Двадцать два
Дмитрий Валентинович Курильский

© Дмитрий Валентинович Курильский, 2023

ISBN 978-5-0060-8511-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«Книга не пропагандирует употребление наркотиков, психотропных веществ или каких бы то ни было других запрещенных веществ. Автор категорически осуждает производство, распространение, употребление, рекламу и пропаганду запрещенных веществ. Наркотики – это плохо!»

«Двадцать два» 22

ТАКАЯ ГЛУБОКАЯ И УЮТНАЯ ТИШИНА, КАЗАЛОСЬ, УЖЕ НИКТО НЕ СМОЖЕТ ЕЕ НАРУШИТЬ, ОНА НАСТОЛЬКО ГЛУБОКАЯ, ЧТО ДАЖЕ МЫСЛИ ЗАВИСАЮТ ГДЕ-ТО ДАЛЕКО И УЛЕТУЧИВАЮТСЯ В ЭТОЙ ТИШИНЕ. В ЭТО ЖЕ ВРЕМЯ ТИШИНУ ПРОНЗАЕТ НЕПРЕРЫВНО ЗВЕНЯЩИЙ ТЕЛЕФОН. Я С КАКОЙ-ТО СТРАННОЙ ТРЕВОГОЙ ПОНИМАЮ, ЧТО НЕ ТОЛЬКО НЕ ХОЧУ НИКОГО ВИДЕТЬ, НО И СОВЕРШЕННО НЕ ХОЧУ НИКОГО СЛЫШАТЬ. НЕ ХОЧУ НИ С КЕМ ГОВОРИТЬ, ХОТЯ И ЛЮБЛЮ, ПОРОЙ МЕНЯ СОВСЕМ НЕЛЬЗЯ ОСТАНОВИТЬ. НО ВСЕ ЖЕ КТО-ТО УПОРНО ПЫТАЕТСЯ ДО МЕНЯ ДОЗВОНИТЬСЯ. И ЕСЛИ ТАК НАСТОЙЧИВО, ЗНАЧИТ, Я КОМУ-ТО НУЖЕН, НО ТОЛЬКО У МЕНЯ ПОЧЕМУ-ТО НЕТ ЖЕЛАНИЯ УДОВЛЕТВОРЯТЬ ЧЬЮ-ТО ПОТРЕБНОСТЬ ВО МНЕ. ВООБЩЕ Я НЕ ОТКЛЮЧАЮ ТЕЛЕФОН, ДАЖЕ НОЧЬЮ, КОГДА ЗАНИМАЮСЬ СЕКСОМ. В ДЕВЯНОСТА ПРОЦЕНТАХ СЛУЧАЕВ Я, СКОРЕЕ, ПОДНИМУ ТРУБКУ, А СЕЙЧАС НЕТ… НЕТ И ВСЕ! МНЕ НИКТО НЕ НУЖЕН, МНЕ СТРАШНО, У МЕНЯ ДЕПРЕССИЯ, И ЭТО НЕПОНЯТНОЕ, СМЕШАННОЕ ЧУВСТВО СВЕРБИТ ВО МНЕ, СЛОВНО ХОЧЕТ ВЗОРВАТЬСЯ. ГЛЯДЯ НА КРИЧАЩИЙ ТЕЛЕФОН БЕЗУМНЫМ ВЗГЛЯДОМ, Я ЗАТЫКАЮ УШИ ЛАДОНЯМИ И ПЫТАЮСЬ ВЕРНУТЬСЯ В СВОЮ УЮТНУЮ ТИШИНУ. НО ТЕЛЕФОН НЕ ЗАМОЛКАЕТ, ОТ ВИБРАЦИИ ОН КРУТИТСЯ ПО СТЕКЛЯННОМУ КНИЖНОМУ СТОЛИКУ И ЗВОНИТ КАК БУДТО БЫ ЕЩЕ ГРОМЧЕ. НЕ ВЫДЕРЖАВ, Я ХВАТАЮ ТРУБКУ, БРОСАЮ НА НЕ ЗАСТЕЛЕННЫЙ ДИВАН И ЗАКРЫВАЮ ЕГО ПОДУШКОЙ.

Да, первые дни отпуска начались довольно бурно, и я начал судорожно вспоминать вчерашний день.

Проснулся в полпервого дня от того, что меня разбудил все тот же телефон, который все продолжал звонить монотонной, но очень раздражающей мелодией. Звонил Крот. На самом деле его зовут Андрей, просто все называют его Кротом за то, что он постоянно что-то роет, под кого-то копает, ищет чьи-то слабые точки. Одним словом, Крот – шпион. Он предложил отметить мой отпуск в каком-нибудь баре. Я в свою очередь был полностью за. Мы набрались виски, и я оказался во власти алкоголя. Дальше, я помню, Крот предложил поехать к какому-то шаману или колдуну, который может купить душу по очень высокой цене, бред, но мы все же поехали. Помню дом, старый, где-то загородом… и вот… дальше как обрубило, ничего не помню. Странно, обычно я все помню, а сейчас.… Нет, не помню.

Не выдержав, я накинул на себя серую кожаную куртку, и, пулей вылетев из своего дома, направился прямо к реке. Добежав до обрыва, я сел на самый краешек и тупо устремил свой взгляд в самую нижнюю его точку.

Где-то там, позади меня, остался мой дом, который был для меня порой тихим убежищем, дом, где я так любил скрываться от чужих, чересчур любопытных, совершенно безжалостных глаз; школа, в которой я учился, надеясь на то, что вся моя жизнь будет поистине счастливой, как детство, воплощение вечной радости, наслаждения и беззаботного будущего. Но, к сожалению, в моей жизни нет ни радости, ни вечной любви, не говоря уж о наслаждении. А только так… временное пребывание этих явлений в моей жизни и всё.

Я оглянулся назад и посмотрел на те места, где осталось моё счастливое прошлое. Хотя я не люблю оборачиваться назад и смотреть в прошлое, потому что оно кажется мне пропастью, из которой можно и не выбраться. Я всегда чувствую страх, когда смотрю в пропасть прошлого и поэтому пытаюсь больше не вспоминать, то, что было вчера. Но оно как-то само лезет в меня и поглощает каждую клеточку моего тела. Я еще в подростковом возрасте понял, что жизнь- это дорога с односторонним движением: Ты не можешь пойти в обратную сторону, иначе ты нарушаешь правила и можешь попасть в аварию.

Крыша школы ярко сверкала под солнцем и всячески напоминала о детстве: первый звонок, друзья, улыбки, не омраченные жизнью. Я резко повернул голову в обратную сторону и понял, что совершенно не хочу оглядываться на прошлое. Наверное, я боюсь прошлого, просто боюсь и все. Хотя в школе говорили, что оно обогащает. Поняв, что я больше не хочу вспоминать о своем прошлом, и, поджав под себя ноги, я опять уткнулся в нижнюю точку обрыва. Если бы меня кто-то сейчас увидел, то посчитал бы, что я сумасшедший. Хотя я и впрямь всегда был слегка сумасшедший, шутил и думал как-то иначе, не так, как принято. Да, я такой, и мне тяжело справиться с собой, ничего не могу с этим поделать. Иногда я менял своих женщин как перчатки, просто взбредет в голову и все тут, отставка, без каких-либо причин, а если меня бросали за борт, спокойно мирился с этим и плыл к другой лодке. Я никогда не ощущал себя красавцем, просто мог себя красиво преподнести и заставить других поверить, что я ничего. А ведь в детстве я боялся подходить к зеркалу, когда собирались с друзьями на танцы, это был просто кошмар, что надеть, как причесаться, ну прям как девочка. Зеркало меня не радовало, и я старался обходить его стороной. Я даже считал, что с моей внешностью у меня вообще нет никаких перспектив на удачные отношения. Но со временем я начал понимать, чтоб стать красивым, нужно всего-навсего полюбить себя самого, просто полюбить себя таким, какой я есть.

– Стасик, ты чего, топиться, что ли, собрался? Сидишь прямо на земле, на самом краю. Ты чего надумал-то? Я уже весь телефон оборвала…

Я поднял голову и улыбнулся. Передо мной стояла высокая девушка и смотрела на меня перепуганным взглядом.

– Даша, ты? Как ты меня нашла?

Она села передо мной на корточки и провела вспотевшей ладонью по моим волосам. Даша – моя девушка, ну или, скорее, я её парень. Она во всем доминирует, и порой мне кажется: зачем вообще я ей нужен!? Она высокая с ярко-зелеными глазами, светлыми длинными волосами. У нее высоко стоящая грудь, а ноги – просто идеальные, как говорят, растущие от ушей.

– Ты же знаешь, что я всегда тебя найду. Я тебя чувствую, – она засмеялась. – Стас, когда тебе хреново, ты всегда сюда идешь.

– Чувствуешь?

– Конечно, глупенький, за пару лет я тебя изучила. Так что, и вправду топиться собрался? – и снова засмеялась, будто пытаясь меня зацепить.

– Я? Топиться? Зачем?

– Мало ли… Может надумал чего, я знаю тебя – влезет в голову какая-нибудь фигня и все тут, конец света, ни секса, ни поговорить. Как мышь в угол забьешься, и нет тебя два дня. А потом резко бац – и снова все хорошо. Странный ты, но я тебя, дурака, люблю, – и она поцеловала меня в губы.

– Нет. Просто хотел побыть один.

– Ну вот, я и говорю, как мышь в угол забьется и сидит.

– Да нет же, все отлично. Садись рядом.

Даша бросила беглый взгляд вниз, покрутила губами и отошла.

– Может лучше в кафе или ко мне пойдем? Пойдем, а то я проголодалась.

– Давай тут посидим. Тебе что, своё платье жалко?

– При чем тут моё платье? Я не хочу тут, мне не нравится это место.

– Потерпишь! – огрызнулся я, хотя обычно командует она. Но не сегодня.

Вообще сегодня все не как всегда, и река, и воздух, Даша не такая красивая, да и сам я – не я. Посмотрев на неё пристальным взглядом, я слегка отодвинулся в сторону, освобождая для неё место. Даша слегка покраснела и со словами «Была не была» села рядом со мной, отводя от меня взгляд.

– Мне так приятно с тобой, – сказала она, будто бы это были её последние слова.

– Приятно? Почему?

– Приятно чувствовать рядом с собой мужское плечо. То, на которое можно опереться.

– Ты хочешь сказать, что ты можешь всегда опереться на моё плечо?

– Могу. Конечно, могу! А разве нет?

После этих слов я как бы очнулся после зимней спячки. Значит, я все-таки нужен и все хорошо! Всё моё тело вздрогнуло, побежали мурашки, и впервые за этот день я улыбнулся.

– Можешь. Конечно, можешь, – с гордостью ответил я, и как только моя ладонь оказалась на ее плече, Дашу тут же начала бить дрожь. Затем рука заскользила по ее нежной коже лица, по ее волосам…

– Я хочу тебя, – шепчет мне девушка прямо в шею.

Я крепко её обнимаю и глажу по спине. Я благодарен ей за то, что она отдает мне часть себя, а может просто пользуется мной для реализации своих сексуальных фантазий, но мне все равно приятно.

Опираясь на локоть, Даша гладит мои волосы и как-то очень задорно улыбается.

– Подумать только лежим тут как школьники… прямо у обрыва, как будто у нас нет дома…

Повисла пауза…

– Стас, а ты меня любишь?

Когда я слышу ритуальные слова про любовь, то всегда улыбаюсь. Я ненавижу эти слова, они меня просто бесят. Я вижу, как она ждет моего ответа, и пытаюсь быстрее её успокоить.

– Конечно. Конечно, люблю.

В моем понятии любовь – это всего лишь привычка. Любовь можно сравнить с чем угодно, с сигаретами, например: куришь, куришь, а потом бац – и бросил. Тебе тяжело, ломает, хочется сделать хоть одну затяжку, но ты терпишь. И вот результат: спустя время они тебе уже и не нужны, эти сигареты. Но бывают тяжелые моменты, и ты снова вспоминаешь про вредную привычку. Сигарета, сейчас затянусь – и все пройдет. Вот и любовь.… Любишь, любишь человека, а потом вдруг вы с ним расстались, и начинает ломать: как там она, хоть бы глазком увидеть, обнять, поцеловать, но нет. Спустя время все проходит, и думаешь: а зачем переживал? И без неё хорошо. Любовь – привычка не вредная, но и пользу большую она не несет.

– А почему ты меня любишь?

– Все, хватит, люблю, потому что люблю, – слегка резко, но с улыбкой ответил я и закрыл на мгновение глаза. Возможно, для того, чтобы не видеть её реакции.

– Мне кажется, Стасик, что ты просто боишься любить. Ты сам создаешь тот душевный ад, в котором живешь.

Я не дал Даше договорить и закрыл её рот своим поцелуем. Уже несколько лет мы встречаемся, иногда ругаемся и потом месяц не звоним друг другу. Затем, как вулкан, взрываемся и не отходим друг от друга ни на шаг, все время вместе, но из этого никогда не получается ничего путного. Нам просто хорошо вместе и всё. С Дашей я чувствую себя мужчиной. Она хвалит меня и всячески возвышает. Но это не значит, что был бы счастлив, если бы был женат на ней. Даше было бы трудно со мной, я часто живу в своём мире, а она открыта и в основном предсказуема, как ребенок. Во мне слишком переменные чувства и настроение, я всегда думаю как-то по-другому. Меня собственные родители не всегда могли понять. Признаться честно, я и сам не понимаю свою сущность. Она видеться мне комком противоречий, то белая, то черная. Даша говорит, что во мне есть, что-то такое, за что меня нельзя не любить. Может, я подчёркиваю Дашину исключительность, находясь рядом с ней, я простой, а она шикарна. Не знаю и поэтому я не пытаюсь думать о будущем.

Снова повисла пауза, и я резко поднялся с земли.

– Хочешь меня!? Так чего сидим?!

– Ой, ну лев, просто хищник, я тебя таким и не помню, – с радостным удивлением сказала Даша и тоже поднялась. Отряхнув платье, она взяла меня за руку, и мы заторопились в направлении её дома.

– Давай зайдем в магазин и купим выпить, – предложила Даша, потянув меня за куртку.

– Да, конечно, а то с Кротом вчера так набрались, что, чувствую, надо похмелиться, – с ухмылкой сказал я, так как Даша не знала, где я был вчера.

– Я знаю, Крот мне звонил, искал тебя.

– Что говорил?

– Просто хотел узнать, где ты. Но по голосу я поняла: он в жутком похмелье.

– Да, Крот такой, пьянь ещё та.

Даша, не спрашивая подробностей наших с Кротом гуляний, открыла дверь в магазин, и повела меня в отдел алкогольной продукции.

– Стасик, что будем, может шампанского?

– Эээ.

– Давай, давай шампанского, – как маленький ребенок, который хочет игрушку, сказала Даша, глядя мне прямо в лицо и обеими руками теребя меня за плечо.

– Ну ладно, давай шампусика, – я медленно потянул руку за бутылкой «Советского шампанского».

– Две давай, бери две, – возбужденным голосом завопила Даша.

– Хорошо, хоть три.

– Вот и отлично, бери три.

Я взял три бутылки шампанского, и мы направились к кассе.

Сзади я почувствовал резкое, но нежное прикосновение Дашиной руки. Она держала меня за «пятую точку» и пыталась прижаться ко мне всем телом.

– Я хочу тебя, прямо здесь, – шепнула на ухо Даша и жадно поцеловала меня в шею с отчетливым звуком «чмок»

– Конечно, неплохо бы, но мы тут не одни, – ответил я также шепотом с видом, словно и у меня в голове была такая же идея. Но на самом деле я бы никогда этого не делал здесь, и вообще я в принципе скромный.

– Трус, – уже в полный голос произнесла Даша.

– Ой, ой, ой, можно подумать, ты, вот так сейчас ляжешь на прилавок, ноги раздвинешь, и давай, мол, Стасик доставай свой, и люби меня, люби! – с насмешкой произнес я. Расплатившись, я взял пакет с бутылками и направился к выходу.

– Вечно тебе надо всё испортить! – с обидой произнесла Даша мне вслед.

– Ладно, Котя, пойдем.

Даша глубоко вздохнула, опустила глаза в пол и подошла ко мне, взяла меня за руку и мы пошли к ней домой.

В коридоре у Даши стоял, как всегда, аромат цветов, так как её мать работает флористом в цветочном магазине. Цветы в их квартире были всегда. Кошка Марта спала на табурете у зеркала, тихо, мирно, не реагируя на нас. Сняв обувь и куртку, я надел тапочки, и направился в комнату, где стоял компьютер. Я всегда первым делом смотрю почту. Интернет стал моей неотъемлемой частью, да, в принципе, как всех молодых людей нашей огромной планеты.

– Солнце, я в ванную, – крикнула из другой комнаты Даша и хлопнула дверью.

В этот момент я подумал: вот как она меня хочет, даже не позвала с собой, ну да ладно, день и так не задался, и заёрзал мышкой. Открыл папку с не прочитанными письмами, и первое было от Даши.

Отправитель Дарья Крутеева:

«Стасик, пока ты смотришь в монитор, я в ванной, полностью голая и очень возбуждена, ты где?»

Да, откровенно говоря, я бы точно до такого не додумался. Даша всегда любила что-то придумывать. И ведь знала, что найдет меня, мы пойдем к ней, и я первым делом залезу в инет. Да, умница.

Я не стал смотреть остальные непрочитанные письма, открыл шампанское, снял майку и, хлопая тапочками, зашагал в нужном направлении. Медленно открыв дверь, я проник в ванную. Стоял легкий пар, и запах эфирных масел проник в мои легкие.

– Малыш, я жду, – послышался нежный голос из-за шторы.

– Эк ты придумала, ну иду, иду.

Я отхлебнул шампанского из бутылки – поперла пена и слегка облила меня, затем я обнажился и уже в возбужденном состоянии приоткрыл штору.

– Ку-ку, – взволнованно сказал я и послал Даше воздушный поцелуй. Она сидела, поджав ноги к груди, и как-то робко смотрела на меня.

– Можно? – с ухмылкой произнес я и, не дожидаясь ответа, стал медленно погружаться в пену. Я сел напротив неё, протянул руку на пол, взял бутылку и дал её Даше.

– Будешь?

– Буду!

Она взяла бутылку обеими руками и сделала пару глотков. Посидев в неподвижном состоянии пару секунд, она выпила ещё из бутылки и протянула её мне. Зеленые глаза Даши впились в меня, словно шипы, и рвали на мелкие кусочки. Я даже на мгновение почувствовал дрожь в коленях, но не подал виду и как настоящий мачо улыбнулся. Даша встала на колени, опираясь одной рукой о стенку, а второй нежно, но крепко обхватила мой член.

– Мммм… – я начал издавать звуки наслаждения и, хотя не получал того удовольствия, которое я так усердно пытался изображать, все же продолжал мурлыкать словно кошка. Даша придвинулась ещё ближе ко мне и начала меня целовать, можно сказать, даже облизывать. Её рука тоже не дремала и забавлялась с моим «органом любви». Я аккуратно поставил бутылку на пол и тоже встал на колени. Конечно, это не самое удобное положение, но в этот момент было уже совершенно всё равно. Мы скользили друг по другу руками, целовали шею, грудь, губы и повторяли это много раз. Словно сговорившись, мы встали в полный рост, глядя друг другу глаза в глаза. Я сильно схватил Дашу за талию и повернул спиной к себе. Она оперлась руками о стену, слегка раздвинула ноги, опустила голову вниз и начала вилять бедрами, тем самым как бы заманивая меня. Я вошел в неё резким движением и, не сбавляя темпа, продолжал работать телом. Брызги пены, стоны, все это продолжалось недолго, минуту, а может быть две. Мне становилось труднее дышать, горячий пар сбивал дыхание, да и Даша постоянно сползала вниз по мокрым стенам, и мне приходилось все время её поддерживать и держать её и своё равновесие. Так же резко я вышел из неё и шагнул на пол. Даша вздрогнула и замерла, сделала глубокий вдох и повернулась ко мне лицом. Я быстро обтер руки полотенцем, крепко взял Дашу за руку и потянул на себя. Поднял ее на руки и толкнул ногой дверь. Мокрыми босыми ногами я шел по коридору, аккуратно проходя все углы, и повороты. И вот мы в зале. Небрежно, но с расчетом, чтоб она не ударилась, я бросил ее на диван. Дышалось просто замечательно. От наших тел исходил пар, а на волосах Даши ещё осталась пена. Постель вмиг стала мокрой, но это нам не мешало заниматься сексом, а скорее наоборот, придавало некий шарм и некий эротизм. В порыве страсти мы упали на пол и, как клубок змей, катались по ковру захлебываясь поцелуями и тяжелым дыханием. Дашу тяжело понять кончила или нет, так как она всегда в таком состоянии в момент любви. Я успел уже её изучить, и мне показалось, что пару раз уже было это женское чудо и партнерша вполне довольна всем происходящим. Я тоже доволен собой, и с чувством собственного достоинства моё тело начало кульминационный момент всего этого порносценария.

Откинув простыню до пояса, Даша положила свою голову мне на грудь и видимо пыталась услышать, бьется моё сердце или нет. Как ни странно, но оно у меня билось. Она прислонилась ко мне обнаженной грудью, и уже я отчетливо услышал биение ее сердца. В этот момент она взяла меня за голову притянула к себе и жадно поцеловала в губы. Я схватил ее за обнаженную грудь и тоже стал целовать ее. Целовал чересчур властно и даже грубо. Мне показалось, что она перестала меня целовать и начала покусывать мои губы, дабы отбиться от меня. А самое главное, что во всех наших поцелуях, не было ни любви, ни страсти. В них было, что-то животное, злобное, и до неприличия жесткое. Даша вырвалась из моих объятий и прыгнула на меня сверху.

– Ты что, дурак!?

– Да ладно тебе, я просто хотел посмотреть на твою реакцию, – с ехидной улыбкой сказал я и начал накручивать ее волосы на палец.

Я и сам не мог понять, что это было, какое-то молниеносное помешательство.

– Посмотрел? Не делай так, понял!

– Хорошо, – уже с нежностью ответил я и заморгал.

Я молча лежал и смотрел на ее грудь. Увидев мой пристальный взгляд, Даша, засмущавшись, сказала.

– Ты куда смотришь?

– На сиськи!

– Что, женской груди не видел?

– Такой нет!

– Дурак! – Даша улыбнулась, залезла под простыню и обняла меня, – дурашек мой любимый, дурашек.

– Угу, – ответил я и уставился в потолок.

– Стас, а ты детей хочешь?

«О нет, началось, – подумал я. – Почему женщинам только одно и надо?»

– Хочу, но рано пока, – ответил сухим и глухим голосом, словно кость в горле застряла.

– А я хочу!

– Даша, ну родим мы ребенка. Он вырастет не наркоманом, не убийцей, и вроде все у него будет хорошо, а потом бах: он приходит к нам домой, и ты видишь, что у него залысины и морщины. Вчера ты его в школу водила за руку, а сегодня он уже лысый, понимаешь? Не готов я к началу вот такого конца! – сказал я, как отрезал, ну или словно вынес приговор.

– Вот у моего брата двое детей, – начала она, и я воспринял эту реплику как одобрительную.

– Вот двое детей у брата твоего, а счастья нет. Нам для себя ещё надо пожить. Помнишь, как мы с тобой год назад в Испанию собирались? Барселона, и всё такое.

– Так мы же не съездили до сих пор!

– Вот и я об этом, не съездили. С парашютом не прыгнули, на сафари не побывали, этого не видели, того не пробовали. Не жили ещё. Хотя могли бы. А как появятся дети? Прощай, Испания, здравствуй дача.

– Можно и с детьми побывать и попробовать всё, – с глубокой грустью промычала Даша.

– Ага, мы такие миллионеры, и детей вырасти и по миру гуляй, в общем, всё так просто, – уже со злостью ответил я.

– Злой ты!

– Я не злой, я здраво смотрю на жизнь. Вот был бы у меня миллион долларов, тогда, пожалуйста, и дети, и веселье, живи – не хочу.

– Зайка, ты же знаешь, стоит только захотеть – и всё.

– Я уже который месяц прошу у твоей Вселенной миллион, а мне еще даже отпускные не дали, – с обидой произнес я и повернулся на бок.

Даша прижалась ко мне, поцеловала в шею и начала теребить мою ладонь.

– Вот смотри, ты заказываешь блюдо в хорошем ресторане, ты делаешь свой заказ, так беззаботно и без всяких негативных мыслей. Именно таким образом ты заказываешь и события в своей жизни, как и саму жизнь. Чётко знаешь, чего ты хочешь, и нет сомнений в дальнейшем. Не беспокоишь свой дух просьбами, посмотреть, получил ли повар заказ, и не думаешь давать указания, как лучше приготовить блюдо. В этом и заключается один из принципов Вселенной, твоё смирение, твой заказ. И ты знаешь, что твой заказ принят и будет подан на стол. Стасик, так и с миллионом тоже, попросил, жди, но искренне жди, как и блюдо в ресторане. Ты ж ведь знаешь, что тебе его принесут, и миллион появится, – она замолчала и ещё сильнее прижалась ко мне.

– Да, на блюдечке принесут, все у тебя так просто и дети, и миллион. Да ну тебя!

Нет, конечно, я верю в эту метафизику, но как-то все тревожно, просто захотел, а взамен ничего. Так не бывает. Хотя почему нет? Как в умных книжках пишут, если глянуть в микроскоп, то, что я, что пепельница, состоим из одного. Атомы, молекулы, электроны, протоны, а в итоге энергия. Значит и весь мир – это энергия, а раз весь мир, то я -неотъемлемая часть мира, всей Вселенной и вообще, я- это все, а все – это я. Интересно, Бог тоже Вселенная? Выходит, я тоже часть Бога, а он часть меня, в принципе получается, что я – Бог! Вот блин. Мысли в голове. И я словно увидел приведение, настолько сильно меня начали пожирать мысли о моей сущности.

– Даша, а такое может быть, что я – Бог?! – с серьезным видом, как перед судьей, четко произнес я. И стал ждать, что ответит моя проповедница.

– Ого, ну и мысли у тебя! Я не знаю, конечно, но, по сути, оно так и есть. Только не Бог, а богиня! Нет, ты не думай, я не смеюсь, просто все произошло от женского начала, и ты тоже появился на свет из женщины, правда из кошки, но она ведь женского пола. Вы мужчины, ну или Боги, слабее женщин-Богинь, так как мужчины закрыли в себе чувства ещё пять тысяч лет назад, чтобы получить опыт лидерства на планете. Воевать, убивать и доминировать над всем, вот вы и отделились от чувств. А когда не чувствуешь жизнь, тогда и не ценишь. Женщина приносит жизнь на планету, и поэтому она является носительницей чувств, так как невозможно принести жизнь на планету и ничего не чувствовать. Я про что и говорю, женщины давно согласились умалчивать о своих способностях к магии, к интуиции и физиологическим знаниям мужчины и женщины. Мужчины ничего не чувствуют, и даже нет такого понятия сильный и чувственный мужчина. Вам необходимо найти форму женского начала внутри самих себя там, где Создатель встречается с созидательницей, понять это и почувствовать. И это не просто мои слова, об этом писали великие философы прошлых столетий.

– Даша, где ты этого набралась? Может это и так, но ты не ответила на мой вопрос. И вообще, почему это вы круче нас? – удивленный её рассказом, я замер и стал ждать продолжения.

– Где, где, в Караганде. Посмотри сам, сейчас все возвращается на свои места, что и пять тысяч лет назад, а вы только слабеть начинаете. Сам знаешь, у женщин и интуиция развита лучше, да и деньги мы зарабатываем те же, а в сексе вон у тебя эрогенных зон одна или две и обчёлся, а у женщин все тело – эрогенная зона. Что это значит, Стасик?

Повисла пауза…

– А то и значит, что мы, женщины, гораздо чувственнее мужчин, и организм наш намного совершеннее вашего. Мы доминируем над вами, только вы не замечаете этого и думаете, что все под вашим контролем, – импульсивно и с улыбкой во весь рот Даша говорила мне про женщин и их божественную силу, а я медленно, но верно уходил в себя, загружаясь темой, что и впрямь я Бог.

– Эй, Бог, чего грустишь, давай ещё раз, мне так хорошо сегодня с тобой, как никогда раньше, – Даша резко поднялась и стала прыгать по дивану, как на батуте. Смеялась, махала руками и издавала странные звуки наподобие ржания коня. Но меня так сильно зацепил этот разговор, что я, никак не мог очнуться от чувства, что, что-то должно произойти, либо хорошее, либо плохое, но непременно что-то должно случиться.

– Нет, я домой.

– Какое домой?

– Я устал, я хочу спать, да и мать твоя скоро придет.

– Стас, ты чего? Что случилось? Я тебя чем-то обидела?

– Нет, просто устал и хочу спать.

– Пойдем к тебе и ляжем спать.

– Нет!

Я встал с дивана и начал не спеша одеваться. Даша бегала вокруг меня и уговаривала взять её с собой. Я и сам не мог понять, почему, но меня, с какой-то магнетической силой тянуло домой. Словно и впрямь дома меня ждет миллион долларов.

– Всё я пошел, созвонимся.

– Стас, я на тебя обижусь!

– Даш, перестань, я высплюсь, и мы встретимся.

Я поцеловал ее в губы и вышел из квартиры, Даша стояла неподвижно, на ее лице был написан страх раненной птицы, просящей о помощи. Ничего не сказав, я закрыл дверь и побежал вниз по ступенькам.

Небо чистое, без единого облачка, слабый ветер гоняет по двору обрывки газет, мимо проезжают машины, и все кажется настолько банальным, что даже как-то не хватает чрезвычайной ситуации, стресса. Всю дорогу я шел и повторял: хочу миллион, хочу миллион, я – Бог, мне все можно, я заслуживаю всего, я – часть Вселенной и так далее. На горизонте уже виднеется школа, а за ней и мой дом. Вот он, но почему меня туда так тянет, ведь там ничего нет. У меня даже цветов дома нет. С каждым шагом чувство какого-то волнения накатывают на меня, и я начинаю нервно бить рукой себя по ноге. Вот он, мой старый добрый подъезд, лестница, которая ведет к лифту, затертые перила и замок, такой специфический, но родной.

– Хромов, это вы из 240 квартиры? – громко спросила меня консьержка. Хромов – это моя фамилия, друзья, естественно, меня называют Хромой.

– Я!

– К вам тут какой-то мужчина целый день ходит, сказал, что скоро ещё придет.

– А что он хочет?

– А мне почем знать, солидно выглядит, говорит, то ли юрист, то ли из банка какого- то.… Ай, черт их знает, ходят тут, покоя от них никакого! – отчиталась мне вахтерша, и, развалившись в старом затертом кресле, продолжила читать книгу.

Странно, кто бы это мог быть? Может, ошиблись, а может мы вчера с Кротом чего натворили и нас ищут. Нет, вряд ли, скорее все-таки ошибка какая-то, кому я на хрен нужен. Кредитов нет, за квартиру плачу – из банка точно не ко мне.

Я зашел домой и почувствовал резкий запах – о да, требуется генеральная уборочка. Грязная посуда, вещи на полу, на стульях и вообще, не дом, а свалка, какая-то. Не успел я включить компьютер, как раздался звонок в дверь.

– Кого уже принесло, – бормоча себе под нос, я направился к двери. – Кто там?

– Здравствуйте, меня зовут Валерий Евгеньевич, я юрист Р-банка, на ваше имя сделан денежный перевод, можно войти? – четким, довольно звонким голосом сказал человек из-за двери.

Открыв дверь, я увидел человека среднего роста, в костюме, с дипломатом и черными, как ночь, глазами.

– Вы точно ко мне? Никто никаких денег мне не должен, вы, наверное, ошиблись?

– Вы Хромов Станислав Васильевич, дом 11, квартира 240, улица Маяковского?

– Ну да, это я! – в жутком волнении ответил я на вопрос.

– Значит это вам. Давайте пройдемте к столу, подпишем кое-какие документы, и я пойду, дел много! – спокойно произнес юрист и достал из кармана очки.

Мы зашли в кухню, я спешно собрал со стола кружки, тарелки, весь хлам, накопившийся далеко не за один день.

– Станислав Васильевич, ознакомьтесь с документами, подпишите, на ваш счет поступил один миллион долларов. Вот ваша банковская карточка N, конверт, в нем пин-код, пользуйтесь на здоровье, – он произнес все с таким спокойствием, словно спросил который час, сел на стул и уставился на меня, – давайте читайте, подписывайте. Некогда мне!

Я стоял словно статуя, из меня пробивался наружу то холодный, то горячий пот, затряслись ноги, и, казалось, что вот-вот я потеряю сознание. Я сел, опершись локтями о стол, и уставился в бумаги. Невозможно было прочитать ни одной строчки, так как они расплывались, будто в тумане. Немного придя в себя, я поднял голову на юриста.

– Можно еще раз? Какой миллион? От кого? Точно мне? Может однофамильцу? – дрожащим еле слышным голосом я обратился к человеку, сидевшему напротив меня.

– Молодой человек, наш банк уже не одно десятилетие работает и ни разу еще не ошибся, так что это вам. Миллион поступил на ваше имя из африканского банка-S без всяких оговорок и условий, все налоги и расходы за доставку оплатил также банк-S. Стаснислав Васильевич, расписывайтесь, и я пошел. Радоваться надо, может, и ошиблись, но вот все документы, а значит он ваш. Вот карта-N, введите пин-код, и в течение десяти минут, она активируется. А уж потом вы – миллионер, – с улыбкой, размахивая руками, словно показывая моё счастье, человек с черными глазами придвинул ко мне бумаги и дал ручку. Пробежав глазами по документам, не думая ни о чем, я расписался там, где надо, и отодвинул все то, что лежало на столе, юристу.

– Вот и чудно. Держи N – конверт и твой экземпляр документов в получении карты – N. Всё, мне пора, смотри сразу все не потрать, – с издевкой произнес этот загадочный для меня человек и, не дожидаясь, пока я его провожу к выходу, он ушел сам.

Я остался сидеть за столом, недоумевая от всего происходящего.

– Карта, деньги, конверт, может, действительно, Вселенная услышала меня? Я захотел – и вот он, миллион! Ведь бывает такое: люди находят клад или просто кучу денег. Вот и я хотел и получил. Кто-то может и впрямь ошибся, а у меня теперь миллион. Миллион! Миллион! Миллион долларов! У меня миллион баксов! – я просто кричал от радости. Я встал, открыл кухонный шкаф, взял сигареты и закурил, хотя я не курю, просто остались от кого-то. Я нервно суетился по кухне, бегал из комнаты в комнату, выходил на балкон и снова садился за стол, разглядывая карту-N и документы. Надо позвонить Даше, нет, Кроту, нет, Даше, нет, надо сходить к банкомату и проверить, а вдруг мне все это снится? Нет, не снится. Это явь, и у меня есть миллион, я не сплю, о Боже! я богат! ура! Ура!

Я разговаривал сам с собой, как душевнобольной. Несмотря на то, что одна часть меня противилась этому, а вторая, напротив, кричала всему моему «Я»: «Да, ты богат. Вперед, действуй, живи, Стас, у тебя получилось!»

В сверхвзволнованном состоянии я выскакиваю из квартиры и мчусь, как оголтелый, вниз по лестнице. На секунду я остановился и подумал: «Я же не замкнул дверь, да Бог с ней», – и выбежал на улицу. Быстрым шагом, спотыкаясь о бордюры, не замечая на своем пути определенно ничего, я спешно направлялся к ближайшему банкомату. Но не успел я дойти пункта моего назначения, как меня остановил громкий, до боли знакомый голос.

– Стас!

Я обернулся и увидел, как из-за столика летнего кафе мне машет человек.

– Ё-ооо! Валерка, – с улыбкой также крикнул ему я. Внезапно я забыл про все дела и направился к столику. Валерка – мой старейший друг. В школе мы с ним сидели за одной партой, подрались тоже с ним впервые. Да что там говорить, в школьные годы мы были лучшими друзьями. Он гораздо крупнее меня, смуглый, почти на голову выше и, как в детстве, очень часто моргает глазами.

– Стас, как ты? Сто лет тебя не видел, – крепко сжав мою ладонь и хлопнув меня по плечу, слегка хриплым, как бы простуженным голосом, сказал Валерка.

– Я, да я что, живу туда-сюда. Ты лучше сам рассказывай, как у тебя, где пропадал? – слегка смущаясь ответил я Валерке, и мы сели за стол.

Он махнул официанту, попросил повторить и с жадной улыбкой уставился на меня.

– Я, Стас, занимаюсь перевозками. Фуры, груз, товары – вся эта лебеда. А здесь проездом. Решил родных навестить, отдохнуть короче. Хромой, ты чё так хреново выглядишь? Смотри, я вот в брючках, туфельках – солидняк. Хромой, ты чё, чем беднее выглядишь, тем беднее становишься, – это истина, брат. Валерка говорил не останавливаясь про жизнь, про свою фирму, вспоминал моменты из детства, словом, прорвало. Когда он сказал, что скоро женится, я его уже совсем не узнал. Семья и Валерка, две несовместимые вещи. Он всегда убегал из дома, попадал в разные переделки, а девушки для него были просто игрушками.

В этот момент к нам подошла очень красивая дама и с обворожительной, слегка шаловливой улыбкой, поздоровалась со мной.

– Здравствуйте, Оксана, – заигрывая, представилась она.

Я замер в непонимании всего происходящего, но Валерка разрядил обстановку.

– Знакомься, Оксана, это Стас, – указывая девушке на меня, сказал Валерка, – мой старый друг.

– Очень приятно, – сказала Оксана.

Заиграла мелодия, это звонил телефон Оксаны. Она отошла за угол шатра, под которым мы и сидели.

– Это твоя будущая …? – шёпотом спросил я.

– Да нет, так, из старых знакомых, моя дома. Я ее с собой не взял.

– Ну, ты даешь, что, просто шуры-муры?

– Ну да, перед свадьбой надо ж погулять, – смеясь и прищуривая один глаз, ответил Валерка, – кстати, я тебя официально приглашаю к себе на свадьбу, – продолжил он уже с серьезным выражением лица.

– Валер, а твоя не знает про твои гулянья?

– Хе.… Если Бог предназначил жениться по любви, зачем он создал любовниц? Не парься, Хромой, Иуда Искариот тоже в рай попал, а мой грех даже на пользу, ведь хороший левак сохраняет брак, – с искренней радостью отрапортовал Валерка.

– Дело твоё, а планы какие у тебя?

– Тебя увидел и подумал, может в клуб сходим, выпьем, потусуемся, а? – с надеждой в голосе спросил у меня Валера.

– Я не против, а когда?

– Да сейчас я Оксану домой проведу, и часика через два давай у клуба «Слон» встретимся.

– Ну все, тогда в девять у входа встретимся. Я побежал, дело одно у меня незаконченное.

– Не опаздывай, – крикнул мне Валерка и принялся допивать пиво.

Уже не торопясь, как прежде, я направился к банкомату. Внутри меня скребли кошки. К моему счастью людей не было, и я, не спеша, достал карту «N», вставил в банкомат и дрожащей от волнения рукой набрал пин-код.

Словно разряд тока ударил в моё тело. Выскочил холодный пот, и ноги подкосились. Казалось, малейшее дуновение ветра – и я упаду на асфальт, настолько сильно меня потрясло увиденное. На мониторе висела цифра 1 000 000 USD. Оглядевшись по сторонам и кое-как взяв себя в руки, я вынул карту и сел прямо на бордюр. Невозможно описать мысли, пришедшие в тот момент мне в голову. Великая радость, перетекающая в адский страх. И снова радость и снова страх. Я сделал пару глубоких вдохов, поднялся с бордюра и постепенно начал возвращаться в реальность. Вставив карту дрожащей рукой в банкомат, я набрал пин-код. Сумма в 1 миллион казалась мне устрашающей, но манящей. Не раздумывая, я попробовал получить хоть какую-нибудь сумму, и деньги незамедлительно выскочили мне прямо в руку. Не оборачиваясь и не поднимая головы, я небрежно сунул деньги в карман, забрал карту и медленно отошёл от банкомата. Шел, совершенно не осознавая, куда и зачем. Моё нутро бушевало, словно шторм в океане, и выплёскивалось как вулканическая лава. Пройдя в таком состоянии некоторое время, я остановился у порога бара. Огляделся и зашёл внутрь. Было тихо, так как для посетителей еще рановато, и я важно присел за стойку бара.

– Сто виски, – сказал я бармену, – и колы стакан.

Всё это я выпил одним залпом и попросил повторить. За полчаса я успел хорошенько набраться, и все негативные мысли улетучились. Я в гордом одиночестве пил виски. Чуть дальше бармен натирал бокалы и нервно дергал плечом. Его руки были не ухожены и усеяны мелкими царапинами. Но часы, на его руке, были дорогие и блестели, отражая тусклый свет абажура.

– О, мне пора, – сказал я бармену слегка заплетающимся языком.

Я расплатился, оставив на чай довольно крупную сумму, хотя и не делал этого раньше. Встал и побрел к «Слону», где должен был встретиться с Валеркой.

Валера подошел, как и договаривались, к девяти.

– О, Стас, я смотрю, ты уже хорош, – веселым и задорным голосом произнес Валера.

– Да так, чуть-чуть для бодрости, – ответил я, и мы зашли внутрь.

– Шикарно, давненько я тут не был, – с восторгом произнес Валерка, присаживаясь за столик возле танцпола.

– Doomsday! – переводится как конец света веселый трек, – как бы хвалясь своим знанием английского, продолжил мой друг.

– А ты веришь в наступающий конец света? – спросил я.

– Да чушь это всё! Знаешь, что я тебе скажу, – на секунду Валера замер и пронзительно посмотрел мне в глаза, – конец света будет непременно, но для тех, кто его ждет. Я вот не жду, и не хочу, и вообще бред это все, предсказания там всякие. А вот те, кто ходит и говорит: «Конец света, конец света,» – к тем он и придет. Так что, Хромой, живи не тужи.

Мы принялись заказывать выпивку, закуску, кальян- яблоко на молоке, короче, заказали целый стол.

– Валер, сегодня за все плачу я, так как перед тобой миллионер, причем долларовый, – важно, но с улыбкой на устах заявил я.

Валерка рассмеялся, а следом и я. Не придавая никакого смысла моим словам, мы принялись за виски. Мы пили, вспоминали детство, обсуждали женщин, политику, общих знакомых, в общем, у нас состоялся настоящий открытый мужской разговор. Уже к 12 часам ночи мы были, как говорится, в слюни.

– Стас, а давай шлюх снимем ну и….– заплетаясь в словах, в стельку пьяный Валерка громко предложил мне.

– Давай!

– Ну что, миллионер, ты угощаешь меня, а я в свою очередь…, – вставая с дивана, Валерка ехидно улыбнулся и добавил, – ну в общем девочки с меня!

– Ок! – ответил я и полез за бумажником.

– Я ща в туалет сбегаю и вернусь, – кое-как произнес он и пошел в уборную.

Я попросил счёт у официанта, одним глазом глянул на чек и начал отсчитывать нужную сумму. Как только я расплатился, звонкие женские голоса заорали из глубины зала. Народ засуетился, начался хаос. Заинтересовавшись происходящим, я пошел на крики. Люди толпились возле туалетов, и в этом беспорядочном движении невозможно было разобрать определенно ничего. Выставив плечо вперед, я проник в толпу. Прошёл сквозь эту суматоху и оказался в туалете. За считанные секунды я отрезвел, увиденное мною поразило меня настолько, что мне показалось, что я а кинотеатре 5D, и это все всего лишь фильм.

Валера лежал на белом полу и неоспоримо был мертв. По внешним признакам он умер довольно быстро, но в страшных муках. Лицо у него было искажено, рот открыт, с губы свисают слюни, а глаза выпучены, как у рыбы. В последние секунды жизни его, видимо, рвало, потому что в помещении стоял невыносимый смрад. Сведенные судорогой пальцы больше напоминали звериные когти, одна рука было откинута, а другая прижата к шее, будто он старался задушить себя. Вокруг царил беспорядок: мыльницы, бумага, личные вещи Валерки валялись по углам, всё это наводило на мысль, что в последние мгновения жизни, он бился в конвульсиях. Зрелище мертвого тела вселило в меня страх, а мощное потрясение при виде покойника и жуткие свидетельства его кончины просто меня разорвали. Я безмолвно смотрел на труп моего уже бывшего друга, но охрана и администрация клуба привели меня в чувства. Быстро начали разгонять и успокаивать жаждущую толпу, которой только и нужны захватывающие зрелища. Уже совсем ничего не понимая, я вышел на улицу и побежал прочь от этого места.

Пробежав довольно приличное расстояние, я выдохся и остановился. Видимо от бега и тряски во мне перемешалось все, что можно, и меня вырвало. Как бы банально это не показалось, но мне сразу стало легче, и даже мысли постепенно начали собирать мозаику, всего происходящего. Отдышавшись и набравшись сил, я принял единственно верное решение – идти домой и лечь спать.

Зайдя в квартиру, не раздеваясь, лишь сняв обувь, я упал на диван и уткнулся носом в подушку. Следующая картина, появившаяся передо мной, выглядела как эпизод из голливудского фильма ужасов. Я в белом докторском халате, заляпанным кровью, нахожусь в туалете клуба «Слон». Передо мной лежит Валера. А я как прожжённый патологоанатом, которым доселе представить себя не смог бы, вскрываю его тело, торопясь завладеть нужными мне органами. Я четвертую труп, зверски рассекаю его, отделяю голову и распиливаю, дабы извлечь мозг. В непонятной спешке срываю его лицо, а затем бросаю куски на пол. Его карие большие глаза я вырываю из глазниц, кромсаю тело так, что все сухожилия и мышцы свисают, будто растерзанные диким зверем. Кругом валяются ножи и пилы, смрад заполняет помещение, и отовсюду брызжет кровь. В туалет врывается уже живой Валерка и издает странные пронзительные звуки неестественные человеку. Затем все погружается в темноту и резко пропадает, но где-то в глубине темноты странный, но знакомый звук продолжает звучать у меня в ушах.

– Что, кто, – бормоча в подушку, я открываю глаза и понимаю что это сон, это всего лишь страшный сон.

Покрытый холодным потом я пытаюсь снова закрыть глаза, чтобы заснуть, как вдруг раздается звонок в дверь, и я понимаю, что проснулся именно от этого звука и вяло поднимаюсь с дивана. Еще не проснувшись, я, даже не глядя в глазок и не спрашивая, кто там, открываю дверь. Передо мной лишь темная полуосвещенная лестничная клетка и никого.

– Кто тут? – тихим дрожащим голосом спросил я у пустоты. В ответ я, естественно, ничего не услышал. Как только я закрыл дверь, то услышал из кухни тихий знакомый голос.

– Стас, иди сюда!

В паническом состоянии я посмотрел в темную кухню и ужаснулся ещё больше: в углу возле окна сидел Валерка, облаченный в черный балахон, и улыбался.

– Стас, дружище, заходи, посидим, – тихим ноющим голосом шептал мне он.

От убивающего меня страха я резко ударил кулаком по выключателю, и загорелся свет. Но, как и прежде, комната была пуста. Я молил Бога и всех святых о помощи, просил дать мне сил пережить эту ночь. Не знаю, сколько прошло времени, но где-то час я находился в трансовом состоянии и всё это время, пытался успокоить себя. Но физические силы имеют границы, и я заснул прямо на стуле за столом.

Проснулся я в ужасном состоянии. Шея и спина затекли настолько, что я даже не мог некоторое время подняться на ноги. Но подняться мне все-таки пришлось, так как громко зазвонил телефон! Нашёл я его среди подушек и скомканной простыни. Не глядя на монитор, чтобы узнать, кто звонит, я поднял трубку.

– Да? – сонным хриплым голосом спросил я.

– Стас, блин, ну ты где пропадаешь?! – нервно, но с явным облегчением в голосе, что все-таки я нашелся, спросил Крот

– Крот, слушай, после нашей с тобой пьянки со мной столько всего произошло, ты не поверишь.

– Что, миллион нашел? – хитрым голосом, словно по-другому и не должно быть, спросил Андрей.

Весь мой мозг тут же зашевелился, пытаясь сообразить, что ответить. Мысли совсем спутались, и я снова потерялся. От куда он знает? Ведь я ему не говорил. Или…

– Какой миллион? – спросил я, возможно ожидая пояснения тог, что произошло.

– А ты что, совсем ничего не помнишь?

– Нет, а что я должен помнить?

– Короче, бери пиво и дуй ко мне. Я тебе все расскажу, оболтус, ты совсем пить не умеешь, – Крот рассмеялся в трубку таким заразительным смехом, что и я не смог сдержаться и расхохотался вместе с ним.

– Ладно, сейчас приду, – продолжая смеяться, ответил я.

– Стас, ты в дверь не звони, у меня замок сломался, так что она открыта.

– Ладно, – ответил я Кроту и повесил трубку.

Я быстро собрался, накинул куртку, обул туфли и только собрался открыть дверь, как неожиданно где-то позади меня зашептал всё тот же Валеркин голос.

– Стас, не убивай его.

Я замер на месте и понял, что в этой безмолвной неподвижности есть нечто, говорящее о многом. Продолжая стоять в смирении и смотреть в стену, словно змея на свою жертву маленькими от страха глазами, я переспросил у голоса сзади.

– Что?

– Не убивай его! – ответил Валеркин голос через некоторое время леденяще мягким голосом. Понимая, что затягивать этот разговор нет ни малейшего смысла, я резко обернулся, но никого не увидел. Чувство страха поползло по всему телу. Я принял стойку, прижался к стене и огляделся. Страх внутри меня бормотал, – бред, бред, прочь, прочь отсюда, – и я выскочил на улицу.

Солнце светило ярко, небо было голубое, без единого облачка. Шум дороги и голоса, проходящих мимо людей успокоили меня. Я ощущал себя так, будто заблудившись в лесу, всё-таки нашел дорогу домой. Мне даже стало как-то весело, захотелось любви или даже секса, Дашиного жаркого секса. Даша всегда умела вытянуть меня из загруженного состояния своими ласками, а я, в свою очередь, не сопротивлялся, ну если только чуть-чуть – показывая мужика. Но в итоге Даша всегда побеждала меня, властная королева. Больше ни о чем не думая, я позвонил Даше.

– Алло?! – грубым обиженным голосом ответила она.

– Любимая, не злись, – ответил я с нежностью и даже с какой то страстью. Впрочем, любимой я очень редко называю кого-нибудь, я это делаю только в том случае, когда искренне осознаю свою вину и тем самым пытаюсь её искупить. Возвышая женщину в ранг любимой, ведь она только этого и хочет, – Что хочешь? – уже спокойно, но все же с обидой ответила Даша.

– Любимая, у меня столько всего произошло, и мне срочно надо тебе все рассказать, мне нужен твой совет, мне очень нужна ты. Даша, клянусь, буду слушать тебя внимательно, а то, чувствую, Бог со мной играет в странную игру. Может, ты мне объяснишь, – оживленно и интригующе сказал я, – но прежде я забегу к Кроту, он тоже хочет мне что-то сообщить, а по телефону нельзя.

– Что, за вчерашний день не наговорились? – возмущенно рявкнула Даша.

– В том то и дело, что я вчера с ним не виделся. В общем, это длинная история. Даша, любимая, ты пока собирайся, и жди меня. Я быстро, огромный букет цветов с меня, – словно романтик произнес я, – да, кстати, я миллионер. Так что скоро в Испанию полетим.

– Что? – видимо не понимая, о чем я так импульсивно говорю, спросила Даша.

– Все потом! Собирайся, целую! – сказав «чмок» в трубку, я закончил разговор.

***********

Глаза у меня загорелись, и после так сказать монолога с Дашей, я воспарял духом и как бы начал жить заново.

Все мне казалось таким прекрасным и таким волшебным, что даже полные под завязку мусорные контейнеры казались своеобразной задумкой архитектора в улучшении пейзажа города. Жизнь прекрасна!!!

И вчерашняя смерть Валерки, совершенна не всплывала у меня в голове.

Я увидел супермаркет, и меня осенила мысль. Давно я не делал Даше подарков! Нужно что-нибудь посмотреть.

Сегодня выходной, в магазине колыхались толпы людей. Сначала я заглянул в отдел косметики, отметил, что ничего интересного на стендах нет, и с легкой душой двинулся дальше по лавкам. Везде переливались стразами и подобной бижутерией летние коллекции, и продавцы, словно сговорившись, усыпали свои стеллажи яркими изделиями. В одном из бутиков меня поразили крохотные трусики, тонкую ткань которых безжалостно усыпали фальшивыми брюликами и всевозможными стразами.

В некотором замешательстве я стоял и рассматривал бельё, пытаясь представить, как оно будет сидеть на Дашином теле. «А не вопьются ли все эти камушки в интимные места в момент, когда моя девушка будет сидеть», – возникла у меня в голове мысль, как тут же ее перебил парень проходящий мимо меня.

– Что, подруге бельишко выбираешь? – спросил он с язвительной улыбкой.

– Ну, типа того, – с неохотой ответил я.

– Да и я вот каждую неделю своей что-то дарю, дарю, а толку… как была дурой, так и осталась. То сумочку ей купи, то в салон красоты. Французский маникюр, бразильская эпиляция, мелирование-шмелирование и бла, бла, бла, – со злостью, но держа себя в руках, выплеснул на меня незнакомец.

– Бывает, – тихим голосом, как бы сам с собой, произнес я. Отвечать не хотелось, но незнакомец был так искренен, казалось, что я его единственная надежда. И только я смогу поддержать его в сложившейся ситуации.

– Ай, – рявкнул в пол этот внешне довольно приятный парень и исчез в ярких, переливающихся всеми цветами радуги витринах.

Нет, я, наверное, не поддерживаю его мнение, ведь делать подарки так приятно. Водить в салоны тоже круто. Пусть твоя половинка выглядит лучше всех и пусть, когда мы идем рядом, а парни, глядя на неё, замирают в изумлении, да и я тогда чувствую себя выше, мол, вот она со мной, а не с вами.

Все сказанное моим случайным собеседником было, конечно, забавно послушать, но вот про бразильскую эпиляцию я раньше не слышал, может, это он так, для связки…

Я объяснил продавцу белья приблизительные формы своей подруги и попросил красиво упаковать трусики и бюстгальтер, ещё взял кожаный с огромной бляхой ремень, усыпанный всякими блестками, – Даше такие нравятся, и открытку, хотя не понимаю зачем, просто очень понравилась. Еще раз пробежав глазами по витринам, я однозначно дал себе понять, что мне здесь больше ничего не нравится, и довольный собой я вышел на улицу.

До дома Крота оставалось совсем немного, я купил шесть баночек пива, одну открыл сразу. Возле подъезда я допил пиво. Внезапно у меня зазвонил телефон. Номер был не определён.

– Алло

– Стас, это я, может ко мне давай, – сиплым и теплым голосом заговорили в трубке.

Это был всё тот-же голос Валерки. Голос, который уже навсегда останется в моей памяти.

– Что? – переспросил я.

Но из трубки уже звучали гудки. Я снова занервничал. И тут впервые в жизни у меня возникла мысль: может я психически болен? Естественно, сразу отказавшись от этой мысли, я поднялся к Кроту. Он уже сидел и пил пиво, уткнувшись в монитор, и внешне походил на ботаника – алкоголика, хотя это вроде несовместимые понятия.

– О, привет пропажа! – радостно воскликнул Крот.

– Здорово!

Я поставил в угол пиво и подарок для Даши, скинул обувь и сел рядом с Андреем.

– Ну что, Стас, рассказывай.

– Нет, может ты мне расскажешь о нашей последней пьянке.

– А чё там рассказывать, пьянка как пьянка, но зачем мы к этому колдуну поехали, я и сам не знаю.

– К какому колдуну, – взволнованно спросил я своего друга, который ни на секунду не отвлекался от монитора.

– Ты что, совсем ни хера не помнишь? – он заулыбался и повернулся ко мне, – ты ж ему вроде душу продал за один миллион баксов.

Я посмотрел Кроту в глаза и меня пробил озноб.

– Что с тобой? – продолжил Крот

– Получается, вот откуда деньги, бред, – пристально глядя Андрею в глаза, я начинал воспроизводить картинку произошедшего за эти пару дней.

На столе у Крота стояло пиво, видимо он, не дождавшись меня, он сбегал в магазин. Я открыл баночку, сделал пару глотков и принялся рассказывать все, что со мной произошло, и даже про голос, который стал меня преследовать.

– Пля, ну ты и впрямь больной, – веселым голосом пошутил Андрей, – я твоя смерть, ха-ха, – и громко засмеялся.

– Ну и что делать? – спросил я.

– Да ничего, гудим, – хлопнув меня по плечу, заорал Крот, – но вот Валерку жалко, – уже грустным, но как бы наигранным голосом продолжил он.

– А что вообще этот колдун то говорил?

– А мне почем знать? Ты с ним наедине говорил, долго как-то, я даже у него на веранде заснул, пока ты меня не разбудил.

– Блин, ничего не помню, – держась обеими руками за голову и пытаясь что-нибудь вспомнить, мычал я.

– О, я вспомнил, у тебя с ним какой-то договор был, бумага такая странная была, то ли коричневая, то ли серая, в общем, что-то ты с ним подписывал, – радостно завопил Андрей.

– Договор?

– Ну да!

– А где он?

– Не знаю, наверное, у тебя.

– Надо идти домой, поискать, – вставая с кресла, произнес я.

– Да ладно, потом найдешь, и вообще я тут классный внедорожник нашел, ты ж давно хотел. Сейчас купим и поедем на нем тусить, – восторженно махая руками, Крот ходил вокруг меня.

– Не, подожди, я сейчас все-таки домой сбегаю, поищу, а потом обратно к тебе, – спокойным тоном ответил я, и направился к выходу.

– Давай, только быстрее, – слегка разочарованно но, продолжая улыбаться, ответил Крот.

– Пусть подарок полежит, позже заберу.

– Ок.

Подтолкнув коробку под шкаф, я вышел.

– Стас!

– Что?

– Кинь мне денег на телефон, пожалуйста, я отдам, – словно с подковыркой попросил меня друг, – ты ж миллионер, – добавил он и подмигнул глазом.

– Хорошо нищий, – улыбаясь, ответил я, – а, Андрюха, ты случайно не знаешь, что значит бразильская эпиляция?

Он задумчиво посмотрел в потолок и четко как в армии ответил:

– Нет.

– Ну ладно, жди, я скоро буду.

По дороге домой я кинул Андрею денег на счет, как и обещал, и через некоторое время был уже у себя в квартире.

Все казалось каким-то странным и хотелось побыстрее уйти отсюда. Быстро оглядев комнату, я увидел на столе за монитором сверток. Он был коричневого цвета из толстой, как картон, бумаги.

Развернув его, я увидел первую надпись «Договор», написанный странным шрифтом красными чернилами, я понял, что это и есть то, что я ищу. Взяв договор, я пошел на улицу, так как дома мне было как-то не по себе.

Неподалёку от моего дома, располагался старенький сквер. Иногда, после работы, устроившись на одной из его скамеек, я расслабляюсь, выпивая баночку пиво.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.