Ольга Брюс
Настоящая семья

Юля шла по деревенской улочке, грустно улыбаясь своим воспоминаниям. Сюда она не приезжала уже давно, хотя провела в Семеновке не только детство, но и юность. Сейчас ей уже было далеко за сорок, сын Никита учился в военном училище и жил от матери отдельно. Юля скучала по нему, но в то же время и радовалась, что может строить собственную жизнь так, как хочется ей самой. Вот теперь она выбралась в родную деревню, чтобы навестить могилку своей любимой бабули и посмотреть, как сохранился её старенький домишко.

Тетя Вера, соседка, узнала Юлю сразу и всплеснула руками:

– Батюшки, кто это к нам в гости пожаловал! Юлечка, проходи, я чаек поставлю. Во дворе под липой посидим, как раньше, помнишь?

Юля помнила. Она ничего не забыла и свято хранила в душе дорогой образ бабушки Тони, которая однажды приняла её, четырехлетнюю, на воспитание и больше с ней не расставалась. На долгие годы она стала для девочки единственным родным человеком и Юля до глубины души была благодарна бабушке за все, что она для нее сделала.

Нет, родители у Юли тоже были, но где-то там, далеко. Да и можно ли было назвать родителями людей, которые однажды привезли крошечную дочку в деревню и навсегда оставили её там. Собственно говоря, баба Тоня была девочке прабабушкой, а вот её мать, Анна, приходилась старушке внучкой.

Услышав звук подъехавшей машины, баба Тоня вышла во двор, увидела гостей и очень обрадовалась:

– Аннушка! Андрюша! Ну, слава Богу, не забываете меня, старую. А доченька какая у вас хорошенькая. Ну, иди к бабулечке, крошечка моя. Как это вы вспомнили про меня, дорогие мои?

– Бабушка,– Анна решила не тянуть со своей просьбой. – Мы с Андреем хотим попросить тебя присмотреть за Юлей. Нам нужно решить много дел, пусть она пока побудет у тебя. А потом мы заберем её.

– Что это за дела такие, – нахмурилась баба Тоня, – в которых ребенок помехой становится?

– Ты же знаешь, что мы жили с родителями Андрея, а теперь хотим от них съехать, – пояснила Анна. – Квартиру найдем и будем жить отдельно.

– М-да, – вздохнула старушка. – Раньше большими семьями гордились, жили все дружно, детей рожали. А теперь все стараются друг от друга разбежаться в разные стороны, как будто тараканы какие-то.

– Бабушка, но ведь сейчас не пятидесятые годы,– махнула рукой Анна.– Мы люди свободные и независимые. И Юля никому не мешает, просто нам надо немного разобраться с жильем и другими условиями.

– Да, – подтвердил Андрей. – Я скорее всего уеду на севера, потому что тут заработков нет никаких, а там с этим делом получше.

– А ты? – баба Тоня повернулась к внучке.

– У меня диплом на носу и нужно много заниматься. С Юлей я просто ничего не успеваю,– пожаловалась Анна.

– Так она же ходит в детский сад,– удивилась баба Тоня, – и проводит там весь день до вечера.

– Да, но на ночь-то мне приходится её забирать! – воскликнула Анна. – И вообще, бабушка, раз уж тебе совсем не хочется побыть с правнучкой, мы отвезем её к родителям Андрея. Правда, они тоже не очень обрадовались этой идее, но их-то как раз понять можно, они оба работают, а ты уже давно на пенсии.

– Жаль только вас понять нельзя, – проворчала баба Тоня и прижала к себе девочку: – Ну что, лапочка моя, останешься с бабушкой?

Юля весело кивнула забавными кудряшками:

– А у тебя есть кот?

– Есть и кот, и собака, и курочки и даже коза. Ты любишь козье молоко?

– Я не знаю, – ответила Юля. – А оно с пенкой? Если с пенкой, то не люблю.

– А вот сейчас я дам тебе попробовать, – улыбнулась баба Тоня. – И тогда ты сама мне обо всём скажешь.

Она взглянула на Анну и Андрея и с удивлением заметила, что они собираются уезжать.

– Что, даже переночевать не останетесь?

– Нет, бабуль, извини. У нас дела, – Анна присела перед дочкой и обняла её: – Веди себя хорошо, ладно?

– Хоть бы пообедали, – проворчала баба Тоня, но её никто уже не слушал, и только Юля доверчиво сунула теплую ладошку в её руку.

Прошло три месяца. За это время ни Андрей, ни Анна о дочери не вспомнили, и каждый раз, укладывая девочку спать, баба Тоня только вздыхала, не зная, что ответить на расспросы Юли о маме и папе.

– Приедут они, скоро обязательно приедут. Вот поспишь и приедут.

Но Анна появилась только ближе к осени и была без Андрея.

– Наконец-то совесть у вас проснулась, – сказала ей баба Тоня. – Я уж думала, что вы совсем забыли про Юлечку.

– Бабушка, прости, просто у нас не было времени, – угощая дочь конфетами, ответила ей Анна. – Столько проблем навалилось, не передать.

– Ну да, ну да, – кивнула старушка. – А у вашего ребенка проблем нет и, похоже, родителей тоже.

– Мы с Андреем решили развестись,– вздохнула Анна.

– Вот как? – удивилась старушка. – И почему?

– Ну, скажем так, мы просто не сошлись характерами, – пожала плечами Анна.

– А вот у вас все просто,– рассердилась всегда добрая старушка. – Два дня повстречались – поженились, пяти лет не прожили – развелись, дитя вот туда-сюда швырять начинаете. А девочка вам в чем виновата? Она-то почему должна страдать? Эх вы, эгоисты несчастные! Хоть бы о ребенке подумали!

– Бабушка, – Анна потерла глаза, как будто они были полны слез,– ну почему ты не хочешь понять меня? Ты ведь тоже женщина и была замужем, а значит, знаешь, что это совсем не просто.

– Да, я была замужем, – ответила ей баба Тоня. – И с мужем жила до последнего его дня, ухаживала, пока он болел. А ты? Что это за семейная жизнь у вас такая? Я не понимаю. И как Юля будет жить без отца?

Анна поморщилась:

– Вообще-то, я хочу попросить тебя присмотреть за ней ещё немного. Понимаешь, Андрей сейчас далеко, а с его родителями у меня отношения как-то не сложились. Они если и согласятся взять к себе внучку, то потом меня просто изведут упреками.

– Подожди, а что же ты сама?

– Бабушка, я встретила мужчину, его зовут Айварис, он из Прибалтики и хочет взять меня к себе. Ну, чтобы для начала познакомить со своей семьёй. В общем, я хочу поехать к нему. Это ненадолго. Может быть всего на полгода. Я подучу язык, найду работу. Потом приеду за Юлей.

Баба Тоня внимательно посмотрела на внучку:

– Ты не сказала ему, что у тебя есть дочь?

Анна опустила глаза:

– Пока нет. Но я обязательно скажу. Только позже. Бабушка, ты ведь побудешь с ней ещё?

Баба Тоня покачала головой:

– Нет. Я люблю Юленьку, но лишать её родителей – это неправильно. Хватит того, что от неё отказался отец. Скажи своему Айварису правду, потому что потом будет поздно.

– Бабушка, а если он меня не поймёт? – вздохнула Анна.

– А если тебя не поймёт твоя дочь? – нахмурилась баба Тоня. – На твоём месте я бы подумала сначала об этом. И сделала вывод, кто тебе дороже.

Анна вздохнула и кивнула:

– Хорошо, бабуля, я всё поняла. Утром мы с Юлей уедем. Надеюсь, Айварис не рассердится на меня за это.

– Если он тебя по-настоящему любит, то конечно, не рассердится, – успокоила её баба Тоня.

А утром, когда пришла будить внучку, увидела, что её постель пуста. Рано утром Анна уехала, не предупредив об этом бабушку и не простившись с дочкой.

Медленно потекли годы. Юля росла, она просто обожала бабулю и потихоньку забыла родителей, которые уже давно не вспоминали о ней. Сначала они присылали дочери какие-то подарки на Новый год и день рождения, помогали бабе Тоне деньгами, но потом перестали делать это, ведь у них появились новые семьи и новые дети, а Юля осталась в прошлом, которое стало для них не нужным.

Соседки бабы Тони не могли нахвалиться на её правнучку:

– Добрая она у тебя, заботливая. И вежливая, и помощница какая. Вот ведь кому-то счастье достанется!

– Да я сама не знаю, что бы со мной и было, если бы не Юля. Вся моя жизнь в ней. Не представляю, как я с ней расстанусь.

– А зачем тебе с ней расставаться? – удивлялись соседки.

– Так ей же учиться надо. Девочка школу вот-вот окончит. Надо думать, что делать дальше. Я сама ей сказала, чтобы она ехала в город. Юля мечтает стать медсестрой, и я горжусь ею. Пусть моя внученька помогает людям, за это её Бог будет любить.

– Всё правильно ты говоришь, Антонина. А только как же ты без неё? Годочки-то у тебя не молодые.

– Ну уж как-нибудь, что поделаешь. Никто из нас не молодеет, – вздыхала старушка. – Созваниваться будем, на каникулах приезжать станет. Ничего, справимся.

Перед отъездом Юля пришла к соседке, тете Вере, и попросила её присмотреть за бабушкой:

– Я все-таки очень сильно беспокоюсь о ней. Даже хотела отказаться от учебы, – вздохнула девушка.

– А вот это уже лишнее. Поезжай, девочка, учись и ни о чем не думай. Все будет хорошо. – убедительно проговорила улыбчивая Вера.

Юля была благодарна тёте Вере за помощь, но всё-таки постоянно звонила бабушке и узнавала, как у неё дела. А на выходные или каникулы приезжала домой и сама ухаживала за старушкой.

– Как ты там, девочка моя? – каждый раз спрашивала её баба Тоня.

– Да всё у меня хорошо, – отвечала Юля. – Учиться мне нравится, кстати, среди всех наших я лучшая. А ещё мне предложили работу в нашей областной больнице, там не хватает медсестёр и мой преподаватель порекомендовал меня Семёну Петровичу, главврачу.

– И что же ты? – немного нахмурилась баба Тоня.

– Я согласилась. У нас многие так делают, совмещают работу и учёбу. Зарплату получают и опыт. Нам ведь с тобой денежка не помешает.

– Бедная ты моя девочка, – вздохнула старушка. – Не смогла я тебя хорошо к жизни подготовить. Сейчас бы просто училась и ни о каких деньгах не думала, а приходится зарабатывать.

– Ну и ничего страшного в этом нет. Бабуля, даже в голову не бери. Я ведь уже не на первом курсе, всё понимаю. Теперь пришло моё время заботиться о тебе и поверь, я всегда буду делать это с большим удовольствием.

– Не хотела бы я быть тебе в тягость, – неожиданно всхлипнула баба Тоня.

Юля только всплеснула руками:

– Да с чего ты это взяла, бабушка?

– Ну а как же? Ты у меня красавица, а парней вокруг много. Выйдешь замуж, всё у тебя будет хорошо. Только я тебе в той жизни зачем? И муж будет на тебя сердиться, не захочет, чтобы ты на меня, старуху, своё время тратила.

Юля нахмурилась, совсем как это делала её прабабушка:

– Ты мне такое даже не говори, бабуля. Нет такого парня, на которого я бы тебя променяла. Нет, и не будет. У меня есть ты, я тебя люблю очень сильно, ты мой единственный близкий человек. Ну как же ты можешь так говорить и думать про меня, бабушка? Нет, нет и ещё раз нет! Ты всегда была и будешь со мной. Вот увидишь! Я даже когда отучусь, заберу тебя к себе. Была ты у меня бабушка деревенская, а станешь городская!

Баба Тоня рассмеялась:

– Господи, какое счастье, что ты у меня есть. Я так сильно люблю тебя, внученька моя. Так сильно тебя люблю!

Юля улыбнулась и обняла её:

– Ну вот, другое дело. А то сама чуть не расплакалась и меня расстроила. Ты, бабуля, даже не думай, всё у нас с тобой будет хорошо. Раньше ты мне так говорила, а теперь я тебе так говорю. Смотри, суп я уже сварила, голубцы тоже готовы, давай пообедаем, и я буду собираться. Утром мне надо на дежурство успеть. Не хочу опоздать на автобус.

Через час Юля спешила на остановку и не знала, что дежурство, о котором она говорила бабушке, навсегда изменит её жизнь.

С утра и весь день всё было как обычно, а вот ближе к ночи в больницу привезли парня, разбившегося на мотоцикле. Его сразу отправили в операционную, а старшая медсестра, передавая его документы Юле на оформление, покачала головой:

– Молодой, красивый, богатый, вот что им ещё надо? Устраивают какие-то гонки, всё ищут адреналин, что-то друг другу пытаются доказать. Как он теперь жить будет со сломанным позвоночником? Ведь так и останется инвалидом, а самому двадцати пяти лет нет. Хорошо ли это?

– Вы что, Анна Сергеевна, знаете его? – удивилась Юля.

– Конечно, – усмехнулась та в ответ, – это же Ярослав Макаров, сынок шишки из нашего Белого дома. С таким папашей живи да радуйся, Павел Валентинович – человек хваткий и даже жёсткий, он к нашему губернатору дверь в кабинет ногой открывает. А сын – оболтусом вырос. Бывает же так!

Юля пожала плечами, ей было жаль пострадавшего парня, но она не думала, что её судьба хоть как-то соприкоснётся с его судьбой. Вот только любовь не выбирает, в кого ей пустить свои стрелы, и одна из них прилетела в сердце Юли.

Произошло это не сразу, а почти через полгода после того как главврач назначил Юлю личной сиделкой Ярослава, практически освободив её от других обязанностей.

– Юля, пока он находится в больнице, ты будешь рядом с ним, это личная просьба Павла Валентиновича, его отца. Так мы делаем не всегда, но это особенный случай, ты же понимаешь.

– Семён Петрович, а откуда Павел Валентинович знает меня? – удивилась Юля.

– Он не знает, – пояснил главврач. – Он просто попросил меня найти лучшую медсестру, которая смогла бы круглосуточно ухаживать за его сыном. Вот я и выбрал лучшую.

Юля покраснела от удовольствия, ей было приятно слышать такие слова, и она охотно взялась за свои новые обязанности.

Несмотря на прогнозы врачей и долгое восстановление Ярослава, ему всё-таки удалось встать на ноги и произошло это не без правильного и умного ухода Юли.

Однажды, незадолго до выписки, Ярослав взял Юлю за руку и усадил рядом с собой:

– Юля, ты знаешь, что через пару дней я уйду отсюда?

Она кивнула:

– Ну конечно знаю.

– А то, что я не хочу уходить отсюда без тебя?

Юля мгновенно вспыхнула:

– Это ты о чём?

– Послушай, я привык, что ты всегда находишься со мной рядом, и не хочу расставаться с тобой, – Ярослав привлёк её к себе и поцеловал. А когда она попыталась отодвинуться от него, только крепче сжал руки: – Юля, только не говори, что у тебя никогда никого не было. Иначе я просто сойду с ума от счастья.

Она улыбнулась:

– Но у меня и, правда, никогда никого не было.

– Юлька, глупенькая моя, – вздохнул он, – ты даже не представляешь, как сильно я тебя люблю.

Она ничего не ответила ему и торопливо вышла из палаты, чтобы хоть как-то собраться с мыслями. Ярослав давно нравился ей, и она искренне хотела ему помочь, не замечая, что влюбляется в красивого парня. А когда поняла это, постаралась скрыть от всех свои чувства, и не мечтая, что он ответит ей взаимностью. И вдруг он сам, первый, признался ей в любви.

Юля прижала ладони к пылающим щекам, а сердце так и рвалось из её груди… И девушка не устояла. Она растаяла от нового, незнакомого ей счастья и всецело отдалась ему, не думая ни о чем.

Несколько месяцев после выздоровления Ярослава они встречались, и он очень красиво ухаживал за ней. Влюбленная девушка просто расцвела и бабушка не могла не заметить этого:

– Ну и кто этот счастливчик? – улыбаясь, спросила она внучку, когда та приехала на выходные навестить её: – Давай-давай, выкладывай, я же все вижу!

Юля рассмеялась:

– Знаешь, бабуля, он просто замечательный. Такой добрый и внимательный. Цветы дарит мне и всякие подарки. Ты не думай, ничего дорогое я не беру, просто знаки внимания. А ещё он хочет официально представить меня своим родителям.

– Зовут-то его как?

– Ярослав.

– Ишь ты, какое красивое имя. И человек, говоришь, хороший. Значит, у вас всё серьёзно? – улыбнулась баба Тоня.

– Очень, – рассмеялась Юля и крепко обняла любимую бабушку. – Вот увидишь, Ярослав тебе понравится. Когда мы поженимся, мы заберём тебя к себе. Ты будешь жить с нами и больше никогда со мной не расстанешься. Обещаешь?

– Солнышко моё ласковое, – тихонько вздохнула баба Тоня. – Как же я хочу, чтобы ты была счастлива. Больше мне ничего и не надо…

Прошло ещё несколько дней, и как-то вечером Ярослав предупредил Юлю о том, что его родители хотят познакомиться с ней поближе.

– Приглашаю тебя к нам домой, заодно посмотришь, как я живу, – сказал он. – У нас ванная больше, чем эта твоя комната. И вообще, я хочу, чтобы ты переехала жить к нам. Сколько можно ютиться в этой общаге? А там у тебя будет отдельная комната, рядом с моей. Хочешь, я поговорю с родителями?

– Ярик, – Юля усадила его рядом с собой на диван, – мне нужно сказать тебе кое-что очень важное. Я не знаю, где мы будем жить, у тебя, у меня, или снимем квартиру. Но расставаться нам больше не придётся. Я жду ребёнка, Ярик. У нас будет малыш, а малыш – это уже семья.

Ярослав отшатнулся от неё так, будто увидел перед собой змею:

– Подожди, как так могло произойти? Нет, это неправда! Ты решила меня обмануть? Посадить на свой крючок? Юля, ты что, с ума сошла? Я ведь сто раз предупреждал тебя, что не хочу никаких детей.

Юля резко поднялась и пристально посмотрела на своего любимого. Она никак не ожидала от него такой реакции и, хотя забеременела не специально, рассчитывала на его поддержку. И вдруг услышала слова, которые хлестнули её больнее пощёчины. Какое-то время она молчала, потом медленно разжала губы:

– Ярослав, ты же понимаешь, что в этом виновата не только я. Хочешь ты этого или нет, ребёнок будет, я не собираюсь избавляться от него, и говорю тебе об этом сразу. Чтобы потом ты не удивлялся.

Он тоже встал:

– Я думал, что ты необыкновенная. Не такая, как все. Может быть, потом я даже на тебе женился бы. Но ты оказалась обычной дешёвкой, которая спит и видит, как бы женить на себе богатого мужчину. Что, захотела красивой жизни? Так вот извини, я не такой дурак, как ты думаешь.

Юля усмехнулась:

– Ты ещё сам не знаешь, какой ты дурак. А теперь уходи. Я так понимаю, между нами всё кончено. Не думай, я не буду рыдать и падать тебе в ноги. Я гордая, а ты обыкновенный слюнтяй и тряпка. Я ошиблась в тебе и хорошо, что увидела это сейчас, а не спустя потерянные годы.

– Ну ты и тварь, – усмехнулся Ярослав. – А я и не ожидал…

Рука Юлии взметнулась и опустилась на его щёку, которая мгновенно вспыхнула ярко алым цветом.

– Убирайся и забудь сюда дорогу. И меня тоже забудь!

Ярослав ушёл и больше не вернулся. А Юля, раздавленная, оглушённая случившимся, долго сидела у окна, обхватив себя руками, и думала о том, что теперь в её жизни всё будет по-другому. Но отказываться от своего малыша она не собиралась и знала, что никому не позволит причинить ему вред.

Наплакавшись, Юля уснула только под утро, но когда пришла на работу, никто не заметил её душевных страданий. Так прошло еще несколько мучительно долгих дней. А потом случилось то, чего Юля никак не ожидала: к ней в комнату общежития пришел Павел Валентинович и сказал, что им нужно обсудить сложившуюся ситуацию.

– Проходите, присаживайтесь, – она махнула рукой, показывая ему на стул, но Павел Валентинович только брезгливо поморщился и не сдвинулся с места. Немного помолчав, он начал подготовленную речь:

– Ярослав ночью улетает за границу, теперь он будет там жить и вести свой собственный бизнес. Как ты понимаешь, при таких условиях, ни о какой женитьбе и детях речи быть не может. К тому же, я не собираюсь скрывать от тебя это, ты ему совсем не пара. У него перспективы, а у тебя нет ничего, кроме дома в деревне и бабушки. Тебя даже родители бросили, я это знаю, мне Ярослав рассказывал. Извини, но я реалист и привык говорить людям правду в глаза. В этот раз ты ошиблась, детка. Поищи себе другие варианты, а нас оставь в покое. И еще, ребенок свяжет тебя по рукам и ногам, так что лучше избавься от него, пока не поздно. Это мой тебе совет. А вот это – так сказать, компенсация, за причиненные неудобства.

Он положил на стол пухлый конверт и хотел уйти, но Юля остановила его:

– Павел Валентинович, я тоже хочу сказать вам правду в глаза. Мне ничего не нужно ни от вас, ни от вашего сына. Вы низкие, подлые люди и я не хочу иметь с вами ничего общего. Ребенок родится, но будет только моим. А вы молитесь, чтобы не наступил тот день, когда вы захотите попросить у него прощения, потому что он вас не простит. Никогда…

Павел ничего не сказал на это, только усмехнулся и вышел, а Юля, заметив, что он не забрал конверт, подошла к окну и громко крикнула отцу Ярослава, которому водитель уже открывал дверь:

– Павел Валентинович, вы кое-что забыли!

Она бросила конверт вниз и крупные денежные купюры, похожие на осенние листья, стали падать к ногам изумленных мужчин. Павел Валентинович и его водитель принялись торопливо собирать их, а Юля, стоя у окна, громко смеялась, чтобы хоть как-то заглушить рвущуюся в сердце боль.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.