Ирмина Изфри
Вырвать крылья

Как же больно бывает любить!

Сердце плачет, разрываясь в клочья.

Как же больно с тобою быть.

В твоей постели всего лишь я гостья.

Возникают тоска и страданье,

Кода знаю, что ты – немой.

Мечты уплывают в моё подсознанье

В душе ядавитый остался след твой.

Делаю вид,что все это не важно,

Но глубоко внутри болит боль.

Ты море – я всего лишь капля,

Отверженная, замороженная тобой.

Зачем любовь, если душу так ранит?

Отчего, сердце грустью полно?

Эти строки в твое бы сознанье,

А сможет ли боль ту, облегчить вино?

Но помни, что времени стрелки текут,

И сердца заживают от яда.

Возможно, тот день, когда боль оторвут,

Грянет громко, взрывом снаряда!

ИИ – нейросеть

1

– Удар! Еще удар! – крутилось у нее в голове – Ди, ты лидируешь, отправь эту сучку в нокуат.

Девушка проводит серию коротких ударов в голову соперницы, и звучит гонг, оповещая о конце второго раунда. Слышны подбадривающие крики болельщиков, Диана отходит в красный угол, и принимает бутылку воды от секунданта, тренер похлопывает по плечу, показывая, что доволен ее тактикой ведения боя.

Сегодня она бьется с Канадкой, Софией Кларк, оппонент опытней девушки, у нее на счету восемнадцать побед, а у Дианы восемь, но у девушки нет ни одного поражения в бою, а у канадки их пять. Пока Розова отдыхала, осматривала свою соперницу: синие перчатки, красная майка и шорты, на поясе, как и у нее, черный пояс с именем и эмблемой клуба, за который они выступают. Диана наблюдает, как катмен* Софии разглаживает рассечение, нанесенное рукой Розовой, и смазывает его, промокая салфеткой струйку крови.

Гонг своим звоном вернул девушку в боевой настрой, и она двинулась к середине арены, где девушек встречал рефери.* Четвертый раунд, силы есть, Диана отбивает удары, у нее на лице в отличие от канадки нет ссадин, и это радует.

Двенадцатый, последний раунд, обе девушки выдохлись, дыхания тяжелые, теперь уже не так легко порхают по рингу, часто цепляются друг за друга, и в таком положении умудряются набирать очки, нанося удары. Диана не привыкла отступать, передохнув, сжимая руками плечи канадки, делает шаг назад, выносит руку вперед, удар точно в голову и выжатая, словно лимон спортсменка падает, от полученного нокаута.*

– Единым решением судей, Победу одержала Диана Розова, – судья, держащий за руки обеих девушек, поднимает вверх руку в красной перчатке, публика ревет, улюлюкает, Диана улыбается своим болельщикам, махает свободной рукой. И получает заслуженный приз, голубой пояс чемпионки в легчайшем весе.

Диану после боя ждала толпа журналистов, и на вопрос кому Розова посвящает свою победу, она снова, не уставая повторять это последний год жизни, отвечает: «Своему единственному, мужчине Розову Константину – любимому мужу». – И глаза передают всю ее любовь, и счастливый блеск влюбленной женщины.

***

Мужчина встает с кровати, абсолютно голый проходит в ванную комнату, которая расположена в одном из самых дорогих отелей в городе. Ему пора покидать номер, нужно ехать в аэропорт, встретить супругу.

– Костя – мужчина, сидя на краю кровати, натянул джинсы, взялся за футболку, как его голый торс обвили руки любовницы. – Когда мы теперь встретимся? – ее ласковый голосок звучал прямо у уха Розова, она кончиками пальцев провела от его живота до груди и обратно. Томно выдыхая в его шею, пробуждая мурашки на спине.

– Ида – мужчина сбросил руки, сковывающие его, встал, натянул футболку, и перевел строгий взгляд на любовницу. Соболева сразу среагировала и села в вызывающей позе, подавая свою шикарную грудь на обозрение. – Не знаю – взгляд мужчины был ровный, ни одна искорка желания не загорелась на его лице, при виде обнаженной, зазывающей его девушки. Они и так хорошо потрахались, он перевел взгляд на три использованных презерватива. – Если ты не забыла, у меня с женой годовщина свадьбы. Диана прилетает с соревнований, так, что я думаю, недели две точно не увидимся.

Любовница сдвинула брови, такой расклад ее не устраивал, она хотела своего любовника постоянно, встречи в отелях ее уже не устраивали. Он ее мужчина.

– Бросай ты эту Диану, чего к ней прицепился? – в голосе слышалось раздражение.

– Я люблю свою жену – взгляд Розова потемнел от злости – и не тебе мне указывать, что делать. – Он ткнул в ее сторону указательным пальцем.

Ида, сидя в кровати, смотрела на мужчину, с которым провела в постели последние три часа ее жизни, он был такой горячий, мощный, страстный, но как от него отказаться? Сейчас видела, как любовник злится, когда она снова поднимала тему его семейной жизни. Его желваки заходили на лице, девушка прекрасно понимала, что задела запретную тему.

– Тогда почему ты трахаешься со мной? – подаваясь вперед на ладони, и проползая по большой кровати в сторону одевающегося мужчины, выкрикнула. – И не только со мной, я знаю еще парочку девочек, побывавших под тобой.

– Знаешь почему? – он приподнял подбородок приползшей к нему любовницы, и наклонился к ней, чтобы их глаза были на одном уровне. – Я привык к регулярному сексу, моя жена спортсменка, и она часто бывает на сборах, уезжает на соревнования. Поэтому я пользуюсь, любой свободной дыркой, лишь бы та держала рот на замке. А ты, смотрю, начала, много лишнего говорить. – Он провел большим пальцем по припухшим от его поцелуев губам. – Будешь много болтать, я закрою тебе твой сладенький рот. – Ида не теряясь, прихватила его палец, и со звуком присосалась к нему. – Сучка! – прорычал мужчина, эта женщина знала, как его возбудить, он бросил взгляд на часы, успеет. Расстегнул ширинку и заменил палец во рту любовницы на свой налившийся член.

Ида сидела и смотрела в закрывшуюся дверь за спиной любимого мужчины. Она снова побоялась признаться ему, что ждет от него ребенка, потому, что знала, чем закончится их разговор. Константин не разрешит ей рожать, он хочет только законных наследников, со своей Дианочкой. Как она ее ненавидит, как жалеет о том дне, когда сама познакомила этих двоих. Как хорошо было до появления Журавиной, в жизни ее мужчины.

Полтора года назад.

–Константин Макарович – Ида специально официально называла своего парня, он настаивал, чтобы они скрывали отношения, которые были между ними только в горизонтальной плоскости. – Познакомься, – она подвела к нему младшую сестру своей близкой подруги. – Диана Журавина. – И заговорщицки подмигнула ему.

– Очень приятно – Розов протянул руку, захватил ладонь красивой молодой девушки перед ним, и поцеловал кисть. Его позабавила реакция девушки на легкое прикосновение его губ к своей коже. Диана смутилась от его наглости.– А чем такая милая девушка занимается?

– Я профессиональный боксер – открыто, смотря в глаза новому знакомому, улыбаясь, произнесла Диана, а у Константина готова была отвалиться челюсть. Стоявшая перед ним эффектная девушка, мало напоминала мастера спорта. В его представлении все борцы накаченные, грубые, жесткие девицы, а эта показалась ему немного надменной колючей, но захватывающе красивой. Белые, закрученные, длинные локоны, струились по ее плечам, и водопадом падали по спине к ягодицам. Темные глаза, пронзали своим сиянием, маленькие губки, которые она сейчас прикусывала, так и просились, чтобы их поцеловали. Диана понравилась ему с первого взгляда.

– Как интересно – Константин решил не отказываться от подарка, который преподнесла ему его любовница. Он намекнул Иде, что она ему надоела, и хотел бы девушку по – моложе, и если любовница сможет подвинуться в его постели, то он развлечется с малышкой, а потом вернется к опытной пантере. – Расскажешь по подробнее? – Розов подхватил Журавину под локоть, повел по залу. Сегодня был светский прием в доме одного знакомого бизнесмена, куда пригласили и местных знаменитостей. Он потом узнал, что Диана выиграла областные соревнования, и ее готовили к международному бою.

Ида не понимала, почему Костя потерялся, и не связывался с ней уже много времени. Позже узнала, что Розов просто с ума сошел от этой девчонки, ухаживал за ней полгода, и в конце концов сделал ей предложение.

– Почему? – Она донимала его звонками каждый день, иногда, когда у Константина было настроение, он отвечал на них. – Почему ты решил жениться на ней? А как же я?

– Причем тут вообще ты – его тон убивал Соболеву, разве можно просто так перечеркнуть семь лет их близкого общения. – Диана мне подходит, самая лучшая кандидатура на место рядом со мной.

– Но ты же обещал вернуться ко мне. – Она всхлипывала в трубку, понимая, что сама нехотя, разрушила идиллию их отношений.

– Может когда нибудь, – спокойно, отвечал любимый мужчина, разрезая на части ее сердце. – Пока я не могу насытиться своей крошкой. – Это была последняя капля, Розов, никогда не называл Иду нежными словами, а эту пигалицу малолетнюю, так нежно назвал «крошкой». Она услышала гудки в трубке и обмякла на кровати. Узнав о свадьбе любимого, она уже неделю не выходила из своей квартиры. Только могла заливать горе крепким алкоголем. Ей потребовалось три недели, чтобы взять себя в руки. Она приняла решение мужчины, которого считала своим, жениться на Диане. Соболева даже нашла силы, присутствовать на их свадьбе, и мило улыбалась новобрачным, перекидываться колкими фразочками в их адрес, с подругой. Которую теперь тоже ненавидела, ведь ее сестра увела у нее счастье.

Розов объявился через полгода, когда его жена уехала на сборы. И тогда ее душа вернулась к жизни. Не смог без нее, соскучился! Конечно, она всегда исполняла все его прихоти, готовая на все, чтобы осчастливить Розова, ведь она любит все то, что любит он.

Настоящее время.

Ида глубоко вздохнула, она уже много раз прокручивала в своей голове варианты, как преподнести новость Розову, но видимо придется все перевернуть. Он будет ее, если рядом не будет этой выскочки, которая заманила самого лучшего мужчину на этой планете в свои темные сети. И она знала, что будет делать.

– Любимый – Диана с разбега кинулась в объятия своего мужчины. – Я соскучилась – девушка прижалась к груди любимого мужа.

– Как соскучилась? – Не пряча счастливую улыбку, подначивал ее Константин.

– Вот так – И Диана как можно крепче сцепила мужа в объятиях, прижалась губами к его губам, и плевать, что вся команда видит, как она любит своего мужа. Пусть завидуют, у нее крепкий брак, еще не долгий, но она знает, что ее муж любит только ее, и никогда не предаст. Через два дня у них событие, год со дня их бракосочетания. Диана, одурманенная близостью мужчины, прижималась к нему и старалась надышаться запахом Розова, который обожала. Она почувствовала легкий флер, женский духов на его шее, и перевела изучающий взгляд на супруга. Никаких следов помады, наверно снова работал, устраивал деловой обед, и сразу к ней. Вот такой у нее заботливый мужчина, о себе думает в последнюю очередь.

– Ты встречался с кем то? – Константин перевел взгляд на идущую рядом жену, а сердце испуганно екнуло, о чем она? Он принял душ после того как развлекался с Соболевой, а после ее умелого минета, думал успеть дома помыться еще раз. Неужели что – то заподозрила?

– Ты о чем? – Он напрягся, в голове закрутились шестеренки, ища различные оправдания.

– От тебя пахнет женскими духами. Ты снова много работаешь. – Диана повернулась к мужу и заглянула в его глаза, сейчас в них плескался океан любви и нежности – Надеюсь, ты смог решить все дела, и ближайшие дни будешь заниматься только мной.

– Конечно – облегченно выдохнул Розов, его девочка совсем не наивная дурочка, она все подмечает. Ее цепкий взгляд сразу видит опасность, но один поцелуй и она тает в его руках. Пока ее любовь закрывает на все глаза, но не дай бог узнает про его похождения, сразу уйдет от него, как бы ни было больно. Он узнал свою женщину за этот год, она очень гордая, и не переваривает предателей. Зачем он вообще сегодня встречался с Соболевой, зная, что сможет провести ночь, между ног, своей любимой женушки? Костя не сомневался, что любит этого черноглазого ангелочка, кроме Журавиной никто не вызывал в нем таких чувств. А к Иде он видимо привык, с ней он выпускал своего порочного зверя, который драл как ему угодно, на все готовую любовницу. Нужно завязывать все отношения на стороне, все, хватит, он осознал, что ему нужна только Диана, он серьезно испугался, подумав, что она может узнать о его связях. Что ему нужно? Диана младше его на пять лет, красивая, здоровая, они подумывают увеличить их семью на еще одного человечка. Все решено! Больше никаких баб! От такого решения Розову даже стало легче на душе. Его надо было принять еще год назад.

Катмен – человек, который прямо на ринге помогает боксеру сохранить лицо… Между раундами у него есть всего минута, чтобы разгладить гематому, закрыть рассечение и нанести тончайшим слоем специальный вазелин.

Рефери – человек, контролирующий ход боксёрского поединка и обеспечивающей соблюдение принципов честного спортивного соперничества и правил этого вида спорта во время боя как боксёрами-участниками, так и другими лицами (секундантами и прочими). Рефери даёт сигнал к началу и окончанию поединка, а также следит за тем, чтобы во время проведения боя здоровью спортсменов ничего не угрожало.

Нокаут – ситуация, при которой боец после пропущенного удара не смог подняться с канваса до 10 секунд, которые отсчитывает рефери в ринге вслух. В свою очередь, рефери ориентируется на главного судью, следящего за моментом начала отсчета, так как рефери обычно первые 2-3 секунды контролирует правило отступления второго боксера в нейтральный угол. А также, рефери в ринге ведет отсчет не только вслух, но и показывая счет пальцами, так как боец бывает дезориентирован.

2

Журавина открывает глаза, как хорошо быть дома. Хоть они и живут в квартире мужа, но он разрешил ей переделать все, как ей нравится. И она не скупилась, наняла дизайнеров, и работа закипела. Диана сама была не из бедной семьи, у родителей бизнес, не такой как у мужа, но у них своя небольшая сеть супермаркетов. А перейдя в профессиональный спорт, Диана стала зарабатывать хорошие деньги, поэтому у мужа брала только тогда, когда он настаивал, что ей нужна его карта. В такие моменты Диана шла в магазин и занималась шопингом, чтобы сделать мужу приятно.

Потянулась на кровати, какая благодать, тело сразу вспомнило ласки, которые дарил муж, и девушка широко улыбаясь, пошла в ванную, приводить себя в порядок.

Диана, еще на сборах, долго выбирала подарок на годовщину для Константина, она намотала наверно тысячи километров, пока не нашла что-то подходящее. Трудно удивить человека, у которого все есть. И вот в одной лавочке, она наткнулась на старинные шахматы, ручной работы. Причудливые, необычно вырезанные и разрисованные фигурки, привлекли ее внимание. Муж рассказывал, как в школе посещал занятия по шахматам, и ему нравилось, даже на турнирах призовые места занимал. Бросил это занятие в старшей школе. Захотелось напомнить ему о тех днях, когда он был беззаботным мальчиком. Только она не одна обратила внимание на это чудо, творения рук человека, мужчина в деловом костюме тоже приметил этот шедевр.

– Извините – Диана включила все свое обаяние, кроме шахмат ей ничего не надо, она и так долго искала подарок для любимого. – Я до вашего прихода уже заинтересовалась ими – и протянула руки с самой своей дружелюбной улыбкой. – Это подарок для моего мужа. – Она подняла веки и часто заморгала, но серьезное выражение лица мужчины, говорило ей, что она зря старается. Ради своего мужа Диана готова на все. – Я заплачу двойную цену – выкрикнула она продавцу и снова попыталась выхватить из рук мужчины шахматную доску.

– Девушка – голос не принимал никаких возражений – когда я подошел к витрине, вас не было, мне тоже понравились эти шахматы.

Диана злилась, ну подумаешь, отошла на пару минут поглазеть на другие экспонаты, а эти шахматы все равно лучшие, и именно они могут удивить ее супруга.

– Ну как насчет двойной стоимости? – снова обратилась она к продавцу.

– Да, да – довольно заулыбавшись, закивал головой китаец.

– Мне плевать – мужчина вцепился в шахматы и не собирался сдаваться. Розова подняла глаза, чтобы рассмотреть этого упрямца. Красивое молодое лицо, он немного старше ее, года на три не больше, темные уложенные волосы, серо – голубые глаза, которые сейчас зло пронзали ее.

– Ну, я все же девушка – протянула она – неужели вы не уступите женщине, как истинный мужчина?

Видно было, что такой исход событий не устраивает его, он сжал нижнюю челюсть, и, посмотрев исподлобья, помотал головой в знак не согласия.

Ну, прости мужик, Диана не хотела применять свои профессиональные умения, но он сам не мог пойти ей на встречу. Она хватается за край доски, выворачивает ее вместе с руками этого гнусного, несговорчивого типа, и коленкой бьет мужчину в живот. Тот от неожиданности загибается, падает на колени и мычит, от боли.

– Сучка – выстанывает он, но видит спину торопящейся к кассе блондинки. Диана быстро прикладывает карточку к терминалу, и, не дожидаясь, когда выйдет чек, убегает из лавки. Конечно, они никогда не встретятся, ведь, скорее всего, этот мужчина иностранец, мало похож он на русского. Английский у него звучал намного лучше, чем у нее, ее выдавал акцент.

Наконец муж сможет оценить ее сюрприз, Диана сидела в салоне красоты, хотелось удивить Костю, новой прической. Диана красила свои волосы под блондинку, она должна сегодня блистать, стилист предложила еще больше осветлить их, и конечно приготовить свое тело к страстной ночи любви, чтобы ни один волосок не мог испортить их идиллию.

Розова осталась довольна работой стилистов, не могла насмотреться на свое отражение. Мама с детства привила ей высокую самооценку. Диана знала, что достойна самого лучшего, родители никогда не ограничивали ее в своих потребностях, но старались, чтобы она и сама участвовала в достижениях своих целей. А когда их дочь решила заниматься боксом, поддержали ее, и напомнили, что она должна быть первой, и она почти у цели, осталось выйти на международный уровень в ее весовой категории. Кто – то может, считал ее надменной сучкой, но это их проблемы, она точно достойна высшего класса. И Константин Макарович Розов подходит под ее требования, лучше мужа не найти, и она правда, потеряла от этого красавца голову.

На выходе из салона Диана столкнулась с давней подругой ее сводной сестры Алисы, и Розова, Соболевой Идой, они притворно расцеловались в щечки в холле, и обменялись приторными улыбочками. Диана не любила эту особу, она всегда бросала на ее Костю распутные взгляды, и крутилась рядом с ним. Но муж смог убедить ее, что между ними только многолетняя дружба, а сестра сказала, что никогда не слышала об отношениях между ними, а Диана склонна верить своему любимому мужчине.

– Ди – протянула шатенка сладким голоском, – выглядишь просто королевой.

– Да я постаралась, сегодня у меня свидание с Костей – она увидела, как после ее слов Соболева сжалась, а взгляд стал твердым и пронзающим.

– Ах, да – стараясь не выдавать, как ее трясет от ревности, продолжила Ида – у вас же годовщина. Поздравляю! – Она тянула губы, как могла, лишь бы только сейчас ее улыбка не была похожа на оскал. – И кстати – словно невзначай, она полезла в сумочку и достала из нее маленькую плоскую коробочку. – У меня есть для тебя подарок, покупала себе, не подошел. Это недорогой браслет. Как будешь одна, примерь – она вложила коробку в ладонь Дианы, та не хотела брать, сомневалась. – Бери. – И Ида сжала пальцы ненавистной соперницы вокруг упаковки. – Лучше Косте не говори о моем подарке, ему не нужно знать, наши женские секретики. – И заглянула в глаза Диане, словно они и вправду две заговорщицы.

– Спасибо! – от неожиданности даже голос пропал, ничего она не будет смотреть, при первой же возможности выкинет в мусорное ведро. Глаза выхватили время на электронных часах, висевших на стене, Диана поняла, что опаздывает. – Мне пора – она забросила презент в пакет, к своему подарку мужу, и побежала к машине, а то любимому не нравилось, когда она опаздывала.

– Извини, дорогой – Диана поцеловала мужа в щечку, и с помощью официанта присела напротив. Костя ждал ее, на столе уже стояли ее любимые блюда. – Как всегда хотела хорошо выглядеть, в салоне задержалась. – Она улыбалась, зная, что надутость мужа напускная, он нисколько не рассержен.

– Тебе не нужны никакие салоны, ты и так хороша – пожал руку жены Розов и вложил в ее ладонь коробочку.

– Что это? – сделав вид, что удивлена, девушка раскрыла шкатулку, глаза ее заблестели. Она обожала золото, а внутри лежали превосходные серьги с топазами, большие, как она любила, чтобы было видно издалека. – Какая красота – выдохнула и вскочила со своего места, прижаться к груди щедрого дарителя. – Ты самый лучший.

Довольный супруг притянул свою молодую жену и запечатлел на ее губах долгий, жадный поцелуй. Вокруг их стола послышались возгласы умиления, кто-то даже захлопал в ладоши. Диана никогда не стеснялась проявлять чувства на людях, если она любит – значит, любит, ненавидит – значит, будет унижать при всех, и оскорблять, потому, что человек заслужил такое отношение. Наконец, Константин отпустил свою красавицу.

– Ну, давай отметим нашу первую годовщину. – Он протянул к ней бокал, с шампанским, послышался звон хрусталя.

Выпив напиток, Диана посмотрела на мужа, она только сейчас осознала, что скучала по нему, тренировки забирали много времени и сил, поэтому некогда было думать о чувствах. А после соревнований, можно предаться им полностью.

– Что делал без меня? – поинтересовалась Розова.

– Завалил себя работой, чтобы не скучать по моей крошке – Диана смотрела в глаза мужа, читала в них, что он правда по ней скучал, его взгляд пожирал ее декольте, из которого вываливалась ее грудь. Он любил, когда все заглядывались на нее, и поэтому Диана всегда наряжалась как королева. Богато, и стильно, чтобы производить эффект на окружающих.

– Я тоже скучала, милый – их бокалы снова встретились.

У Константина зазвенел телефон, он посмотрел на номер и с извиняющим видом встал из-за стола.

– Не могу не ответить, прости.

Пока муж отошел обсудить дела, девушка огляделась. Будний день, в ресторане не много народу, любимый заказал лучший столик у окна. Пока нет супруга, можно и покушать. Диана как истинная леди орудовала ножиком и вилкой для морепродуктов. Она была голодна, и не собиралась ждать, когда ее муж наговорится, вечно занятой бизнесмен.

– Я смотрю, ты не скучаешь? – Она подняла голову и встретила насмешливый взгляд Константина.

– А ты не мог предупредить своих подчиненных, что у тебя сегодня свидание с женой, чтобы не беспокоили? Не могут потерпеть до завтра?

– Извини, – Константин сел на свое место, расслабил галстук, и взялся за приборы – просто один молодой предприниматель, пробирается в нашу сферу деятельности. А я делиться не хочу. Вот и слежу за каждым шагом этого Астахова.

– Астахов? – Переспросила Диана – не слышала про такого.

– Приехал недавно из-за границы, теперь здесь дела налаживает. Что не сиделось в своей Америке? – Константин от недовольства даже плечами повел, прикладывая вилку ко рту.

– Не переживай, дорогой – девушка вложила в свой взгляд и голос, всю свою нежность – ты самый умный, у тебя все получится. – Она улыбалась ему, несколько не сомневалась, что муж не отдаст свое место на рынке, он много работает, и заслужил быть самым продвинутым бизнесменом.

– Знаю – довольно усмехнулся Розов. – Ладно, хватит о грустном, давай уже поедим, и домой, в теплую постельку.

– Подожди – Диана подняла ладони, призывая его не торопиться, – у меня тоже для тебя подарок. Пришлось из-за него с одним иностранцем повздорить, но я девочка ушлая. Победа была за мной. – И Розова встала, положила на стол пакет с подарком. – Смотри – вытащила резную шахматную доску. – Вот – протянула она, и выложила содержимое напротив мужчины, который не отрывал взгляда от такой красоты.

– Здорово – Диана поняла, что угодила ему, и гордость тепло расползлась в груди. Не зря она того мужика немного помяла. – Ты моя прелесть, – Константин открыл шахматы, глаза его забегали от восторга, он любил всякие эксклюзивные штуки, а эти фигурки явно нечасто встретишь. – Угодила – он обнял жену и перевел все внимание на подарок.

Теперь телефон завибрировал у Розовой – Ой – она округлила глаза, – я забыла маме перезвонить, я на секунду.

В это момент, она захотела убрать бумажный пакет из-под шахмат и из него выкатилась еще одна небольшая плоская коробочка.

– Что это? – подхватил ее Розов – еще один сюрприз?

Мужчина увидел, как Диана поморщилась;

– Встретила вашу с сестрой знакомую, Соболеву, она поздравила меня с годовщиной – Диана покрутила коробочку, а у Розова проступила морщина посреди лба, и сердце перевернулось в груди. – Сказала открыть этот подарочек, когда буду одна. Я хотела сразу выбросить, но торопилась к тебе и забыла.

– Правильно! Ни к чему от нее подарки принимать – настроение у Розова упало, как эта стерва, посмела приблизиться к его девочке, увидит – прибьет.

– Ты же знаешь, она мне не нравится, – Диана подошла к мужу и притянула его к себе за ворот рубашки – Эта Ида, на тебя всегда так смотрит, словно хочет съесть. – И щелкнула зубами около губ Кости. Мужчина засмеялся и поцеловал сладкий ротик любимой. Снова заиграл телефон Дианы, и Розов отправил девушку пообщаться с матерью. Как только Диана скрылась за дверью, мужчина схватил подарок от любовницы. Сел на свое место, его изнутри всего колотило от злости на эту больную дуру, прекрасно знает, что не нужна ему, нет, все равно, пытается подлезть, дать знать о себе. Даже не будет с ней расставаться, как планировал, по – человечески, просто при первой возможности напишет смс о том, что между ними все кончено. И не дай бог, она снова будет мелькать возле него, а тем более, около Дианы. Сам выкинет эту хрень, которую она сунула его жене, только сначала посмотрит, что там.

Его взгляд снова скользнул по резным фигуркам, руки взяли плоскую упаковку, мужчина открывает ее, и видит листок бумаги, с запиской: «Я беременна, от твоего мужа!» «Сука! Я ее убью»! Раздается подозрительный щелчок, и Розов понимает, что это были последние в его жизни мысли, успевает бросить взгляд на подарок жены, и раздается оглушительный взрыв. Тело обмякает, и наступает чернота!

3

Блаженство! Она ощущает руки любимого мужчины на своих плечах, его горячие губы проходят от шеи к груди, ниже к животу, останавливаются около родинки у пупка. Руки нежно, практически невесомо оглаживают пах, пробираются к лобку, раскрывают ее ноги и по внутренней стороне бедра, к коленкам. Диана выгибается, Костя знает, как ей сделать приятно, хочет поймать его голову и притянуть к себе, для страстного поцелуя, она так соскучилась, так давно не чувствовала его тепло. Тянет губы, но никак не может поймать их, почему муж не целует ее? Что за игру он ведет? Так не честно, она тоже хочет прижаться губами к своему единственному мужчине. Снова делает попытку притянуть к себе голову супруга, вот, наконец, она чувствует его приближение, приподнимает взгляд, а там пусто, головы просто нет. Диану окутывает холодом страха, и она открывает глаза.

Сон! Всего лишь сон! Вой отчаяния раздается в ее голове, и воспоминания снова наседают на ее плечи, словно бетонная плита, придавливая ее к грязному полу камеры. Осознание всей ее ситуации приходит вместе с разочарованием. Она все еще жива. Розова должна была быть рядом с мужем и умереть там же, в ресторане с ним.

Снова уже в тысячный раз, за последние полгода, перед ней встают события того ужасного вечера. Она разговаривает с мамой, хвастается дорогим подарком мужа, делится своим счастливым моментом, поворачивает голову, чтобы помахать мужу через окно. Муж занят, рассматриваем шахмат, дочка спешит сообщить родительнице и о том, как удачно зашла в одну лавку, будучи в Китае. Через окно снова возвращает взгляд на Константина, не может до сих пор поверить своему счастью, что такой мужчина, как Розов обратил свое внимание на нее, да еще и в жены взял. Любуется на Костю, блаженная улыбка расплывается на все лицо. Муж берет другую коробочку, ту, что не нравится Ди, хмурится… Словно вспышка ослепила Диану, а потом раскат грома, и она лежит на земле, осколки от разорвавшегося на куски панорамного окна падают ей на спину, голову, которую она прикрыла руками, разносятся крики ужаса, вопли боли. Она соскакивает, не обращает внимания на уколы в ноге, несется внутрь, там ее любимый. Но ее не пускают.

– Там мой муж – отталкивает она охранника, у которого кровь течет по голове, но ей все равно, ее глаза тоже заливает красной пеленой, но она не может оставить своего родного, нужного мужчину внутри.

– Нельзя, там произошло преступление, сейчас приедет полиция. – Мужчина выставляет вперед руку.

Диану не устраивает такой ответ, она напирает на охранника, он сопротивляется, а у нее мысли только добраться до мужа, вытащить его оттуда, может, ему помощь нужна. Все плывет перед глазами, вокруг одни враги, поставленный удар оттесняет одного громилу, другой рукой и наскоком с ноги второй тоже отлетает в сторону, третьему сверху в прыжке по голове, и тот оседает на пол. Пробирается к месту, где проходило их свидание и крик ужаса из самой утробы, девушка слышит свой вой, ноги становятся ватными, не хотят держать тело. Диана хватается за стол, а там тело мужа, у которого нет половины головы, и отсутствует правая кисть.

– Милый – она хватает его за плечо, – очнись – трясет его, – проснись, я сказала, – приказным тоном кричит, но никакой реакции от мужчины. – Ты не можешь меня бросить – орет и трясет мертвое тело уже двумя руками – Я же умру без тебя – и снова этот вой, она и ощущает себя сейчас волчицей, чью пару убили, растерзав ее сердце железными когтями.

Ее кое – как оторвали от тела мужа, усадили в машину скорой помощи. Время, которое она провела в больнице, помнила смутно. Обработали, зашили раны нанесенные осколками стекла, все словно во сне. Потом были допросы, она отвечала на все вопросы, говорила только правду, что понятия не имеет, как в руках у мужа оказалась бомба. Она тогда и правда ничего не понимала, мысли были там, с телом мужа в ресторане, и она рядом с ним на коленях, уткнувшаяся в его ноги.

Когда она начала отходить и вспоминать подробности, рассказала адвокату про подарок от Соболевой.

– Ида Евгеньевна отрицает ваши показания, она утверждает, что ничего не дарила вам.

– Мы встретились с ней в салоне, спросите у администратора, она нас видела.

– Факт встречи – был, но подарка не было. – Диана подняла круглые от негодования глаза, она еще в своем уме, и помнит, как та зажала коробочку в ее руках. – Мы для верности проверили камеры в салоне, не было никакой передачи вам некоего предмета, на которой вы настаиваете.

Диана тогда испытала всю гамму чувств от ненависти к этой Соболевой, до ярости от своей беспомощности. Ее обвинили в убийстве собственного мужа, которого она любила всей душой, а они вменяли ей, что она совершила расправу на почве ревности.

Розова лежала на нарах, благо отец нанял самых лучших адвокатов, и они устроили ее в одиночную камеру, говорить ни с кем не хотелось. Только думать, прокручивать снова и снова события того дня, чтобы понять, кто виновен в смерти ее любимого. И она доберется до правды, и тогда преступнику несдобровать.

Полгода! Столько времени она винит себя в смерти мужчины, которому отдала свое сердце, и от которого ждет ребенка. Ида теперь сомнамбула, простая амеба, ничего ей не надо от жизни. Забросила все, что когда – то интересовало, даже свой свадебный салон, в который вложила всю душу, много денег и времени. Живот ходит ходуном, там сын Розова, а ей плевать, нахрена ей ребенок без Кости!

Ее волновало только одно, почему погиб он, когда должна была сдохнуть эта тварь белобрысая, Диана!

Слез уже нет, полная апатия, равнодушие, нет больше в жизни смысла! Через неделю новое заседание по делу Розовой, скорее всего последнее, всю свою причастность к событиям того дня, она быстро стерла. Администраторше салона, которая и слила ей информацию о том, что жена Кости там, уплачены хорошие деньги, прикрепленные угрозами, и та давно работает в другом городе. Видеозаписи подчищены профессионалами, никто не доберется до истинны. Это не она виновата в смерти Константина, это его долбанная жена виновна, сказано же было, чтобы открывала подарок в одиночестве, почему она отдала его Розову? Сука, Ненавидит она ее, и всегда ненавидела. Вот и пусть гниет теперь за решеткой, там таким место!

– Десять лет! – возмущалась Соболева. – Этой суке дали всего десять лет, за убийство! – Она хотела, чтобы эту тварь посадили на пожизненный срок.

Внутри бушевала ярость, она со злостью начала сметать все стоявшее на столе в ее комнате, дорогие духи, помады, которые она покупала, экономя на своих нуждах, все по боку, она не довольна приговором! Раз стукнула своим круглым животом об стол, два, ребенок замер и тупая боль пронзила чрево, отдаваясь во всем теле.

– Мамочки – спохватившись, что внутри у нее ребенок, схватилась за живот. Боль еще усилилась, и резала изнутри. – Мамочки – не на шутку испугалась Ида, схватила телефон и долго искала номер, на который не звонила уже долгие четыре года.

На том конце не брали трубку, Ида уже думала, что придется сдаваться врачам скорой, как, наконец, услышала голос самого родного человека на этой земле.

– Ида? – женщина, ответившая, явно не ожидала, что ей позвонят с этого номера.

– Мама – стонет в трубку Соболева, – мне нужна твоя помощь.

– Конечно – в голосе сарказм, – по другому случаю, ты бы и не вспомнила, что у тебя есть мать.

– Срочно – уже еле сдерживая крики боли, взвывала, прося о помощи девушка, – я по – моему рожаю.

– Что?????

Две женщины вошли в здание роддома со служебного входа, одна буквально тащила на себе вторую, державшую двумя руками живот.

– Алла Николаевна – подбежала к ним медсестра, – что происходит?

– Катерина – строгим начальственным тоном отвечает та, которая старше – срочно организуй мне аппарат УЗИ, ищи Матвея Романовича, пусть бросает всех пациенток и ко мне. Живо! – кричала она уже в спину бежавшей вдоль длинного коридора девушки.

Ида лежала в пустом зале, где то дальше по коридору слышались стоны рожениц, и она тоже страдала, ее ребенку еще рано рождаться, она сама виновата, перенервничала. Соболева и не знала, что там вообще с ним происходит, не хотела, не собиралась его оставлять. Думала отказаться сразу после родов, отдать на усыновление. Поэтому на учет не вставала, и не следила за развитием плода. Он ей не нужен!

Когда мать с коллегой, осматривали ее, ничего не нашли. Все в норме. Ида узнала – у нее будет мальчик. Зачем они ей вообще все это говорили!? Не хотела она слышать про свой плод ничего. Вот только, мальчик не готов рождаться, ее нервный срыв спровоцировал преждевременные роды. И вот девушка лежит, ждет, когда все будет готово. Боль то тупая, то расползающаяся по всему животу, то остро бьющая в поясницу, не дает ни минуты расслабиться, забирая силы. Когда уже все соберутся вытаскивать это из ее живота?

– Ты почему не встала на учет? – ругала ее мать – Почему мне не сказала? Я же акушер – гинеколог, помогла бы тебе, осмотрела.

– Не хотела я его рожать.

– Как не хотела? – возмутилась женщина, – а аборт, почему не делала?

– Некогда было – сквозь стон боли, сжав зубы, выдыхала девушка.

– Как так? – не понимала Алла Николаевна дочь.

– Ни хочу я его – выкрикнула Ида, – неужели не понятно?

– Придется рожать. – Прикрикнула на нее акушер.

Наконец послышались голоса и в ее помещении,

– Ставим укол, разворачиваем ребенка, – говорил мужчина – сам не повернется.

– Делай, что нужно, Матвей – это говорила ее мать – тебе только могу доверить моего внука.

И Ида почувствовала на животе руки, которые ощупывали живот, поддавливали, и нисколько не облегчали ее страдания.

Сколько времени ее мучили, она не поняла, но то, что она устала так, словно сама разгрузила вагон с тюками, полными камней, ощущала явно. Ее выжали как лимон, этот ребенок не хотел покидать нагретое место внутри нее, и за это еще больше вызывал в ней отторжение к себе. Бедный еще не родившийся малыш, уже не нужен той, в которой зародился.

Ида чувствовала, как слезы бегут по ее щекам, как соль обжигает кожу, боль, пронзающая все тело, мешала здраво мыслить. Снова она обвиняла во всех бедах Журавину Диану, если бы этой твари дали больший срок, сейчас бы она не мучилась в больнице, а сидела на кладбище у могилы любимого, и отмечала это событие. Вот почему он выбрал не ее? У них бы была нормальная семья, ему она бы хоть пятерых родила, а без него не надо ей никого, сама жить не может, не человек она уже, что может дать «мать – зомби» развивающемуся маленькому человечку? Пусть возьмут те, кто умеет жить. Укрепилась в своем решении Соболева.

Ее снова мяли, казалось, все внутренности ей перевернули вверх тормашками, а она, сжав зубы, не издала ни одного звука, пусть не надеются услышать ее боль, та, что лежит на сердце больнее давит на душу, эта по сравнению с той, что укус комара. Наконец в зале раздался тихий писк, словно маленький щенок оторвался от мамкиной сиськи.

Ей даже не дали на него посмотреть и сразу унесли. А она закрыла глаза, наконец, все закончилось, ее ждет свобода, а на сердце тяжесть неимоверная, и этот жалобный скулеж в ушах. Нет, она не будет даже смотреть на того, кто вылез из ее утробы, чтобы не видеть, на кого он похож, чтобы не иметь представления о нем. Нет, ни хочет она его любить, дарить свое тепло. Пусть забирают те, кому нужнее.

Мужчина стоял в своем кабинете напротив большого телевизора, висевшего на стене, он сложил руки на груди и внимательно вглядывался в блондинку, сидевшую за решеткой в зале суда. Репортер, с экрана говорит в микрофон, что сегодня суд вынес приговор по делу об убийстве Розова Константина Макаровича, убитого своей молодой супругой. Диану Васильевну приговорили к лишению свободы на срок десять лет, которые она будет отбывать в колонии…

Его отвлек от выпуска новостей помощник, принесший нужные документы.

– Руслан Робертович, – парень положил папку на стол – вот все, что вы просили.

Мужчина подошел к столу раскрыл бумаги.

– Жалко девчонку, – махнул головой в сторону экрана – молодая, вроде жена у Розова?

– Да всего двадцать два. – Согласился Владислав, помощник Руслана. Мужчины оба уставились на телевизор, где сейчас показывали крупным планом, бледную, замученную девушку, а у Руслана щелкнуло в голове воспоминание, как одна наглая блондинка выхватила у него присмотренный подарок отцу, и еще в живот коленом зарядила.

– Это же та девчонка, которая у меня шахматы тогда отжала. – Он быстро нажал на паузу, и подошел, чтобы убедиться в своих словах. – Точно она. Так это была жена Розова? Жаль, хороший был подарок, успел ли им воспользоваться. – Хмыкнул Руслан.

Астахову Руслану Робертовичу, смерть Розова была на руку, Константин мешал ему выбиться в лидеры на рынке, где Руслан только начинал отвоевывать места. Сейчас бизнес Розова встал, и молодой человек быстро сориентировавшись в ситуации, скупал акции и филиалы конкурентной фирмы. Еще полгода и все перейдет в его руки.

– Я видел их как- то на одном из приемов – рассказывал начальнику Долгополов, – Диана красивая девушка, только немного заносчивая, избалованная. Смотрела на окружающих, словно они ее подданные, тогда она еще не была женой Константина.

– Значит, принцесса Диана, теперь будет сидеть в башне, долгие десять лет – протянул Руслан, – ну значит заслужила. – Отмахнулся он от этих новостей и взялся за работу, у него туча дел, еще нужно выстроить тактику, по поглощению оставшихся филиалов фирмы Розова.

– Дианочка, девочка моя – отец сидит напротив дочери, в зале для свиданий, это последнее их близкое общение, завтра ее перевозят в колонию, где она будет отбывать срок наказания. – Адвокат обещал поговорить с прокурором, и подать протест, мы будем бороться.

Диана сидела и смотрела в поникшие глаза отца, она знала, что он делает все возможное и невозможное, чтобы вызволить ее отсюда, но улики указывают на ее причастность к взрыву. От коробочки, которую ей всучила Соболева, не осталось и следа, а вот ее подарок, резные шахматы, по версии пострадавшей стороны были заминированы. Диана уже смирилась, она устала от пустых разговоров со следователем, который ее не слышал, или не хотел слышать, или специально не понимал то, что она пыталась ему вбить в голову, свои домыслы, про Соболеву. Бесполезно, ее уже до суда приговорили, за убийство, которого она не совершала, да даже думать об этом не могла. Сколько свидетелей прошло через суд, и никто не мог открыто сказать, что Диана способна на убийство.

Да она виновата в том, что нанесла увечья охранникам ресторана, так она принесла свои извинения и выплатила моральный ущерб. Хорошо, что Диана получила приличный гонорар за последнюю победу. Его как раз хватило покрыть ремонт ресторана, и выплатить людям моральную компенсацию. Теперь у нее нет ни копейки. А отец как белка в колесе бегает, ищет способ опровергнуть причастность дочери к убийству, уже два своих супермаркета продал. Пора остановиться.

– Папа – пожала его ладони, и посмотрела на него открыто, постаралась улыбнуться – Хватит, не нужно. Ты и так сделал много для меня. Спасибо!

– Если ты до сих пор за решеткой, значит, не все я сделал, ты не убивала Костю, я знаю. – Настаивал отец, и в его глазах снова зажглась решимость, он землю зубами грызть будет, но докажет невиновность дочери.

– Мне этого достаточно – обреченно произнесла Диана – Ты, мама и Алиса, если вы верите мне, то этого хватит, чтобы я продолжала жить дальше. – Розова еще сильнее сжала руки родителя, и, увидев, как покатились по его лицу слезы, провела руками по его щекам. Отец встал, он так хотел крепко прижать к себе дочь, но как только подался вперед, сразу услышал недовольный, командный тон, надсмотрщика.

– Не положено.

Диана грустно улыбнулась, ее глаза тоже застилали слезы, никогда в жизни ни в чем не нуждалась, всегда старалась выделяться из толпы, а теперь будет серой массой сливаться с остальными осужденными женщинами, станет невидимкой под номером. Охранник грубо расцепил руки Дианы и ее отца и, подталкивая в спину осужденную, повел из помещения в камеру.

4

Прогулка закончилась перекличкой, Диана подняла глаза к небу, и посмотрела на хмурое, темное небо. Снова будет дождь, осень в этом году не радует теплой погодой. В принципе ей все равно, ее местонахождение не изменится еще лет шесть. Дождь, снег, или зной с засухой ей все по одному месту. Здесь все такие полулюди, безэмоциональные существа, даже и не скажешь с первого взгляда, что эти тени раньше были женщинами.

Сидела каждая в своей крохотной камере одна, чтобы никто не мешал совести, грызть заключенную изнутри.

Диану же съедала другая напасть, она не могла смириться с тем, что настоящий убийца ее мужчины на свободе. Кто мог желать смерти Кости? Она обязательно докопается до истины, и накажет настоящего преступника.

Мыслительный процесс она совмещала с тренировками, только они помогали забыться, Диана закрывала глаза и видела себя на ринге, вот она снова в перчатках, с каппой во рту, готовая к победе. Изматывает себя отработками приемов, представляя перед собой соперницу, пока силы не покидают тело, и она валится на кровать, как только вырубается свет в камере.

Снова капает мелкий мерзкий дождик, женщины не разговаривают между собой, а только перекидываются взглядами, многих здесь Диана знает, эти лица не меняются перед ней уже два года. Но имен нет, только номера. Когда появлялись новенькие, глаза загорались и все с любопытством осматривали их, еще не успевших потухнуть, с искрами в глазах. И через какое – то время, те тоже сливались с безликой толпой. Редко перебрасывались ничего не значащими фразочками, сухими хриплыми голосами.

– Розова – Диана не среагировала на окликнувший ее женский голос – Розова – уже громче кричала одна из надсмотрщиц. Девушка закопалась в своих мыслях, она давно не слышала своих имени и фамилии.

– Эй – ее толкнула в плечо рядом идущая женщина – ты же вроде Розова. – Она махнула головой в сторону стоявшей женщины в форме. Та хмурилась, от того, что не могла найти нужную ей заключенную.

– Ну, я – Диана даже испугалась своего голоса, он словно не ей принадлежал, словно из какого – то дальнего глубоко колодца.

– Пройдем за мной – строго глядя, проговорила надсмотрщица. – Начальник вызывает.

– Диана Васильевна – заключенная стояла перед мужчиной в форме, сцепив руки в замок, заметно нервничала, и смотрела в пол. – Добрый день, присаживайтесь.

Диане пришлось посмотреть в глаза мужчине, который вызвал ее к себе впервые за два года нахождения ее на зоне. И что понадобилось этому блюстителю закона от нее?

– Диана Васильевна, у меня для вас хорошие новости – она подняла брови и внимательно следила за движениями начальника тюрьмы. – Пришел ответ на мое прошение о переводе вас в другую колонию. – Диана удивленно уставилась на начальника, впервые слышит, о каком – то прошении, она точно к этому не причастна. – Не удивляйтесь, в этом состоит моя работа. У вас хорошее поведение, режим вы не нарушаете, характеристику я дал тоже положительную. Вас одобрили, и завтра вы уезжаете отсюда.

– К- Как? – язык не слушался, он словно застыл, – в какую?

– Там будет лучше, там не такой строгий режим, вы будете общаться с другими заключенными, работать. – Мужчина смотрел на побледневшую от неожиданности подопечную, в ее глазах не было радости, восторга от того, что теперь она будет общаться с такими же бедолагами, застрявшими в каменных стенах колоний, даже показалось, что она не желает покидать это проклятое место. – Там вы вернетесь в жизнь, пусть не полноценную, ну все же.

– А связываться с родственниками там разрешают?

– Да, конечно, раз в неделю – это единственное, что порадовало девушку, а так абсолютно все равно где отсиживаться до конца срока, дружбу она водить ни с кем не собирается.

Ее вернули на прогулочную площадку, и Диана почувствовала на себе завистливые взгляды подруг по несчастью, все знали, что к начальнику тюрьмы вызывают только избранных, кого считают, что перевоспитали, и кто готов вернуться в социум.

– Ну что? – догнала Диану, та, что тыкала ее в плечо. – Какие новости?

– Завтра меня увозят отсюда. – Безразличным тоном ответила на любопытный взгляд осужденной.

– Везет тебе девочка, – выдохнула женщина – а я здесь долго еще гнить буду.

– Почему? – Диана впервые с интересом посмотрела на собеседницу.

– Так я трех козлов убила, – и лицо женщины окаменело в злобной маске – они изнасиловали двух моих дочерей.

– Я бы тоже за это убила – от такого признания Диану пробила дрожь, на месте этой заключенной так же поступила бы любая мать. Но, если совершается самосуд, человек сразу становится убийцей, и попадает в это темное логово, где находятся все переступившие через букву закона.

– С особой жестокостью – женщина скривила губы в страшной усмешке – я их выследила, усыпила, связала. Вывезла на пустырь – женщина сплюнула – отрезала им их причиндалы, а когда они пришли в себя, засунула их члены в их задницы. – Злорадный смех эхом распространился по периметру. – И никогда я не признаю свою вину, таких гондонов – надо убивать.

Впервые, за эти два года, проведенные в тюрьме, Розова поняла, что все еще может чувствовать, сердце сжалось от жалости к этой женщине, и ненависть к тем, с кем расправилась мать двух пострадавших девочек, обожгла грудь. Диана пожалела, что у нее не было возможности отомстить убийце Кости, она бы тоже тогда находилась здесь без малейшей доли сожаления о содеянном.

Ее, и еще троих девушек, после завтрака усадили в небольшой автобус с решетками на окнах, и такими же перегородками между ними и охраной. Диана сидела около окна и смотрела на деревья, мелькающие вдоль дороги. Девчонки перешептывались, радуясь тому, что их монотонная одинокая жизнь поменяется, смотрели на нее, и не могли понять, что в голове у этой отстраненной от всех девушки. По дороге забрали по паре зечек, их других колоний, видимо это все принявшие наказание и осознавшие свои ошибки заключенные, заслуживающие послабления в режиме. Диана поглядывала на них, все довольно молодые, правда глаза у некоторых как у стариков, бесцветные, ни одной искорки, мутные взгляды и только. Неужели она также выглядит? Розова не видела себя в зеркале очень давно, внешний вид перестал ее заботить, волосы остригли, и теперь у нее нет ее шикарных белых локонов, она снова с темными русыми волосами, собранными в короткий хвостик на затылке. Может хоть в этой тюрьме, можно будет смотреться в нормальное зеркало, и увидеть на кого она стала похожа.

Прибыли на новый режимный объект поздно ночью, после отбоя, их сразу развели по камерам. Надзирательница нашла приготовленную для нее койку на верхней полке.

Диана не споря, в один прыжок забралась на свое новое место обитания и сразу провалилась в глубокий сон, чего не было, уже долгих два года.

– А у нас тут новенькая – голос пробивается сквозь дрему, он грубый, прокуренный, если бы не знала, что в женской тюрьме находится, могла подумать, что парню принадлежит. – А ничего такая – Диана поняла, ее рассматривают, но показывать, что проснулась, не стала, послушает, что о ней думают сокамерницы. – За убийство говоришь, сидит? – голос начал отдаляться, и Диана тихонько выдохнула, не хотелось начинать знакомство с конфликта.

– Да – другой голос, раздается снизу, видимо эти две ранние пташки проснулись до подъема, и теперь нашли жертву для перемывания костей. – Мужа подорвала, – откуда эта женщина может знать о ней, Диана только ночью появилась здесь. – Вчера, пока полы мыла у начальника, слышала, как они с Ленькой обсуждали новеньких, распределяли по камерам, вот про нее и узнала.

– Давно сидит? – интересовался грубый голос.

– По – моему три уже отсидела, а так все десять дали.

Собеседница присвистнула:

– Так и не скажешь, молодая. Что девкам надо? Ну, если плохой муж, бросила бы его, и пусть пасется себе дальше.

– Они вроде из богатых были.

– Может, издевался над ней? – Диане так хотелось подскочить и встать на защиту своего мужа, выкрикнуть, что он был самым нежным и любящим мужчиной на свете. – Черт этих богатых разберет.

Голоса затихли. Диана смогла открыть глаза, пора обживаться на новом месте. После двух лет сидения в одиночке, нахождение в камере с двадцатью заключенными вызывало страх, волнение. Боязнь, что разучилась уживаться с другими людьми, завибрировала в груди.

Вновь прибывших, собрали в бараке, где находились административные помещения. Их встретил начальник колонии – Голова Александр Николаевич, строго смотрел на стоявших перед ним женщин, ознакомил с правилами пребывания в здешних местах, предупредил о последствиях нарушения режима. Карцер, штрафной изолятор, лишение пищи – это все ожидало провинившегося заключенного.

Валентина – надсмотрщица, проводила ее назад в камеру, тут ее ждали.

Полноватая женщина с широкими плечами, и узкими бедрами, каштановые волосы собраны под косынку, стояла, привалившись к стене, сложив руки на груди. Ее изучающий взгляд блуждал по телу Розовой.

– Ну наконец – то – сделала шаг к Диане, а Розова понимает, что перед ней та зечка, с грубым голосом, и внимательно обводит новую знакомую взглядом. Мужик в юбке, говорят про женщин с таким складом фигуры, со спины так точно, вот и голос, как по заказу, такой низкий и хриплый. – Как звать?

Диана растерялась, для нее все в новинку, трудно перестроится на новый уклад жизни.

Женщина поняла, что ввела своим присутствием, а может и внешним видом новенькую в ступор, и продолжила.

– Я Светлана, «мамка» – слежу, за порядком в нашем отряде. – Она гордо выпятила грудь, показывая свою важность в колонии. – Мне нужно с тобой определиться, чем ты можешь быть полезна. – Светлана взяла в ладони кисти новенькой и осмотрела руки. – Неженка.

Диана удивилась, как могла эта женщина понять, что раньше у нее была бархатная кожа, руки не знали домашних хлопот. Только боксерские перчатки, украшали кулаки, бившие по груше, или сопернику, о чем говорили сбитые костяшки, но пока «мать» на них не смотрела.

– Ты язык проглотила? – Светлана смерила ее оценивающим взглядом. – Говорить – то будешь, или обет молчания дала? – не отставала от нее зечка.

– Буду. – Диана взяла себя в руки, нужно вливаться в коллектив, ей еще долго отбывать свой срок, пора снимать броню. – Розова Диана – протянула руку, и почувствовала крепкое пожатие, на ладони.

– Шить умеешь? – Светлана начала определять, куда отправить новенькую.

– Нет.

– Готовить?

– Плохо.

– Ну, тогда тебе только убирать сортиры.

– Это что?

– Ты что даже про сортиры не знаешь?

– Похоже на французское слово sortir.

Ее оглушил громкий смех, Светлана аж согнулась пополам, облокотившись на колени руками.

– Вот насмешила – сквозь прерывистый смех говорила «мамка». А Диана, стояла и смотрела на женщину, не понимая, что происходит. Что она такого сказала? – Ладно – наконец успокоившись, главная, хлопнула ее по плечу. – Пристрою тебя к Аньке, она всему научит. Заодно узнаешь, что такое сортир. С тряпками управляться умеешь?

– Ага – а саму трусит, она никогда в жизни даже пылинки не стерла, ее задачей было хорошо учиться, посещать разные кружки, чтобы стать настоящей светской девушкой, и удачно выйти замуж. Но она быстро учится, надеялась, что с тряпкой то точно справится.

Светлана шла впереди, Диана семенила сзади, по бесконечному узкому коридору. Наконец дошли до небольшого помещения, отделанного старой белой керамической плиткой.

– Анька – выкрикнула Светлана, и из дальней комнаты выскочила молодая девушка, она, не глядя по сторонам бросилась на шею «мамки», и прижалась к ее губам в страстном поцелуе.

Диана никогда не видела более отвратительной картины, боялась, что ее сейчас вырвет. Эти две женщины, не стесняясь ее присутствия облизывали друг друга, причмокивая и постанывая. Розова больше не могла вынести это зрелище и громко откашлялась.

– Так – отстранила от себя Аньку главная – я не за этим сюда пришла. Вот – она повернулась к Диане и указала на нее вытянутой ладонью, – привела тебе ученицу. Покажешь ей все.

– Хорошо «мамочка» – довольно улыбаясь и облизывая губы проговорила девушка, – она будет с нами работать?

– Да. Диана теперь в нашей команде. Я тебе доверяю – прошептала возле уха Анны и они обменялись легкими поцелуями.

Пройдя в дальнюю комнату Розова увидела, что здесь находятся еще работницы ей представили Таю и Катю, на вид простые девушки, такие же как она.

– У нас все хорошие, добрые, наша камера, даже конкурс на самую уютную комнату выиграла – похвасталась Анна. А Диане так и хотелось рассмеяться, и задать вопрос, какого хрена все такие хорошие, добрые девочки вы сидите в местах не столь отдаленных. Вместо этого постаралась мило улыбнуться

– Розова Диана.

Диана пялилась на унитазы, туалет – сортир, теперь она вспомнила, что раньше случалось слышать это слово. Значит, придется преодолеть брезгливость, понаблюдать за своей напарницей и делать то же самое. Противно, неприятно, но выделяться из толпы Диана не хотела. Аня дала ей небольшую тряпку указала, что нужно вымыть выложенные белой допотопной плиткой стены.

– Сначала на мокро – командует Анна – потом насухо, все как везде. – Подозрительно обводя Диану глазами, перевела взгляд на стенку.

Диана никогда в жизни не терла стены, не выжимала тряпки, поначалу ее даже позабавило, это занятие, не так и сложно, как она думала. Когда они оттирали втроем уже пятую душевую, она поняла, что устала как от тренировки. Быстрее бы это закончилось! Она вытирала потный лоб, уже без омерзения, не обращая внимания на перчатки и замызганную тряпку в руках.

– А вот теперь сортиры – Аня такая же взмокшая, и раскрасневшаяся от работы, забрала ведро и двинулась в туалеты.

«Вот и встретились» – мысль в голове, а самой реветь охота. Она стоит и смотрит на пять белых горшков. Мама шутила иногда, когда маленькая Дианочка начинала капризничать и плакать, говоря, что не хочет в школу, ей там не нравится.

– Надо учиться, а то придется унитазы намывать, в какой нибудь задрипанной гостинице. – Словно наяву прозвучал мамин голос. А в жизни вот как бывает, учишься, стараешься, потом какая – то сволочь подставляет тебя, и ты стоишь в тюрьме и смотришь на унитазы, в которые обитатели колонии справляют нужду.

Не без отвращения, дыша через раз, Диана все – таки их помыла, в душе раздирало от несправедливости, свалившейся на ее голову. На эти жизненные испытания, которые ей приходилось проходить по чей – то там воли. За что ей это? Разве недостаточно было лишить ее любимого человека и свободы? К концу, она уже злостно терла последнего фарфорового друга, чуть не рыча от раздирающих ее чувств.

Анна, увидев ее напор похвалила за усердие, сложила руки в бока.

– Там в углу половая тряпка, с красной маркировкой, полы здесь промоешь, и на сегодня закончим. – Аня ткнула пальцем в правую сторону и Диана, убрав тряпку с зеленой отметкой, пошла, искать половую. Такой она еще сегодня не пользовалась.

Идет в сторону правого угла и замирает, там в углу сидит нечто серого, грязного цвета, собралось в комок и готово кинуться на нее сверкая своими красными глазами. Диана испугалась, ей даже показалось, что эта тварь на нее фыркнула.

– Там крыса – завизжала Розова и с быстротой молнии выскочила из сортира, который отмывала последний час.

– Какая крыса? – Удивилась надсмотрщица, закрепленная за их группой. – Нет у нас тут крыс, всех вытравили.

– Там – указывая в помещение, откуда только что выскочила, глаза круглые, полные страха, всю трясет – она огромная, глазищи красные, сверкают.

– Ну пошли, посмотрим.

Диана шла за Валентиной, стараясь ступать бесшумно, чтобы тварь на нее не среагировала.

– Ну и где? – развернулась к ней женщина.

– В углу – Диана сжалась, никогда в жизни не видела крыс, сегодня впервые произошло их знакомство. Девушка понимала, что в десять раз больше той серой твари, но боится, словно та и вправду может ее съесть.

Валентина прошла к углу, где по утверждению заключенной притаилась крыса, присмотрелась. Кто-то просто бросил половую тряпку, и она бесформенной массой лежала на полу, а красная нашивка смялась так, что стала похожа на два горящих глаза. Женщина взяла ершик, стоявший рядом, подцепила тряпку:

– Лови! Это твоя крыса! – Она протянула в сторону трясущейся заключенной висящую тряпку, и та вскрикнула, явно впервые увидев нетканное полотно.

– Что это? – голос дрожал, руки в резиновых перчатках прижались к груди.

– Тряпка – полы мыть – брезгливо сморщилась надзирательница, скинула полотно к ногам заключенной. – Ну ты даешь – протянула она и рассмеялась – ты откуда такая? Полы то хоть помоешь без криков?

– Помою – Диана выдохнула, она снова облажалась, но эта тряпка реально была страшная, откуда девушка могла знать, что простая вещь может быть такой пугающей.

Вечером вся колония знала, что новенькая истерила, увидев на полу мокрое, полотно, каждая, проходя мимо, подмигивала ей, улыбалась, а некоторые хлопали по плечу, и вздыхали, выражая свое сочувствие. Диана же сидела злая, и дергалась от каждого прикосновения к себе. Она им еще покажет, Диана Журавина сильная, и всегда справляется со своими задачами лучше всех.

5

Дни сменяли ночи, наступало утро, и снова группка заключенных выходила на уборку территории, среди этих женщин была и Розова. Поначалу кожа на руках реагировала на химию, которую они добавляли в воду, даже резиновые перчатки не справлялись, но прошло пару недель, и она тоже смирилась со своей участью, перестав сохнуть, чесаться, и покрываться красным пятнами. Большая часть заключенных женщин в две смены пахали за швейными машинками, Диане и пятерым ее сокамерницам повезло, они не созданы для монотонного, однообразного труда, сколько не пыталась Розова вести строчку ну не получалось у нее. Тогда на Диану плюнули и оставили заниматься уборкой, что нисколько не легче швейного мастерства. В пять утра завтрак и каждый принимался за свое дело, огромная толпа в серых робах расползалась до швейных цехов, а остальные принимались убирать пространство режимного объекта.

Диана несколько раз ловила на себе жадные взгляды двух женщин, они выказывали ей свою симпатию, но Розова не склонна к лесбийской любви. Лежа ночью на верхней полке, слышала, как женщины со своими любовницами милуются, звуки поцелуев и стонов раздавались по бараку. Никто не стеснялся, таких пар здесь было много, и Диана боялась, что если ее заприметит кто – то из лидеров, ее смогут заставить лечь в постель и отдаться женщине. Только не это!

В тюрьме все одинаковые, отличающиеся только номером отряда и фамилией с именем нашитыми на робе. Особенно зимой, когда на тебе телогрейка и ватные штаны. Сегодня их отправили убирать снег, сначала с крыш, а потом и по территории. Диана выносила все тяжести физического труда, ее спортивная закалка помогала ей в этом. Другие девушки к вечеру изнывали от боли в спине и пояснице.

В один из таких зимних вечеров Диана разминала спину Таисии, а потом повязала ей на поясницу шаль из собачьей шерсти. Почувствовала руку на своей задней точке, когда наклонилась, поправляя лежавшей на нарах подруге платок.

– Эй – возмущенно зашипела, обернувшись, увидела перед собой одну из тех, кто подмигивала ей частенько в столовой. Лидия «мать» из соседней камеры – Руки убрала.

– А че – расплывшись в довольной гримасе, худощавая заключенная не спускала похотливых глаз с Дианы – маляву накатаешь Голове?

Розова занервничала, не надо ей никаких терок с женщинами из соседнего барака, Диана вообще не сходилась близко с другими заключенными. Знала, что отбывающие наказание образуют подобие семьи, но сама входить в такое сообщество не желала.

– Переходи в мою камеру – покусывая верхними ровными зубами нижнюю губу, зазывно смотря на Розову проговорила женщина.

– Мне и в своей неплохо. – Осторожно огрызалась девушка, надеясь, что та не знает, что она не состоит ни в каком сообществе.

– У тебя будет все самое лучшее – продолжала лить в ее уши ласковым тоном – буду с тебя пылинки сдувать. Ты мне нравишься.

– Я непонятно разговариваю? – Розова с вызовом посмотрела на женщину, пожирающую ее глазами. Диана испугалась, у Лидии был такой острый взгляд с легкой безуминкой, что показалось, она может насильно взять ее.

– Да нет. Все ясно – жадно осмотрев желанную заключенную с ног до головы «мамка» встала и с недовольным лицом направилась на выход. В дверях Лидия столкнулась со Светланой, они обменялись враждебными взглядами, и выходившая из помещения «мать» толкнула плечом главную этой камеры.

– Сука – громко в спину Лидии высказалась Света.

– Чтобы тебе никогда амнистии не видать – «чушка»*! – Огрызнулась Лидия, а мужеподобная заключенная не смогла простить оскорбления и налетела на наглую гостью с кулаками, завязалась драка, сразу же вокруг собрались женщины, и никто не лез разнимать дерущихся, вцепившихся друг другу в волосы женщин. Только подбадривали зечек, свистели, и выкрикивали имена тех, за кого болели. Охрана не сразу смогла протиснуться к нарушительницам спокойствия, стена из женщин в серых робах преграждала путь.

Диана с большими глазами смотрела на борющихся лидершь, переживала за Светлану, ведь если с ней что – то случится, Розову не кому будет защитить, не в ее интересах, чтобы пострадала ее «мать».

Наконец женщин растащили и увели на разговор к Николаичу – начальнику тюрьмы.

Нарушивших уклад режимного объекта Свету и Лидию в наказание закрыли в карцер на три дня, за это время Диана должна была решить, как быть дальше. Выход был только один, примкнуть к семье Светланы, а там Катя – имела на нее виды, нужно продумать, как избежать близости с женщинами. Что – бы не говорил начальник прошлой тюрьмы, там не было таких проблем, ей, проще было находится одной в камере, чем теперь раздумывать, как избежать близкого общения, если не с Лидией так с Екатериной.

Два дня прошли спокойно, никто не обвинял Диану в причастности к конфликту между двумя «мамами». Уставшая от изнуряющей работы девушка с удовольствием упала на кровать, закрыла глаза, необходимо успеть уснуть, пока не начались любовные утехи, наполняющие помещение частыми вздохами и запахами выделений женской смазки. До сих пор не могла привыкнуть к этому, дико было от понимания, что сейчас на нижних полках голые женщины ублажают друг друга. Зажмурилась, унеслась мыслями в прошлое, где она живет обычной жизнью, общается с друзьями, как впервые увидела Розова.

Вспомнила, как Алиса уговаривала пойти ее с ней и с ее подругой Идой на прием, по случаю помолвки их общего знакомого. Константин напугал девушку своей напористостью, ей тогда было двадцать, и ни один мужчина до этого, не нарушал ее личного пространства. А Розов просто смел все преграды, он каждый день настойчиво протаптывал дорожку к ее сердцу, и через полгода она сдалась. Взяв ее девственность, Розов сразу, даже не дав ей время на размышления, утащил в Загс, да она и была не против, голова кружилась от чувств к этому мужчине. Журавина видела, что он покорен ей, глубоко и безвозвратно влюблен, как и она. В груди заныло, понимая, что это теперь только пустые воспоминания, вызывающие приступы боли. Диана снова тихо лила слезы в подушку, и не заметила, как уснула.

Разбудило Розову шевеление кровати, она спала на верхней полке, снизу обычно место пустовало, потому, что Кира уходила спать к своей «жене», неужели сегодня они решили повозиться под ней. Она прислушалась к ощущениям, кто-то лез наверх. Черт! А она думала, обойдется, дождется Светлану, и договорится с ней, попросит защиты, примкнет к семье. Спросонья она замешкалась, на нее упало женское тонкое тело, руки поползли под одеяло. Катька! Она была членом сообщества Светланы, но сейчас Диане было плевать, ее затрясло от злости и мерзости, Катерина симпатичная девушка, но не настолько, чтобы Диана, готова была, перейти на сторону лесбиянок.

– Как я давно мечтала потрогать твое нежное тельце – Катя проводит рукой по животу девушки и чувствует, как ее желанная жертва обхватывает ладонью запястье. – Вот и правильно – не так поняв Диану, шепчет зечка – не нужно сопротивляться. Я вылижу тебя так, что потом умолять будешь повторить. – Катерина пытается свободной рукой откинуть одеяло в сторону, но вместо этого ее резко переворачивают, прижимают грудью к матрацу, заламывают ее шаловливые ручки за спину, давя коленкой на поясницу.

– Не стоит, побереги свой грязный язычок, – выделяя каждое слово, зло шепчет Розова. – Может, как нибудь, воспользуюсь твоим предложением. Только если на зоне закончится вода, попрошу, чтобы облизала мой сраный зад, а сейчас катись отсюда, а то руки переломаю. – Она резко отпустила, забравшуюся к ней в кровать девушку, и дернула ее, поднимая за волосы. – Пошла вон – прошипела на нарушительницу сна. Катя поймала светящие яростью глаза и поспешила свалить, не думала, что эта чистоплюйка умеет быть такой убедительной, от страха анальное отверстие сжалось до коликов. Идет она куда подальше, найдет себе кого посговорчивее.

Следующим вечером в камеру зашла Светлана, все ее радостно встречали, особенно Аня, та повисла на женщине и не хотела отпускать, пришлось «мамке» протащить ее на руках до своей шконки. Почти все подошли к главной и поинтересовались, как она провела последние дни в карцере, та улыбалась, и отмахивалась, говорила, что сносно, даже хорошо, что так случилось, у нее было время подумать, и наконец, отдохнуть от них.

Диана тоже подошла к женщине, в числе последних, она чувствовала себя виноватой в стычке двух лидеров.

– Садись, – указала ей на стул рядом со своей кроватью «мать» – вижу, поговорить хочешь. – Диана удивленно заморгала и закивала головой. – Ну, валяй, слушаю.

– Я хотела поблагодарить – Диана присела на самый край мягкого стула, и сложила руки на коленях – ты заступилась за меня.

– Если бы на месте Лидки была другая, я бы не стала вмешиваться.

– Почему? – Диана понимала, что сейчас услышат что-то страшное о лидере другой камеры.

– Она жестокая, раздирает своих любовниц, они потом в больничке неделями валяются. А ты – женщина прищурясь, заглянула в глаза Розовой, – не выдержала бы, дала ей отпор, и жизни здесь, после этого, тебе бы не дали. – Диану снова удивила эта женщина. – Что смотришь, думаешь, я не знаю, что ты именитая спортсменка, тем более борец.

– Откуда?

– Нинка в административном здании тряпкой трет, у нее слух знаешь какой тонкий, все слышит. Потом мне доносит. А ты мне нравишься, хорошая девка.

– Спасибо!

Им не дала договорить Аня нагло плюхнувшись на колени Светланы и обняв ее широкие плечи.

– Котик – поцеловав девушку, подняла со своих ног любовницу «мамка» – подожди еще пару минут, перетереть нужно, не успели еще. – Анна недовольно глянула на Диану, и отошла в сторону, ревностно наблюдая за ними. – Осуждаешь? – обреченно проговорила Светлана. Диана подняла глаза, понимает этих бедолаг, но не принимает такой формат отношений. – По глазам вижу, осуждаешь – тяжело выдохнула Светлана. – Я ведь первые четыре года тоже хорохорилась, кричала всем, что муж у меня и сын, и не надо мне этого ничего. А потом появилась Анька. Она меня просто преследовала, вешалась на меня. Я же не дура, в зеркало смотрелась, знаю, что мужиковатая, а эта мокрощелка видимо во мне мужика увидела. Пришла одной ночью, и соблазнила меня, я и не знала, что женщина может дарить такие ласки. А может, забыла просто ощущения от мужских рук. Вот так и завязываются у нас у баб отношения. – Она похлопала по крепко сжатым ладоням Розовой и продолжила – Но ты – не я – верю, выдержишь. – И сложив правую руку в кулак, потрясла перед лицом Дианы, вызвав у той, улыбку.

Пролетела неделя, Розова старалась держаться с женщинами из семьи Светланы, потому, что постоянно ощущала на себе тяжелые взгляда Лидии, мурашки постоянно бегали по спине, и волосы шевелились на голове, не хотела она столкнуться с этой женщиной наедине. Права была ее «мать», Диана правда бы сопротивлялась и нанесла Лиде увечья, а не подготовленного человека несколько умелых ударов могли покалечить, и даже убить.

Вечером Светлана позвала к себе Диану.

– Сегодня ко мне приходила шестерка Лидки, – Диана вытянулась, и напряглась, начало разговора ей не понравилось – она мне передала, что «мамка» готова отдать за тебя пять пачек чая, и два блока сигарет. – Главная, подперла голову кулаком и ухмыльнулась – видимо сильно ты ее зацепила, вот думаю отдать тебя, и получить королевский выкуп, столько еще никто не предлагал на моей памяти за то, чтобы трахнуть телку. – Розова обомлела, она шутит, или вправду продаст ее в соседнюю камеру? – Не очкуй – успокоила ее «мама», – я сказала, что ты теперь со мной, так что придется тебе с полгодика рядом потереться, и иногда лапать меня, чтобы меня брехней не называли. – У Дианы от услышанного закружилась голова, что за безумие, прикидываться подстилкой «мамки»?

– Почему полгода? – Голос девушки дрожал, все как – то неправильно, сможет ли она выдержать и сыграть эту роль?

– У Лидки срок заканчивается, поэтому она засуетилась, боится не успеть, с тобой поиграть, но теперь и не сунется. Ты под моей защитой.

– Спасибо! – Диана вынужденно улыбнулась, но все же это лучше, чем ходить и боятся, что ее зажмет одна из шестерок Лидки и принесет той на блюдечке. Все – таки Светлана намного человечнее, чем хочет казаться, в душе она хорошая и добрая женщина.

"чушка́" (чушкарь, чушпан, чушок, чепуш, чепушило, чух), заключённый, который из-за слабоумия, соматических заболеваний или старости не следит за собой, не моется, неряшливо одевается. Известны случаи, когда во избежание распространения заразных болезней и насекомых «чушку» отправляли жить в умывальник или туалет, где он также обязан был поддерживать чистоту.

6

– Ой, девчонки, – протянула Светлана – Вот выйду за ворота, а там муж с сыном меня встречают. Соскучилась – сил нет. – Все смотрели, на говорившую женщину, завистливыми взглядами. – Всего три денечка, и я на свободе – потянула мечтательно «мамка».

– Везучая – выдохнула одна из окруживших ее заключенных, – а мне еще три года пилить.

– Ничего, – Светлана улыбалась всем. Она гоняла этих женщин каждый день, это было ее обязанностью. На несколько лет, они стали её семьей. – Все выйдете отсюда. Кто через три, кто через пять, но все освободитесь. Вот и мой черед пришел, только как дождаться теперь? – И слезы покатились из глаз будущей отсидевшей, все ее подопечные набросились на нее с объятиями, поспешив утешить. Только Анна болезненно переживала новость, и тайком стирала слезы с ресниц.

Вечером, готовясь к отбою, Светлана посмотрела на Диану, пошла к ней с улыбкой на губах.

– Тебя хочу посоветовать на мое место.

– Меня? – Диана уже лежала, на своей верхней полке, от удивления пришлось спуститься вниз, чтобы оказаться на одном уровне с «главной».

– Да, Ди – коротко сказала Светлана – за этот год, ты показала все свои качества, твое упорство, твой волевой характер, сделали тебя лидером в твоей группе. Помнишь, как ты начинала с параши? Сейчас ты помогаешь на кухне, можешь людей держать в кулаке, командирша из тебя отменная.

– Ну, так это свои девочки, а у тебя двадцать человек в подчинении.

– Ты справишься – твердо сказала Светлана – не Аньку же назначать, тем более ей тоже осталось сидеть полтора года, а тебе – она тяжело выдохнула – еще шесть. Место же хорошее, не отказывайся.

– Если Николаич одобрит, я согласна – Диана поняла, Светлана права. Это хлебное место, и она будет иметь еще больший авторитет, а это ей точно не помешает.

– Живо за работу – Диана уже год как «мамка» в своей камере, за эти два года, которые она провела в этой колонии, ничего не меняется. Весь день работа кипит, только теперь Диана уже не моет до онемения рук сортиры, а помогает на кухне и в столовой. Тряпки теперь не ее удел, хотя и ими она наработалась достаточно.

Столовая набита голодными женщинами, сейчас обеденный перерыв и все спешат поесть, чтобы успеть отдохнуть, покурить, перед тем как подадут сигнал возвращаться на свои рабочие места. Диана присаживается за стол к девушкам из своей камеры.

– Слышали, к нам новых конвоиров прислали? – Шепчет Катя, чтобы не слышали девушки за соседним столом – троих новых молодых военных. Красивые наверно – воодушевленно протянула – так не хватает мужских объятий – обхватила двумя руками плечи и закрыла глаза.

– Ну – ну – толкнула ее плечом, рядом сидевшая Тася, – не нужно с ними связываться. – Посоветовала она подруге.

– Да хоть разочек – заныла Катя, – так по члену соскучилась.

– Так был же у тебя тут один, куда делся?

– Голова узнал, перевел в другую тюрьму.

– Александр Николаевич правильный мужик, – успевая закладывать в рот суп, сказала Кира – не зря у нас образцовая колония.

– Девочки – шикнула на них Диана – имя начальника тюрьмы старайтесь меньше употреблять в разговоре, а то подумают, мы заговор, какой устраиваем. Тогда Голова не покажется правильным мужиком.

Все притихли и молча, доедали обед.

Диана уже привыкла к строгому режиму дня, каждая минута была распланирована, поэтому к отбою организм сам отключался. Она вырубилась, как только голова коснулась подушки, даже не заметив, что в камере не хватает одной из подопечных.

Сирена гудела, поднимая с коек заключенных образцовой колонии Головы Александра Николаевича. Диана теперь спала на нижней полке, положение обязывало, быстро встала и начала натягивать свою робу. Совсем рядом услышала тихий всхлип, прислушалась, снова этот звук, осмотрелась. Катерина закуталась с головой в одеяло, и пряталась там, свернувшись калачиком. Диана подошла и положила руку на девушку, та дернулась, и показавшаяся рука откинула ладонь Дианы с себя.

– Что случилось? – Розова настырная, пора вставать, кто будет делать за Катю работу? – Эй, – она снова взялась за девушку, и немного потрясла ее – Вставай, работать пора. – Строгим тоном продолжала трясти подопечную «мамка».

Катерина никак не реагировала на приказы, а только еще сильнее сжалась, тогда Розова применила силу, и стянула с нее покрывало, то, что она увидела, поразило ее. Руки и спина девушки были в синяках, на них виднелись следы от пальцев, по краям рта запеклась кровь.

– Это что такое? – Диана села на край кровати и повернула девушку к себе, задрала пижаму, и на животе и груди тоже отпечатки рук. – Кто это сделал?

– Дианочка – зашептала быстро Екатерина, – никому не говори, пусть все думают, что у меня живот болит, дай отлежаться. Завтра буду как новенькая.

– Кто издевался над тобой?

– Никто, я сама. – В глазах страх, девушка вцепилась в одеяло, и снова спрятала там свое израненное тело.

– Не ври мне, я не дура, – твердым, тихим тоном, чтобы не привлечь к себе внимание готовившихся к работе других заключенных. – К кому ты ходила ночью? Я все равно узнаю.

– Я сама – продолжала свою песню девушка – все сама.

– Дура – ругнулась Диана, эта упертая все равно не расколется, – Лежи, восстанавливайся, а вечером продолжим разговор.

Диана выполняла свои обязанности, но сегодня ее отвлекали мысли о том, кто мог изувечить ее подопечную, она внимательно всматривалась в лица женщин из других камер, охранников, но никто не подпадал под подозрения. Пока в обед не появились трое новых надсмотрщиков, о которых вчера щебетала все та же Катька. Они явно высматривали кого – то, внимательно оглядывали девушек и перешептывались, даже посмеивались над чем – то между собой. Сердце отстукивало удары, очень мутные типы, нужно за ними приглядеть, она почти не сомневается, что эти трое причастны к сегодняшней болезни ее сокамерницы.

– Отличная попка – Диана поворачивается на голос, один из трех новеньких конвоиров стоит рядом с ней, и смотрит своим похотливыми глазками на ее тело. От такого раздевающего взгляда захотелось приложить мокрую тряпку, которой она протирала столы, к его наглой роже. – Ооо – протянул тот же мужик, переведя взгляд на ее лицо – и мордочка симпатичная.

– Отвали – нужно быть погрубее, чтобы желания приблизиться еще раз, у этого типа отпало. – Че зыришь – жаргона девушка здесь тоже набралась. – Зеньки лишние?

– Да ладно, – парень поменял тактику, теперь он мило улыбался заключенной, которую приметил. – Как тебя звать?

– Пошел на хрен – она толкнула парня, взяла таз с водой и передвинулась к следующему столу. Надсмотрщик последовал за ней. – Я как – то непонятно тебя послала? Повторить?

– Вот сука – прорычал молодой мужчина, и она услышала удаляющиеся шаги, перевела дыхание. Такого пристального внимания она давно не ощущала от мужского пола, а этот еще был неприятен ей, даже пугал. Его тяжелый, пронзающий взгляд, вызывал мурашки, что он жестокий тип, она не сомневалась. – Встретимся скоро – услышала девушка от охранника, когда он отошел на приличное расстояние. «Лучше со мной не встречаться» – пронеслось в ее голове, ей тут еще сидеть долго, и такие знакомства ее совсем не интересуют.

Рабочий день закончился, все разбрелись по своим облюбленным местам. Некоторые свое свободное время проводили в библиотеке, кто-то гулял, кто зависал у телевизора, а Диана старалась занять место в тренажерном зале, и по – боксировать с грушей. Вот чего, а бокса в ее жизни не хватало. Информацию из внешнего мира они черпали из программ новостей, раз в неделю давали время на один звонок, с семьей связь была, а вот полноценных спаррингов не было. Но форму девушка поддерживала, ее увлечение боксом давно перетекло и слилось в один бурный поток с ее жизнью, стало частью ее самой. Только когда она наносила удары по снаряду, кровь закипала, и она ощущала себя живой, но скорее всего, вернуться в большой спорт уже не сможет, мечты встретиться на ринге с известными именами боксеров, не исполняться.

Приготовившись ко сну, Диана, пошла, проверить больную.

– Ну как ты? – Нежно проведя рукой по волосам молодой женщины, Диана всматривалась в ее лицо.

– Норм – пробурчала Катя, – спасибо тебе – девушка пожала руку, лежавшую на ее голове – и ни говори никому, пожалуйста.

– Это новые охранники? – И внимательно смотрит в глаза, ожидая реакцию Катерины, и она ее увидела. Потерпевшая вскинула испуганный взгляд на «мамку». – Я так и знала – грудь наполнялась злостью, захотелось пойти и прямо сейчас поколотить всех троих вместо груши, которая сегодня так много приняла на себя ударов Розовой.

– Не связывайся с ними – прошептала Катя, продолжая смотреть глазами полными ужаса на Диану.

– Отдыхай – Диана похлопала девушку по вцепившейся в ее запястья ладони, и нежно прикрыла одеялом. Завтра же Розова намеревалась сходить к Голове, и выдать этих насильников начальнику тюрьмы. Необходимо наказать тех, кто позволяет себе такие вольности, они хоть и заключенные, но тоже люди, и не заслужили такое отношение.

Утром Диана стояла у кабинета Головы, и ждала, когда ее пригласят к начальнику на разговор.

– Розова – Николаич, ей улыбался, казалось, что этот мужчина вообще не умеет быть строгим, но понятное дело – на самом деле это не так. – Что привело тебя ко мне?

– Мою подопечную вывели из строя на целый день новые конвоиры. – И Диана рассказала, как обнаружила Катерину в кровати с синяками по всему телу. Говорила и смотрела, как мрачнеет лицо начальника, и мужчина начинает хмуриться, водить нижней челюстью. Злиться.

– Спасибо за информацию – когда Диана озвучила свои предположения, он встал из – за стола, и пошел проводить ее до двери. – Свободна, я тебя услышал. – Губы Головы плотно сжались, а в глазах, отражалась сталь.

Диана вышла из здания, где находились административные офисы, и с облегчением выдохнула, сейчас этих мудаков проверят, и она их больше не увидит.

Вечер. Диана сегодня припозднилась, душ принимала одна, все разошлись, а ей так даже лучше, устала от толпы. Можно немного постоять в тишине и послушать, как журчит вода, падая из лейки душа на разгоряченное тело. Обмылась, надела пижаму, взяла свои вещи и направилась спать. Завтра снова все – то же самое, все по одному и тому же сценарию, и так еще долгие пять лет. Выдохнула, да и все равно, ей так лучше, без Розова на свободе что она будет делать? Зачем ей она нужна? Только родители держали ее в этом мире, да хотелось увидеть племенников, которых успела родить Алиса.

– Попалась стукачка, – в мысли ворвался грубый мужской голос – Ну, сука, пошли нам расскажешь, что ты там заливала Голове.

Диана забрыкалась, начала лихорадочно искать глазами надсмотрщиц, которые постоянно обходили коридоры, а сейчас никого. Эти трое все спланировали. Закрыли ей рот, не давая пикнуть, руки сцепили за спиной, так, что каждое движение причиняло боль.

– Вот эта – ее затащили в небольшое темное помещение без окон, плотно закрыли массивную деревянную дверь. – Она была у начальника, я видел. – Продолжал тот, который ее скрутил.

– Так это та милая мордаха из столовки – Диана посмотрела на стоявшего парня, она узнала типа, который подбивал к ней клинья. – Вот это удача. – На его роже, расплылась довольная улыбка, – что, можно я первый ей рот закрою?

– Да, давай, Леха, – поддержал его тот, который держал Розову.

Парень начал подходить, при этом руки расстегивали штаны, забряцала застежка ремня.

– Ставь ее на колени – Леха уже стягивал низ формы до лодыжек, остановился напротив, и зацепился за край трусов.

– Только попробуй, без члена останешься – Диана чувствовала руки двоих его подельников у себя на плечах, они удерживали ее, чтобы она не могла подняться с колен.

– Отсосешь как миленькая, – говорил парень, стаскивая трусы – или мы тебя сейчас втроем одновременно, отъимеем. А если еще пойдешь к Голове, мы одну из твоих прирежем, а ножечек с твоими пальчиками, обнаружится у тебя в вещах. Не зря же ты на кухне работаешь. – Леха схватил ее за влажные волосы, и заставил смотреть себе в лицо, немного наклонился вперед – Выбирай, или я один, или все.

– Никто не посмеет ко мне прикоснуться – Диана знала, что так и будет, только хоть один из них ослабит хватку, и она всех их уделает. Ей терять нечего, Розова и так в тюрьме. Добавят срок, и только.

– Ну, сука, сама напросилась! Димас, переворачивай ее, будем как ту давалку, по очереди драть.

Димас отпускает руку, чтобы перехватить Диану, третий подхватывает ее за талию, ставят девушку на ноги. Это самая лучшая позиция для атаки. Диана уже примерилась и знала, что первый удар получит по своим голым яйцам Леха, и, не оборачиваясь, выкидывает ногу назад «Бек – кик»* попадает точно в цель. Мужчина без трусов загибается и громко матерится. Рука уже летит вперед и «джеб»* попадает в голову Димаса, с разворота мощный удар той же рукой третьему участнику банды.

Охранники не ожидали сопротивления, но теперь собрались, Алексей натянул боксеры, они с трех сторон надвигались на Розову, девушка напряглась, встала в стойку готовая отражать удары. Будет до последнего отстаивать свою честь, хрен они целые доберутся до ее тела, жаль, что она не сможет как та мать, изнасилованных девочек отрезать им члены и засунуть каждому из них в задницу, но по ним они сегодня точно получат.

Диана успевала поворачиваться и отбиваться, мужчины военные, они умеют драться, и они сильнее, она не ждала своей победы, разные весовые категории, но пока есть силы, стояла до последнего. Почти сдалась, как ощутимый, крепкий кулак, врезавшийся ей в правую скулу, вернул в реальность. Розова взбодрилась, еще большая волна гнева затопила ее. Теперь удары она наносила с яростью разозленного быка, нападавшего на развивающуюся перед ним красную тряпку. Адреналин разогнал кровь, в ней загорелся азарт, захотелось нанести каждому противнику не меньше сотни ударов. Перед ней не люди перед ней три хищника, окруживших добычу, злобно рыча и облизываясь, капая слюнями в ожидании пиршества.

Вымотала троих мужиков, их тяжелое дыхание отбивало равномерный ритм, так же как её, ускоренное сердцебиение отдавалось в ушах, полчаса, не меньше она давала отпор, пока один не осмелился и не повалил ее на пол.

– Попалась – мужской голос, – так даже интереснее – кто из троих она уже не видела, они били ее не жалея, и правый глаз заплыл, кровь струйками лилась по лицу, застилая обзор. Только чувствовала, как мужские большие ладони разрывают на ней пижаму, срывают трусики, сжимают грудь, кто-то уже кусал ее за плечо, и она закричала, громко, надрывно. Пока ей не засунули в рот кляп, из чьих – то трусов.

Диана часто дышала, приготовилась к самому тяжелому испытанию в своей жизни, сможет ли она перенести насилие? Мычала, слабо отбивалась, сил не было, ее крепко держали двое, пока третий пристраивался у нее между ног. Она брыкалась, но сильные мужские руки, неоспоримо разводили ее бедра в стороны. Неужели это конец? Боже да чем же она заслужила такое наказание? Диана от отчаяния начинает выть, выход звуку преграждает кляп, но она не может держаться, ее разрывает изнутри, только один мужчина достоин быть внутри нее, и только ему она отдалась, а эти твари, чтоб все сгорели в аду! Ненавидит она мужиков, почему Николаич ничего не сделал? Она не переживет эту ночь, убьет себя, не сможет с этим жить.

Розова ощущает мужскую плоть, которая скользит по ее нижним губам, она готова впасть в беспамятство, чтобы не видеть и не чувствовать весь этот кошмар, происходящий с ней. Неожиданно раздается резкий, громкий звук, и тело насильника поднимается с нее. Перед ней расплывчатый силуэт Валентины, слышится, как одна из надзирательниц, ахает, глядя на распростертую на полу Розову. Видимо вид у нее тот еще, Диана и сама чувствует, как распухло лицо, и горит грудь после лап этих ублюдков. Её подхватывают с двух сторон под ручки, выводят из комнаты, где творили свои грязные делишки эти твари.

«Бек – кик»* Удар ногой назад с разворотом (в переводе с английского «back-kick» – обратный удар»).

«Джеб»* – один из основных видов ударов в боксе. В некоторых источниках часто используется название прямой левой или прямой с ближнего расстояния. Иногда джебом называют «встречный» удар. В отличие от классического прямого удара, джеб имеет очень незначительный импульс силы и строится исключительно на скорости и точности движений.

7

Диана словно видит себя со стороны. Вот она разговаривает по телефону с мамой, и смотрит через стекло большого окна на мужа, махает ему рукой. Константин сидит за столом в зале ресторана, и любовно держит фигурку слона. Диана возвращается к мужчине, они весело обсуждают прошедший день.

– Молодой бизнесмен Астахов – слова мужа отдаются эхом, – что не сиделось в своей Америке? – звук голоса то увеличивается, то затихает. – Еще один сюрприз? – улыбка на красивом лице мужа, он смотрит на плоскую коробочку, которая появилась в его руках словно ниоткуда. Диана не успевает среагировать, хочет откинуть ее подальше, но муж перехватывает ее руки, и прикладывается к ним губами. – Не будем открывать подарок от Соболевой. – Говорит он, и утягивает ее на выход из ресторана. А у Розовой успокаивается сердцебиение, правильно, она же и так хотела выбросить сюрприз от давней подруги Кости.

И вот они уже дома в постели, занимаются любовью, – Костенька – выдыхает Диана, чувствуя его горячее дыхание на своей шее, губы проходят от ключицы к груди, спускаются к животу – Костя, – горло сдавливает тяжелая ладонь, воздух втягивается тоненькой струйкой, а Диане хорошо, он снова рядом, давно не приходил к ней. Она знает, что это сон, но ощущения такие натуральные, что не хочется просыпаться.

– Любимая, – шепчет ей, щекоча мочку уха, своим дыханием – я соскучился – муж накрывает их с головой белой простыней, его улыбка озаряет пространство под ней, и она снова отмечает, что ее мужчина невероятно красивый. Темные волосы, голубые глаза, четко очерченный контур тонких губ, которые тянутся к ней, накрывая ее рот. Все тело откликается на его ласки, Розова выгибается готовая встретить его жадные губы, сомкнувшиеся на ее соске. – Иди ко мне – голос любимого.

– Я с тобой – хочет сказать, а язык не слушается, рука на шее еще больше сжимается, перекрывая доступ кислорода.

– Иди ко мне – теперь голос Кости звучит издалека, – жду тебя – последняя фраза растворяется в воздухе, и Диана вскидывает руки, хочет крикнуть, что она идет за ним, но не может вдохнуть, задыхается, обхватывает горло руками, резко открывает глаза. Черт! Ну, зачем она проснулась, там был он, любимый мужчина.

Вернулась боль, тело ныло в местах, где успевали побывать мерзкие, мужские руки тех гадов. Она видела только одним глазом, потому, что второй заплыл, огромная гематома расползлась на пол лица. Дайте ей снотворное, в мире сновидений лучше, там радость и счастье, а здесь пустота, и одни разочарования.

– Ди? – где то сбоку зашевелилось белое пятно, и Розова почувствовала тяжесть ладони на своем плече. Диана повернула голову в сторону говорившей.

– Катя? – нечто больше похожее на хрип вырвалось из ее рта. – Ты как здесь?

– Меня положили вместе с тобой в лазарет, – Катерина оглаживала ее плечо – врач меня осмотрел, пришлось зашивать, эти уроды, порвали мне все нутро.

– Боже – выдохнула Розова, и страшные лица трех сволочей, встали перед глазами. – Как узнали что они там – ее голос сорвался, говорить о таком было сложно – что они со мной заперлись в том помещении?

– Прозвучал отбой, – начала рассказывать Екатерина – тебя не было, я забила тревогу. Меня не хотели слушать, тогда я начала орать, и просить, чтобы позвали начальника. Тебе повезло, он как раз был недалеко от нашего барака. Увидев меня, Николаич все понял. Кто-то из надзирателей слышал женский крик, когда пошли на звук, обнаружили, что одно крыло не охраняется, и сразу вычислили, где ты можешь находиться. – Катя сжимала ее руку своей ладонью, а Диана, словно заново переживала вечер, когда чуть не стала жертвой изнасилования. – Они нашли звуконепроницаемое помещение, но Голова, сразу понял, что они могут быть только там.

– Спасибо – Диана положила на ладонь, сжимающую запястье Розовой свою вторую руку – ты спасла меня.

– Ты бы для меня сделала тоже самое. – Уверенно произнесла подруга по несчастью.

– Не сделала ведь. – Отрицала Розова, когда Катю насиловали, она спокойно спала на своей койке.

– Я к ним сама пошла – горестно вздохнув, призналась девушка. – Дима, показался мне клевым парнем, я решила немного повеселиться. Просто не знала, что их будет трое.

– Где они сейчас?

– Голова отдал их под трибунал.

Целый месяц понадобилось, чтобы восстановится, после побоев, которые нанесли Диане при сопротивлении, три извращенца, решившие попробовать ее тела. Сегодня врач провел осмотр, остался доволен ее состоянием, синяки и опухоль прошли, от них остались только желтые пятна, которые со временем тоже исчезнут. Катерина пролежала с ней всего неделю, а потом ее отправили обратно, в барак.

Здесь Диана наслаждалась одиночеством, в лазарете кроме нее лежала еще пара женщин, нуждающихся в постоянном присмотре врачей, тишина окутывала стены этого здания. Много думала, размышляла о своей будущей жизни, как выйдет, и пойдет по следу убийцы ее мужа, она все сделает, чтобы отыскать этого мерзкого типа, который посягнул на ее счастье, оторвал от нее половину души, растерзал ее любящее сердце.

– Ну, заключенная Розова – Диана натягивала свои вещи, стоя за ширмой, в кабинете доктора – могу вас поздравить. – Высокий худощавый мужчина сидел за своим столом и делал записи в карте пациента. – Завтра возвращаетесь к себе в камеру.

– Отлично – от облегчения даже дышать стало легче. Диана хотела вернуться к работе, чтобы назойливые мысли о мести, перестали терзать ее бедную голову.

Розова стоит под струями теплой воды, руками уперлась в стену, голова опущена вниз, глаза закрыты. Снова щемит в груди, тоска съедает душу, столько времени прошло, а она до сих пор не может поверить, что Кости нет на этом свете. Может если бы ей тогда разрешили присутствовать на похоронах, Диана смогла бы осознать, что он умер, если б видела, как его тело укладывали в гроб, как закапывали в землю, приняла бы его смерть? Выйдет, сразу пойдет к нему на могилу, и расскажет, как изменилась ее жизнь без него. Перед глазами образ статного, красивого брюнета, гордо поднятый подбородок, широкие плечи. Диане кажется, что она больше никогда не сможет полюбить мужчину, так, как любила мужа, ни один не сможет затмить Розова Константина, ни один. Тяжело выдохнув, девушка выходит из душа, это последняя ночь в отделении травматологии, утром она будет завтракать уже со своими девчонками из камеры.

В больнице, она впервые за долгое время увидела себя в зеркале, во весь рост. Провела по запотевшему стеклу ладонью, и ухмыльнулась. Присмотрелась, к своему лицу, без косметических процедур шрам, на правой стороне лба, стал заметен, она получила его в одном из первых своих боев. Сейчас волосы отросли, стали чуть ниже плеч, и теперь она не собиралась их отбеливать, не хотелось возвращаться к тому образу, в котором она была счастлива. Брови тоже не нужно осветлять, природный цвет взял свое, они темными дугами нависали над глазами. Две большие темные дыры, вот, что она видела, смотря на свое лицо, ни одной искорки, в глазах, даже лучи света не отражались в них. Что вернет ей их блеск? Она подумает об этом, времени целый паровоз, которому везти ее еще пять лет.

– Наконец – то – первой на нее набросилась Тая – мы соскучились. – Заключенная так искренне радовалась возвращению Розовой, что у Дианы защемило в груди, от давно забытого чувства, что в ней нуждаются, её кому – то не хватает.

– Я тоже рада. – И Диана прижалась к сокамернице, чтобы спрятать слезы, неожиданно нахлынувшие на ее глаза. Не нужно, чтобы ее видели в минуту слабости.

Диану, и Екатерину вызывали свидетельницами в суд, над теми тремя надзирателями. Девушки рассказывали, как все произошло, особенно страшно было слушать историю Кати. Она маленькая хрупкая девушка, не могла сопротивляться трем огромным амбалам.

Охранники находили подходящее помещение в каждой тюрьме, в которой работали, какие – то девушки сами приходили к ним, ведясь на их комплименты, на которые поддалась и Еремова. Катерина добровольно пришла на встречу к одному из мужчин, за быстрым сексом. И он случился между ней и Дмитрием. Потом в помещении вошли двое других охранников, и начались издевательства. Кричать не разрешали, запугивали, избивали, когда девушка отказалась обслуживать сразу двоих. Ей связали ее же бюстгальтером руки, в рот вставили трусы одного из насильников, а потом каждый по очереди подходил к ней, совершая действия сексуального характера. Катерина потеряла сознание, но и это не остановило преступников. Очнулась от похлопываний по щекам, эти твари улыбались ей, проводили под ручки до камеры, потому, что ноги девушки не слушались, половые органы ныли и отдавались болью.

От ее слов мурашки расползались по коже, как хорошо, что в свое время Розова увлеклась боксом, это стало ее преимуществом среди череды жертв этих мразей. Пока шел судебный процесс нашлись еще девушки, которые пострадали от действий троих насильников, они уже не первый год запугивали понравившихся заключенных женщин и пользовались ими для сексуальных утех. Диана первая, кто осмелилась пойти к начальнику и поделиться своими подозрениями. Нашлось много свидетельниц их деяний, врач, из их колонии приложил справки и фотографии к делу.

Полгода разбирательств, пролетели как одно мгновение. Насильники были приговорены к двадцати годам лишения свободы. Таких там не любят, и скорее всего, хорошей жизни в тюрьме им не будет.

Екатерина и Диана довольные сидели в камере, они помогли очистить мир, от трех грязных, мерзких типов, и отмечали победу крепко заваренным чаем. Эти события крепко сплотили девушек, и теперь они общались тесно, почти не расставаясь с утра до вечера.

– Розова, Еремова – вас Голова вызывает. – На следующий день, во время обеда обеих выдернули из столовой.

Почему так сильно бьется сердце? Диане пришлось прижать ладонь к груди, она ощутила удары растревоженного органа в свою руку.

– Девочки – заговорил с ними начальник тюрьмы – вы не побоялись рассказать о своем горе, и выступили свидетелями по этому делу. Конечно, я сразу все отметил в ваших характеристиках. – Диана с Катей стояли, не понимая, к чему клонит этот мужчина.

– Ваши дела рассмотрели, результат по тебе Еремова уже я знаю. – Голова довольно улыбался, он любил делиться радостными новостями. – Послезавтра ты будешь свободна.

Диана радовалась за подругу, она смотрела на Катерину, а та застыла в неверии, и часто моргала глазами, не могла отвести их от начальника, видимо боялась, что он сейчас скажет, что это была шутка.

– Катька – Диана тряхнула подругу, чтобы вывести ее из ступора – поздравляю!

– Я не верю – сквозь слезы шептала девушка, и стучала себя по щекам – Это правда? – Она трясущимися руками потянулась к Николаичу.

– Правда, правда – заулыбался мужчина – у меня и бумажка есть – он ткнул пальцем в сторону рабочего стола.

– Йуху – только и смогла выкрикнуть Катя, и повисла на шее Александра, но тот не любил нежностей, отцепил руки заключенной со своей шеи, и нахмурился.

– Иди, можешь позвонить родственникам, предупредить.

Катерины тут же след простыл, словно и не было ее в кабинете начальника колонии минуту назад. Диана была счастлива за Катю, но жаба грусти и зависти цапнула за ребра. Единственная девушка, с которой она здесь общалась, покинет ее, и снова Диана будет одинока, мало кто мог заслужить ее доверие. Она с поникшей головой, направилась на выход.

– Розова – окликнул ее Александр Николаевич – я тебя не отпускал. – Диана напряглась, медленно развернулась, встретилась с внимательно осматривающими ее глазами. – Ты тоже выходишь, вместе с Еремовой.

– Что? – в висках застучало, сердце запрыгало в груди, дыхание потяжелело, ей не хватало воздуха, ноги предательски задрожали. – Когда? Почему? Я же только полсрока отмотала, – шептала она, не могла поверить, что такое может быть.

– Успокойся – Голова притянул девушку к стоявшему посередине кабинета стулу, усадил, и поспешил налить воды в граненый стакан, стоявший на столе – пей.

Диана в три глотка осушила сосуд, и уставилась на начальника.

– У тебя хорошая репутация, ты активно участвуешь в жизни колонии, нареканий в твою сторону нет. Я прибавил ко всем заслугам, твои достижения в спорте. Самым серьезным основанием, для рассмотрения ходатайства о твоем досрочном освобождении было, свидетельствование против тех уродов. – Диана сидела с открытым ртом, ей казалось, что она до сих спор спит в лазарете, и видит очередной сон, где все только видимость.

– Давай – голос начальника вернул ее в реальность, – иди, обрадуй своих родственников, через два дня пусть встречают тебя за воротами.

Розова зашла в камеру, она ничего не замечала вокруг, заключенные поздравляли ее, обнимали, радовались за них с подругой, а у нее ступор. Не знала, радоваться или огорчаться, ведь теперь она раньше, чем предполагала, разыщет убийцу своего мужа, человека, из-за которого она потратила пять лет своей жизни, сидя в тюрьме за преступление которого не совершала. И пусть эта мразь, боится встречи с ней, она растерзает его на мелкие кусочки, раздавит как надоедливую муху на окне. Вырвет крылья, как оторвали ее, лишив счастья, и не только вырвет, выдерет их с корнями, чтобы больше никогда не смог почувствовать легкости полета, и не ощущать поддержку за своей спиной. Этот бессердечный тип пожалеет о том, что родился на этот свет! Диана не радовалась вместе со своими сокамерницами, она знала, что скоро вернется сюда, только в этот раз ее душа будет спокойна, месть свершится, и даже чувство вины не будет терзать Розову.

***

Дорогие читатели! Никогда не была в местах лишения свободы,(и Слава Богу!) поэтому все описанные события, являются моим представлением, о том, что происходит в каменных стенах тюрем. Не судите строго.

8

Диана стояла, и смотрела, как женщина на КПП проверяет ее вещи, сверяет со списком, потом выкладывает перед бывшей арестанткой и отчитывается, что все, с чем она сюда поступила на месте. Плевать! Прошло пять лет, за стенами тюрьмы жизнь бьет ключом, может все это старье ей и не понадобится уже. Сердце периодически замирает, не веря в то, что происходит, неужели уже сегодня она увидит своих близких людей!? Как она соскучилась, даже сама не понимала, пока не почувствовала запах свободы.

Розова вышла за ворота, стояла и вглядывалась в асфальтированную дорогу, превращающуюся в тонкую линию, убегающую вдаль, в ожидании отцовского серого джипа. Когда ей разрешили связаться с родными и объявить им новость о ее освобождении, до родителей она не дозвонилась, пришлось беспокоить Алису. Та, растерявшись от ошеломительной новости, долго не могла прийти в себя, но пообещала, что ее обязательно встретят. Вместо большого автомобиля подъехала маленькая, белая тойота, из нее вышел молодой мужчина.

– Диана? – он настороженно приближался, и внимательно присматривался к ней.

– Да. – Девушка тоже цеплялась глазами за парня, он казался ей знакомым, она точно видела его давно. В прошлой жизни.

Мужчина протянул руку, и хотел взять сумку у нее из рук, но Диана за пять лет приучилась все делать сама, перекинула поклажу на плечо, и парень махнул рукой.

– Поехали. – Он раскрыл для нее заднюю дверь – кидай барахло.

– Ты кто такой? С чего я должна с тобой ехать? – Диана продолжала осматриваться по сторонам, она не теряла надежду, что сейчас появятся ее родные. Кто вообще этот мужик? И откуда он ее знает?

– Я Вадим. – Парень старался улыбаться, чтобы вызвать доверие этот нахохлившейся, явно замерзшей в своем тонком пальтишке девушки. – Муж твоей сестры.

– Почему она сама не приехала?

– У нас ребенок маленький, он приболел. И путь, знаешь ли, не близкий.

– Вадим? – Диана вспомнила этого парня. Когда Алиса училась в лицее, от нее не отставал однокурсник, парень сильно влюбился в ее сестру, не давал ей прохода. Алисе приходилось обманывать окружающих, потому, что мама была против их отношений. Вадим не подходил под родительские критерии парня их дочери. Петровы – семья непригодного жениха, были обеспеченные люди, но их имя не звучало в мире бизнеса, не имело веса, поэтому Жанна Евгеньевна сразу дала парню от «ворот поворот». – В смысле, тот самый? – Диана видела его пару раз, когда помогала сестре тайно бегать на свидания с ним.

– Тот самый! – Вадим довольно заулыбался, его признали.

– А как вы сошлись? – Розова знала, что их отношения с Алисой, долго не продлились, потому, что на пути их счастья снова встала мать, которая отправила дочь к ее родному отцу в столицу, получать высшее образование в одном из самых лучших университетов с именем.

– Садись – Диана быстро закинула сумку на заднее сиденье, и с удовольствием прыгнула в салон автомобиля, где работала печка. На улице конец декабря, и мороз ощутимо щипал кожу щек, залазил под подол ее осеннего пальто, стопы в тоненьких сапожках тоже уже ощущали, что скоро заледенеют.

По дороге Вадим с удовольствием рассказал, историю их счастливого воссоединения.

Парень увидел Алису на юбилее лицея, и не смог устоять, снова его сердце воспылало старыми чувствами, и они возобновили свои тайные встречи. Положение Журавиных уже не было прочным, к тому времени отец потратил огромное количество денег на адвокатов, детективов, даже пытался подкупать свидетелей, не ограничивая их запросы. Им было не до престижного жениха, и Жанна Евгеньевна, сделала вид, что не помнит этого настырного парня. Алиса, через полгода забеременела и вышла замуж за Петрова, на свет появился их старшенький Артурчик. Сейчас Алиса дома с полугодовалым Артемом.

– Я за вас рада – Диана искренне радовалась за сестру, Вадим ей еще тогда очень нравился, хороший, добрый парень.

– Спасибо! – зять глубоко вздохнул и произнес – Мне жаль, что с тобой такое случилось, мы не верим, что ты убила мужа.

Диана только хмыкнула, сейчас это уже не имеет никакого значения, она отбыла наказание за это преступление, и вроде как, теперь чиста перед законом. Все впереди, все только начинается.

– Ты поспи – предложил заботливо Петров – ехать долго, завтра к обеду на месте будем.

– А как же ты? – забеспокоилась о новом родственнике Диана, на что ей просто улыбнулись и махнули рукой.

– Не переживай, доедем. – Его спокойный голос, и монотонный пейзаж за окном сделали свое дело, она вырубилась, просто провалилась в темную яму, и ничего не чувствовала.

– Диана – в объятия девушки влетела Алиса. – Дианочка – сестра так сильно сжимала ее своими руками, что казалось еще минута, и она задохнется. Губы жены Вадима уже покрывали щеки Розовой, а Диана стояла и нерешительно обхватила сестру за талию. Девушка отвыкла от проявления чувств, ей показалось диким начать сейчас смеяться и целовать лицо встречающей ее девушки.

– Какая ты худая! – Алиса сделала пару шагов назад – я тебя не блондинкой уже не воспринимаю – она сложила ладони под подбородком и оглядывала, стоящую перед ней девушку, с ног до головы, и обратно, так несколько раз. – Все равно ты самая красивая. – Выдала свой вердикт Петрова – раздевайся, буду тебя откармливать.

После совместного ужина, Вадим оставил девчонок одних, Алисе необходимо поговорить с сестрой, ввести ее в сегодняшнее положение дел их семьи. Хозяйка квартиры начала потихоньку всаживать в грудь Дианы кинжал правды, а Розова ощущала как с каждым словом, он погружается все глубже, и глубже, продираясь к сердцу.

У Василия Ефимовича не получалось, сдвинуть дело Розовой с мертвой точки, кто то всегда вставал на пути, перекрывая все его доказательства. Отец не отказался от навязчивой идеи освободить дочь, даже когда продал свой последний магазин. Раздал долги за прошлые разы, оплатил услуги еще одного адвоката, но все без толку. Нервы не выдержали, и здоровье ослабло.

– Я же просила отца перестать копаться в этом деле, там сразу было все решено.

– Да.

Две сестры сидели напротив друг друга, Диана медленно помешивала сахар в кружке, Алиса, подперев подбородок, рассматривала бывшую заключенную.

– Почему вы мне сразу не сказали про папу, когда я позвонила? – Диана смотрела на сестру, в глазах заблестели слезы, а в голосе звенел укор.

– Сестренка, – подалась вперед Петрова – Василий Ефимович, надорвал свое сердце, пытаясь восстановить справедливость. – Обреченно выдохнула Алиса. – Он платил огромные деньги адвокатам, писал мировому судье, но все было тщетно. После продажи четвертого супермаркета, у него случился инсульт, и мы с мамой приняли решение часть суммы от последнего магазина, потратить на восстановление здоровья твоего папы.

– Он совсем плох? – Голос срывался, хотелось выть.

– Нет – сестра обхватила ладонь Розовой, лежавшую на столешнице – отчиму сейчас намного лучше, на него хорошо повлияла новость о твоем освобождении. Мама с ним послезавтра возвращаются, дядя Вася прошел лечение в лучшей клинике, все будет хорошо. – Алиса успокаивающе похлопала руку сестры.

– А что Розовы? Почему они не помогли папе?

– Розовы? – Лицо сестры поменялось, скривилось в злорадной маске. – Забудь про них.

– Почему?

– Если честно, я думаю, это они вставляли Василию Ефимовичу палки в колеса. Розовы не сомневаются, в том, что ты убила их сына.

От этих слов, Диана могла поклясться, что почувствовала, как ее грудь протыкает острое, копье, со смазанным ядом наконечником. Такая сильная боль разошлась по всей грудине. Сердце разочарованно перестало биться на доли секунды. От кого, а от родителей Кости, Розова такого не ожидала, они всегда к ней хорошо относились. Или это была только пыль в глаза?

«Наконец я рядом с тобой, любимый». – Диана стояла на кладбище и смотрела на холодный мраморный памятник, кутаясь в старенький пуховик, на улице мела метель, и сыпал крупный, мохнатый снег. С портрета улыбался Константин, она не могла насмотреться на изображение. В груди закручивалась леденящая душу вьюга, боль, тоска, казалось, хотели разорвать легкие, но она сдерживалась, не хотела выть от горя, на кладбище.

Девушка осмотрелась, вокруг чисто, явно кто-то ухаживает за могилой мужа, свежие цветы лежат на холмике, оградка выкрашена, рядом с памятником посадили розовый куст. Диана была удивлена, судя по тому, что ей рассказала сестра, за могилой Розова не кому было ухаживать.

Розова облокотилась на ствол сосны, росшей рядом с оградкой и начала анализировать сложившуюся ситуацию, вспоминая как больно было слышать, что все близкие люди, которые раньше улыбались ей при встрече и делали комплименты, отвернулись от нее. Алиса начала с самого начала, с того дня, когда Диану арестовали. От услышанного, волосы девушки шевелились не только на голове, мурашки расползались по всему телу.

Снег падал и покрывал своим бархатом дорожки погоста, а Диана с тяжестью в груди вспоминала вечера в доме свекра и свекрови, которые встречали сына и его жену с распростертыми объятиями.

Диана оттолкнулась спиной от дерева, перекинула лямку сумочки через плечо, провела ладонью по правой стороне груди, где до сих пор все горело от боли, и обиды на родителей Кости. Не смогли они смириться с потерей сына, уехали в другую страну, поближе к морю.

Алиса так же сказала, что смертью Розова воспользовался и один ушлый бизнесмен, он скупал активы фирмы Константина, и потихоньку под шумок поглотил всю компанию, выплатив семье Розовых приличные отступные, которых им хватит спокойно прожить еще много – много лет. Алиса не постеснялась в красках разложить, как ее свекр со свекровью поливали невестку оскорблениями, обвиняли в том, что она не любила их сына, не желала родить ему наследников, а только грезила своим боксом. Не знали, что Диана с Костей планировали после ее следующего боя заняться этим вплотную. Она собиралась уйти из спорта, и посвятить себя семье, но теперь уже никому ничего не докажешь, и оправдываться перед ними она не собирается. Эти люди, с которыми она надеялась, вместе переживать утрату, поддерживать друг друга, так просто смогли обвинить ее в воплощении коварного плана по уничтожению их единственного сыночка. Это было еще одним стимулом докопаться до правды, и бросить Розовым в лицо, настоящего убийцу Кости.

Сейчас она торопилась на встречу к адвокату, оказывается последний, из нанятых отцом, юрист, смог отвоевать для нее часть имущества мужа, Розовы как не хотели, не смогли оставить ее с голым задом.

– Диана Васильевна, присаживайтесь – пожилой солидный мужчина придвинул стул для посетительницы к своему столу и вернулся на место. – В этой папке – он протащил по столешнице ее к девушке – документы на квартиру, которую вы приобрели, находясь в браке с Константином Розовым. – У Дианы защипало глаза, слезы сжигали белки, жутко захотелось потереть их, но она сдержала порыв. Сердце быстро застучало в груди от радости, она любила эту квартиру. – Так же вам переходит автомобиль марки BMW G-Power X6. – Розова смотрела на адвоката, забыв про зуд в глазах, вообще забыв как дышать, благодарность к этому человеку, и своему отцу, переполняла душу, хотелось броситься к мужчине и обнять со всей силой, которая в ней есть.

– Спасибо – выдавила из себя, мешал говорить огромный острый ком в горле. – Это все?

– Нет. – Продолжил юрист – Еще вам осталось десять процентов от компании «Roses», если помните, ваш муж подарил их вам в день свадьбы.

– Боже – только и смогла выдохнуть Диана. – Я вам благодарна, не представляете как. – Сейчас она, правда, готова была расцеловать руки адвоката. Для их сегодняшнего финансового состояния это просто как найти клад, зарытый на одиноком острове сокровищ.

– Меня уже отблагодарил ваш отец, оплатив мои услуги. – Он усмехался кончиками губ, передал клиентке все бумаги, поспешил откланяться.

Розова вышла из адвокатской конторы, сверху папки, находящейся в ее руках, лежали ключи от квартиры, именно туда она сейчас и направится. Снова окунется в их мир с Константином, в воспоминания совместной жизни, сейчас ей это нужно. Просто необходимо.

9

Диана сутки не выходила из своего жилища, она приводила тут все в порядок, теперь девушка могла это делать самостоятельно, никаких уборщиков нанимать не нужно. Каждая полочка, шкафчик, половичка были любовно протерты, и начищены. Квартира, достаточно большая, кухня – студия, и три комнаты, два санузла. Теперь она считала, что это королевские апартаменты, а раньше Костя причитал, что им необходимо переехать в свой дом, из этой маленькой квартирки.

Самым тяжелым было войти в их спальню, где они каждую ночь любили друг друга, колени подкосились, как только взгляд упал на большую круглую кровать, сердце заметалось в груди, вспоминая ласки мужа. На стене до сих пор висел их совместный портрет, они там оба влюбленные, с сияющими глазами, со счастливыми улыбками до ушей. Думала, боль притупилась за годы, проведенные в неволе, но нет, она тарабанила ее ребра пытаясь выдавить их из груди. Больно! Хватит киснуть, пора приниматься за дело.

На следующее утро Диана, переборов желание запереться в стенах своего оазиса воспоминаний о былом счастье, решила проверить документацию фирмы мужа, находящуюся дома. Вдруг там найдет зацепки, кому выгодно было избавиться от Константина.

Она прошла в комнату, служащую раньше кабинетом, вчера она и здесь навела порядок, нашла папку, в которой были собраны наработки за последний год функционирования фирмы «Roses». Вот почему она не послушала отца, и, не закончила институт заочно, как настаивал родитель. Выйдя замуж за Розова, Диана расслабилась, и отдалась только тем делам, которые ей нравились, а документы из учебного заведения забрала.

Перебирает листы, и на некоторых из них отмечает заметки, сделанные рукой мужа, на полях ручкой. «Перебить цену Астахова». «Успеть до Астахова». «Астахов сука»! И после этого комментария весь абзац перечеркнут, множеством линий, здесь Костя психовал, видимо конкурент перешел ему дорогу, успел перехватить клиента.

Диана пролистала папку до конца, там много было еще разных фамилий, но этот Астахов был практически на каждом листке, может бывший компаньон мужа, Красилов сможет разъяснить ей, что связывало ее Костю с этим Астаховым. Девушка набирает номер и к ее удивлению трубку почти сразу поднимают.

– Иван, – осторожно начинает разговор девушка, предполагая, что друг ее мужа, будет неохотно с ней общаться, он, наверное, тоже считает ее виновной в смерти Розова. – Доброе утро. Это Диана.

– Диана? – голос, словно молодой человек только проснулся. – Диана??? – теперь было слышно неподдельное удивление – Розова?

– Да. Я – а в голове мысль, что все, сейчас мужчина сбросит вызов, и внесет ее в черный список.

– Рад слышать тебя Дианочка. – Сердце екнуло, вроде нормально прозвучало, без интонаций обвинения. – Что заставило тебя позвонить так рано?

Рано? Черт! Она все еще живет по режиму колонии, и просыпается, как только встает солнце, глянула на часы, полвосьмого утра. Вот она балда! Совсем не подумала про время.

– Прости! – прошептала она. – Мне показалось, что много времени прошло.

Она услышала тяжелое дыхание в трубке и решила перейти сразу к делу.

– Я сейчас нахожусь в нашей с Костей квартире, разбираю документы. – Она снова перебрала пальцами краешки листков – Тут очень много комментариев с фамилией Астахов, кто это? Какие у них были отношения?

– Тебя выпустили? – на той стороне голос заволновался.

– Да!

– Когда!

– Два дня назад.

– Офигеть. – Протянул Иван. – А я тебя еще не ждал, но ты реально во время освободилась.

– В смысле?

– Нужно встретиться я все скажу.

– Я хочу знать сейчас, кто такой Астахов.

– Главный конкурент Кости, он тебе не говорил?

Диана помнила разговор с мужем в ресторане, где они отмечали год их совместной жизни, в качестве супругов. Там тоже звучала эта фамилия.

– Вскользь упомянул, что этот Астахов приехал из Америки.

– Да. И начал наступать на пятки нашей компании.

– У них были конфликты?

– Постоянно! – Возмущенно выдохнул Красилов – они как только встречались, так сразу обстановка накалялась, бросались оскорблениями, колкими фразочками в адрес друг друга.

– Мог Астахов желать избавиться от Кости? – Диана уже закипала, видя эту фамилию, написанную на листке, лежащем перед ее лицом, он не любил Костю, значит, она уже ненавидит этого бизнесмена.

– Мечтал! – Протянул уверенно Иван – И ему несказанно повезло, когда Розова подорвали. – Тут он замолчал, видимо понял, что зря задел эту тему.

– Ты тоже считаешь, что это сделала я? – Диана даже не смогла выдохнуть, воздух застрял далеко в легких.

– Я знаю, что ты любила его. – Тяжело выдохнув, сказал партнер Розова. – Нужно встретиться.

– Хорошо, – от слов Ивана в груди стало легче. – Можешь скинуть мне информацию на этого Астахова?

– Скину, для моего дела она тоже нужна. Ознакомься, и давай вечером увидимся.

– Сегодня не могу, родители приезжают.

– Ок. Тогда давай завтра.

Через пять минут на телефон Дианы пришла информация от Красилова, и Диана углубилась в изучение биографии Астахова Руслана Робертовича.

Два часа Розова вникала в полученную информацию, и теперь была почти уверена, что именно этот мужчина убил ее Костю. В досье все было прописано, как начинающий бизнесмен приехал из Штатов, у него там осталась небольшая фирма, а здесь он хотел укрепиться и остаться навсегда. Их интересы с Розовым столкнулись, и начались конфликты. Руслан перебивал цены Константина и уводил у того клиентов, отчего Розов бесился, и нелестно высказывался в адрес конкурента. Однажды на одном из приемов, на которых Диана не присутствовала, потому, что готовилась к очередному бою, между ними разразился скандал, где они подрались и поклялись убить друг друга при первой возможности. И вот, через семь месяцев, после этого, Костя погибает. Почему этой информации не предоставили суду? А ответ Диана узнала ниже. Оказывается, матерью Астахова была судья, рассматривающая ее дело.

Руслан вполне мог быть убийцей мужа, и свалить всю вину на нее, раз она подвернулась под руку. Это же могло быть причиной, почему все попытки отца, помочь своей дочери, остались бесполезными, их пресекала грозная судья Макарова.

Почему фамилии у сына и матери разные? Тоже дальше излагалось, отец Руслана признал сына только когда, тому исполнилось пятнадцать лет. Им оказался американец, у которого с судьей Макаровой случился роман, когда она приезжала на повышение квалификации в университет, где учился Роберт – отец Руслана. Тогда мать Астахова только развелась с мужем, и тяжело переживала расставание. Роберт Астахов, появился как лучик света в ее жизни, хоть и был на двенадцать лет младше женщины. Когда, Рената Алексеевна узнала о беременности, не стала обременять двадцатилетнего парня своими проблемами. Решила оставить ребенка, говоря всем, что отцом ее сына является давний друг, и они договорились между собой, он просто дает ей сперму, и она оплодотворяется искусственно.

Через много лет, Роберт и Рената встретились на приеме в честь посла из Португалии, в посольстве мужчина сразу узнал свою первую влюбленность и пригласил встретиться. Несмотря на то, что Астахов уже несколько лет имел свою семью, между ними разгорелись старые чувства. Каким – то образом, американец узнал про пятнадцатилетнего сына своей любовницы, сопоставил данные, заставил сделать тест ДНК, и признал ребенка. Руслан прожил с ним в Америке десять лет, и вернулся на родину, уже с хорошим образованием и опытом ведения бизнеса.

Диана ждала Красилова в назначенном месте, небольшое уютное кафе, находящееся на краю города. Иван опаздывал уже больше чем на полчаса, но у нее есть время, она в отличие от бывшего компаньона Розова не обременена работой.

Вчера девушка встретила родителей, они долго не могли разжать объятий, и залили слезами ее любимый свитер. Впервые, за долгие пять лет, Розова чувствовала тепло, и поддержку людей. В тюрьме все эмоции были сдержанными, и какими – то безликими, а эти чувства она могла сравнить с появлением радуги. Диана ощущала каждую улыбку, каждое объятие, и слезинку, скатывающуюся по щеке родителей. Розова сразу повезла предков на свою квартиру, в их старое жилище категорично отказалась даже заезжать.

– Будем жить втроем, как раньше – вела доставшийся от мужа внедорожник, и одновременно утирала слезы, сердце волновалось, Диана давно не плакала, ее высохшая душа, начала оживать. – Мама будет готовить завтраки, и ты папа, утром ворчать над газетой. – От воспоминаний улыбка заиграла на губах всех троих членов их семьи.

Наконец появился Красилов. Он быстрыми широкими шагами разрезал воздух, приближаясь к ней.

– Добрый вечер – Диана почувствовала, что Иван не искренне улыбается, старается ей понравиться. Она решила дать ему шанс, интересно, что ему от нее надо? – Очень рад, что ты дождалась меня. Пришлось на работе задержаться.

– А где ты сейчас работаешь? – Диана покрутила головой, поймала взглядом официанта и подозвала его к их столику.

– В «Roses». – Диана вскинула на него удивленный взгляд. В этот момент к ним подошел официант, и они отвлеклись, делая заказ.

– Я слышала, что компания моего мужа банкрот, ее выкупил Астахов, на которого ты мне прислал информацию.

– Не совсем так. – Компаньон мужа тягостно вздохнул – Видишь ли, Диана, Руслану Робертовичу не удалось выкупить весь пакет акций компании, я успел забрать только десять процентов, – тут он остро кольнул ее своим взглядом – и десять еще у тебя.

Диана согласно закивала головой, обдумывая, к чему ведет этот разговор.

– От «Roses» осталась небольшая фирма, и она функционирует, но теперь главным акционером является Астахов.

– Ясно! – Диану начала напрягать эта встреча, тратить время на пустые разговоры она не хотела, лучше провести его с родными, да использовать на обдумывание планов мести. – Ты же чего – то хочешь от меня?

– Да. Я хочу твои десять процентов.

– Что? – Диану даже подкинуло на сиденье стула, – Костя оставил их мне, и я буду беречь акции как зеницу ока.

– С помощью двадцати процентов, я буду вхож в совет директоров, я хочу забрать нашу с Костей фирму, вернуть ей имя. В конце концов, отомстить Астахову, я даже думаю, что он замешан в его убийстве. – На этих словах все внимание девушки уже было приковано к мужчине.

– Уверен?

–Конечно. – Он поднял руки на уровень головы, и для убедительности выкатил глаза. – Я один раз был свидетелем их стычки, когда они грозились поубивать друг друга. – Мужчина серьезно смотрел на Диану, словно пытался считать ее реакцию. – На следующий день после взрыва, у нашей компании должна была состояться очень важная встреча, и знаешь, кто на нее явился вместо Кости? – Красилов смотрел в глаза Розовой, на его лице была грустная улыбка.

– Астахов – выдохнула Диана, теперь она точно уверена, что первым проверку пройдет именно этот человек. Она подлезет к нему со всех сторон, чтобы найти улики причастности Астахова к смерти ее мужа.

– Хорошо, ты получишь мои десять процентов акций, но только когда поможешь разоблачить этого мудака, и если он убил Костю, избавить от него бренную землю.

– Я согласен – двое, сидевших за столом, пожали друг другу руки, договор был заключен.

После новогодних праздников Диана окончательно переселила родителей к себе, а в их квартире обсуждались планы по возвращению компании Розова в большой финансовый мир.

– Нужно добраться до его компьютера. Рабочий я давно проверил – они сидели на маленькой кухоньке, и пили заваренный Дианой чай. – Как попасть к нему в дом?

– Астахов Руслан не женат? В тридцать лет жить с матерью – она покачала головой, и закатила глаза к потолку – что-то с ним не так.

– Наверное, он не интересуется женщинами – сделал предположение Красилов, – хотя телки по нему сохнут, много вокруг вьются, завидный жених.

– Ты думаешь, он по мальчикам? – Диана не смогла скрыть усмешки. На фотографиях, Астахов выглядел мужественно, с серьезным захватывающим взглядом синих глаз. Ничего похожего на лицо нетрадиционной ориентации.

– Нет! – махнул ладонью от лица Иван. – Мне кажется, он просто не умеет любить. Женщин у него было много, но ни одна не задерживалась рядом. Не знаю с чем это связывать, может он ищет такую же, как его мать. Властную, зазнавшуюся суку.

– Как будем действовать?

– Нужно под видом обслуги попасть в его дом, все разведать, а там будем думать. – Иван глотнул из кружки, и ушел в себя. – Есть знакомая девушка, умеющая держать язык за зубами? – Выплыл из своих мыслей, и прямо уставился своим безразличным взглядом на Розову.

– Есть.

– Зови.

– Она перед тобой.

– Ты сама пойдешь?

– А что тут такого? Я смогу.

– Ну, тогда готовься, завтра же устрою тебя к ним в дом. Пока будешь присматриваться, я найду человека, который поможет нам взломать его компьютер.

10

Диана с дрожью во всем теле входила в дом Астахова, с перекинутой формой горничной через согнутую руку. Розовой необходимо выучить режим дня Руслана Робертовича, и выяснить каким образом она сможет попасть в его кабинет. Самодеятельностью Иван заниматься запретил, не дай бог все испортит. Диана обещала держаться и не бросаться на подозреваемого в устранении Константина мужчину.

– Ты – сестра – хозяйка, ткнула пальцем в Диану, – убираешь комнаты на втором этаже.

Всех девушек, а их было четверо: две горничные и две помощницы на кухне, выстроили в ряд, осмотрели их внешний вид, оказывается, нужно соответствовать еще и внешне. Все девушки как на подбор высокие, стройные, с собранными вверху в «шишейку» волосами. Розову даже сначала покорежило от такой помпезности, а потом плюнула, она здесь ненадолго, как только залезет в компьютер хозяина дома, свалит. И никто даже не поймет, куда делась очередная прислуга, в их доме постоянно менялись девушки, Рената Алексеевна любила придираться по мелочам, громко отчитывала, унижала и увольняла, на место бедняжки на следующий день приходила новая жертва. По этой причине, Розова решила не выделяться, а стать серой мышкой, просто наблюдать и впитывать все, что происходит в этом доме.

Крайней комнатой на втором этаже оказалась спальня матери Руслана. Диана принялась за дело, на постели расправила каждую морщинку, сложила одеяла. Зная, что здесь спит сучка, засадившая ее на десять лет, хотела оплевать ей всю кровать своим ядом. Жаль она не гадюка, так бы и сделала, может позже получится? Все прибрав, перешла в ванную, представив, что она в колонии выполняет свои обязанности отключилась от этого мира, чтобы не расколотить белый унитаз с золотым ободком.

Она уже неделю работает в доме Астахова, знает по минутам как проходит день в их семье. Пока сын с матерью завтракают, горничные начинают уборку. Рената настаивает, чтобы первой наводили порядок в ее спальне. Потом Диана добирается до спальни хозяина в это время мужчина уже уходит в офис. Дома Астахов работает по средам, и когда необходимо по вечерам и в выходные. В кабинет Диана попасть не может, там убирается сама сестра – хозяйка, их начальница. А это подстава, потому что ей просто необходимо пробраться туда, не привлекая к себе внимания. Один раз, она попробовала, сделав вид, что ищет начальницу, и как только ее рука коснулась ручки двери кабинета, перед ней вырос бугай, и сообщил, что туда вход запрещен. Нужно думать, как на один день избавиться от Маргариты Никитичны.

– Надо ускоряться – они снова обсуждают план проникновения в святая – святых, кабинет Астахова. – Оборудование готово, – Иван нервничает, он рассчитывал управиться с этим делом быстрее – человек ждет сигнала, только возможности приблизиться к технике – нет.

– Эта Маргарита постоянно на месте, даже в магазин не выходит, как сторожевой пес за всем следит. – Излагает данные Розова.

– У нее есть близкие родственники?

– Мать вроде где – то в соседнем городе живет.

– На этом и сыграем. Но только ты должна занять ее место, потому что это будет единственный шанс. После уборки в кабинете хозяина ты сразу исчезнешь.

***

Руслан уже неделю уходил на работу позже обычного, специально задерживался дома после завтрака. Его манила новая горничная, как только ее увидел, так сразу в голове произошел взрыв, она прошла мимо, натянуто ему улыбнулась, для вежливости, а он, поймав ее темный взгляд, пропал. Не походила она на простую девушку работающую прислугой. У нее была только ей присущая грация, утонченные черты лица, красивая фигура, и невероятно сексуальная энергетика. Он наблюдал, как она тряпкой проходила по полкам шкафа в комнате матери, и заводился, его тянуло к ней, хотелось потрогать, втянуть ее запах. Темные чуть вьющиеся волосы выпустить из этой дурацкой «фиги», и пустить по плечам. Руслан шпионил за ней, спрятавшись за колонной в коридоре, и боялся признаться, что простая служанка вызывает в нем столько эмоций, сколько никогда ни одна не могла зажечь. Он что маньяк, повернутый на горничных? Нет, только эта завела его механизм, разбудила желание, заманивала к себе, при этом, вообще не замечая его, как мужчину. Он сходит с ума, нельзя так просто взять и захотеть человека! А он хотел, и не мог ни о чем думать, уходил на работу нехотя, и возвращался, чтобы дождаться утра, снова наблюдать за девушкой свернувшей его мозг. Он влюбился? Впервые в своей жизни? Просто так, увидев человека? Да бред же, не может быть!

***

Снова утро, и Диана надеялась, что оно последнее, проведенное в доме Астахова, сегодня или никогда. Ее уже не так тщательно поверяли охранники на входных воротах, поэтому ей удалось в бюстгальтере пронести две шпионские штучки. С помощью одной из них, ей необходимо попасть в кабинет хозяина, а вторая поможет залезть в его компьютер хакеру. Всех снова построили, Маргарита провела внешний осмотр подчиненных, оставшись довольной, распустила всех по рабочим местам. Диана убиралась на втором этаже, там располагались спальни хозяев и помещения для гостей, всего их было пять. За второй девушкой закреплен первый этаж. Кроме кабинета, где наводила порядок только Маргарита, главная горничная. Но так как сегодня она не сможет этого делать, Диана была уверена, что отправят ее. Потому, что еще одна горничная здесь только второй день, предыдущая вылетела из-за несоответствия правил и норм Ренаты Алексеевны, не без помощи Розовой. Диана посмотрела на часы, пора. И нажала на кнопку сжатого в руках небольшого прибора. Горничная убирала в комнате матери Руслана, когда туда влетела с большими глазами Маргарита.

***

Маргарита Никитична прошла на кухню проверить, как идет процесс приготовления завтрака. Неожиданно ее телефон в кармане передника зазвонил.

– Маргарита Никитична?– серьезный мужской голос в трубке не предвещал ничего хорошего, сердце пожилой женщиной забилось быстрее. – Ваша мать поступила в больницу, в плохом состоянии, похоже, что ее сбила машина. Кроме вас мы не обнаружили родственников, не могли бы вы подъехать, нужно уладить некоторые формальности, чтобы могли провести операцию. – И мужчина назвал адрес больницы города, в котором жила ее мама.

Маргарита забеспокоилась, она оставила мать с сиделкой, куда та могла деться, почему допустила, чтобы старая женщина ушла одна, да еще попала под машину, какой ужас. Она тут же набирает сотовый сиделки, там занято, еще раз, снова короткие гудки, да что ж такое то, и снова, а теперь женщина робот отвечает, что абонент недоступен. От волнения, казалось, сердце сейчас выпрыгнет из груди, она поспешила к Ренате Алексеевне, Маргарита много лет работает в этом доме, хозяйка должна отпустить.

Если бы она знала, что в это время ни у одного из находившихся в этом доме человека не работает сотовая связь, ей стало бы легче. Но эта информация не касалась никого кроме ждущей ее в комнате Ренаты, Розовой.

***

– Ты – так до сих пор и не запомнила ее не настоящее имя Маргарита Никитична – уберешь комнату Руслана Робертовича, и пойдешь в его кабинет, я попрошу охранника присмотреть за тобой, у меня заболела мать, мне срочно нужно уехать. Рената Алексеевна в курсе.

– Да, хорошо – еле скрывая триумфальную улыбку, держа серьезное лицо, согласилась Диана, делая вид, что надо так надо, куда деваться и там приберем.

Вот она, так близко к своей цели, только этот громила стоит в проеме двери и не сводит с нее похотливого взгляда. Диана старательно делает вид, что наводит порядок, протирает и так чистые полочки, на которых стоят множество книг по экономике, финансовой грамотности, много на иностранных языках. Поглядывает краешком глаза на своего надзирателя, прямо как в тюрьме, усмехнулась она, посылая ему мысленный позыв отойти хоть на пол минутки. И о чудо, мужчина оглядывается и отходит в сторону, и Розова быстро переметнулась к столу, перегнувшись через столешницу, вставляет в разъем нужный предмет, и замирает, ощущая на своей талии, сомкнувшиеся явно мужские ладони. Черт! Ее поймали.

– Не удержался – это не охранник, пронеслось в ее голове, а мужчина продолжал дышать ей в ухо, прижимая своим горячим телом к столу. – Ты так призывно выставила попку, – и рука от поясницы сдвинулась на ее ягодицу. Сегодня не среда, что тут делает Астахов! Она почувствовала губы и ровное щекотавшее дыхание на своей шее. Что делать? Кричать нельзя, парням нужно минимум десять минут, чтобы скачать всю информацию себе. Она дернулась.

– ШШШш – зашипел на нее Руслан, – не сопротивляйся – он сжимал ее тело, Диана чувствовала, как он затягивается ее запахом, и кайфует от него, как наркоман. – Так и знал, что ты вкусная.

– Отпустите – пропищала девушка, хозяин ее обескуражил, она растерялась, испугалась, так он еще своими руками уже облапал все ее тело. Розова никогда не позволяла прикасаться к себе незнакомым мужчинам, а тут враг номер один, уже скоро будет в ее трусиках. Мама! И сопротивляться нельзя, скандала ей не нужно. Руслан развернул девушку к себе лицом, и увидел ее большие испуганные глаза, от чего в грудине сжалось сердце, какая она красивая, милая, так хочется пожалеть. Стаскивает чепчик с ее головы, распускает эту ненавистную шишечку, проходит по волосам пальцами, пропускает пряди между ними, смакуя каждое прикосновение. Нет, он не сдержится, как планировал, он хочет эту девушку, а Астахов не привык отказывать себе в своих желаниях.

Губы, он смотрит на ее плотно сжатые губы, они словно магнит, и Руслан набрасывается на них, буквально пожирая своим ртом, слаще ничего в жизни не пробовал. Пытается протиснуться к ней за зубы, девушка сопротивляется, нет, он не согласен, губ мало, он хочет вылизать ей рот, чтобы до конца насладиться ее ароматом. По телу прошла волна желания, в голове туман, не может держаться, она забилась в его голову, заняла там все место, и хозяйничает в ней. Он должен взять её полностью, может тогда наваждение пройдет.

Диана не понимает, что с ней происходит, эти руки, они так настойчиво, и так нежно проходят по ее телу, губы словно опоясали ее рот, и этот язык, он просто обвил ее язык, словно слился с ним, внизу живота пожар, там все вибрирует и хочет взорваться. Астахов выпил ее, она без сил, не может сопротивляться, как под гипнозом, может только обхватить голову мужчины и держаться за нее, чтобы не свалиться со стола.

– Какая ты красивая – шепчет, словно заклинание ей в ухо, а она завораживается, поддается его голосу – не могу сдержаться, прости детка. – И дергает форму горничной, пуговицы на груди разлетаются по его кабинету, а Диана делает только судорожный вдох.

– Вот это да – Руслан обалдел, он готов был принять эту девушку с любым размером груди, но такой подарок его ошеломил. Идеальная, двоечка, как он любит, ладони сами сжались вокруг манящей выпуклости. Губы сомкнулись на соске, и он услышал стон соблазнительной горничной. Он добрался до нее, и получит все что желает, не остановится, пока не воплотит все мысли, которые одолевали его последние дни, и наконец, не освободится от этого камня в своих штанах.

Диана открывает глаза, плохо соображая, где находится, а потом бурным потоком картинки перед глазами. Обнаженная грудь Астахова, его равномерно покачивающееся тело на ней, губы мужчины, сливающиеся с ее губами. О Боже! Она перешла черту! Отдалась Астахову! Как он так сделал, что она потеряла рассудок? Это все потому, что она давно не была с мужчиной. Хотя она об этом вообще не думала, она страдала по мужу, а теперь… Как Диана пойдет на могилу к любимому? Ведь предала его. Закрыла глаза, глубоко вздохнула, и почувствовала, что не одна. Медленно, боясь увидеть своего соблазнителя, повернула голову и подняла веки. На нее смотрят серые, с синими прожилками глаза, внимательно проходят по ее лицу, мужчина хмурится. Потом выражение его лица меняется, он нежно улыбается ей, протягивает руку, и ведет ладошкой по ее щеке, этой же рукой переходит на затылок и притягивает к себе для поцелуя.

– Теперь не отпущу тебя – тихо прямо в губы говорит ей – будешь моей.

Диана приготовилась сопротивляться и возражать. Астахов, поймав ее возмущенный взгляд, вновь закрыл ей рот поцелуем. – Останешься здесь я сказал. Без возражений. Тебе ведь тоже понравилось, не меньше чем мне.

Розова огляделась, когда они успели переместиться на диван? Ничего не понимает, как можно было, так отключится от реальности, потерять связь с миром.

– На работу сегодня не пошел – Руслан казался веселым, беспечным, Диана находилась в шоке. До сих пор не могла осознать, то, что наделала. Этого было не запланировано, зачем он вообще пошел в кабинет? Кабинет! В компьютере же ее шпионская штука. Она оглядывается, стол не так далеко, нужно спровадить Астахова, и достать ее. – Но ты – это веский повод, не собирать совещание. – Он крутился вокруг нее, заглядывал в ее глаза, что он хотел там найти? – Как тебя зовут?

А это еще зачем? Не собирается она с ним дальше общаться, это бы забыть как страшный сон. Хотя навряд ли, как любовник, этот мужчина просто идеален. Он такое вытворял с ней, Костя себе не позволял так грубо с ней обращаться, он берег ее, всегда брал нежно, зацеловывал как маленького котенка, а Руслан просто делал, как хотелось, поимел ее в разных позициях, а она ведь позволила. Просто кошмар, лучше списать все на нехватку мужского общества в колонии. После попытки изнасилования, она вообще осторожно общалась с мужчинами, Астахов нашел у нее кнопку выключателя.

– Не молчи – он не смущаясь, обнаженный, прошел перед ней, Диане пришлось зажмуриться, девушка стеснялась. – Хочешь, чтобы я пошел к матери и спросил все про тебя?

– Не нужно. – Смогла выдавить из себя девушка, судорожно вспоминая свое подставное имя. – Кристина.

– Я буду звать тебя Крис. – Руслан натягивал на себя боксеры, брошенные в районе стола.

Диана пересилила себя и тоже начала собирать свои вещи.

– Я думал, мне хватит одного раза, но я ошибся. Хочу тебя себе.

– Эй, – Диана развернулась, ее наполняло недовольство, он хочет присвоить живого человека – я не игрушка. – Ее карие глаза боролись с его синими, она не сдастся, не с такими вступали в противоборства.

– Остынь – Астахов снова нарушил ее личное пространство, чмокнув в губы – я в душ и все решим. Никуда не уходи, я тебя провожу.

Как только Руслан скрылся в ванной, находившейся тут же, Розова в мгновение ока оббежала стол, вытащила флешку, и спрятала в лифчик. Нужно сматывать удочки, завтра появится Маргарита, откроется, что ее специально отправили из дома, сопоставят все точки и выйдут на нее. Срочно найти свои вещи и бежать подальше от этого гипнотизера, у него точно дар соблазнять таких дурочек, как она.

Дрожащими руками натягивает на себя платье, закрывает ворот, оставшийся без пуговиц, резко распахивает дверь, и натыкается на стену из спины охранника. Чееерт! Он все слышал, знает, чем здесь занимался хозяин со своей горничной. Ну и как сбежать. Интересно часто ли Астахов позволяет себе такое удовольствие, закрываться в кабинете с прислугой, выставив перед дверью шавку?

Даже если этот «шкаф» заметил движение за спиной, то вида не показал, ни разу не шелохнулся.

– Сбежать собралась? – Насмешливый тон, и руки Руслана обвивают тело Дианы. Разворачивают, и она снова смотрит в его синие глаза, которые внимательно впитывают ее эмоции, наблюдают, изучают. – Раз сегодня ты устроила мне выходной, будем расслабляться. Кристина, – он потянул ее за руку и заставил идти за ним. Только сейчас девушка заметила, что тут есть еще одна дверь, которая ведет в комнату. Спальня для тайных встреч? – Ты молчунья? – он смотрел на нее, не отводя взгляд. – А так сладко стонала, я бы не подумал, что ты скромница.

Раньше, только за одно прикосновение к ней, получил бы хороший удар по яйцам, и под дых, сегодня не то положение, она не может себя выдать. Диана осознавала, что она до сих пор в стрессе, переваривает произошедшее, но, похоже, Астахов не желает останавливаться на одном их контакте, раз привел ее в спальню с кроватью. Она не может больше, не хочет, а у самой сжимается каждая поджилка от воспоминаний его ласк, и удовольствия, которое она испытала с ним.

– Куда вы меня привели? – Голос задрожал, сегодня она попала в лапы к ненасытному мужчине, он уже готов на второй заход.

– Это моя спальня, когда долго работаю, чтобы никого не тревожить сплю здесь. Пусть все думают, что у меня много дел. – Диана расширенными глазами прошлась по комнате в надежде найти убежище, и натолкнулась на ноутбук. Туда тоже нужно добраться.

Мысли растворились. Снова его поцелуи и эти гипнотизирующие взгляды, руки блуждающие по всему телу, Розова сдалась, этот мужчина как паук затянул ее в сети, и вытягивал потихоньку силы, и волю забирал маленькими дозами.

Очнулась Диана уже в темноте, Астахов реально гигант секса, столько много интима у нее не было даже с мужем. Девушка испугалась, что ее ноги просто разъедутся в разные стороны, когда она на них встанет, а уходить нужно, любым способом. Она потихоньку, чтобы не разбудить Руслана, который добрался до ее тела, и использовал его по полной программе, так, что вырубился, и даже не шевелился, начала вставать, но нет, она рано расслабилась.

– Куда? – Рука потянула ее назад к мужскому телу.

– В душ. – Поверил и отпустил. Диана выдохнула, начала искать бюстгальтер, к которому была прикреплена аппаратура для передачи сигнала с устройства на аппарат хакера. Хорошо, что луна ярко светила с неба, быстро все нашлось. И переместилось в ноутбук, лежащий на полке.

В душ Диана все же забежала, там и переоделась в испорченную форму горничной, больше ничего нет. На что надеялся Астахов, оставив ее у себя? Нельзя так раз, и по щелчку пальцев влюбиться без оглядки, тем более удерживать человека.

Надеясь, что глубокой ночью все спят, забрав специальную флешку, очень тихо, почти не дыша, просочилась из кабинета в коридор. «Шкаф» сидит на диванчике, Диана испугалась, сейчас ее поймают и вернут в кровать хозяина. Но нет, охранник благополучно спит. Розова босиком, зажав туфли в руках, пробирается по стенке к выходу. Находит свою верхнюю одежду, боясь дышать, накидывает пуховик, и вставляет ступни в ботинки. Пусть сегодня у нее все получится, ей больше не чего делать в этом доме с предполагаемым убийцей мужа, пожалуйста, дайте ей уйти. И словно кто-то сверху услышал ее зов, луна зашла за тучи, и она добежала до калитки, здесь забор был ниже, можно через него перемахнуть. Диана так и сделала. Через полчаса она уже бежала по шоссе в сторону города, надеясь, что ее все еще ждет обещанная машина. Вот и она, слава богу, все удалось, Розова как всегда на высоте.

Выехала на трассу, в голове бардак, вспышками перед взором красивое лицо Астахова, его поджарое, подкаченное, обнаженное тело. Зажмурилась, отгоняя картинку их близости, и жар разлился внизу живота, в ушах их частое дыхание и стоны, их стоны, Руслан не сдерживался, помимо комплиментов о ее неотразимости он безрассудно стонал, и блаженно улыбался. Мурашки пробежали от пяток к самой макушке, вызвав озноб, Диана почувствовала, как неистовый поток сожаления о случившемся, набросился на ее душу. Она предала любовь мужа, свои чувства к нему. Вцепилась до посинения пальцев в руль, дорогу размывало от нахлынувших слез, тяжелый комок вины поднимался из глубин сознания, чтобы взорваться угрызениями совести в голове.

К Диане пришло решение – ехать к нему, молить о прощении. Она разворачивается и направляется в сторону кладбища.

– Прости меня – шептала, целуя нарисованные губы – не понимаю, как это случилось. Костенька, меня словно отключили – Диана сидела на коленях, обняв руками холодный мрамор, и ревела, подвывала ветру, разгулявшемуся на могилах. – Как я могла, переспала с человеком, возможно причастным к твоей гибели. Костя, не прощу себя никогда! – Прижалась холодной щекой к надгробью, закрыла глаза и застыла на некоторое время, сидя в обнимку с памятником.

11

Руслан орал на охранника, так, что тот жмурился, от силы голоса хозяина. Возмущению Астахова не было предела, слюни брызгали во все стороны. Впервые в жизни он увлекся женщиной, прочувствовал всю эйфорию от нахождения рядом с объектом желания. Его словно околдовали, сердце разрывалось от тоски. Астахов нещадно рвал свои голосовые связки, вымещая зло, на просмотревшем побег, с ума сводящей его горничной.

– Простите Руслан Робертович, отрубился буквально на десять минут.– Виновато прятал глаза «шкаф».

– Найдите мне ее – Астахов готов был пинком отправить того за дверь. – Узнайте о ней все у Маргариты, и вперед.

– Будет сделано – поспешил заняться делом громила, чтобы оправдаться перед хозяином.

Только закрылась дверь за телохранителем, в кабинет влетела Рената Алексеевна, и грозно давя своим взглядом на сына, облокотилась руками о столешницу, заглядывая в его глаза.

– Маргарита сейчас сидит на кухне, нервная, она хочет с тобой поговорить.

–Зови.

– Я хочу присутствовать при разговоре.

– Пусть заходит – рявкнул на женщину, молодой мужчина.

– Ты не в духе? – Мать прищурилась и подозрительно осмотрела сына с ног до головы. – Думаешь, я не знаю, чем ты тут занимался?

– А это не твое дело! – взревел от возмущения.

– Ты мой сын, и все, что тебя касается, касается и меня. – Тихо, но таким строгим тоном, от которого пробирает мороз по коже. – Как ты мог связаться с горничной!? Тебе не по статусу, якшаться с простыми девками.

– Повторяю – отчеканил по буквам, и, не отрывая пронзающего взгляда от лица Ренаты, продолжил – не твое дело.

В этот момент в кабинет вошла Маргарита, ее трясло, она мандражировала боясь гнева Астахова, а еще больше его матери.

Маргарита Никитична не стала ничего скрывать и рассказала, что после того, как отпросилась у Ренаты Алексеевны, сразу, никуда не заезжая поехала в соседний город к матери. Примчалась в больницу, и там ей сообщили, что пациентки с такими данными нет. Только тогда, она, почуяв неладное, набрала номер сиделки, та ответила, что у них все хорошо, и сейчас они на прогулке в парке. Домработница часто дышала, и взглядом бегала от молодого мужчины, сидевшего напротив нее в кресле, до стоявшей рядом с ним статной женщины.

– И что ты думаешь? – Обратилась мать к сыну.

– Зачем управляющую выманивать из дома? – Задал будто сам себе вопрос Руслан. – Наверно хотели попасть в мой кабинет. Но их ждало разочарование, я весь вчерашний день был здесь. – Легкая улыбка пробежала по его лицу.

– А ты не думаешь, что именно эта горничная, должна была тебя соблазнить, и отвлечь внимание?

– Кристина даже не смотрела в мою сторону. – Принялся защищать понравившуюся девушку Астахов.

– Как же тогда, она оказалась под тобой? – Скептически подняв брови, делая вид, что удивлена, скривила лицо Рената.

– Я ее заманил в свои объятия. – И воспоминания о том, чем они тут занимались, отдались блеском в его синих глазах. – Ничего страшного не случилось, я, конечно, все проверю, но и ты Маргарита подумай, кто мог так подло пошутить над тобой.

– Хорошо – Домоправительница явно была ошарашена спокойствием хозяина, она ожидала, что её отругают, тщательно допросят, снимут пять шкур, пока не найдут виновных в произошедшем недоразумении. Астахов удивил своим спокойствием, и расслабленностью.

– Маргарита, кстати – говорил в спину прислуге – выясни, почему Кристина не пришла сегодня на работу. И положи мне на стол ее резюме, по которому ты принимала ее.

***

Диана уже неделю отсиживалась в своей квартире, общалась с родителями, смотрела фильмы, сериалы, которые вышли за то время, что она провела за решеткой. Вздрагивала от каждого звонка, боясь, что Астахов вычислил ее и пришел забрать в свои мощные объятия. При воспоминании об этом мужчине, моментально начинали слабеть ноги, коленки подгибались, а внизу живота начинало щекотать ожидание повторения их сумасшедшего секса. Снова остановив потоки похотливых мыслей, Диана поставила себя на место. Вспомнила, как примчала домой, замерзшая, с окоченелыми руками и ногами, и сразу понеслась в душ.

«Я предала мужа, я предала память о моем любимом» – стучало в голове, закружилось вихрем, отдаваясь болью в груди, теперь она долго будет корить себя за секс с Астаховым.

Потом стояла в душе и терла себя жесткой мочалкой, стараясь снять верхний слой кожи, замаранный пошлыми ручками Руслана Робертовича. Как она могла!!!

И вот уже седьмой день, как ее грызет изнутри стыд, транслируя картинки их соития на столе в его кабинете, диване, а потом еще в спальне. В эти минуты самобичевания девушка покрывалась холодным потом, боялась, что мама увидит ее состояние, и начнутся расспросы. Они и так, до сих пор не могли добиться от нее ответа, где она пропадала сутки, не могла же им в глаза сказать, что спала с человеком, которого подозревает в убийстве Кости.

От просмотра очередного фильма отвлек звонок сотового, вздрогнув в который раз, от мысли, что ее нашли, посмотрела на контакт звонившего и облегченно выдохнула. Красилов.

– Иван? – Она не удивлена, этот мужчина звонил ей два, три раза в неделю – Есть новости?

– Да. Просмотрели всю добытую информацию, там много полезного, для компании твоего мужа.

– Я хочу знать, причастен ли Астахов к взрыву. Ты обещал, – Диана в отчаянии рыкнула на него – докопаться до истины.

– Обещал, значит помогу. Ты пока сиди не отсвечивай, Астахов разыскивает пропавшую горничную, весь город на уши поставил.

– Не найдет. – Усмехнулась Диана, прижав ладонь к груди, где сердце запрыгало, услышав имя мужчины от которого трепетало.

Не успела отложить телефон, как он завибрировал в руке от пришедшего сообщения. Сестра приглашала Диану пообедать вместе и посплетничать, давно не встречались. Когда у тебя маленькие детки, времени для общения с близкими, всегда очень мало. Диана решила согласиться, устала уже прятаться, и навряд ли люди Астахова шерстят рестораны, где не может себе позволить находиться простая девушка, работающая горничной.

Алиса с Дианой радостно прижались друг к дружке, расцеловались в щеки, присели за свободный столик. Алиса сразу достала телефон и начала показывать, как за последний месяц, что тетка не видела своих племянников, они успели подрасти. Диана расслабилась, слушая треп сестры, даже улыбалась, забыв о своих переживаниях. Алиса делилась планами на будущее, Артемка подрастет, будет вместе с братом ходить в сад, а она, наконец, займется карьерой.

– Вернусь в офис, – мечтательно протянула сестра – даже не думала, что когда – нибудь буду мечтать, снова работать, двое детей, это такой груз, столько сил и времени забирают. Но я их люблю.

– Ты хорошая мать, – улыбнулась Диана. – Вы вообще с Вадимом прирожденные родители.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.