Лей Браскетт
Потерянные с Венеры

I

Корабль медленно двигался по Красному морю сквозь пелену тумана, парус едва наполнялся вялой тягой ветра. Его корпус из тонкого светлого металла плыл без звука, а поверхность странного океана расступалась перед его носом в виде беззвучно пульсирующих струй пламени.

Ночь сгущалась над кораблем, и с запада текла река цвета индиго. Человек, которого звали Старк, в одиночестве стоял у поручня и наблюдал за ее приближением. Он был полон нетерпения и нарастающего чувства опасности, так что ему казалось, что даже горячий ветер пахнет ею.

Рулевой сонно лежал на подметке. Это был крупный мужчина с кожей и волосами цвета молока. Он не говорил, но Старк чувствовал, что то и дело его глаза, бледные и расчетливые под полузакрытыми веками, обращаются к нему с тайной алчностью.

Капитан и еще двое членов команды маленького каботажного судна находились впереди, за вечерней трапезой. Раз или два Старк слышал взрывы смеха, полушепотом и украдкой. Как будто все четверо разделяли какую-то частную шутку, от участия в которой он был категорически отстранен.

Жара стояла гнетущая. На смуглом лице Старка выступил пот. Рубашка прилипла к спине. Воздух был тяжелым от влаги, подпорченным мутной плодовитостью земли, которая скрывалась на западе за вечным туманом.

Да и в самом море было что-то зловещее. Даже в своем собственном мире Красное море – не более чем легенда. Оно лежит за Горами Белого Облака – великой барьерной стеной, скрывающей полпланеты. Лишь немногие люди выходили за эту преграду, в огромную тайну Внутренней Венеры. Еще меньше тех, кто вернулся обратно.

Старк был одним из них. Трижды он переходил через горы, а однажды остался там почти на год. Но он так и не смог привыкнуть к Красному морю.

Это была не вода. Оно было газообразным, достаточно плотным, чтобы в нем плавали плавучие корпуса металлических кораблей, и оно вечно горело своим глубоким внутренним огнем. Туман, окутывавший ее, был окрашен кровавым сиянием. Под поверхностью Старк мог видеть сугробы пламени, по которым бежали ленивые потоки, и маленькие свертывающиеся всплески искр, которые поднимались вверх, разлетались и переплавлялись в другие всплески, так что лицо моря было похоже на космос из багровых звезд.

Это было очень красиво, светящееся на фоне синей, светящейся темноты ночи. Красиво и странно.

Послышался топот босых ног, и к Старку подошел капитан Мальтор, очертания которого были тусклыми и призрачными во мраке.

– Мы достигнем Шурууна, – сказал он, – прежде чем будет выпущен второй стакан.

Старк кивнул. – Хорошо.

Путешествие казалось бесконечным, а тесное помещение узкой палубы действовало ему на нервы.

– Вам понравится на Шурууне, – весело сказал капитан. – Наше вино, наша еда, наши женщины – все великолепно. У нас не так много гостей. Мы держимся особняком, как вы увидите. Но те, кто приходит, не хотят уходить.

Он засмеялся и похлопал Старка по плечу. – Ах, да. Вы будете счастливы в Шурууне!

Старку показалось, что он уловил эхо смеха от невидимого экипажа, как будто они прислушались и нашли скрытую шутку в словах Мальтора.

Старк сказал:

– Это прекрасно.

– Может быть, – сказал Мальтор, – вы захотите остановиться у меня. Я могу предложить вам хорошую цену.

Он и в самом деле назначил хорошую цену за проезд Старка с побережья. Непомерно хорошую.

Старк сказал:

– Нет.

– Не бойтесь, – сказал венерианец доверительным тоном. – У всех чужаков, которые приходят на Шуруун, одна и та же причина. Это хорошее место, чтобы спрятаться. Мы недосягаемы для всех.

Он сделал паузу, но Старк не поддался на его уловку. Потом он усмехнулся и продолжил:

– На самом деле, это настолько безопасное место, что большинство чужаков решают остаться здесь. Теперь, в моем доме, я могу дать вам.....

Старк снова категорично ответил:

– Нет.

Капитан пожал плечами.

– Очень хорошо. Все равно подумайте. – Он посмотрел вперед, в красную, клубящуюся дымку. – А! Видите там? – Он указал пальцем, и Старк различил теневую громаду скал. – Мы входим в пролив.

Мальтор повернулся и взял руль на себя, а рулевой пошел вперед, чтобы присоединиться к остальным. Корабль начал набирать скорость. Старк увидел, что корабль попал в зону действия течения, несущегося к скалам, – огненная река, все стремительнее несущаяся в глубинах моря.

Темная стена, казалось, надвигалась на них. Сначала Старк не мог разглядеть прохода. Потом вдруг появилась узкая багровая полоска, расширилась и превратилась в кипящую огненную кишку, бесшумно несущуюся по разбитым скалам. Красный туман поднялся, как дым. Корабль вздрогнул, рванулся вперед и, как бешеный, рванул в самое сердце ада.

Несмотря на самообладание, Старк крепко вцепился в поручни. Мимо них проносились клочья тумана. Море, воздух, сам корабль казались залитыми кровью. Не было слышно ни звука в этом диком потоке, несущемся через пролив. Только угрюмые огни вспыхивали и разгорались.

Отраженные блики показывали Старку, что пролив Шуруун защищен. На скалах высились приземистые крепости. Здесь были баллисты и огромные лебедки для натяжения сетей через узкое горло. Жители Шурууна могли исполнять свой закон, запрещающий всем иностранцам выходить из залива.

У них были основания для такого закона и такой защиты. Законной торговлей Шурууна было вино и тончайшие кружева, сотканные из паучьего шелка. На самом же деле город жил и процветал за счет пиратства, искусства крушения кораблей и контрабандной торговли дистиллированным соком мака вела.

Глядя на скалы и крепости, Старк понимал, как так получилось, что Шуруун на протяжении многих веков мог быть жертвой судоходства на Красном море и прибежищем для преступников, волчьих голов, нарушителей табу.

С поразительной быстротой они оказались в кишках и дрейфовали по неподвижной поверхности этого почти не имеющего выхода к морю рукава Красного моря.

Из-за тумана Старк ничего не мог разглядеть. Но запах ее был сильнее: теплая влажная почва и тяжелый, едва уловимый гнилостный аромат растительности, наполовину джунглей, наполовину болот. Однажды сквозь разрыв в клубящемся паре ему показалось, что он увидел тень какого-то острова, но она тут же исчезла.

После ужасающей стремительности пролива Старку казалось, что корабль почти не движется. Нетерпение и едва уловимое чувство опасности усилились. Он начал вышагивать по палубе нервными, бархатными движениями рыскающей кошки. Влажный, душный воздух казался просто невыносимым после чистой сухости Марса, откуда он так недавно прибыл. Было угнетающе тихо.

Внезапно он остановился, откинув голову назад, и прислушался.

Звук слабо доносился медленным ветром. Он доносился отовсюду и ниоткуда, смутный, не имеющий ни источника, ни направления. Казалось, что это говорит сама ночь – горячая голубая ночь Венеры, взывающая из тумана языком бесконечной скорби.

Он затихал и угасал, слышимый лишь наполовину, оставляя после себя ощущение ноющей тоски, словно все страдания и тоска мира нашли свое выражение в этом безмолвном вопле.

Старк вздрогнул. Некоторое время стояла тишина, а затем он снова услышал звук, теперь уже более глубокий. Все еще слабый и далекий, он все дольше поддерживался колебаниями тяжелого воздуха и превратился в напев, то нарастая, то стихая. Слов не было. Это была не та вещь, которая нуждалась бы в словах. Потом он снова пропал.

Старк повернулся к Мальтору.

– Что это было?

Тот с любопытством посмотрел на него. Казалось, он не слышал.

– Этот воющий звук, – нетерпеливо сказал Старк.

– А, это… Венерианец пожал плечами. – Причуды ветра. Он вздыхает в полых скалах вокруг пролива.

Он зевнул, снова уступая место рулевому, и встал рядом со Старком. Землянин проигнорировал его. По какой-то причине этот звук, донесшийся до него сквозь туман, довел его беспокойство до предела.

Цивилизация прошла по Старку легкой рукой. Воспитанный с младенчества полулюдьми-полуаборигенами, он все еще воспринимал окружающее как дикарь. У него был хороший слух.

Мальтор солгал. Этот крик боли издал не ветер.

– Я знал нескольких землян, – сказал Мальтор, меняя тему разговора, но не слишком поспешно. – Никто из них не был похож на вас.

Интуиция подсказала Старку, что надо подыграть. – Я не с Земли, – сказал он. – Я с Меркурия.

Мальтор задумался над этим. Венера – облачный мир, где ни один человек никогда не видел Солнца, не говоря уже о звездах. Капитан смутно слышал о таких вещах. О Земле и Марсе он знал. А вот Меркурий был неизвестен.

Старк пояснил. – Ближайшая к Солнцу планета. Там очень жарко. Солнце пылает, как огромный костер, и нет облаков, которые могли бы его заслонить.

– А. Вот почему у вас такая темная кожа. Он поднес свое бледное предплечье к предплечью Старка и покачал головой. – Я никогда не видел такой кожи, – восхищенно сказал он. – И таких великолепных мышц.

Посмотрев вверх, он продолжил тоном полного дружелюбия:

– Я бы хотел, чтобы вы остались со мной. Лучшего жилья в Шурууне вы не найдете. И предупреждаю, что в городе есть люди, которые воспользуются чужаками – ограбят их, даже убьют. Я же известен всем как человек чести. Вы можете спать спокойно под моей крышей.

Он сделал паузу, а затем с улыбкой добавил:

– А еще у меня есть дочь. Она прекрасно готовит и очень красива.

Снова послышалось горестное пение, тусклое и далекое, как эхо предупреждения о какой-то немыслимой судьбе.

Старк в третий раз сказал:

– Нет.

Интуиция подсказывала ему, что от капитана надо держаться подальше. Этот человек был изгоем, и очень хитрым.

В глазах Мальтора на мгновение мелькнул жесткий, злой взгляд.

– Ты упрямый человек. Ты поймешь, что Шуруун – не место для упрямства.

Он повернулся и пошел прочь. Старк остался на месте. Корабль дрейфовал в медленной вечности времени. И на протяжении всего пути по заливу Красного моря, сквозь жару и туман, его преследовали призрачные песнопения, похожие на вопли заблудших душ в каком-то забытом аду.

Вскоре курс корабля был изменен. Мальтор снова появился на палубе, отдав несколько тихих команд. Старк увидел впереди землю, темное пятно в ночи, а затем – окутанные пеленой очертания города.

На набережных и улицах горели факелы, а низкие здания отсвечивали красноватым светом от горящего моря. Приземистый и уродливый город, Шуруун, скрючившийся, как ведьма, на скалистом берегу, ее потрепанные юбки запачканы кровью.

Корабль дрейфовал в сторону причалов.

Старк услышал позади себя шепот движения, тихий и целеустремленный топот босых ног. Он повернулся с поразительной быстротой животного, почувствовавшего опасность, и его рука упала на пистолет.

Брошенная рулевым булава с потрясающей силой ударила его по голове. Ослепленный, он увидел искаженные фигуры людей, приближающихся к нему. Раздался голос Мальтора, низкий и жесткий. В воздухе просвистела вторая булава и треснула о плечо Старка.

На него легли руки. Тела, тяжелые и сильные, повалили его на землю. Мальтор рассмеялся.

Зубы Старка сверкнули, обнажив белые зубы. Мимо пронеслась чья-то щека, и он впился ими в плоть. Он зарычал – звук, который никогда не должен был вырваться из человеческого горла. Испуганным венерианцам показалось, что человек, на которого они напали, каким-то волшебным образом превратился в зверя при первом же прикосновении к нему.

Человек с разорванной щекой закричал. На палубе раздалось безголосое шарканье, жуткая интенсивность движений, а затем огромное темное тело поднялось, выпуталось из путаницы и исчезло за поручнем, оставив Мальтора лишь с шелковыми лохмотьями рубашки в руках.

Поверхность Красного моря сомкнулась над Старком без единой ряби. Вспышка багровых искр, мгновенный шлейф пламени, уходящий вниз, как утонувшая комета, и затем – ничего.

II

Старк медленно падал вниз, проваливаясь в незнакомый мир. Здесь не было трудностей с дыханием, как в водном море. Газы Красного моря вполне поддерживают жизнь, а у обитающих в нем существ почти нормальные легкие.

Поначалу Старк не обращал на это особого внимания, разве что автоматически удерживал равновесие. Он все еще был ошеломлен ударом, и в нем бушевали гнев и боль.

Первобытный человек, которого звали не Старк, а Н'Чака, который сражался, голодал и охотился в пылающих долинах Сумеречного пояса Меркурия, усваивая уроки, которые он никогда не забывал, хотел вернуться и расправиться с Мальтором и его людьми. Он жалел, что не вырвал им глотки, ведь теперь его след никогда не будет безопасен для них.

Но Старк, получивший еще несколько горьких уроков во имя цивилизации, знал, как это неразумно. Он зарычал на свою больную голову, проклял венерианцев на грубом, грубом диалекте, который был его родным языком, но не повернул назад. Для Мальтора еще будет время.

Ему показалось, что пропасть очень глубока.

Борясь с яростью, он стал плыть в сторону берега. Преследователей не было видно, и он решил, что Мальтор решил отпустить его. Он ломал голову над причиной нападения. Вряд ли это был грабеж, ведь на нем не было ничего, кроме одежды, и совсем немного денег.

Нет, здесь была какая-то более глубокая причина. Причина, связанная с тем, что Мальтор настоял на том, чтобы он остался с ним. Старк улыбнулся. Это была не очень приятная улыбка. Он подумал о Шурууне и о том, что говорили о нем люди на берегах Красного моря.

Затем его лицо ожесточилось. Тусклые огни, сквозь которые он плыл, навеяли ему воспоминания о тех временах, когда он отправлялся на поиски приключений в глубины Красного моря.

Тогда он был не один. С ним был Хельви – высокий сын варварского короля, жившего на побережье Ярелла. Они охотились на диковинных зверей в хрустальных лесах морского дна и купались в пламени, бьющем из самого сердца Венеры и питающем океан. Они были братьями.

Теперь Хельви ушел в Шуруун. Он так и не вернулся.

Старк плыл дальше. Вскоре он увидел под собой в красном мраке нечто такое, что заставило его опуститься ниже, нахмурившись от удивления.

Под ним были деревья. Огромные лесные великаны возвышались в жутком небе, их ветви плавно покачивались в такт медленному течению.

Старк был озадачен. Леса, где они с Хельви охотились, были поистине кристаллическими, в них не было даже воспоминаний о жизни. В действительности – деревья были не больше, чем ветвистые кораллы в южных океанах Терры.

Но эти были настоящими, или были раньше. Сначала ему показалось, что они еще живут, потому что их листья были зелеными, а кое-где ползучие растения украшали их огромными кивками золотых, пурпурных и восково-белых цветов. Но когда он подплыл достаточно близко, чтобы прикоснуться к ним, то понял, что они мертвы – деревья, ползучие растения, цветы, все.

Они не мумифицировались и не превратились в камень. Они были податливы, и их цвета были очень яркими. Просто они перестали жить, а морские газы каким-то химическим волшебством сохранили их в таком совершенстве, что ни один листок не упал.

Старк не рискнул заглянуть в тенистую густоту под самыми верхними ветвями. Странный страх охватил его при виде этого огромного леса, дремлющего в глубине залива, утонувшего и забытого, словно удивляясь, почему птицы улетели, унося с собой теплые дожди и свет дня.

Он устремился вверх, сам похожий на огромную темную птицу над ветвями. Непреодолимое желание уйти подальше от этого неземного места гнало его вперед, полудикое чувство содрогалось от ощущения зла, настолько сильного, что потребовался весь приобретенный здравый смысл, чтобы убедить его, что его не преследуют демоны.

Наконец он вынырнул на поверхность и обнаружил, что потерял направление в красной глубине и сделал длинный круг вокруг, так что оказался далеко за Шурууном. Не торопясь, он проделал обратный путь и вскоре выбрался на черные скалы.

Он стоял в конце грязной дорожки, ведущей в сторону города. Он пошел по ней, двигаясь ни быстро, ни медленно, но настороженно.

Из тумана выплывали хижины из плетня, увеличивались в числе, превращались в улицу с жилыми домами. То тут, то там сквозь щели окон мелькали торопливые огоньки. В низком дверном проеме прижались друг к другу мужчина и женщина. Увидев его, они разбежались в стороны, и женщина издала слабый крик. Старк пошел дальше. Он не оглядывался, но знал, что они тихо идут за ним на небольшом расстоянии.

Переулок извивался, как змея, проползая через скопление домов. Здесь было больше огней и больше людей – высоких белокожих людей с болотных краев, с бледными глазами, длинными волосами цвета нового льна и волчьими мордами.

Старк прошел среди них, чужой и странный со своими черными волосами и потемневшей от солнца кожей. Они не говорили, не пытались остановить его. Только смотрели на него из красного тумана с любопытной смесью веселья и страха, и некоторые из них шли за ним, держась далеко позади. Откуда-то из домов появилась банда маленьких голых детей и с криками бежала рядом с ним, вне пределов досягаемости, пока один мальчик не бросил камень и не закричал что-то нечленораздельное, кроме одного слова – Лхари. Тогда все они в ужасе остановились и бросились бежать.

Старк пошел дальше, через квартал кружевниц, инстинктивно направляясь к пристаням. В воздухе витал отблеск Красного моря, и казалось, что туман наполнен мелкими каплями крови. Здесь пахло так, что ему не нравилось: сыростью, грязью, теснотой, вином и дыханием мака вела. Шуруун был нечистым городом, и от него несло злом.

Было в нем и что-то еще, едва уловимое, что ледяным пальцем касалось нервов Старка. Страх. Он видел его тень в глазах людей, слышал его нотки в их голосах. Волки Шурууна не чувствовали себя в безопасности в своей собственной конуре. Неосознанно, по мере того как это чувство нарастало в нем, шаг Старка становился все более настороженным, взгляд – все более холодным и жестким.

Он вышел на широкую площадь перед гаванью. Он увидел призрачные корабли, пришвартованные у причалов, нагромождение бочек с вином, путаницу мачт и канатов, тускло светящихся на фоне горящего залива. Здесь было много факелов. Вокруг площади возвышались большие низкие здания. С темных веранд доносился смех и шум голосов, где-то пела женщина под меланхоличное пение тростниковой трубы.

Вдалеке впереди забрезжил свет. В той стороне улицы уходили на возвышенность, и, напрягая зрение от тумана, он очень смутно различил высокую громаду замка, примостившегося на невысоком утесе и взирающего яркими глазами на ночь и улицы Шурууна.

Старк ненадолго замешкался. Затем он направился через площадь к самой большой из таверн.

На открытом пространстве было несколько человек, в основном моряки и их женщины. Они были распущены и одуревшие от вина, но, несмотря на это, остановились на месте и уставились на темного незнакомца, а затем отступили от него, продолжая смотреть.

Те, кто последовал за Старком, вышли на площадь вслед за ним, а затем остановились, бесцельно разбредаясь в разные стороны, чтобы присоединиться к другим группам, перешептываясь между собой.

Женщина перестала петь на середине фразы.

На площади воцарилась любопытная тишина. Нервное сибилянтное пение кружилось в тишине, а из веранд и дверей винных лавок медленно выходили люди. Вдруг женщина с растрепанными волосами направила руку на Старка и засмеялась – пронзительным смехом гарпии.

Дорогу Старку преградили трое высоких молодых людей с жесткими ртами и хитрыми глазами, которые улыбались ему, как улыбаются гончие перед убийством.

– Чужак, – сказали они. – Землянин.

– Вне закона, – ответил Старк, и это была лишь полуправда.

Один из молодых людей сделал шаг вперед. – Ты летал, как дракон, над горами Белого Облака? Ты упал с неба?

– Я прилетел на корабле Мальтора.

По площади пронесся вздох, а вместе с ним и имя Мальтора. На воодушевленных лицах юношей появилось разочарование. Но вождь резко сказал: – Я был на причале, когда Мальтор причалил. Тебя не было на борту.

Настала очередь Старка улыбнуться. В свете факелов его глаза пылали холодно и ярко, как лед на солнце.

– Спроси у Мальтора о причине этого, – сказал он. – Спроси у человека с разорванной щекой. А может быть, – добавил он негромко, – вы сами захотите узнать.

Молодые люди смотрели на него, нахмурившись, в странном нерешительном настроении. Старк уселся поудобнее, каждый мускул напрягся и был готов. А женщина, которая смеялась, подползла ближе и заглянула в лицо Старку сквозь спутанные волосы, тяжело дыша маковым вином.

И вдруг она громко сказала: – Он вышел из моря. Вот откуда он пришел. Он.....

Один из молодых людей ударил ее по губам, и она упала в грязь. Выбежал грузный моряк, схватил ее за волосы и снова потащил к ногам. Его лицо было испуганным и очень злым. Он оттаскивал женщину, проклиная ее за глупость и избивая на ходу. Она выплюнула кровь и больше ничего не говорила.

– Ну что ж, – обратился Старк к молодым людям. – Вы решили?

– Решили! – раздался позади них голос – грубый, хрипловатый голос, который очень неуклюже справлялся с жидкими звуками венерианской речи. – У них нет разума, у этих выродков! Если бы он у них был, они бы уже ушли по своим делам, а не стояли здесь и не приставали к незнакомцу.

Молодые люди повернулись, и теперь между ними Старк мог видеть того, кто говорил. Он стоял на ступеньках таверны. Это был землянин, и сначала Старк подумал, что он стар, потому что его волосы были седыми, а лицо покрыто глубокими морщинами. Его тело было истощено лихорадкой, мышцы превратились в узловатые нити, навитые над костями. Он тяжело опирался на палку, одна нога была кривой и покрыта ужасными шрамами.

Он ухмыльнулся Старку и сказал на разговорном английском:

– Смотри, как я от них избавлюсь!.

Он начал ругать молодых людей, говоря им, что они идиоты, непутевые отпрыски болотных жаб, совершенно лишенные манер, и что если они не верят рассказу незнакомца, то должны пойти и спросить у Мальтора, как он предложил. В конце концов он замахнулся на них палкой, довольно прокричав.

– Уходите! Уходите! Оставьте нас одних – меня и моего брата Земли!

Молодые люди нерешительно посмотрели в дикие глаза Старка. Затем они посмотрели друг на друга, пожали плечами и пошли прочь через площадь, полуодетые, как великовозрастные мальчишки, застигнутые за каким-нибудь проступком.

Беловолосый землянин поманил к себе Старка. И когда Старк подошел к нему на ступеньках, он сказал, почти сердито, под дых:

– Ты в ловушке.

Старк оглянулся через плечо. На краю площади трое молодых людей встретили четвертого, у которого лицо было замотано тряпкой. Они почти сразу же скрылись в боковой улочке, но не раньше, чем Старк узнал в четвертом человеке Мальтора.

Это был тот самый капитан, которого он заклеймил.

С громкой веселостью хромой сказал по-венериански:

– Заходи ко мне, брат, выпьем и поговорим о Земле.

III

Таверна была по венерианскому образцу – одна огромная комната под голым соломенным навесом, стена полуоткрыта, тростниковые ставни свернуты, пол из расщепленных бревен, подпертых сваями из грязи. Длинный низкий бар, маленькие столики, на полу вокруг них – грязные шкуры и груды сомнительных подушек, а в одном конце – артисты: два старика с барабаном и тростниковой дудкой и пара хмурых, усталого вида девиц.

Хромой подвел Старка к столику в углу и опустился за него, потребовав вина. Его глаза, темные от долгой боли, горели от возбуждения. Его руки дрожали. Не успел Старк сесть, как он заговорил, спотыкаясь на полуслове, словно не мог вымолвить слова достаточно быстро.

– Как там сейчас? Изменилось ли там что-нибудь? Расскажи мне, как там – города, огни, мощеные улицы, женщины, солнце. Господи, чего бы я только не отдал, чтобы снова увидеть солнце и женщин с темными волосами и в одежде! Наклонившись вперед, он жадно вглядывался в лицо Старка, как будто мог увидеть там зеркальное отражение этих вещей. – Ради Бога, поговори со мной по-английски, расскажи мне о Земле!

– Как давно ты здесь? – спросил Старк.

– Я не знаю. Как считать время в мире, где нет Солнца, где нет ни одной проклятой звезды, на которую можно было бы взглянуть? Десять лет, сто лет, откуда мне знать? Вечность. Расскажи мне о Земле.

Старк устало улыбнулся.

– Я давно там не был. Полиция была слишком готова с приветственным комитетом. Но когда я видел ее в последний раз, она была точно такой же.

Хромой вздрогнул. Теперь он смотрел не на Старка, а на какое-то место далеко за его пределами.

– Осенний лес, – сказал он. – Красное и золотое на коричневых холмах. Снег. Я помню, как было холодно. Воздух кусал тебя, когда ты им дышал. А женщины ходили в туфлях на высоких каблуках. Не босые ноги, утопающие в грязи, а маленькие острые каблучки, стучащие по чистой мостовой.

Внезапно он уставился на Старка, его глаза были яростными и яркими от слез.

– Какого черта тебе понадобилось приходить сюда и будить мои воспоминания? Я Ларраби. Я живу в Шурууне. Я был здесь всегда и буду здесь, пока не умру. Земли больше нет. Ее нет. Просто посмотри в небо, и ты поймешь, что ее нет. Нет ничего, кроме облаков, Венеры и грязи.

Он сидел неподвижно, трясся, поворачивал голову из стороны в сторону. Пришел человек с вином, поставил его и снова ушел. В таверне было очень тихо. Вокруг двух землян было пустое пространство. За ним на подушках лежали люди, потягивая маковое вино и наблюдая за происходящим с каким-то затаенным ожиданием.

Внезапно Ларраби рассмеялся – резким звуком, в котором слышалась искренняя веселость.

– Не знаю, почему я должен сентиментально относиться к Земле сейчас. Я никогда не думал о ней, когда был там.

Тем не менее, он продолжал отводить взгляд, и когда он поднял свой кубок, его рука дрогнула так, что он пролил немного вина.

Старк смотрел на него с недоверием.

– Ларраби, – сказал он, – ты Майк Ларраби. Ты тот человек, который вытащил полмиллиона кредитов из защищенной комнаты – Королевской Венеры.

Ларраби кивнул. – И скрылся с места преступления прямо над горами Белого Облака, которые, по их словам, нельзя перелететь. И знаешь, где сейчас эти полмиллиона? На дне Красного моря, вместе с моим кораблем и моей командой, там, в заливе. Господь знает, почему я выжил. Он пожал плечами. – Ну, в любом случае, я направлялся на Шуруун, когда потерпел крушение, и попал сюда. Так чего жаловаться?

Он снова сделал глубокий глаток, и Старк покачал головой.

– По земному времени ты здесь уже девять лет, – сказал он. Он никогда не встречал Ларраби, но помнил его фотографии, которые мелькали в космосе на полицейских лентах. Ларраби был тогда молодым человеком, смуглым, гордым и красивым.

Ларраби угадал его мысли.

– Я изменился, не так ли? – неуверенно сказал Старк.

Старк сказал неубедительно:

– Все думали, что ты умер.

Ларраби рассмеялся. После этого на мгновение воцарилась тишина. Старк напряг слух в поисках любого звука снаружи. Но его не было.

Он резко спросил:

– А как же эта ловушка, в которую я попал?

– Я скажу тебе одну вещь, – сказал Ларраби. – Выхода нет. Я не могу тебе помочь. Я бы и не помог, если бы мог, пойми правильно. Но я все равно не могу.

– Спасибо, – кисло сказал Старк. – Ты можешь хотя бы рассказать мне, что происходит.

– Слушай, – сказал Ларраби. – Я калека и старик, а Шуруун – не самое приятное место в Солнечной системе для жизни. Но я живу. У меня есть жена, признаюсь, распутная девка, но по-своему хорошая. Ты заметил несколько маленьких темноволосых детишек, валяющихся в грязи. Они тоже мои. Я умею вправлять кости и тому подобное, и поэтому могу напиваться просто так, когда только захочу – а это бывает часто. Кроме того, из-за этой безносой ноги я в полной безопасности. Так что не спрашивай меня, что происходит. Я очень стараюсь не знать.

Старк спросил:

– Кто такие Лхари?

– А ты хотел бы с ними познакомиться? – Ларраби, казалось, нашел в этой мысли что-то очень забавное. – Просто поднимись в замок. Они живут там. Это лорды Шурууна, и они всегда рады встрече с чужаками.

Он вдруг наклонился вперед.

– Кто ты такой? Как тебя зовут и какого дьявола ты сюда пришел?

– Меня зовут Старк. И я пришел сюда по той же причине, что и ты.

– Старк, – медленно повторил Ларраби, пристально глядя на него. – Что-то слышал. Кажется, я видел однажды объявление о розыске, какого-то идиота, который возглавил восстание туземцев где-то в колониях Юпитера – большого холодноглазого грубияна, которого они красочно называли диким человеком с Меркурия.

Он кивнул, довольный собой.

– Дикий человек, да? Ну, Шуруун тебя приручит!

– Возможно, – сказал Старк. – Его глаза постоянно перемещались, наблюдая за Ларраби, за дверным проемом, за темной верандой и людьми, которые пили, но не разговаривали между собой. – Кстати, о чужаках: один приехал сюда во время последних дождей. Он был венерианец, с побережья. Крупный молодой человек. Я его когда-то знал. Возможно, он сможет мне помочь.

Ларраби фыркнул. К этому времени он уже выпил свое вино и вино Старка тоже. – Никто не сможет тебе помочь. Что касается твоего друга, то я его никогда не видел. Я начинаю думать, что мне не следовало видеть и тебя. Совершенно неожиданно он подхватил свою палку и с трудом поднялся на ноги. Не глядя на Старка, он резко сказал:

– Тебе лучше уйти отсюда. Затем он повернулся и, прихрамывая, направился к бару.

Старк поднялся. Он посмотрел вслед Ларраби, и его ноздри снова дернулись от запаха страха. Затем он вышел из таверны тем же путем, что и вошел, – через парадную дверь. Никто не двинулся ему наперерез. Снаружи площадь была пуста. Начался дождь.

Старк на мгновение замер на ступеньках. Он был зол и полон опасной тревоги, нервозности тигра, который чувствует, что к нему по ветру крадутся бичи. Он почти приветствовал бы появление Мальтора и трех молодых людей. Но бороться было не с чем, кроме тишины и дождя.

Он вышел в грязь, мокрую и теплую по щиколотки. Ему пришла в голову идея, и он улыбнулся, начиная двигаться с определенной целью вдоль стороны площади.

Резкий ливень усилился. Дождь дымился на голых плечах Старка, с шипением бился о солому и грязь. Гавань исчезла за кипящими облаками тумана, в котором вода, ударившись о поверхность Красного моря, мгновенно превращалась в пар под действием химических веществ. Набережные и прилегающие к ним улицы были поглощены непроницаемым туманом. Молния сверкнула жутким голубоватым всполохом, а вслед за ней грянул гром.

Старк свернул на узкую дорогу, ведущую к замку.

Один за другим гасли его огни, затуманенные надвигающимся туманом. Молния прочертила на фоне ночи тень, а затем исчезла. Сквозь шум последовавшего за ней грома Старку показалось, что он слышит зовущий голос.

Он остановился, полуприседая, держа руку на пистолете. Снова раздался крик – девичий голос, тонкий, как крик морской птицы под проливным дождем. Потом он увидел ее – маленькое белое пятно на улице позади него, она бежала, и даже в этом тусклом взгляде на нее каждая линия ее тела была инстинктивно испугана.

Старк прижался спиной к стене и стал ждать. Кажется, с ней никого не было, хотя в темноте и в грозу это было трудно определить.

Она подошла к нему и остановилась на расстоянии вытянутой руки, глядя на него и снова отводя взгляд с мучительной неподвижностью. Яркая вспышка ясно показала ему ее. Она была молода, не так давно вышедшая из детского возраста, и по-дурацки красива. Только сейчас ее рот дрожал на грани плача, а глаза были очень большими и испуганными. Юбка облегала ее длинные бедра, а ее обнаженное тело, еще не оформившееся в женскую силу, блестело, как мокрый снег. Бледные волосы рассыпались по плечам.

Старк мягко спросил:

– Что тебе от меня нужно?

Она смотрела на него так жалобно, как мокрый щенок, что он улыбнулся. И словно эта улыбка вырвала из нее все то немногое, что у нее было, – она упала на колени и зарыдала.

– Я не могу этого сделать, – причитала она. – Он убьет меня, но я просто не могу этого сделать!

– Что сделать? – спросил Старк.

Она уставилась на него.

– Беги, – предупреждающе сказала она. – Беги, сейчас же! Ты умрешь в болотах, но это лучше, чем быть одним из Потерянных! Она затрясла своими тонкими руками. – Убегай!

IV

Улица была пуста. Нигде ничего не было видно, ничто не шевелилось. Старк наклонился, поднял девушку на ноги и затащил ее под навес соломенного карниза.

– Ну вот, – сказал он. – Может быть, ты перестанешь плакать и расскажешь мне, в чем дело?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.