Георгий Гура
Лисята

– Пока мы идём, хотите послушать сказку, лисята?

Дети закивали головами. Было темно и морозно, выл ветер, а под ногами скрипел снег. Худощавый мужчина улыбнулся и продолжил:

– Хорошо-хорошо… Я расскажу вам самую интересную сказку, которую вы только слышали. Такую, что вы запомните её на всю жизнь и никакая сказка после уже не будет иметь для вас значения, – дети на этих словах встрепенулись и скучковались поближе, почти прижались вплотную друг к другу. – Правильно, собирайтесь рядышком и никуда не расходитесь. А ещё лучше, возьмите друг друга за ручки. Да, вот так… Ну что-ж, прежде чем я начну, у меня будет для вас условие. Обещаете его выполнить беспрекословно?

Ребятня, среди которой самому старшему было лет восемь, отчаянно закивала головами, так сильно они хотели услышать сказку. И не какую-нибудь, а новогоднюю! Всюду, куда ни глянь, было белым-бело, выла вьюга, подгоняла идущих вперёд. В путь, с которого свернуть было некуда.

– Молодцы, так и надо, да! Условие такое: когда я скажу закрыть вам глаза и представить кой-чего, вы непременно должны будете это сделать. Договорились?

И третья волна кивков прокатилась по головам детей. Все молчали, как будто у них отняло языки. Они вслушивались в гул ветра и шум вокруг, стараясь не пропустить ни словечка от худощавого мужчины. Тот быстро осмотрелся и опустил взгляд на малышей, как бы разыскивая с чего начать. Зажмурившись и пожевав губами, он прокашлялся и прочистил горло, а после начал рассказывать:

– Давным-давно, в одном маленьком, но очень дружном царстве, жили-были…

***

– Ах вы, сёстры-негодницы! – раскричалась кухарка, вся в муке и кефире, и погналась за двумя белыми лисичками в погоню. Но не тут-то было! – поскользнулась кухарка, да только охнуть и успела, как покатилась кубарем. Ни дать, ни взять, снежный ком.

А лисички знай себе, да в слёзы от хохота. Бегут и одна другой говорит:

– Ох, и попадёт Ивану-дураку! Вовек ему кухню не отмыть, так мы там с тобой накуролесили, сестрица.

– И верно, – закивала в ответ вторая лиса. – И правильно. Нечего ему было нас обвинять, что мы какого-то Колобка съели. Так ведь обвинил, да и исчез, безобразник, искать то, незнамо что, туда, не знаю куда