки, они спрятали пистолеты за пояс. Она видела этих людей впервые, но они уже ей не нравились.

– Я все отдам, – произнес Иво, вставая со скамейки, – давайте отойдем в сторону, чтоб не беспокоить девушку…

– Пусть беспокоится! – рявкнул самый главный, это было видно по его уверенности и грозному тону. На его шее виднелся хвост дракона – татуировка. Несложно было догадаться, где она берет свое начало. София видела много таких в казино. Эти парни явно не просто гуляли в парке, а целенаправленно поджидали Иво.

– Даю время до завтра, – снова заговорил главный, – но завтра на этом месте я буду ждать деньги! Если их не будет, – он перевел взгляд на Софию и чуть наклонился к ней, – то я приду за ней.

С отвратительной улыбкой он просверлил взглядом Иво и направился в глубь парка. Двое других последовали за ним.

– Кто это? – Единственный вопрос, который мучил Софию. – Я думала, что ты завязал! Но видимо, ошибалась. Иво! Кто эти люди и сколько ты им должен?

– Прости, – занервничал он, не желая смотреть в глаза девушке, – я не хотел тебе говорить, это тебя не касается…

– Как видишь, уже касается! – София повысила голос, стоя рядом и пристально смотря ему в глаза, которые Иво стыдливо отводил. – Кто эти люди и почему они просят у тебя деньги? Ты снова играл, Иво?

Последнее она сказала так тихо, что еле услышала себя. Она не хотела, чтобы он снова влипал в долги по глупости, проигрывая деньги.

– Нет, – он взял ее под руку и отвел в сторону, как будто боясь, что их подслушивают, – азартные игры в прошлом. Эти люди из банды Лазара, я теперь с ними сотрудничаю, мне надо продать несколько ящиков с товаром.

– Начались взрослые игры. Что за товар?

– Оружие, София, как обычно, – отмахнулся Иво. – Помнишь, я говорил тебе, что открою свое казино? Я его открою, клянусь! Но мне нужны деньги и мне нужны люди, чтобы войти в тот круг. Ты знаешь, кто такой Лазар? Он держит здесь все ночные заведения, торгует оружием и наркотиками. Круче него здесь никого нет. Сотрудничество с ним принесет мне выгоду, он станет моей крышей. – Он руками коснулся светлых волос. – Под его руководством меня никто не тронет.

От услышанного Софию замутило.

– Никто не тронет, – прошептала она, – но тронет он, что мы сейчас и наблюдали.

– Мне просто надо показать себя во всей красе, продать это чертово оружие и заработать репутацию.

– Иво, это не смешно. Ты хочешь заработать репутацию у мафиози?

– Не делай из меня дурака, София, – занервничал парень, – можно подумать, что все эти годы мы с тобой вели правильный образ жизни. Я заработал репутацию в Белграде, заработаю и здесь. Я продавал оружие? Продавал, и у меня это отлично получалось. Получится и здесь. Завтра я отдам ему деньги, можешь не переживать.

Девушка отошла, крепко сжимая сумочку в руках. Если она сейчас скажет, что не думала о том, чтобы очутиться за одним столом с криминальным авторитетом, то это ложь. Она думала, что, как правило, такие люди знают больше, чем полиция. А был ли связан ее отец с мафиозными группировками? Нет! Конечно, нет! Она в это не верила. Связан он не был, но знать должен был. Возможно, сам Лазар убил ее отца – это тоже не исключено.

– Лазар просто так отдал тебе свое оружие? – удивилась она.

– Нет, я отдал большую часть денег, за остальной они сейчас и пришли.

– И кому ты продашь оружие за такой короткий срок? – Она обернулась к Иво.

– У меня свои источники, – усмехнулся он, – сегодня ночью я встречаюсь с одним человеком, неким Ромалем. Он цыган, но говорят, что у него налажены поставки оружия. Цыгане – хитрый народ, они продадут все, даже то, что совсем не хочется покупать.

– А еще они лжецы! – возмутилась София. – Иво, очнись! Ты готов заключать сделки с цыганами?! Они оставят тебя без оружия и без денег.

Она пыталась переварить все, растирая переносицу, а потом неожиданно до нее кое-что дошло.

– Разве они не ушли из города, как хотел мой отец?

Иво пожал плечами. Его явно не интересовали цыгане как жители Нови-Сада, его интересовало сотрудничество с ними.

– Я не знаю, где они живут. О Ромале Бахти я узнал еще в Белграде, знаю, что он торгует крадеными машинами. Сам лично его не видел, но пришло время познакомиться.

– Он цыган, – уже более спокойно произнесла София. – Скорее всего, ты не увидишь и ту часть денег, которая у тебя на руках.

Иво криво усмехнулся, цокая языком и закатывая глаза.

– София Андрич, ты знаешь меня, я могу обвести вокруг пальца всех цыган этого города. Я продам Ромалю товар в полтора раза дороже, чем купил у Лазара. Еще и поимею с этой сделки. Казино же мне надо на что-то открывать. – Он развел руки в стороны. – Отец мне ничего не даст, он знать меня не хочет.

– Коммерсант, – вздохнула София. – Я могу присутствовать на этой сделке?

Иво насторожился. Они с Софией были вместе уже долго, но каждый раз он корил себя за то, что впутывает ее в криминальные разборки. Она была свидетелем продажи оружия в Белграде – первой его сделки – и все время залечивала его раны. Может, хватит втягивать ее в этот мир?

– Ты женщина. Вроде как должна сидеть дома и ждать мужчину к ужину. Позволь мне самому решать денежные вопросы. – Иво натянуто улыбнулся, взял ее за руку и повел к стоянке.

Но София попыталась его остановить, возмутившись:

– Ты веришь, что я буду покорно сидеть дома?

– Конечно, нет, но я хотя бы попробовал.

Оказавшись возле своего красного «Фольксвагена», София обвела взглядом высокие деревья. Наступал вечер, темнело. Слышались голоса людей. Это время, когда в скрытых взору местах собирались разные компании: студенты, влюбленные пары или просто друзья. Раньше здесь толпились еще и цыгане, особенно это место любили их дети. Они бегали к влюбленным парам и продавали цветы. Надоедливых детей никто не любил, но и никто не смел их прогонять. Лишь ее отец попытался бороться с ними открыто. И она догадывалась, что у него это получилось. Сейчас она не видела надоедливых чернявых детей, бегающих в поношенных куртках и смотрящих на людей невинными глазами.

София улыбнулась, мысленно поблагодарив отца за борьбу с этим беспределом. Возможно, это стоило ему жизни.

– Во сколько переговоры? Мне надо заехать домой, чтобы переодеться, – спросила София, открывая дверь машины.

– В десять вечера, в баре «Цеппелин» – том, который возле университета, у реки.

– Я знаю это место, оно мне никогда не нравилось. – Девушка села в машину. – Я приеду без опоздания.

Она нажала на газ, и машина тронулась с места. Нет, она не оставит Иво одного на этой безумной сделке, приедет туда обязательно. Тем более это сделка с цыганом! Для них нет никаких правил и законов. Это единственный народ, к которому нет доверия.

Приехав к дяде и тете, София взяла с соседнего сиденья сумочку, прижала ее к себе и зашла в дом.

Этот дом не был похож на ее родной – одноэтажный, с небольшой мансардой и зеленой дворовой территорией, где сейчас красовались бутоны тюльпанов. Тетя Гордана обожала заниматься цветами, возиться в земле, сажать овощи, а потом собирать урожай. Каждый раз, когда София приезжала на каникулы, тетя первым делом с гордостью показывала свои клумбы с цветами.

Дядя Филип был скромнее своего брата, отца Софии. Он увлекался вырезанием фигурок из дерева, которых на участке их дома было очень много. Можно было проводить квест «Найти все фигурки гномов». Даже София так и не нашла их все.

Дядя и тетя были обычными пенсионерами, простыми гражданами Нови-Сада. Даже несмотря на то что ее отец был мэром этого города, дядя Филип никогда не кичился этим. У них были теплые отношения с братом, но Филип никогда не пользовался никакими привилегиями. Единственное, чего он хотел, – спокойной жизни. И это сбылось, их дом находился за городом и больше напоминал дачу.

Софии нравилось здесь. Жаль, что тетя и дядя так и не познали, что такое быть родителями. Но они любили ее и после оформления опекунства даже стали называть дочкой.

– София, дочка, – улыбнулась тетя, открыв дверь шире, – ты прямо к ужину. Мой руки и садись за стол.

Тетя Гордана была гораздо старше мамы, ее лицо покрывали мелкие морщинки, а седые волосы были убраны в пучок. И она никогда их не красила, что было странно.

– Уже бегу, тетя. – Девушка поцеловала ее в щеку и проскользнула в ванную комнату.

София не заставила себя долго ждать. Выйдя из ванной, сразу села на свое место за столом:

– Добрый вечер, дядя.

– Добрый вечер, дочка, – улыбнулся седовласый Филип. В его глазах всегда читались доброта и искренность. Она не помнила, чтобы он хоть раз поругал ее или сказал что-то грубое в адрес ее родителей.

О трагедии принято было не говорить в этом доме, но иногда эта тема неизбежно всплывала.

– Я была сегодня дома, – начала рассказывать София и задумалась, потупив взгляд.

– А мы как раз с Филипом хотели с тобой поговорить, дорогая. – Тетя села рядом с мужем и накрыла его руку своей ладонью. – Ты стала уже совершеннолетней, вернулась в Нови-Сад и вправе распоряжаться домом, как тебе хочется. Ты можешь продать его и остаться жить с нами.

София грустно улыбнулась: она думала об этом, прокручивая раз за разом все счастливые моменты своей жизни в том доме. Один вечер перечеркнул все. Но стоит ли продавать воспоминания детства и родительский запах?

– Я не знаю, – она пожала плечами и замотала головой, – не знаю. Мне надо подумать.

Но где-то глубоко в душе она знала, что должна вернуться домой и начать жить в нем. Это место было ее настоящим домом.

Поужинав в кругу самых родных людей, София закрылась в своей комнате и взглянула на часы – встреча уже скоро. Но, пока есть время, стоит посмотреть главное. Она вынула из сумочки пистолет и сверток. Развернув его, она увидела деньги. Но это были не те деньги, которые достались ей из накоплений в банке. Это были деньги на экстренный случай. Что можно было подразумевать под словом «экстренный», София не знала. Она пересчитала купюры, запоминая сумму.

В руках оставалась одна бумага, сложенная вдвое. Девушка развернула ее, и тут же раздался звонкий удар чего-то металлического об пол: из бумаги выпал ключ. Большой, самый обычный, к тому же проржавевший. Она подняла его с пола и посмотрела на бумагу, где папиным почерком было написано «Александр Зец» и номер телефона. Все, больше ничего. Кто этот человек? Почему отец написал его имя? И что делает здесь ключ? И от чего он?

София долго смотрела на почерк папы, потом сложила бумагу вдвое и вместе с ключом и деньгами убрала в ящик комода.

Но пистолет так и остался лежать рядом, напоминая о том, что у нее впереди встреча с цыганом. София перевела взгляд на большие часы, висящие возле ее кровати, слушая тихий ход секундной стрелки. Время приближалось, надо было хорошо подготовиться, одеться, накраситься.

Что надевают на сделки, чтобы продать оружие? Она усмехнулась, смотря на свое отражение в зеркале, поправляя рыжие волосы. С возрастом они стали еще ярче и гуще, а на концах слегка вились красивыми кольцами. Ей всегда было интересно посмотреть, какой длины они отрастут, например, за два года, если их не стричь. По пояс – София выяснила, обходя стороной парикмахерские в течение этого времени. Ей нравились длинные локоны, но сейчас она убрала волосы в хвост и скрутила резинкой.

Макияж можно было выбрать более яркий, скорее даже вызывающий, но она ограничилась только тушью и блеском для губ. А вот с одеждой пришлось заморочиться, потому что в этот раз она не хотела класть пистолет в сумочку. Его необходимо запихать за пояс джинсов и прикрыть курткой. Куртка нашлась – кожаная, темно-зеленого цвета, чуть ниже талии. Этот цвет хорошо сочетался с зеленым цветом ее глаз и ярко-рыжими волосами.

София посмотрела на свое отражение и удовлетворенно кивнула. Она готова к любой сделке. Перекинув сумку через плечо, девушка вышла из дома и села в красный «Фольксваген».

Заведение под названием «Цеппелин» было непримечательным – ангар, который стоял на краю реки. Самая дешевая забегаловка, которую можно найти в этом городе.

София припарковала машину возле темно-синего «Субару» Иво и обвела взглядом стоянку, рассматривая все машины. На какой должен приехать цыган? На разваленном «Опеле» золотистого цвета прошлого века выпуска? Именно такую машину она видела у сгнившего забора возле старого дома своего соседа.

Чего это она его вспомнила? Уже второй раз за целый день. Отогнав эти мысли прочь, София поняла, что Иво не один, он здесь с другом Милованом, который больше выполнял роль телохранителя.

Улыбнувшись подготовке Иво, София прошла внутрь ангара. Она никогда не была там, и увиденное внутри не произвело на нее впечатления. Людей не было, за стойкой бара бармен вытирал фужеры. Он оценивающе взглянул на девушку и проводил ее взглядом до стола, где сидели двое мужчин.

– Меня одну напрягает эта безлюдность? – спросила София, усаживаясь за стол между ними.

Иво улыбнулся, обнял ее и поцеловал в губы.

– Не переживай, дорогая, некоторые дела не решаются в шумном месте.

Она еще раз проследила за барменом, который внешне очень напоминал цыгана. Хотя приглушенный свет не давал рассмотреть детали. Было плохо видно. Когда открылась дверь и в помещение вошел мужчина, София попыталась рассмотреть его, но смогла оценить лишь его вальяжную походку. Даже когда он подошел к их столу, она не сводила с него глаз. А когда он сел напротив нее, то поежилась под пристальным взглядом тех самых черных глаз, которые смотрели на нее десять лет назад из дома напротив.

– Иво Петар. – Ее парень протянул руку, и мужчина ее пожал.

– Ромаль Бахти, – с хитрецой улыбнулся цыган.


## Глава 4

Узнал ли он ее? София не поняла. И вообще, ее будто парализовало, она не могла пошевелиться, лишь чувствовала, как ускорилось биение ее сердца.

Ромаль… Когда-то она давала ему разные имена, подбирала, какие могли бы ему подойти, но среди них не было имени Ромаль. Странное имя… Звучит по-цыгански. И ему подходит.

А внешность… Хотя здесь было темно, она все равно пыталась разглядеть его и сравнить с парнем из своих воспоминаний. Он возмужал, стал серьезным мужчиной, но по-прежнему оставался цыганом с черными как уголь волосами, прямым, слегка покатым лбом, смуглой кожей и темным взглядом. В его левом ухе сверкало небольшое золотое кольцо. Десять лет назад она не видела серьги, но прекрасно помнила телосложение этого мужчины.

Щеки Софии порозовели, и она перевела взгляд на Иво, который уже приступил к обсуждению предстоящей сделки. До нее доносились обрывки их фраз, она пыталась уловить голос Ромаля. Ведь его голос она тоже представляла, стоя возле окна своей комнаты.

– София, что ты думаешь насчет этого? – К ней обернулся Иво и отвлек от мыслей.

– Ты о чем? – Она нахмурила брови и сделала серьезное лицо, посмотрев на цыгана. Он усмехнулся, касаясь пальцем уголка своих губ, и поднял на нее взгляд черных глаз, ожидая ответа. Его поза была расслаблена, он сидел, откинувшись на спинку стула, и пристально следил за ней, похожий на орла, который высматривает свою добычу. Во что впутался Иво?

– Ромаль предлагает сотрудничество на постоянной основе. Сегодня оружие, завтра машины.

Иво улыбнулся, но София лишь нахмурила брови, не понимая, о каких машинах речь.

– Прости, – прошептала она, показывая, что не в восторге, – я не думаю, что сейчас стоит обсуждать машины, когда в твоем фургоне лежит оружие.

– Одно другому не мешает, – услышала она голос Ромаля. София даже взглянула на него, но он лишь улыбнулся. – Хорошие сделки решаются сразу. Я возьму оружие, потому что не сотрудничаю напрямую с Лазаром, но взамен вы берете у меня машины.

– Что мы будем делать с машинами? – не поняла София. – Продадим Лазару, потому что вы не сотрудничаете друг с другом? Нет, найди других перекупщиков…

Ее прервал Иво, стукнув по ноге под столом:

– София, дальше мы поговорим с Ромалем наедине. Не думаю, что ты разбираешься в мужских сделках.

Это удар ниже пояса. С каких пор Иво показывает свое лидерство? Да и перед кем! Перед цыганом!

Это было унизительно. Хотелось послать всех к черту, встать, уйти и больше не влезать ни в какие сделки. И вообще ничего не слышать про оружие и машины.

Но она осталась, этот цыган ее заинтересовал. Что делал он в момент убийства ее родителей?

– Хорошо, – кивнула она, – не обращайте на меня внимания. Я буду молчать.

Она пальцами провела по губам в знак молчания и улыбнулась. Делать глупый вид на самом деле очень интересное занятие. Но это лишь оболочка, а под ней скрывается очень опасная женщина, у которой спрятан пистолет, вместо сердца – камень, а в мыслях постоянно рождаются планы. Она будет наблюдать за Ромалем, перед которым запрыгал Иво, услышав о сотрудничестве.

Сотрудничать с цыганами – очень опасное занятие! Им не доверяет Лазар, а это о чем-то говорит! Но Иво, пока не убедится сам, не поверит.

– Пойду подышу свежим воздухом. – София встала и с улыбкой протянула руку Ромалю. – Было приятно познакомиться.

Он поднялся со своего места, оказавшись на голову выше нее, и протянул руку:

– Надеюсь на скорую встречу.

Когда их пальцы соприкоснулись, в памяти Софии всплыло воспоминание о руке убийцы. Он был в перчатках. А еще она видела символ на запястье, татуировку «круга». Каким он был? Прошло десять лет, она не помнила деталей, рисунок стал стираться из памяти.

На руках Ромаля не было перчаток, но и тату она не смогла увидеть: запястье было скрыто под рукавом черного пальто.

Пока мужчины не обращали на нее внимания, София отметила его одежду. Можно ли было определить по его внешнему виду, что он цыган? И да, и нет. Все вещи на нем были черного цвета, как будто он Сатана из преисподней, и только крупная золотая цепь на шее выдавала в нем истинную кровь. Если бы она встретила Ромаля где-нибудь на улице, то, скорее всего, испугалась бы его. На бандита он был похож, это бесспорно. Куда смотрит полиция?

София направилась к выходу, бросив взгляд на бармена. Она открыла дверь и вышла на улицу, вдыхая запах вечернего Нови-Сада. Из-за высокой влажности в воздухе пахло сырой землей. Легкий ветерок доносил запах молодой травы и речного ила. «Цеппелин» находился прямо на берегу реки.

Она вышла из бара и заметила на стоянке двоих мужчин, появившихся из ниоткуда. Лица в темноте было сложно разглядеть, лишь силуэты, но это точно были люди Ромаля. Сторожат хозяина? Не доверяют обычным людям? Или только нагнетают страх?

София решила не обращать на них внимания, сердце грел спрятанный за поясом пистолет. Да и нападать на нее они вроде не собирались, можно сказать, мужчины даже расслабились, увидев ее.

Она подняла руки и подошла к ним ближе.

– Обыщете? – засмеялась София.

Такая дерзость привела их в замешательство. Мужчины лишь переглянулись и отошли к черной большой машине. Надо же, джип «Гранд Чероки», а не золотистый «Опель» прошлого века. Цыган ездит на машине представительского класса. Это ее удивило. Но когда София увидела еще одну, то даже замерла. Захотелось подойти ближе, чтобы разглядеть машину в темноте и удостовериться, что ее глаза не врут.

Она посмотрела по сторонам, но, кроме мужчин, стоящих возле джипа, никого не было. А значит… «Форд Мустанг» черного цвета, отполированный до блеска, – личная машина Ромаля Бахти – цыгана, который когда-то жил напротив нее в полуразрушенном доме. Как, черт возьми, он вдруг стал таким богатым? Становилось все интереснее!

София перевела взгляд с красавца «Мустанга» на речку, ее темные во́ды были спокойны. Внезапно в голове промелькнула страшная догадка: а не мог ли кто-то заплатить Ромалю за убийство семьи Андрич?

Был только один способ узнать это – стать ближе к нему. Она допустила ошибку, открыто высказав Иво свое возмущение насчет сотрудничества. Сделка состоится, она лично будет контролировать ее!

София улыбнулась своим мыслям и быстрым шагом направилась обратно в бар. Надо же, чтобы посмотреть на ситуацию по-другому, необходимо было выйти на свежий воздух.

Она бесцеремонно уселась на свой стул, прерывая разговор мужчин, и посмотрела на Ромаля. Ей показалось, что он даже прищурился, может, не поверил глазам, что она вернулась.

– Я в деле, – улыбнулась София. – И хочу знать условия покупки машин: чьи они, сколько их, как их перегоняют и сколько мы заработаем.

От такой неожиданной перемены Ромаль откинулся на спинку стула и пристально уставился в глаза девушки. На его губах заиграла улыбка, наверно фальшивая. Цыгане любят фальшь. Софии пришлось ответить ему тем же и улыбнуться. Вышло натянуто. Но Ромаль не торопился с ответом.

– Я подумал, что это для тебя очень опасно, – вмешался Иво.

София не отрывала взгляд от цыгана, но слова Иво вывели ее из оцепенения. Она так и застыла с открытым ртом. Значит, пока она разглядывала машины, он тут решил, что все эти дела с мафией опасны. Она не стала бы спорить, потому что сама говорила так же… Совсем недавно.

Но теперь передумала.

Улыбка Софии угасла, а взгляд снова вернулся к Ромалю. Тот взял бокал с чем-то крепким и выпил залпом, а потом поставил его на стол. Может, в эту минуту мужчина узнал ее окончательно? Ведь с тех самых пор прошло десять лет, она изменилась. Или не изменилась? Может, рыжие волосы…

– Твоя цена, – твердо и уверенно произнесла она наперекор Иво.

От удивление Иво отпрянул от нее, смерив непонимающим взглядом. София не медлила, схватила бокал Иво и тоже выпила залпом. Омерзительная горькая жидкость прожгла ее горло, вызвав приступ кашля. Девушка поморщилась, стараясь сидеть спокойно, уверенно глядя прямо на Ромаля.

– Сто шестьдесят тысяч евро, – наконец заговорил он, – пять машин «БМВ» 2-й серии, подержанные, но в отличном состоянии. Сколько ты заработаешь, я не знаю, но могу посоветовать хорошего покупателя.

Она слышала, как вздохнул Иво и одной рукой прижал девушку к себе:

– Я уже ищу деньги, можешь не волноваться.

Она и не волновалась. Скорее его можно поздравить с новым конкурентом, потому что она не намерена отступать:

– Я покупаю. – Она уверенно протянула руку Ромалю, смотря только на него и не замечая Иво, который, кажется, совсем перестал понимать происходящее.

Цыган мог бы проигнорировать ее, она же девушка. Куда надежнее заключать сделки с мужчинами. Но против всех существующих правил его пальцы коснулись ее ладони уже во второй раз за последний час.

– Договорились. Завтра в десять вечера в пятом речном порту я буду ждать тебя с машинами. И если это ловушка, то вы все очень сильно пожалеете.

После его ледяного тона пальцы девушки дрогнули. Что он имел в виду под словом «ловушка»?

– С нас оружие, – наконец произнес Иво, наблюдая за долгим сплетением рук.

Рукопожатие затянулось. Пора прекращать это. София первая убрала руку. Ромаль словно загипнотизировал ее страшными угрозами. Ей еще не доводилось заключать сделки лично, но надо было показать свою уверенность.

– Тебя жду с оружием на складе возле железнодорожных путей, ангар с цифрами «555», – вставая со своего места, произнес Ромаль, обращаясь к Иво, – в семь вечера. Без фокусов, а то в десять твоя подружка отправится в ад. – Он указал на Софию и зашагал к выходу.

За столом повисла тишина. Уход Ромаля был эффектным, а вначале цыган казался беззлобным. Но первое впечатление часто обманчиво. А есть ли беззлобные люди, которые покупают оружие и продают ворованные машины?

Придя в себя, Иво обернулся к Софии:

– Ты спятила!

– Что я сделала?

– Какого черта влезла с этой сделкой? – Иво повысил голос, София обернулась, чтобы посмотреть на бармена. Как она и думала, он стоял за барной стойкой и делал вид, что выполняет работу, но на самом деле подслушивал.

Пришлось понизить голос:

– Это было необходимо…

– Где ты возьмешь столько денег? У меня есть лишь четвертая часть от этой суммы, плюс будут деньги за оружие…

– Которые ты должен Лазару, – напомнила София и встала со своего места, чтобы уже наконец уйти.

Милован, который сидел молча все переговоры, наконец заговорил:

– Ты видел, какой он… Нам нужны еще люди.

– Обычный цыган! – возмутился Иво, переведя взгляд с Софии на друга. – Пришел один, наговорил громких слов и ушел один.

– Не один, – произнесла София, – там, на улице, стояли двое его людей. И еще этот, – она указала на бармена, и тот сделал вид, что занят посудой, – такой же.

Она махнула рукой и направилась к выходу. Запах сырости тут же ударил в нос, едва она открыла дверь. На стоянке уже не было черного «Мустанга». Ромаль и его люди уехали.

Зато красный «Фольксваген» ожидал свою хозяйку в темноте парковки. На сделки ездят на красных машинах? Она вроде как броская, привлекает внимание. А вереница черных тонированных машин не привлекает внимания?

Иво подошел сзади и обнял Софию за плечи:

– Ты не ответила, на какие деньги купишь машины.

Девушка обернулась, смотря в родные глаза парня. Он уже давно повзрослел и стал мужчиной, но для нее он все равно оставался мальчишкой. Девушка улыбнулась и провела рукой по его светлым вьющимся волосам.

– Я случайно получила наследство от отца: деньги, пистолет, ключ и номер телефона некоего Александра Зеца. Не знаю, кто этот человек, но надеюсь, что я не должна ему сто шестьдесят тысяч евро. Завтра утром позвоню ему, а сегодня пойду спать. Спокойной ночи, Иво.

Она привстала на цыпочки и поцеловала парня в щеку. Иво перехватил этот поцелуй и, прижавшись к ее губам, углубил поцелуй.

– Ты подумала над предложением переехать ко мне?

– Не было времени, – она пожала плечами и сделала шаг к своей машине, – мне надо решить вопрос с домом. К тому же тете и дяде очень одиноко, им нравится, когда я живу с ними.

– Ты будто убегаешь, – выдохнул Иво. – В Белграде все было куда проще, ты была ко мне ближе.

– Мы вернулись в Нови-Сад, Иво, здесь все по-другому. – Она села в машину, захлопнула дверь, но открыла окно. – Как мы поступим завтра? У нас две сделки в один день.

– С оружием я разберусь сам, ты мне там не нужна. А к порту я подъеду, не доверяю цыганам.

– Неужели? – съязвила София. – Однако оружие продаешь цыгану.

– Потому что больше некому. Черт с этим оружием, подумай о машинах. Где ты их разместишь? И зачем тебе машины?

София задумалась: зачем ей сделка, знала только она, но вот машины ей точно были не нужны. Ей нужно втереться в доверие к Ромалю. А вот где размещать товар – вопрос.

– Надо найти покупателя, – снова начал говорить Иво, – может, предложить Лазару?

– Я найду место под стоянку, пять машин – это немного. Мы продадим их вдвое дороже, но не думаю, что Лазар захочет снова с тобой сотрудничать. Да и с машинами он не будет мелочиться, если занимается оружием. Но все завтра, сегодня был тяжелый день.

Она закрыла окно, и машина тронулась с места. Иво махнул рукой и открыл дверь своего «Субару». Садясь на водительское сиденье, он понимал, что завтра день будет еще сложнее. Ему надо продать Ромалю оружие и отдать деньги Лазару, а потом приехать на сделку к Софии. И все же он никак не мог уложить в голове, зачем ей машины?

Все утро Софии не терпелось позвонить некоему Александру Зецу, она буквально кусала губы, сидя возле часов и смотря, когда стрелки остановятся хотя бы на десяти утра. Рабочий день, пусть просыпается! Она набрала номер и пару секунд слушала длинные гудки.

– Слушаю, – прогремел голос на том конце.

– Александр Зец?

– Кто вы? – после недолгой паузы произнес мужчина.

– Я София Андрич, дочь Ратимира Андрича. Я обнаружила этот номер в тайнике отца. Возможно, он хотел, чтобы я позвонила вам.

– София? – В голосе прозвучали нотки удивления и горечи одновременно. – Прошло столько лет… Прими мои соболезнования. Твой отец был одним из лучших в этом городе. Я… Давай позавтракаем через час в ресторане «La Vie»?

– Хорошо, я приеду.

Через час ее красная машина припарковалась на стоянке возле незнакомого ресторана. Здесь София никогда не была, но теперь представилась возможность это исправить.

На входе ее встретил человек и повел к столику. Следуя за ним, София рассматривала обстановку: здесь было величественно, все сверкало от чистоты, огромного количества зеркал и золота. Помпезное заведение, совсем не для завтрака. Наверняка здесь тусуется элита и проходят шикарные вечера.

София подошла к самому дальнему столику, Александр ее уже ждал, хотя она не опоздала. Он читал газету, его лица не было видно.

– Доброе утро, мистер Зец, – поприветствовала она незнакомца и присела к нему за столик.

Человек напротив опустил газету и улыбнулся.

Нет, она никогда не видела его раньше, поэтому сразу стала пристально рассматривать его лицо. Мужчина был ровесником ее отца… Если бы тот был жив. Волосы и густые усы, тронутые сединой, шли Александру, добавляя ему благообразия. Черный пиджак и белая рубашка с галстуком подчеркивали солидность. Не удивительно, что отец знал этого человека. У него было много друзей из высшего общества. София надеялась, что Александр – друг и она не должна вернуть ему те самые деньги, на которые купит сегодня пять краденых «БМВ» 2-й серии.


## Глава 5

– София, – Александр улыбнулся, рассматривая девушку и любуясь ею, – как же ты похожа на свою мать.

Он что, хорошо знал Катарину Андрич, раз сравнил ее с матерью? Или все же он был хорошим другом семьи? Но нет, София не помнила этого человека, он точно не приходил к ним в дом. А на похоронах было столько народа, но она от горя не помнила даже себя.

– Вы знали мою мать?

– Я знал твоих родителей. Что ты будешь есть? – Он подозвал официанта, и тот моментально оказался около их столика.

– Спасибо, но я уже завтракала, кофе со сливками достаточно.

– Два кофе со сливками, – дал распоряжение Александр, и официант, поклонившись, скрылся. – Я думал, что увижу тебя раньше. Прошло уже…

– Десять лет, – напомнила девушка.

– Десять лет. – кивнул он. – Прими мои соболезнования, София.

Девушка опустила взгляд, а потом стала копаться в сумке.

– Я нашла это в моем доме. – Она достала записку с его номером телефона и протянула через стол. – Возможно, это было написано совсем не для меня, но в том месте хранились вещи, которые могли понадобиться в экстренных случаях.

София наблюдала, как мужчина напротив изучает написанное: он задумался, слегка нахмурив брови, и наконец произнес:

– Экстренный случай затянулся. – Александр положил бумагу на стол и взглянул на девушку. – Но я могу предположить, почему твой отец написал именно мой номер телефона. За последние годы мы очень сблизились, я единственный человек, которому доверял Ратимир. Сейчас он доверил мне свою дочь.

София впервые видела этого человека. Но что она знала об окружении отца? Она никогда не ходила на ужины, которые посещали ее родители, потому что предпочитала сидеть дома или гуляла с Йованой. Вполне могло оказаться, что Александр был лучшим другом семьи, но она его никогда не видела.

– Что еще лежало в том месте?

Этот вопрос вывел Софию из раздумий. Тут же она вспомнила про деньги, ключ и пистолет, но не будет же она выдавать все эти тайны. И про ключ она ничего не скажет, не важно, что он был завернут в бумагу, на которой был написан номер телефона этого человека.

– Ничего особенного, кроме этого. – Она кивнула в сторону бумаги.

Этот ответ удовлетворил Александра. Он взял чашку с кофе, которую только что принес официант, и сделал глоток.

– Я слышал, что тебя взял к себе старший брат отца. Как сложилась твоя жизнь?

Софии пришлось рассказать про Белград и университет, расписать яркими красками свою жизнь и утаить темную сторону. Ах, черт, куда поставить пять угнанных машин? Но главное не это. Надо было найти покупателя. И если она успеет это сделать до самой покупки, то можно не искать убежища для машин. О чем это она думает на встрече с солидным мужчиной? Опять ей вспомнился Ромаль Бахти, и она ощутила странное волнение от предстоящей сделки.

– София, я бы хотел помочь тебе, только скажи, сколько денег тебе надо. – Александр достал бумажник.

Ошарашенная таким предложением, девушка тут же забыла про сделку, пять машин и цыгана.

– Нет, нет, нет, – запротестовала она, – главное, что я вам ничего не должна – это уже радует. Мне от вас хотелось бы не финансовой помощи.

– А какой?

– Пропал мой брат Милош. Полиция не может найти его или не ищет, я ничего уже не понимаю. Я никому не верю и не могу добиться справедливости. Помогите мне найти моего брата, так вы поможете найти убийцу моих родителей.

Александр задумался, убирая бумажник во внутренний карман пиджака, и через какое-то время произнес:

– Я слышал о том, что пропал твой брат. Ты думаешь, он все еще жив?

– Если он мертв, то хотелось бы прийти на его могилу. – София пожала плечами, опустив голову.

– А что говорит полиция? Они продолжают искать? Так и не нашли того, кто убил твоих родителей? Твой отец все же был мэром, это громкое дело стало трагедией для города. Полиция не могла махнуть на все рукой.

– Следов нет. Никаких зацепок нет. Они закрыли оба дела пять лет назад.

Александр пальцами разгладил усы, кивая:

– Хорошо, София, я попробую через свои связи добиться того, чтобы дела снова открыли.

– Буду вам признательна, – улыбнулась девушка и допила свой кофе. – Александр, я могу задать вам несколько вопросов?

Она не стала дожидаться ответа, а тут же озвучила первый вопрос:

– Если вы хорошо знали моего отца, то, возможно, знаете ответ: он никому не переходил дорогу в этом городе?

Видимо, вопрос оказался неожиданным, потому что мужчина явно занервничал и какое-то время молчал, но потом замотал головой.

– Нет, не помню, чтобы у Ратимира были с кем-то проблемы. Хотя быть мэром – это не всегда быть угодным людям.

– Вы имеете в виду цыган? Десять лет тому назад мой отец пошел против этого народа, он хотел избавить Нови-Сад от чужаков и уже подписал нужные бумаги. Я приехала в город спустя десять лет и еще не видела цыган, – рассуждала девушка, не беря в счет Ромаля. – Может быть, вы что-то знаете о них? Куда они делись? И могли ли цыгане быть причастными к убийству моего отца?

# Примечания

1

Из песни Горана Бреговича «Бубамара».

2

Многослойные жирные пирожки с мясным фаршем или сыром либо пустые. Прим. автора.