# Кража блудного сына

Пётр Аркуша

Двоим незадачливым парням поручают украсть в Италии из особняка состоятельного арт-дилера редкий рисунок Рембрандта. Несмотря на неопытность, они проворачивают операцию почти гладко, но небольшая ошибка превращается в серьезную проблему для их заказчика.

– Илья, зачем ты взял с собой ствол?

– Зачем? Янис, ты в своем уме? Если там кто-то есть? Что мы будем делать без ствола?

– Ты дурак, Илья? Там никого не должно быть.

– Тихо, Янис – смотри.

Ажурные кованые ворота, освещенные двумя фонарями, медленно открылись. С шорохом на дорогу медленно выехал «Бентли» и, рассеивая фарами темноту, скрылся за ближайшим поворотом.

Янис и Илья переглянулись. Они уже два часа, с момента, как стемнело, сидели в кустах напротив ворот старинного особняка, расположенного в пригороде Флоренции.

– Ну что – пошли? – Илья передернул затвор.

– Убери пушку, идиот, она нам не понадобится!  – сказал Янис, надевая шерстяную маску с прорезью для глаз и рта. – Если ты хоть один раз пальнешь – нас вычислят.

– Не вычислят, – отрезал Илья, надевая перчатки. – Ствол чистый. Нигде не зарегистрирован.

– Еще лучше! Если нас копы тормознут, как ты будешь с ними разговаривать?

– Да не ссы, все в норме. Я без пушки неуверенно себя чувствую в таких делах.

– Ладно, – махнул рукой Янис, – пошли.

Они, пригнувшись, перебежали дорогу и метнулись в кусты, росшие у забора особняка. Чуть дальше от входа над кольями ограды нависало дерево. Илья вскарабкался по тему и перепрыгнул через забор. Янис последовал за ним.

– В доме точно никого нет? – спросил Илья.

– Откуда я знаю? Не должно быть! Нам же сказали – не будет!

Они быстро обежали особняк. С обратной стороны был второй выход – в сад. Янис присел на корточки у старинных, застекленных квадратными ячейками, дверей и достал алмазный стеклорез. Сделав несколько надрезов по периметру, он аккуратно обстучал края и вытащил стекло с помощью присоски. Сунув внутрь руку, Янис нащупал замок, с щелчком повернул его – и дверь открылась.

– Вот итальяшки наивные – ничего сложнее не могли придумать, – заметил Илья. – Странно, что их тут не каждый день обносят.

– Тихо ты! – оборвал его Янис. – Пошли.

Они скользнули в летнюю столовую и включили закрепленные на лбу фонари. Пройдя через холл, они поднялись по лестнице и оказались в гостиной, завешанной картинами. Янис стал шарить лучом по стенам:

– Это – не то. И это не то. Илья, ты нашел?

– Нет. Покажи мне еще раз.

Янис достал из кармана смартфон и показал фотографию.

– Нужна вот эта.

– Бл… Где же мы эту порнографию искать будем? Давай, чтобы-нибудь другое возьмем? Поприличнее?

– Ты – дурак? Нам не заплатят. Давай, ищи!

Илья огляделся и увидел в противоположной стороне гостиной дверь. Он открыл ее. За дверь находится кабинет – с письменным столом и книжными шкафами. Здесь также на стенах было много картин, но уже меньше, чем в гостиной. Нужной опять не было.

– Мы здесь уже целый час тремся, – пробормотал Илья.

– Десяти минут не прошло, я засек.

– Ну ты и педант, Янис.

Они еще минут сорок бродили по дому, рассматривая предметы искусства, пока не оказались в спальне. Рисунок, который они искали, висел на самом видном месте. Он был обрамлен в толстую золотую раму и закрыт стеклом.

– Извращенцы, – пробормотал Илья.

– Да заткнись ты! Помоги!

Они сняли рисунок со стены и положили на кровать. Резко вспыхнул свет. Тишину разорвал вой сирены.

– Сука… – прошептал Илья.

– Давай, быстрее! – Янис выхватил стеклорез и ручкой расколол стекло. Затем он схватил раму и ударил кулаком несколько раз в паспарту. Рисунок вылетел из рамы вместе с плотной картонкой, которая его удерживала.

– Есть! – Янис схватил рисунок, отклеил его от паспарту и, быстро свернув в трубочку, убрал в небольшой черный тубус, который у него был с собой. – Сматываемся!

Илья вдруг услышал рычание и почувствовал боль в ноге. Он удивленно посмотрел вниз и увидел маленькую белую собачку с розовым бантиком между ушей, вцепившуюся ему в штанину.

– Ах ты тварь! – Илья выхватил пистолет и всадил в собаку несколько пуль. Та взвизгнула и обмякла. Он стряхнул ее с ноги и побежал вслед за Янисом вниз по лестнице.

– П…ец! Что за на х… е…ный п…ец ты устроил? – заорал Янис, когда они подлетели к двери главного входа.

– Открывай, бл…! – крикнул Илья, дергая ручку. – Отойди! – Илья снова достал пистолет, готовясь разнести замок.

– Нет! Нах…! – Янис повернул две личинки, дернул ручку и дверь открылась. В лица им пахнуло свежей вечерней прохладой.

Илья рванул первым. Он потом не помнил, как добежал до дерева, ухватился за ветку и перемахнул через забор. Все окна дома светились огнями. Кричала сирена. Янис со второй попытки ухватился за ветку, подтянулся. Послышался треск. Он рывком успел вцепиться в ствол и сразу спрыгнул в кусты с внешней стороны забора.

– Быстрее! – Илья прыгнул за руль мопеда и надел шлем.

– Поехали! – крикнул ему в ухо Янис.

Мопед рванул в темноту.

## За три недели до кражи


– Пятнадцать тысяч фунтов. Пятнадцать тысяч фунтов – три. Продано.

Молоток ударил по подставке.

Ведущий начал зачитывать описание следующего лота. В зал вошел высокий худощавый мужчина в темно-синем костюме. Увидев место в последнем ряду, он занял его.

– Где тебя носило, Томас? – услышал он шепот. – Торги давно идут. Здесь так не принято.

– Джон, успокойся.

– Все. Следи за торгами. На главный аттракцион ты не опоздал.

Двое молодых людей внесли в зал картину и поставили рядом с аукционистом. На стене на большом экране появилось увеличенное изображение полотна.

– Лот 152 – натюрморт с яблоками. Неизвестный нидерландский художник начала 19 века.

В зале поднялась табличка. Ведущий среагировал. Цену дважды перебили, больше никто повышать не стал. Следующий лот не заинтересовал никого.

Зал оживился, когда объявили офорт Рембрандта.

– Вот оно. Следи за седым джентльменом во втором ряду – слева. Видишь? – указал Джон.

– Томас кивнул.

Ставки росли очень быстро. Несколько человек торговались по телефону. Однако в итоге победила ставка в сто семьдесят пять тысяч фунтов, которую сделал тот самый седой мужчина во втором ряду.

Всего офортов Рембрандта на торгах было три. Второй приобрел анонимный покупатель по телефону. За третий также боролся седой мужчина и в итоге перебил цену анонима, подняв стоимость до двухсот двадцати тысяч фунтов.

– Он купил только два, – сказал Томас.

– Тебе мало двух Рембрандтов в одни руки? – хихикнул Джон.

Покупатель терпеливо дождался завершения торгов и отправился оформлять покупку вместе с консультантом. Томас и Джон ждали в зале. Наконец, седой джентльмен снова появился в зале. Джон пошел к нему навстречу, протягивая руку:

– Добрый вечер, господин Альфонсо. Хочу поздравить вас с покупкой!

– Джон! Приветствую. Да, спасибо за поздравление. Сегодня удачно пополнил свою коллекцию.

– Альфонсо – познакомьтесь, это – Томас.

– Он тоже арт-дилер?

– Что-то среднее между арт-дилером и коллекционером.

Альфонсо хрипло засмеялся:

– Все арт-дилеры в душе коллекционеры.

Джон и Томас поддержали его улыбками.

– Джентльмены, я собираюсь отметить это событие. Не хотите пропустить со мной в отеле по паре стаканчиков виски. Уверен, Джон, мы что-нибудь и у тебя присмотрим, чтобы я не летел в Италию с одними только Рембрандтами в багаже.

– Но это же не контрабанда, – попытался пошутить Томас.

– Да ты что! – махнул рукой Альфонсо. – С контрабандой я давно завязал. Это в прошлом, – и снова хрипло захохотал.

Выйдя на улицу, они сощурились от мелкого дождя. Томас нашел в кармане сигареты и закурил. Альфонсо достал сигару и долго прикуривал ее.

– Что за чудовищные законы, – проворчал он. – Тратишь деньги, а курить приходится в таких условиях.

– Не справедливо, – согласился Джон. – Вообще, погода у нас в Лондоне, конечно, ужасная.

– Не то слово, – пробормотал Альфонсо.

У тротуара остановился «Ягуар».

– Это за нами, – Альфонсо сел на заднее сиденье вместе с Джоном. Томас вежливо занял кресло рядом с водителем. Через некоторое время они сидели в сигарной комнате отеля «Савой» и пили островной виски. Под ногами у них крутилась маленькая белая кудрявая собачка с розовым бантиком. Альфонсо периодически брал ее на колени, приговаривая:

– Моя маленькая Жу-жу! – и отпускал на пол. – Люблю свою собаку. Она мне удачу приносит. Если не беру ее с собой на торги – то ничего интересного не попадается или кто-то цену перекрутит.

– Говорят, у вас самая большая частная коллекция Рембрандта? – поинтересовался Джон.

– У меня не только Рембрандт. Но… – Альфонсо улыбнулся. – Не самая большая, но и не маленькая. Знаете, вот начинаешь коллекционировать – и не можешь остановиться. Иногда завидую вам, арт-дилерам – у вас ничего не задерживается. Так что вас так интересует?

– Редкий Рембрандт, – сказал Томас. – У меня есть клиент, который очень заинтересован в его покупке.

– Какой редкий Рембрандт? Тот самый? Вас интересует эта пошлость? Ну и вкусы! – Альфонсо рассмеялся и отпил из бокала.

– И, тем не менее, – продолжил Томас. – Если он у вас есть, то я бы мог предложить вам хорошую цену. И это все по-тихому, без аукционов – мой клиент не любит лишней суеты.

– Вообще, я ее не продаю. Но показать могу, – улыбнулся Альфонсо. – Он достал из пиджака смартфон с широким экраном и некоторое время копался в нем. Наконец, он повернул экран к Томасу и Джону. У обоих приподнялись брови.