Андрей Горин
Шаровая молния

Глава 1. О бедном попаданце замолвите слово…

– А вы сами-то верите в привидения? – спросил

лектора один из слушателей.

– Конечно, нет, – ответил лектор

и медленно растаял в воздухе.

Аркадий и Борис Стругацкие. Понедельник начинается в субботу

Это правдивая, а может, и не очень, книга про попаданцев. Слишком много о них в последнее время говорят и пишут. Но вроде как никто их не видел. Согласитесь странно. Настала пора разобраться с этим вопросом.

Итак. Где же они. Не будем углубляться в предания старины глубокой, обратимся к более поздним временам. Например, первая половина XX века и начало века нынешнего. Именно попаданцы в этот период времени нас и интересуют. Попутно попытаемся разобраться, почему в нашей реальной жизни эти самые засранцы-попаданцы до сих пор не стали королями жизни, а прячутся где-то в тени.

Более-менее достоверными можно считать сведения начиная со Средних веков, когда люди стали записывать события, излагая их на бумаге, или что там у них было, более системно, и стараясь придерживаться фактов.

Большинство попаданцев представляли собой зрелище жалкое и никчёмное. Трудно их в этом винить. Любой растеряется, оказавшись в такой стрессовой ситуации. И поэтому большинство из них бездарно палились, заявляя о своём статусе гостей из будущего. Придурки не понимали, что одним фактом своего существования и странными речами они вносят смуту в умы окружающих их людей. Что вряд ли могло обрадовать власть имущих и обладающую огромным влиянием церковь. Одни эти странные разговоры про демократию и права человека могли вывести из себя кого угодно. А ещё эти странные фразы про собаку – друга человека, когда каждый знает, что лучшим другом гражданина является управдом. Стоп. Это кажется уже из другой оперы.

Вернёмся к нашим баранам. То есть простите, попаданцам. Простите ещё раз, конечно, не имел в виду, что всё они бараны, хотя большинство из них возможно и заслуживает столь сурово оценки. В конце концов, хорошего человека попаданцем не назовут.

Как бы то ни было, а власть имущим очень не нравились эти странные людишки, однако скрывать их существование было весьма затруднительно. Нужно было найти какой-нибудь способ, чтобы их странные речи воспринимались окружающими, как вещь совершенно невозможная, и не сбивали с толку порядочных людей. И такой способ нашёлся.

Жил-был француз Жан-Жак Руссо. А может, и не француз и, скорее всего, не старина Жан-Жак. Да точно. Звали этого хмыря Евгением Блейлером, по национальности был он швейцарским подданным, а по профессии психиатром. Именно его и наняли власть имущие в лице Ордена Массонов, для прикрытия своих тёмных делишек.

И вот наш, а точнее, их Женя, недолго думая придумал такую хрень, как разделение функций между личностью, мышлением, памятью и восприятием. Было это дело в тысяча девятьсот мохнатом году от Рождества Христова. И ведь слово-то какое хитрое придумал сволочь – Шизофрения. Звучит непонятно и загадочно.

И всё это было придумано, чтобы сделать некоторые группы людей бесправными и иметь возможность изолировать их от общества. Может возникнуть впечатление, что шизофреники и есть попаданцы, но на самом деле это не так. Просто удобная форма заклеймения, а вот внутри этой группы психически больных людей оказалось очень удобно прятать небольшую группу, которая составляла около 5% процентов от людей с диагнозом шизофрения, и диагноз у них был несколько другой. Если по-простому, по простонародному, то – раздвоение личности. А если говорить в терминах господ психиатров, которые в большинстве случаев сами мало чем отличаются от своих пациентов, то звучало это примерно так: расстройство множественной личности или диссоциативное расстройство. При нём человек ведёт себя так, будто в нём живёт несколько личностей (эго-состояние).

Вот как описывают симптомы этого заболевания живодёры в белых халатах: “В определённых жизненных ситуациях происходит резкое переключение с одного эго на другое, и поведение совершенно изменяется. Иногда они конфликтуют между собой. Оба могут быть разного возраста, половой принадлежности, иметь разные черты характера и мыслительные способности. У каждого своё мировоззрение и различная реакция на одни и те же обстоятельства”.

Ничего не напоминает? Согласитесь очень удобно. Ну кто поверит этому попаданцу, если по заключению врачей он просто псих. Всем привычно и понятно. И веры такому сказочнику нет никакой.

Способ, который придумали власть имущие, оказался довольно простым и очень эффективным. В большинстве психушек появились особые палаты под номером №6, в которых и содержат подобных пациентов.

Вот только странно, что привыкшие выжимать соки из простого народа власти не попытались использовать знания и способности этих попаданцев в своих целях. Да пытались, конечно. Только вот ни хрена у них не вышло. И причина была простая, как дверь без ручки.

Оказалось, что современный человек, попадая в тело реципиента, становится как бы умственным инвалидом. В том плане, что без соответствующей инфраструктуры, ни черта он оказывается не может. Хрена толку от современного программиста, который тупо пялится на вычислительную машинку “Электроника”. Большая часть всезнания и интеллекта современного человека перенесена в мировое информационное поле. И чтобы понять, как работает что-то конкретное, ему надо Погуглить. Ну, может, не так примитивно, но без интернета хрен он объяснит, как работает то или иное современное устройство.

Можно подумать, что какую-то ценность имеют общие знания о том, что будет происходить в будущем. Но ведь опять же без информационной базы сведения эти очень общие и отрывочные. Ну, знает попаданец, как будет развиваться история в целом, но подробности в голове он не держит.

А варианты игры на тотализаторе или на бирже, тоже так себе. Потому что пространственно-временной континуум, штука хитрая и многогранная. В целом ход событий сохраняется и крупнейшие мировые события произойдут, но не всегда будут совпадать в деталях. А уж о более мелких и говорить не приходится. Поэтому результаты спортивных матчей или курс акций, хрен угадаешь. Да государственным структурам типа КГБ это и неинтересно.

Так что власти очень быстро поняли, что толку с этих попаданцев как с козла молока. А вот вреда от них до хрена и больше. У власти ведь не дураки находятся, вопреки всеобщему мнению народных масс. И аналитики КГБ и КПСС в начале 80-х примерно представляли себе, как буду развиваться дальнейшие события. А учёные в СССР были неплохие и понятно обосновали, что из-за вариативности временного потока, ход этих событий может немного отличаться от тех вариантов, которые излагают попавшие в лапы компетентных органов попаданцы. Так что толку властям от этих попаданцев, было хрен да маленько. Сами с усами. И нечего смущать неокрепшие умы простых сограждан. Так что самое место этим подозрительным личностям из будущего в психушке.

Такие вот граждане пироги с котятами.

Да нам, в общем-то, все эти глобальные заморочки и неинтересны. Куда интереснее события, происходящие с теми немногочисленными попаданцами, которые ухитрились не попасть в цепкие лапы спецов Комитета Глубокого Бурения.

Именно на примере простого советского парня Пети из Российской глубинки и попробуем мы проследить, как выживали, такие удачливые счастливчики, избежавшие психушки.

* Примечание: Альтернативна история современной России. Все события и персонажи вымышлены, любое совпадение имён и событий с реальными являются случайностью. 

Глава 2. Шаровая молния

Электрический ток – явление опасное

и до конца не изученное. ©

История эта начиналась довольно обычно, как и сотни других подобных историй. Петя, то есть я, неторопливо двигался по тёмной улице. Освещения здесь отродясь не было. Точнее, какие-то столбы были и даже провода на них присутствовали, но местные обитатели не припомнят, когда жёлтый таинственный свет электрических фонарей освещал это богом забытое место.

Находиться ночью на этих грязных извилистых улочках было опасно. “Глебучев овраг” вообще не то место, где человек может чувствовать себя в безопасности даже днём. Что уж тогда говорить про глухую ночь, а на часах, которых у Пети никогда и не было, стрелки уже подбирались к часу ночи.

Опасно на этих улицах было именно из-за таких, как Петя. Он-то был здесь свой, местный житель, как многие аборигены тупой, но великолепно физически развитый. Сто девяносто сантиметров роста, плюс сто килограммов злобы, агрессии и накаченных мышц. Кличку Петя имел примечательную – “Дзюдо”, и в свои почти восемнадцать лет был мастером спорта и призёром областных и Российских соревнований.

Природа одарила Петю щедро и если бы не среда обитания, в которой он родился и вырос, то, возможно, он стал бы выдающимся спортсменом. Но периодические выпивки, и редкие покуривания травки, постепенно делали своё дело, и в чемпионы он не выбился.

Шёл Петя с тренировки по запрещённой заморской борьбе – карате, занятия по которой подпольно проводил один бывший охранник Представительства Российской Федерации в Японии. Когда-то он служил в органах госбезопасности и почти шесть лет нёс службу за пределами нашей необъятной Родины. Пока его не сгубила любовь к Зелёному Змию и его не попёрли со службы. Теперь бывший бравый охранник вернулся на свою историческую Родину в бывшую столицу Поволжья город Желтогорск и работал опять же охранником, только теперь на обычном заводе. Ну и для души и дополнительного заработка поздними вечерами в спортзале школы вёл подпольную секцию карате.

Погода была откровенно хреновой, холодало, моросил мелкий, противный дождик. Начало осени не самая приятная пора, и Петя зябко ёжился в своей старенькой брезентовой ветровке. Как вдруг! Ох уж это – Вдруг. Именно с этой фразы и начинаются все неприятности, которые настигают героев повествований. И заметьте, почему-то именно неприятности, хорошие вещи обычно не происходят вдруг, их приходится дожидаться долго и упорно. Не стал исключением и наш случай.

Позади Пети раздался громкий треск, резко запахло свежестью, и, обернувшийся Петя, заворожённо уставился на возникший ниоткуда ослепительно яркий голубоватый шар размером с кулак, который потрескивая висел в воздухе.

Если бы Петя был человеком более интеллигентным и образованным он бы подумал, что это шаровая молния, явление хотя и редкое, но не сверхъестественное. Но так как Петя особым интеллектом не отличался, то он подумал: “ТВОЮ Ж МАТЬ…!” – и был, в сущности, прав, так как ничего хорошего это стихийное явление природы ему не предвещало.

Петя был опытным бойцом и просто так его не возьмёшь. Он привычно попытался разорвать дистанцию и переместиться на безопасное расстояние от непонятной, но явно опасной хреновины. Но не тут-то было. Загадочный шар, как приклеенный, двинулся следом за парнем, и Петя, храбро развернувшись, драпанул по улице, благо никаких свидетелей в это время суток на улице не было, а значит, не было и урона Петиному авторитету. Однако проклятый шар с неестественной скоростью рванул за беглецом и взорвался в ослепительной вспышке, разбросав вокруг сноп искр. Сознание Пети померкло, и он провалился в глубокое беспамятство.

* * *

Я, то есть Пётр, очнулся в больничной палате, сквозь пыльное окно пробивались слабые лучи неяркого осеннего солнца. В палате, кроме моей койки, стояли ещё пять кроватей. Рядом с моей кроватью стояла непонятная металлическая хреновина с висящей на ней капельницей с лекарством от которой к моей руке протянулась трубка, оканчивающаяся иглой, воткнутой куда-то в районе локтевого сгиба моей руки.

Стоп! Откуда я знаю, что эта штука называется капельницей, раньше я не страдал такими избыточными интеллектуальными познаниями. Как я вообще сюда попал и что со мной. Напрягся и попробовал пошевелить конечностями, руки и ноги вроде целы. Голова не болит, только ощущается какая-то непривычная пустота. Вот только чувствую я себя как-то странно, непонятное волнение, неуверенность и даже испуг. Вот те на, сроду ничего не боялся, в драке один против пятерых выходил, что за чертовщина?

– Не боялся, наверное, потому, что слишком тупой, – тоскливо протянул внутренний голос.

Ни хрена себе! Это ещё что такое? Наверное, всё-таки сильно меня приложило, если начинаю сам с собой разговаривать. Случались у меня и раньше различные спортивные травмы, но как-то всё обходилось травмпунктом, в больнице я раньше не лежал. Так что как быть дальше, и какие тут порядки, не в курсе. От дальнейших раздумий меня избавила вошедшая в больничную палату парочка. Впереди шёл пожилой врач с фонендоскопом на груди, за ним следовала молодая смазливая медсестра. Вот! Опять! Какой на хрен фонендоскоп, отродясь слов таких не знал.

– Ну-с, как мы себя чувствуем молодой человек? – доверительно обратился ко мне лепила.

– Нормально я себя чувствую. Что со мной такое случилось? – пробурчал я.

– Поражение электрическим разрядом, – сообщил мне врач.

– Каким ещё разрядом? Я что на провод что ли, наступил? – изумился я.

– Разрядом атмосферного электричества, а именно шаровая молния явилась причиной Вашей травмы, – снисходительно пояснил доктор.

Самое странное во всём этом было то, что хотя доктор произносил какие-то незнакомые слова, я всё отлично понимал. Да, здорово меня шандарахнуло.

– И чо теперь, – поинтересовался я.

– Проведём обследование, полежите, полечитесь. На первый взгляд существенных повреждений Ваш организм не получил. Вы в прекрасной физической форме, организм молодой, растущий. Так что думаю всё с Вами будет в порядке, – заключил врач.

Медицинский тандем удалился, оставив меня в тяжёлых раздумьях.

– Господи! Вот что теперь делать? За что? Помогите, – тоскливо заныл внутренний голос в гудящей голове.

– Ты кто ещё такой? – поразился я.

– Аркаша я, Аркаша. – проныл внутренний голос.

– Какой ещё на хрен Аркаша? Ты откуда взялся и какого рожна тебе надо?

– Я не виноват это всё она, шаровая молния.

– Чо ты мне мозги канифолишь, какая ещё, мать твою, молния.

– Возле меня молния взорвалась, шаровая. Как я понял из вашего разговора с доктором, Вас тоже поразила шаровая молния, видимо, в тот же момент, что и меня. По всей видимости, произошёл пробой пространственно-временного континуума и меня забросило в Ваш разум.

– Ты чо, придурок, издеваешься, что ли?

– Нет, я здесь совершенно ни причём, это, видимо, такое редкое природное явление. Наверное, один случай на десятки миллионов, а может быть и ещё реже. Я о таком в книжках читал.

Сам Петя книжек не читал, ну, кроме учебников, да и те очень редко. Поэтому довод грамотея меня убедил. Ну, по крайней мере, заставил задуматься. Вот только что дальше-то делать? Если я продолжу сам с собой разговаривать, то недолго и в дурку угодить. Да, попал ты парень, ну да где наша не пропадала.

Вот так и началась моя эпопея превращения из неандертальца в цивилизованного человека. А всё Аркаша, сукин сын, угораздило же меня с ним связаться. На дворе шёл 1985 год и 23 апреля, состоялось историческое выступление Генерального секретаря Михаила Сергеевича Горбачёва на пленуме Центрального комитета Компартии, на котором был провозглашён курс на перестройку. Горбачёв говорил о необходимости ускорения социально-экономического развития страны и повышения благосостояния народа, заявлял, что он знает, что нужно делать дальше. Позднее, на январском пленуме ЦК КПСС Михаил Сергеевич Горбачёв объявил о начале реформ, которые запомнились всему советскому народу под названием Перестройка. Я, как и миллионы наших сограждан к такому резкому изменению всего жизненного уклада и идеологии в стране готов не был. А вот Аркаша был и вскоре события понеслись вскачь

* * *

Долго Петю держать в больничке не стали. Убедились, что со здоровьем у него всё в порядке и выпнули пинком под зад. Про голос в голове Петя благоразумно промолчал. Он был тупой, но хитрый, и в психушку ему определённо не хотелось.

Домашние вещи для выписки принесла мама Пети, Оксана Петровна. Самому Пете стукнуло 17 годков, а Оксане было 35 лет, но выглядела она на все пятьдесят. Хреново она выглядела. Раньше Петя не обращал на это внимание, а вот сучоныш Аркаша сразу обратил, чем чуть не вывел Петю из себя.

В молодости Оксана была девушкой красивой, и фигурка у неё была на загляденье. Но тяжёлая жизнь, бедность и употребление горячительных напитков, наложили свой отпечаток. Нет, алкоголичкой Оксана не была, но выпивала. Работала она поварихой в столовой, так что недостатка в жратве в семье не было, но на фигуре такое беспорядочное питание сказалось самым плачевным образом.

И вот ведь какая штука. Вроде эта падла Аркаша, жопа трусливая, сидел тихо, но как-то влиял он на всё Петино мировоззрение. Раньше Петя не задумывался об окружающем и о своём месте в обществе. А теперь он начал подозревать, что он тупой и бедный мудак. Перспектив у него никаких. Типичный путь – армия, завод, попойки с такими же как он люмпен-пролетариями, короче жизнь безрадостная и беспросветная. И это ещё в лучшем случае. А скорее всего, как и у большинства пацанов из его окружения ждала его классическая схема: “Украл, выпил, в тюрьму…” ©.

Аркаше такая схема явно не нравилась. А Пете не нравилось, что Аркаша грузит его такими мыслями. И поэтому ему привычно хотелось дать кому-нибудь в морду, сорвать на ком-то свою злость. И раньше бы он так наверняка и сделал. И, скорее всего, даже не дойдя из больницы до дома, оказался бы в трюме Волжского райотдела милиции. Но сейчас его что-то сдерживало. Поэтому он решил сначала добраться до дома и пожрать, а потом уже думать, что делать дальше.

Петя шёл домой пешком, хотя путь и был неблизкий. Шёл по знакомым улицам, и с каждым шагом настроение его всё больше падало. И причиной всему был подлый Аркаша, который поселился в его голове.

Чем ближе Петя приближался к своему дому, тем более грязными, узкими и запущенными становились кривые улочки. Вскоре даже редкий, в ямах и рытвинах, выщербленный асфальт пропал и под ногами хлюпала мутная грязь. Летом здесь ещё как-то было терпимо, а вот в эту осеннюю пору передвигаться здесь было весьма проблематично.

Дома были в основном двухэтажные, старые, с узкими окнами и покрытыми проржавевшими листами жести крышами. Часть домов были из обветшавшего, кое где начавшегося крошиться кирпича, другая часть домов первый этаж имела кирпичный, а второй деревянный. Ближе к Петиному дому пошли полностью деревянные дома барачного типа.

Раньше Петя на всё это не обращал внимания, а теперь эта гадская вторая личность Аркаши как-то на него влияла, и он впервые ощутил, в какой жопе он живёт.

Добравшись до дома, Петя загрустил ещё больше. В свою собственную квартиру, где они проживали с матерью, он входил даже с некоторой опаской. Квартира располагалась в полуподвале, две комнатушки и кухня. Туалет, ванная, а точнее, их отсутствие делало квартирку ещё более убогой. А когда Аркаша понял, что этот самый деревянный сортир находится во дворе, с двумя очками на полтора десятка семейств, обитающих в этом общем дворе, то он душераздирающе взвыл, отчего Петя аж покачнулся.

И ведь раньше Пётр считал, что живут они с матерью вполне нормально. Отдельная квартира, это вам не хухры-мухры. Да и от центра города не так уж далеко. А если учесть, что Желтогорск – это областной центр, а не какая там ни будь сраная Хватовка или Говносранск на границе с Казахстаном в глухой степи, то можно было считать, что ему ещё повезло.

Но Аркаша, похоже, так явно не считал. И самое неприятное, что благодаря его влиянию и у Пети теперь появились определённые сомнения, относительно своих жилищных условий. Да и насчёт своего положения в обществе, образе жизни и дальнейших перспектив. И Петя к своему глубокому изумлению впервые в жизни подумал, что неплохо бы было что-то в этой жизни поменять. Вот ведь сука этот Аркаша и откуда он взялся на Петину голову. Хорошо ему рассуждать, а корячиться-то предстоит не ему, а Пете. Тут надо было поразмыслить. Прикинуть, как говорится, ### к носу. А думать Петя не любил и не умел. По крайней мере, до сего времени.

А пока суть да дело Петя взял газетку и пошёл подумать. Туда же куда и ходит размышлять всякий российский мужик. То бишь в сортир. Не известно как в других странах, а вот в России лучшего места для глубоких раздумий, пока ещё не придумали.

Но и в сортире подлый Аркаша не успокаивался. Видишь ли, здесь ему в жопу дуло и запашок был не так чтобы уж очень приятный. Раньше Петя на все эти мелкие неудобства внимания не обращал, а вот теперь задумался, что, возможно, Аркаша в чём-то прав. Поэтому вопреки обычаю засиживаться в толчке не стал, а побрёл обратно в своё логово.

Затем Петя решил перекусить. Стоит ли говорить, что еда Аркаше тоже не понравилась. Надо сказать, что голодное детство Пете не грозило, благодаря работе Оксаны Петровны. Работа в столовой поваром была непрестижной и низкооплачиваемой. Зато еда в доме всегда была в достатке. Часть её, которая состояла из блюд, подаваемых в самой столовой, была достаточно отвратительной. Но часть добычи Оксана Петровна приносила в виде исходных продуктов, так что даже мясо в доме бывало частенько. А готовить Оксана умела очень хорошо, поваром она была очень даже неплохим. У некоторых могло сложиться мнение, что это сильно смахивало на воровство. Но простой народ придерживался совсем другого мнения и считал, что просто добирает то, что ему недодаёт государство.

Так что Аркашино нытьё Петя пока не понимал и не одобрял, жрачка была вполне себе съедобной. А главное, что её было много, что для мощного и растущего организма Пети, к тому же постоянно нагружаемого тяжёлыми тренировками, было фактором весьма немаловажным. Так что Петя хавал, запивая еду сладким чаем и на причитания Аркаши внимания не обращал.

Не обращал ещё и потому, что в голове его шёл непривычный процесс, он думал. В свои семнадцать лет он в этом году закончил десятилетку, что, в общем-то, для его окружения было нетипично, так как большинство ребят из народа после восьмого класса благополучно отправлялись в ПТУ, или в колонию. Но Петя был классным спортсменом и подавал большие надежды, был членом областной молодёжной команды по дзюдо, поэтому райком ВЛКСМ и спортивные чиновники считали, что для создания положительного образа советского спортсмена, десятилетка не помешает. Благодаря этому по всем предметам, кроме физкультуры, у него были твёрдые тройки и школу он всё же закончил. Больше всего этому, наверное, радовались учителя школы, где он числился.

Да и сам он рассчитывал на своё спортивное будущее. Петя даже решил бросить выпивать и покуривать травку, всё же среда проживания накладывала свой отпечаток и некие пороки, несмотря на тягу к спорту были ему не чужды. Но в начале лета Петя получил довольно серьёзную травму, и в последнее время спортивная карьера его была под угрозой. Покровители начали к нему охладевать и дальнейшие его перспективы были весьма туманны. Тем более что с травмой было всё не так просто. Тренеров и врачей Петя мог некоторое время вводить в заблуждение, но сам он чувствовал, что травма колена не даёт ему работать в полную силу и не факт, что он полностью восстановится.

Дальнейшее будущее выглядело весьма туманно и неопределённо. И теперь, когда его шандарахнуло этой летающей электрической дрянью и в его голове поселился Аркаша, он вдруг прозрел, и пробуждение это было весьма безрадостным.

Вот поэтому Петя и занялся неожиданно столь непривычным и обременительным для себя трудом, как размышления. И весьма ожидаемо, думал он не о судьбах человечества, не о победе социализма в отдельно взятой стране и даже не о повышении производительности труда, а о том какого хера ему теперь делать дальше.

Глава 3. Хандра

Хандра ждала его на страже,

И бегала за ним она,

Как тень иль верная жена.

А.С. Пушкин

После обильной жрачки Петю потянуло в сон. Он устроился на своём продавленном диване и решил подремать. Обычно это ему удавалось легко, но сейчас почему-то сон не шёл. В голове непривычно роились мысли. Петя рассматривал себя как бы со стороны, оценивал своё место в обществе и свои достижения, и пытался понять, кто он есть по жизни.

– Быдло! – услужливо подсказал Аркаша.

За такие слова Петя сразу же прописал бы в торец шутнику, но бить самого себя по голове, это уже перебор. Может красавчиком Петя и не был, но считал себя нормальным пацаном, не хуже других. Да и то в каких условиях он жил, прежде, казалось ему вполне нормальным. Но это ведь с чем сравнивать. То ли встряска от шаровой молнии на Петю так подействовала, то ли это было развращающее воздействие Аркаши, но Петя начинал понимать, что жить дальше в беспросветной нищете и серости он больше не хочет.

При этом он начинал довольно ясно понимать, что перспектив у него вырваться из этого болота маловато. Спортивная карьера накрылась медным тазом, а больше никаких других талантов у него не было. Полезные связи и богатые, влиятельные родственники тоже отсутствовали. На Петю накатывала беспросветная тоска, но он знал и умел бороться с этим паскудным состоянием. Нужно было как следует выпить или покурить травки. Только вот сейчас что-то его сдерживало от привычной попытки сделать вид, что проблемы не существует. Он понимал, что таким путём проблему не решить. И от этого только силнее злился.

Спать совсем расхотелось. Да и не дали бы ему спать дальше, так как явился его близкий приятель, Сашок, прослышавший, что друган вернулся из больнички. Сашок, в отличие от Пети, был в радостном возбуждении и предвкушении хорошей пьянки.

Пожалуй, Сашок был самым близким друганом Пети. Паренёк он был худощавый, жилистый, но невысокий. Спортом он, в отличие от друга, не увлекался. Зато курил с малых лет, да и выпить был не прочь. Знали они друг друга с малолетства, жил Сашок в этом же дворе. У него даже отец был, который работал на хлебобулочном комбинате, на котором работала и мать Сашка. Вот только бухал батя у него основательно и трезвым бывал редко. К тому же имел за плечами несколько отсидок.

Сынок уверенно двигался по стопам папаши. После 8-го класса пацан пошёл в ПТУ, но быстро оттуда вылетел. Так что в данный момент не имел ни профессии, ни работы. Зато уже обзавёлся несколькими зековскими татуировками, плотно стоял на учёте в инспекции по делам несовершеннолетних и пару раз только чудом избежал реального срока.

Так что дружок у Пети был ещё тот. Хотя, какого хрена, большинство окрестных пацанов мало чем отличались от Сашка. Какой ни есть, а кореш, и отказываться от него Петя не собирался несмотря на недовольное сопение Аркаши.

– Ну ты как, братишка? – сверкая улыбкой до ушей, поприветствовал друга Сашок. – Что-то ты какой-то мрачный. Хрен, что ли, не стоит после электрошока? – веселился друган.

– Да пошёл ты, – беззлобно огрызнулся Петя. – Чо лыбишься? Тебя бы так шибануло, кони бы бросил.

– А чего лепилы говорят? – посерьёзнев поинтересовался Сашок.

– Да вроде нормально всё, – задумчиво проворчал Петя. Про проблемы с головой он даже приятелю рассказать не решался. Психом прослыть никому неохота.

– Ну так какие проблемы? Пошли тогда отметим твоё выздоровление, – предложил Сашок.

И приятели направились, сначала во двор, где их уже поджидала тёплая компания парней, среди которых затесались две девицы. В основном это были пацаны из их и соседних дворов.

Самым близким из них был Рафик Самарин. Мама Рафика работала наёмной продавщицей у азербайджанцев на рынке, и в своё время кто-то из работодателей стал ещё и отцом её ребёнка. Кто именно Рафику было неведомо, и тема эта в семье была у них непопулярна. Внешность Рафик в основном унаследовал, похоже по линии отца. С Петей его сближала тяга к спорту. Рафик очень любил борьбу и был кандидатом в мастера спорта по вольной борьбе. Вес и габариты он имел соответствующие.

Из девушек яркой внешностью выделялась Даша, которая была двоюродной сестрой Паши по линии матери. Даша была на пару лет старше Пети, считала себя совсем взрослой и была весьма самостоятельной. Её мать, родная сестра Оксаны, была также матерью-одиночкой и жили они неподалёку в доме давно умерших родителей Оксаны. То есть девушка росла в неблагополучной семье и довольно рано, как это часто и бывает, занялась одной из древнейших профессий. И это была отнюдь не журналистика.

Компашка при виде Пети радостно загомонила. Девчонки чмокнули его в щёчку, а Рафик, как один из наиболее близких приятелей, молча подошёл и, обняв Петю, похлопал того по широкой спине.

Далее всей толпой двинулись со двора и пошли в сторону речушки Говнючки, протекавшей по дну Глебучева оврага. Не доходя полсотни метров до грязного ручейка, располагалась группа чахлых деревьев и заросли густых кустов. В глубине этих жалких подобий джунглей лежала пара брёвен, рядом с которыми в виде полукруга валялось несколько старых покрышек от грузовых машин, на которых также можно было присесть. Летом здесь в основном и тусовалась местная молодёжь.

Сейчас в конце осени здесь было уже неуютно, но дождя не было, так что было ещё относительно терпимо. Зато здесь никто не мог помешать ребятам веселиться и не было нужды сдерживать громкий мат, а в случае драки, разухабистые крики и глухие удары, не привлекали ненужного внимания окружающих.

Перед брёвнами лежала ещё одна покрышка, на которой был положен лист текстолита, таким образом, была сооружена нехитрая конструкция, заменяющая стол. Ребята привычно быстро развели небольшой костёр и дружно расселись вокруг. На импровизированном столе споро разложили нехитрую закуску: хлеб, сало, пара плавленых сырков “Дружба” и несколько яблок. Но главную основу композиции составляли две бутылки плодово-ягодного вина “Яблочное” и “огнетушитель” с портвейном “Кавказ”.

Стаканов было маловато и на всех не хватало. Гранёные стаканы пацаны регулярно реквизировали из автоматов с газировкой, но они таинственным образом постоянно куда-то исчезали. Но это было ни хрена не проблема. Девчонкам нацедили более интеллигентного портвейна, а пацаны приготовились привычно запустить бутылки с бормотухой по кругу. Хоть это была и не водка, но принцип, по семь булек на человека, работал исправно.

И тут случился эпический облом.

– Давай без меня, я мимо, – совершенно неожиданно, в первую очередь для самого себя, заявил вдруг Петя.

Мгновенно возникшая тишина, была почти ощутимой, такой вязкой, что казалось, её можно резать ножом.

– Ты чего, Петь, еб####ся, что ли? – поражённо произнёс, обалдевший Сашок.

Все непонимающе уставились на Петра.

Пётр понял, что он совершенно машинально ляпнул то, что подумал Аркаша, но давать задний ход было уже поздно.

– Я же из больнички. Лекарствами накачали, аж из ушей капает. Нельзя пить, траванусь. – пояснил он. Опять же отмазку подсказал ушлый Аркаша.

Слова прозвучали, но все смотрели на него с сомнением. Обычно местный люд бухал, нисколько не заботясь о своём здоровье. Выглядело это всё для окружающих как-то странно и подозрительно.

– Ну тогда ладно. Давай за твоё здоровье, – пришёл на помощь Санёк, постаравшись разрядить обстановку.

– Я тоже не буду. У меня на неделе первенство Области, – неожиданно присоединился в Пете здоровяк Рафик. Он и раньше выпивал весьма редко, хотя травку покуривал.

– Да вы задрали. Спортсмены фуевы! – выругался Стёпа, зло глядя на Петра.

Стёпа спортом не занимался, но был от природы здоровый и тупой. А ещё он был злобный и подловатый. Такой типичный дегенерат местного разлива.

– Тебя там в больничке случаем не подменили. Может, ты теперь ещё и в комсомол вступишь. А чо, десять классов у тебя уже есть, и весь ты сука из себя какой-то правильный. Верно, я говорю, пацаны? – нехорошо ухмыляясь, обратился он к честной компании.

Ситуация была обычной и весьма непростой. Нравы среди местных царили как в первобытном племени, и стоило кому-то дать слабину, как особо борзые пытались такого индивидуума сразу подмять и возвыситься за его счёт. Видимо, Стёпа посчитал, что признанный лидер Петя, ослабленный после больницы, дал слабину, и его можно подвинуть, воспользовавшись моментом.

Все напряглись. Петя несколько смущённо развёл руками и ничего не ответил. Народ расслабился. В том числе и Стёпа. А совершенно зря.

Потому что через мгновенье Петя, резко сорвался с места и моментально оказался возле наглеца. Стёпа попытался вскочить, но этим только усугубил своё положение. Петя каменным кулаком пробил ему прямо в солнышко, и добавил полусогнутому дебилу в рыло коленом. Не так сильно, чтобы сломать нос, но кровищи хлынуло изрядно, и Стёпа завалился назад, через бревно, рухнув на спину.

Петя был вообще всесторонне спортивно подготовлен. Кроме борьбы он занимался ещё и боксом. И здесь тоже делал заметные успехи и добрался до первого разряда. Но совмещать оба этих вида спорта на высоком уровне было сложно, навыки там требовались разные, и в определённый момент пришлось выбирать, на чём сосредоточиться.

В дзюдо у него достижения были гораздо выше, он уже к тому времени выполнил норматив кандидата в мастера спорта, попал в состав областной молодёжной команды, и ему начали платить небольшую стипендию. Может, для большинства благополучных семей, это были и небольшие деньги, но по меркам Пети весьма приличные и далеко не лишние.

Поэтому занятия боксом пришлось отодвинуть на второй план. Совсем тренироваться он не бросил, но в спортзал заглядывал теперь не чаще пары раз в неделю. К соревнованиям, понятное дело, уже не готовился, а так помогал тренеру с новичками и тренировался чисто для себя.

Так что Стёпа не с тем противником связался. После больницы или нет, а Петя его урыл бы в любом состоянии. Стёпа ситуацию оценил и благоразумно сдал назад. Через пять минут о происшествии уже все забыли. Такие стычки здесь происходили постоянно и были в порядке вещей.

Постепенно народ расслабился, сказывалось воздействие хоть и больше похожего на отраву, но всё же алкоголя. Девчонки особо на портвейн не налегали, и пацаны допили остатки портвейна из “огнетушителя”. У Рафика нашлась пачка Беломорканала, папироски в которой были совсем непростые. Папироска пошла по кругу, потянуло сладковатым дымком, и даже Петя не отказался от “дури” и сделал пару затяжек. Все повеселели, на лицах появились глуповатые улыбки.

Маринка, подруга Даши, которая была на год её моложе, давно подавала Пете недвусмысленные знаки, намекающие на разговор наедине. Надо сказать, что занималась Маринка тем же самым бизнесом, что и Даша, и у Пети нередко происходили с ней встречи с глазу на глаз. Не то чтобы Петя был её парнем, просто трахались время от времени. Так-то Маринка, как и многие девицы её профессии, к мужикам была весьма равнодушна, но под кайфом её пробивало на подвиги.

А Петя, что? Петя был весьма не против. Девицей Маринка была довольно симпатичной и умелой. А сам Петя благодаря упорным занятиям спортом имел фигуру, чрезвычайно привлекательную для дамского пола, и, привычный к изнурительным тренировкам организм, позволял ему трахаться долго и упорно, а не кончать за пару минут. По крайней мере, никто из девушек до сих пор не жаловался на недостаточную выносливость ёбаря Пети в постели.

Убедившись, что Петя обратил внимание на её знаки, Маринка отошла в кустики, якобы по нужде. Все уже были навеселе и не обратили на это внимания. Через пару минут за ней последовал Петя. Так-то с тем, чтобы потрахаться у местных парней проблем не было. Девчонки здесь рано начинали половую жизнь, и, особо не привередничая, легко давали своим временным кавалером после распития пары бутылок. Но и вероятность подхватить целый букет венерических заболеваний здесь просто зашкаливала. Поэтому Петя с местными девицами принципиально не трахался, хотя пользовался среди них большой популярностью.

А вот Маринка, это совсем другое дело. Подруга Даши также была профессионалкой и за здоровьем следила, так как иначе на хороших клиентов можно было не рассчитывать. Да к тому же она пользовалась презервативами. Вещь по тем временам довольно дефицитная, хотя и не дорогая. Но местные даже такие небольшие деньги тратить на всякие глупости не горели желанием. Так что секс с Маринкой был почти безопасным. Ну, относительно безопасным. Кто её знает, с кем она там трахалась по работе, некоторые клиенты за дополнительную плату настаивали на незащищённом сексе.

Как только Петя подошёл, Маринка сразу поинтересовалась:

– Ну трахаться-то хоть тебе можно? Надеюсь, самый главный для мужчины орган у тебя не пострадал? Дай-ка проверю, – и запустила шаловливую ручонку ему в штаны и, нащупала, стоящий колом немаленького размера член. – О-о-о! – захихикала она. – Ты как пионер, всегда готов.

Не теряя зря время, Маринка развернулась к Пете упругим задом, задрала юбку и приспустила трусы. Петя отступать не привык, тем более в таких ситуациях и отважно кинулся в бой. Натренированное тело не подвело бойца, он двигался ритмично и энергично. Довольная Маринка тихонько постанывала от удовольствия. Немного отвлекала Петю, мёрзнущая от холодного ветра задница, но он мужественно продолжал своё нелёгкое дело, доведя его до победного конца. После чего с чувством выполненного долга вынул уже свой конец из гостеприимной пилотки подружки.

Только Петя подумал, что вечер удался, как проявил себя притихший во время секса Аркаша. Тот, вероятно, чувствовал все ощущения, которые испытывал сам Петя, и во время секса себя никак не проявлял. Но вот по окончании процесса не преминул вставить свои пять копеек.

Недовольство Аркаши вызвало грубое резиновое изделие №2 Баковского завода, то бишь презерватив. По мнению Аркаши, он был просто отвратительным, и все ощущения терялись от использования такой грубой штукенции. Аркаша с ностальгией вспоминал тонкие и нежные изделия фирмы Durex. Оказалось, что кроме обычных презиков Аркаша в своей жизни использовал также презервативы ребристые, с пупырышками, с усиками и даже с различными вкусами и запахами, типа клубники.

Последнее обстоятельство поразило Петю до глубины души, когда он представил, как Аркаша нюхает, а затем жуёт презерватив. Возмущённый Аркаша пояснил, что ароматизированные презервативы нужны были для минета. Что такое минет Петя не знал, но быстро сообразил, что это таинственное действо аналогично тому, что у местных аборигенов называется “дать за щеку”. “Ну и извращюги у них там в будущем” – подумал Петя, натягивая штаны на свою уже изрядно подмёрзшую жопу.

После того как они вместе с Маринкой вернулись к основной компании, Петя почувствовал, что даже его могучий организм требует отдыха. Таки сказывалось пребывание в больнице. Воздействие подлой летающей электрической хреновины всё же не прошло бесследно, да и непривычные нервные потрясения тоже несколько выбили Петю из привычной колеи. Один сукин сын Аркаша со своими закидонами чего стоит. Организму требовался длительный сон, и Петя постепенно начал клевать носом.

Вино было всё выпито, шмаль у Рафика тоже закончилась, по крайней мере, по его словам. Хотя Петя не сомневался, что запасливый Рафик зажал неприкосновенный запас травки. Веселье ожидаемо пошло на спад. Алкоголь постепенно выветривался, и компания ощутила, что на улице уже не лето красное и холодный ветер начинает пробирать, тем более что одеты все были бедно и не совсем по сезону.

Так что вскоре как-то всем одновременно в голову пришло, что пора завязывать, и ребята, спотыкаясь в темноте и чертыхаясь, потянулись домой.

Добравшись домой, Петя завалился в постель и стал погружаться в глубины сонного царства. Засыпал он под суетливые мысли Аркаши, в которых главным мотивом звучало: “ Деньги, Деньги, Деньги…”. Петя был с ним согласен, что деньги не помешали бы. Но сейчас он хотел спать и поэтому приказал Аркаше загнуться, и погрузился в объятия Морфея.

Глава 4. Пятачок

Торговля не терпит законов,

подобно океану, носящему корабли её.

Пифагор

Проснулся Петя с теми же мыслями, что и засыпал. И мысли эти были не его. Он уже понял, что Аркаша любил деньги преданно и беззаветно. И в той своей жизни Аркаша был торгашом. Такому обвинению Аркаша, конечно, возмутился и стал доказывать, что он был владельцем крупной торговой фирмы, занимавшейся в том числе импортом-экспортом. Но в Петином понимании это всё равно был торгаш.

Но в чём Аркаша был прав, так это в том, что деньги, это такая штука, когда лучше, когда они есть, чем когда их нет. Деньги Пете нужны были всегда. Вот только где их взять, Петя представлял плохо. А вот Аркаша по ходу дела, похоже, неплохо ориентировался в этой сфере.

Как бы там ни было, но ясно было одно, что, лёжа в кровати, денег не заработаешь. Поэтому пришлось Пете вылезать из-под одеяла и умываться, к неудовольствию Аркаши холодной водой. Затем Петя полчаса активно занимался разминкой и отработкой техник с воображаемым противником. После чего уселся за стол, поглощать нехитрый завтрак, оставленный для него Оксаной Петровной.

Правда, и здесь аппетит ему умудрился испортить Аркаша, который ныл, что ему нужен кофе, без которого он не мыслил своего существования. Кофе, между прочим, Петя пробовал, не дикарь какой-нибудь. Всё же матушке, работавшей в системе общепита, время от времени удавалось добыть различные ништяки. Растворимый индийский кофе в красивой жестяной банке, выглядел круто, но вкус его Пете не понравился. Так что страдания Аркаши он не очень понимал. По его мнению, индийский чай со слонами, был куда вкуснее. На что Аркаша в расстроенных чувствах опять обозвал его каким-то нехорошим словом – плебей. Что это за зверь такой, Петя не знал, но подозревал, что слово это ругательное и в ответ обозвал Аркашу козлом.

“И это был воскресный день, и я не лазил по карманам. В воскресенье отдыхать! Вот мой девиз. Вдруг – свисток, меня хватают, обзывают хулиганом, А один узнал, кричит: “Рецидивист!” ©, именно так пел Владимир Семёнович Высоцкий. Справедливости ради следует сказать, что нынче была суббота, а не воскресенье, но дело, которым собирался заняться Петя со товарищи, всё равно было достаточно стрёмным.

Недалеко от места проживания Пети, если двигаться вверх, в сторону центра города, был небольшой, чахлый скверик, к которому примыкал обширный пустырь. А ещё чуть дальше и ближе к центру начинались настоящие кирпичные многоэтажные дома, ещё старой постройки, и более современные панельки. Скверик был примечателен тем, что по выходным в нём и на пустыре собиралась стихийная толкучка, где торговали разным хламом и старыми вещами. Бойкие бабульки продавали всякую всячину, включая домашние пирожки, солёную капусту, воблу, сушёные и маринованные грибы. Короче, блошиный рынок, который местные окрестили Пятачком.

Именно туда и направились Петя со товарищи. Кроме Сашка и Рафика, к Пете присоединились ещё двое крепких пареньков из их постоянной компании. Шли они не просто так, типа прошвырнуться, а с определённой целью. И учитывая их асоциальный образ жизни, цели этой прогулки несколько расходились с общепринятыми нормами поведения и по словам более опытного в этом деле Сашка, попадали под действие такого документа, как УК РФ Статья 161. Грабёж. По сведениям того же самого Сашка сроки там светили также немалые, от 4 до 10 лет. Это вам не мелкое хулиганство или кому-нибудь морду набить.

Интересовали Петю с компанией, конечно, не старушки и не склочные пенсионеры, с которых и взять-то было нечего. Дело в том, что в стране всеобщего дефицита всё ещё попадались среди молодёжи несознательные личности, падкие до различных западных ништяков, которые были, конечно же, чужды настоящей советской молодёжи.

Как известно, спрос рождает предложение. И находились не менее аморальные личности, которые, идя на поводу у проклятых капиталистов, готовы были обеспечить несознательную молодёжь этими самыми ништяками. И имя этим вредным личностям, которых на комсомольских собраниях сознательные молодые люди клеймили позором, было – спекулянты.

Развращая неокрепшие умы, эти ушлые типа предлагали заморские джинсы, кроссовки, юбки, блузки, мохеровые шарфы, жвачку, сигареты, губную помаду, женские сапоги… Да много чего предлагали. Короче, всякую иностранную дрянь, за наши полноценные советские рубли. Причём бессовестно драли три шкуры с честных советских граждан. И что самое интересное, граждане всё это охотно покупали, вместо того чтобы сказать этим наймитам зарубежного капитала, решительное нет. Слаб человек.

А Петя и его друзья вели с этими спекулянтами решительную борьбу, реквизируя у них товары и незаконно нажитые денежные средства. И вот вместо благодарности, пожалуйте бриться. Им же ещё и угрожают статьёй Уголовного Кодекса.

Когда Аркаша понял, чем они собираются заняться, то ожидаемо окрестил их дебилами и завёл песню про то, “…что, сколько верёвочке не виться…”. Петя хотел послать его на хер, но неожиданно задумался. Дело-то действительно было стрёмное. А на зону Пете, понятное дело, не хотелось. Поэтому он вступил с Аркашей в мысленную дискуссию.

– Ты же сам говорил, что деньги нужны, а теперь заднюю включаешь, – попенял он Аркаше.

– Я предлагал достать денег, а не уголовщиной заниматься, – огрызнулся Аркаша.

– Ну и как, бляха-муха, ты их предлагаешь достать, умник херов? – поинтересовался Петя.

– Есть одна мыслишка, – доверительно сообщил Аркаша. – И начал излагать Пете свой хитровыделаный план.

План, по мнению Пети, излишне мудрёный, и раньше Петя такую херню даже слушать не стал бы. Но под воздействием Аркаши с Петей что-то происходило, он стал замечать, что меняется и даже, страшно сказать, начал умнеть. Аркаша, конечно, по мнению Пети, был ещё тот мудак, но мудак умный и образованный, и поэтому Петя начинал прислушиваться к его советам. Похоже, что симбиоз решительного, но недалёкого Пети, и чересчур умного хитрожопого Аркаши, запустил процесс создания новой неординарной личности. Петя менялся прямо на глазах, при этом понимая, что от окружающих эти процессы лучше пока скрывать.

Выслушав план Аркаши, Петя сообщил своим подельникам, что действовать они сегодня будут по-другому. Пацанам, в общем-то, было по херу, как действовать, а авторитет Пети был непререкаем, поэтому все согласились.

Обычно схема была простая и примитивная. Пацаны шастали в толпе покупателей и просто любителей поглазеть, и высматривали подходящие жертвы. Дожидались, когда кто-то из неосторожных и менее опытных спекулянтов отходил банально поссать в ближайшую подворотню или, решив, что на сегодня достаточно наторговал, отправлялся домой в одиночку или в паре с таким же задротом.

Сразу же рядом нарисовывались пацаны и как пишут в протоколах “ … с угрозой насилия или лёгкого насилия, не несущего угрозы для жизни и здоровья потерпевшего…” изымали у лоха лишние денежные средства. У кого трёшку, у кого пятёрку. Иногда ещё могли отнять импортные сигареты, жвачку и прочую мелочёвку. Следуя советам опытного Сашка, много не брали, рассчитывая, что из-за мелочёвки терпила в ментовку не побежит. Тем более что у спекулянтов самих рыльце было в пушку, и светиться перед милицией у них не было никакого желания. Добыча была скромной, но и риск небольшой.

Но в этот раз в соответствии с планом Аркаши им нужна была крупная рыба. Нужен был опытный спекулянт со связями. Получив задание, пацаны начали шнырять по толкучке, и вскоре обратили внимание на модно одетого молодого человека годков эдак девятнадцати, типичного студента. Такие по мелочам не разменивались. На первый взгляд у чувака никакого товара не было. Но присмотревшись, ушлый Сашок обнаружил, что в руках парень держит несколько цветных фотографий, который демонстрирует потенциальным клиентам. Улучив момент, Сашок, проскользнув мимо, засёк, что на фотках были импортные джинсы. Как раз то, что доктор прописал.

Ждать пришлось долго, так как товар был дорогой, многие смотрели фотки, но до покупки дело не доходило. Наконец, терпение охотников было вознаграждено. Симпатичная, модно прикинутая девица лет семнадцати, в сопровождении массивной мамаши, видимо, предварительно сторговались со студентом и двинулись в сторону многоэтажных домов. На подходе к домам студент подал условный знак и к ним присоединился ещё один паренёк с потёртой спортивной сумкой.

Компания зашла в одну из подворотен проходного двора многоэтажного дома, и Петя пожалел, что не прихватил с собой кого-нибудь из девчонок. Те могли бы прогуляться мимо участников сделки, не вызвав особых подозрений и опасений. Пришлось положиться на удачу, и ждать пока совершится сделка по покупке дефицитных шмоток. Петя и его пацаны давно изучили окрестности как свои пять пальцев и знали, что двор проходной. Поэтому Петя отправил Сашка и одного из пацанов в обход, чтобы перекрыть спекулянтам пути отхода.

После того как дородная матрона с дочкой покинули торговую подворотню, сжимая в своих загребущих лапах какой-то свёрток с вожделенной добычей, Петя с приятелями рванули в арку двора. Как только они влетели в арку, навстречу им попались, улепётывающие во весь дух от Сашка, спекулянты.

Один сразу же получил от Пети удар под дых, а второй словил нехилый тычок по печени от здоровяка Рафика. Оба студента не отличались крупными габаритами и тренированными мышцами, и потому, после прилетевших подарков, скрючились в три погибели, жалобно подвывая. При этом один из них выронил спортивную сумку, которая шлёпнулась на грязный асфальт.

А дальше начали происходить странные вещи, от которых у приятелей Пети глаза полезли на лоб. Их вожак достал из кармана и нацепил засаленную красную повязку с надписью – Дружинник.

– Так, что тут у нас? – деловито произнёс Петя. – Что это за сумка подозрительная? Ваше имущество, граждане? – сурово обратился он к студентам.

Те ненадолго задумались, а потом дружно отрицательно замотали головами.

– Значит, вещи ничьи, – авторитетно заявил Петя. – Раз мы их нашли, то придётся их забрать. Но, конечно, если хозяева найдутся, придётся их вернуть.

– Ну, кончено, – осклабился Сашок, поднимая сумку. – Тихо сп###ил и ушёл, называется, нашёл.

– Разговорчики в строю! – сурово прикрикнул Петя. – Давайте посмотри, что тут у нас, – продолжил он, забирая сумку у Сашка.

Все любопытно уставились на сумку.

– Так. Похоже, что здесь всё не так просто, – заявил Петя, доставая из невзрачной сумки, запечатанные в целлофановый пакет, импортные синие джинсы Lee. – Похоже, что нам попались злостные спекулянты. В то время как вся сознательная молодёжь трудится на заводах или грызёт гранит науки, готовясь к свершениям в соответствии с целями, поставленными партией и комсомолом, эти отщепенцы наживаются на нашем трудовом народе.

А если конкретно, то это в соответствии с УК РФ Статья154. Спекуляция, то есть скупка и перепродажа товаров или иных предметов с целью наживы. И если мне не изменяет память, наказывается сие деяние лишением свободы на срок до двух лет с конфискацией имущества или без таковой, или исправительными работами на срок до одного года. Ну, даже если на первый раз и не посадят, то из института точно выпрут. Ай, как нехорошо – осуждающе покачал головой Петя.

– Да это не наше, – судорожно всхлипнул один из парней.

– Ну раз не ваше, то к вам вопросов по поводу этих иностранных тряпок нет, – покладисто согласился Петя.

Могло показаться, что весь спектакль Петя разыгрывал, чтобы отжать джинсы. Но это было не так. Так-то ситуация была двоякая. Раз парни отказались признавать себя хозяевами джинсов, то, забирая их Петя и компания, формально не совершала никакого преступления.

Только вот вещь была очень уж приметная. Если их наденет кто-нибудь из пацанов, то это сразу вызовет массу вопросов у окружающих, пойдут слухи, которые неизбежно дойдут до ушей участкового. Ясен пень, что никто из местных отбросов купить себе такую дорогую вещь не мог, а значит, вещь имеет криминальное происхождение. В сказки о найденных джинсах менты ожидаемо не поверят, и, скорее всего, неосторожному счастливчику светит вполне конкретный срок. Уж будьте спокойны, менты что-нибудь придумают, те ещё затейники.

Да и вместе с Петей их пять человек, так с какого хера отдавать джинсы кому-то одному.

Продать тоже было не вариант. Дураку ясно, что у местной шпаны такая дорогая вещь явно ворованная. В лучшем случае дадут несколько червонцев. А скорее всего, слухи опять дойдут до ментов, и опять та же жопа, только вид сбоку.

Но как выяснилось, Петя и не собирался забирать эти джинсы.

– То есть вы, парни не спекулянты? – снова обратился он к затихшим студентом.

Те отчаянно замотали головами.

БАЦ! Пролетарский Петин кулак опять влетел под дых расхитителю социалистической собственности.

– Чо ты мне мозги канифолишь! Мы видели, как вы этим бабам джинсы продали. Верно я говорю, пацаны? – обратился он за поддержкой к приятелям. Те дружно загомонили, подтверждая Петины слова. – Где деньги, которые вы у трудящихся граждан выманили?! – рявкнул Петя.

Один из студентов торопливо полез во внутренний карман куртки, и трясущейся рукой протянул Пете небольшую пачку червонцев.

Но Петя деньги не взял. Экономный Сашок было рыпнулся взять червонцы, но Петя так на него зыркнул, что тот аж попятился.

– Ты мне свои грязные спекулянтские деньги не суй! – сурово произнёс Петя. – Мы сознательные граждане и нам чужого не надо.

Студенты стояли совершенно обалдевшие, не понимая, что им делать. Справедливости ради, надо сказать, что приятели Пети были изумлены происходящим не менее терпил.

– Я вот думаю, а вдруг они, правда, не спекулянты, – задумчиво произнёс Петя, обращаясь к Сашку. Но тот уже давно потерял нить Петиных рассуждений и теперь тупо молча пялился на него. – Ребята, вы точно не спекулянты? – обратился Петя к студентам.

Те отчаянно замотали головами.

– Мы просто студенты, – жалобно проблеял один из них.

– А деньги тогда такие у Вас откуда? – сурово вопросил Петя. И видя, что студент замялся, пришёл ему на помощь. – Наверное, родители у вас богатые, вот и балуют.

– Да, да! Это родители денег дали на покупки, – обрадованно закивал студент.

– Вот вы, значит, богатые, а мы бедные. Как-то это неправильно, – задумчиво протянул Петя и теперь уже его пацаны дружно закивали головами.

Студенты напряжённо молчали, не зная, чего ещё ждать от этого странного здоровяка.

– А знаете, что? – вдруг оживился Петя. – Мы тут совершенно случайно нашли ничьи джинсы. Классные. Фирма. Давайте, вы их у нас купите. Скажем, за 50 рублей. Согласны?

Студенты неуверенно переглянулись. Их не оставляли опасения, что Петя над ними издевается и, в конце концов, заберёт и джинсы, и деньги. Но деваться им всё равно было некуда, и парень отсчитал 50 рублей десятками и протянул их Пете.

– Ну вот и молодцы, – похвалил Петя. – У нас тут как раз и сумочка есть, чтобы вам удобнее было покупку нести.

Забрав деньги, Петя передал студенту злополучные джинсы, а Сашок, понукаемый взглядом предводителя, протянул парням сумку. Те положили джинсы в сумку и выжидательно уставились на Петю.

– Пойдёмте, я вас немного провожу, – дружелюбно улыбаясь произнёс Петя и повёл спекулянтов мимо посторонившихся по его знаку пацанов.

Выйдя из арки и пройдя несколько шагов, Петя велел одному парню двигаться дальше, а второго, который был на вид посмышлёней и поопытней, попросил задержаться на пару слов.

– Слышь, дружище, я дико извиняюсь, но хотел поинтересоваться, кто у вас старший в вашей шайке-лейке?

– Не понимаю, о чём ты, – напрягся парень.

– Щас в бубен заряжу, сразу поймёшь, – злобно ощерился Петя, изображая злобного гопника. – Я спрашиваю, кто вас шмотками снабжает, перед кем отчитываетесь и кто вами командует. Да не ссы ты, я же не мент.

– Ну, есть там один человек. Арнольд.

– Во! – обрадовался Петя. – Так, ты передай старшему, что у меня дело к нему есть. Взаимовыгодное. Предложение, которое позволит повысить доходность его бизнеса и маржинальность товарно-денежных операций.

– Чего! – вылупился на него обалдевший студент.

Петя и сам не понял, что это он сейчас сказал, так как этот словесный понос был чисто Аркашиным монологом.

– Просто передай ему дословно, то, что я тебе сказал. И пусь подходит завтра часикам к 11-ти на барахолку для разговора. Понял?

– Хорошо. Передам, – согласился молодой спекулянт. – Ну, я пойду? – просительно взглянул он на Петю и, получив разрешение, припустил вверх по улице вслед за своим товарищем.

А Петя вернулся к своим товарищам и раздал каждому по червонцу. Для пацанов это были неплохие деньги. Но в глазах их читался немой вопрос:” Какого хера, Петя?”.

Было понятно, что двести рублей и джинсы – это, значительно больше, чем по десятке на рыло.

– Петь…, – нерешительно начал Сашок.

– Если вам захотелось из-за сраных джинсов и двух сотен на зону загреметь, то мне нет! – жёстко пояснил Петя. – И потом не ссыте пацаны, деньги будут. У меня есть план.

План действительно был, но не у него, а у Аркаши. Но Петя чувствовал, как он сам стремительно меняется и становится другим человеком. Не более мягким, а более умным и оттого вдвойне опасным. И поэтому решительно давил в себе внутреннюю жабу, которая выла об упущенных деньгах.

Петя очень надеялся, что неизвестный пока ему Арнольд, придёт на встречу. А если даже и нет, то и хер с ним. Они с Аркашей ещё что-нибудь придумают. Почему-то он верил, что всё будет ништяк. В конце концов, деньги – дело наживное, особенно когда есть голова на плечах. Как гласит народная мудрость: “Деньги – это навоз, сегодня нет, а завтра – воз” ©.

Глава 5. Деловые партнёры

Весь секрет бизнеса в том,

чтобы знать что-то такое,

чего не знает больше никто.

Аристотель Онассис

Арнольд Великанов имел, прилепившуюся к нему с детских лет кличку, Велик, и папу, заместителя директора Областного Торга. От мамы, бывшей примы местного драмтеатра, он также получил смазливую внешность, артистизм и обаяние. Арнольд всегда нравился девушкам, благодаря внешности, весёлому характеру. Хотя, возможно, не последнюю роль в этом играло то, что у него всегда водились деньги.

Сначала это были щедрые карманные суммы на расходы от папы, который ни в чём не отказывал своему любимому отпрыску. А потому, когда молодой человек поступил в институт на экономический факультет и успешно его закончил, то у него появились и свои деньги. Большие деньги, по тем временам. И заработал он их не вагоны разгружая. Точнее, термин заработал, был в данном случае не совсем уместен.

Ещё будучи студентом, Арнольд начал осваивать тонкости торгового ремесла. В стране всеобщего дефицита, должность его папы, Рафаила Вазгеновича, открывала широкие возможности. Пользуясь связями отца, начинающий бизнесмен доставал различные дефицитные товары, которые разлетались как горячие пирожки и приносили очень солидную прибыль. Арнольд быстро смекнул, что торговать самому дело опасное, нудное и долгое. Поэтому постепенно у него образовалась целая команда помощников, которые и занимались этой хлопотной и небезопасной работой.

А дальше папа пристроил Арнольда после института на должность руководителя среднего звена в Областное Управление Потребкооперации. И жизнь заиграла новыми красками.

Подведомственные предприятия занимались закупкой мяса и продукции сельского хозяйства у населения. Часть продукции перерабатывалась и продавалась в магазинах Коопторга по коммерческим ценам.

Кроме денег, граждане, у которых закупалась сельскохозяйственная продукция, получали талоны. По талонам в магазинах Коопторга можно было приобрести дефицитные товары: обувь Саламандра, импортные джинсы, бытовую радиоаппаратуру. Много чего можно было купить в этих магазинах. Но ещё больше дефицитных товаров, которые поступали в распоряжение Потребкооперации, до полок магазинов не доходило. Арнольд имел свой небольшой ручеёк от этого полноводного потока, который реализовывал через своих помощников.

Имея деньги и связи, Арнольд наладил контакты по линии Торга, где трудился отец, и по линии Потребкооперации, с московскими коллегами, благодаря чему, поток товаров рос прямо на глазах.

Московские товарищи были связаны и с обычными спекулянтами, которые частным образом гнали из-за границы различный дефицит, а также с цеховиками, которые делали весьма качественные копии импортных шмоток и обуви, но уже в подпольных цехах на территории нашей необъятной Родины.

Предприимчивым молодым человеком был Арнольд и недостатка в дефицитных товарах у него не было. Но к его огромному сожалению, были трудности, связанные с реализацией этого самого товара.

И вот сегодня ему позвонил один из наиболее доверенных реализаторов товаров, студент Универа Витя, и сообщил весьма странные новости. Говорил тот по телефону сбивчиво, на нервах, и Арнольд назначил ему встречу вечером, в ресторане Москва, где он обычно проводил вечера, и иногда общался по делам с нужными и солидными людьми.

Витя к таким серьёзным людям не относился, но так совпали обстоятельства, что Арнольд как раз размышлял над одной проблемой, и информация студента натолкнула его на одну интересную мысль. Кроме того, точка на которой работал Витя, была, по мнению Арнольда, весьма перспективной, так как находилась недалеко от центра города. Если бы не близость с другой стороны района Глебучева оврага и, как следствие, постоянные нашествия местной шпаны, то обороты с данной точки могли бы быть весьма впечатляющими.

Вот по совокупности этих важных тем Арнольд и решил снизойти до того, чтобы назначить встречу координатору группы молодых спекулянтов, в престижном ресторане. И сейчас Витя сидел напротив изображающего скучающий вид босса, и взахлёб рассказывал ему о сегодняшнем странном происшествии, и не менее странном предложении грозного гопника о встрече.

– Значит, говоришь, тупой отморозок, мудак, местное быдло? – вкрадчиво поинтересовался Арнольд.

– Ага! – закивал Витя.

– Только вот странно как-то получается Витюша. Вместо того чтобы забрать у тебя джинсы и двести рублей, что подпадает под нехилую статью УК, он “нашёл”, заметь “ничьи” джинсы и тебе их продал, считай по себестоимости. При этом его действия тянут в худшем случае на мелкое правонарушение и штраф. Да, и повтори-ка мне ещё раз дословно, что он тебе сказал, насчёт встречи.

– Ну, он просил передать старшему, что у него к тебе есть дело. Взаимовыгодное. Предложение, которое позволит повысить доходность бизнеса и маржинальность товарно-денежных операций, – неуверенно попытался воспроизвести речь Пети студент.

– Я, конечно, понимаю, что такие широко известные пролетариату слова, как: взаимовыгодное, предложение, доходность бизнеса, товарно-денежные операции, это повседневный словарный запас гопника из нищебродов. А знаешь ли ты Витюша, что такое – маржинальность и для чего она нужна? – ласково вопросил Арнольд.

Витя, завис, тщательно напрягая мозги, но ответить на вопрос босса, ожидаемо не смог.

– Так вот, мой юный друг. Маржа показывает, сколько прибыли остаётся от выручки после продажи продукта, а маржинальность – долю прибыли в полученном доходе. Маржинальность помогает оценить прибыльность или рентабельность бизнеса. И ты знаешь в чём фишка? Что это не знаешь не только ты, но и большинство людей, занимающихся торговлей. Скорее это обороты из лексикона людей с высшим экономическим образованием. Так поясни мне скотина, откуда твой дебил-гопник, знает такие тонкости?! – яростно, но негромко рявкнул Арнольд.

Виктор съёжился на своём стуле и только испуганно хлопал глазами.

– А ты не подумал, что этот твой странный гопник, может быть из ментовки?

– Не. Я проверил. – облегчённо выдохнул Виктор. – Это точно местный пацан. Из спортсменов. Его там вся местная шпана знает и уважает. Он в этом году только школу закончил. Точно не мент.

– То есть дебил местного розлива, но какой-то слишком образованный дебил. Словечек таких он явно не в школе нахватался. Да и тебя развёл красиво. Интересный персонаж. Пожалуй, нужно будет с ним встретиться. Есть у меня кое-какие соображения, – решился Арнольд. – Значит, слушай сюда. Сделаем так.

И он принялся что-то втолковывать, сидящему напротив Витюше, а тот согласно кивал, внимательно слушая шефа.

* * *

Разделение труда. Слышали про такую штуку? Умные люди придумали. Так вот, тело у Пети с Аркашей было одно, а головы как бы две. Как бы, потому что Петя был всё же главным. Он мог прислушиваться к советам Аркаши, а мог и не прислушиваться. Но что-то ему подсказывало, что, учитывая его личные достижения на данный момент, ну, может быть, кроме спорта, лучше всё же прислушаться. А вдруг прокатит и жить станет лучше, жить станет веселее. Как шутил подлец Аркаша: “Лучше быть здоровым и богатым, чем бедным и больным” ©.

Поэтому к воскресному бенефису Петя готовился серьёзно. К 10 часам утра он вместе со своей командой, которая увеличилась до десяти человек, если считать самого Петю, уже были на Пятачке.

Пацаны получили команду шнырять в толпе и всё тщательно отслеживать. Кто чем торгует, как ведут себя покупатели, не трётся ли поблизости местная шпана. Короче, надо было понять, кто, чем дышит, и как здесь всё вообще функционирует, с точки зрения организации торгового процесса.

Петя нервничал, появится ли вчерашний знакомый спекулянт, через которого он назначил встречу. Но опасения оказались напрасными, и Виктор нарисовался буквально через десять минут после того, как прибыл Петя с компанией.

Петю первоначально напрягло, что хмырь явился один. Но Витя пояснил, что шеф не хочет обсуждать серьёзные вопросы на улице, и ждёт их в кафе-мороженое “Арлекино”. Вроде и недалеко, но пешком чапать солидно. Но не отказываться же от встречи. А вот Аркаша, наоборот, обрадовался, пояснив, что неведомый шеф серьёзно отнёсся к предстоящей встрече, раз предполагает, что разговор будет длительным.

Погода на улице не очень благоприятствовала поеданию мороженого. Но то на улице. В самом помещении кафе-мороженое “Арлекино”, было, как говорится: “тепло, светло и мухи не кусают” ©. Уютная была обстановочка и народу, несмотря на воскресный день, было пока немного.

Витя провёл гостя в дальний угол, где несколько столиков стояли как бы особняком. Сейчас они были свободны, за исключением одного столика, за которым сидел молодой мужчина, одетый в добротные импортные шмотки.

Виктор подвёл Петю к столику и представил шефу. Арнольд руку Пете не подал, но предложил присесть, а вот Вите присесть он не предлагал. Арнольд некоторое время молча рассматривал Петю, а затем улыбнувшись спросил:

– Мороженое будешь? И кофе, заодно? – Петя молча кивнул.

Арнольд кинул на стол трёшку и послал Витю принести заказ. Тот поморщился, но отказаться не посмел.

Арнольд внимательно исподволь рассматривал сидевшего напротив парня, и пытался понять, что тот из себя представляет. На первый взгляд, парень был типичный здоровенный дебил из дворовой шпаны. Одет бедно и безвкусно. Видно было, что занятия спортом наложили на него некий оттенок цивилизации, но в целом данное ранее Витей описание парня как обычного гопника, соответствовало действительности. Арнольд заскучал и начал думать, что зря согласился на эту встречу.

Из общей картины несколько выбивалось поведение парня. Попав в относительно цивилизованное место, он должен был нервничать в непривычной для себя обстановке. “Арлекино” считалось элитным местом, подобные заведения были в стране развитого социализма пока достаточно редкими. Заведение было расположено в центре города и здесь любила тусоваться местная золотая молодёжь.

Мороженое в виде шариков подавали в непривычных металлических креманках, хитом было мороженое с шоколадной крошкой, которое очень нравилось девчонкам. Кроме того, к мороженому подавали довольно приличный по меркам СССР кофе. Да и цены здесь были не совсем демократичными.

Однако Петя демонстрировал полное равнодушие к тому, что попал в столь престижное заведение. Всё потому, что новая связка Петя-Аркаша воспринимало окружающее через призму не только небогатого Петиного опыта, но и довольно небедного Аркаши, который в своём XXI веке, много чего насмотрелся, в том числе и в многочисленных зарубежных вояжах в странах развитого капитализма.

– Как тебе здесь обстановочка? – поинтересовался Арнольд.

– Сойдёт, для сельской местности, – равнодушно пошутил Петя-Аркаша.

В это время Витя притащил Петин заказ и поставил перед ним, а сам уселся за один из свободных столиков с порцией мороженого, чтобы не мешать разговору.

Арнольд ожидал, что парень удивится необычному виду мороженого и металлической креманке и накинется на лакомство, но что-то пошло не так. Петя может и хотел бы наброситься на красивые белые шарики с шоколадной крошкой, но под воздействием Аркашиных инстинктов, почему-то потянулся к чашке с горячим кофе и, пригубив напиток, недовольно поморщился. Кофе на вкус Аркаши был так себе.

– Ну, так что у тебя за дело ко мне? – выдержав паузу, равнодушно поинтересовался Арнольд.

Петя хотел привычно пошутить, типа: “Слышь пацанчик, дело есть – хер сварился, будешь есть?”, но Аркаша не дал ему свернуть в сторону от основной линии партии.

– Тема значит такая. Барахолка, где твои люди товар толкают, имеет очень выгодное расположение. От центра недалеко, можно пешком дойти. Но вот ведь какая штука, потенциал этой торговой точки раскрыт процентов этак на десять, а то и меньше. Пацаны твои всё время опасаются, что местная шпана товар и деньги у них отнимет, да ещё и рыло начистят. По этой причине рабочих лошадок у тебя маловато.

А те, которые есть, всё время на измене, открыто стоять и предлагать товар боятся. Соответственно покупателю найти их сложно. Кроме того, покупателю нужно товар показать лицом, а некоторые шмотки примерять надо. А большинство продавцов стоит без товара, чтобы покупателю посмотреть нужно идти к ближайшим домам и где-то в подворотне этот товар оценивать. Сплошной геморрой, получается.

Да и не все толкачи из-под тебя работают. Там считай половина левых продавцов, которые сами по себе.

Сложно торговля идёт. Из-за этого продавцы цену задирают на товар, так как объёмы продаж низкие. А работать надо с оборота, тогда и цены можно чуток снизить, товара больше уйдёт, в сумме выигрыш получится.

– Ты всё правильно говоришь. Только я и так это знаю, – хмыкнул Арнольд. – Весь вопрос в том, что делать?

– Вот. В том-то и суть. Смотри. Я у местных пацанов в авторитете, меня все знают. Мои люди будут ходить по рынку и смотреть за порядком. Твои продавцы смогут стоять свободно, ничего не опасаясь. Товар будут держать при себе и сразу показывать покупателю. Можно рядом какой-нибудь заборчик небольшой поставить, типа ремонт дороги и за этим заборчиком прямо на месте вещи примерять.

Причём торговать будут только твои люди. Кто-то из твоих доверенных лиц, скажем тот же Витя, будет показывать левых чуваков, и мы им объясним, что если хотят здесь торговать, то товар на реализацию должны брать у тебя.

Арнольд быстро прикинул в уме все плюсы и минусы. Предложение Пети ему в принципе понравилось. Есть, конечно, некоторые шероховатости, но в целом схема рабочая.

– Так-то задумка интересная, – признал он, – но совсем открыто продавцы стоять не смогут. Там частенько менты с дружинниками трутся, рейды всякие по борьбе со спекулянтами.

– Есть и на этот счёт мыслишки, – усмехнулся Петя. – Мои пацаны все окрестности знают как свои пять пальцев и ментов и дружинников на раз засекут ещё на подходе, и твоих людей предупредят. А кроме того, я неплохо знаком с местным участковым. Думаю, сумеем договориться, чтобы он предупреждал заранее о рейдах. Да и сам во время дежурных обходов закрывал глаза на твоих архаровцев. Кроме того, подберём ему в дружинники несколько человек поинтеллигентнее из местных, которые в приличных местах работают и имеют хорошую биографию. Вот их он и будет привлекать на обходы и рейды, чтобы посторонние люди не спалили.

Вот участковому и будем сдавать тех торгашей, которые с тобой работать не хотят. Ему палка за задержание спекулянта, а нам минус конкурент. Но сам понимаешь, просто так такие дела не делаются. Участкового тоже придётся спонсировать. Нужно будет поставить его на денежное довольствие. Безопасность она тоже денег стоит.

Арнольд сидел и всё больше охреневал. Этот молодой пацан, с внешностью быдловатого отморозка, рассуждал как опытный делец. Но ход его мыслей Арнольду нравился. Место в скверике недалеко от центра города было действительно козырным. Вот только были у Арнольда некоторые сомнения, которые он и озвучил потенциальному партнёру.

– Тут ведь вот какая штука. Всё ты вроде излагаешь правильно. Но меня беспокоят твои аппетиты. Скажем Вите, как моему приближённому, джинсы, которые ты ему “продал”, достались от меня за сто рублей. Продал он их за двести. А ты у него отжал полтинник, то есть 50%. Так не годится.

– Это была разовая акция, – улыбнулся Петя. – Согласен, что такой процент экономически необоснован. Ну тут как раз всё просто. Есть общий порядок, который не мы придумали, не нам и ломать. В 1979 году в городе-курорте Кисловодске состоялась всесоюзная воровская сходка. Тогда между ворами в законе и цеховиками заключили соглашение. Справедливая доля определена в 10% от дохода, которую барыги должны платить. Все деловые люди в стране так платят. Так что твой Витя по закону должен был бы заплатить со своей сотни, десятку.

Только вот какое дело, уважаемый, я не буду за каждым Витей бегать и с него справедливую долю выбивать. Это как бы твои проблемы. Твои люди тебе деньги отдают за безопасность, а ты уже мне по итогам торговли за неделю всю сумму передаёшь. Хочешь сам, хочешь через какого-нибудь Витю. Вот, только чтобы без непоняток, чтобы всё по чесноку было. Кстати, тем, кто не у тебя товар берёт, тоже можешь некоторым разрешать торговать, только отдавать тебе они за разрешение будут не десять процентов, а скажем 30%. Десять мне отдаёшь, остальное тебе.

– Ну, в принципе, схема рабочая, – покивал Арнольд. – На###вать мне тебя смысла нет. В нашем деле нужно доверие. Только сам понимаешь, пока работа по новой схеме наладится, могут быть сбои, людишки жадные, многие хитрить будут. Так что понадобится какое-то время, чтобы наладить сбор денег и разобраться, кто честно платит, а кто крысятничает.

– Ясен перец. Мы не беспредельщики какие-то. Войдём в положение. Только помни сам, что сказал насчёт доверия. Доверие, вещь хрупкая. Завоевать его сложно, а потерять легко, – очень серьёзно произнёс Петя.

– Ну считай, что предварительно договорились. Начнём работать, а там посмотрим, что из этого выйдет, – подытожил Арнольд и хотел перейти к следующей теме, которую он собирался обсудить с Петей, который произвёл на него благоприятное впечатление.

Но тут вмешались непредвиденные обстоятельства. В зал кафе вошли два здоровенных бугая, судя по габаритам, ребята увлекались борьбой или тяжёлой атлетикой. Лица их не были обезображены интеллектом, и больше всего они напоминали уличную шпану, вроде Пети, но выглядели более культурно и одеты были получше. Такие типы Арнольду были знакомы, некоторые из них тусовались по вечерам на Проспекте имени одного из видных деятелей Коммунистической партии. Кое-кого из них он знал лично. Беда была в том, что даже наличие общих знакомых не гарантировало отсутствие возможности огрести звездюлей от этих дуболомов.

Мрачная парочка подошла к стойке, ожидаемо, ничего заказывать не стала, но просканировала зал недобрыми взглядами. После чего привычно вычленив в полупустом зале наиболее платёжеспособных, и на их взгляд интеллигентных личностей, направилась прямо к столику, за которым располагался Арнольд. Студент Витя их внимания не привлёк, но всё равно съёжился за своим столиком, постаравшись стать как можно более незаметным. Петя сидел к вошедшим спиной и поэтому не сразу понял, почему так напрягся Арнольд.

Неприятные типы подошли и нависли над столиком, сверля сидящих злыми взглядами.

– Слышь, пацаны. Выручите парой рублей. А то что-то мороженого захотелось, – неприятно лыбясь, обратился один из них к Арнольду.

– Я тебе щас выпишу в бубен. Валите отсюда! – привстал со своего места Петя.

Задиры оценили габариты Пети и его бандитско-пролетарскую внешность и несколько сбавили тон.

– Ты пацан не возникай, это наша территория, – процедил один из них.

– Да мне насрать, – нагло заявил Петя. – Да и с хера ли ты решил, что это ваша земля?

– А как же. Мы местные, с Проспекта. А вот откуда будешь? Что за хрен с бугра?

– Я-то. Да тоже местный. Только в паре кварталов отсюда, под горку.

– Из Овражских, что ли, – прищурился один из здоровяков. – Рафика, борца знаешь?

– Ну, так. Дружбан мой. Из одного двора.

– Погодь, – пригляделся второй здоровяк. – Ты вроде этот, Петя-Дзюдо.

– Точняк. Я и есть, – подтвердил Петя.

– Ладно пацаны. Ошибочка вышла, извиняйте, – примирительно поднял руки громила. – Пойдём Васёк, покурим, – кивнул он приятелю. – Рафику привет передавай, – обратился он к Пете, и парочка отморозков потопала на выход.

По дороге он косо мазнул взглядом по скорчившемуся за столиком Вите, и тот ещё сильнее вжался в стул, но амбалы протопали мимо него.

Арнольд облегчённо вздохнул. Но нервишки всё же шалили, и он решил, что обсуждение ещё одной важной для него темы, лучше перенести на следующий раз.

– Ладно. Чего тянуть. Вроде предварительно договорились, давай сегодня и начнём. Витя сейчас обежит людей и объяснит им ситуацию, а твои парни пусть начинают их прикрывать. Посмотрим, как сегодня торговля пойдёт по новой схеме. Если всё нормально, то со следующих выходных подтяну ещё людей и будем расширять торговлю. А ты пока за эту неделю постарайся договориться с ментовкой, – обратился он к Пете.

Арнольд подозвал своего помощника и всё ему растолковал. Тот был парень смышлёный и опытный, и быстро уловил суть.

– Ты иди на Пятачок, – велел ему Петя. – а я скоро подойду. Мои пацаны в курсе. Там как раз твои знакомые, Сашок и Тимур, которые помогли тебе совершить выгодную покупку джинсов, – пошутил он.

Витя ушёл, а Арнольд вопросительно уставился на Петю. Хотя опытный торгаш понимал о чём, скорее всего, сейчас пойдёт речь.

– Для укрепления доверия и стимулирования рядовых исполнителей, а также чтобы закрепить нашу сделку, было бы правильно получить некий аванс, – высказался Петя-Аркаша.

Арнольд на некоторое время задумался. Предложение Пети по обеспечению комфортных условий для работы продавцов на рынке, заинтересовало Арнольда. Кроме того, если Пете действительно удастся организовать взаимодействие с местным участковым, это серьёзно упрощало процесс торговли. Более того, он решил, что Петя реально сможет помочь ему и по другой теме, разговор о которой он временно отложил до следующих выходных.

Арнольда также впечатлило, как Петя разобрался с залётными громилами, которые требовали от них денег. И не только то, что он смог дать им резкий отпор, но и то, что у них сразу же нашлись общие знакомые, и отморозки подтвердили, что Петя пользуется в их среде большим авторитетом. Да и в целом загадочная личность Пети очень заинтересовала Арнольда.

Быстро прокрутив все за и против в своей голове, Арнольд, убедившись, что никто из посетителей кафе на них не смотрит, достал из внутреннего кармана куртки пачку купюр, и отсчитал Пете 500 рублей четвертными. Это были очень приличные деньги. Если учесть, что обычные врачи, инженеры, учителя имели зарплату на уровне 120 – 150 рублей, то такая сумма весьма впечатляла. По мнению Арнольда, она должна была поразить такого простого парня из народа, как Петя. Но тот, не проявляя никаких эмоций и не пересчитывая деньги, просто аккуратно взял протянутую стопку и засунул в карман штанов.

– Было приятно иметь с Вами дело. Надеюсь на дальнейшее плодотворное сотрудничество, – с улыбкой, вежливо произнёс Петя-Аркаша и направился на выход из кафе. Оставив Арнольда сидеть за столом в глубокой задумчивости.

Выйдя из кафе, Петя сначала убедился, что Витя ушёл и за ним никто не наблюдает. Затем решил, что необходимо культурно поссать, и направился к арке входа в соседний двор. Как только Петя нырнул в арку и, пройдя её, оказался во дворе, навстречу ему выдвинулись две массивные фигуры, в которых любой, кто видел предыдущую сцену в кафе, сразу же опознал бы двух громил, требовавших денег у посетителей кафе.

– Ну, чо! – надвинулся на Петю, первый громила.

– Отлично сработали пацаны. Клиент чуть не обосрался со страху, – улыбнулся Петя. – Держите, – протянул он парням по трёшке.

– Спасибо, Петь! – обрадовались пацаны. – Давай, обращайся, если чо, – и, обменявшись с Петей рукопожатиями, направились в другой конец проходного двора.

По ходу дела, хитрая задумка Аркаши сработала на все сто процентов, и Арнольд был весьма впечатлён геройским поведением Пети.

Глава 6. Трудовые будни

Квартальный был – стал участковый,

А в общем, та же благодать:

Несли квартальному целковый,

А участковому – дай пять!

Владимир Гиляровский

Петя, не торопясь, дошёл до Пятачка и, выцепив из толкучки Сашка, велел тому собрать всех пацанов. Ожидая пока, все соберутся, Петя наблюдал, как Витя шныряет в толпе и втолковывает своим людям новую политику партии и правительства. После его инструкций часть молодых людей встаёт более открыто и, нерешительно озираясь по сторонам, начинают выставлять напоказ спекулятивные товары. В первую очередь всякую мелочёвку, типа сигарет, косметики, колготок и ещё до конца не вышедших из моды полиэтиленовых пакетов Мальборо, Монтана, Дикий пляж.

Часть спекулянтов отходила к ближайшим домам, возвращаясь уже с подельниками, неся в руках сумки и рюкзаки, в которых находились разные импортные шмотки. Как только товары выставили напоказ, покупатели оживились и стали собираться небольшими кучками возле продавцов. Многие просто глазели на красочный товар, но были и реальные покупатели. Особенно активно народ кучковался возле продавцов сигарет, косметики, пакетов и цветастых мохеровых шарфов.

В толпе шныряли не только Петины пацаны. Было довольно много местной шпаны, которая сразу же заинтересовалась продавцами, которые стояли, открыто демонстрируя товары. Молодые гопники нахально подкатывали к продавцам с требованием угостить пачкой импортных сигарет, подарить красочный импортный пакет или поделиться парой рубликов из нетрудовых доходов. Но строго проинструктированные Петины пацаны, бдительно следили за конкурентами и быстро пресекали подобные поползновения.

Кому-то хватало словесных убеждений. Особенно убедительным был Сашок, который, идя по семейным стопам бати, усвоил все блатные замашки и перенял высоко ценимое в уголовной среде умение вести базар. Кого-то приходилось отводить в сторону и давать по сопатке. Парни в Петиной команде были крепкие и злые, так что пока успешно справлялись со стихийными проявлениями вымогательств. Но большинство местных хулиганов даже не вступало в конфликт, так как сам Петя и его окружение пользовались в среде местной шпаны большим авторитетом.

Ожидаемо, не обошлось и без неприятностей. Не все были готовы внимать голосу разума. Неприятным сюрпризом стал визит группы пацанов, которые жили немного дальше по оврагу ближе к Волге, почти у самого моста. Группа была небольшая, пять человек. Но возглавлял гостей весьма борзой персонаж, азербайджанец по имени Фархад.

Борзость Фархада имела под собой весомые основания. Он, как и Рафик, занимался вольной борьбой. Друг Пети имел весьма солидные габариты, но Фархад был настоящей горой, малость заплывших жиром мышц. Весил он килограмм 130 и при этом неловким увальнем его было назвать нельзя.

Слушать доводы Сашка и Рафика азербайджанец не хотел, и обе группы пацанов отошли в укромный уголок, чтобы разобраться. Обстановка была весьма накалённой. Петя и Фархад, как лидеры, стояли друг против друга, немного впереди своих дружков и лениво препирались. Расслабленность эта была наигранной, и оба внимательно следили за действиями противник, готовые в любой момент атаковать или защищаться.

По уровню мастерства Петя был, пожалуй, на голову выше азербайджанца. Но преимущество в силе и весе было однозначно на стороне Фархада. Идею применения борцовских техник Петя сразу откинул, стоило попасть в захват могучего человека-горы и не факт, что Пете поможет его немалое мастерство.

Боксёрские навыки лучше подходили для противостояния с таким противником, но пробить могучие мышцы и слой жира, даже ударом в печень, было весьма проблематично. Если бы это был бой на ринге, то Петя мог бы рассечь менее подвижному противнику брови, и обильное кровотечение лишило бы Фархада возможности нормально видеть противника и реагировать на его атаки. Но для уличной драки это не очень подходило, так как требовало довольно значительного времени. Свалить такую тушу можно было только точным ударом в определённую точку на подбородке, но азербайджанец был опытным бойцом и будет беречь подбородок, как наиболее уязвимое место.

Поразмыслив, Петя решил, что если борцовские приёмы и боксёрские техники Фархад знает и умеет им противодействовать, то с техниками карате азербайджанец вряд ли знаком. Весьма эффективными техниками против таких здоровяков являются сильные удары в печень ногами. Маваши-гэри или Уширо-гэри вполне могли пробить мышечный корсет массивного противника. Но все эти техники работы ногами, особенно в прыжке, мало подходят для российского климата и уличной драки. Если бы дело было летом, и Петя был одет в лёгкую одежду, не стеснявшую движения, он может и попробовал бы. Но сейчас и он и противник были в куртках, и Петя не стал рисковать.

Петя стоял в правосторонней стойке, поэтому сделал короткий подшаг и нанёс хлёсткий уракен в кадык. Удар был резкий, но не в полную силу, чтобы не сломать хрящи. Фархад не успел отреагировать на непривычный приём и захрипел, хватаясь руками за горло. Из глаз у него хлынули слёзы, и он сипел, силясь нормально вздохнуть. Сильно покраснев, он с трудом оторвал от горла и выставил одну руку раскрытой ладонью вперёд, признавая поражение, чтобы Петя не стал его добивать.

Остальные пацаны не вмешивались в разборку вожаков. Добивать Фархада Петя не стал и тот постепенно оклемался, хотя говорить мог с трудом и сильно при этом хрипел. А у Пети появилась мысль, точнее, её подсказал Аркаша. Мыслишка была так себе, хреновенькая. Но Аркаша убеждал, что на начальном этапе накопления капитала многие используют незаконные методы. По воспоминаниям Аркаши сейчас начиналась именно та эпоха, когда в стране должно было бурно расцвести частное предпринимательство, и им позарез нужен стартовый капитал. Петя понимал, что если быстро не раздобыть денег, то ничего не светит на начинавшемся празднике жизни и поэтому пошёл у Аркаши на поводу.

Петя отозвал очухавшегося Фархада в сторону и когда тот подтвердил, что вопрос с контролем за барахолкой урегулирован, объяснил ему свой интерес. Петя знал, что Рафик покупает понемногу у соплеменника травку. Именно через Фархада его друг приобретал анашу или если пользоваться терминами более продвинутой американской молодёжи, марихуану.

Конечно, курение травки было незаконным и злоупотреблять ей не стоило, но в целом она была довольно безобидным средством забыться и расслабиться. По крайней мере, злоупотребление алкоголем, а особенно различными его суррогатами наносили не меньший вред. Поэтому и Петя, и Аркаша считали такое правонарушение незначительным, а вот доходы от продажи травки, наоборот, могли быть довольно значительными.

И в этом деле Аркаша очень рассчитывал на их нового знакомого, босса спекулянтов Арнольда. Тот вращался в среде золотой молодёжи, а многие его продавцы распространяли свои товары в студенческой среде, среди которых также были любители курнуть. Долго заниматься такой торговлей или торговать более тяжёлыми наркотиками Аркаша не планировал, но на данном этапе пренебрегать таким относительно лёгким способом заработка он считал неразумным.

Предложение Пети не встретило у Фархада никаких возражений. Они быстро договорились о пробной партии и цене. Предыдущий конфликт был благополучно забыт, и они разошлись довольные друг другом.

Больше до самого вечера ничего интересного не происходило. Когда стало темнеть, толпа на Пятачке быстро поредела и вскоре людей почти не осталось. К Пете подошёл Витя и они коротко обсудили прошедший день.

По словам Вити, торговля значительно оживилась, видя перед собой товары, когда их можно было посмотреть и пощупать, покупатели начинали реагировать совсем по-другому. Многие, кто не собирался покупать или сомневался, поддавались азарту и совершали покупки. Особенно активно мели относительно недорогие товары.

Но и с дорогими шмотками торговля пошла гораздо оживлённее. Витин напарник сегодня продал трое джинсов, тогда как обычно за день удавалось с трудом продать одни.

Конечно, были и трудности. Часть продавцов работали сами по себе, и Витя брал их на заметку, чтобы в следующие выходные поставить их перед фактом, что торговать можно только тем, кто ходит под Арнольдом или отстёгивает процент за торговлю. Также нашлись недовольные из числа людей, работающих с Арнольдом, которые также не хотели отстёгивать процент за безопасную торговлю. С ними тоже надо будет разбираться, но здесь решения выборочно будет принимать сам Арнольд.

В целом, по мнению Вити, эксперимент прошёл успешно. В качестве премии, по указанию Арнольда, которому Витя уже успел сбегать позвонить, Пете был выдан блок сигарет Мальборо. Сам Петя почти не курил, но сигареты были дорогие и он оценил щедрый жест нового партнёра.

Первые успехи окрыляли. В кармане Пети лежало пятьсот рублей, полученных от Арнольда. Таких сумм он раньше никогда не держал в руках. И теперь Петю душила жаба, потому что надо было часть денег, отдать пацанам из его команды.

Между ним и Аркашей завязался жаркий спор. Петя напирал на то, что командир, начальник, главарь, всегда получает большую часть добычи. Аркаша с ним соглашался. Но в данном конкретном случае настаивал на другом решении. Большую часть Петя будет забирать себе, когда бизнес наладится и пойдут устойчивые доходы. А сейчас они находятся на этапе становления и развития, а этот этап требует вложений. Нужно было заинтересовать соратников, чтобы они почувствовали возможность получения больших денег и подсели на финансовую иглу.

Петя сопротивлялся отчаянно, но в конце концов сдался. Скрипя зубами, он выдал пацанам по 50 рублей на человека. Те просто охренели. Все они были ровесниками Пети из бедных, если не сказать нищих семей. Для них это были большие деньги. Деньги, заработанные за один день, причём относительно честно. Не нужно было бояться, что прямо сейчас менты схватят за шкирку и потащат в райотдел.

Кроме того, каждому Петя выдал по красочной пачке импортных сигарет Мальборо. Красивым пачкам дорогих импортных сигарет пацаны обрадовались не меньше, чем деньгам. Сами они никогда не могли себе позволить что-либо подобное. Если раньше они весь день ворчали, так как им не нравилось торчать весь день на осенней улице, следя за порядком на рынке, то теперь они готовы были выполнять любые Петины команды. Тем более что Петя авторитетно заявлял, что теперь подобные заработки могут стать постоянными. Разумеется, для тех, кто хорошо себя покажет в деле.

После делёжки все дружной толпой направились в сторону своего жилья. А Петя по дороге свернул к продуктовому магазину, где затарился с чёрного хода у знакомой продавщицы. Взял бутылку коньяка три звёздочки, любительской колбасы, хлеба, рыбных консервов, апельсинов, конфет и кусок сала.

В отличие от пацанов для Пети рабочий день ещё не закончился. Поэтому он направился в гости к местному участковому, рассчитывая, что застольная беседа поможет в положительном ключе обсудить планы по совместному, как выразился Аркаша, “крышеванию” стихийного рынка.

* * *

Сказать, что Петя с местным участковым были приятелями, так нет. Пете ещё только должно было исполниться 18 лет, а участковому было уже 23 года. Петя был местной шпаной, а участковый представителем власти. Так что на первый взгляд не было у них ничего общего.

Ан, нет. Кое-что общее у них, оказывается, было. А если конкретно, то общим было увлечение спортом. Сам участковый с трудом добрался до звания кандидата в мастера спорта СССР по дзюдо. Поэтому Петю, к 17 годам выполнившего норматив мастера спорта, и призёра различных престижных соревнований он уважал. Тем более что и тренировались они у одного тренера. А спорт крепко связывает людей и частично стирает такие преграды, как различие в возрасте и социальном положении.

Так что они периодически встречались, чтобы попить пивка или распить бутылочку. Соблюдая спортивный режим, на грудь они принимали по чуть-чуть, скорее собирались поговорить, чем выпить.

Сам участковый, Николай Каданников был из небольшого городка в Желтогорсой области, почти на границе с Казахстаном. Дыра дырой и перспектив у него там было никаких. Поэтому Коля после армии домой не вернулся, а устроился в областном центре на службу в милицию на должность сержанта патрульно-постовой службы. Парень он был серьёзный и через некоторое время по рекомендации начальства поступил на вечернее отделение местной Высшей школы милиции. Отучившись год и хорошо зарекомендовав себя по службе, он получил звание старшины и перевёлся в службу участковых инспекторов.

Так-то должность была офицерская, но сказывался дефицит кадров и начальство закрывало на подобные вещи глаза, решающим фактором стала его учёба и ожидаемое в перспективе получение этого самого звания. Естественно, опорный пункт милиции ему достался один из самых проблемных. По штату здесь должны были работать три сотрудника, старший участковый и два участковых. Но опорный пункт обслуживал район Глебучева оврага и идти сюда служить в здравом уме, и трезвой памяти никто не хотел. Так что по факту Николай трудился здесь один и отвечал за все три участка.

Первый год он жил в ведомственном общежитии. Но парень Коля был молодой, крепкий и малопьющий, так что имелся к нему интерес со стороны женского пола. И как-то само собой получилось, что Николай вскоре женился на такой же девушке из пригородного посёлка вблизи областного центра. Варя окончила педучилище, работала воспитательницей в детском садике и проживала тоже в общаге. После свадьбы пришлось им перебраться на съёмную квартиру.

Хотя квартира, это громко сказано. Комната в полуподвальном этаже с небольшой кухонькой и удобствами во дворе. Квартира располагалась в том же Глебучевом овраге. До опорного пункта было близко добираться, да и доходы семьи не позволяли снять жильё в более приличном месте. Тем более что вскоре у пары родилась девочка и Варя временно не работала и сидела дома с ребёнком. Да и раньше, когда она работала, зарплата была курам на смех. Так что жил борец с правонарушителями примерно в тех же условиях, что и его поднадзорный контингент.

Николай большие надежды возлагал на окончание школы милиции и получение офицерского звания. С большим трудом он окончил учебное заведение и получил звание лейтенанта. Да только, что толку. Получил надбавку за звёздочки, но лейтенантские звёздочки это не полковничьи, так что сильно он не разбогател. Денег как не было, так и нет. Он признаться рассчитывал, что получит должность старшего участкового, но начальство об этом даже слышать не хотело. Даже несмотря на то, что в этот опорный пункт идти работать никто не хотел, назначение лейтенанта на должность старшего участкового кадровики считали недопустимым.

Таким образом, перспективы по службе у Николая были не очень. Он уже понял, что на продвижение и хорошие хлебные места могут рассчитывать только чьи-то родственники или близкие знакомые. Ну ещё он со временем стал замечать, что некоторые ушлые сотрудники имеют с начальством какие-то товарно-денежные отношения. Откуда они берут деньги, чтобы подмазать начальство Николай, пока не очень хорошо представлял. У него самого никаких левых источников дохода не было.

Коллеги и начальство уже несколько раз намекали ему, что раз он занимает должность в системе, то надо платить некие взносы, на общие нужды. Мол все платят, сверху донизу. Николай всё больше начинал чувствовать себя в системе чужим. Не уволили его до сих пор только по двум причинам. Работать было некому и найти людей на его место было нереально. Да и сама территория, закреплённая за опорным пунктом, была, что называется, “не хлебной”. Неоткуда здесь было взяться левым доходам. Ни магазинов, ни кафе или ресторанов, ни предприятий здесь не было. Поэтому начальство, понимая всю бесперспективность данной территории с коммерческой точки зрения, закрывало на экономическую импотенцию лейтенанта глаза, махнув на него рукой.

Про нынешнее положение Николая можно было сказать, что Фортуна повернулась к нему задом. И то, что так жили миллионы советских семей, его отнюдь не успокаивало. Николай становился хмурым, раздражительным и замкнутым.

Наверное поэтому, появившегося у него на пороге Петю, он встретил весьма неласково и сначала хотел послать его на хер. Однако, когда тот продемонстрировал ему пакет с бутылкой коньяка и закусками, Николай несколько подобрел. Коньяк ему доводилось пить не так часто, чтобы отказаться от задушевной застольной беседы. Поэтому он резко передумал и пригласил Петю на свою тесную кухню.

Варя была женщиной хоть и не очень образованной, но умной. Она не устраивала мужу скандалы, понимая, что иногда тому нужно скинуть напряжение. И пусть лучше он это сделает дома, чем будет напиваться на стороне или трахаться с какими-нибудь шалавами. Поэтому к редким посиделкам мужа с такими же редкими приятелями она относилась терпимо.

По мере того как Петя выкладывал продукты на стол, лицо Николая становилось всё мрачнее. Наконец, он не выдержал и сурово спросил:

– Петя, вы что кого-то грабанули? Ты же понимаешь, что если завтра в отдел заяву принесут, то я тебя прикрывать не стану. Наверняка люди видели, как ты всё это покупаешь.

– Обижаешь, начальник, – пошутил Петя. – всё чисто, никаких проблем не будет.

– Тогда откуда деньги, Петь? Здесь поляна как на Новый год. С хера ли?

– Да говорю тебе, заработал. Я и с тобой хотел обсудить одну тему. Можно неплохие бабки поднять.

– Знаешь, что Петя? Забирай всё это и пи##уй отсюда. Не втягивай меня в свои мутные делишки.

– Гадом буду, реально можно честно денег заработать, без криминала и риска. Тебе, что деньги не нужны?

– Я тебе сказал, нет. Вали отсюда! – распалялся Николай.

– Правильно! Давай! Живи дальше в этом говне, – неожиданно влезла в разговор Варя. – Живём как бомжи, зато ты у нас весь такой правильный. Сам рассказывал, что все у вас в Отделе какие-то дела мутят и начальству взятки дают. Да весь народ знает, что у вас там в ментовке сплошные жулики и вымогатели.

– Ты чего несёшь? – взвился Николай.

– Сам знаешь, что все твои коллеги начальству платят, а тебе уже не раз намекали, что, если платить не будешь, тебя с работы выпрут. Давай жди дальше, когда нас вместе с ребёнком на улицу выкинут. Ты хотя бы выслушай человека.

– Ладно. Давайте успокоимся. Никто тебя насильно не заставляет. Давай спокойно всё обсудим, коньячку бахнем, – постарался снизить накал Петя. – Варя, посидишь с нами немного, зря я, что ли, старался, деликатесы всякие добывал.

Варя окинула взглядом стол. Колбаса, шпроты, апельсины, шоколадные конфеты. Нечасто такие продукты бывают на их столе. Да и коньяк, это не дешёвое вино или водка.

– Ладно, одну рюмочку выпью, посижу с вами, – а то вы тут передерётесь, – вздохнула она.

Коньяк пошёл хорошо. А закуски вообще на ура. Немного посидев, Варя оставила парней и пошла в комнату к дочке. Петя подливал подобревшему Николаю и внимательно следил за его настроением. Несмотря на резкую реакцию участкового, он всё же рассчитывал его заинтересовать своим предложением. Было очевидно, что молодая семья отчаянно нуждается в деньгах, и Петя рассчитывал дожать приятеля.

Бутылка уже подходила к концу, а добивать менее приятным алкоголем не хотелось. Поэтому приятели наливали по чуть-чуть и больше налегали на закуску. Обстановка за столом стала более умиротворённой и Николай, опасливо оглядываясь на комнату, где находились Варя с дочкой, наклонившись поближе к Пете, тихонько проворчал:

– Ладно. Давай, расскажи уже, что там за херню ты придумал.

Петя очень аккуратно изложил своё предложение. Он напирал на то, что Николаю и делать-то ничего не придётся и на отсутствие риска. Фактически ему предлагали просто немного прикрыть глаза на некоторых не совсем законопослушных продавцов.

– Это что, я преступников покрывать должен? – возмутился Николай.

– Да какие на хер преступники! – озлился Петя. – Они что, воры, убийцы? Так себе по мелочи торгуют. Людям, между прочим, доброе дело делают, где бы они ещё себе смогли эти вещи прикупить. Сам знаешь, что в магазинах у нас ни хрена нет на полках. Чтобы дефицит купить, надо тому же продавцу в магазине две цены заплатить. Да и вообще, ты что у нас самый идейный? Секретарь райкома партии или комсомольский вожак? Тебя просят только не усердствовать чрезмерно и за это предлагают очень даже неплохие бабки, которые ты где-то ещё хрен заработаешь.

– Ну, да. А потом меня начальство за жопу возьмёт или служба собственной безопасности, – посетовал Николай.

– Да никто тебя не тронет. Ты же будешь начальству бабки отстёгивать. Сам говорил, что у вас все так делают. А когда будешь платить, то появится шанс, что тебя в должности повысят, станешь старшим участковым. Да и кроме того, там не все торговцы будут наши, есть борзые, которые платить не хотят и пришлые. Вот этих мы будем тебе сдавать. Ты на них будешь палки рубить и процент реализации давать. Ещё и на доску почёта повесят.

– Не надо меня никуда вешать, – недовольно буркнул Николай. – Всё равно как-то стрёмно.

– Да что тебе сделают, в конце концов, чо ты зассал? – надавил Петя. – Ты сам ныл, что начальство намекает, что если платить не будешь, то они тебя обратно в патрульную службу загонят или уволят.

– А сколько, как ты думаешь, твои знакомые смогут мне платить? Мне нужно начальству часть денег отдавать, и чтобы себе что-то оставалось, – понемногу начал сдавать назад Николай.

Петя задумался. Точнее, думал Аркаша, так как Петя в таких делах был не очень силён. Сумма должна была быть приличной, чтобы сломить колебания участкового, но и такой, чтобы Арнольд на неё согласился. Петя примерно знал, какая зарплата у Николая, что-то в районе двух сотен. Аркаша никак не мог с ходу сообразить, сколько можно выжать из Арнольда, потому что это зависело от того, насколько успешно пойдёт торговля на рынке. Прикинув варианты, Аркаша устами Пети осторожно озвучил возможную сумму:

– Давай так, пока дело только раскручивается, надо заинтересовать клиентов, убедить, что с нами выгодно иметь дело. Поэтому сразу борзеть не стоит. Думаю, что для начала выбью для тебя пару сотен в неделю, а через месячишко будем договариваться о более солидных деньгах.

По заблестевшим глазам Николая, Петя понял, что не ошибся. Участковый быстро прикинул, что в месяц выйдет четыре его зарплаты. Даже если половину отдавать начальству, то оставшихся денег хватит, чтобы покупать самые необходимые вещи и нормальные продукты. А возможно съехать с этой бомжовой арендуемой халупы, за которую они платили, между прочим, тридцатник в месяц жлобистой хозяйке, в нормальную, может быть даже двухкомнатную, съёмную квартиру.

Нужда, и выпитый коньяк толкали бравого участкового на подвиги, и он, наконец, решился и подтвердил Пете своё согласие.

Затем приятели быстро допили остатки живительной влаги, и Петя засобирался домой. Он чувствовал, что прилично утомился. День сегодня был богат на события, да и организм ещё не до конца восстановился после подлого, ничем не спровоцированного нападения электрической хреновины. Поэтому Петя, никуда не сворачивая, дошагал до своего дома, и с чувством выполненного долга завалился в кровать.

Глава 7. Взаимовыгодное сотрудничество

Безупречная репутация –

первое, что необходимо мошеннику.

Агата Кристи

Всю следующую неделю Петя занимался формированием команды для контроля за барахолкой. По предварительным прикидкам на первое время достаточно было, чтобы на дежурство выходило человек десять. Но Аркаша считал, что не надо оба дня использовать одних и тех же людей. Скажем в субботу, пусть работают одни люди, а в воскресенье другие. Так будет больше шансов наладить дисциплину, чтобы пацаны чувствовали, что им всегда найдётся замена и что всё зависит от Пети. Постоянно присутствовать должны только самые приближённые к Пете, например, Рафик и Сашок.

Вроде всё разумно говорил Аркаша, и Петя решил прислушаться к его словам. Для того чтобы прикормить ребят, решили пока платить по сотке за день. К отбору людей подходили тщательно. Небольшую часть набирали из местной шпаны. Брали наиболее адекватных пацанов, избегая привлекать совсем отмороженных. Собственно говоря, местные пацаны нужны были больше для узнаваемости, чтобы пришлая окрестная шпана сразу видела, что здесь рулят свои, местные.

Основную ударную силу вербовали из крепких спортивных ребят. Часть парней подбирал Петя из числа тренировавшихся с ним знакомых спортсменов из секций дзюдо и бокса. Кроме того, часть людей Петя подбирал из числа парней, занимавшихся с ним в подпольной секции карате.

Не остался без дела и Рафик, который привлёк несколько борцов-вольников. Эти ребята были ценны своими габаритами. Учитывая специфику этого вида спорта в основном это были массивные ребята весом за 100 килограммов и вид имели крайне внушительный. Связываться с таким найдётся мало желающих. К тому же они могли просто оттеснить противников своей тушей, что в условиях возникновения конфликта непосредственно в толкучке на Пятачке, имело большое значение. Конфликты с пришлыми не должны были отпугивать покупателей, поэтому затевать драки прямо в толпе было нежелательно.

Ближе к концу рабочей недели Петя ещё раз встретился с Николаем, и они уточнили детали, как будут действовать в выходные. Николай заметно нервничал, но Аркаша считал, что как только участковый получит деньги и почувствует реальность быстрого обогащения, то его настрой резко изменится.

Возвращаясь домой от участкового, Петя нарвался на Дашку, которая его явно караулила. Как позднее понял Петя, причиной были слухи, которые уже поползли по окрестностям. И похоже, что главным источником этих слухов был Сашок, который грешил болтливостью и страстью к выпендрёжу.

– Так, стопэ! Е##рь малолетний! – подскочила к нему сестра.

– Ты, чо Дашка, офигела? – изумился Петя.

– Ты мне зубы не заговаривай. Маринку трахал?!

– Да она сама! – возмутился Петя.

– Сама, сама! Как присунуть вы первые, а как отвечать, так в кусты.

– Да ты офанарела. Чего привязалась со своей Маринкой.

– И чего вы мужики все такие ссыкливые, – деланно возмутилась Дашка. – Поматросил и бросил. А может, девушкам помощь нужна.

Петя совсем потерял нить Дашиных рассуждений и теперь стоял, тупо хлопая глазами.

– Ты говорят, с какими-то богатыми Буратино знакомства заимел. Поинтересуйся там, не нужны ли в компанию к состоятельным мальчикам, симпатичные, скромные, но готовые к различным шалостям милые девушки, – хитро прищурилась Даша.

Петя, наконец, сообразил, откуда ветер дует. У Даши и Маринки была целая компания подружек, которые время от времени оказывали мужчинам интимные услуги. Вот только с состоятельной клиентурой у них был напряг. Причём это были не какие-то там шалавы, а все студентки, весьма приличные девушки. Не то чтобы слабые на передок, но справедливо считавшие, что если мать-природа оделила их симпатичной внешностью и кое-чем привлекательным между ног, то грех этим не воспользоваться. В конце концов, чудесная штучка не сотрётся от того, что хозяйка ей воспользуется время от времени в целях повышения своего благосостояния.

Даша была девушкой яркой, красивой и при этом, как ни странно, умной. Училась она в местном Универе на факультете иностранных языков. Маринка училась там же, только на курс младше.

Возникает вопрос, откуда в местном клоповнике взялась такая неординарная девушка. История весьма интригующая, почти как в индийских фильмах. Дашина мама в молодости была ещё той красоткой. И хотя дочь она нагуляла не в браке, но не от местного алкаша, и даже не от какого-нибудь зачуханного инженера-интеллигента.

Ольга работала администратором в престижной гостинице в центре города. И хотя областной центр был закрытым городом из-за обилия почтовых ящиков, работавших на оборонный комплекс, но иностранцы в город хоть и изредка, но наведывались. В основном это были иностранные специалисты, которые приезжали по вопросам наладки и эксплуатации импортного оборудования, использовавшегося на высокотехнологичных производствах. Вот с одним из таких иностранцев и случился у Ольги бурный роман, в результате которого родилась Даша. Видать, папашка был шибко умный, а дочка пошла в него. Поэтому в школе Даша училась на отлично, а затем легко поступила на престижный факультет Универа.

Петя пообещал Даше подумать, что можно сделать по её вопросу. Но сразу предупредил, что, возможно, быстро это не получится.

В пятницу во второй половине дня состоялась вторая встреча с Арнольдом. В этот раз встреча проходила в кафе на проспекте Кирова. Витя провёл Петю к столику, за которым восседал Арнольд и тот предложил Пете присаживаться. Поинтересовался, будет ли тот кофе и пирожные. Петя обрадовался, но Аркаша опять опередил его, сказав, что будет только кофе. Вот ведь гад, можно подумать, Петя каждый день эти пирожные лопает.

Обсуждали предстоящие выходные, поэтому в беседе принимал участие и Витя, который выступал координатором на Пятачке со стороны Арнольда. Аванс в этот раз Петя не просил, и условились рассчитаться в воскресенье вечером. Причём для обсуждения результатов торговли и передачи денег Арнольд пригласил Петю в ресторан “Москва”, где он обычно проводил вечера по выходным дням.

Напоследок оставили сложный вопрос о сотрудничестве с участковым. Арнольд не до конца понимал, насколько полезен может быть им милиционер и насколько эффективна будет его помощь. Поэтому жмотничал.

Аркаша напирал на то, что участковый нужен им не только для того, чтобы прикрывать торговлю на Пятачке. Он втолковывал барыге, что в милиции сплошная коррупция, и в райотделе все повязаны, нижестоящие платят начальству, а то само, в свою очередь, передаёт мзду боссам из Городского Управления милиции.

Фактически, участковый, это их входной билет в милицейскую структуру города. Используя возможности ментов, можно будет в дальнейшем отмазывать попавшихся на незаконной торговле людей Арнольда. Да все менты в городе повязаны, поэтому через райотдел можно будет прикрывать своих спекулянтов и в других районах города. Кроме того, ментов можно будет использовать для борьбы с конкурентами.

Но для этого их участковому нужно закрепиться в системе, для чего нужны взятки начальству. Поэтому исходить нужно не из сиюминутной выгоды, а работать на перспективу. Петя-Аркаша предлагал платить участковому по 250 рублей за каждый из выходных дней. Это сумма с учётом того, что в остальные будние дни от него могут потребоваться дополнительные услуги. Арнольд торговался. В итоге сошлись на двухстах рублях в день, итого – 400 рублей в неделю. Аванс для мента Арнольд категорически отказался выдавать, заявив, что расчёт за первую неделю будет в воскресенье вечером. Надо было убедиться, что мент действительно будет выполнять условия сотрудничества.

На этой напряжённой ноте, деловая встреча завершилась. Петя пошёл готовиться к завтрашнему непростому дню, а Арнольд остался обсуждать свои тёмные делишки с помощником Витей.

* * *

В субботу утром весь боевой отряд Пети приступил к дежурству на барахолке. Сашок со шпаной шныряли в толпе, бдительно отслеживая появление конкурирующих гопников из округи. Но кроме одиночных мудаков, никто особо порядок не нарушал. Организованных групп отморозков пока не наблюдалось. Слухи среди местных распространяются быстро, а связываться с Петей и его окружением никто не горел желанием. Тем более что самые крутые местные пацаны, как раз и были им завербованы в команду по охране толкучки.

Убедившись, что массового наплыва шакалов пока не наблюдается, Петя занялся организацией воспитательной работы с продавцами. Витя стал фланировать по рынку вместе с Сашком и Рафиком, и показывать им тех продавцов, которые торговали сами по себе, а не работали из-под Арнольда. А также тех, кто товар у Арнольда брал, но пока отказывался платить новый налог за обеспечение безопасности.

Дальше шла в ход схема по вправлению мозгов непонятливым. Сашок по привычке предлагал всех жёстко отмудохать, и Петя был с ним полностью согласен. Но Аракаша заявил, что сами они мудаки и что деловые люди так не поступают. Насилие ради насилия, это не их метод. Тем более что выгоды от этого никакой. Поэтому Аркаша предложил другую, более хитрую схему. Насилие в которой тоже присутствовало, но в необходимой дозе.

Погода на улице была не очень. Поздняя осень, и, хотя дождя сегодня не было, но было достаточно зябко и неуютно. Физиологические потребности организма вынуждали продавцов время от времени отбегать в ближайшие подворотни, чтобы облегчиться, а если говорить по-простому, то поссать. Население окрестных домов было недовольно, что их дворы и подворотни превратились в филиал общественного сортира, но наглым продавцам было на это насрать. Причём некоторым отнюдь не в фигуральном смысле.

Поэтому спекулянты торопливо мчались по нужде, рассчитывая, что это займёт у них пару минут. Но таких бегунков сразу же брали в оборот дежурные двойки. В состав каждой из двойки входил один приблатнённый пацан из числа подопечных Сашка, и отбойщик из числа спортсменов, привлечённых Петей или Рафиком.

Приплясывающий от нетерпения отлить спекулянт, сначала получал под дых, по печени или по почкам, бить без нужды по роже Петя запретил, а затем гопник излагал ему причину столь недружественной встречи. Продавца ставили перед выбором, или он платит через Витю налог на право торговать на рынке или валит отсюда на хер. А в качестве штрафа у него изымалась часть товара.

Отнимать деньги Петя строго запретил. Терпила мог сдуру ломануться в ментовку, и дело бы запахло уголовщиной. Насчёт отнятого товара Петя особо не парился. Вероятность того, что продавец обратится в милицию по поводу отнятого товара, была минимальной. В этом случае факт того, что он сам нарушал закон и занимался спекуляцией, был очевиден, и он рисковал получить немалый срок.

Придуманная Аркашей схема была не только средством воспитания, но и средством повышения материального благосостояния Пети и его команды. Петя-Аркаша быстро договорился с Витей, что конфискованные товары ребята Пети будут передавать ему, а тот будет их реализовывать через своих спекулянтов. Выручку договорились делить пополам. При этом это был только их приработок, так как Витя убедительно просил, чтобы Петя не ставил в известность Арнольда об их милых художествах.

Схема работала на ура. За день изъяли: пять джинсов и четыре джинсовых юбки, шесть пар кроссовок, три спортивных костюма, 15 блоков импортных сигарет, два десятка мохеровых шарфов, кучу косметики, женских колготок, около двух сотен фирменных полиэтиленовых пакетов, около сотни фирменных аудиокассет с музыкой и ещё до хрена всяких товаров, типа жвачки и прочей мелочёвки. Брать что-либо из изъятых вещей себе Петя пацанам также запретил, предупредив, что ослушники больше не будут привлекаться к делам команды.

В целом день прошёл спокойно. Конкурирующие шайки не рисковали безобразничать на барахолке, участковый соблюдал достигнутые договорённости и в этот день никто продавцов со стороны органов правопорядка не беспокоил. В конце торгового дня Петя велел пацанам идти домой, и ждать его в соседнем дворе, а сам отправился с Витей, чтобы подвести итоги рабочего дня.

Витя привёл подельника в кафе на проспекте Кирова и кивнув знакомым официанткам по-хозяйски устроился за столиком в углу зала. В отсутствие Арнольда он чувствовал себя достаточно свободно и уверенно. Заказал себе и Пете кофе и пирожные, и начинающие аферисты углубились в подсчёт честно нажитых нетрудовых доходов.

Считали долго и Аркаша, который взял на себя бразды правления, довольно неплохо ориентировался в количестве и ассортименте изъятых у нарушителей вещей и расценках, чем несколько удивил Витю. Если поначалу тот и планировал обуть неопытного партнёра, то в процессе обсуждения от этой опасной идеи отказался. В целом по мнению Аркаши посчитали более-менее точно. Если и были небольшие расхождения, то на общий итог это мало влияло.

В сумме компаньоны заработали на изъятых товарах шесть тысяч полновесных рублей. У Пети чуть глаза на лоб не полезли от такой суммы. Когда Витя отсчитал ему половину, то бишь три тысячи рублей, Петя переживал только об одном, чтобы у него руки не тряслись, когда он брал толстую пачку денег и рассовывал бабки по карманам.

Виктор и Аркаша понимали, что несмотря на грандиозный успех, это был разовый приработок. Уже завтра большинство мятежных торговцев или уйдут с рынка, или лягут под Арнольда. Но они были рады удаче сегодняшнего дня. Им предоставилась удачная возможность подзаработать, и они её не упустили. А завтра, будет завтра. Наверняка будут и другие возможности, надо только быть готовыми ими воспользоваться.

Компаньоны расстались довольные друг другом, и Петя попилил домой. По пути Аркаша быстро прикинул, как распределить полученные деньги. Сегодня рабочая команда, трудившаяся на рынке, состояла из десяти рядовых бойцов, которым они ранее наметили платить по сто рублей за день. Итого – тысяча рублей. Своим ближайшим помощникам, Сашку и Рафику, Петя решил выдать по 200 рублей. После этого на руках у Пети должно было остаться 1600 рублей. Огромная сумма, по его меркам.

Но не всё так просто. Пока непонятно было, сколько заплатит за эти два дня Арнольд, и сколько он выдаст денег на оплату труда участкового. Поэтому завтра Пете предстояло выплатить в сумме ещё 1800 рублей. Аркаша рассчитывал, что завтра они ещё поимеют какие-то деньги с экспроприации товаров у нарушителей, но сумма там уже будет значительно меньше. Поэтому он решил, что завтра расплатится со всеми из тех денег, что у него останутся сегодня и тех, что он получит от продажи отнятых у нарушителей товаров. Зато все деньги, которые ему удастся выжать из Арнольда, пойдут уже в карман ему лично.

Приняв такое решение, Петя отложил в один карман деньги, которые надо было отдать рядовым бойцам, а в другой карман деньги, предназначавшиеся Сашку и Рафику. Пацаны уже ждали его в соседнем дворе. Петя раздал им деньги и велел расходиться. Причём строго предупредил, чтобы деньги они тратили с умом и не шиковали, чтобы не привлекать к себе внимания. Если что, то пусть говорят, якобы подрабатывают на станции, на разгрузке вагонов.

Затем, после того как пацаны ушли, выдал деньги Сашку и Рафику. Предупредил, что за ними сбор и контроль за завтрашним составом команды, где как они и раньше договорились, будут уже другие пацаны, а не сегодняшние бойцы. После чего пошёл домой, поужинал, немного отдохнул и стал собираться на тренировку по карате. Бизнес бизнесом, а себя надо было держать в форме.

* * *

В воскресенье торговля на рынке шла в обычном режиме, только левых продавцов стало заметно меньше. Причём большинство оставшихся начали применять хитрую тактику. Они группировались теперь по парам, и когда один продавец отходил поссать, то товар оставлял на своего партнёра. Поэтому поток конфискованных товаров резко уменьшился.

Ближе к полудню, заранее предупреждённые Витей продавцы, начали уходить с толкучки, типа на обед. Делали они это не все одновременно, а постепенно и оставшиеся нарушители не успели ничего заподозрить.

Тут-то и нагрянул участковый с кучей дружинников. Стражи порядка успели захомутать шесть спекулянтов. Ребята Пети задержали ещё почти десяток из числа тех, кто почти успел смыться, находясь подальше от красноповязочников.

Но вместо того, чтобы сразу сдать их участковому, Аркаша предложил поступить гораздо хитрее. Он при этом исходил из того, что если задержанных будет слишком много, то это вызовет большой общественный резонанс. Руководство отдела может решить, что размеры незаконной торговли на Пятачке приняли слишком большие масштабы, и это может привлечь внимание партийного руководства района и даже города. Так что шесть человек, это вполне приличный улов, чтобы участковый смог отчитаться о своей успешной работе, но не слишком много, чтобы руководство райотдела милиции перешло к решительным мерам.

Кроме того, Аркаша не забывал и о личной выгоде. Торгашам, которых прихватили ребята Пети, предложили выбор: или они присоединяются к спекулянтам, задержанным участниками рейда во главе с участковым, или отдают половину товара и их отпускают. Выбор был очевидным, ведь, попав в милицию, спекулянт лишался всего товара и рисковал попасть под статью, и получить реальный срок. Так что никто не отказался, и маленькое торговое предприятие Пети с Витей, пополнило свои запасы товаров.

Участковый с дружинниками увели свою добычу в опорный пункт, для оформления материалов на задержанных. После чего постепенно начали возвращаться, пережидавшие шухер продавцы. Надо сказать, что, вероятно, по городу уже поползли слухи о том, что на Пятачке расширенный ассортимент товаров и их можно удобно посмотреть, пощупать и даже померить вещи прямо на территории толкучки. Покупателей значительно прибавилось, и торговля шла весьма активно.

Кое-каких успехов достигли и идейные последовали местного героя былинных времён – Степана Разина. Часть независимых торговцев, которые благополучно успели слинять при появлении дружинников, а затем захотели вернуться обратно, были перехвачены пацанами Пети, и часть товаров у них была реквизирована. А хер ли вы хотели, как известно, скупой платит дважды. Не надо было отказываться от предложения работать как все и платить небольшой процент за безопасность. Такая же засада подстерегала бунтарей и в конце торгового дня. Те из них кто не успел полностью распродать товар, по пути домой попадали в сети выставленных Петей пикетов, и лишались части, нажитого непосильным трудом добра.

По окончанию торгового дня Петя решил сразу рассчитаться с бойцами своей команды, так как встречаться с ними позднее у него сегодня не было возможности. Вечер предстоял насыщенный. У него на руках оставалось 1600 рублей от вчерашней выручки. Поэтому 1000 рублей он выплатил рядовым бойцам, из расчёта 100 рублей на рыло. После того как пацаны ушли, он выдал, задержавшимся, Сашку и Рафику по 200 рублей и приятели тоже направились в сторону дома. Сам же Петя вместе с подельником Витей, опять отправились подбивать итоги торгового дня, и делить прибыль от продажи конфискованной добычи.

Витя предложил расположиться в очередном кафе, но уже поближе к оврагу, на проспекте Ленина. Было заметно, что и здесь он является частым гостем. Стали подбивать итоги. Что касается работы рынка, то Витя признавал, что торговля пошла намного успешней, обороты увеличились и это ещё не предел. Он ожидал, что популярность торговой точки в ближайшее время будет расти. Поэтому Витя будет докладывать боссу, что эксперимент проходит успешно и будет обеими руками за продолжение и расширение сотрудничества.

Шустрый Аркаша сразу отметил, что нужно будет увеличивать количество людей, занятых в обеспечении безопасности торговли, а значит, и расходы на услуги Петиной команды. Виктор, в принципе, не возражал, но со своей стороны заметил, что этот вопрос будет решать Арнольд.

А вот доходы от торговли конфискованным товаром сегодня ожидаемо упали, и было понятно, что вскоре они почти сойдут на нет, так как нарушителей правил торговли останутся единицы. Всего доход от конфиската составил три тысячи с небольшим. На Петину долю пришлось 1600 рублей. Двести рублей у него осталось от вчерашней выручки и четыреста рублей нужно было сегодня вечером отдать участковому Николаю. Таким образом, в распоряжении Пети оставалось 1400 рублей. А ведь ещё с ним сегодня должен был расплатиться Арнольд за два торговых дня. Петя был рад, но начинал нервничать. Он как-то уже привык к нищете и, внезапно обрушившееся на него, пусть ещё не богатство, но уже благосостояние, было для него непривычным и волнующим.

Находившийся в благодушном настроении Витя, неожиданно предложил Пете прибарахлиться. Он посоветовал Пете приобрести фирменный спортивный костюм, джинсы или хорошие импортные брюки, кроссовки, водолазку или модный свитер, тёплую осеннюю куртку. Петя засомневался, пояснив, что пока не готов покупать вещи по таким заоблачным ценам. Но Витя заявил, что как своему, вещи он ему подгонит по цене чуть выше закупочной.

Скажем те же джинсы Левис не за 250 рублей, а рублей за 140. Аркаша сразу уцепился за эту идею, заявив, что хватит ходить как шпана в обносках. Тем более что в России поговорка о том, что встречают по одёжке, как нигде актуальна. Для того чтобы вести дела с солидными людьми, нужно соответствующе выглядеть. Под таким напором Петя был вынужден согласиться и договорился с Витей встретиться на неделе, и обновить свой гардероб. Но сейчас Петю-Аркашу волновали совсем другие проблемы.

Вечером была назначена встреча с Арнольдом в ресторане Москва. Аркаша понимал, что разговор будет сложным. Предстояла торговля за суммы, которые Арнольд будет платить Петиной команде и ментам. Аркаша на своём богатом опыте знал, что такие торги всегда идут очень сложно. Кроме того, Петя хотел обсудить вопросы по наркоте и просьбу Даши. Аркаша в свою очередь был не уверен, что для этого найдётся подходящий момент. Но оба понимали, что предстоящая встреча очень важна и от неё многое зависит.

Глава 8. Вечер в ресторане

В ресторане по стенкам висят тут и там

“Три медведя”, “Заколотый витязь”…

За столом одиноко сидит капитан,

“Разрешите?” – спросил я. “Садитесь!”.

Владимир Высоцкий

Собираясь на встречу в ресторане, Петя вдруг понял, что надеть-то ему как раз и нечего. Поэтому он принял твёрдое решение воспользоваться предложением Вити и прикупить шмоток. Но сейчас, единственное что он мог сделать, это надеть брюки, которые были на нём на выпускном школьном вечере, и старенький свитерок.

Добравшись до ресторана, Петя сильно засомневался, что его пустят внутрь. Зайдя в вестибюль, Петя не рискнул сдавать потрёпанную куртку в гардероб, а обратился к швейцару. Тот смотрел за тем, как Петя к нему приближается даже не презрительно, а с недоумением.

Петя испытывал непривычное для себя чувство неуверенности. Зато Аркаша чувствовал себя как рыба в воде, и успокоил Петю, сообщив ему, что этот шикарный ресторан не что иное, как провинциальная помойка. А также напомнил ему, что за последнюю неделю Петя заработал больше тысячи рублей и это ещё с ним не рассчитался Арнольд. С такими деньгами Петя уже сейчас мог себе позволить хоть каждый день ужинать в этом сраном ресторане. Последний довод заставил Петю опять почувствовать привычную уверенность в себе, и к швейцару он подошёл, уже гордо выпрямив спину и смело глядя ему в лицо.

Петя лениво сообщил стражу дверей, что у него деловая встреча с Арнольдом. Видимо, Арнольда здесь хорошо знали, потому что швейцар приоткрыл одну створку огромной двустворчатой двери с помпезными здоровенными ручками, с имитацией на позолоту, напоминавшими поручни, и сказал пару слов метрдотелю. После его ответа он приоткрыл дверь пошире и кивнул Петру, чтобы тот проходил.

Метрдотель смерил вошедшего Петю недовольным взглядом, но ничего говорить не стал, и, сделав знак следовать за собой, провёл Петю в дальний конец зала, где за столиком на четверых в одиночестве расположился Арнольд. Похоже, что тот проводил в ресторане большую часть вечеров, по крайней мере, в выходные дни. И хотя сейчас он сидел один, но было понятно, что проходили эти посиделки обычно в тёплой компании и не без участия прекрасных дам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.