Леся Краш
Хранительница миров

Предисловие

Спасибо, что решили прочесть мою книгу. Я писала ее, будучи шестнадцатилетней школьницей. Надеюсь, вы будете так же заботиться и любить своих родителей и не попадете под плохое влияние.

Ваша Леся Краш.

Пролог

Раскинулась в Млечном Пути Вселенная. Рядом с созвездием Дракона уютно расположилась плодородная и красивая планета Елейна. На ней эльфы, вампиры и другие расы противостояли друг другу. Тогда, желая завершить кровопролитие, один великий маг разделил планету Елейну на шесть смежных миров. С тех пор разные расы живут отдельно друг от друга. Мудрецов, помнящих ту войну, осталось крайне мало. Представителям других рас правда и вовсе неизвестна.

Шесть миров. Незнакомые люди по року судьбы встретятся для того, чтобы исправить то, что годами уничтожали Они. Шёл две тысячи восемьсот девяносто девятый год. Было ранее утро. В саду замка пели птички, дул лёгкий летний ветерок, на траве еще блестела роса. В просторных покоях, на дубовой кровати отдыхал Король Павел. Несколько дней он не знал покоя, его голову не покидали тревожные мысли. Он ворочался в своей постели: ему не спалось. Ведь в сердце его вспыхнула любовь к той незнакомой эльфийке. Король как сейчас помнил первую их встречу в саду. В тот день был назначен бал в честь его дня рождения. Среди приглашенных, помнится, не было той красавицы. С того самого дня Король места себе не находил, все пытался найти незнакомку среди эльфов, настолько сильно запала она в его душу.

В то утро Король лежал и смотрел в окно, любовался садом и вспоминал ту обаятельную белокурую девушку. Наконец он встал и, заметив на столе графин с вином, налил себе в бокал вина, желая привести мысли в порядок и немного успокоиться. Эльфийский король направился к своему гардеробу, который занимал отдельную комнату. Здесь хранились его наряды для всех случаев жизни: будь то бал или просто завтрак. Подойдя к полкам с вещами, он принялся подбирать наряд для предстоящей утренней прогулки. Павел снял с себя спальную одежду, надел белую шелковую рубашку, чёрные брюки, а сверху набросил серый плащ с капюшоном. Накинув на голову капюшон, он вышел в коридоры своего замка и тихо прошёл мимо еще спавших слуг и дремавшей охраны. Ему удалось покинуть замок через тайный выход, никого не разбудив. Теперь он направлялся в город, один, неприметный и без стражи. Храбрый поступок!

Павел медленно шел к главной площади города, пока все спали. Он шел, оглядываясь, рассматривая дома: они были белокаменные, трехэтажные, с синей черепицей на крышах. Так он дошел до фонтана. Мысли влюбленного эльфа никак не покидала девушка, та самая белокурая красотка. Он представлял ее перед собой, такую же прекрасную, как в тот день, когда он ее встретил, её серо-голубые глаза завораживали, а алые пухлые губы просили поцелуя. Её длинное платье нежно-розового цвета развевалось лёгким ветерком.

Он огляделся, но не увидел ту незнакомку из его сада и пригорюнился. Король присел на скамейку и погрузился в свои мысли. «И как я мог надеяться, что она появится? – думал он. – Ведь может, я ей не нравлюсь? Может, она не знает. Да и как эльфийка могла узнать, что я ей заинтересован. Ведь она даже не запомнила меня».

– Это Вы? – Внезапно окликнул его знакомый голос.

– Да, это я. Но кто же Вы, прелестная дама? – спросил он незнакомку, приглашая сесть рядом.

– Лика. А Вы Павел? – ответила она вопросом на вопрос, села рядом и посмотрела в его глаза, томным долгим взглядом, соблазняя его.

– Совершенно верно. Меня—то уж все знают, ведь я Король. – Он внимательно посмотрел на нее. – Я думал о вас, Лика.

– Вот как? И что же Вы думали?

– Вы мне нравитесь, Лика, – ответил он, и в его голосе она уловила нотки любви. – Мне очень хочется пригласить вас на свидание. Что Вы ответите мне, Лика? – он вопросительно посмотрел на девушку.

Лика лучезарно улыбнулась и ответила королю: «Да, конечно». За этой улыбкой скрывалось очаровательное зло. В душе она радовалась, ведь план, составленный ее новыми друзьями, скоро осуществится.

Долгое время ухаживал Павел за Ликой, мечтал, что эльфийка будет его, устраивал для нее неожиданные свидания и дарил дорогие подарки. И когда, наконец, Король оказался у ее ног, Лика дала ему намёк, что готова на более серьёзные шаги в их отношениях. В день летнего солнцестояния они обвенчались. Лике одели корону. Она стала королевой и мачехой Кристы. С того момента всё и пошло по накатанной.

Король Эльфии Павел II был сильно одурманен чарами Лики и перестал замечать родную дочь Кристу. Его дочь поняла, что дело в этой смазливой эльфийке. Девушка не держала на него обиду и пыталась освободить его от ее чар. Эликсиры против чар она пыталась добавлять в чай мачехе, но Лика даже не подпускала ее близко к столу. Однажды, тайком пробравшись в комнату отца и мачехи, Криста положила возле кровати Явноцвет¹ – цветок, который, по преданию, снимает любые чары. Попытки не увенчались успехом: Король постоянно находился под чарами Лики, одурманивавшей его своими духами, которые она сама и создавала. К тому же она перестраховывалась, добавляя ему в чай приворотное зелье.

Лика заподозрила принцессу в этом и сразу же предприняла попытки убрать ее с дороги, чтобы стать полноправной королевой Эльфии. В этом ей помогали друзья, которых она привела с собой.

С королевой пришли шестеро друзей: Ливер, Нейван, Фирида, Лютиция, Мейн и Дривейн. Они заключили договор с Ликой, что они помогут ей завоевать королевство, а взамен получат звания герцогов в разных его областях. Хотя они и не были красавчиками, Лика восхищалась их внешностью, поскольку все они были все же довольно симпатичными. Лика даже подумывала после смерти Короля взять кого-нибудь из них в любовники. Ливер особенно привлекал ее. Он был высоким ярким красавчиком. Чего только стоили его короткие, слегка синеватые волосы! Нейван, хоть и был его родным братом, разительно отличался от Ливера. У Нейвана волосы были чуть ниже плеч, пепельного цвета с оттенком зелёного, серые глаза и аккуратный нос.

А вот Фирида Лике не нравилась, ей было тошно смотреть на ее карие глаза, на губы, тонкие, словно черточка, на ее длинный нос; ни капли грации не было в ее внешности, а из—за коротких волос и мужской одежды, которую она предпочитала носить, Фирида и вовсе смахивала на мужчину.

Длинные волосы – красота женщины, – говорила ей Лика.

Сама она много времени проводила в ванной. Со стороны могло даже показаться, что она живет там, а не моется. Она постоянно ухаживала за волосами: мыла чистейшей водой, яичной маской питала, отваром из крапивы и березы ополаскивала, а потом и тело специальными отварами омоет, на лицо маску из экстракта огурца – и становится красавицей, каких во всем королевстве не сыщешь.

В тот вечер Лика пригласила друзей на чаепитие, которое, однако, было лишь предлогом, чтобы обсудить свои дальнейшие планы, скрывшись от лишних ушей заклинанием.

– Сегодня я вас всех здесь собрала по одному важному делу, – проговорила Королева, осматривая окружавших её друзей.

Сначала на ее никто не обратил внимания: все были заняты другими разговорами о дворцовых делах. На этот раз собрались все: Ливер со своим братом Нейваном, Фирида, Лютиция с Мейном и Дривейн. Лютиция поправляла своё сиреневое платье с рюшками. Ее сиреневые волосы, ярко—синие глаза, пухлые губы и маленький носик вызывали у Лики отвращение. «Слишком миленькая, излишне красивая, – думала Королева. – Когда стану полноправной Королевой, ее тоже убью».

– Скажи «а», – мило, потихоньку шепнула Лютиция Мейну, протягивая ему ложечку с кусочком пирожного. Он молча приоткрыл рот и взял губами с ложки угощение.

Наблюдая за ними, Лика сделала вывод, что у Мейна и Лютиции роман. Красавчик-эльф встречается с красавицей-эльфийкой – как это ожидаемо и предсказуемо. Мейн, высокий, стройный брюнет с длинными волосами, убранными в аккуратный хвост, брутальное лицо, серо-зелёные глаза, пухлые губы, а нос длинный и сломанный, что придавала ему особый шарм.

Дривейн сидел один поодаль и, казалось, мало интересовался происходящим вокруг него. Бывший охотник. История его присоединения к этой шайке покрыта тайной. Лишь одно было известно: он оказался с ними из-за любимой. На него редко заглядывались девушки, поскольку побаивались его сурового взгляда. Дривейн был сероглазым эльфом, с овальным лицом и узким подбородком. Нос аккуратный, немного курносый, бровь была рассечена – после встречи с медведем – что, впрочем, на фоне его пепельных волос даже не было заметно. А вот его пухлые губы привлекали внимание. Кроме того, его лицо, украшал шрам от когтей медведя. Он выжил лишь благодаря своей силе воли и магии. Когда медведь на него напал, Дривейн кидал в него заклинание огня и рубил серебряным мечом. В результате из шкуры медведя вышел неплохой сувенир – дорожная сумка.

Лика считала Дривейна тем эльфом, которого стоило рассмотреть получше: ведь часто за угрюмым нравом скрываются добрые и заботливые души.

– Так, – снова произнесла она, чтобы на неё обратили внимание. – Сегодня я хотела бы попросить помощи у вас, моих друзей. Вы меня знаете, я в долгу не останусь, – сказала она, намекая на денежные вознаграждения.

– Дай угадаю, хочешь узнать, как свести короля в могилу? При этом ещё и от дочери избавится? – подмигнул Дривейн Ливеру.

– Сразу мы ответ не дадим, нужно придумать такой способ, чтобы убрать сразу двоих за раз, – ответил Лике Ливер, уже попутно размышляя о предательстве.

– Знаете, Ваше Величество. Может, не стоит торопиться? Такая поспешность может вызвать подозрения, – сказала Фирида.

– Все! Я устала от этой семейки. Пора с ними кончать, – со злостью высказала она.

Прошло несколько дней. Лика часто гуляла в саду замка в сопровождении эльфиек из высшего света, которые только и говорили, что о балах да передавали друг другу слухи. Они даже обсуждали, у кого длиннее меч в штанах, и о хитростях соблазнения.

– Она сама убьёт своего отца. Это заклятие действует мгновенно. После совершения она забудет то, что до этого было. Зло, что мы в неё вселим, останется с ней навсегда, – сказал Королеве Ливер и передал ей заклятие на листке пергамента. Конечно, копию этого заклятия он сохранил у себя.

Лика была очень рада, что всё будет, как он говорит, её план практически осуществился. Только одно не давало ей покоя. Ей мешала дочь короля, поэтому она желала избавиться сразу от обоих. Она использовала все свое обаяние, чтобы околдовать Павла и уговорить его отдать ей все королевство. После его смерти она планировала убить и принцессу. До поры до времени всё шло как по маслу, но вдруг удача от Лики отвернулась.

Ее «друзья», которым она так доверяла, были хитры и доложили об этом королю.

– Ваша супруга хочет убить вас и сесть на трон, убив и дочь, прямую наследницу престола.

– Да как она смеет! – вскричал Король. – Одурманив меня, она решила прибрать к рукам мое королевство! Ещё оставить мою родную дочь, без отца и её наследства. Тициан, – подозвал он слугу, – отправь бумаги на планету-тюрьму о заключении под стражу Лики Иверлай. Больше она мне не жена, и знать эту особу больше не хочу, – со злостью приказал Король.

Вечером Лика была отправлена на каторгу на неизвестную никому планету. Только из утренних газет горожане узнали об этой газете, которая выпускалась лишь по средам и носила чрезмерно правдивое название – «Истина».

На первой полосе газеты красовался заголовок «Лика Иверлай отправлена на каторгу». Король сидел за кружкой чая, читая газету, и думал, как просочилась эта информация, но так и не догадался. Королевская система безопасности твердила:

– Не доверяй друзьям Лики. Их необходимо отлучить от дворца, это подозрительные эльфы. Каждый диалог не прослушать, скрытные личности.

– Я доверяю им, – ответил Король. – Ведь эти эльфы успели спасти королевство и мою дочь. – Король до сих пор не верил, что Ливер и его друзья тоже задумали убийство Короля.

Как—то вечером он пригласил к себе Ливера, чтобы поговорить с ним в открытую.

– Тут на вас донос, братья и друзья Ливера. Как мне в это не поверить, говорите сами, – задал вопрос Павел, ожидая их оправданий. Он доверял им, как самому себе, помня их упорный труд и помощь в спасении государства.

– Меня оговорили. Завидуют всё—таки моему положению при дворе, – солгал эльф прямо в глаза королю. То же повторили вслед за ним остальные эльфы.

– Скажем так, – задумчиво произнес Король, – я вам поверил. Но ведь я вас сюда не для этого пригласил, – приглаживая свой пиджак, продолжил он. – Я хочу назначить тебя главой совета старейшин, возродить былое, так сказать. Ну что, ты согласен? – ожидая положительного ответа, вопросительно посмотрел на него Король.

– Да, благодарю, – склонившись перед ним, поблагодарил Ливер.

– Для нас это будет огромная честь, – поклонившись, сказал Мейн. Ему вторила Лютиция, поправляя свои сиреневые волосы.

– Безмерно, благодарна, – с радостью ответила Фирида.

Вот Мейн и Дривейн отреагировали более сдержано и ограничились лишь поклоном, демонстрируя дань уважения своему Королю.

Уже на следующий день Ливер возглавил совет старейшин при Короле Павле. Дальше подвергать себя опасности он не хотел. Вся шайка эльфов притихла на три года. Все эти годы они помогали Королю, исполняя его указы. Ливер выполнял все поручения, выжидая подходящего момента для того, чтобы начать действовать.

В то время во дворце проходил бал в честь дня рождения дочери короля Кристы, и на него были приглашены все знатные эльфы государства, а также принцы из других миров. Вся высшая знать приезжала на бал, дабы поздравить ее. Гости желали ей процветания, любви, мудрости. Они дарили подарки и говорили ей, какая она красивая, а за спиной шептали обратное. В зале были большие колоны, а по стенам развешены картины королевского рода, а также разного рода оружие: луки, мечи, копья. К столу подвали дорогие и вкусные блюда, музыканты наполняли зал красивой музыкой. Казалось, вот оно, счастье.

Но Кристе в тот вечер Кристе не было радостно, она стояла около открытого окна и наблюдала за природой. Ей вспомнилась мать, которая она всегда была рядом и помогала ей. При этих мыслях, принцесса поняла, что очень по ней скучает. Криста даже подумала, что зря не ценила время, проведённое с ней…

Вдруг к ней подошёл черноволосый парень и спросил:

– Почему вы грустите? Ведь сегодня ваш праздник. – Он смотрел в ее зеленые глаза, не отрывал свой взгляд.

– Мне не до веселья. Так не хватает моей мамы, – с грустью ответила Криста. Она осмотрела юношу, что стоял рядом с ней, и решала, что он довольно симпатичный.

– Не грустите. Лучше пойдёмте потанцуем, – предложил он девушке. Мужчина протянул ей руку, она недоверчиво положила свою руку в ладонь незнакомца, и они прошли в зал, где как раз играл вальс. Пара кружилась в вальсе, им казалось, что никого больше нет в этом мире. Их танец был страстным и удивительным. Мелодия закончилась, и пара остановилась.

– С сегодняшнего дня попечителем Кристы будет Ливер, если со мной произойдет что—то ужасное, – тем временем властно объявил Павел.

– Благодарю, мой Король, за такое доверие, – поклонился ему эльф. Но лишь стоило Ливеру отвернуться, на его лице сразу же засияла зловещая улыбка. Скоро он начнет выполнять свой план, и в ближайшее время всё изменится.

Бал продолжился до часа ночи. Внутри дворца шумел оркестр, гости танцевали, пили и кушали яства, играли в шарады. Большинство гостей остались ночевать во дворце, а некоторые ушли в гостиницу. Счастливый конец, думается, но это не так. Зло не дремлет, а действует.

Было уже почти четыре часа утра, когда Ливер огляделся и, никого не увидев, произнёс заклятие. Во дворце не было слышно ни шороха – лишь его шепот. Вокруг эльфа возник чёрный дым, он понял, что заклятие начало действовать, и с облегчением ушёл спать, зная, что будет так, как он задумал. Засыпал Ливер с улыбкой и думал, как бы поскорее наступило утро.

Утром из комнаты Павла разнеслись вопли: он лежал с окровавленным кинжалом в груди. По всей видимости, Королю нанесли не менее трех ударов. Рядом с кроватью, забрызганная кровью, стояла Криста, не осознавала, что произошло. Принцесса понимала, что если её здесь увидят, то это будет означать для нее конец всему. У Ливера уже было доказательство, это дело рук принцессы Лики. На тумбочке, возле кровати лежал камень, который всё это время записывал происходящее в комнате. Поэтому, даже если бы она сбежала, всё равно была бы признана виновной. Криста вбежала в свою комнату так быстро, как могла, и стала молниеносно собирать в рюкзак необходимые вещи. Через несколько минут она выбежала из дворца, только чтобы подальше от этого места. Она сама не поняла, как налетела на вчерашнего парня, с которым танцевала накануне на балу.

– Куда бежишь, красавица? – спросил он у неё.

– Подальше отсюда, – быстро ответила она.

– Что натворила? Я Хэрри. – Вампир обнажил свои клыки, улыбнувшись.

– Я этого не делала. Я не помню, что было, когда уснула, – с тревогой в голосе произнесла она. – А утром я оказалась в комнате папы, и он лежит теперь мертвый…

–Я тебе помогу, – сказал он, закусив губу. – Но только если ты меня поцелуешь.

Эльфийка потянулась к губам вампира, поцеловала его в губы, но вампир не отпустил ее. Их поцелуй длился долго, казалось, что они знакомы друг с другом вечность. Вампир отстранился от нее и что—то принялся шептать на своем языке. Как оказалось, этим заклинанием он создавал портал.

– Заходи быстрее, за нами стража! – Принцесса вошла в портал, а он последовал за ней.

Коварный план эльфов удался: Криста, как и было задумано, убила отца и покинула королевство. Теперь ко власти пришли молодые и корыстные эльфы.

Старейшин запомнят на века. Народ их запомнил как стильных молодых правителей. Все старейшины носили лишь дорогое: одежда только от популярной столичной швеи, магическое обмундирование только от лучшего мастера, известного во всём королевстве.

Став во главе государства, долгие годы они упивались властью, издавали законы, брали непомерную дань, захватывали чужие поместья. Главный из них понимал, что всё это ненадолго, поэтому спустя 100 лет они ушли в лес и поселились там, в самой чаще, куда обычный эльф не смог бы добраться. Это было сделано для того, чтобы люди не поняли, что был захват власти, чтобы не было подозрений и бунтов со сторон народа. Если быть кукловодом из тени, никто не догадается, кто им управляет.

План казался практически идеальным. У старейшин давно всё было распланировано. Но никто из них не предусмотрел одного: вмешательства древних сил и старых пророчеств.

Глава 1. Необычный ребёнок

Богиня Иллиада, наблюдавшая за этом миром, больше ста лет видела, как старейшины управляли королевством. В Эльфии уже лет двадцать были тишина и мир. Наши тайные кукловоды жили неподалёку от маленького городка, в густом лесу. Своих шпионов отправляли в свои владения, чтоб следить за жизнью граждан и тайно управлять королевством. Их поставленные герцоги и наместники контролировали жизнь во всех областях Эльфии.

Мало эльфов знали дорогу к старейшинам. В народе ходили слухи, что, быть может, эти старые эльфы уже давно умерли. Только это было не так…

Прошёл месяц, как в семье эльфа родилось человеческое дитя. Девочка была не похожей ни на мать-эльфийку, ни на отца: она не имела заострённых ушей и белоснежных волос. Она была просто-напросто человек с русыми волосами и с зелёными глазами. На её кукольном личике красовался маленький изящный носик. Девочку назвали Мэлли. Ней, отец девочки, был в замешательстве. Он знал, что его жена Фейн всегда была верна ему и ничего общего с людьми не имела. Он никак не мог понять, как у него могла родиться дочь не эльфийка.

Нэй до сих пор помнил день рождения Мэлли. Был тёплый майский вечер, на горизонте алел дивный закат, такой, что дух захватывало, дул ветерок, птички пели – все, казалось, находилось в предвкушении чего-то волшебного. Его умиротворение прервал крик Фейн, и он сразу же помчался к ней, в дом.

– Что случилось? – переживая за свою любимую, спросил Нэй. Он перевёл взгляд на пол и заметил мутную лужицу. И тут он понял, что пришло время появиться ребёнку на свет.

– Позови повитуху, ты не сможешь помочь, – сказала Фейн, громко дыша, терпя свою боль.

Нэй подскочил и помчался так быстро, как только мог, он даже сразу не сообразил, куда ему бежать. В тот момент он молился всем богам, чтоб они ему ответили и указали дорогу. Подбежав к лавочнику, он с ходу спросил:

– Подскажите умоляю, где можно найти повитуху?

– Иди по этой улице до конца. Там на окраине увидишь маленькую хижину. В ней живёт повитуха, – ответил лавочник.

И он снова принялся за свою работу, зазывая народ, чтоб те покупали его товары.

Нэй, как молния, быстро добрался до опушки леса, где располагался домик эльфийки. Он действительно находился на окраине маленького городка. Обветшалый дом не зря его лавочник хижиной назвал.

Лишь то, что вокруг росли лилии, делали дом более живым. А в тот момент, когда он без стука ворвался к повитухе, на него едва не упала черепица на голову.

– Помогите моей жене, она рожает, я не знаю, как ей помочь, – громко дыша, сказал он эльфийке. Повитуха была очень удивлена, хоть виду не подала.

– Да, да. Конечно, помогу, – девушка накинула свой серый плащ. – Дай время собраться, – попросила она будущего отца и принялась быстро собирать в сумку вещи, которые могли пригодиться: успокаивающие травы, пару готовых одёжек для ребёнка.

Теперь Нэй и повитуха неслись, как ураган, к дому роженицы. Обратная дорога заняла от силы минут десять. Всю обратную дорогу будущий отец беспокоился, не случилось ли чего с его супругой и с их ребёнком. В мыслях вертелось только одно: чтобы с его любимой все было хорошо. Через пять минут они уже были в доме, застав Фейн стоящую на четвереньках и дышавшую тяжело и громко.

– Выходи, – приказала ему повитуха, – дальше без мужских глаз справлюсь.

Нэй быстро вышел из спальни, но никак не мог успокоиться и от переживаний стал ходить по комнате туда-сюда. Время от времени повитуха говорила ему что—то принести, Нэй сразу же приносил всё необходимое: горячую воду – пожалуйста, ещё простыней – сию же минуту.

К утру Нэй услышал плач младенца, а спустя мгновение – крик повитухи. Она вышла к Нэю, быстро передала ему ребенка и молниеносно сбежала. Он так и остался стоять с младенцем на руках, взирая на резко захлопнувшуюся дверь. Сначала он даже не понял, почему эльфийка так стремительно сбежала. Однако, взглянув на ребёнка, он все увидел: у малышки не было заострённых ушек, ни малейшего намёка. В двадцать первый день месяца мая родилась она – человеческое дитя, которому предстояло изменить мир.

Теперь, спустя месяц, по всему городку поползли слухи, на них показывали пальцем: ни за покупками нельзя было спокойно сходить, ни прогуляться не выйти. Дабы решить эту проблему, Нэй решил пойти к старейшинам, ожидая получить от них ответы или совет, что делать.

Он шёл он по тропинке и остановился на перепутье, задумавшись, куда идти дальше: направо или налево. Обе тропинки были протоптаны, и непонятно было, куда ведет каждая из них, да и у других эльфов не спросить: после того как родилось человеческое дитя, все отвернулись, говорили за его спиной про него и его любимую.

Нэй остановился и стал прислушиваться, с какой стороны раздавался шум. Он закрыл глаза, прислушался и спустя несколько минут понял, в каком направлении ему идти. Он пошел по тропинке, которая вела направо, в мыслях о будущей несладкой доле их семьи.

Погрузившись в свои мысли, он даже не заметил, что уже дошёл до поселения старейшин. В этом селе он заметил несколько домов, в которых, очевидно, и жили старейшины. В центре поселения стояла беседка, где все старейшины пили чай и говорили о прошлом. Логично, что их разговор кроме них самих никто не слышал, осторожность никому ещё не мешала.

Когда же разговор закончился, купол исчез, Нэй осмелел и решил обратиться к ним с вопросом:

– Подскажите, как мне быть? У моей жены родилась обычная человеческая девочка. Я не знаю, что мне. – По его голосу было понятно, что он действительно переживает.

– Нэй, вырасти её, прими доченьку, от этого зависит вся наша жизнь. Существует древнее пророчество о том, что будет с нашим миром, если в семье эльфа родится человек. Не кто другой, как человек. По легенде человек станет защитником всех шести миров, – ответила Фирида.

– Хранительницей миров, – уточнил Мейн, переглядываясь со своей уже женой Лютицией.

– Эти шесть миров – Земля, где обитают волшебные существа, Фирилия – мир вампиров, Конан – страна фей, Лейвия, населенная людьми и монстрами, Эйфия – место для магов и эльфов, и Эльфия, где проживают лишь эльфы. Ей предстоит пройти много испытаний, трудностей и опасностей. Малышке придётся выбрать сторону либо добра, либо зла, – сказал Ливер, а про себя подумал: «хотя за вас уже выбор сделали мы».

– Когда ей исполнится шестнадцать, вам придётся отдать её в школу магии в Эйфие, после чего она будет защищать все шесть миров, – дополнил Мейн.

– А что мне сказать жене? Как она это всё воспримет? – спросил немного взволнованно Нэй.

– Не волнуйся, мы сами ей скажем, – пообещал Дривейн, желая немного успокоить встревоженного Нэя.

– Обещаешь, что ты достойно вырастишь свою дочь? Обещаешь, что ты не бросишь её? – спросила Лютиция молодого отца.

– Обещаю, – ответил он. – Но как мне скрыть от эльфов, что она человек? Я боюсь, что они будут пальцем показывать на нашу семью. Много чего придумать можно, да и слухи распустить могут, – сказал он немного испуганно.

– Об этой проблеме ещё поговорим с советом старейшин. Приходи на следующий день, мы сегодня всё обсудим. Как придёшь завтра, сообщим тебе своё решение. Иди домой, Нэй, – сказал Ливер, главный из старых эльфов.

Нэй поклонился старейшинам и побрёл домой. Пройдя опушку, он увидел свой маленький городок, где перед ним предстала такая картина: стоит перед его домом толпа эльфов и эльфиек. Он сразу понял, в чём дело, и быстрее зашагал к дому. Как он и думал, эльфы пришли посмотреть на его дочь и поболтать о ней, и уже начали поговаривать и пускать слухи среди собравшихся. Как показалось Нэю, им не понравилась его дочь.

Он побежал бегом, чтобы отогнать нежеланных гостей, и прокричал собравшимся:

– Прочь! Не лезьте! Это не ваше дело, моя жена была верна мне. Почитайте в библиотеке пророчества сначала, прежде чем поливать нашу семью грязью.

В толпе послышались возгласы, мол не уйдём, и что семья Нэя должна уйти. Вскоре подбежала стража. Хватило пары громких слов и показательного залпа огня в воздух, чтобы все разошлись по домам.

Он прошёл по тропинке своего сада, и, дойдя до палисадника, остановился. Нэй задумался о том, как жизнь жестока к ним, о том времени, когда дочь придётся отправить в другой мир. Он стал переживать за ее жизнь и о том, что её дочери придётся стать хранительницей.

Жена его сидела около окна, наблюдая за происходящим, и вдруг увидела своего мужа. Она окликнула его:

– Нэй, зайди в комнату, нам надо поговорить, только не кричи, она только что уснула, – сказала Фейн серьёзным тоном.

Нэй прошёл в дом. В углу комнаты, рядом с их кроватью, стояла маленькая кроватка, где мирно спала их дочь.

– Нэй! Мне всё надоело. Ты меня понимаешь? Я устала от всех этих сплетнях о нас. Меня очень беспокоит толпа зевак возле нашего дома. Если ты уважающий себя мужчина, то должен решить эту проблему! Ты меня понял? – вполголоса произнесла Фейн.

– Моя любимая! Мы со старейшинами сегодня поговорили. Я узнал много нового, но обсудим это завтра. Потерпи ещё денёк, я уверяю тебя, что мы решим эту проблему. – Сказав это, Нэй обнял и поцеловал её в щёчку. – Успокойся, любимая, у нас всё получится, всё решим и будет хорошо…

Вечером старейшины сидели в беседке, обсуждая между собой, как лучше поступить в сложившейся ситуации. Было видно, что они нервничали, и каждый пытался найти способ решения.

– Конечно, мы предполагали, что пред нами появятся преграды, – произнесла Фирида. – Но чтобы настолько серьезные, я даже предположить не могла.

– Но ведь мы смогли заточить в картину могущественную ведьму, которая была против нас, – напомнил всем Мейн.

– Надо поступить по—умному, следует растить её рядом, чтоб она думала и принимала нас за своих. Может, тогда обойдётся, – предложила Лютиция.

– Знаете, я с Лютицией солидарен, давайте обсудим данный вариант, – сказал Ливер. – Согласные, поднимите руки, – продолжил Ливер, и проследил, как все поочерёдно поднимают руки – все, кроме Дривейна.

– Почему ты не поднял руку, Дривейн? – спросила у него Лютиция. – Мы здесь решаем, как защитить нашу власть и влияние, а ты один против.

– Я не согласен лишь потому, что считаю, нам это ещё аукнется. Не боитесь, что она узнает о нашем прошлом, когда она вырастет? – спросил он у присутствующих, все нахмурились и задумались.

– Давайте, мы от нее просто избавимся, – предложил Мейн. – Можно, как вариант ребёнка отравить, и дело с концом, – добавил эльф и зловеще улыбнулся. От доброго и заботливого юноши ничего в нём не осталось. Все, кто теперь упивался властью, превратились в злых, жадных до могущества эльфов.

– Предлагаю её растить рядом. В случае непредвиденных обстоятельств наша тайная служба будет защищать нас и эту девочку. А если вдруг недруги подберутся слишком, отправим её в Эйфию учиться и набираться опыта. Там находится защитный купол, а через него нельзя пройти без согласования с директрисой, – предложил Нейван.

– Кто за вариант Нейвана, голосуем. – И все один за другим начали поднимать руки. На этот Дривейн тоже поднял свою ладонь, на том и порешили, что так и будет.

– Завтра этому олуху всё и сообщим, – заключил Ливер. – А пока пусть наши слуги начинают строить для них домик.

На том все и согласились, разбрелись по своим жилищам, и каждый из них был в восторге от принятого решения.

Глава 2. Решение проблемы

Рано утром Нэя разбудил крик его дочери. Из спальни доносились звуки колыбельной, которую пела Фейн. Окончательно проснувшись, он увидел свою любимую и засмотрелся. Её длинные волосы пепельного цвета были заплетены в красивую причёску, а её синие глаза, как и прежде, сводили его с ума. Когда она пела песенку малышке, то улыбнулась, и на её щеках виднелись ямочки. Залюбовавшись ею, Нэй не сразу вспомнил, что нужно спешить. Он быстро накинул на себя льняную рубашку, затем надел чёрные штаны, затем подошёл к зеркалу и причесался, немного постоял и произнес:

– Идеально… Моя дорогая, мы будем завтракать? Я голодный, как волк. – Глазами он уже искал, что можно съесть, и не увидел. – Когда что—то ищешь, когда торопишься, никогда не можешь найти, – улыбаясь, проговорил он.

– В кухне посмотри, на столе в тарелке, – сказала Фейн, увидев, как он метался туда—сюда в поисках еды. – Я приготовила твои любимые пирожки с Янь – травой, кушай, любимый. Приятного аппетита! – заботливо произнесла она.

– Спасибо, как ты только время находишь. Какая же ты у меня умничка. Я быстро поем и побегу к старейшинам. Они уж подскажут, что делать с нашей проблемой. Ситуация у нас, конечно, странная. Но знай, мы семья и со всем справимся, – приободрил он её.

– Вчера они сказали подойти на следующий день, надеюсь, они нашли для нас решение, – произнес Нэй. Он позавтракал пирожками с чаем, поблагодарил жену и поцеловал ее на прощание. Затем быстро надел свои ботинки на шнуровке и отправился в лес, по натоптанной тропинке, туда, где жили старейшины. Со своего прошлого визита он запомнил к ним дорогу. Весь свой пусть он думал, что скажут ему старейшины. В дороге ему стало интересно, почему они живут глубоко в лесу, а не в селе со своими поданными. Все, о чем он думал теперь – это как уберечь своих жену и дочь.

Вскоре он подошел к дому старейшин и увидел такую картину: в просторной беседке посреди поляны, которую окружали домики старейшин, сидели за столами и завтракали старейшины. Нэй не знал, о чём они говорят. Подойдя ближе к столу, эльф понял, что решается судьба его маленькой дочери – девочки, которой предстоит стать хранительницей миров…

Он постоял в стороне ещё несколько минут, но его никто не замечал, так как старейшины горячо спорили о судьбе её дочери. Тогда он решил окликнуть их.

– Здравствуйте, старейшины! – произнес он.

– Здравствуй! Ты как раз вовремя. Мы решили, что нужно сделать, чтобы вас никто не смог обидеть, чтобы вас никто не смог оклеветать, чтобы на вашу семью никто искоса не смотрел, – сказал Ливер. – Садись, сейчас мы всем объясним.

– Скорее скажи, мне не терпится узнать, что вы решили, – сказал Нэй в предвкушении решения его проблемы. Эльф ещё не подозревал, что ему приготовили, и что от эта новость повергнет его в шок.

– Нэй, вам с женою придётся переехать в лес, пока вашей дочери не исполнится шестнадцать. Это то решение, которое мы приняли. Вам придётся жить отдельно от вашего городка, но вы сможете приходить к своим родным, в магазины за продуктами, к вашим бывшим соседям, родителям, – с грустью в голосе сообщила Лютиция.

– Что я должен сказать своей жене? Что она скажет на это решение? – чуть ли не сорвался Нэй. – А другое решение вы не можете предложить? Как я должен жить отдельно от своего городка? Вдали от своих родителей? – он разозлился, ведь не каждому понравится покидать родные края.

– Пойми же нас, по—другому мы не можем устроить, чтобы ваша дочь жила в безопасности и хороших условиях, – пытаясь его успокоить, произнесла Фирида.

– Мы не понаслышке знаем, как важно расти в спокойной и приветливой среде, – попытался убедить Нэя глава старейшин Ливер.

«Да какая разница, согласится он или нет. В конце концов смогу убедить его силой. Лишь из-за того, что ты боишься, власть я терять не буду», – думал Ливер, глядя на Нэя.

– У меня большие сомнения, что пережитое даст ей хороший толчок для развития. Знаешь, что может быть с ней, когда она вырастет? – продолжил глава старейшин. Слова, сказанные им, по большей части были правдой. Девочку необходимо держать под контролем. – Вот будет Мэлли воспитываться в среде, где на нее искоса смотрят, сплетни распускают. Вы думаете, она хорошей девушкой вырастет? – спросил он у него Невайн.

– Я не знаю, – сказал Нэй. Честно, он даже не задумывался, что от этого пренебрежительного отношения может случиться что-то плохое. Вот в чём он не разбирался, так это в воспитании. Он стал отцом месяц назад, какое там воспитание. Главная проблема заключалась в непринятии общества и осуждении.

Хотя некоторые моменты и были преувеличены. Старейшины боялись, что их власть иссякнет, и они потеряют могущество. Для них было главным, чтобы эта девочка оказалась под их влиянием и верила каждому их слову, подчинялась им. – Я вот могу сказать. Когда она вырастет, то наберётся сил и захочет отомстить своим обидчикам. А впустив зло один раз в свое сердце, она станет источником зла. Дальше может произойти худшее. Она сможет уничтожить все шесть миров, – подытожил Мейн.

– Ступай домой. Эльфы устроят вас здесь со всеми удобствами. Некоторое время вам придётся жить с нами, старейшинами. Согласен?

Даже если бы он отказался, Мейн использовал бы заклятие убеждения, и всё равно добился своего.

– У меня нет выбора, и ваше решение я не стану оспаривать. Надеюсь, что моя жена меня поймет и одобрит мой выбор. Но всё же на всякий случай отправьте сообщение, чтобы она могла узнать о принятом решении, – сказал Нэй.

Старейшина взял свой жезл, взмахнул им, и мгновенно перед ними возникло изображение жены Нэя с дочерью. Старейшина произнес:

– Здравствуй, Фейн. Мы хотим сообщить тебе наше решение, – он остановился, желая лучше подобрать слова, чтобы меньше ранить ее своим решением.

– Говорите же! – воскликнула эльфийка. – Не томите, я хочу знать, что будет с нами, – быстро проговорила Фейн. По её голосу было понятно, что она сильно переживала за свою дочь и за будущее своей семьи.

– Мы решили, что лучше будет, если вы с семьей переедете в лес, на время, до тех пор, пока вашей дочери не исполнится шестнадцать лет, – сообщила Фирида.

– Как в лес? Но здесь мои друзья, родственники… Как же мы без них?.. – После рождения дочери многие отвернулись от них, но были и те, кто остался.

– Не беспокойся, Фейн. Вы сможете спокойно приходить к ним в гости. Оставаться там, но ненадолго.

– Хорошо. Где мы будем жить? – спросила она, желая узнать подробности.

«Всё же я им не особо доверяю, они ставят нас в тупик. Выбор вроде есть, и в то же время его нет, – подумала про себя Фейн, но озвучивать не стала. – Такое ощущение, что все уже решили за нас, еще до того, как все это произошло».

– Мы будете жить в собственном доме, который вам уже строят. Это будет недолго, работы займут лишь неделю, и вы сможете жить отдельно. Не переживайте за приватность, – сказал глава старейшин.

Было время обеда. Девочку надо было покормить, сменить пелёнку, уложить спать. Сейчас для нее главное – вырасти здоровый и крепкой. Фейн взяла бутылочку теплого молока и принялась кормить малышку: после пережитого стресса у самой Фейн молоко не появилось. Поменяв пелёнки на сухие, эльфийка снова уложила дочь спать. Со сном у ребенка проблем не было, она была некапризной и спокойной девочкой. Когда дочь уснула, Фейн сразу же начала собирать вещи.

– За тобой приедет повозка, собери вещи, которые вам необходимы, – сказал Нейван.

Фейн мучали тревожные мысли и чувства. Сперва у неё рождается человеческое дитя, и вокруг ползут слухи, теперь же новость о переезде в глухой лес ее вовсе не радовала. Она согласилась с решением старых эльфов только ради блага дочери и ради спокойной жизни с мужем. Она обошла весь дом: осмотрела комнаты, кухню, где они с мужем пили чай, зашла в спальню, где и появилась н свет их дочь. От мыслей, что сюда она больше не вернётся на глазах проступили слёзы – еще чуть-чуть, и она бы заплакала навзрыд. Остановило ее лишь то, что в комнате сопела маленькая Мэлли.

В первую неделю после рождения малышки Фейн, державшей ребенка на руках, часто казались непонятные вещи: то она сидит с ребёнком на руках, и смеётся, и что-то приговаривает. Потом ей вдруг казалось, что всё это сон, что она скоро проснется и все будет, как прежде: муж-эльф рядом, она беременна, рождение прекрасной малышки- эльфийки, а не человеческого дитя. Со временем эта странность сама по себе не ушла, но Нэй помог супруге преодолеть кризис после родов. Новость о том, что у нее родилось не то, что она ожидала, сводило ее с ума. Лишь поддержка ее любимого помогла преодолеть эти сомнения. Нэй обнимал ее, говорил с ней, и это потихоньку вернуло ей ясный ум. Часто муж шептал ей на ушко: «Пусть у нас и родилась девочка без острых ушек, но она все равно одной крови с ними».

Закончив со сборами, Фейн села за стол, дабы насладиться ароматным свежезаваренным чаем с булочкой. Все вещи для малышки были сложены: пелёнки, распашонки, запасные бутылочки – всё, что успело накопиться за месяц. Получилась целая сумка. Вещей мужа оказалось тоже не мало – целых три мешка. Но больше всего места занимали её собственные наряды, косметика, украшения и, конечно, очень много обуви. Теперь, покончив с делами, в ожидании отъезда, она решила в последний раз попить чай в своём прежнем доме.

Чайник кипел на магической печи, выполненной в виде дощечки. При её использовании тратилась некоторое количество маны, и она грела и жарила всё, что было нужно. Плита была слишком большая и тяжелая – такую с собой не возьмешь. Да к тому же дорогая.

Чайник вскипел, Фейн залила травы кипятком, подождала, пока отвар настоялся. «Что же может быть лучше кружки ароматного чая с какой-нибудь сладостью», – всегда говорила она Нэю. Со временем и он полюбил пить чай вместе с ней. С тех пор оба сидели и наслаждались чаем и разговаривали обо всем на свете. «Самое лучше в конце дня – приятно мне вспоминать такие моменты».

Ее мысли прервал звук копыт и фырчанье коня за окном.

Глава 3. В гостях у старейшин

«Уже месяц прошёл, как родилась моя дочь, а мне до сих пор сложно свыкнуться, что она совсем не такая, как я, хоть мы с ней и одной крови. Внешне она даже похожа на меня, если не брать во внимание уши. Помню, в тот день, когда я родила, повитуха сразу сбежала, как только увидела её. Я тогда была слишком слаба, чтобы понять, что произошло. А когда набралась сил… Тогда я поняла, что случилось. У меня родилась человеческая девочка, у меня… у чистокровной эльфийки. Для меня это был шок. Отрицание, гнев по отношению к дочери.

Кроме того, начались расспросы со стороны мужа и ссоры с ним. С ребёнком устаёшь за день, и тут еще и это…» – вспоминала Фейн.

– Может, в твоём роду был предок-человек? – громко и показательно спрашивал Нэй. – Я просто не пойму, как такое могло произойти. Может быть, ты вообще изменила мне, пока я помогал отцу с его делами, – на полном серьёзе высказал ее муж.

– Подожди, что? Изменила? – от такого предположения Фейн дар речи чуть не потеряла, стала часто дышать, чтоб успокоиться. Ее муж, увидев это, сразу понял, что был не прав.

– Знаешь, я погорячился. Не прав. Прости меня за эти слова. – Он виновато смотрел в пол.

Не сразу молодой матери удалось остыть от его слов, поэтому она с ним несколько часов не разговаривала. Она любила его, как и прежде, и оставалась верна своему выбору и никогда бы не изменила. А ведь до встречи с ним ей предлагали стать герцогиней. Клялись в любви, но она выбрала его. Это будто была искорка магии, пробежавшая между ними. Ни за какие богатства в мире Фейн не променяла бы его.

В тот вечер он быстро куда-то ушёл, а спустя полчаса прибежал с охапкой цветов, тех самых, что дарил ей в начале их отношений. Это были белые лилии. А за спиной он держал коробочку. Это были ее любимые булочки с шоколадом.

– Фейн, любовь моя, прости, я не должен был таких слов говорить, – сказал он и протянул ей цветы и коробочку с булочками. – Надеюсь, ты сможешь меня простить и понять…

Она держала в руках букет лилий и заветную коробочку, вдыхала аромат цветов, но чувствовала лишь запах лекарств. Да ещё и пыльца в нос попала. Фейн улыбнулась от такого казуса.

– Не могу на тебя долго злиться, – сказала она, обняв мужа, и поставила в вазу цветы. – Отношения – это когда мы можем выслушать друг друга и решить проблему вместе. Иди сюда, мириться будем.

Первую неделю после рождения Мэлли ей всё казалось, что это сон. Она часто ловила себя на том, что перестала понимать, где сон, а где явь. Ей казалось, что она сейчас проснется и увидеть, что у нее всё, как у нормальных эльфов: у них прекрасная дочка-эльфийка, и никто на них не косится и не показывает пальцем. Днём же ее встречал ее человеческий ребенок, Мэлли. Фейн даже не представляла, как она справилась, если бы не ее муж, не его поддержка и правильные слова.

Сегодня всё решилось. Ждать возвращения любимого не пришлось. Сам глава старейшин сообщил ей, что они должны переехать к ним в лес. После разговора со старейшиной Фейн поняла, что выхода у них другого не было. Поэтому теперь она собирала вещи и прощалась со своим домом, где она так долго жила. Дочь лежала в кроватке и спала. Она даже не запомнит этот дом. Жилище, в котором она родилась… Спустя время Фейн потихоньку свыклась, даже стала замечать, что она очень похожа на меня. А вчера узнала, что ей предстоит такая судьба – даже жалко её, ей предстоит нести на своих плечах такую ответственность. Фейн надеялась, что сможет её достойно воспитать, а любовь к ней появится со временем. Сегодня Нэй снова ушёл, а вчера перед сном он рассказывал ее, что всё вскоре решится. Тут он был прав, просто она устала от постоянных сплетней о себе и о своем муже – «олене, которому жена рога наставила».

Нэй зашёл и обнял меня. Когда он увидел, сколько вещей предстоит ему загрузить в повозку, глаза его округлились от удивления, тем не менее, он начал переносить сумки.

– Любимая, пойдем поскорее, – торопил он супругу. Наверное, ему сложно было понять, как ей тяжело прощаться с местом, где она провела юность. Больно ее сердцу расставаться с родным для нее местом.

– Да, да, сейчас. Прощай, мой дом, теперь нескоро встретимся, – с тоской в голосе сказав это, Фейн села в повозку, и повозка тронулась.

Они ехали по извилистой дорожке, о которой даже не догадывались прежде. Со всех сторон был лишь лес. «Прощай цивилизация», – подумала Фейн. Всю дорогу Нэй держал их доченьку на руках и так ласково смотрел на неё… Он наконец-то принял её, и Фейн надеялась, что и она сможет полюбить ребенка.

Незаметно прошёл час, и они подъехали к дому старейшин. Фейн знала, что все эльфы хотят побывать в гостях у старейшин, но только не она.

Выйдя из повозки, Фейн увидела, что тут, оказывается, не так страшно, а даже довольно красиво, в этом густом лесу, куда никто не осмеливался зайти. Оказалось, что здесь, на большой поляне, располагаются домики и в центре – беседка. Шикарное место, только в магазин не сходить. Осмотревшись, Фейн сразу же повеселела, довольно просторно, да и читала в журнале, что свежий воздух полезен детям для развития. Решение, которое принял ее муж, уже не казалось ей столь неприятным. Дочь уже проснулась к их приезду, и Фейн развлекала ее погремушкой. Нэй помог Фейн и малышке спуститься с повозки и достал все вещи с повозки. Несколько тяжелых дорожных сумок он положил на землю. Нэй хотел поддержать жену и обнял ее.

– Я вас так сильно люблю, рада, что нападки соседей закончатся! – с улыбкой сказал Ней.

– Я тоже. – И она обняла мужа.

– Зайдите в дом, не вечно же вам стоять у калитки, – сказал глава старейшин Ливер. – Мы для вас приготовили комнаты, надеюсь, вам понравится.

Пройдя по тропинке, они подошли к крыльцу двухэтажного дома, и старейшины пригласили семью войти в дом. Дом был маленький и уютный, в нём жила и одна из старейшин – Фирида. Нэй и Фейн осмотрелись: это был красный двухэтажный дом с крышей из черепицы и несколькими большими окнами. Перед домом располагался сад, напоминавший, особенно теперь, летом, сказочное цветочное поле. Нэй заметил много цветов: разных, красивых. Фейн, увидев это, была ошеломлена, ведь она в жизни столько красивых цветов не видела. Там были бутоны и синего, и красного цвета, все они очень вкусно пахли. Большинства цветов, что росли в саду, она всё же узнала: альстромерии, гипсофилы с нежным белым пушистым цветением, розовые пионы, хризантемы. Рассматривать их времени не было, их торопил Дривейн: «Давайте быстрее, хочу поскорее уже домой». Всё это время этот молчаливый эльф, крепкий и сильный, помогал таскать им тяжёлые сумки.

– Как у вас красиво, просто прекрасно! Вот бы мне хотя бы один цветок взять, – мечтательно сказала Фейн, посмотрев на эти цветы.

– Бери, какой хочешь, мне не жалко, – сказала Фирида, одна из старейшин.

– Спасибо, они прелестны! – восхитилась эльфийка её садом. Она быстро подбежала и сорвала несколько цветов, успев вдохнуть чудный аромат хризантем.

– Моя любимая, давай зайдём, ведь так можно и нашу дочь простудить, – сказал Нэй, немного торопив её.

– Да-да, конечно, идем, – она всё быстро осматривала вокруг.

С мужем они прошли в прихожую и ахнули от удивления. В комнате, на стенах, висело много красивых пейзажей. Внутри так было светло из-за цвета стен. Нежно-голубой цвет стен в сочетании с белыми занавесками делали помещение воздушным, как облака. Шкафы для вещей были сделаны очень умело и украшены резными орнаментами. Нэй даже позавидовал мастеру. Он тоже как-то пытался делать мебель на заказ, но к радости Фэйн, у него не получалось. Дома больше не было деревяшек и опилок – заметно меньше уборки. Муж опустил руки, но вскоре занялся со мной отварами и травами.

Все старейшины вошли дом, только Дривейн поставил быстро вещи в комнату и сразу же ушел. По его поведению было понятно, что он не особо любит компании.

– Ну что же, проходите, сейчас я покажу вам ваши комнаты. Они расположены на втором этаже, – сказала Фирида, провожая их в комнату. Здесь было довольно удобно и очень красиво. Как потом оказалось, это помещение предназначалась для особо важных гостей. – И ещё, вечером наденьте что-нибудь праздничное, устроим маленький праздник в честь вашей дочки. – Сказав это, она ушла.

Наконец-то они остались одни. Комната была просторная, вид из окна, конечно, был на лес. Возле двери стояли вещи, которые предстояло разобрать. Эльфы так вымотались из-за переезда, да еще эта история со сплетнями не давала покоя Фейн. Выдохнув, она порадовалась, что сможет поговорить с мужем наедине.

– Дорогой, ты счастлив, что наша семья здесь? – спросила Фейн.

– Не очень. Но у меня есть ты, а теперь и дочь. Мы должны крепиться, нам ещё нужно вырастить нашу дочь, – сказал Нэй. Он пытался приобнять жену, но его благоверная была другого мнения.

– Давай разместим наши вещи, обустроимся здесь, – предложила Фейн. – А объятия и поцелуи оставим на потом, – нахмурив брови, строгим тоном произнесла она.

Нэй молча согласился, начал раскладывать свои вещи в шкафу, к нему сразу же присоединилась эльфийка. Они разбирали багаж с одеждой достаточно долго, в это время Мэлли просыпалась дважды, мама сразу же подбегала её кормить и укладывать.

Ближе к четырем вечера всё было закончено, все вещи были уложены по своим местам. Уставшие, они легли на кровать и, наконец, выдохнули. Раньше они хоть жили в накалённой атмосфере, но всё было размерено. Здесь всё изменилось, придётся потихоньку привыкать. У них было ощущение, что теперь они здесь надолго.

Глава 4. Крестины

Прошло больше двух часов с того момента, как они зашли в комнату для гостей, которую им выделил старейшина Ливер. Комната была просторная, здесь располагался комод, на который Фейн сразу же постелила маленькое стёганое детское одеяло, решив, что там будет менять пелёнки и одежду дочери. Ближе к окну находилась тумба, а рядом – двуспальная кровать, заправленная пледом бежевого цвета, и на ней две подушки того же цвета.

Ближе к двери находился шкаф – просторный внутри и небольшой снаружи —магия пространства, а силы у старейшин необычные, не хотелось бы иметь в их лице врагов. К ним в дверь постучали как раз в тот момент, когда Фейн положила дочь на кровать. Она быстро достала для малышки из ящика светло-розового цвета платье, которые сама шила. Малышка закряхтела, а мать аккуратно сняла с нее одёжку, аккуратно сложила ее, надела на девочку ей платьице и колготки, которые были куплены в лавке, ещё там, в городке.

– Открой дверь, посмотри, кто там, – попросила она мужа. Открыв дверь, Нэй увидел старейшину Фириду. Она была в платье, и Нэй отметил, что мужская одежда ей все же идет больше. Не идут ей платья, это факт, выглядела она, как сморщенный изюм. Фасон платья старейшине не шел, а тем более с вырезом. Замашки, как у высшего общества. Фейн также отметила, что ее стиль – это все же штаны, свитеры и короткие волосы.

– Фейн и Нэй, вас все ждут, спускайтесь, и дочь возьмите с собой. Поторопитесь, вас все ждут. – Эти слова прозвучали не как приглашение, а как приказ. Тогда молода чета принялись судорожно искать в шкафу наряды. Благо, что Фэйн предусмотрела подобное, поэтому у них были готовые варианты на всякий случай. Обидно, что из-за спешки она не успела сделать себе причёску. Впопыхах успела лишь расчесаться, и всё. Нэю было проще, он практически постоянно ходил с убранными в хвост волосами.

– Давай одеваться, а то некрасиво опаздывать на собственный праздник. Что ты наденешь? Я вот это, – Фейн показала наряд. Это было бирюзовое платье ниже колен с каймой нежно-белого цвета. Она начала быстро переодеваться. – Не горю желанием опаздывать на праздник нашей дочери, – добавила она.

– Я надену шелковую рубашку и брюки, вышитые серебряными нитями, – сказал Нэй и стал снимать с себя одежду. Он расстегнул рубашку, и, увидев его шикарный накаченный торс, Фейн залилась румянцем. Нэй слишком был занят переодеванием и не заметил этого. Когда же он снял брюки, Фейн невольно сглотнула. «Боже, Фейн, – сказала она самой себе, – не сейчас». Через десять минут они изящно и красиво спускались по лестнице к гостям. Мэлли была на руках у мамы, Нэй поддерживал ее, чтобы та не упала, и ничего такого не случилось. Дойдя до зала, они поняли, что все-таки опоздали, все гости уже собрались.

Увиденное поразило Фейн, она была очень рада. В первый же день после приезда их дочери устроили крестины. Каждый бы радовался, осознавая, что ничего готовить и убирать не пришлось. Хотя, по правде говоря, эльфы все же повелись на показушную доброжелательность. Они медленно зашли в зал и увидели, что за столом сидят не только старейшины, но и феи. Эти феи были красивыми и чем-то напоминали легкие перья. Здесь же была кроватка, застеленная красивым пледом. В зале сидели красиво одетые сидели: сами старейшины и феи. Прислуга, приготовившая этот пир, стояла возле дверей, ожидая смену блюд.

– Положите туда малышку, – произнес Дривейн. Наконец-то он задержался среди гостей: он любил детей, поэтому для него крестины ребёнка было святым делом. Нэй и Фейн сели, тут и началось её благословение. Над Мэлли начали кружиться феи, чем-то осыпая её. Это была волшебная пыльца, они дарили её девочке. Мэлли радовалась. Ведь на неё сыпалось много светящийся пыльцы.

– Дарую тебе, малышка стойкость, чтобы ты никогда не шла назад, не отступала, – осыпая ее пыльцой, пела фея.

– Прими же и мой дар, – сказала маленькая фея в зелёном платье. – Красоту. Пусть она тебе помогает по жизни. – Фея осыпала малышку пыльцой и присела на стул.

– Мужество и отвага. Пусть они помогут тебе в твоей нелёгкой жизни, – прошептала другая, тоже осыпая малышку пыльцой.

– Надеюсь, мой подарок поможет тебе в трудную минуту. Дар мой – мудрость, – последняя фея также осыпала малышку пыльцой. В воздухе искрилась магия, и при взгляде на Мэлли казалось, что она принесёт в жизнь только добро.

– Мы поздравляем тебя! Фейн, у тебя очень-очень милая девочка, – сказала ей фея мудрости.

– Спасибо, – смущаясь, ответила Фейн. – Я очень рада тому, что вы для нас сделали, – обратилась она к старейшинам, не удержалась и тут же обняла Нэя.

– Не стоит благодарностей. Мы просто решили, что хотим устроить крестины, – сказал Ливер, главный из старейшин.

– Давайте поднимем тост за новую жизнь и за свершения, что ей предстоят, – провозгласил он. Все собравшиеся дружно подняли свои фужеры, выпили за здоровье. Фейн смотрела на это гулянье осуждающее, она никогда не пила и пить не собиралась. До самого вечера они танцевали, пили и ели – одним словом, веселились. Фейн одна сидела рядом с кроваткой.

Дривейном тоже нянчился с Мэлли, заменял Фейн, когда ей необходимо было отойти. Она отметила, что стол был накрыт шикарно. Там были пироги, эльфийское вино, торт, сок и фрукты, горячее, печёная картошка с курицей, салат с сыром.

Беседа тоже хорошо проходила – говорили о волшебстве, рассказывали истории из детства, говорили даже о том, что было бы стыдно рассказывать на трезвую голову. Фейн была рада этой встрече, вечер оказался таким душевным. Во время гулянья происходило много интересного. Фейн смеялась от души, наверное, так она давно уже не смеялась.

Старейшины предложили сыграть в фанты. Прислуга достала откуда-то шляпу, каждый туда положил свою одну вещь. Ведущий был сам Ливер, он доставал фанту и говорил, что нужно сделать либо на какой вопрос ответить. Первая фанта, конечно же, досталась Нэю. Лидер старейшин дал задание исполнить танец нежити.

Мой муж дергал руками, держал их перед собой и танцевал, будто у него кости сломаны. Он так реалистично двигал ногами влево и вправо, что мне стало жутко. Фириде досталось же составить образ из того, что можно найти в соседних комнатах, и провести в таком виде целый вечер. На поиски дали всего десять минут, найти и одеться нужно было успеть очень быстро.

В качестве штрафа Ливер решил назначить выпить залпом фужер вина без закуски. В общем, Фирида вернулась в штанах, закутанная в занавески. Эпично и очень нелепо. Я улыбнулась, увидев ее в таком одеянии: ей так даже лучше, чем в том слоёном платье, в котором она напоминала капусту.

Дальше фанта досталась фее: ей загадали изображать единорога, а нам нужно было угадать. Учитывая ее рост и импровизацию, сложно было догадаться, что она хотела изобразить. В итоге она просто нарисовала единорога пыльцой, и только тогда все догадались. Остальным тоже выпали фанты: одним задавали вопросы, другим спеть, сплясать. Вечер пролетел незаметно и было жаль, что он близился к концу. Гости вместе со старейшинами дарили свои скромные подарки только перед своим уходом.

– Прими от нас шкатулку с драгоценностями, – преподнесла дар Фирида от лица всех старейшин. У них такого добра было навалом, им не было жалко, ведь главное для них теперь было – втереться в доверие, а для этого нужно было постоянно быть добрым и помогать.

– Я не могу это принять. Это слишком дорогой подарок для нас, – ошарашенно произнесла Фейн, посмотрев на старейшин. Ей в голову закралась мысль, откуда у них золотые украшения, если они живут в лесу.

– Принять обязана, это подарок от души. Сегодня перед богами мы крестили Мэлли. Все сегодняшние дары ты должна принять, побойся богов, – сказал Ливер. Тот, кто вместе со своими друзьями сделал очень много плохого, говорил теперь подобное. Кому-кому, а ему лучше было бы не говорить про богов и их наказание.

– К сожалению, мой дар скромный. Вот тебе амулет. – Фея надела его эльфийке на шею. – Пусть поможет тебе в развитии, – произнесла черноволосая фея и быстро ушла. Она подарила семье несколько амулетов, и все они были красивые: один с круглым топазом в золотой оправе, другие два – с красным камнем, название которого Фейн не знала. Этот амулет фея сразу же надела на Мэлли. Фейн поблагодарила всех и покинула праздник. Мать с дочерью поднялись в свою комнату и легли спать.

– Милая, спокойной ночи, – сказал Нэй и поцеловал жену в щеку. Сам он поднялся позже, после того как проводил всех гостей. Фейн, несмотря на то что уже месяц мучалась с недосыпанием, жутко страдала от нехватки спокойных дней, ребенок ночью часто плакал, просил кушать, ей нужно было менять пелёнки, всё равно она была рада этому дню. Ведь он начался там, где на них не смотрят с презрением, где никто не говорит, что она блудница, изменившая своему мужу. Она надеялась, что после переезда у их семьи каждый день будет проходить в дружеской обстановке. Ей всегда хотелось весело и приятно проводить время со своей семьёй. Потихоньку она свыкалась с ролью мамы особенного ребёнка.

Утром все старейшины собирались в доме. У них была неплохая традиция завтракать всем вместе, хотя бы раз в неделю. Традиция эта повелась давно, еще с того времени, когда они собирались на чаепития с Ликой. Теперь молодая семья тоже раз в неделю присоединялись к их завтраку. Они вместе кушали кашу и салаты, пили чай с булочками. Фейн всегда была рада чаепитию в хорошей компании. Незаметно пролетела неделя, и она свыклась со своей лесной жизнью со старейшинами.

Глава 5. Дом, милый дом

В тот вечер, когда Нэй ушёл домой после посещения поселения старейшин, было отдано несколько важных приказов. Первый из них – построить удобный и красивый дом с удобствами за неделю. «Иначе вы знаете, что я сделаю с вашими родными», – пригрозил Ливер.

Слуги из кожи вон лезли, чтобы выполнить приказ старейшины.

За пару дней они успели лишь забрать готовые стройматериалы и залили фундамент под дом. Только Дривейн, в тайне ото всех, помог им построить дом. Поздно ночью, когда все спали, инкогнито, он отправился к месту для строительства. На поляне, где должен был стоять готовый дом, виднелся только готовый фундамент. Рядом, как и накануне, красовалась большая куча стройматериалов. Дривейн, обладающий магией, имел скрытую особенность, о которой молчал. Старейшина мог управлять любыми предметами, передвигать их, а еще с лёгкостью мог расширить помещение. Для своей жены он сделал гардеробную: внешне не больше кладовки, а открываешь – целая комната. В ней было много полок с вещами, висели платья и наряды самого старейшины.

В третий день после приказа Ливера, он помчался помогать слугам. Дривейн, помнил, как лидер эльфов поступал со слугами, которые не выполняли его приказы в срок. Ему не хотелось лишаться слуг. За время их службы он привык к ним и даже считал их семьей.

В тот вечер, по его легкому движению пальцев, кирпичные стены сами собой отстраивались. Он смешивал раствор для кладки кирпичей, потихоньку поднимал стену до первого этажа, оставляя для дверей и окон место – все как полагается. Слуги наутро подошли и заметили, что магическим образом поднялся первый этаж. Эльфы, работающие у Дривейна, догадались, кто им помог, поскольку прежде видели его волшебный гардероб. Рано утром они отправились в город и закупили новые стройматериалы, готовые окна, двери, шкафы и массу других вещей для дома.

Остальные же подготавливали раствор из песка и глины. Благодаря помощи Дривейнас дом был практически готов за день до сдачи, оставалось только обои поклеить и мебель расставить. Косметический ремонт доделали уже сами слуги, обустроили прихожую с гостиной, ванную и туалет, комнаты для родителей и ещё комнату для подрастающей девочки.

Дривейн умилялся той девочкой. У него хоть у самого были дети, но возраст, когда их можно тискать и обнимать, прошёл. Он был рад, что смог уберечь своих слуг, да и тому, что помог построит дом для Мэлли.

Утром, перед тем как семья Нэя въехала в новый дом, к нему подошли старейшины. Там же, рядом с каменной мощёной дорожкой, стояли слуги.

– Сегодня срок вышел, буду проверять дом, что вы сделали, – грозно сообщил всем Ливер. Эльфы вошли в дом, попеременно осматривая каждый угол.

– Неплохо построили, ещё и в срок успели. Хвалю, не ожидал, что вы сможете, – похвалил он своих слуг.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Явноцвет – очень редкий цветок, цветёт раз в 500 лет, лепестки у него лунного цвета.

Вернуться