# Выбывшие

Кожакова Кожакова

Молодая психологиня получает предложение руки и сердца от успешного предпринимателя. Наконец-то она состоит в серьезных отношениях с мужчиной мечты, он красив, умен и перспективен, кроме того, он закрывает все ее сексуальные потребности. И вот, она уже выбирает свадебное платье, в то время, когда ее жених ведет двойную игру, что разбивает ей сердце в клочья. Оправившись от расставания Лея - так зовут героиню, начинает новую жизнь нацеленную на карьеру и получение плотских утех. Куда ее приведет опыт, какую цель она преследует, кто она на самом деле и кем себя видит?

1

Лея Касперски


Саша.

Жаркий спертый воздух разбудил меня в районе позднего обеда, сушило рот так сильно, что, казалось, море могу испить. Вылезя из под белоснежной постели и тяжелой мужской руки на моих бедрах, я подошла к окну, открыла ставни, разделяющие спальню от балкона над обрывом, и налила стакан воды из кувшина на столике рядом. За окном открывался вид на необъятный, шумный океан, а на улице было жарко, хоть и апрель, запах соли, йода и свежей выпечки вызвал безумный голод не только к еде, но и к мужчине, с которым я приехала в Лиссабон. В большом, роскошном номере в пригороде Лиссабона, он выглядел, как Аполлон. Он спал на спине, на моей половине, он всегда спит на моей половине, накрывает меня своим крупным загорелым телом. Белые простыни подчеркивали его мягкий загар, а загар подчеркивал его красивые черты подкаченного тела. Под простыней уже вовсю раскинулся палаточный лагерь, стало понятно – он проснулся.

Утолив жажду, я вернулась в кровать.

– Доброе утро, – сказала я, набрала в рот воды и коснувшись своими губами его губ, влила ему воду.

Словами он ничего не ответил, лишь моча обнял меня и притянул к себе. его дыхание было свежим, от него пахло мужественностью, лавандой, прошлым вечером и маленькой каплей духов от GUCCI. Такой аромат невозможно забыть, он внедряется в мозг и никогда его не забудешь. его кожа была нежной и прохладной, а член упругим и горячим. Он целовал меня так, будто вот-вот откусит кусочек, и он кусал: мои губы, подбородок, сосок. Мое тело покрывалось поцелуями все больше и больше и вот почти не осталось места без его губ. Он знал, как доставить мне удовольствие, опускался все ниже и ниже, вырисовывая узоры языком на моем животе, сжимая грудь, облизывая ее. И вдруг огромный всплеск, букет эмоций, и он уже рисует узоры на моем клиторе и я чувствую, как ему это нравится, такое ни с чем не спутать. Я тонула, от эмоций, от возбуждения, от любви. Я любила его, а он любил меня, мы дышали в унисон. Стоп. Хватит, я хочу его, я хочу, чтобы он вошел.

– Я хочу тебя, иди ко мне, – прошептала я, поглаживая его лицо. Он, все также безмолвно, поднялся, надо мной, еще миг, и я немножко умерла.

Прошло несколько часов, а может больше, когда я проснулась от щикотных касаний на моем теле. Я лежала на животе, на мне был кусочек простыни и третья нога, чей обладатель продолжал покрывать поцелуями мою спину, плечи, голову, руки.

Очень хотелось остаться в пробуждении незаметной, наслаждаться как можно дольше моментом, ощущать поглаживания, шепот приятных слов, еще поцелуи. Но все тщетно, он хорошо знал мое тело и отследил движение век и прерывистое дыхание.

– Проснулась, соня? – нежно спросил он.

– Сделай мне массаж, пожалуйста.

Он засмеялся, так как мой ответ был ему очевиден, оседлал меня и начал массировать.

Боги, какая же я тактильная, нуждающаяся в касаниях! Он делал все, как я люблю: крепко, но аккуратно сжимал мою спину сверху вниз. Брал поочередно мою руку и крепко мял от плеча до кисти рук, перебирая каждый палец. То же самое проделал с ногами. У меня не осталось сил даже на стон, я ловила невероятное удовольствие, как вдруг оно сбилось укусом ягодицы.

– Все, подъем, идем кушать! – сказал он и спрыгнув с меня, поцеловал в лицо и пошел в ванную.

Полежав еще пару минут, я наблюдала за закатом. Ярко-оранжевое солнце было далеко, небо было чистым с легким прерыванием облаков, перебивающий в голубой цвет. На часах было 7 вечера, я нехотя поднялась с кровати и направилась к Саше.

– Куда пойдем ужинать? – спросила я.

– Найдем, – ответил он, – но я хочу рыбы на берегу океана, что скажешь?

– Скажу, что голодна, – улыбнулась я ему в ответ и зашла к нему в душ.

Я стала под воду, нагло подвинув его и набрав немного гель-душа, стала тщательно себя намыливать. Он делал то же самое, не сводя с меня глаз. Ощущение было, будто меня едят взглядом и мне это нравилось, я улыбалась, он же был сосредоточен, как и его член, на мне.

Окончив соблазнять и мыться, я так же нагло и гордо вышла из душа, чем прервала его любование и он продолжил свои водные процедуры с милой, уже детской наивной улыбкой. Я же слегка вытерлась и вернулась в спальню выбирать наряд.

Открыв большой белый деревянный шкаф с резьбой, я стояла, как цапля, на одной ноге, подперев колено другой и изучала наряды. Шкаф был полон платьев и я легко определилась: выбор пал на белое хлопковое с шелковом платье на запах в пол с открытой спиной , глубоким декольте и разрезом на ноге до самого бедра. Я знаю, как подчеркнуть свое стройное загорелое тело – спасибо моему первому высшему образованию! Достала платье на вешалке и повесила на дверь открытого шкафа.

– Каблуки или пойдем гулять? – почти крича спросила я его, чтобы услышал.

– Вчера гуляли, надевай каблуки, малышка!

«Бинго», подумала я, и достала из пыльника туфли от Manolo Blanik из сатина темно-зеленого цвета. Трусики подобрала в тон к туфлям – это оказались темно-зеленые шелковые стринги со сборкой. «Вроде не должны светить, а если и будут – тем мне лучше!», мысленно решила я и улыбнулась себе же в зеркало.

Последний штрих – проснуть лицо. Я взяла баночку увлажняющего крема и массажирующими движениями нанесла его на лицо. Решила не краситься, только брови подчесать, на загорелой коже, на мой взгляд, макияж смотрится вульгарно.

«Кожа, ее тоже нужно напитать», подумала я и открыла большую банку увлажняющего молочка для тела с ароматом дуарской розы и скошенной травы.

Завершив процесс поддержания увлажнения своей дорогой кожи, я услышала окончание водных процедур Саши пошла к нему навстречу, подав полотенце – он тот еще любитель делать пол мокрым.

– Спасибо, – бросил он в след.

– Тебе погладить рубашку? – спросила я.

– Конечно, милая, только выберу какую, дай мне полминуты.

Заглянув в шкаф, он запустил туда руку, достал белую льняную рубашку и протянул ее мне.

– Хотя, знаешь, она не сильно мятая, пойду так, – передумал он.

– Ладно, – согласилась я.

Мы ведь отдали погладить всю одежду по приезду.

Я подождала, когда молочко впитается, в кожу, надела трусики, туфли и подошла к платью. Сняла его с вешалки и повернувшись к зеркалу, надела его.

– Завяжи, пожалуйста, – попросила я, оставаясь у зеркала.

Я нарочно покупаю себе платья с завязками, мне нравится наблюдать, как мужчина бережно завязывает шелковый бантик, в этом однозначно что-то есть, хотя кому-то моя причуда может показаться странной.

Он завязывал уже несколько минут, пока я наблюдала за ним в зеркало: сосредоточенный, голый мужчина кропотливо переделывает так, чтобы понравилось ему самому.

– Готово! – гордо сказал он, – тебе нравится?

– Блестяще! – ответила я, повернувшись боком к зеркалу и созерцая красоту от Саши, – спасибо!

Взяв с тумбы зубную нить, телефон и бальзам для губ, я закинула все в сумочку из зеленого питона в цвет туфель и трусиков и картинно прошла по всей комнате к креслу в углу, села в него и продолжила наблюдать за закатом, тайно подглядывая, будто невзначай, как собирается мой мужчина на наше свидание.

Было заметно, как он погружен в себя, мне стало интересно, о чем он думал и начала фантазировать: о работе ли, об отдыхе или может, о возвращении обратно в Мир?

Саша был один крупнейших предпринимателей Украины по продаже леса. Подробностями его дел я не владею, потому как он мне и не рассказывал с точки зрения моей безопасности, но, насколько я поняла – там не все прозрачно и я никогда не настаивала знать больше.

В семнадцать лет, когда все его сверстники поступали в университеты, у его родителей не было денег оплатить ему обучение, а сам он учился, мягко говоря, средне. И вместе с тем, он был невероятно сообразителен, сам выучил английский, китайский и блестяще играл в шахматы, даже состоял в федерации шахмат Киева.

Поэтому, он начал работать, несколько лет был личным помощником и водителем какого-то крупного бизнесмена, а потом и сам пошел по стопам начальника. К слову, они до сих пор дружат, ходят друг к другу на дни рождения, званные ужены и прочие подобные мероприятия.

Саша достаточно быстро поднялся по бизнес-лестнице и уже к двадцати пяти годам заработал свой первый миллион долларов США.

С ним же мы познакомились в театре, он решил, что в его жизни стало мало культуры и привел с собой на балет друга.

Я стояла у столика, в ожидании, когда мой друг со времен обучения в университете по имени Кирилл, принесет мне шампанское и почувствовала чей-то взгляд, обернувшись, я встретила глаза Саши, он смотрел на меня так, будто на ребенка, который потерялся и хочется подойти помочь найти мать, но страшно, вдруг она окажется сумасшедшей и начнет скандал. Улыбнувшись ему, я отвернулась в ожидании Кирилла и порции напитка.

– Добрый вечер, – услышала я за спиной и обернулась, – парень, с которым вы здесь, вы его любите? – продолжал говорить мужчина, глазами с которым мы встретились мгновение раньше.

Он был брюнетом, выше среднего роста, с крепким телом и широкими плечами. Выглядел дорого: на нем были черные джинсы от Armani, черное поло и черный шерстяной пиджак. В его черных глазах я тотчас утонула, «не теряй лицо, Лея!», мысленно потрясла я себя.

– Разумеется, – ответила я, – Но только по-братски. – добавила я, выдержав паузу.

– Тогда, позвольте взять ваш номер, полагаю, вы мне можете помочь, – спросил он, достал свой телефон и протянул его мне.

– Это чем же? – рассмеялась я.

– У вас потрясающее чувство стиля, а в моем гардеробе закончилась одежда, мне срочно нужен персональный покупатель. – ответил он и протянул мне руку, – я Саша, давайте увидимся среди недели и вы мне поможете с гардеробом!

– Лея, – мило улыбнувшись протянула руку в ответ.

В тот момент я чувствовала сладость и жар, «ох уж эта химия», подумала я. Рядом с ним мне тот час стало интересно, безопасно и тепло. Нутром я понимала, что хочу нажать время на паузу, вновь и вновь ощущать его уверенность, хотелось питаться дальше.

– Привет, я Кир! – звонко перебил нашу близость мой дорогой друг и протянув мне бокал, протянул освободившуюся руку Саше.

– Будем знакомы, я Саша.

«Так, мальчики обнюхиваются, обожаю этот момент», подумала я. Со стороны ничего необычного не было заметно, но я чувствовала, как они друг друга сканируют: «ты с ней спишь?», «это что еще за хрен?», «вроде и правда брат», «у тебя серьезные к ней намерения или еще один пустой мальчик?».

– Вот, держи, – прервала я их молчаливый преконтакт и вернула Саше его телефон со своим номером.

– Завтра наберу, ладно? – ответил Саша, – а сейчас я, пожалуй, вернусь к своему другу, приятного познакомиться, отличного вечера! – улыбнулся он нам и ушел прочь.

– Это что еще за хрен? – спросил Кир.

– Я все-таки научилась читать твои мысли! – смеялась я, – я так и знала, что именно ты о нем подумал!

– Нормально я о нем подумал, – фыркнул друг, – мне он понравился, у меня, знаешь ли, чуйка на мерзавцев, этот вроде не мерзавец.

– Я тоже так думаю, – ответила я и мы продолжили потягивать потрясающий брют.

– Снова мечтаешь? – спросил Саша, пробудив меня от воспоминаний о прошлом.

– Вспоминала нашу первую встречу, – ответила я.

– Я повел себя как мальчишка.

– Вовсе нет, ты меня очаровал.

– Тебе нравятся мальчишки, вот ты и влюбилась в тот момент, – съяхидничал он.

Я ничего не ответила, не считаю нужным отвечать на ревностные послания и поощрять их продолжением беседы.

– Готов! – сказал он, подошел ко мне, помог подняться и мы вышли из номера.

Продвигаясь по роскошному холлу с высокими потолками, золотыми хрустальными люстрами, вазами, наполненными живыми цветами, картинами и мраморному полу, я ловила нескончаемое эстетическое удовольствие и словила себя на мысли «а мыслей-то нет, вот как я медитирую, значит!». Я ни о чем не думала, просто шла и вкушала роскошь интерьера.

Мы вышли из гостиницы, на улице уже стемнело, водитель нас ожидал, Саша подал мне руку и помог забраться в черный Mercedes с тонированными окнами. Водитель открыл с другой стороны ему дверь и вот, он уже держит меня за руку, страстно целует и гладит мою ногу.

– Я снова хочу тебя, – прошептала я.

Он взял мою ладонь и приложил к причинному месту.

– Как и я, – прошептал он мне в ответ.

Не стоило нам снова целоваться, потому что автомобиль совсем скоро остановился, водитель вышел, выпустил сначала Сашу, а Саша последовал выпустить меня.

– Спасибо, – поблагодарила я водителя, улыбнулась ему и взяв под руку своего мужчину, мы направились в сторону арки, украшенной редкими крупными фонариками.

Внутри дворика было все совсем не так у входа, кругом были цветы, фонарики, по дорожке в центре был небольшой фонтан, а у фонтана лежал пушистый черный кот.

– Добрый вечер, добро пожаловать в La imperia! Вы бронировали на какое имя? – вежливо улыбалась нам красивая португалка.

– Добрый вечер, на имя Алекс, – вежливо ответил Саша.

– Я вас провожу, – улыбнулась она и жестом пригласила следовать ей.

Мы прошли в особняк, роскошный дом с высокими стеклянными дверьми, в котором повсюду стояли круглые столики, живые цветы и были зажжены свечки. Интерьер был схож с интерьером гостиницы, только намного уютнее, возможно потому, что там практически не было света, лишь свет от декоративных уличных фонарей и свечей. Через мгновение, пройдя через весь дом, мы уже вышли из особняка на террасу: длинный деревянный причал, у подножья которого был свет, он же и подсвечивал кристально чистую воду берега океана.

Я не люблю изучать меню, всякий раз, когда его открываю, нахожу знакомые буквы, ленюсь изучать его и Саша уже по привычке заказывает мне все сам, лишь иногда согласовывая со мной детали блюд. Этот раз не был исключением, он заказал нам блюда и мы снова остались одни. Мы сидели молча и слушали шум воды, издалека доносились звуки скрипки и тихие разговоры соседних столиков.

Вкусно отужинав, Саша выбрал десерт и нам принесли что-то из домашнего мороженого с крошкой домашнего печенья и домашним брусничным сиропом. Как вдруг, Саша поднялся со своего стула, подошел к моему, одним движением руки подвинул мой стул вместе со мной, прямо перед моими ногами, достал что-то из кармана, стал на колено и произнес:

– Будешь моей женой?

Я сидела в полном не понимании, у нас и разговоров-то о браке не было, мы были вместе всего полгода, еще много не знали друг о друге. Но чувство к Саше было сильным, я любила его всем сердцем и не могла ничего ответить, кроме как:

– О, господи! Да, конечно! – восклицала я и плачущая, кинулась ему на шею.

Я сидела на Сашином колене, обнимая его за шею и была на седьмом небе от счастья. Мне было совершенно не понятно как за такой короткий срок, умный и мудрый мужчина может решить разделить свою жизнь с девушкой вроде меня – начинающим психологом, толком не зарабатывающей в той же мере, что и он. Но я любила его и хотела только его одного, ведь я так долго его искала, а теперь он хочет быть только моим. Это был поистине сказочный момент.

Когда я подняла лицо, то краем уха услышала овации, разносившиеся с каждого столика ресторана, кто-то свистел, а кто-то громко восхищался жестом. Официанты стояли одной компанией, кто-то плакал, прикрывая лицо белоснежной салфеткой, кто-то кого-то обнимал. Весь пирс и весь ресторан были поглощены нашей романтикой, сработало поле любви, в эту секунду все любили друг друга, момент был незабываемый.

Понимая, что сижу на Сашином колене уже добрые минут десять, я сжалилась над его суставами и наконец поднялась. Саша поднялся следом за мной, взял мою руку и надел кольцо. Оно было из белого золота с тремя камнями: два камушка по бокам и один большой камень посередине. Оно было именно таким, о каком я мечтала.

– Тебе нравится? – нежно спросил Саша.

– Оно невероятно красивое!

Он поцеловал меня, обнял и так мы простояли еще какое-то время, после чего, не в силах осилить десерт (от переполняющих эмоций наивкуснейший кусочек чего либо, не в силах сейчас проглотить), мы пошли в сторону выхода. Саша оплатил счет и мы поехали в наше ложе любви.

По дороге домой, мы не могли оторваться друг от друга, мы целовались, как школьники на последних рядах кино, страстно и стеснительно, будто нас вот-вот застукают, а водитель, тем временем, тактично следил за дорогой, отщелкнув зеркало заднего вида так, что глаз его не было видно.

Добравшись наконец до номера, страсть накалилась до предела, не было больше сил ждать, мне хотелось его. Казалось, что я разорвала все пуговицы на его рубашке, раздевая его, торопливо выдернула ремень, расстегнула штаны и взяла эрегированный член в реку. Саша простонал и я тут же поняла чего он хочет. Я продолжала целовать его губы и шею, одновременно массируя его в области таза. Спускаясь поцелуями ниже, я не оставила без внимания каждый его сосок, вдыхая аромат его чистой кожи. Я целовала его живот с аккуратными кубиками, терлась о живот лицом, мне нравилось то, что я делала и опустившись ниже, села на колени и стала нежно целовать его головку. Я целовала и облизывала весь его член, который на вкус практически не чувствовался, лишь легкий приятный аромат его кожи. Не в силах больше от прелюдий, я взяла его в рот, полным объемом, помогая при этом одной рукой, второй прижимая его за зад. Я продолжала движения, испытывая все большее возбуждение, как только слышала его очередной стон. Саша держал мои волосы и помогал рукой, создавая свой темп, как вдруг, он потянул меня за волосы наверх, поднял с колен, взял меня на руки и положил одетую на кровать. Его рука проникла под мое платье, он снял с меня трусики, целовал мою грудь, облизывал мое лицо и кусал за подбородок и я почувствовала его большой крепкий член в себе и была на в силах сдержать стон. Крепко и жестко он входил в меня снова и снова, нежно целуя мое лицо.

Страсть, агрессия, любовь и теплота. Именно такими словами я могу описать то, что происходило в нашем роскошном номере в ту самую минуту, это было похоже на наши отношения. Мы слились воедино.

– Сними это, – прошептал он, помогая мне выпутаться из моего платья.

Вместе мы как-то справились с бантиком, который он надежно завязал и платье уже лежало на полу. Саша повернул меня на живот, схватил за него и поднял – я стояла в коленно-локтевой позе, он продолжал входить в меня, крепко, сильно и одновременно нежно. Я стонала в постель, не в силах сдерживаться. Он погружался все глубже, оргазм был все ближе, я была возбуждена до предела. Он нагнулся ко мне, целуя мою спину, продолжая движения, просунул руку к моему клитору, начал поглаживать его. Напряжение было максимальным, колики внизу живота стали плавно растекаться в сторону ног и груди, он все еще гладил мой клитор и системные движения сделали свое дело – я ощутила разрядку, яркую, цветочную силу. Мышцы влагалища пульсировали, судорожные движения вовсю пульсировали, перехватывая дыхание. Саша не останавливался, минута фрикций и он тоже получил свою разрядку с мощным стоном и навалился на меня всем телом.

Мы лежали на моем животе, он нюхал мои волосы, а у меня не было сил пошевелить пальцами.

Мы провели еще две недели незабываемого отдыха в Португалии, катались на яхте, много гуляли по берегу океана, устраивали пикники и голые загорания на пляже, танцевали под музыку уличных музыкантов. Казалось, мы были во всех романтичных местах, посетили все лучшие местные рестораны. Много смеялись и много говорили, нам было хорошо, мы были счастливы.

По прилету домой, мы несколько дней не могли войти в привычный ритм, я с трудом бралась за работу и учебу, Саша не мог от меня отлипнуть.

– Возможно, нам пора рассказать об этом, – сказала я, демонстрируя руку с большим кольцом на безымянном пальце.

– Давай устроим дома ужин для друзей и пригласим всех, там и расскажем.

Так мы и поступили. Через неделю, мы собрали всех наших близких друзей, трех его друзей и четырех моих, приготовили роскошный ужин из шести блюд под хорошее португальское вино, которое мы привезли.

Девочки заметили мое кольцо уже с порога, они были искренне рады такому событию. Парни же среагировали лишь на девичий крик.

– Теперь мы навсегда будем вместе, – сказал Саша, обнимая меня, чем вызвал удивление своих друзей, которое, в течении вечера им стало совершенно очевидным.

Его друзья изначально не были в восторге от наших отношений, так как Саша бесконечно проводил время со мной, позабыв о всех своих ребятах. Но когда они увидели нас вместе – все изменилось. Они были приятно удивлены, что кто-то смог с ним совладать, Саша стал собраннее, ответственнее, мягче и завершил свою разгульную ночную жизнь.

По одинаковому сценарию мы пригласили и родителей, которые тут же отреагировали большим восторгом. Мама не переставала примерять мое кольцо, а отец то и дело похлопывал по плечу Сашу, демонстрируя одобрение.

На той же неделе мы определись с датой и началась организация свадьбы, потому что дату мы выбрали уже через два месяца.

Понимая, что я не хочу всем заниматься, только выбором платья, формата и места, я нашла помощницу, у которой было шило в одном месте от переизбытка идей и информации. Мы договорились, что она принимает все решения, заранее согласовав со мной, предлагая не более чем два варианта на один вопрос.

Саша во все это не лез, он был полностью погружен работой.

– Мне нужно слетать в Санкт-Петербург, – как-то за ужином сказал он.

– Конечно, на сколько ты едешь? – одобрительно поинтересовалась я.

– На два дня точно, у тебя как раз будет время определиться с платьем, свадьбы ведь осталось две недели. – ответил он. – Ты же не собираешься выйти ко всем нашим близким в белье и туфлях.

Когда он улетел, я покорно стала заниматься последним вопросом – найти то самое платье. Я объездила несколько крупнейших и модных салонов свадебных платьев, но все было тщетно, я никак не могла найти то самое платье, которое бы мне поистине нравилось. Они все были или слишком необычные, или слишком простые, или какой-то тихий ужас и тогда моя ассистентка предложила мне обратиться в одно ателье, где шьют свадебные наряды на манер французского стиля.

– Есть одно но, – сказала она, – ателье в Санкт-Петербурге.

– Ну класс. – огорчилась я.

– Но там вы найдете что ищите, только взгляните, – сказала она и начала показывать мне на своем телефоне платья, которые шьют в этом ателье.

На фото были наряды что-то между Dior и питерским стилем, которые были мне по нраву и я решила не откладывать, купила билет на самолет и утром следующего дня я уже примеряла те самые платья. Наконец, определившись с выбором, мы обговорили все детали, портные полностью измерили все мои части тела, скомандовали не поправляться и не худеть и отправили меня домой, обещая все сделать за пять дней.

Решив, что миссия выполнена, я решила остаться в Питере на ночь и не тревожить Сашу, отрывая его от дел.

Я сняла гостиницу, приняла душ и решила вечером сходить куда-нибудь отметить это событие.

На часах было уже около восьми вечера, когда я вызвала автомобиль, который вез меня через красивые Питерские мосты в какой-то новый модный ресторан мяса. Сегодня мне хотелось вкусить большой кусок стейка с красным плотным вином.

Оказавшись в заведении, напоминающем паб, я чувствовала себя слегка нелепо в своем девичьем коротеньком платье бежевого цвета, в красных туфлях на высокой шпильке и розовой сумочкой из питона. На удивление, сидящие внутри дамы и господа и глазом не моргнули при виде меня. Хостес любезно провел меня к толику у окна. Как и хотела, я заказала большой стейк, побольше зелени и бокал красного сухого вина.

В ожидании ужина, я уже успела осушить пару бокалов и когда принесли мясо, удовольствие было настолько сильным, что я не смогла сдержать своих эмоций и то и дело мычала от удовольствия.

После ужина, я решила, что теперь мне нужно окунуться в свою атмосферу и, по рекомендации милого официанта, я отправилась в бар, который находился совсем рядом с мясным рестораном.

На улице уже начинало темнеть, ветер был теплый, мягкий, июльский и мне было приятно идти, не взирая на тринадцати сантиметровые шпильки на ногах.

Каждый просящий господин, восседающий у бульвара мне делал комплименты, что подначивало мое самолюбие и уже через несколько минут, я оказалась у роскошного старинного дома, дополненного современными деталями: стеклянные двери, красный ковер и элементы современного интерьера.

Я прошла внутрь, меня тут же встретил галантный бармен и предложил пройти за барную стойку, потому как все заведение было одной сплошной барной стойкой, без круглых столиков и мягких диванов.

Барная стойка была уже занята на половину и я присела на свободное место между шумными компаниями мужчин в костюмах и дам в коктейльных платьях. Не желая изучать меню, я озвучила что мне нравится из коктейлей и ингредиенты, которые я бы не хотела увидеть в своем напитке. Внимательный бармен все понял и тотчас взялся за дело.

Через пару минут, прозрачный напиток розового цвета уже стоял напротив меня на фирменном бирдекеле. Отпив глоток под пристальным взглядом бармена, ожидающего мою реакцию, я продемонстрировала одобрительный жест большим пальцем вверх и продолжила свой вечер разглядывая компании в меру шумных людей.

В процессе вечера, кто-то входил в бар, но практически никто не выходил. Гости плавно заполняли помещение, как вдруг, мои глаза увидели Сашу. Он вошел в заведение с широкой улыбкой, рядом с ним шла дама в ультра коротком платье и крупными кудрями блонд.

Они о чем то весело беседовали, было видно, что Саша уже был не трезв. Сразу у входа оставалось как раз два свободных места, куда они и присели.

«Какого, блин, черта здесь происходит?!», недоумевала я, все еще держа надежду, что он работает с этой мадам.

С Сашей у нас были весьма доверительные отношения, я никогда не была против того, чтобы он сходил с ребятами выпить пиво или куда-то в заведение мужской компанией, что было разумно, ведь он всегда спокойно реагировал на моих ночные похождения с подругами. Более того, он ни разу не давал повода его ревновать.

Помню, как-то, еще вначале наших отношений, он сказал, что останется поработать дома, но на заднем фоне, я услышала женский голос и после выпитой бутылки вина, была принято решение, что он мерзавец и изменяет мне, не раздумывая я тотчас поехала к нему. Оказалось, он с коллегами решили, что в офисе стоят прослушивающие жучки и поэтому предложил собраться у него и обсудить детали. Я же чувствовала себя полной дурой, а мой милый Саша взял ключи и поехал ко мне, оставив коллег одних решать ситуацию в своем доме. Ситуация оказалась крайне глупой и безмерно романтичной, Саша был польщен, а я убеждена в его честности.

Однако, мое чутье и нарастающая тревога говорили мне о том, что настоящая ситуация не имеет ничего общего с вышеописанной. Увы и ах, но дама в мини полезла к нему с поцелуем прямо в губы, на который он страстно ответил, демонстрируя свой язык прямо к ней в рот.

Руки тряслись, в горле поджимал ком, ноги не слушались, казалось, что и позвоночник вот-вот согнется подо мной. Я была раздавлена. Я смотрела сквозь свой напиток и не могла остановить крик внутри меня. Моя внутренняя маленькая девочка рыдала за нас двоих. Подступала горечь, меня резко затошнило и я машинально соскочив с барного стула, интуитивно побежала в сторону туалета, который был у самого входа.

Я бежала со всех ног мимо своего жениха, который восседал с красивой высокой блондинкой. Добежав до туалета меня вырвало с диким криком. Внутри все горело, пот лил ручьем. Жидкость выходила из всего тела, кроме глаз, я не проронила ни единой слезинки.

Когда я окончила тошнить, протерлась салфеткой, села на крышку унитаза и ужас поглотил меня.

– Лея, – услышала я Сашин голос.

Я молчала, не могла издать ни слова, мне будто бы рот заклеили и дыхание перекрыли. Мне не хватало кислорода, паника одолевала надо мной.

– Лея, дорогая, я знаю, что ты здесь. – настаивал ублюдок.

Задница будто приросла к крышке унитаза, ноги и не собирались выходить, а мозг превратился в кисель, мне хотелось исчезнуть, испариться, чтобы меня не было. Внутри все кричало, платье было мокрым от пота, но я горела так, что казалось, будто жар, проходящий волнами по телу может его воспламенить.

Я потерялась во времени и не знала, столько минут, а может и часов я так просидела, когда ноги отекли и заболела спина. Мне больше не хотелось там оставаться, я глубоко набрала носом воздух, выдохнула через рот, повторила несколько раз это упражнение и импульсом вышла наружу.

Он стоял там, прижавшись спиной к стене, выглядел жалко, глаза были красными. Он молча смотрел на меня, я ответила тем же. Перевела взгляд на дверь и последовала к выходу. Я не оборачивалась, но знала, что он идет за мной, от чего тошнота снова стала подступать.

– Стоп! – резко обернувшись, крикнула я. – Не иди за мной, не смей!

Развернувшись, быстрым шагом отправилась туда, где сидела до того, как мой мир разрушился. Взяла оставленную сумочку, достала две бумажки, положила на барную стойку и направилась к выходу.

Саша стоял там оперевшись на одну ногу, левая рука была в кармане, а правой он поддерживал свою голову. Я не удостоила его своим взглядом, быстро вышла на улицу.

– Машину, пожалуйста. – скомандовала я гарсону в форме у входа.

Он молча щелкнул пальцами, к входу подъехал автомобиль, парень в форме открыл дверь и я оказалась в машине, которая подъехала настолько быстро, будто казалось, что они знали, что именно сегодня произойдет и были готовы скорее увезти меня из этого ужасного вечера. Наконец, я почувствовала себя в безопасности, эмоции дали слабину и я расплакалась. Я рыдала за все, за себя, за надежды, за глупость, в которую себя же и загнала, за горесть, которая была внутри. Боль разрывала грудную клетку.

– Я сделаю музыку громче, вы можете кричать, – сказал водитель и сделал настолько громко, что ощущалась вибрация.

И тут полилось, я дала волю всей горечи внутри меня, я кричала, рыдала, я не могла дышать, легкие покинули чат вместе с моими мечтами. Как только получалось наполнить легкие воздухом, он тут же вырывался с горьким криком, ужасным стоном и слезами. Меня резало на части, меня разрывало изнутри, ножевые ранения посыпались солью и песком, пронзая меня в новом, нетронутом месте.

Когда мы приехали к гостинице, водитель вышел и помог мне пройти прямо до моего номера, понимающе поддерживая меня за плечи. Я даже не видела его лица. Я видела лишь свою боль: перед глазами стояла маленькая девочка она полностью была в крови, она плакала, она была совсем одна.

Войдя в номер, я лишь сняла туфли, легла на постель и тут же отключилась.

Проснувшись утром ровно в девять часов, я была в ужасе от увиденного во сне, поправила одеяла и обнаружила, что я в той же одежде, что и во сне.

– Мне это не приснилось. – с горечью провыла я и слезы снова полились ручьем.

Так я пролежала еще битый час, не в силах в стать с постели. Когда лежать больше не было сил, я скомандовала всем своим конечностям отнести себя в душ и отмыть от тяжелого вечера. По пути в ванну стянула с себя платье, идя неуверенным шагом в форме вопроса, у меня не было сил, чтобы выпрямиться, боль продолжала пронзать все тело.

Стоя под душем, пот смывался с меня, а моя внутренняя девочка умывалась в тазике, в котором прозрачная вода становилась кровавой. Мы обе пытались очиститься, обманывая себя, что вода все смоет, но она лишь отмывала мерзкое послевкусие фатального вечера.

Покончив в душе, я вернулась в кровать. До вылета домой оставалась пара часов и мне уже следовало бы собираться, но сил не было даже стоять и я снова провалилась в короткий, тревожный сон.

Когда я пробудилась, откладывать времени больше не оставалось и я быстро собрала все в свой маленький чемодан, надела джинсы с рубашкой, лоферы и покинула гостиницу, которая теперь у меня будет чертовым тригером, ровно как и мясной ресторан, собственно, как и бар с великолепными напитками.

В самолете в сон меня совершенно не клонило, я думала над тем, что мне сейчас предстоит сделать: срочно найти квартиру, собрать все вещи и покинуть Сашино жилище как можно скорее. Что я и сделала. По дороги из аэропорта, я уже связалась с риэлтором, грузовой перевозкой и в течении дня все должно было организоваться в соответствии с намеченным планом.

«На худой конец, останусь в гостинице, а вещи отвезу в контейнер», безоговорочно решила я, тем более, Саша должен был вернуться уже сегодня со своей, так называемой, командировки, а желание его видеть было сильно меньше крупицы.

Войдя в дом, чувство тошноты меня не отпускало и я со своей тревогой, начала быстро собираться, а собирать было что. Я распихивала по коробкам всю свою жизнь, складывая без какой-либо бережности, просто швыряя вещи в пустые коробки. Плакать не хотелось, в тот момент, меня переполняла жестокость и злость, я даже не задавалась вопросом о том, что могла что-то упустить в нас, полностью перекладывая ответственность за случившееся на него. Как вдруг, я услышала ключ в дверях, это был он.