Управление цифровой трансформацией. Точка зрения
Владислав Владимирович Тюрин

© Владислав Владимирович Тюрин, 2023

ISBN 978-5-0060-8458-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

Всё начинается с изменений, которые мы способны и хотим наблюдать.

Изменяется внешняя среда для участников экономических отношений. Они начинают адаптироваться, чтобы не утратить достигнутый уровень потребляемых благ или даже повысить его. При этом любой бизнес способен увидеть в изменениях возможности и угрозы, потенциал роста и риски. Исходя из сформированной оценки ситуации каждый претворяет в жизнь необходимые, с его точки зрения, действия. Анализировать, делать выводы, предлагать бизнес-гипотезы и реализовывать их, добиваясь успеха на практике – от этого зависит умение приспосабливаться к переменам во внешней среде.

Изменения вызревают во внутренней среде участника экономических отношений и выходят во внешнюю. Предприниматели и потребители исследуют, одобряют, перенимают, модифицируют и используют предлагаемые изменения для повышения количества и улучшения качества удовлетворяемых потребностей клиентов. Умение целевым образом конструировать, упаковывать и поставлять востребованные рынками преобразования в виде продукта или сервиса – от этого зависит инновационный потенциал внутренней среды.

Наблюдаемые в последние пару десятилетий значимые изменения, инициированные рядом экономических субъектов в разных отраслях и странах, успешно перенимаемые другими участниками экономики, спровоцировали серьезные поисково-аналитические исследования и экспертные дискуссии. В основе обсуждаемых изменений – развитие информационно-коммуникационных технологий особого уровня. Оно преобразует экономические процессы производства и потребления так, что постепенно начинает складываться понятие цифровой экономики. Формируется научно-практическое понимание особой предметной области, где тесно и эффективно переплетаются динамичная инновационная деятельность и производительные информационные технологии. Характер перемен показывает, что исследовать их и осознанно эффективно использовать, реализуя проекты цифрового развития, невозможно без новых подходов и методов, технологий и инструментов генерирования и трансфера знаний, без осмысления и применения успешного практического опыта.

Эксперты и специалисты, изучающие цифровую экономику и цифровую трансформацию, методично ищут удобные, релевантные и доступные статьи, учебные материалы, аналитические доклады, обзоры. Кто-то предпочитает знакомиться с успешными кейсами и стремится обсудить возникающие вопросы в профессиональном кругу. Кто-то индивидуально или совместно формирует библиотеки научных публикаций и удачных проектов. А кому-то импонирует участие в интенсивных онлайн-курсах или длительных образовательных тренингах. Но начинать обычно приходится с принятия того, что управление цифровой трансформацией – новая, актуальная и непростая специальная область менеджмента. Особенно в условиях интенсивного принятия и реализации различных по эффективности решений, гибкого выстраивания как долгосрочной стратегии, так и регулярной работы. Даже при поверхностном ознакомлении с базовым набором терминологии предстает множество вопросов и проблем с пониманием. И они по мере изучения накапливаются и обуславливают существенные трудности на практике. Противоречивый опыт лидеров, комплект технологий высокого уровня, неопределенность рынков и реакций потребителей на инновации, увязка формальных алгоритмов и слабо контролируемого поведения независимых субъектов. Всё это делает в настоящее время цифровую экономику субъективно неоднозначной как в теории, так и на практике.

Нарастает потребность в том, чтобы корректно отвечать на вопрос «что такое цифровая трансформация» и одновременно учиться управлять кардинальными изменениями, используя инновационные технологии и добиваясь устойчивых результатов в бизнесе. Набирающий силу водоворот цифрового развития затягивает всё большее число индустрий и рынков, всё большее число профессиональных сфер деятельности и предметных дисциплин. И без осмысления ключевых теоретических и практических элементов, связанных с цифровой трансформацией, трудно находить полезные и выгодные решения. Это касается всех уровней системы управления: от топ-менеджеров крупных компаний и до рядовых исполнителей. Традиционные «до-цифровые» подходы, методики и инструменты не спасают в полной мере при той цифровой турбулентности, что на деле ощущают участники рынков.

Пожалуй, одной из ключевых характерных особенностей тех изменений, что представляют собой цифровую экономику, является множественность выбора. Об этом исключительно важно помнить в связи с выработкой концепций, методов и технологий управления цифровой трансформацией. Свободный выбор из доступного множества вариантов фактически становится центральной идеей цифровой экономики, с легкостью овладевающей потребителями и целыми рынками. Факторы этому способствующие:

– во-первых, кастомизация и персонализация предлагаемых потребителю продуктов и сервисов расширяет возможности учета потребительских предпочтений;

– во-вторых, снижение издержек и времени на замену и комбинирование технологического стека и технических решений при производстве и поставке продуктов и сервисов расширяет предпринимательский и технологический выбор;

– в-третьих, существенное увеличение объемов потребления нематериальных благ в число которых входят цифровые продукты и цифровые сервисы расширяет рыночное предложение и потребительский выбор;

– в-четвертых, развитие технологий и инструментов экономического, управленческого и маркетингового анализа, позволяющих собирать множество объективных метрик, проводить ретроспективные исследования и просчитывать разнообразные гипотезы по принятию решений, расширяет управленческий выбор.

Как бы ни показалось это сложным и избыточным, но для цифровой экономики принципиально множество точек зрения на предмет исследования, на практическую задачу, на факты и факторы. Это норма и возможность бизнеса конкурировать и развиваться в новых условиях. Объективная необходимость цифрового развития – формировать, исследовать, просчитывать и адаптировать множество элементов. Выбор из доступных для исполнения вариантов выступает базовой логикой принятия и реализации экономических решений – что определяет свободный рациональный осознанный экономический выбор.

Рисунок 1. Факторы цифровой экономики, улучшающие свободный выбор.

Усложнение восприятия цифровой экономики вызывает одновременное и равнозначное усложнение управленческих технологий, методик и практик. Не просто видеть и понимать разные точки зрения, но эффективно и осознанно выбирать наилучшие и выстраивать целостную экономическую деятельность.

I. Цифровая экономика начинается с изменений, выражается изменениями и субъективно воспринимается как изменения нового качества.

II. Цифровая трансформация зависит от качества проектируемых и реализуемых изменений и от того, как бизнес их видит, понимает и воплощает на практике.

III. Изменения определяющие цифровую экономику качественно складываются из множества проектов цифровой трансформации, реализуемые экономическими субъектами в конкурентных условиях для повышения удовлетворенности клиентов.

Эти три суждения предопределяют точку зрения автора на цифровую экономику и цифровую трансформацию. Настоящая публикация призвана представить и объяснить авторский подход к управлению цифровой трансформацией, как к организованной деятельности по переходу к цифровой экономике для выбранного целевого процесса, бизнеса, индустрии.

Предлагаемый материал может считаться введением в тему и содержит исходные факторы, тезисы, понятия, гипотезы, составляющие основу демонстрируемой точки зрения в отношении задач теоретического, методического и инструментального изучения цифровой экономики. В публикации раскрывается мотивация и стремление сориентировать на практический результат методологию сбора, систематизации и трансфера знаний в сфере цифровой трансформации. В том числе отмечается возрастающая роль инновационных технологий в экономических процессах и возникающие вследствие этого перемены локальные и глобальные. Делается акцент на изучении цифровой экономики исходя из неизбежности осуществлять практические шаги по повышению конкурентоспособности в связи с происходящими изменениями. Обрисовывается круг этических проблем и вопросов, а также ряд моментов в организации обучения и самостоятельного освоения теории и практики цифровой экономики.

В публикации разбираются следующие вопросы:

– почему и какие изменения заставили выделить цифровую экономику в отдельную предметную область для целевых исследований;

– каков характер наблюдаемых изменений;

– на чем основывается точка зрения автора и что из этого следует;

– какие понятия входят в число базовых для цифровой экономики и для управления цифровой трансформацией;

– в чем заключается суть цифровой трансформации и почему важно изучать сущность и атрибуты цифровых платформ и экосистем;

– как сложность и скорость изменений вместе с развитием инновационных технологий усиливают роль этики в цифровой экономике;

– какие особенности цифровой экономики и цифровой трансформации следует учитывать при организованном или самостоятельном знакомстве с проблемами и вопросами в этой сфере;

– что представляет собой карго-культ, и почему проблемы с ним связанные актуальны для цифровой экономики и для практики управления цифровой трансформацией;

– в чем отличие авторской точки зрения, какие выгоды и риски с ней связаны;

– применимость предлагаемого подхода и по каким критериям сравнивать его с другими.

Подробности методологии, равно как и понятийный аппарат не вошли в данную публикацию. Настоящее введение в управление цифровой трансформацией обозначает критически значимые элементы, призванные исключить неточности, неопределенности или расхождения в трактовке последующих материалов. Предполагается, что, опираясь на суть излагаемой точки зрения, будут показаны принципы совершенствования понятийной и методической базы для целей управления цифровой трансформацией. Демонстрируется каким образом корректно разграничивается терминология, приемы, методики и инструменты привычного менеджмента и нового, направленного на интенсивное цифровое развитие.

Настоящая публикация предназначена предпринимателям, менеджерам и специалистам, стремящимся системно, детально и планомерно изучать цифровую экономику и применять знания на практике для эффективного управления целями, ресурсами и процессами цифровой трансформации. Она дает возможность понять мотивы, принципы, исходные предпосылки, тезисы и факторы, составляющие методическую основу авторского подхода.

Точка зрения, изложенная в данном первом издании, определяет отправную позицию автора по ряду принципиальных проблем и вопросов цифровой экономики и управления цифровой трансформацией. Как и любой авторский материал, он может содержать неточности и сведения, которые покажутся излишними или нерелевантными. Какие-то моменты упущены, поскольку не оказались в фокусе внимания в период подготовки и составления публикации. Автор не ставит себе задачу быть академически предельно точным и предложить идеальную позицию для абсолютного большинства проблем цифровой экономики. Основная цель – продемонстрировать системный взгляд на цели, ресурсы и процессы управления цифровой трансформацией. В том числе убедить читателя, что разбираемая сфера практической деятельности довольно сложная и динамичная, чтобы ограничиваться поверхностными и формальными ответами на множество возникающих теоретических и практических вопросов.

Замечания и предложения просьба направлять автору на адрес электронной почты: dtm@vladtyurin.ru.

Изменения

Не уделялось бы столько внимания экспертами, предпринимателями и государственными органами цифровой экономике и цифровой трансформации различных видов деятельности, если бы не те изменения, которые происходят на глобальном и локальном уровнях. Причем наблюдаемые преобразования где-то стремительные, а где-то поступательные, весьма ощутимы, неоднозначны, широко обсуждаемы и нередко необратимы.

Изменения в экономике необходимо изучать.

Это прежде всего важно для продуктивной работы на преобразующихся рынках и для эффективного взаимодействия с растущими запросами потребителей. Понимание желаний и предпочтений клиентов дает возможность добиваться результата при оптимальных издержках. Отслеживание конкурентов позволяет поставлять наилучшие востребованные ценностные предложения адекватные выбранным целевым сегментам. А следовательно, лучше удовлетворять насущные потребности. Соответствие социальным, экологическим, политическим, технологическим условиям на региональном, государственном и международном уровнях открывает дополнительные варианты устойчивого развития, расширения и партнерства бизнеса.

Изменения в экономике цикличны из-за неравномерного по времени распространения и сочетания факторов.

Экономические субъекты находятся в постоянном поиске новых продуктов и сервисов бесконечно комбинируя идеи и доступные средства производства (ресурсы, технологии, предпринимательские решения, инновации и методы управления). В глобальном потоке переплетающихся и преображающихся экономических процессов периодически проявляются новые направления с привлекательной динамикой развития. Причем заинтересовать бизнес те или иные тренды способны как объективными показателями (рост объемов потребления, снижение издержек, перераспределение потоков материальных и нематериальных ресурсов), так и повышенным субъективным вниманием и рекламой. Со временем предприниматели, в поисках новых рынков или в поисках новых продуктов и сервисов для существующих рынков, стремятся скорректировать текущую бизнес-модель с учетом обнаруженных и исследованных значимых перемен в экономике. Экспертиза же самих изменений позволяет обдуманно, пошагово и комплексно извлекать из них выгоду. Выявление и анализ развивающихся ресурсных, технологических, рыночных или управленческих трендов минимизирует предпринимательские ошибки, снижает риски и повышает качество принятия управленческих решений.

Изменения в экономике непрерывны.

Бывает весьма затруднительно четко выставлять временные периоды, когда множество действий экономических субъектов сложились в устойчивый тренд и стали значимыми или даже доминирующими в той или иной сфере деятельности, индустрии или рыночном сегменте. Не менее сложно анализировать множественные направления развития, находить определенные закономерности их появления, оценивать состоятельность и вклад в экономический рост. Энергичная и глубоко связанная экономика порой демонстрирует то синергетический эффект при совпадении линий роста инноваций по времени и рынкам, то затухание тренда, когда противоположные или конкурирующие факторы серьёзно мешают друг другу и оспаривают лидерство. Некоторые исследователи вводят искусственные границы по времени конкретных изменений и условно отсекают периоды и критерии перехода от одного доминантного состояния целевой системы к другому.

Оценка изменений в экономике субъективна и зависит от экспертного мнения наблюдателя.

Накопленные знания и опыт отдельных исследователей или экспертных групп не всегда и не полностью помогают разобраться с тем новым, что возникает на рынках, в экономических отношениях, в инновационных технологиях. Оставаясь в рамках аналитики, основанной на предыдущих знаниях и опыте, достаточно легко упустить из вида ключевые факторы, кардинально влияющие на потенциальную конкурентоспособность в новых условиях. А следовательно, повышается риск принятия некорректных, опрометчивых или дорогих решений. Опираться же на изыскания тех, кто заинтересовано вовлечен в определенные экономические перемены, надо тем более осторожно. Хороший способ минимизировать риски в таком случае – это принятие во внимание разных точек зрения на те или иные события и процессы в экономике.

Скорость фиксируемых экспертами изменений увеличивается.

В основе перемен теперь не только и не столько материальные активы (сырье и материалы, продукты, инфраструктура), а всё больше нематериальные (данные и информация, методики, технологии, дизайн, идеи и ценности). Они быстрее распространяются и комбинируются, быстрее тестируются и доставляются потребителю. А значит, ускоряются все процессы, связанные с их производством, перераспределением, потреблением, инвестированием. Но совокупно нематериальные активы оказывают существенное воздействие и на материальные, поддерживая общую высокую динамику изменений по всем видам деятельности.

Научиться видеть, объяснять и работать с изменениями современной высокотехнологичной экономики знаний, причем в постоянном режиме гибкого управления улучшениями и рисками – это краеугольная ценность и цель любого научного подхода в управлении цифровой трансформацией, ориентированного на практическую деятельность.

Качество изменений

Наблюдаемые перемены в экономике в связи с цифровой трансформацией весьма впечатляют исследователей. Настолько, что они, помимо прямого изучения их последствий, анализируют первопричины, зависимости, факторы и качественные характеристики. Обобщаются и выстраиваются классификационные группы или целые системы свойств присущие тем преобразованиям, что несет с собой новая практика производства, перераспределения и потребления благ. Приводимые далее три подхода к оценке качества наблюдаемых изменений хорошо иллюстрируют то, с чем сталкиваются экономические субъекты в реальности, воплощая в жизнь свои идеи и планы.

VUCA: volatility, uncertainty, complexity, ambiguity

Четыре качественные характеристики изменений: волатильность, непредсказуемость, комплексность, многозначность. Они демонстрируют, насколько экономическая реальность быстро и неопределенно меняется, как сложно предугадывать поведение субъектов, события и явления. Впервые обозначены в 1985 году в рамках теории лидерства Уоррена Бенниса и Берта Нануса.

Волатильность (volatility) – экономика во всех своих элементах динамична и непостоянна, по характеру и силе, по причинам и последовательности. Сами изменения также неустойчивы по форме и существу и слабо удерживаются в пределах четко выраженных трендов.

Непредсказуемость (uncertainty) – изменения с трудом удается обычными методами и инструментами понять и спрогнозировать. В связи с этим и влиять на перемены или подстраиваться под преобразующуюся экономику проблематично, не имея пригодных средств и инструментов.

Комплексность (complexity) – множество изменений в экономических системах многократно и с разной силой взаимосвязаны. И такие связи находятся в постоянной динамике. Они провоцируют друг друга, то усиливаясь, то ослабляя события, явления, факторы, действия участников.

Многозначность (ambiguity) – изменения и их воздействие на поведение экономических субъектов практически невозможно недвусмысленно охарактеризовать. В них легко запутаться, поменяв местами причину и следствие. Они субъективно трактуются и убедительно обосновываются по-разному разными экспертами представая то в позитивном, то в негативном свете.

BANI: brittle, anxious, nonlinear, incomprehensible

Другие четыре характеристики нестабильности систем, решений, факторов, событий и поведения в современной экономической реальности: неустойчивость, тревожность, нелинейность, невнятность. Видна их совокупная отрицательная коннотация призывающая насторожиться и внимательно приглядеться к потенциальным рискам. Их предложил в 2016 году Джамаис Кашио.

Неустойчивость (brittle) – экономика становится многослойной и многокомпонентной, тонко настроенной и имеет множество слабых и легко разрушающихся связей. Это чревато быстрым, каскадным или лавинообразным возникновением и течением неблагоприятных ситуаций и выходом из строя или торможением отдельных элементов и подсистем. Буквально от одной ненадежной детали может пострадать налаженный процесс в отдельном бизнесе или индустрии, на открытом рынке или в границах выстроенной кооперации.

Тревожность (anxious) – деятельность обособленных или зависимых бизнесов всё более суетлива и вызывает тревогу у участников и партнеров, поскольку множество рисков серьезным образом связано с постоянными наблюдаемыми переменами. Отсутствие времени на продумывание и принятие решений в обычной логике усиливает информационный и эмоциональный дискомфорт на рынках среди поставщиков и потребителей. Что в свою очередь затрагивает доверие, репутацию, ожидания, восприятие рисков.

Нелинейность (nonlinear) – бизнес-модели, ценности, процессы, факторы, события настолько усложнились в анализе и в определении цепочек их взаимосвязей, что линейные гипотезы и суждения в нехитрой логике типа «причина-следствие» или «событие-реакция» не помогают с успешными решениями даже в краткосрочном периоде. Стратегии же оборачиваются всё более умозрительными, абстрактными и слабо реализуемыми бюрократическими документами, вынуждая как-то менять методы и инструменты среднесрочного и долгосрочного целеполагания.

Невнятность (incomprehensible) – всё чаще найденные ответы на актуальные вопросы порождают новые: зачем, как, когда, почему и что сделал тот или иной экономический субъект, как следует понимать те или иные экономические события, факторы, риски, шансы, процессы. Границы понятий и действий размываются объективно и субъективно. Нарастает ощущение неуверенности экспертов и непрактичности накопленных знаний. Для решения критических проблем привлекается широкий круг специалистов, чтобы качественно и с требуемой детализацией объяснять неоднозначные явления современной экономики. Но и это не всегда дает внятные ответы, улучшающие практику.

BIG3: specialization, blending, rapidity

Три фактора обуславливающие мощные изменения в экономике, которая проходит цифровую трансформацию: специализация, сложность, скорость. Эта большая тройка полезна как объяснение значительно нарастающего количества информации, решений и продуктивности качественно переходящее в трансформацию внутренней и внешней среды бизнеса.

Рисунок 2. BIG3-факторы кардинальных изменений в цифровой экономике.

Специализация (specialization) – значительный рост объемов создаваемых и обрабатываемых данных (big data) ведет к развитию и усилению специализации, основанной на знаниях и компетенциях. Из-за этого невозможно качественно охватить большие предметные области как при анализе, так и при исполнении бизнес-моделей. Таким образом, выгодно ограничиваться и улучшать свою эффективность и результативность в узкой выбранной нише.

Сложность (blending) – значительный рост количества и связанности узкоспециализированных решений высокой эффективности (big solutions) стимулирует совместное функционирование множества процессов, процедур, технологий, инструментов, проектов и команд слабо или сильно связанных в гибкие пересекающиеся и альтернативные архитектурно хрупкие системы. Теперь даже небольшая задача или операция сопряжена с нарастающим количеством и качеством элементов и их связей в части вовлеченных субъектов, используемых ресурсов (материальных и нематериальных) и процессов (производственных, организационных, информационных, контрольных).

Скорость (rapidity) – значительный рост количества и качества опций персонализации, кастомизации материальных и цифровых продуктов и сервисов (big productivity) провоцирует частый и интенсивный выпуск на рынки новинок или обновлений. Нематериальные ресурсы легко преобразуются и делаются ускоренно доступными широкому кругу лиц, в том числе средствами автоматизации, повышая уровень активности на рынках и в индустриях. Возрастают: динамика производственных процессов, логистические потоки, уровень аналитики, циклы обновления технологического стека, наукоемкость инструментов и средств производства.

Рисунок 3. Влияние BIG3-факторов на цифровую трансформацию.

VUCA, BANI, BIG3 – три модели, описывающие характер изменений внешней среды. Есть другие, но и этих вполне достаточно для иллюстрации той ситуации, в которой оказываются в цифровой экономике новые и существующие бизнесы. Динамичная, усложняющаяся, противоречивая, многозначная, нелинейная, насыщенная информацией и знаниями экономическая реальность вынуждает искать адекватные практические решения для устойчивого развития. Формируется потребность в подходах, методах, технологиях и инструментах постановки и достижения требуемых целей в новых условиях. Квалифицированное управление цифровой трансформацией призвано в какой-то мере ответить на такую потребность бизнеса.

Проводя мониторинг и исследование изменений в экономике не следует забывать о примечательном эффекте аналитика. Он заключается в том, что динамика, состав и связанность изменений системы представляются тем выше, чем дольше и глубже мы проводим изучение и интерпретацию её свойств и функций, накапливая релевантные знания и компетенции.

С одной стороны, перемены в экономике действительно стали сложными, динамичными, волатильными, непредсказуемыми, нелинейными. И этому есть объективные причины, вытекающие из того, как используются ресурсы, средства производства, человеческий капитал, как реализуются предпринимательские инициативы. В цифровой экономике интенсивно применяются технологии, существенно повышающие скорость и объемы создания и обработки материальных и, особенно нематериальных активов. Но, с другой стороны, новые методы, технологии и инструменты позволяют наблюдать и анализировать сами изменения на качественно другом уровне. Теперь больше видно и объективно регистрируется подробностей, выявляется больше зависимостей, пошагово отслеживается больше переходов систем и подсистем из одних состояний в другие, накапливается и обрабатывается внушительный объем научных и практических данных. Множество исследуемых объектов, процессов, явлений, событий предстает перед экспертами в ином свете с лучшей детализацией и способствует формулированию и проверки на порядки более комплексных гипотез, моделей и концепций.

Изменился ли мир и стал быстрей, сложней или мы стали видеть и понимать этот мир лучше и глубже. Изменился ли аналитик усилив свои знания и компетенции в конкретной предметной области или он увлекся теоретическими исследованиями, подгоняя под них практику. Эффект аналитика говорит нам о ценности баланса между исследованиями изменений характерных для цифровой экономики и выстраиванием практической работы по проведению таких изменения – по осуществлению цифровой трансформации.

Качество экономики

В последнее десятилетие в экономике весьма заметно проявляют себя изменения, напрямую связанные с энергичным развитием информационно-коммуникационных технологий (ИКТ). Их постепенное усиление и влияние на многие аспекты экономической деятельности побудило говорить о новом качественном этапе – о цифровой экономике. Часть экспертов сходится во мнении, что поведение и реализуемые бизнес-модели экономических субъектов, а также экономические отношения, внешние условия и предпринимательские инициативы, существенно преобразуются при массовом и повсеместном применении ИКТ высокого уровня. Ряд аналитиков предпочитает рассматривать переход к новому экономическому укладу, глобально перестраивающему все сферы деятельности, включая социальную и государственную. Большинством подчеркивается особая роль информационно-коммуникационных технологий. Ведь ИКТ имеют прямое материальное воплощение и легко наблюдаемы, так же, как и практически ощутимы.

Рисунок 4. Элементы влияния информационно-коммуникационных технологий на экономику.

Но только лишь информационные технологии обуславливают движение от традиционной экономики к цифровой? Достаточно ли рассматривать их как единственный ключевой фактор или первопричину цифровой трансформации? Есть ли ещё какие-либо технологии, как-то связанные с информационными, которые вносят существенный вклад в объемы и скорость цифрового развития? Что ещё кроме технологий важно анализировать? Вот только некоторые из аспектов, демонстрирующие, что изучение цифровой экономики является особым динамичным направлением исследований. Причем исследований, предельно сконцентрированных на практическом результате. Потому что, отвечая на вопросы о цифровой экономике и цифровой трансформации, об их существе и проявление, об их потенциале и ограничениях, необходимо объяснять и отличие привычного бизнеса от цифрового, объяснять особенности цифровых проектов, продуктов и сервисов в сравнении с традиционными. У предпринимателя обнаруживается объективная потребность понять, как успешно и предметно участвовать в том, что называется цифровой экономикой – участвовать действием и участвовать квалифицировано.

Материальная основа информационных технологий вынуждает на практике прорисовывать четкие границы между традиционным бизнесом и цифровым, т. е. указывать буквально какие программные и инфраструктурные ИТ-решения применяются традиционным бизнесом, а какие цифровым. В последующем объясняя следствие такого отличия. Для цифровой экономики характерно неразрывное сочетание информационных технологий с иными функциями бизнеса. Сфера ИКТ – это предельно и математически формализованные, четко работающие в строгой инженерной логике одиночные или связанные программно-аппаратные решения.

Менеджмент и предпринимательство, как виды деятельности, сложно и с большими затратами, поддаются формальному описанию сравнимому с программными алгоритмами. В доцифровой экономике бизнес-модель – это во многом общее видение собственников и команды управленцев того, как осуществляется деятельность, причем с вариативной неравномерной детализацией по множеству объектов, процессов, целей, политик, событий, факторов. Но высокая результативность и эффективность ведения бизнеса в цифровой экономике напрямую зависит от успешного симбиоза программно-аппаратных решений и исполняемой бизнес-модели. В этой связи актуализируется дополнительное множество проблем адекватного и оптимального по результату и затратам формального описания требуемых элементов осуществляемой хозяйственной деятельности, позволяющее разумно применять информационные технологии высокого уровня для успешной автоматизации процессов, цифровизации объектов и цифровой постановки целей.

Учитывая специфику теории и практики менеджмента, потребительской и коммуникационной составляющих маркетинга, производственной и технологической кооперации, поиск ответов на обозначенный круг вопросов вынуждает углубляться в базовые понятия, представления, концепции и методики в контексте искомых предметных направлениях и индустрий.

Более того, наблюдаемые изменения присущие цифровой экономике демонстрируют до такой степени смешение информационно-коммуникационных технологий и экономической деятельности, что они становятся трудноразличимы. Но возможно ли тогда корректно изучать, анализировать и опираться на успешный опыт, если до конца непонятна его реальная архитектура, его состав, центральные и периферийные характеристики, компоненты ценностного предложения потребителям, ресурсные и технологические параметры. Отдельная проблема, в связи с этим – трудность в определении, постановке и проектировании конечного результата, ожидаемого при реализации стратегии цифровой трансформации того или иного бизнеса, индустрии. Без четкого понимания архитектуры включающей как ИТ-компоненты, так и бизнес-объекты, составление прогнозов, дорожных карт и планов на среднесрочную и долгосрочную перспективы малопродуктивно и сопряжено с высоким риском выбрать нереализуемую стратегию и тактику цифровой трансформации. А это очевидная потеря конкурентоспособности.

Качественное исследование цифровой экономики направлено на решение подобных вопросов и проблем. Причем методика и инструментарий доступные благодаря цифровому развитию позволяют гибко воспринимать и применять множество подходов и точек зрения. Объемы и скорость генерирования и распространения знаний, доступность разнообразной аналитики открывают широкие перспективы взвешенной оценки тех или иных экономических явлений, факторов, событий и показателей. Открывают широкий выбор и применение различных точек зрения для квалифицированного построения стратегии и реализации тактических планов.

Настоящая публикация объясняет одну из точек зрения (point-of-view) на цифровую экономику – на актуальные изменения, происходящие в глобальной экономике при содействии и непосредственном участии инновационных технологий (управленческих, потребительских и информационных). Причем авторский подход предлагает рассматривать новые тренды в экономике целостно и ориентируясь на практическую применимость при управлении цифровой трансформацией выбранной сферы деятельности, индустрии, бизнес-модели или процессной цепочки. И стремится максимально продуктивно дать ответы на ключевые вопросы (см. рис. 5).

Система знаний по цифровой экономике представляется обширной и междисциплинарной. А сильная взаимосвязь потребительских и управленческих аспектов с технологиями существенно усложняет её содержательно и структурно. Формирование разнообразных подходов, школ, экспертных групп, методологий, течений происходит пошагово и последовательно, опираясь на глубокую аналитику фиксируемых перемен и на потребности тех экономических субъектов, что заинтересованы в осознанной и планомерной эволюции собственных и совместных (кооперационных) цифровых проектов.

Рисунок 5. Ключевые вопросы.

Цифровая экономика

Определения термину «цифровая экономика» назначают дифференцировано, исходя из соответствующих точек зрения и мотивов. В самом термине эпизодически замещают слово «цифровая» на «электронная», «информационная», «сетевая», «интернет-», «кибер-» и т. п. Но, по сути, в практической плоскости стоит задача выбрать такое объяснение для указанного понятия, которое отразит целостную и непротиворечивую теоретическую концепцию прямо позволяющую получить объективное и ощутимое практическое преимущество. Востребовано определение, обозначающее системный характер и особенность рассматриваемого явления и обусловливающее конструирование бизнесом целевого состояния адекватного внешней среде, проходящей системные изменения. Какой смысл разбираться экономическому субъекту с тем, что непонятно как и почему станет для него значимым и решающим способом улучшить свое благосостояние или свою эффективность. Разве что, для общего развития и эрудиции.

Рисунок 6. Три проблемных вопроса понятийного аппарата цифровой экономики.

Изучая множество подходов к интерпретации сути и структурного содержания цифровой экономики, разумно сделать ответственный вывод относительно одного из её фундаментальных принципов. И, пожалуй, именно этот принцип открытого инновационного выбора в дальнейшем способствует широкой и позитивной трактовке альтернативности экономических теорий и школ – не как конкурирующих, взаимоисключающих или спорных, а как дополняющих, вариативных и адаптируемых профессиональных точек зрения на проблемы и задачи, решаемые экономическими субъектами на практике.

Фундаментальный принцип открытого инновационного выбора в цифровой экономике:

бизнес,

исходя из собственной мотивации (целей), понимания (знаний) и возможностей (компетенций) получить дополнительные конкурентные преимущества на существующих (изменяя продукты и сервисы) или новых рынках (создавая продукты и сервисы)

(a) самостоятельно и свободно выбирает для себя: что для него означает и чем для него является цифровая экономика,

(b) свободно определяет для себя: что такое управление цифровой трансформацией и как его осуществлять,

(c) открыто и конкурентно реализует свой выбор направлений и способов инновационного (технологического) развития.

Свободный выбор, присущий цифровой экономике, предлагает и позволяет осознано принимать решение предпринимателем по данному вопросу. И здесь множество вариантов. От игнорирования новых смыслов и безапелляционного отождествления автоматизации, информатизации и цифровой трансформации. До поиска уникальной теоретической концепции и идеи, воплощение которой кардинально преобразует бизнес-модель, ценностное предложение, потребительское поведение, распределение ресурсов. Интересно, что успех в краткосрочном и в среднесрочном периоде сопутствует как тем, кто игнорирует новые тренды, так и тем, кто прилагает максимум усилий к цифровому преобразованию. Однако если речь идет о плановом и контролируемом достижении долгосрочного максимального эффекта от информационно-коммуникационных технологий, объединяемых в производительные стеки и обогащаемые потребительскими и управленческими технологиями, то без четкого разделения понятий автоматизации и цифровой трансформации в рамках системного научно-практического подхода не обойтись.

Выбор того, чем является цифровая трансформация для конкретного бизнеса – это выбор предпринимателя и команды руководителей такого бизнеса. Он определяется исключительно стремлением обнаружить новый смысл, выводящий на другой уровень развития и экономического успеха. Безусловно, можно игнорировать изменения внешних условий и склоняться к тому, что никакого дополнительного существенного содержания в цифровой трансформации нет. И это обычная компьютеризация, информатизация или автоматизация процессов по-новому названная, не без влияния вездесущих маркетологов периодически вносящих оживление в продажи программных продуктов и аппаратных средств.

Но как тогда оценивать впечатляющие и заразительные примеры цифровых лидеров, которые ими стали благодаря найденным новым конкурентным преимуществам. Лидеров, не просто занявших ведущие роли на существующих рынках, сформировавших новые рынки и занявших верхние строчки в рейтингах рыночной капитализации. Но лидеров, кардинально преобразовавших потребление, логистику, маркетинг, коммуникации и значимо потеснивших в целевых сегментах тех, кто пытался остаться в привычной логике игнорируя инновации. Примеры успеха и признания вдохновляют, склоняют инвестировать в проекты цифровой трансформации и тратить время, чтобы разобраться с базовыми понятиями и концепциями цифровой экономики. Только при нахождении новых векторов технологического роста обретает практический смысл адекватная и реализуемая стратегия цифровой трансформации.

Фундаментальный принцип открытого инновационного выбора в цифровой экономике указывает на то, что в основе цифровой трансформации не только доказанная теория и проверенная практика, но в большей степени высокая мотивация увидеть кардинальные изменения бизнес-модели за счет рационального и эффективного сочетания инновационных технологий: информационно-коммуникационных, потребительских и управленческих.

Предложенная в настоящей публикации точка зрения усматривает четкое существенное различие между автоматизацией и цифровой трансформацией, равно как между простой экономикой и цифровой. Это различие следует из допускаемого исходного тезиса:

В цифровой экономике потребитель получает необходимые ему блага в автоматизированном или автоматическом режиме используя специальные информационные системы.

Исходный тезис определяет, что:

– потребителем может быть любой экономический субъект (физическое лицо, компания, сообщество, государственная структура), стремящийся посредством экономических отношений удовлетворить собственные потребности;

– получение необходимых благ означает удовлетворение потребностей в рамках определенных экономических отношений (включая потребительский выбор, юридическое сопровождение сделки, условия торгового обмена и т. п.);

– автоматизированный или автоматический режим – это замещение ручного труда машинами, механизмами, компьютерными системами для всего процесса получения благ потребителем или только какой-то существенной его части (включая этап выбора блага для получения);

– специальные информационные системы выполнены на достаточном технологическом уровне, позволяющем в том числе дистанционно получить необходимые блага вступив в соответствующие экономические отношения.

Исходный тезис также предполагает, что:

– цифровая экономика – это часть экономики, для которой характерно использование специальных информационных систем, автоматизирующих процесс получения благ потребителями;

– нецифровая (доцифровая, традиционная, привычная) экономика – это та часть экономики, в которой потребитель получает востребованные блага при прямом или опосредованном взаимодействии с другим экономическим субъектом (его физическим или юридическим представителем);

– удовлетворение потребностей экономического субъекта в цифровой экономике осуществляется с минимальным участием или вовсе без участия физических лиц или работников юридических лиц, тем самым предельно сокращая издержки, связанные с наиболее дорогим и востребованным человеческим капиталом;

– акцент экономических отношений смещается на потребителя, фактически заявляя клиентоориентированность и клиентоцентричность цифровой экономики;

– использование и создание специальных информационных систем для экономических целей сопровождается объединением бизнес-моделей и технологий (производственных, ресурсных, переработки, потребительских, управленческих и др.);

– появление в цифровой экономике специальных информационных систем, как прямых виртуальных поставщиков благ, имеет не просто технологический, но и экономический, управленческий и маркетинговый эффекты;

– переход процесса, бизнес-модели, индустрии, вида деятельности к состоянию, когда потребитель получает необходимые ему блага в автоматизированном или автоматическом режиме используя специальные информационные системы, влечет кардинальные изменения для соответствующих рынков и их участников и провоцирует, как минимум, адаптационные изменение на связанных рынках;

– важность приобретает совокупность и связанность инновационных технологий, включающих:

– информационные (цифровые) – технологии создания и развития специальных информационных систем,

– потребительские – технологии предоставления необходимых благ потребителям,

– управленческие – технологии построения и автоматизации процессов планирования, организации и контроля предоставления благ потребителям.

В нецифровой экономике предприниматель организует деятельность (бизнес) для предоставления необходимых благ потребителям с помощью соответствующих экономических отношений напрямую.

В цифровой экономике предприниматель организует деятельность (бизнес) для создания и развития специализированных информационных систем, которые в автоматизированном или автоматическом режиме предоставляют необходимые блага потребителям, обеспечивая экономические отношения в автоматизированном или автоматическом режиме. Что в какой-то мере схоже с задачами создания и развития конвейерного производства: механизация и автоматизация поточных производственных процессов. И даже может рассматриваться как новый эволюционный этап конвейеризации бизнеса с фокусировкой на тотальных сквозных процессах и полном жизненном цикле производства и поставки благ потребителям.

Переход от нецифровой экономики к цифровой, как отдельного процесса, бизнес-модели, индустрии или вида деятельности, так и экономической системы в целом – это цифровая трансформация.

Управление цифровой трансформацией – деятельность по спланированному и контролируемому переводу целевого процесса, бизнес-модели, индустрии, вида деятельности или экономической системы к такому целевому состоянию, при котором потребитель получает необходимые ему блага в автоматизированном или автоматическом режиме используя специальные информационные системы.

Исходный тезис подсвечивает несколько связанных первичных терминов цифровой экономики и уточняет рамку для построения их определений в последующем.

К набору первичных терминов относятся: цифровая экономика, цифровая трансформация, управление цифровой трансформацией, цифровая платформа, цифровые технологии, цифровой проект, цифровое развитие, цифровая экосистема.

В представленном далее списке понятий перечислены не сами определения указанных терминов, а принципиальное их объяснение, следуя которому они подлежат формулированию в связи с предложенным исходным тезисом.

Цифровая экономика – часть глобальной экономики, в которой экономические субъекты удовлетворяют потребности используя цифровые платформы. Цифровую экономику можно рассматривать как часть экономики со специализацией, укрепляющейся на базе платформенных решений.

Цифровая трансформация – целевой перевод деятельности экономического субъекта (в общем или по отдельным направлениям) из нецифровой экономики в цифровую.

Управление цифровой трансформацией – практическая работа по постановке и реализации планов и проектов цифровой трансформации.

Цифровая платформа – специальная информационная система, позволяющая потребителям (клиентам) в автоматизированном или автоматическом режиме получить необходимые блага (удовлетворить потребности), в том числе вступив в предусмотренные для этого экономические отношения.

Цифровые технологии – информационные технологии высокого уровня, реализованные как часть цифровой платформы и вне подобной специальной информационной системы практически не применимы и экономически неэффективны (т. е. совокупно по жизненному циклу затраты на создание превышают выгоду от эксплуатации).

Цифровой проект – проект по цифровой трансформации в отношении выбранной деятельности экономического субъекта (в общем или по отдельным направлениям).

Цифровое развитие – реализация цифровых проектов по переводу деятельности субъекта из нецифровой экономики в цифровую.

Цифровая экосистема – интегрированные и взаимодействующие между собой на уровне данных, функционала и задач в автоматизированном или автоматическом режиме цифровые платформы.

Опираясь на исходный тезис, следует выделить исходный фактор:

В цифровой экономике появляются специальные информационные системы – цифровые платформы, оказывающие на систему экономических отношений кардинальное преобразующее влияние.

Оказываясь по своей сути программными решениями или программно-аппаратными комплексами, цифровые платформы ощутимо модифицируют экономическое взаимодействие и поведение потребителей. Они значительно трансформируют бизнес-модели делая их динамически управляемыми, заставляя каждого экономического субъекта так или иначе активно и постоянно изменяться, эффективно применяя инновационные технологии или изощренно избегая их.

Цифровая платформа, выступая неким виртуальным участником экономических отношений, становится больше чем просто информационная система. И как следствие, необходимость менять подходы к проектированию, разработке, интеграции и развитию подобного уровня программного обеспечения. Приходится вовлекать в проекты создания цифровых платформ не только ИТ-специалистов, но и квалифицированных работников, экспертов из целевого вида деятельности, из целевой индустрии. Фактически в алгоритмы, в функционал цифровой платформы переводится основная или значимая часть бизнес-модели. Что оказывается полезным не только для эффективной организации бизнеса (как при обычной автоматизации), но критически значимо для присутствия бизнеса на целевых рынках. Роль проектов цифровой трансформации чрезвычайно велика, поскольку ошибки порой приводят к полному прекращению обслуживания клиентов. Но результат успешной цифровой трансформации способен перекрыть риски. А методичный, взвешенный, адекватный и профессиональный подход к управлению цифровой трансформацией минимизирует издержки, контролируемо наращивает эффективность и расширяет масштаб деятельности на глобальных рынках.

Цифровые платформы оказывают настолько существенное преобразующее воздействие на экономические отношения, что некоторые из экспертов дают им определения, опирающиеся не только на технологические признаки, но и на экономические. Это удобно для нестрогих трактовок и для общего понимания сути нового явления. Но может помешать практической стороне, внося излишнюю путаницу. Чтобы этого избежать целесообразно ввести и уточнить несколько дополнительных понятий и концепций, в том числе такие как: потребительские технологии, ценностное предложение, платформенное решение, цифровой сервис, клиентоцентричность, кардинальные изменения, экосистемность.

Технологическая и экономическая доступность цифровых платформ потребителям основана на работе глобальной информационной сети Интернет. Цифровая экономика, в таком случае, это не просто сетевая экономика, но на мировом уровне связанная сетью информационная экономика. Исходный тезис и исходный фактор это явно не указывают, но косвенно обозначают. Только имея сетевой доступ к специальным информационным системам потребитель получает реальную и обоснованную возможность в автоматизированном или автоматическом режиме получать необходимые ему блага в любое время и в любом месте. Глобальная сеть связи расширяет охват экономических субъектов, оправдывая ощутимые издержки на разработку и эксплуатацию цифровых технологий. Кроме того, глобальная технологическая связанность в коротком промежутке времени привела к тому, что цифровые платформы, используя соответствующие технологические стеки, стали интегрироваться между собой (обмениваться данными, функционалом, задачами) образуя явные и неявные, устойчивые и временные цифровые экосистемы.

Цифровые платформы и экосистемы

За последнее время в наиболее доступные и привлекательные рыночные ниши уже проникли и стали там играть главные роли цифровые платформы. Развернулся процесс постепенного прихода цифровой экономики в рынки и индустрии трудоемкие для автоматизации и оцифровки. Эксперты и аналитики сформировали первоначальный корпус знаний по проблемам и вопросам цифровой трансформации, но столкнулись с неминуемостью дополнительно объяснять сосуществование и взаимодействие цифровых платформ, эффекты их технологической и экономической интеграции.

Рисунок 7. Принципиальная схема индустриальной цифровой платформы (chip-модель).

Цифровая экосистема – это работающие совместно цифровые платформы. Причем потребитель конкретного блага обращается обычно к одной цифровой платформе, которая запрашивает информацию, функционал или решение задач у других цифровых платформ, выступая неким виртуальным посредником. Клиенту предоставляется единое платформенное решение его запроса на основе нескольких сочлененных специальных информационных систем. Цепочки интеграции различны: комбинированные, множественные, конкурентные. За короткий период, разобравшись с условиями кооперации нового типа, бизнес пришел к автоматизированному контролю издержек и управлению совокупной ценой и ценностью предоставляемого блага. Модели монетизации цифровых платформ прогрессируют и открывают новые, обновляют сложившиеся совмещаемые и альтернативные варианты взаимовыгодных торговых и сервисных сделок для участников.

Платформенные решения, ориентируясь на потребительские запросы, превратились в цифровой экономике в то, что при одновременном росте производительности и доступности цифровых платформ, повышает качество продуктов и сервисов, поставляемых клиентам. Специализация каждой единичной цифровой платформы ограничивает её комплексный охват в выбранной предметной области вещей и процессов, способных составить востребованную клиентами ценность. В том числе это касается задач и функций, обеспечивающих процедуры потребления. Например, платежи, геоинформационный сервис, сбор метрик пользователя, обмен сообщениями, документирование, алгоритмическое регулирование. Крайне сложно технологически и экономически объединить весь функционал в одной стабильной многоаспектной системе, а затем рационально и стремительно его расширять и оптимизировать.

Вводя термин «платформенное решение» удается отделить от понятия «цифровая платформа» экономическую и управленческую составляющие. С точки зрения системной и архитектурной логики это полезно для проектирования и менеджмента как самих цифровых платформ, так и ценностных предложений цифрового бизнеса на них основанных. Смешивание же скорее технологического понятия «цифровая платформа» с потребительски ориентированным «платформенное решение» влечет ряд затруднений в концептуализации, формализации и автоматизации процессов, оцифровке целевых объектов, выборе наилучших доступных технологий, запуске моделей интеграции и кооперации. Что в последующем неизбежно натыкается на попытки решить вопросы и проблемы неподходящими способами подменяя технологические аспекты управленческими или маркетинговыми и наоборот.

Рисунок 8. Принципиальная схема (пример) реализации двустороннего платформенного решения на базе цифровых платформ, интегрированных в экосистему.

Опасно снижать управляемость и без того сложных систем признавая прямое тождество между бизнесом и цифровой платформой, между платформенным решением конкретной потребности клиента и стеком цифровых технологий, между целями экономического субъекта и задачами внедрения информационных систем. В то же время рассматривать цифровые платформы, как исключительно удачно собранный набор цифровых технологий, вписанный во внутреннюю и внешнюю ИТ-инфраструктуры тоже не совсем верно. Цифровые платформы специализированы по целевым предметным областям, отчего, помимо образования и адаптации стека цифровых технологий, реализуют за счет автоматизации и оцифровки управленческие и потребительские технологии, накапливают массивы данных, усиливая собственную компетентность в той или иной индустрии, оптимизируют результаты и ценности, предоставляемые клиенту в автоматизированном или автоматическом режиме.

Платформенное решение – это интеграция нескольких цифровых платформ для исполнения работы по предоставлению потребителю требуемого блага при заданном сценарии экономического взаимодействия. Такая концепция крайне полезна при проектировании цифровых продуктов и сервисов, как ответный (со стороны бизнеса) элемент ценностного предложения.

Рисунок 9. Матрица категоризации проектов цифровой трансформации по секторам.

При обособленном развитии цифровой платформы, стремящейся к полной автономности (реализуя весь требуемый клиентам функционал), платформенное решение может быть обеспечено одной подобной специальной информационной системой. Однако такие ситуации уже совсем редко встречаются на практике и, скорее, исключения. Платформенное решение на нескольких связанных цифровых платформах – эффективная норма. И она представляет сильный объективный фактор зарождения цифровых экосистем, с моделями интеграций разного качества и уровня: от прямой единичной, до межотраслевой с открытым выбором.

Эволюционный переход от одиночных цифровых платформ к цифровым экосистемам обусловил ряд моментов, поначалу не идентифицированных экспертами как существенные. Часть их непосредственно связана с архитектурой цифровых платформ (внутренней и интеграционной по индустриям и видам деятельности). Взаимодействие информационной системы с другими безусловно требует архитектурной четкости, как относительно данных, так и относительно функционала. Изолированность программного обеспечения допускает вольности в принципах, компонентах и методиках его построения и эксплуатации. Но задачи постоянного и оперативного связывания, подключения к другим программным продуктам посредством согласованного API, соблюдения совместных договоренностей (стандартов) обращают внимание на внутреннее компонентное устройство разрабатываемых цифровых платформ. Особенно если речь идет об интеграции в цифровые экосистемы с десятками и сотнями устойчиво функционирующих программных модулей, обрабатывающих миллионы клиентских обращений и транзакций. Или, например, если в цифровые экосистемы объединяются программно-аппаратные решения, обеспечивающие функционирование целых индустрий, критически значимых промышленных и потребительских сегментов.

Как для одиночных цифровых платформ, так и для цифровой экосистемы построение эффективной архитектуры входит в круг задач научно-практического изучения цифровой экономики. Помимо технологической стороны, не менее актуальны вопросы: экономической, финансовой, маркетинговой и логистической целесообразности; оценки и анализа емкости рынка; выбора того или иного композиционного решения под запросы клиентов; потенциала персонализации и кастомизации; удержания потребителя и улучшения ценностного предложения. Архитектура цифровой платформы совмещает в единой функционирующей системе стек технологий, бизнес-модель, разработку программного обеспечения, управление экономикой бизнеса и т. п.

Исследование целей, принципов и методов управления архитектурой цифровых платформ неизбежно приводит к включению в понятийный аппарат цифровой экономики дополнительных терминов: ценностное предложение, платформенное решение, цифровой продукт, цифровой сервис, торговая сделка, сервисная сделка, модель монетизации, отраслевая цифровая платформа, одиночная цифровая платформа, куст цифровых платформ, экосистема отраслевых цифровых платформ, мультихоуминг, цифровой рынок, цифровое пространство, цифровая среда, цифровая юрисдикция, цифровой бизнес, цифровая бизнес-модель, цифровой экономический агент.

В представленном далее списке понятий перечислены не сами определения указанных терминов, а принципиальное их объяснение, следуя которым они подлежат формулированию в связи с предложенными исходным тезисом и исходным фактором.

Ценностное предложение – заявленное и (или) реализованное преимущество получения необходимого потребителю блага у конкретного экономического субъекта (его поставщика). Выражается как решение, предлагаемое бизнесом, для удовлетворения имеющейся потребности у клиента.

Платформенное решение – решение в рамках ценностного предложения, доступное потребителю посредством цифровой платформы. Одно платформенное решение может быть реализовано на множестве цифровых платформ, так же как одна цифровая платформа может поддерживать реализацию множества платформенных решений.

Цифровой продукт – продукт, передаваемый потребителю в виде программного кода и (или) набора данных.

Цифровой сервис – работа или услуга, оказываемая потребителю по обработке программного кода и (или) набора данных.

Торговая сделка – продажа поставщиком потребителю продукта или цифрового продукта в рамках взаимного соглашения (контракта).

Сервисная сделка – продажа поставщиком потребителю работы, услуги или цифрового сервиса в рамках взаимного соглашения (контракта).

Модель монетизации – схема и принципы получения бизнесом компенсации за предоставление благ потребителям. Определяется как для отдельных продуктов и сервисов, так и в общем для бизнес-модели или в виде преимущественной для индустрии.

Отраслевая цифровая платформа – предметно (по объектам, целям и процессам) специализированная цифровая платформа, работающая в индустрии или в отдельном сегменте индустрии.

Одиночная цифровая платформа – самостоятельно функционирующая цифровая платформа, которая выполняет свои задачи и развивается обособленно (с собственной автономной стратегией) вне зависимости от интеграции с другими цифровыми платформами. Для одиночной цифровой платформы практически не характерна тесная двусторонняя интеграция с другими информационными системами из целевой индустрии. Но возможна интеграция с сервисными сторонними цифровыми платформами, например, по схеме мультихоуминга.

Куст цифровых платформ – несколько взаимно интегрированных между собой цифровых платформ, функционирование и развитие которых обеспечивается общей стратегией.

Экосистема отраслевых цифровых платформ – множество интегрированных между собой отраслевых цифровых платформ, обеспечивающих цифровую экономику целевой индустрии.

Мультихоуминг – схема интеграции со сторонними информационными системами, при которой заданный функционал выполняет по выбору пользователя или алгоритма одна из нескольких предопределенных (предварительно назначенных и сконфигурированных) систем.

Цифровой рынок – конкуренция множества интегрированных в экосистему цифровых платформ, которые формируют предложение и удовлетворяют спрос потребителей.

Цифровое пространство – совокупность всех цифровых платформ и цифровых экосистем экономики.

Цифровая среда – внешнее и ближнее цифровое пространство, в котором видит существование некоторого платформенного решения как сам его поставщик, так и его потребитель.

Цифровая юрисдикция – юрисдикция оператора цифровой платформы, которая определяет в том числе фактическую юрисдикцию соответствующих торговых и сервисных сделок.

Цифровой бизнес – цифровая платформа и организационная система, которая её создает, развивает и эксплуатирует с целью поставки платформенных решений потребителям.

Цифровая бизнес-модель – реализованная в контуре цифровой платформа экономическая, маркетинговая и управленческая логика торговых или (и) сервисных сделок.

Цифровой экономический агент (цифровой контрагент) – цифровая платформа, выступающая в роли участника экономических отношений.

Архитектура цифровых платформ и цифровых экосистем, в дополнение к технологическим слоям, предусматривает предметные слои, охватывающие сферу отношений с потребителями. Следовательно, проектное архитектурное решение цифровой платформы устанавливает принципиальные, комплексные и прикладные варианты в части обеспечения исполнения торговых и сервисных сделок, определения ценностного предложения, поддержания коммуникаций участников экономических отношений и маркетинговых событий, прохождения финансовых и ценностных потоков.

Специальные правила, стандарты, методы, технологии и инструменты целостной системы разработки архитектуры цифровых платформ и их экосистем – это часть прикладных знаний и компетенций по цифровой экономике. Технологическая исключительность цифровых платформ способствует изначальной работе по построению их архитектуры с применением сопоставимых автоматизированных инструментов, как на отдельных узких задачах, так и для полного жизненного цикла. Использование устаревших методов проектирования существенно тормозит запуск цифровой платформы и ослабляет её конкурентную позицию в цифровой экосистеме. Гибкие методы разработки в этой связи безусловно применимы, но при условии профессионального управления проектом целевой архитектуры и при стремлении прийти к ожидаемому состоянию как в части предоставления необходимых благ потребителям, так и в части интеграции с другими информационными системами.

Архитектура цифровой экосистемы без сомнения отличается от архитектуры цифровой платформы или двух и более технологически интегрированных цифровых платформ. Однако схожесть в архитектурных слоях и компонентах, в принципах и подходах присутствует. Цифровая экосистема вполне способна вырасти из одиночной цифровой платформы после кардинального реинжиниринга и деления одного стартового ценностного предложения на несколько интегрированных в пул с широким охватом и с лучшей детализацией. Следствием подобного деления будет в том числе и функциональная дифференциация. При этом правильно разделять детализацию (деление) ценностного предложения и его персонализацию/кастомизацию.

Рисунок 10. Многомерная матричная модель архитектуры цифровой платформы (MxD-архитектура).

Компетентный поиск конкурентного преимущества в экосистеме порождает взаимное управление ценностными предложениями. Т. е. разрастающиеся ценностные предложения в цифровой экосистеме провоцируют открытое или скрытое противостояние функционала и взаимную блокировку ресурсов. Для разрешения конфликтных ситуаций, повышения устойчивости обслуживания клиентов, отслеживания рисков возникают соответствующие правила, инструменты и механизмы, выгодные подавляющему числу участников рынка.

Экосистема интегрированных цифровых платформ может рассматриваться как рынок множества ценностных предложений. И этому рынку присущи: конкуренция, доминирование, потребительский выбор, маркетинговые коммуникации, замещение, цепочки поставок, кооперация, регулирование. Соответствующим образом технологические особенности цифровых платформ, отличающие их от традиционных экономических субъектов, предопределяют высокие скорости на подобных цифровых рынках, гибкость и энергичность развития, уникальные инвестиционные схемы. На цифровых рынках наблюдаются множественные и разнообразные сетевые, эволюционные и ресурсные эффекты на стороне поставщиков и на стороне потребителей.

Кардинальные изменения

Предметное проектирование платформенных решений на базе одной или нескольких цифровых платформ учитывает в каких потребительских, технологических и экономических условиях – в какой цифровой среде – им предстоит функционировать. Но цифровая экономика подразумевает кардинальные изменения широким фронтом по всем индустриям и видам деятельности, по всем рынкам и логистическим цепочкам.

Цифровая трансформация уже явно обнаруживается и будет только нарастать в финансовой и правовой сферах, в машиностроении и производстве потребительских товаров, в научной и образовательной отраслях, в маркетинге и социальных коммуникациях, в строительстве и транспорте, в медицине и в сфере экологической безопасности. А это означает, что каждый предприниматель, когда организует конструирование и предоставление платформенного решения клиентам, сталкивается с противоречивым выбором траектории развития, наилучшим образом соответствующей перспективам цифровой трансформации связанных отраслей и направлений деятельности.

Имплементировать в архитектуру и функционал цифровой платформы или платформенного решения элементы, претерпевающие существенные перемены в краткосрочной или среднесрочной перспективах, необходимо с учетом ожидаемой логики таких модификаций. Разумно ли, например, создавать платформенное решение, ориентированное на оплату потребителями полученной услуги исключительно наличными денежными средствами, когда уже отчетливо видно, что есть другие удобные варианты безналичных платежей и, очевидно, вскоре появятся новые. Но это один из примеров – из финансовой сферы. А в условиях бурного роста отраслевых цифровых платформ и мощных цифровых экосистем огромное число подобных моментов, когда надо понимать тренд развития, чтобы соответствовать ему и быть готовым адаптироваться. Оплата, сервисная поддержка, кастомизация, юридическое оформление, доставка, обновление контента, аналитика, перевод на другие языки, развертывание программного кода, управление инцидентами, разрешение споров, архивирование, контроль транзакций, инфраструктура данных – это только часть того, что в той или иной мере следует удерживать в фокусе. Какая индустрия проходит или вступает в период кардинальных преобразований. Какой вид деятельности изменится уже завтра или послезавтра до неузнаваемости и потребует у бизнеса перестроить все связанные с ним процессы, объекты, проекты, ресурсы. Реформирование действительно происходит быстро и кардинально. Как здесь опять не упомянуть VUCA, BANI и BIG3.

Цифровая экономика не существует без тесной интеграции и кооперации, поэтому экономическим субъектам не избежать взаимного трения. И бизнес учится отслеживать и анализировать трансформацию цифровой среды, чтобы реагировать и подстраивать собственные цифровые технологии, цифровые платформы и платформенные решения. Следовательно, обращать внимание на аналитику консультантов и экспертов имеет смысл не только для поиска идей новых продуктов и сервисов, но и для оценки степени влияния ожидаемых трендов на выпускаемые продукты и сервисы.

Правильным поведением является адекватная и квалифицированная экспертиза даваемых визионерами и евангелистами прогнозов, чтобы не увлечься широко разрекламированными, но сомнительными веяниями. И крайне полезно учитывать мотивацию и позицию тех, кто оперирует некими прогностическими моделями и приоритезирует те или иные социальные, технологические, потребительские нововведения. Разумно учитывать на чем базируются утверждения о перспективности идей, проектов и технологий, чтобы не принимать неоправданные высокорискованные управленческие решения в отношении собственных проектов и команд.

Предлагаемые в настоящей публикации исходные тезис и фактор уточняют авторский взгляд на наиболее важные кардинальные изменения, помогают выделить приоритетные и предложить их трактовку, объяснив потенциальное воздействие на разработку платформенных решений. Далее приводится не исчерпывающий список, но наиболее полезный для задач управления цифровой трансформацией и существенный для восприятия излагаемой точки зрения по многим вопросам и проблемам цифровой экономики.

Описание цифровых перемен обобщенно демонстрирует характерную логику эволюции цифровой среды, на которую уместно ориентироваться, чтобы исключить барьеры и риски развития платформенных решений. Иными словами, продумывая стратегию цифровой трансформации или планируя цифровые проекты необходимо осознавать и приноравливаться к ожидаемым преобразованиям, существенно трансформирующим целые отрасли и виды деятельности. Уповать же на устаревающую модель нецифровой экономики, ошибочно и неоправданно экстремально.

В визионерский список ожидаемых кардинальных изменений включены следующие направления:

1. Менеджмент качества данных

2. Определение ценности данных и право на данные

3. Автоматизация процессов и оцифровка объектов

4. Управляемый программный код и интеграции

5. Специализация и применение гибких методов управления

6. Аналитика и непрерывная проверка гипотез

7. Перемены в маркетинге и в коммуникациях с потребителями

8. Модель скоринга и рейтингов

9. Переход к цифровым моделям

10. Документооборот в цифровой экономике

11. Экономически значимая авторизация

12. Алгоритмическое регулирование

13. Усиление кооперации экономических субъектов

14. Цифровая трансформация отраслей и рынков

Данные как нематериальный ресурс

В цифровой экономике данные – центральный первичный ресурс. Их можно сравнить с сырьем, перерабатываемым на производстве и комплектуемым в ценный продукт. Однако это уникальный вид ресурса – нематериальный. А значит его можно многократно использовать без потери начального объема и состава, извлекая каждый раз знания нового качества и структуры. При этом проблемы и вопросы входного качества данных чрезвычайно актуальны и в настоящее время недостаточно изучены как методически, так и в части поддержки технологиями и автоматизированными инструментами.

Уникальность данных, как нематериального ресурса, допускающего многократную обработку для генерирования полезной информации, требует внимательного исследования. Особенно с точки зрения системного управления качеством данных на всех этапах жизненного цикла: от постановки задач на сбор и до архивирования в интересах долгосрочного хранения.

Сбор и обработка данных экономическими субъектами в цифровой экономике по количеству и качеству будут расширяться и наращиваться. Хранение массивов данных сопряжено с введением новых методик, технологий и инструментов фиксации, индексирования, размещения, описания, контроля и комбинирования. В приоритете схемы распределенного управления данными разного уровня и состава, которые находят широкое применение и оправдывают инвестиции в программные и аппаратные средства. Уверенно прогрессирует сегмент цифровых платформ, обеспечивающих сбор, обработку, хранение данных под широкий спектр задач клиента в привязке к контексту. Разумно предположить, что обособленные системы управления базами данных (СУБД) постепенно заместят цифровые платформы распределенного управления данными с вертикальной (по предметным уровням) и горизонтальной (по функциям управления) специализацией (specialized distributed data management digital platform, SDDMdp). Причем цифровые платформы по управлению данными вероятно будут максимально востребованы в режиме облачной интеграции, поскольку лучше способны в такой конфигурации манипулировать данными и контролировать их качество. Иные отраслевые цифровые платформы сфокусируются на предметном функционале, ориентированном на целевые индустрии. Этот тренд для любой цифровой платформы (и платформенного решений), с архитектурной точки зрения, означает необходимость четкого разграничения и выстраивания функционально-технологического слоя менеджмента данных, даже если на начальном этапе выбор сделан в пользу традиционной СУБД.

Рисунок 11. Матрица аналитических показателей качества данных.

Связанность данных внутри информационных систем и между системами многократно увеличивается в цифровой экономике. Тем самым провоцируются риски безопасности данных при множественных интеграциях для прямой передачи или посредством защищенного API. Менеджмент в сфере безопасности данных – самостоятельная комплексная задача, технологически закрываемая внешними инструментами и цифровыми решениями. Но предметная безопасность данных, связанная с логикой обмена данными и их обработки для получения тех или иных выводов, во многом останется зоной ответственности бизнеса, ведь реализуется исключительно через выбранную и воплощенную бизнес-модель.

Данные – прямой ключевой ресурс цифровой платформы. Игнорирование проблем и вопросов управления данными и знаниями обуславливает критические риски полного разрушения логики и ценности предлагаемых платформенных решений потребителям. Например, просчеты в системе управления доступом и несанкционированное получение информации конкурентами объективно повлечет неблагоприятные последствия, угрожающие в правовом и финансовом плане и провоцирующие отток клиентов.

Право на данные

Данные, оказываясь экономически ценным ресурсом – цифровым сырьем бизнеса, приобретают ряд коммерческих и юридических атрибутов. Из них отметим, во-первых, полезность данных и, во-вторых, принадлежность данных.

Полезность данных и их выраженная цена на рынке зависят от контекста, целей, технологических и управленческих аспектов их обработки и анализа, от параметров качества. Волатильность цен на данные в десятки раз выше, чем по любым другим активам, в том числе нематериальным. Это объясняется их многократным использованием и тиражированием с ничтожными издержками. Трудно назвать какой-либо другой ресурс с ценой подверженной столь сильному влиянию субъективного и контекстно-зависимого внутреннего представления и убеждения продавцов и покупателей об их ценности. И чем выше доступность торгуемых наборов данных (например, модель открытого распространения), тем ниже их признаваемая полезность и тем более низкую цену готовы предложить за них покупатели.

В отношении данных, особенно с ненулевой ценностью, справедливо говорить о собственности на них: о праве владения и использования, о праве распоряжаться ими (передавать другим лицам) и об обеспечении права собственности. Целесообразно разделять:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.