Спартак Масленников
Когда Мой Мир узнает об Этом. Письмо третье

(Письмо третье)

Пятница 15 января 2038 года

Ну вот, у меня наконец появилось немного свободного времени, и теперь я могу начать потихоньку заполнять этот дневник.

Чуть больше недели назад, на рождество, на общем собрании проекта мы решили, что каждому из нас стоит завести «бортовой самописец», в котором нам было предложно написать немного о своей жизни, до того, как мы попали в «проект С.А.М.». Плюс к собственной биографии было предложено описывать все то, что еще будет происходить интересного в нашей нынешней жизни, чтобы в дальнейшем, собрав всю информацию, написать целую книгу о проекте, и включить наши истории в это повествование.

Чтобы будущие поколения знали о том, как все начиналось у тех людей, кто стоял у истоков этого когда-то неизвестного никому проекта, который через годы развития стал еще более продуктивным и интересным, как для преподавателей, так и для обучающейся молодежи нашей необъятной страны.

У моего коллеги по направлению «Правосудие», Максима, всегда появляются какие-то нестандартные идеи и вот эта, очередная из них.

Я правда за свою жизнь даже не разу об этом не задумывался чтобы сесть и что-то написать. Но такой необычный эксперимент в жизни тоже должен быть, тем более в нашей суете, которая сейчас происходит, будет интересно потом через время прочитать и самому какие-то свои мысли прошлого, поэтому я начну.

Начну, наверное, как полагается, прежде всего с самого себя и потом перейду к своему очень способному помощнику, без которого я иногда даже сам не понимал, что я делаю в своей сфере, и к тому, чем мы вообще занимаемся сейчас.

Постараюсь хотя бы раз в неделю писать в дневник, ну а если будет чуть больше свободного времени постараюсь рассказывать о нынешней деятельности чаще. Иногда у нас тут случаются занимательные события.

И так начнем.

Вся моя жизненная история закрутилась, наверное, в далеком две тысячи четырнадцатом году.

Я на тот момент учился в одиннадцатом классе.

Как сейчас себя помню, я был еще той бестолочью. Моя жизнь в этом возрасте была наполнена разными веселыми историями, связанными с моей компанией и отдельными личными случаями. В эти веселые для каждого подростка будни я занимался боевым самбо. На конце «о», а не направления танцев, ну это я так, шутки ради подчеркиваю.

В общем к семнадцати годам, я имел уже хорошую физическую форму и подготовку, что не буду скрывать, добавляло мне значимость среди моих сверстников и помогало получить достаточно приятное внимание от милых дам.

Я был один, общаясь со всеми, потому что не хотел обременять себя на верность и входить с кем-то в отношения. Та девочка, которая мне нравилась встречалась с мальчиком, который учился не в нашей школе. Поэтому мне было достаточно ее внимания, когда мы находились рядом в нашем образовательном учреждении, а после, мы жили с ней совершенно разными жизнями.

В школе мне было трудновато найти общий язык со многими учителями, которые вели письменные предметы.

Наша классная руководительница Ирина Анатольевна была чуть ли не частью моей семьи, потому что она почти каждый вечер звонила моим родителям и жаловалась на мое поведение и на мою успеваемость.

Но как бы она меня не «подставляла», у нас с ней были хорошие отношения. Сейчас то я понимаю, что она в принципе ругала меня только по делу в том юном возрасте. А в целом она была справедливая женщина, которая держала весь наш класс в ежовых рукавицах, но при этом была очень веселым человеком, который умел пошутить над нами, так, чтобы не обидеть, и в тоже время выслушать тогда, когда это было нам необходимо.

Поэтому весь класс к ней относился очень уважительно и если мы где-то «чудили», это было явно не на ее уроке.

Обычно, на классном часу, она устраивала нам «взбучку», когда кто-то из учителей писал на нас докладную или жаловался ей по секрету.

Веселые воспоминания прошлого спустя почти двадцать один год заставляют меня улыбнуться, вспоминая эти веселые школьные дни.

В один из таких дней, мы, договорившись всем классом, решили сорвать урок биологии чтобы не писать контрольную.

Мы пытались доказать учителю что не были предупреждены о контрольной работе и то, что, она не задавала нам ничего на дом, потому что видимо забыла об этом. Мы хотели просто протянуть время урока. Наша учительница по биологии была находчивая молодая девушка и понимала почему так происходит.

– Ну что же? У вас тогда будет стимул подготовиться, потому что я дам вам возможность исправить свои двойки, тем, кто их получит, ведь завтра у нас еще урок. А сейчас достаем двойные листочки и подписываем в углу имя и фамилию, времени у вас до конца урока осталось очень мало.

От начала урока до вынесенного вердикта прошло немного времени. Наши девочки чуть ли не слезами начали упрашивать ее этого не делать, так как они не хотели получать двойки, а подставлять весь класс они тоже не могли, потому что у нас было не принято отбиваться от коллектива. Мы были как мушкетеры, «один за всех и все за одного».

Мы, конечно, могли сразу написать все на два и продолжить урок, но эту проверочную мы писали еще и на перемене, потому что учитель нас задержала специально.

Соответственно на следующий день Ирина Анатольевна, была оповещена о случившемся у нас инциденте на уроке биологии, и мы всем классом придя к нам в кабинет на «классный час» слушали о том какие мы «засранцы» и как ей за нас стыдно перед другими учителями.

Я уверен, что все это было передано ей с глазу на глаз нашей учительницей по биологии, а Анатольевна просто решила в качестве профилактики немного нас поучить.

Как только мы начали по старой схеме подмазываться к ней рассказывая, что обязательно исправим двойки и найдем зачинщика заговора, специально смягчая обстановку, наш классный час перешел в более позитивное русло.

Вообще мне если честно всегда веселили такого рода детские собрания, на которых мы не решали ничего, а просто слушали что нужно передать родителям, и желания друг друга куда мы хотим отправиться на выпускной, который наступал почти через год. Девочки, как всегда, обсуждали этот важный вопрос между собой и нашей классной руководительницей, а мы с пацанами смеялись, парадируя их и придумывая свои истории путешествий в этот прекрасный и замечательный день, в который мы попрощаемся со школьной скамьей навсегда.

Время этой «летучки-наказания» подходило к концу, а я уже чувствовал, как желудок призывает меня отправиться в буфет. Пока Ирина Анатольевна подводила итог классного «мероприятия», я аккуратно по стеночке подошел к двери нашего класса, собираясь, как только она закончит, выскочить в коридор и направиться в сторону столовой, пока звонок с урока еще не прозвенел.

Она обычно позволяла нам такое делать, чтобы мы не толпились на кассе в столовой вместе с остальными учащимися нашей школы. Как только она закончила свой монолог, прозвенел звонок на перемену.

Я открыл дверь, пытаясь выскользнуть спиной вперед, смеясь с девчонками, которые сидели на первой парте, но это был еще не конец ее «замечательной» истории. В тот момент, когда я открыл, улыбаясь дверь она посмотрела на меня и грозно сказала:

– Я еще не закончила. Давай ка я сначала договорю, а потом ты побежишь туда куда ты торопишься. Зайди в класс и закрой дверь.

В этот момент я хотел что-нибудь пошутить про пожар или что мне котенка нужно срочно спасти, но она добавила, взглянув с улыбкой за мою спину:

– На тебя же люди смотрят. Ну как же тебе не стыдно разгильдяй ты мой?

Я повернул свою голову и увидел стоящую у окна на против кабинета девушку.

У меня не то, что шутки пропали в голове, я вообще забыл все то, что было за пределами моего устремленного на нее взгляда.

Она поразила меня так, что я повернулся к ней полностью и выставил одну ногу вперед, приложив руку к груди сердечно извинился перед этим ангелом, смотрящим на меня.

Я такое видел в фильмах старых, где перед барышней так себя вели достопочтенные кавалеры.

Тогда, конечно же я об этом не думал, это все получилось как-то спонтанно. Она видимо пробудила внутри меня чувства интеллигента.

В ответ она улыбнулась и кивнула мне головой принимая мои извинение за такое поведение. Я закрыл дверь вернувшись в класс. Мое сердце начало странно стучать от волнения.

Я уже в этот момент не особо слушал что говорила Ирина Анатольевна. Да и вообще даже не слушал шума вокруг, который стоял за дверью, ведь там во всю уже была моя любимая перемена.

В голове пульсировала только одна мысль, она улыбнулась мне в ответ, значит приняла мой юмор в виде выпада, а это очень для меня хорошо.

Когда я вновь включился обратно в этот гул класса, ребята начали суетясь собирать свои дневники и ручки обратно в портфели. Еда подождет, подумал я и подошел к Ирине Анатольевне чтобы задать свой единственный вопрос.

– Кто эта девушка?

– Артем, это моя ученица, которая недавно закончила школу. А что? Понравилась?

Я не стал отвечать на этот компрометирующий вопрос, потому что вся толпа начала выходить из класса, а девочки окружили мою классную руководительницу и пытались что-то у нее спросить перебивая друг друга.

Подойдя к своему однокласснику, я тихонько попросил его:

– Будешь выходить, глянь у окна девчонка стоит, как думаешь?

– Да кому ты нужен такой «разгильдяй»? – с улыбкой проговорил он, намекая на слова Ирины Анатольевны.

Он пошел первым, а я, подождав еще пять секунд вышел с остальной массой из кабинета.

В школьном коридоре, как всегда, была обычная беготня пятых и шестых классов.

Я оглядел эту девушку еще раз, пока она, стоя у окна смотрела за «малышней», которая носиться так, что даже нас «старшиков» сбивала с ног. Меня заставил улыбнуться мой одноклассник, который стоял возле соседнего кабинета, ожидая меня, не сводя с этой красивой девушки глаз.

Благо она следила за играми мелких и не заметила, ни меня, ни моего друга.

– Ты глаза то не сломаешь, так на нее пялится? – с улыбкой проговорил я, подходя к своему однокласснику, который не сразу обратил на меня внимания.

– Так-то это не твоя девушка. Да и даже если бы твоя была, я бы все равно так смотрел. В этом нет ничего такого… – все так же, не сводя с нее глаз говорил мне он, даже не обращая на меня внимания.

– Как думаешь? Подойти? – поинтересовался я у него.

– Тем, да это не вариант. Ничего не светит тебе. Зачем лишний раз расстраиваться?

– Ты че в меня не веришь, дружище? – сам уже не уверено в своей идеи, проговорил я.

– Мне же потом тебе слезы вытирать, когда у тебя ничего не получится. Я бы на твоем месте не стал. Пойдем лучше по булочке с чаем бахнем?

– Ой, все! – толкая его рукой в плечо, воспротивился я. – Иди пока в столовку, стол займи. Пойду попробую, а там как получиться… Лучше потом поплачу на твоем плече. – сказал я и развернувшись уверено, как мог, пошел обратно в сторону класса.

Как только я сделал первый шаг от своего одноклассника, у меня в колени ударила легкая слабость.

С каждым новым шагом адреналин начинал бурлить в моем теле, и уверенность таяла, потому что это был мой первый подобный подход к девушке, которая была явно старше меня.

Но было уже слишком поздно что-то менять.

Несмотря на всех этих бегающих мелких я шел прямо к ней. Думая, что для нее будет сюрпризом, когда я подойду. Но в этот момент моих мыслей она словно услышала меня и начала поворачивать голову в мою сторону.

Я не знаю какие силы мне помогли преодолеть весь этот барьер, но я подошел к ней и достаточно четко не стесняясь произнес, как девушке, которую я уже видел тысячу раз и которая тысячу раз видела меня. Словно мы нравимся друг к другу, но стесняемся подойти и что-то сказать.

– Привет, меня Артем зовут. А тебя? – с улыбкой произнес я.

– Виктория. – смотря на меня своими голубыми глазами ответила эта темноволосая красавица. – Даже не знаю с отчеством тебе или так пойдет… – строя из себя уж слишком взрослую девушку, проговорила она с улыбкой, на мой дерзкий подкат.

– У нас вон, в кабинете с отчеством. – указывая рукой на мою классную руководительницу решил спустить ее возраст в шутку я, но на всякий случай не стал наглеть – Вы то еще не такая древняя! – надеясь на то, что она поймет мою очередную шутку выпалил я.

– Ой, спасибо вам молодой человек. – чуть изменив свой голос на голос пожилой женщине шутя проговорила она.

– И что же вас привело ко мне Артем?

– Ты мне понравилась, потому что симпатичная… Мы можем с тобой пообщаться? – уже более уверенно проговорил я.

– Артем, меня посадят за тебя. – ответила она, чуть покраснев, как будто переживала что я кому-то расскажу.

Я почему-то не выдержал ее взгляда, и вся моя уверенность теперь переросла в какую-то несвойственную мне застенчивость. Больше мне ничего не пришло на ум как сказать ей:

– Я никому не расскажу. Я почти выпустился, так что ничего страшного.

Какой я был болван что сказал это. Как будто это что-то меняло в сути нашего разговора.

– Артем, дело не в этом, прости, ты симпатичный и как я вижу очень веселый парень, но я уже стара для тебя. Правда.

Эти слова пошатнули и мою уверенность, и мою застенчивость. Я понял, что это дальше будет попрошайничество с моей стороны, а я не хотел быть назойливым, даже ради такой красотки как она.

– Это не правда. Что? Совсем никак? – с последней надеждой произнес я.

– Прости. – она сама словно немного расстроилась и пожала плечами.

– Виктория, вы знаете, вы разбили мне сердце! – если честно уже грустно произнес я, протянув ей руку. – было приятно познакомиться.

Ее нежная рука прикоснулась к моей. Смотря в ее голубые глаз, я понял, что она сама немного волнуется.

– Не расстраивайся Артем. Все будет хорошо, я узнавала. – словно пытаясь подбодрить меня произнесла Виктория, тоже борясь внутри сама с собой.

Конечно же, после такой встречи, я расстроенный пошел к своим одноклассникам в столовую.

В своих мыслях я выпил чаю с булочкой, и мы отправились на следующий урок. У нас была биология и теперь нам необходимо было быть паиньками, которые знают все.

А мне уже и не хотелось веселится, хотя я прекрасно понимал, что сделал все что от меня зависело.

В течении урока, мне конечно же удалось развеселиться благодаря моим одноклассникам, которые после написанной по новой контрольной начали смотреть в телефоне видео про половую жизнь рептилий и шутить про половые органы черепах во время их «соития».

На этом воспоминании я, наверное, закончу сегодняшнюю часть своей истории и в следующий раз расскажу, что было со мной дальше.

Завтра ребята уже придут на занятия, поэтому нужно еще подготовить новый материал для моих уже «старых» учеников проекта.

Суббота 23 января 2038 года

Мне вновь удалось найти немного времени, чтобы продолжить свой уже начатый рассказ о моем «неудачном» знакомстве.

Я стараюсь многое успевать, потому что идут переговоры о продвижения нашего проекта на следующий уровень. И каждый из нас кто внес вклад в проект с две тысячи тридцатого, может рассчитывать на личный карьерный рост, уже на более серьезных государственных должностях, в своем направлении.

Поэтому всем нам необходимо трудиться, чтобы не упасть в грязь лицом, и не подставить весь наш дружный коллектив. Все очень серьезно, и на нас в будущем возлагается очень большая ответственность.

Пока наши основатели и инвесторы общаются о продвижении, обсуждая все возможные плюсы и минусы, я не буду выстраивать догадок в этом дневнике, какое будет принято ими решение.

Когда это решение будет принято, я обязательно напишу.

Ну а пока у меня вновь есть немного времени, я продолжу с того, на чем остановился в прошлый раз.

А именно оттуда, где я немного повеселел на уроке биологии и отпустил мысли о моем неудачном знакомстве с девушкой.

После урока мы, как всегда, собирались идти во дворы, где обычно встречалась большая толпа школьных ребят, чтобы пообщаться и перекурить. На тот момент я не курил, поэтому лишь пассивно приобщался к этой культуре, вдыхая запах сигаретного дыма товарищей, которые выпускали его с каким-то непонятным для меня удовольствием.

В этот день все произошло немного иначе нашего стандартного расписания.

Спустившись на первый этаж, в фае, где стояли лавочки для родителей школьников и гостей школы, я опять увидел это милое лицо, смотрящее на меня среди всех этих, бабушек, дедушек, пап и мам, толкущихся в этом небольшом пространстве собирая своих детей. Возле девушки, с которой я хотел познакомиться, было свободное местечко.

Когда я вновь заметил ее, я уже не слышал, что шутили ребята и о чем шумят эти дети и взрослые, у меня была одна мысль и одна цель, попробовать свой последний шанс.

Ребята, занятые своими обсуждениями и шутками, даже не заметили, как я слился и пропал в этой толпе.

Она сидела на лавочке достаточно спокойно, но в ее лице читалось ожидание.

А вдруг она кого-то ждет, и тут я? – замешкался я.

Как бы там не было, я уже шел к ней, и она вновь меня увидела, было бы глупо повернуть. Я присел рядом с ней и не поворачивая к ней головы тихонько спросил.

– Привет. – будто наше знакомство только началось. – У тебя есть кто-то другой здесь? Или ты кого-то ждешь?

– Тебя. – так же тихо сказала она, не поворачивая ко мне головы.

Я думал, шутит она со мной или нет.

Мне хотелось повернуться, чтобы увидеть ее реакцию, но смеха после ее ответа не последовало, и я понял, что это все в серьез.

От осознания я выпрямился сидя на лавочке как будто во мне пробежала энергия, но мне некуда было ее деть.

– Не подавай виду, – улыбаясь продолжила она. – вот тут на листочке номер телефона, позвони.

– Только если ты меня раскроешь, я тебе ноги вырву. – добавила она после того, как передала мне листок с номером телефона.

– Понял? – теперь уже посмотрев на меня с улыбкой, грозно произнесла она.

Это было «десятиэтажное счастье» для меня, в которое я не мог поверить.

Если бы условием было зашить рот, чтобы никому ничего не рассказывать, я бы с радостью согласился, но тут от меня требовалось лишь согласиться, с простыми условиями.

– Я сам себе их вырву… – чуть наклонившись к ней все так же тихо произнес я.

– Тогда как-нибудь увидимся. – произнесла она и как в шпионском фильме, не оборачиваясь и не подавая виду пошла на выход, а я продолжил сидеть на лавочке в фае провожая ее взглядом, не веря в свое счастье, теребя в руках свернутый вдвое листочек бумажки, на котором был написан ее заветный для меня номер.

Как только я опомнился от крика вахтерши, которая кричала на молодых учеников, чтобы они были спокойней, я решил, что теперь и мне пора уходить.

Выйдя из школы, я встретил своих пацанов, которые стояли на крыльце и ждали меня пока я выйду.

– Ты куда пропал? Тут щас такая телка выходила, вон она, в розовой блузке к младшей школе подходит. – указывая в ее сторону проговорил мой знакомый из параллельного класса.

– Я ей чуть предложение не сделал…. Можешь теперь ее только взглядом проводить, раз не успел вовремя выйти. – ища поддержки шутки в толпе, которая стояла рядом проговорил он.

Но, это высказывание не кто не оценил.

– Жаль… Да я в туалет ходил. Слишком классная? – не подовая вида поддержал я его сумасшедшее впечатление.

– Да содержанка чья-то. Только смотреть на такую можно, не подойти не подъехать просто так. – сказал еще один знаток женщин, улыбаясь, гордясь тем, что, по его мнению, попал в самую точку.

Как хорошо, что среди них не было моего одноклассника, которому я ее показал, и поэтому я мог вести себя скрытно. Я мог говорить все что угодно, и они даже не подозревали что у меня есть гораздо больше, чем восторженный взгляд в ее сторону.

Мы пошутили по этому поводу и дождавшись еще ребят, среди которых как раз был мой одноклассник, отправились на наше место сбора.

Да и ведь если разобраться как я мог серьезно к этому относиться и не шутить вместе со всеми?

Я видел ее впервые, и она было очень привлекательной девушкой, но я не знал кто скрывается внутри. Хотя меня на тот момент уже разрывало самого и хотелось поскорей разгадать эту тайну пообщавшись с ней.

Думаю, на тот момент мне повезло что я отвлекся всеми этими разговорами и обычными повседневными делами, не написав ей сразу после того, как получил ее номер.

Уже вечером, возвращаясь домой после тренировки, я все-таки написал ей смс.

Хоть мы и были с ней на расстоянии, у меня внутри все равно складывалось такое ощущение что она стоит рядом и пристально смотрит на меня.

Я первый раз писал девушке старше, и даже не предполагал, как правильно себя с ней вести.

Поэтому старался не пропустить ее смс и почти каждую секунду смотрел на экран телефона, хотя включенный звук, думаю, вряд ли дал мне пропустить такое.

Все мои «гиппернаблюдения» за изменением экрана телефона, было бессмысленной тратой нервов и времени, потому что пока я шел с тренировки до дому, от нее не поступило ни одной строчки.

Придя домой, я подумал, что, наверное, вообще все это зря и немного расстроился, но потом вспомнил что номер то она дала мне сама, а это значит, что она просто возможно еще не видела смс раз не отвечает и мое настроение от этого вновь изменилось. Прокатившись на эмоциональных качелях, я сел покушать и услышал, как из моей комнаты раздаётся нарастающий звук мелодии моего мобильного телефона.

Это сейчас мы постоянно на связи вставив себе в ухо гарнитуру, или общаясь по часам, с которыми чуть ли не спим, а тогда мне пришлось пройтись до комнаты, чтобы посмотреть кто это.

К сожалению, для меня это был мой одноклассник, который позвонил мне чтобы позвать меня прогуляться.

Ответив согласием и сбросив его вызов, я тут же услышал, как у меня в руках заиграла очередная мелодия звонка.

Это был уже другой абонент, звонка которого я ждал гораздо больше предыдущего. Я быстро ответил, и мы пообщались с ней на достаточно дружеской ноте.

По разговору она была намного милее и добрее, чем при нашей первой встречи. Эти девушки иногда любят быть немного стервозными на показ.

Но меня привлекал ее такой стиль общения. Это даже был для меня некий вызов, когда подобное мне пытались показать сверстницы, но что они могли в сравнении с тем, что могла показать мне взрослая девушка, благодаря своему опыту.

Хоть разница в возрасте была не в двадцать и даже не в десять лет, видя ее в живую я прекрасно понимал, что она пользовалась достаточным вниманием со стороны парней и мужчин и явно могла себе позволить такое поведение по отношению к ним.

Как потом выяснилось, в школу она заходила чтобы забрать своего племянника и так как она переживала за наше общение, мы общались с ней больше по телефону.

Я учился у нее, перенимая какие-то мысли и слова, которые она употребляет. Она разговаривала со мной как со своим сверстником не желая снижать свою планку, а мне приходилось подстраиваться под это взрослое общение. Чему я был рад.

Я конечно же провоцировал ее на встречи, не видя в этом ничего особенного. Ведь мне хотелось не просто слушать ее голос и набираться взрослого общения, мне хотелось видеть ее и осознавать с кем я общаюсь.

Мы три или четыре раза виделись в живую, гуляя, после того как она заезжала в школу и отводила племянника домой.

Мне если честно кажется, что наши разговоры по телефону были намного продуктивнее. Находясь рядом с ней, в моей голове, был постоянно какой-то резонанс.

Я достаточно верил в себя, но не верил в то, что это все происходит со мной в живую. Когда она, сидя на лавочке разговаривала со мной прикасаясь к моей руке, я летал мыслями чуть дальше, чем два метра радиуса от нашего с ней местонахождения. Я просто слушал слова, которые членораздельно выходили из ее изящного тела, и мечтал совершенно о другом.

Так мои глаза и бегали, от ее губ до ее голубых глаз в полной растерянности и страхе потерять те слова, которые она произносит.

Я был на тот момент, конечно, еще пацаном для нее, который вообще ничего не соображает во взрослых отношениях.

Из того что я мог ей предложить это было лишь мое чувство юмора, которым благо я слегка обладал и мне очень повезло, что у нас поэтому поводу было схожее понимание.

Я даже не могут пригласить ее в кафе или кино.

Да и мыслей таких не было, потому что у меня с остальными девчонками не было всех этих ухаживаний и тому подобное, но с ней у меня появилась такая мысль.

Я бы хотел быть с ней рядом, если бы она мне эта позволила. Но что я мог ей предложить?

Все это, к сожалению, продлилось не так много времени, как мне хотелось, но общение с ней дало мне большее понимание девушек в целом.

На нашей на тот момент, последний как я думал встрече, провожая ее до остановки, она предложила мне заехать к ней в гости.

Я растерялся, мне хотелось в подобной с ней встрече быть при «полном параде» и быть уверенным в том, что у меня скажем нет дырки на носках, или мое тело не издает не приятный запах для близости с такой женщиной, хотя об этом мне вообще никто не говорил.

До этого я был готов, когда предлагал кому-то прийти ко мне в гости, или пойти самому, но тогда, когда, это сделал старшая девушка сама, я конечно начал переживать. Мне пришлось отказаться.

– Тем, ты чего?

– Да мне на тренировку надо, а до этого еще с пацанами встретиться нужно.

– Посидели бы поболтали немного, да потом бы поехал по своим делам – с улыбкой недопонимая добавила она.

У меня почему-то еще в тот момент мысли какие-то начали проскальзывать странные. Как бы я не хотел и как бы я не ждал с ней близости, для меня показалось странным что взрослая девушка завет меня к себе в гости… А вдруг с ней что-то не так? И на самом деле она какая-нибудь маньячка, которая зовет к себе мужчин.

– Давай в следующий раз? – отказавшись от своих мыслей с горечью своего тупого поступка, вымолвил я.

– Другого раза может и не быть Артем… Ну смотри сам, я уговаривать не буду. Возможно, когда-нибудь ты будешь жалеть о том, что не поехал.

Все это снова возвращало меня в мысли о ее темной стороне, поэтому я теперь уже как баран уперся, и внутри четко понимал, что этот день должен быть явно не сегодня.

– Не… я не могу.

В этот самый момент на остановку подъезжал ее автобус.

– Я уезжаю Тем, не знаю на сколько. Ты очень классный парень, сохрани это в себе. – сказала она и поцеловав меня в щеку.

Не поняв, что она говорит мне про более серьезный отъезд, я просто ее отпустил и пошел к пацанам.

Только потом, когда оказалось, что все мои волнения были беспочвенными, я понял, что она говорила свои слова не просто так, но было уже слишком поздно что-то менять.

Среда 3 февраля 2038 года

В прошлый раз меня отвлек телефонный звонок моего коллеги Максима, который решил встретиться и обсудить нашу с ним дальнейшую совместную работу.

Он почему-то немного встревожен, всеми этими изменениями и назначениями.

У всех нас внутри неизвестность и у всех небольшой страх чего-то нового. Мы привыкли работать в своем привычном коллективе. Наверное, для человека незнающего нас, мы были похожи на сектантов, которым было очень хорошо вместе. Где каждый отвечал за свое дело без какого-то давления со стороны руководства и выполнял свою задачу для улучшения проекта.

Максу хотелось со мной поговорить, и я не мог ему в этом отказать.

Перечитав то, о чем я написал до того, как он мне позвонил, я погрузился в еще большие воспоминания.

После этого случая с Викторией, все начало для меня приобретать более интересные краски.

Конечно, я на тот момент не был «бессердечным самцом», который на право и на лево общается с разными интересными женщинами и забывает о их существовании по щелчку пальцев.

Я конечно же звонил и писал Вике после нашего последнего разговора на остановке, но она мне не отвечала. Тогда-то я и понял, что допустил самую глупейшую ошибку на тот момент своей юной жизни, что отказался от того, что она мне предложила. И если она и правда куда-то уезжала, то ее мотив пригласить меня к себе был совершенно оправдан для меня и для нее.

Да и потом, я еще не раз думал о том, что могло бы меня там ждать там у нее дома и плавал в этих развратных мечтах и представлениях. Но в ее мыслях все могло быть иначе, и она просто хотела провести со мной время наедине, не волнуясь о том, что нас кто-то увидит.

Я тогда в первый раз почувствовал себя каким-то брошенным что ли.

Хотя, о каких серьезных вещах могла идти речь?

Однажды после очередного звонка ей вечером, который остался без ответа, я сел и подумал.

А чего я от этого вообще хотел? Ведь я сам при нашей с ней первой встречи предложил ей пообщаться.

Все так и шло, никто не переступал эту грань.

Она сама, возможно, решила переступить эту черту и проявила инициативу.

Меня это как-то успокоило внутри и мои переживания по этому поводу развеялись.

Сказать, что я был влюблен в нее? Наверное, это не так. Тогда внутри у меня были смешанные чувства, в которых я не особо разбирался.

Сейчас я могу охарактеризовать ее как мощного наставника тех лет.

Мне стало еще легче, когда я внушил себе историю, что она с каким-то парнем, уехала куда-то, и что у нас вряд ли когда-нибудь получится с ней еще раз встретиться.

Как только я принял эту мысль, и оставил ситуацию, в мою жизнь начали входить новые знакомства с девушками.

В школе слухи поползли очень быстро.

Кто-то, где-то видел меня с Викторией и передал другому.

Вся информация пробегает от уха к уху очень быстро.

Хорошо, что это не была какая-то неприятная для меня история. Напрямую девушки не задавали мне каких-то вопросов, да и я не спрашивал у них почему такая активность в мою сторону.

Может быть, дело было в том, что я, общаясь с ней я стал еще более уверенней в себе, может повлияли слухи, которые раздули до невероятных размеров, в которых я спал с Викой и со всеми ее подругами, я не знаю.

Мне было совершенно все равно. Сам факт того, что я не обделен женским вниманием не мог меня не радовать.

Теперь я и сам стал относиться к девушкам иначе. Я стал их больше слушать, вести диалог, а не просто отпускать беспринципные пошлые шутки и смеяться над этими шутками как ограниченный.

И мне это нравилось, потому что я для себя открывал какой-то новый мир, где мальчик и девочка могут общаться, а не думать только о письках и сиськах.

Казалось бы, есть стереотип, что парни об «этом» думают чуть ли не постоянно в подростковом возрасте.

Это выдуманная статистика.

Многие девочки, с которыми я общался были даже намного отчаяннее чем парни в своих желаниях… Просто они об этом не говорят так открыто, ну или говорят, только не всем.

Мне с этим повезло и благодаря Виктории я открыл для себя многие секреты, которые сам потом держал в секрете.

Девушки сами учили меня общаться друг с другом. Какие-то вещи я применял в общении с одной, а из общения с ней пытался попробовать в общении с другой. Девчонки обтачивали меня.

Со своими товарищами я теперь обсуждал не просто сексуальное влечение к девушкам, я мог помочь своим друзьям какими-то подсказками в направлении общения и мышления женщин.

Я думал, что знаю очень много. Ну что я знал? Это были пределы школьной жизни. Я слышал от девчонок разные слухи и сенсации. Был некой «свецкой львицей» в школьных кругах.

Жизнь в других школах, была другой и за забором нашего образовательного учреждения было совершенно другая реальность, в которую я тогда не особо погружался.

Слушая эти все истории и разбираясь в проблемах людей, имея при этом очень завышенный предел справедливости, который мне помогал в жизни, не терять свое лицо, как минимум перед собой, у меня было всего лишь две идеи после окончания школы, пойти на юридический, и после быть полицейским, или на психолога чтобы помогать людям.

Немного поразмыслив, я решил, что полиция будет чуть ближе мне по натуре, и поняв, что мне нужно сдавать для поступления, я начал готовиться.

Время пролетело очень быстро.

Я не успел оглянуться как уже наступило лето и пришла пора показать результат своей подготовки.

Мне повезло, на экзамене в моем варианте были как раз те темы, в которых я очень хорошо разбирался.

После сдачи экзаменов я решил поработать чтобы не расслабляться, и проводить свое время с пользой, которое бы давало мне возможность на заработанные деньги отдыхать как минимум в выходные, и не в чем себе на отказывать.

Понедельник 15 февраля 2038 года

Вчера уже перед самым сном вспомнил о том, что давно не писал, но не стал прерывать свой настрой и решил, что напишу сегодня утром.

Так вот, тем летом, после сдачи экзаменов, мой товарищ с тренировок предложил подработать у его отца на продуктовой базе в ночные смены.

Я согласился, потому что мне это было необходимо. Даже не думая о том, как это будет, тяжело или нет?

Хорошо, что я был физически подготовлен, и не особо уставал таскать эти ящики и перекладывать их, из одного места в другое.

Я знал, что меня не обманут и точно заплатят.

Отец моего товарища разрешал мне брать фрукты и овощи домой, так что помимо того, что я зарабатывал деньги я еще и приносил домой продукты, и родителям не приходилось тратить на это свои деньги.

Конечно же я не наглел, и не вывозил вагоны или КАМАЗы, поэтому на работе на меня никто искоса не смотрел.

Так как мы не были устроены официально, отец платил полторы тысячи за смену.

Для того времени это были очень хорошие деньги, поэтому если бы я получал их на руки день в день, я бы сразу их тратил.

Они оставались у отца моего товарища до необходимого момента, потому что мне было интересней получить всю сумму сразу.

В один из выходных дней, мне все-таки пришлось вытянуть из своей накопленной суммы небольшой аванс, потому что мы решили с ребятами немного прогуляться по городу, познакомится с девчонками, и возможно с ними же, возможно без, посидеть в кафешки попить пивка и поесть пиццу.

Вообще план был что надо, для того чтобы немного отвлечься от одинаковых будней, где был только дневной сон и ночная работа.

Все шло так, как и предполагалось.

У нас в городе был большой парк, где летом собиралась почти вся молодежь, которая знакомилась друг с другом и компаниями, чтобы провести весело летние деньки, хотя я думаю, что в каждом городе были подобные места.

Гуляя там мы то по двое, то по одному отходили от нашей веселой компании чтобы познакомиться с девушками и через пару минут возвращались обратно. Эта было своеобразное состязание среди нас.

«Кто больше соберет телефонных номеров?»

Мы гуляли исключительно пацанами, на тот момент не у кого из нас не было любовных отношений.

Как и договаривались, после парка мы пошли в кафе.

С шутками и в веселом настроении мы зашли вшестером в заведение.

Пока ребята разговаривали с девушкой официанткой прося ее подготовить какой-нибудь столик для такой большой компании, у меня уже началась своя подготовка.

Я, постоянно заходя куда-то был очень внимателен и первым делом осматривал обстановку, не потому что чувствовал какую-то опасность, а потому что сканировал помещение на наличие девушек, с которыми можно было бы пообщаться при случае.

Мое внимание привлекли две дамы. Они были обе темненькие. Одну сначала мне увидеть не удалось, потому что она сидела спиной, а вот вторая была симпатичная и очень весело что-то рассказывала своей подруге, которая как раз сидела спиной ко входу, а соответственно и ко мне.

После того как вся обстановка была мною визуально разведана я пошел за ребятами, которых официант уже подводила к столику хихикая с ними, над какими «авторскими» шутками моих товарищей.

Я уселся так, чтобы мне было видно эту брюнетку с кудрявыми длинными волосами. Во время этих десяти минут пока мы сидели и ждали нашего заказа мне так и хотелось подойти к этим двум девушкам и присесть к ним рядом чтобы просто послушать, о чем они говорят. Они словно были в каком-то своем мире и не обращая внимания на окружающих смеялись и разговаривали так, как будто они были только вдвоем в этом кафе. Пока я смотрел в их сторону они не разу не отвели друг от друга лица, я даже подумал, что может они маленько сошли с общего понимания отношений и предпочитают однополые браки.

Эта мысль подхлестнула меня, и я с улыбкой подумал, что смог бы попробовать растопить их ледяную стену, пробудив стремление к завоеванию мужских сердец.

Девушка была чуть постарше меня, но на тот момент я уже не волновался по этому поводу, потому что у меня был подобный опыт. В любом случае, я должен был подойти, но их было двое.

Задача была со звёздочкой, усложненная, мне нужен был обязательный допинг для смелости, в виде пива.

Как только нам его принесла улыбающаяся официантка, я сделал пару глотков, и тут же мой страх от возможной неудачи улетел куда-то в пустоту, откуда и не вернулся.

Я настроился уже пролезать через ребят и отправиться к девушкам, как та, что сидела ко мне лицом встала и сразу же за ней встала и вторая.

Они как будто и меня позвали, потому что я резко встал, волнуясь, что они сейчас уйдут и я упущу свой шанс, а ведь мы даже не переглянулись ни разу с этой красавицей.

Ребята подняли на меня в недоумении свои головы.

И пока эту секунду я стоял как черенок от лопаты, в моей голове проскользнули мысли, что пока я за ними наблюдаю они не оплачивали счет, значит возможно они никуда не уходят.

Мое сердце чуть успокоилось, ведь это значило что у меня еще есть шанс успеть запланированное, но я очень поторопился со своим успокоением.

В следующую же секунду они обе стремительно направились к выходу так же продолжая не обращать на окружающих никакого внимания.

У меня в тот момент просто ноги подкосились, и я сел обратно на диванчик от удивления, сложив ручки на коленки, как будто увидел призрака прошлого.

Вторая девушка, которая сидела ко мне спиной, что теперь повернулась лицом, была Вика.

Больше полугода назад я оставил все шансы увидеть ее когда-нибудь вновь.

Пацаны я помню на меня смотрели как на сумасшедшего, а я просто не мог поверить, что такое произошло.

Я выглянул в окно, которое как раз было сзади меня и увидел этих девушек, стоящих возле крыльца, продолжающих веселиться.

Это была явно Виктория. Я не ошибся и не перепутал. Я ее такой веселой даже представить не мог, вот что значит разная близость людей.

Мы с ней смеялись и шутили по телефону и в живом общении, но тут она явно была погружена в свою подружку. Со стороны было видно, что у них очень теплые дружеские отношения.

Меня, конечно, немного сбила эта ситуация с толку, но подруга Вики на ее фоне, не таяла и не расплывалась, как более красивая или страшненькая. Ее черты лица отличались от Викиных, имея собственную, индивидуальную привлекательность, но фигурой они были одинаково сногсшибательны.

После перекура, они вернулись на свое место и продолжили разговор.

Пока они обе отсутствовали в заведение я успел осушить свой бокал пива, и уже был достаточно смел, чтобы, полностью собравшись с силами и подкрепленный своим бесстрашием, сделать свой шаг и не переживать за последующий результат.

Тем более теперь задача была облегчена на половину, потому что одна из двух девушек меня уже знала.

Только в этот момент меня мучал один вопрос…

Может она не с проста не стала мне отвечать?

Думать дальше, как всегда, было поздно. Я встал второй раз, товарищ, сидевший со мной рядом, прихватил меня за ногу.

– Чтобы ты второй раз не упал… – улыбаясь смотря на меня держась за мою коленку проговорил он.

– Спасибо, дружище. А можешь меня до туалета довести? Или у официантки утку попросить? Только не по-пекински…

В общем с этим уже приподнятым настроение, я пролез через своего товарища и отправился по своей рассказанной товарищам истории «в уборную». На самом деле цель была совершенно другая.

Я просто не хотел рассказывать им всей истории, чтобы не собирать лишние взгляды и подколы, когда подойду к девчонкам, и возможно получу неожиданный отказ. Хотя в моей голове не было мыслей на промах.

В момент того, когда я подходил к ним с каждым шагом все ближе, я заметил, как лицо ее подруги начало меняться. За все это время мы не разу не переглянулись, а тут встретившись с ее зелеными глазами меня будто околдовала какая-то загадочная сила, которая исходила изнутри.

– Здравствуйте Виктория. – начал достаточно официально я, чтобы мое появление не показалось слишком дерзким.

Вика видимо не ожидала такого, потому что первым делом взглянула на свою подругу, которая уже поняла, что я не представляю опасности и начала глядя на меня расплываться в улыбке, предвкушая какой-то интересный поворот событий.

Он и произошел, этот поворот.

Вика повернулась на меня и удивилась. В ее глазах я прочел что это была для нее приятная встреча, и пусть она тогда так резко пропала из моей жизни, но с моего лица не сходила улыбка этой неожиданной встречи.

– Привет Артем! – радостно проговорила она, словно ждала этой встречи долгое время, и мы наконец встретились.

– Как ты? – тут же дополнила она, не сводя с меня глаз, и начиная подниматься из-за столика.

– Надюш, на секунду. – обратилась она к своей подруге, так же с улыбкой.

А та сидела, откинувшись назад улыбаясь, пока, не особо понимая, что происходит, и кто я такой. Я не стал вгонять ее в краску…

– Артем. – представился я Надежде, с улыбкой протягивая ей свою руку.

Я словно погрузился в их ауру этого позитивного настроения.

В этот момент Вика уже вышла из-за столика…

– Пойдем хоть поболтаем, и так уже всех девушек, наверное, соблазнил. – улыбаясь обратилась ко мне Виктория, прихватывая под руку.

Мы вышли с ней на улицу. Это не было с моей стороны какой-то претензией, но меня мучал этот вопрос очень долго, поэтому я ей его задал первым делом. Мое веселое настроение на мгновение куда-то улетело. Мне хотелось понять в тему ли я подошел или порчу вечер двум прекрасным девушкам.

– Вик, куда ты пропала? – возможно слишком серьезно произнес я.

Вика не разделяла мой серьезный настрой, поэтому ответила вопросом на вопрос.

– А что? Ты грустил? – задав свой определенный тон разговора, хитро вывернулась она.

– Просто пропала, даже ничего не сказала. Хоть бы сообщение написала, чтоб я больше не писал, а то, как идиот тебе звонил и писал, а ты не слова, ни пол слова.

У них был явно какой-то приятный повод встречи, поэтому осознав, что я высказался, мое состояние вновь стало таким, как будто я в кафе и весел.

Сама Вика, тоже уже выпившая и веселая, выслушав то, что я сказал, видимо поняла, что нам есть что обсудить.

– Тём, давай так… – хитро улыбаясь, начиная эти флирты произнесла она. – Я буду в городе месяц, и буду на связи. Поэтому знай, я всегда найду для тебя время, поэтому мы с тобой можем заполнить пробел в нашем общении. Встретимся, когда захочешь. Только давай мы не будет выяснять что, кому, кто должен?

– Да, хорошо. – уже радостно вырвалось у меня изнутри. – я тогда от тебя не отстану – все так же с улыбкой и немного в ответном флирте проговорил я.

Она улыбнулась и положив руку мне на плечо, дополнила.

– Да нет родной, это я от тебя не отстану.

Это была Вика, такая как она есть. Моя довольная улыбка, как мне показалось еще больше подняло ее настроение.

Мы договорились о том, что если вдруг пацаны, которые смотрел на нас по ту сторону стекла спросят у меня кто это девушка, то я отвечу, что просто тетя и больше не буду погружать их в историю. Так мы с ней договорились и разошлись, по своим местам, вернувшись каждый за свой столик.

Как она и говорила, хотя это было вполне ожидаемо, пацаны чуть из штанов не повыпрыгивали, чтобы узнать кто эта красотка что разговаривала со мной на улице, и кто ее подруга.

Получив придуманный Викой ответ, мои товарищи разделились на два лагеря. Одни поверили в эту истории, а другие начали рассказывать мне какая у меня «четкая» тетя, с которой они бы «замутили».

Ну что я мог на это им ответить? «Ой, мальчики не надо так… Это же моя тетя, про нее нельзя говорить такие непристойности.»

Когда я вернулся домой я сразу написал Вике. Как она и сказала, мы с этого дня, продолжили с ней общение с той ноты, на которой оно было закончено, после того как она исчезла из моей жизни, когда я еще учился в школе.

Пятница 26 февраля 2038 года

Мне кажется, мы встретились с ней на следующий же день. Я больше не возвращался к вопросу о том куда и почему она пропала. Толи я для нее стал более привлекательным, потому что немного подрос, толи мое общение с девушками помогло стать более взрослым для нее, но наше общение как будто стало на ступень выше.

Возможно даже все дело было в том, что она переживала при нашей первой встречи, что я был школьником и у нее реально могли возникнуть проблемы из-за меня.

Я, конечно, не раз анализировал ее состояние, когда мы с ней познакомились и пытался примерить на себе ее ответственность за знакомство со мной, но это было лишь представление.

При нашей второй встрече ее уже ничего не ограничивало.

С момента нашего возобновления общения мы с ней решили, что будем общаться днем, а вечером по возможности проводить время вместе, и если у кого-то из нас не будет получаться вечером, второй на это не обижается.

Она как будто прочитала это в моей голове.

Мне подходил ее способ общения, и, наверное, я и хотел себе такую девушку, которая бы поняла меня, если бы я ей такое предложил.

А тут, девушка сама изъявляет такую позицию взаимоотношений. Она, по сути, погрузила меня в более взрослую и позднюю модель общения между мужчиной и женщиной, с которой я встретился спустя годы, уже воспринимая это вполне за нормальные отношения, потому что в восемнадцать лет у меня уже был подобный опыт.

Пока не буду перескакивать чтобы не запутаться, а продолжу с того, на чем остановился.

Мы с ней часто виделись, и она рассказала, что и правда улетела в Москву и погостив дома месяц, собирается возвращаться обратно в столицу.

У нее там как она рассказала был хороший вариант по работе. И очень хорошо, что все точки в наших отношениях были расставлены, мне стало спокойней от этого.

Спустя неделю, она пригласила меня вновь к себе в гости и на этот раз я уже не мог отказать. Тем более у меня было время подготовиться…

Смешной момент заключался в том, что я подошел к одному из своих товарищей и попросил на всякий случай записать ее номер телефона, и если утром я ему не позвоню, то значит пара суетиться и начинать меня искать.

Кто бы меня нашел, когда я не сказал даже где меня искать? Адрес ему, я конечно же не сообщил.

По моему мнению если бы я не вернулся домой, потому что она сумасшедшая маньячка, он бы позвонил и спросил у нее, где я?

И она бы ему ответила, что я вот, в ванне лежу.

Ну если бы она действительно занималась подобными вещами я думаю, у нее бы хватило ума не ответить.

Но самое что веселое и интересное, к утру у меня начал разряжаться телефон, и я боялся, что не успею сообщить товарищу, что все нормально, потому что Вика была рядом.

А вдруг если я не успею он поднимет тревогу позвонив моим родителям?

В общем я сам себе создал проблемы.

Я не буду раскрывать всех подробностей нашей приватной встречи, но это был для меня не забываемый вечер, медленно переходящий в утро.

Она для меня была «сумасшедшая», в хорошем смысле этого слова.

После этого момента какие-то шторки смущения у нас с ней полностью пропали. Как-то я позвал ее прогуляться с моими друзьями в компании, и она согласилась. Но мало того, что она своим появлением свела всех моих товарищей с ума, отключив им полностью головы, она еще и «игралась» со мной в их присутствии, добавляя мне силу выдержки.

Я, конечно, делал вид что ничего не происходит, но я думаю, что пацаны все видели и без дополнительных объяснений сами. Она, конечно, для меня была очень мощным наставником в отношениях, мне больше нечего сказать по этому поводу.

В этот период, пока она была в городе и мы с ней общались, у нас не было даже намека на недопонимание.

Хотя я прекрасно понимал, что возможно не один, с кем она позволяет себя так вести.

Она не была легко доступной, просто чем ближе подходило время к ее отъезду она становилась какой-то более печальной и в тоже время развратной для меня.

Как бы я не хотел, я не мог разобраться и понять от чего у нее такое состояние, а ковыряться в том, что человек не хочет тебе рассказывать, мне совершенно не хотелось.

Потому что, если бы я смог ей чем-то помочь, она бы мне все сразу рассказала, у нас ведь были достаточно откровенные разговоры.

Так я и не получил ответ на эту загадку, даже после того, как Вика улетела в конце июля.

Я снова предпочел вернуть в свою голову версию того, что у нее есть парень, с которым она якобы уехала, хотя прекрасно знал, что правда совершенно другая.

Да и вообще, мне ничего не стоило себе придумывать и как-то ее оправдывать, потому что этот раз нашего с ней расставания был намного легче для меня, чем прошлый недосказанный.

При втором расставании, я совершенно не помнил про первое.

За все это время пока она была в городе, я так вымотался, спя по несколько часов в сутки, потому что днем я гулял с ней, вечером с ребятами, а ночью выходил на смену на продуктовую базу.

Поэтому в августе я решил работать и высыпаться, хоть и не по режиму, ну хотя бы как следует.

На этом наше с Викой живое общение было закончено, у нас оставались только сообщения и звонки. Которые недолго поддерживали наше общение на расстоянии.

К чему была вся эта история? Я просто хотел бы познакомить будущего читателя и Автора с тем человеком, который встретился мне в жизни и стал первым звеном в моем становлении взрослой личности. На ней была вся моя завязка, которая в дальнейшем потянула за собой еще более взрослую историю.

Поступив в институт, я попробовал совмещать учебу с подработкой, но мне надо было еще как-то тренироваться…

Красивых девчонок в университете было очень много.

В первую очередь я конечно же познакомился с ребятами одногруппниками, а потом мы знакомились с девчонками, которые отвечали нам какими-то знаками внимания, или просто с которыми не раз встречались в университете.

Это был для меня новый уровень познания людей, которые жили в своих кругах общения со своими законами, стилем жизни и способом общения.

По мимо лент, на которых мы изучали по большей части психологию и законы, мы прекрасно практиковались в этом друг с другом, учась на разных направлениях и факультетах, делясь каким-то опытом друг с другом который помог бы нам в дальнейшей карьере «блюстителей закона и порядка».

Воскресенье 7 марта 2038 года

Сегодня, в преддверии женского праздника и находясь под опьяняющим чувством своего внутреннего состояния прогуливаясь и разговаривая с ней, я вспоминал о нашей второй случайной встрече с Надеждой.

Поэтому я, наверное, хотел бы пропустить всех тех девушек, которые были у меня на первом курсе института, и окунуться в воспоминания о ней.

В очередной раз я устроился работать на лето, теперь в ночной клуб охранником, через своих пацанов с кем занимался.

Я вел очень активную жизнь не только в университете, но и за его пределом, занимаясь по вечерам, чередуя два спортивных зала. Свой, где занимался самбо, и второй по смешанным единоборствам, поэтому у меня среди сверстников был большой круг общения.

Я не был новичком в этом деле, поэтому мне не особо долго приходилось знакомиться с коллективами, в котором я тренировался.

Ребята по «смешки» приглашали меня в другие залы, где сами тренировались, поэтому боевого опыта я набирал как надо.

Так вот, про ночной клуб.

Стоя на входе, на очередной смене, я увидел приближающуюся компанию веселых парней и девушек, которые уже видимо откуда-то ехали продолжать к нам свою начатую вечеринку.

Среди всех этих ребят, когда они проходили через наш досмотр, я глазами встретил знакомые зеленые глаза, которые в ответ тоже вспомнили меня, но не подали виду.

Она улыбнулась мне и нежно притронулась к моему плечу, как будто ей не хватало места чтобы пройти.

Я так же ответил ей серьезным взглядом, чтобы не подавать вида, а когда их компания прошли в клуб, один из моих внимательных компаньонов тихонько сказал мне:

– Мне кажется той кудрявой, с черными волосами, ты понравился.

Я тогда удивился как он это так быстро заметил, но не стал ничего объяснять, а просто махнул рукой, сказав, что это издержки профессии, а она всего лишь выпившая девчонка.

Вечеринка была в самом разгаре, когда я в очередной раз поднимался на улицу, чтобы поговорить со своими сменщиками, которые там стояли.

Буквально через минуту после того, как я вышел из клуба, почти следом за мной вышла Надя с подругой, и с пьяным парнем, который пришел вместе с их компанией.

За ними из клуба последовало еще четверо ребят, с какой-то уже другой компании, которые были очень веселые из-за градуса, который был в их крови.

Проанализировав обстановку, мне в голову пришла мысль, что сейчас что-то должно произойти.

И вот эти четверо ребят стандартно начали спрашивать подкурить, сигареты, и задавать какие-то вопросы такому же пьяному другу или парню Надежды.

Пока двое из этой четверки задавали ему какие-то вопросы и задачки, двое других, не стесняясь вели беседы с девчонками.

Воспринимая все это видимо за игру, веселые девочки что-то отвечали с улыбкой этим парням, не давая повода для агрессии.

Я стоял на улице в этом клубе не первую смену, и поэтому прекрасно понимал, что вместе с сигаретами эта «фантастическая четверка» заберет у этого пьяного парня немного здоровья, и девушек, которые с ним приехали.

Подруга Нади видимо сообразив, что намечается то, о чем думал и я, развернулась и направилась обратно в клуб, как я тогда подумал, чтобы позвать ребят, с которыми они пришли на помощь.

Парень, оставшись с Надей вдвоем, среди этих четверых «ковбоев», шутил с ними как будто не понимал, что они с ним разговаривают совсем не потому, что хотят быть для него друзьями.

Эти четверо, получив свои сигареты и зажигалки, продолжили стоять с ними рядом и уже на более наглом языке общались с ним, показывая какие они мощные перед его спутницей.

Время шло, а Надины друзья из клуба так и не выходили.

На моих глазах эти четверо превратились в стаю гиен, которые видимо осознали, что им ничего не будет и откровенно начали грубить этому парню, вызывая его своими действиями на конфликт.

Надя повернулась в нашу сторону, и я встретил ее взгляд, который понял без слов.

Когда я видел ее впервые ее лицо излучало радость и позитив. Смотря на меня в ту саму секунду возле клуба, она выглядело очень отчаянно, видимо хорошо осознавая, что так просто разговор уже не закончиться.

Поэтому, как бы там не было, и пусть это был всего лишь разговор, который мне показался был ей неприятен, я решил, что мне нужно подойти и вмешаться.

Хоть в наши обязанности и не входило урегулирование всех этих не трезвых конфликтов, за пределами клуба, я все-таки решил сделать это.

– Надь, все нормально у тебя? – подходя ближе к толпе поинтересовался у нее я.

Надя повернулась ко мне и махнула в стороны головой, как будто готовая заплакать.

Четверо нетрезвых ребят обратив на меня свое внимание тут же перестали дерзко разговаривать с ее другом и вообще говорить.

Ее парень или кто он там был, сначала повернулся к ней, а потом обратился ко мне.

– А ты еще кто такой? – разглядывая меня спросил он немного качаясь.

Эта четверка, поняв, что я один из тех, кто пропускал их в клуб, отошли немного в сторону и начали общаться между собой, словно не имели к нарастающему конфликту, из-за которого я подошел, никакого отношения.

– Надя… Кто это такой? – уже немного повышая голос продолжал ее кавалер.

Подойдя чуть ближе, я аккуратно взял его под руку и обратился к нему пытаясь донести более понятным языком кто я такой, чтобы больше никто этого не слышал.

– Дружище, не ори… Я твою башку спасаю. Еще бы пару секунд, и ты бы уже остался без девушки и вряд ли с носом прямым. Ты че не понимаешь? Давай либо такси вызывай и езжайте отсюда, либо обратно возвращайтесь в заведение. Кого ты ждешь стоишь тут?

Иногда в клубах меня очень выводили из себя подобные пьяные люди, которые имели свойства спорить там, где это вообще не имело никакого смысла.

– Ты че так со мной разговариваешь? Ты знаешь кто я такой? – начал вновь кричать он.

Боковым зрением я увидел, что к нам приближается Надя. Его мутные глаза смотрели на меня ожидая ответа.

В этот момент у меня челюсть свело и зубы сомкнулись, ему повезло что меня окрикнули мои товарищи.

– Тем, давай на танцпол там драка началась.

Я повернулся к Наде, а она, прихватив своего кавалера под руку с натянутой полуулыбкой на лице, отходя от неприятной ситуации кивнула мне в знак благодарности головой.

– Надя, это что еще за перец? – кричал за моей спиной, когда я рванул в клуб этот идиот. – Э! Ты куда пошел то? Я не понял ты кто такой? Сюда иди! Слышишь? Нет?

Эти бестолковые понты перед новыми его друзьями, которые стояли как стервятники чуть в стороне, были лишними.

Я знал, что если я поверну обратно, то ему уж точно не выкрутиться из ситуации. Я бы даже с ним не разговаривал, но проблемы перед начальством были бы у меня.

На танцполе оказывается, драка была тех же двух компаний, только в оставшимся составе.

Те, кто были внутри с обоих сторон, что-то не поделили между собой. Когда мы всех успокоили и вывели самых яростных на улицу, чтобы они пришли в себя и немного проветрились, я увидел, что Нади с ее кавалером и тех четверых ребят на улице уже не было. Я спросил у товарищей, которые остались на дверях, куда пропала темненькая и ее парень, услышал в ответ, что как только я зашел в клуб подъехала такси и пара уехала, а четверка буквально через три минуты тоже селе в приехавшую такси и уехала в неизвестном направлении.

Мне было, с одной стороны, так дискомфортно что я влез в это все, а тот которого я хотел уберечь не то, чтобы поблагодарил, а чуть ли не вывел меня на то, от чего я хотел его спасти.

Радовало только в этой ситуации одно, что Надя не видела ничего лишнего, а то, что могло произойти, не произошло.

Примерно через минут тридцать, к клубы подъехала такси и из машины вышла Надя. Она была уже одна и идя в сторону входа улыбалась мне.

Я помню тогда подумал, вот она вообще, конечно, дает, только недавно чуть не попала в передрягу и опять вернулась. Я улыбнулся ей в ответ.

– До скольки ты работаешь? – подойдя ближе спросила у меня Надя.

– До шести… – продолжая улыбаться ответил я.

– Хорошо, тогда я подожду тебя, там… – сказала она и кивнув в сторону клуба показав браслет для прохода, моему товарищу, который открыл ей дверь в клуб прошла мимо меня.

В шесть часов утра дискотеки подходили к концу, и мы должны были вывести всех посетителей из заведения, проверить, не остался или не спрятался ли там кто-нибудь и заполняли документацию по смене.

Я не занимался этой ерундой, потому что знал, что это только формальность, которую никто не читает.

Когда все посетители вышли из заведения на улицу, и мы проверила все помещения, я отпросился у начальника смены, чтобы он отпустил меня пораньше.

– Михалыч, дело молодое, срочно надо… – сказал я ему с улыбкой.

Он не стал меня задерживать. Я пожал ему радостно руку, и отправился на улицу.

Как всегда, вышедшая толпа стояла возле клуба и делалась с друг другом своими впечатлениями о дискотеки ожидая своих такси. Среди всей толпы я заметил ее, стоящую рядом со своей не полной компанией.

Как только она меня увидела она попрощалась со всеми и отправилась в мою сторону.

– Ну как? Без происшествий остаток ночи? – с улыбкой подколол я ее.

– На самом деле, я приехала сказать тебе спасибо. – сказала она и протянула мне руку.

– Прогуляемся? – держа ее руку в своей, может не много не смело поинтересовался я.

Она сделала вид что задумалась над моим предложением, и спустя трехсекундную театральную паузу, спросила:

– В какую сторону пойдем?

Я не смог сдержать улыбку, ведь она для этого и приехала, чтобы пообщаться со мной и поэтому мое предложение не было для нее сюрпризом. Благо на тот момент я уже немного понимал некоторые женские уловки, ведь ее подруга обучала меня этому.

Меня, конечно, немного смущал тот факт, что они общаются, но в этом не было ничего страшного, ведь я не предлагал ей чего-то сверхъестественного, кроме как просто пройтись.

Пока мы шли по улицам как две «ранние пташки», я узнал о ней много интересных вещей.

Как оказалась тот парень, с которым она была, ее очень хороший знакомый и у него на нее были виды, но ей он был совсем не интересен. Она извинилась за его хамское поведение и сказала, что очень хорошо, что в клубе началась драка и я ушел.

Потому что он при деньгах и связях, и при печальном для него исходе выяснений наших с ним отношений, он бы устроил мне какую-нибудь пакость.

Поэтому-то он ей и не нравился, потому что думал, что все кружиться вокруг него, а то, что не кружится можно купить и раскрутить. У него не было понимания что он не прав, но я мог бы ему это доказать.

Спустя время, Надя рассказала мне об этой истории чуть больше. Но к этому я подойду чуть позже.

Когда она мне рассказывала про своего друга, я пожалел еще больше, что уберег его от жизненного урока, который ему могли преподать.

Потом вернувшись обратно в себя из своей темной стороны, я подумал над тем, что сделал все так, как должен был сделать, потому что иначе я бы не гулял с Надей тем ранним утром.

На нашей первой прогулке, я узнал о ее детстве, и о том, как они познакомились с Викой.

Общим решением мы договорились не сообщать Вике о нашей случайной встречи.

Мы прошли из клуба до ее дома пешком, она меня очень сильно заинтересовала.

Надя всю дорогу была веселая и много шутила, рассказывая о своей жизни. Иногда глядя на нее, я вспоминал ее лицо возле клуба и не мог понять, как так может видоизменяться человек из-за происходящей с ним ситуаций.

Там возле клуба, я словно видел лицо совершенно другого человека.

Для себя я тогда решил, не важно, продолжим мы общаться с ней или нет, но моей задачей будет сделать так, чтобы я больше никогда не увидел ее грустное или переживающие лицо.

– Зайдешь? – улыбаясь спросила она, когда мы стояли возле ее подъезда.

– Так просто? А вдруг я маньяк?

– Тём, Вика же жива… – продолжая улыбаться ответила она.

– Если я поднимусь, то я уже некуда не пойду. Я бы поспал если честно… – с улыбкой проговорил я, чувствуя, как сон подкрадывается ко мне.

– Да, прости. Я забыла, что ты с работы. Тогда я не буду тебя задерживать, красавчик. Напиши мне как надумаешь прогуляться. Буду очень рада… – сказала она, снимая мою ветровку, которую я ей дал, чтобы она не замерзала этим прекрасным утром в нашем путешествии.

– Мне у Вики твой номер узнать? – спросил я с иронией. – Куда мне написать или позвонить?

– Хорошо, что думаешь об этом… Ладно, я пойду, верь в мечты и все произойдет. – сказала она и протянула мне руку. – Спасибо еще раз что помог. Мне правда, было не приятно с ними стоять и слушать эти разговоры. Спасибо за ветровку и за утро, мне очень понравилась наша прогулка.

Сказав это, она развернулась и пошла открывать подъездную дверь.

– Надь, ну серьезно, что с номером то?

Повернувшись опять, она подмигнула мне и зашла в подъезд ни сказав больше ничего.

Это что? Наказание за то, что я не поднялся к ней? Она ожидала чего-то другого от нашего общения, или я ей просто не понравился? Или она так пошутила? Почему так странно все закончилось?

Я простоял возле ее подъезда, надеясь, что она вернется и скажет, что пошутила, но никто не вышел с цветами и не крикнул мне что это был розыгрыш.

Немного расстроенный, я пошел в сторону дома, накинув на себя ветровку.

В это утро моя ветровка согревала другого человека, а я даже не чувствовал холода пока Надя не ушла. Как только ветровка была на мне я почувствовал легкий запах ее парфюма. Видимо я думал заторможено, потому что я развернулся как идиот, думая, что она идет сзади не поняв, что этот аромат остался на воротнике.

Сунув руки в карманы и прибавив шаг, потому что меня начинало сильно затягивать в сон, я почувствовал в кармане что-то лишнее.

Высунув правую руку, я обнаружил бумажную салфетку нашего клуба, свернутую несколько раз.

Это еще что такое?

Развернув ее, мое лицо вновь озарила утренняя улыбка сквозь спящие желание.

На салфетки был написан номер телефона. Я был очень рад что не просто выбросил этот листочек в мусорное ведро не развернув его.

Потом, общаясь с ней на эту тему, она сказала, что я просто оказался немного смелей чем она ожидала.

Надя хотела передать мне свой номер телефона, когда мы стояли с ней возле клуба, если я вдруг застесняюсь, возможно из-за Вики или из-за чего-нибудь еще. В тот момент, когда она мне это рассказывала я понял, что это еще один человек, у которого мне будет чему поучиться.

Суббота 20 марта 2038 года

Сегодня к нам на территорию приезжали «серьезные» дяди и тети из правительства, которые пошли с экскурсией осматривать всю территорию нашей базы отдыха.

Приехавшие люди целой делегацией ходили по корпусам, по площадкам разговаривая с Мирославом и Максимом Викторовичем.

У меня в это время была тренировка с детьми и поэтому я не мог оторваться и присоединиться к экскурсии.

Вскользь взглянув на людей, которые приехали на территорию с кучей охраны, я видел в некоторых лицах совсем не благие намерения на счет нашей территории. После того как они уехали, и у меня закончились все тренировки я разговаривал с Мирославом, и он рассказал мне, что эти люди хотят инвестировать свои возможности в наш проект. Тогда я понял все эти взгляды, и то, что проект в ближайшее время может превратиться в бизнес, а там, где есть деньги, там появляются новые правила и проблемы.

Если раньше я смотрел на все эти наши перспективы развития, очень позитивно, когда только узнал об этом, то сегодня я отношусь к этому очень скептически. Мы много разговариваем с теми ребятами, кто стоял у истоков зарождения проекта, и каждый воспринимает эти новости по-своему.

Сам Мирослав говорит, что это возможно лишь наш страх перед чем-то новым.

А нужно ли нам это новое и эти проверки вмести с продвижением? Никто из нас точно этого не знает…

Мы когда-то были «обособленны» от правил общества и жили по внутренним порядкам, которые устраивали каждого из тех, кто находится внутри проекта. Теперь же, приезжают какие-то проверки, каждый раз нужно заполнять какие-то бумаги, и «плясать» перед ними, чтобы эти люди оценили нашу работу.

Я так и думал, что будут какие последствия тех документов, две тысячи тридцать четвертого года, в которых общими силами нужно было успокоить учителей и преподавателей регионов, которые были против внедрения нашей системы образования.

Ладно, возможно Мирослав был прав, и все эти мысли из-за страха перед новым.

Оставив здесь свои мысли, которые тоже не безосновательные, я продолжу свой рассказ, чтобы потом вернуться к этому разговору вновь уже более осведомленным.

Так вот, после утренний прогулки после клуба, наше общение с Надеждой закрутилось за пару месяцев так, что я даже не заметил, как пролетело очередное лето. То работа, то тренировки, то с ней. На дворе был две тысячи шестнадцатый год, сентябрь. Начался мой второй курс университета.

Мне казалось, что все уже предрешено в моей жизни и я уже заглядывал вперед, готовясь быть полицейским и двигаться по карьерной лестнице вверх. Надя знала мои мысли и одобряла мой выбор.

В свою очередь, когда мы с ней разговаривали, она мне часто говорила, что хотела бы больше узнать о медицине, чтобы помогать людям, так же как я этого хотел, только немного в другой профессии.

Говоря мне об этом, она часто упоминала и о том, что в свое время сделал неправильный выбор, который повлек за собой не совсем разумные действия.

Я думал, что она рассказывает мне про учебу, что выбрала не правильный университет, но все было не так просто, как я себе это предполагал.

За все то время пока мы общались и встречались с ней, она всегда рассказывала мне о парнях, с которыми знакомилась и ходила куда-то, чтобы для меня это не было сюрпризом.

Я не придавал этому значения, потому что считал, что это нормально в наших с ней взаимоотношениях.

Я не лез в ее жизнь, она не лезла в мою.

Мне было с ней хорошо, а ей я уверен было хорошо со мной.

Вообще, если честно, мне некогда было общаться с девушками и мне лично хватало общения с Надеждой, если ей чего-то не хватало, то вся ее жизнь было в ее руках. Она же была не просто по годам старше меня, она было мыслями в четыреста раз мудрее и хитрее меня, как и Виктория.

Если бы она не хотела, чтобы я знал о ее ухажерах, она бы мне это никогда не рассказала, а уж тем более не допустила до того, чтобы я это случайно увидел.

Всех этих парней она называла «партнеры для бизнеса», не «по» а именно «для». Зачем мне было об этом знать, тогда, «для» какого именно?

Мое время летело очень быстро, поэтому в суете дней, не успев оглянуться я уже заканчивал университет.

Тогда то, в две тысячи девятнадцатом году, у нас с Надей состоялся впервые очень серьезный разговор, на котором я узнал для себя очень много интересного о ней.

– Тём, ну что? Скорей всего мы скоро расстанемся на пару лет… – с сожалением начала Надя.

– У тебя что-то случилось? –немного встревоженно поинтересовался я.

– Ты знаешь… Ты столько говорил о своем желании помогать людям и шел к своей цели, что я тоже уже давно загорелась фантазиями и решила обучиться медицинской профессии.

– Ты что? Хочешь разрезать меня и посмотреть, что внутри? – улыбаясь перебил ее я.

От ее взгляда мне стало не до смеха. Серьезное лицо заставило меня стереть улыбку со своего лица.

– Пожалуйста, Тем, отнесись с максимальной серьезностью и пониманием к тому, что я тебе сейчас скажу. – не меняя своего выражения лица проговорила она.

– Я долго шла к этому шагу и понимаю, что, сейчас закончив университет ты погрузишься в свои новые дела, а я буду продолжать заниматься тем, чем занимаюсь сейчас, и тогда мой мир совершенно не измениться. – чуть помолчав она продолжила. – Я чуть старше как ты мог заметить, поэтому мне по-хорошему бы создавать уже семью, но я навидалась разных парней, и из всех, с кем я встречалась я уже сделала свой выбор, остановившись давно на тебе.

Я все понимаю, ты молод и тебе сейчас не нужно всего этого, ты можешь даже мне не рассказывать обратного, чтобы моим ушам было приятно слушать эту красивую историю. Сейчас, если мы представим, что пойдем с тобой по одной дороге, я вижу себя сидящую у окошка с ребенком на руках и ожидающую пока ты вернешься со своей опасной работы. Сама я явно не реализую себя, а чего еще хуже приведу беду в наш дом.

Тут мне стало немного дискомфортно от ее сказанных слов. Я не то, чтобы хотел доказать ей обратное, я просто не был готов к такому повороту событий в разговоре.

– Прости конечно Надюш, что перебиваю, но тебе не кажется, что этот разговор немного странноват? Ты встречаешься с разными парнями и говоришь мне о том, что ты сделала выбор? Мы точно оба с тобой понимаем значения слова «выбор» в отношениях? Я не против твоих парней, но зачем все усложнять, ведь…

– Это моя работа, Артем. – немного с грустью проговорила она, сверкнув блеском своих зеленых глаз.

– Мне не хочется давать тебе какую-то оценку, ну разве встречаться и спать с мужчинами за деньги это нормально? Как ты предлагаешь мне в будущем это принимать?

– Ты очень многого не знаешь… – опустив голову с досадой проговорила она.

Тут меня что-то дернуло в другую сторону, и раз уж у нас начался серьезный разговор, который она затеяла, я спросил.

– Ну что-же, расскажи тогда, как твои «партнеры для бизнеса» помогают тебе жить?

Ее взгляд поднялся и заглянул глубоко в меня, она словно оценивала смогу ли я понять все что она сейчас расскажет.

– Ну хорошо, Тём. Если после того, что я тебе скажу ты вообще перестанешь со мной общаться я пойму тебя, и оправдаю.

Не за долго до того, как мы встретитесь с тобой в первый раз, я общалась с компанией ребят. Вика, кстати, тоже их видела и знает. Сначала все было очень здорово и интересно. Мне всегда нравились веселые и радостные парни и девчонки, которые брали от жизни то, что хотели. Потихоньку эта компания втягивала меня в свой мир, который когда-то казался мне страшным и опасным, и размышляя о нем, я думала, что никогда не наступлю на эту скользкую дорожку. Но, время изменилось, моя подруга улетела в другой город и мой круг общения стал совершенно другим.

Втягиваясь и расширяя свой кругозор, я помогала им с мелкими «темными» делишками.

Все шло достаточно хорошо, я получала определенный процент с банковских операций, которые мне доверяли.

Так же я устраивалась в разные фирмы секретарем и получала нужную для ребят информацию. Их схемы становились все серьезнее и серьезнее.

Как-то в один из наших веселых дней, мы поехали компанией за город, на вечеринку в коттедж. Там была куча народу, которые были знакомы между собой.

Ко мне подошел познакомиться один парень, довольно симпатичный и достаточно солидный. Я представилась ему как Светлана, чтобы лишний раз не выдавать себя. Мы с ним мило пообщались, и он предложил мне встретиться как-нибудь за пределами этого шумного места, когда мы приедем в город, пригласив меня в ресторан.

Через пару дней мы встретились с ним в назначенном им месте.

Он был весь такой обходительный, добрый и милый, и я в силу своей истиной доброты, поверила в то, что он говорит и делает.

После ресторана он предложил мне заехать к нему и продолжить вечер.

Я очарованная, так же без задней мысли согласилась с его идей, и мы поехали к нему, взяв по пути с собой бутылочку дорогого вина, которое он приобрел, показывая видимо свою щедрость. Он конечно же понравился мне совсем не из-за денег, и в тот самый вечер у нас с ним все произошло. После того как он вернулся из душа и сел на кровать, он, странно посмотрел на меня и спросил:

– Ну что, Надь? Расскажешь немного о себе и своей компании, чтобы помочь мне?

Я была в шоке, от того, что он так серьезно спросил меня и обратился ко мне по настоящему имени. Я очень напряглась от этого.

– О какой компании идет речь? – с натянутой улыбкой произнесла я.

– Не переживай, я все знаю… – поглаживая меня по ноге так же с улыбкой сказал он. – Бояться нечего, ты в надежных руках. Главное только не строй из себя глупую девочку. Глупость, это иногда не порог, а долгий срок.

В тот момент у меня пролетели мысли, что возможно это какая-то шутка с его стороны.

– О чем вообще речь? – с недопонимание вновь поинтересовалась я.

– Ошибка, Надь… Давай я сразу расскажу тебе про условия нашей «викторины». Выхода у тебя из этой квартиры только два. Либо самостоятельно, если решишь, что поняла, о чем идет речь, либо приезжают другие ребята и забирают тебя в отдел, а там в отделе, поверь, тебе будет что вспомнить. Так что давай мы просто с тобой друг другу поможем.

Он рассказал мне, что он со своими сотрудниками, вели мою компанию очень долгое время и следили за каждым из нас.

Так как на каждом из моих «коллег» весела куча эпизодов, спасать там уже было некого. – начал рассказывать он. – Они все поедут за решетку, это всего лишь дело времени.

Он подчеркнул, что если я помогу ему, то он поможет мне, и я пройду по этому делу всего лишь как свидетель если дам нужные показания.

С его стороны он пообещал, что мои ребята не узнают, что я была информатором. Я буду под защитой свидетелей и смогу жить нормальной жизнью, не волнуясь за будущее.

Мне явно нужно было выйти из квартиры без помощи сотрудников, про которых он говорил, потому что если бы я отказалась от его предложения, то мне уже бы точно не было, о чем думать.

Я согласилась с его предложением, потому что на тот момент других мыслей как спастись, у меня просто не было.

Он настоятельно рекомендовал, чтобы я не пропадала, потому что завтра он позвонит мне, чтобы я пришла к ним в отдел и попросил, чтобы я не с кем до завтра не разговаривала и не созванивалась, чтобы «случайно» не передать смысл нашего с ним разговора.

В ночи я покинула его квартиру и придя в панике домой, я села на кровать и зарыдала так, как вообще никогда раньше не плакала. Я вообще не понимала, что мне делать.

Наконец, собравшись с силами, я решила позвонить одному из парней который изредка общался с моими товарищами, и как только он поднял трубку, я быстро начала рассказывать всю ситуацию, в которую я попала. После недолгого молчание он мне медленно сказал только одно.

– Девушка, вы ошиблись номером… – и после этих слов он положил трубку.

Только спустя пару секунд я поняла, что он все понял, просто телефоны могли прослушивать и, если бы он начал со мной разговаривать он бы подтвердил свою причастность, а может он подумал, что я звоню ему уже сидя рядом с оперативниками, которые вынудили меня позвонить ему.

Мысли разрывали меня на части. Мой отец из-за меня мог бы решиться работы. Поэтому с одной стороны, я не хотела сдавать ребят, а с другой я не хотела отвечать за всех одна.

А так как мы не разу не проговаривали с ребятами легенды на такой случай, я всю оставшуюся ночь не смогла уснуть и только к утру у меня получилось закрыть глаза. Но, это было совсем ненадолго.

Меня разбудил телефонный звонок.

Это был тот самый следователь, у которого я была вчера вечером в гостях.

– Ну что Надь, не спишь? – довольно бодрым тоном спросил он. – Машинка до тебя уже поехала, так что давай собирайся, ребята минут через тридцать будут около твоего дома.

Этим он еще больше вогнал меня в краску, сказав, что они знают где я живу.

– Куда собираться? – не понимая сквозь сон спросил я.

– Как куда? В отдел к нам. Дашь показания, подпишешь бумаги и поедешь домой дальше спать. Я же вчера тебе все объяснил…

Его слова резали меня по живому. Мне с первых секунд, когда я подняла телефон казалось, что это все еще сон.

– Шесть, ноль, девять, номер машины. Увидишь.

Мне ничего не оставалось как поехать. Выйдя из подъезда, я сразу увидела глазами номер машины и сев на заднее сидение поехала даже сама не зная куда, с двумя довольно крепкими парнями.

На тот момент мне уже было все равно что будет дальше. Я, присев в машину как-то очень быстро приняла всю серьезность ситуации и смерилась со своей неизбежностью и дальнейшим поворотом событий. Дорога была долгой, мы ехали втроем и молчали. Эти парни даже не разговаривали между собой.

Мы выехали за город, и тут я подумала, что, по-моему, меня круто развели. И сейчас изнасилуют где-нибудь в лесу и там же и оставят, а мне и рассказать об этом будет некому.

Неужели я этого заслужила?

Спустя какое-то время машина свернула с дороги, и мы направились в сторону леса. Тут я уже не вытерпела.

– У вас там секретный отдел что ли? – спросила, волнуясь я, но стараясь не придаваться панике. – Вы люди в черном или как?

– Девушка, будьте терпеливы… – сказал мне человек с переднего пассажирского сидения, не поворачивая на меня головы. – Скоро вы все узнайте.

Мы проехали пару километров, за который я пыталась примерно запомнить какие-то ориентиры.

Так просто, сдаваться я не собиралась, и планировала в голове побег.

Машина остановилась, и через лобовое стекло я увидела еще одну похожую машину, стоящую впереди.

– Ну что ж теперь можно выходить… – сказал тот, что был за рулем.

Я вышла и увидела, как тот, с кем я была вчера вечером, вышел из машины. Тут я немного осмелела.

– Это что за спектакли? – злобно спросила я.

– Надь, потерпи… – тихо проговорил он, достав из кармана пачку сигарет и вытащив одну зажал ее между зубами.

В этот момент мое состояние начало обрастать непонятным ощущением вперемешку с паникой.

Через пару минут я услышала, что из-за деревьев доносится звук еще одной машины. Я чувствовала себя в «криминальной России» как показывали по телевизору.

Подъев, из машины вышел один из парней с кем мы вместе работали, совершая «грязные делишки». Он кивнул мне головой и пошел поздоровается с оперативниками.

– Ну что там у нас? – начал он, как будто его только и ждали.

– Он в багажнике… – проговорил мой вчерашний «ухажер».

Парень из моей компании открыл багажник следователя и вытащил оттуда парня, с которым я вчера разговаривала по телефону, после того как вернулась домой.

Я смогла только ахнуть от неожиданности.

Он был сильно избит, а вся его одежда была перепачкана и порвана.

– Он все написал… – подтвердил мои догадки серьезным тоном следователь, с которым я была вчера. – А она… – показывая на меня рукой. – вчера убежала и позвонила ему, а он сделал вид что ее не знает.

Я вообще тогда не понимала, что происходит.

– Надь, знай, что вчера ты стала мне ближе, чем он. – проговорил тот парень который подъехал на разговор, из моей компании. Повернувшись к тому, которого, он вытащил из багажника, он продолжил свой монолог:

– А ты беги, пока у тебя есть возможность…

Я не успела ничего понять, как видимо и тот, с кем я вчера говорила по телефону. Взглянув на него, я увидела испуганный взгляд, а еще через пару секунд я услышала выстрел, от страха которого у меня машинально закрылись глаза.

Поняв, что я стою на ногах, я осторожно начала открывать свои глаза. Тот, с кем я разговаривал по телефону лежал в метре от машины, где он еще пару минут назад лежал живой в багажнике.

– Не бойся… Все уже закончено. На его месте могла бы быть ты сегодня, если бы заговорила вчера. Теперь ты знаешь чуть больше о нас. – проговорил парень из моей компании. – мне нужны только те, кому бы я мог доверять.

Теперь я уже слабо видела его силуэт, кивая головой и не могла разглядеть его серьезного лица, потому что слезы заполнили мои глаза.

Там внутри меня, смешалось все, страх, горечь, безвыходность, бессердечие людей с которыми я стою в этом лесу и осознание того, что я теперь еще большая часть происходящего.

Парень, с которым мы вели дела сел в машину после сказанного и просто уехал.

Два оперативника взяли лежащего и поволокли его чуть дальше в лес.

Я стояла и плакала, боясь сдвинуться с места…

Ко мне подошел следователь и взяв меня под руку довел до своей машины, дав мне воды, чтобы я попила, успокоилась и пришла в себя.

Именно он повез меня домой, и пока мы ехали он рассказал мне новую идею того, как он видит мое дальнейшее бедующее.

Он говорил со мной так, словно я ему обязана за спасение моей жизни.

– Надь, ты красивая девчонка, и ты сама это знаешь. Ты будешь знакомиться с богатыми парнями и мужчинами, а там мы уже сами все сделаем… Бежать уже жаловаться некому, все приведет к нам, а ты сама уже по уши с нами. Пойдешь куда-то рассказывать о случившемся сама встрянешь, потому что все по вашему делу у меня.

Этот идиот, который останется лежать в лесу, написал на тебя, как и на всех «доклад», поэтому если что, поедем в любом случае все.

Ты сама понимаешь, что свобода нынче стоит дорого и мне, как и тебе она очень нужна. Поэтому наша задача теперь с тобой работать вместе, помогая друг другу. Правильно же?

В тот самый момент я поняла, что я вляпалась еще сильней.

Когда мы с тобой встретились пару лет назад в том клубе это был очередной «партнеры для бизнеса», те четверо ребят вышли с нами специально. И все с ним закончилось после того, как он высадил меня возле моего дома и поехал к себе. Артем, я устала быть сообщницей всего этого «официального» беззакония.

Один позволяет делать сидя на своем месте, а второй делает и не понимает, что сам все больше и больше с каждым разом погружается в это болото, из которого уже никогда не выбраться, которое с каждым разом обмазывает руки новой грязью.

Я устала от этого и прекрасно понимаю, что у меня нет другого выхода как уехать из страны. Мои родители конечно же не знают о произошедшей ситуации и о тех вещах, в которые я втянута. Все это тянется долгое время, и мне нужно что-то с этим решать. Мне не хочется впутывать тебя в это, и чтобы эти люди, с которыми я «работаю» знали про тебя больше, чем они знают сейчас.

Пока я продолжаю все это делать для них, ни у кого и не возникнет вопросов о нашем с тобой близком общении. Как только я перестану, оставшись только с тобой, они как минимум могут решить через тебя добраться до меня, потому что я им нужна.

Я не спала не с одним из мужчин про которых я тебе говорила, а встречалась с ними по наводке, если тебе будет от этого легче. Подводя итог этого разговора, я хочу тебе сказать, что собираюсь улететь из страны чтобы закончить все это.

Там я пробуду пока не обучусь, как и планирую, по медицине, так же я надеюсь, что у тебя все получиться, так как ты этого хочешь и уверена, что через время мы обязательно встретимся.

Ты Тём, стал мне очень дорог за это время, но, к сожалению, я не смогла подарить тебе всю себя, как бы сильно я этого не хотела. Все из-за этих дурацких обстоятельств, в которые я сама влезла, а значит и вылезти должна сама.

После сказанного Надя улыбнулась и взглянула на меня.

– Теперь ты знаешь чуть больше, чем, наверное, мог себе представить.

Я молча сидел и смотрел на нее. У меня совершенно в голове не укладывалось, как ей удавалось сдерживаться, каждый день неся этот груз внутри, продолжая веселиться со мной и не подавать виду.

Я не думал о том, что она могла меня обманывать, я думал о том, сколько у нее мужества и выдержки.

– Тогда ты должна уехать, ради себя… – начал я. – Зная, что я не оставлю им этого просто так. Дай мне время, и я накажу их всех за этот поступок.

Надя смотрела на меня с досадой, видимо жалея о том, что рассказала мне об этом. Потому что поняла, что я полезу в эту историю и возможно в очередной раз ее сказанные слова станут для кого-то последними услышанными.

После рассказанной мне истории, у меня пропал страх за себя. Погрузившись в ее переживания полностью, я понимал какой беспредел твориться у нас в городе.

Я не был супергероем, но я мог предпринять что-то, чтобы уберечь остальных от подобных историй.

Через месяц после нашего разговора, Надежда улетела за границу. Я не провожал ее.

Она постаралась сделать все слишком спонтанно, чтобы не получилось никаких лишних ситуаций ни у нее, ни у меня.

Я закончил учебу и решил в этом же две тысячи девятнадцатом году, отправиться в вооруженные силы.

Меня ничего не держало в городе, да и как-то нужно было развеяться и сменить обстановку. С другой же стороны я расчетливо понимал, что для дальнейшей службы в структурах, мне просто необходимо получить печать в военном билете.

А какая разница? Уйду раньше или позже, служить все равно придется. Собрав для себя все возможные справки и характеристики, я пошел отдавать долг родине.

Служил я довольно неплохо. Почти сразу после прибытия в роту сержанты расспрашивали всех чем кто занимался на гражданке. Рассказав о своих увлечениях, я попал в спорт роту.

Там я познакомился с начальником физической подготовки.

Каждый день у меня были тренировки, и мне удалось достаточно пострелять с автомата, и поездить по разным городам выступая на соревнованиях от моей войсковой части.

Не смотря на все мои разъезды и тренировки находясь в роте, я был достаточно дисциплинирован и имел уважение среди своих ребят. Мне дали сержанта и начали предлагать остаться и подписать контракт, чего я не особо хотел, потому что цель прохождения службы была иная.

Оглядываясь назад, я смотрю на этот год как на неделю своей жизни.

Я вернулся обратно более свежий и с одной галочкой в виде прохождения службы, которая еще и обеспечила меня воинским званием, что влияло на дальнейший мой карьерный рост.

Мои командиры, когда я увольнялся, написали мне отличные характеристики.

Так как мне с детства нравились фильм, где есть закрученный сюжет, и я очень любил разгадывать какие-нибудь нестандартные логические задачи, я твердо для себя решил стать следователем.

Примерно месяц у меня ушло на то, чтобы найти вакантное место у нас в городке и договориться о трудоустройстве. Я прошел медицинскую комиссию и начал пытаться разобраться в этой кухне уже на практике.

Суббота 3 апреля 2038 года

Жизнь иногда очень непредсказуема, а иногда даже на столько, что кажется из-за одной непредсказуемости меняется вся жизнь.

Погружаясь в сферу деятельности, я знакомился с новым коллективом, который как мне показалось приняли меня с добром. На самом же деле, я понял чуть позже, что в том отделе, в котором я работал добром никогда и не пахло.

Первое время я занимался больше писаниной и выездом, на места преступлений со своим наставником, который вводил меня в курс дела, объясняя при этом, что, да как. По больше части я был у него в качестве водителя.

Мы катались по городу заезжая в разные «точки», которые он мне называл, он ходил всегда один, беря с собой только папку с документами.

Возвращаясь, он, не объясняя ничего о происходящем просто называл мне следующую точку, ну или мы возвращались в отдел если все места были посещены.

Через полгода, моей «работы водителем», когда у него появились ко мне более доверительное отношение он, садясь в машину, уже не церемонясь доставал деньги из папки и перекладывал к себе в карман.

Я всегда смотрел на него с недоумением, хотя совершенно четко понимал откуда и почему у него появляются эти деньги. Однажды он прервал мой осуждающий взгляд.

– Не нужно так на меня смотреть, Тем. – с улыбкой пересчитывая купюры в руках, не поворачивая на меня головы произнес он. – Придет время, и ты прекрасно поймешь, что жизнь такова, что, если не зарабатываешь ты, значит, там, где ты не понял, обязательно появиться тот, кто поймет, как можно разбогатеть. А раз уж мы боремся с теми, кто может причинить этим мирным людям вред, значит я могу помочь им обойти неприятности…

Поверь если я не буду этого делать, этим буду заниматься такие же как я и ты, люди.

– Это твое дело, я туда не лезу… – не реагируя на его провокации сказал я.

– Но ты знаешь об этом, и не кому не говоришь, значит ты мой подельник. – все так же улыбаясь проговорил он.

Эти слова током пробежали через меня. В этот момент у меня была одна мысль, выйти, и хлопнув дверью, дойдя пешком до отдела написать там заявление о переводе, и уйти от своего напарника.

Конечно, я никому об этом не говорил, и не собирался, но мое внутреннее завышенное состояние справедливости не давало мне смириться с этим.

– Это ты сейчас такой справедливый, Артем, и тебе кажется, что это правильно. Весь наш отдел работает по такому принципу. Ты просто сейчас видимо не особо понимаешь о том, что большинство наших дел, например, раскрывается не потому, что я сел и догадался как вел себя преступник и какие у него были мотивы. Большинство дел раскрываться по той причине, что кто-то в страхе очень много говорит или пишет. И как правило этот «кто-то», совсем не простые люди, пойманные с улицы, которые слышат от меня о преступлении впервые. Как правило это люди с той стороны закона, которые знают того, кто это сделал и его мотивы. А наша задача заключается в том, чтобы правильно надавить туда, где я могу это сделать.

Поэтому, Тема, ты лучше посмотри на это все с более правильной стороны, если хочешь быть хорошим следователем.

Мое настроение уже изменилось. Я не хотел ему ничего отвечать.

– Куда дальше? – пытаясь не поддаваться своим эмоциям спросил я.

– Ну вот и хорошо. – поняв мое смирение проговорил довольный «наставник». – Поехали лучше заедем еще в одно кафе, заодно перекусим и немного поговорим, мне кажется тебе есть что мне сказать, а мне есть что рассказать тебе о нашей работе.

Пока мы сидели и разговаривали о том, как «сурова» наша служба, я для себя понял только одно.

Мне нужно продвинуться по карьерной лестнице, чтобы изменить всю структуру работы, в этом отделе.

Потому что рано или поздно на этот отдел найдется свой доносчик, и я поеду на долгие годы со всеми вместе, потому при проверке отдела, следователи будут куда серьезнее.

Несмотря на проделки моего «наставника», я продолжал работать, каждый день думая о своей миссии, но как я уже написал в начале сегодняшнего заполнения дневника, жизнь иногда вносит свои изменения в простроенные планы.

В один из таких дней мой коллега, зайдя в кабинет и подойдя к сейфу открыл его и начал шустро вытаскивать все документы на стол.

– Артем, иди-ка сюда, помоги… Всё, кроме фотографий из этой кучи, вон в ту коробку – сказал он, указывая мне пальцем в угол кабинета. – у нас возможно скоро будут гости.

Как бы я этого не желал долгое время, чтобы наконец все вскрылось, я спешно подошел к нему и начла отделять фотографии от папок с делами.

– Что это? – продолжая свою работу стоя рядом с ним поинтересовался я.

– Ты как маленький. Дела, которые не были раскрыты и люди, которым я помогаю избежать наказания, но они у меня на карандаше.

Я был очень спокойным по жизни человеком, но его рассказы с каждым разом становились для меня все противнее и противнее.

Он позорил профессию, к которой я стремился и шел столько времени, желая помочь всем нуждающимся, и тут из-за того, что именно он мой «наставник» я рано или поздно могу лишиться не только мечты, но и свободы. На этих мыслях в его руках проскользнул знакомый мне человек.

– Можно посмотреть? – с непониманием произнес я.

Мне сейчас вспоминается этот момент, как семнадцать лет назад, когда я стоял с ним в том кабинете.

– Кого? – посмотрев на меня спросил он. – Эту? – он протянул мне фото и начал дальше рыться в документах.

– Красивая, да? – буркнул он. – Хочешь подарю? Найдешь, потом будешь пользоваться в случае чего. – смотря на меня с похотливой улыбкой проговорил он.

Я был в исступлении. Сторонние звуки и мысли пропали, я видел только его и девушку с этой фотографии. Мои мысли начало будоражить.

– Как-то было у меня с ней. Пропала потом куда-то… – это все что я услышал последнее.

Я опомнился только от усталости и увидел, как по полу в разные стороны расползается лужица крови.

В руках у меня была лишь ножка от деревянного стула. Все остальные части были почти в щепки разбросана по кабинету. Я вытер руки об кофту лежащего уже бездыханного человека, взял фотографию, и вложив ее во внутренний карман своей куртки, собрав ее досье, из этой картотеки, оставив его на столе.

Я сходил в туалет, умыл лицо и руки, благо мне никто не встретился в коридоре. Вернувшись в кабинет, чтобы забрать папку с важным для меня делом, я отправился домой.

По пути полностью осознав, что я сделал, мои руки затряслись. Несмотря на это, я зашел в магазин и купил железное ведро, в котором на балконе придя домой сжёг весь материал про Надежду.

Уже через пару часов, в мою съемную квартиру постучали сотрудники, которые пришли ко мне с обыском.

Весь пепел из ведра был уже давным-давно смыт в унитаз, а ведро отмыто и аккуратно стояла на балконе, а больше меня ничего не волновало, потому что в остальном я был чист.

Вся моя жизнь перевернулась и изменилась в этот миг, но я знал, что та темноволосая девочка с кудрявыми волосами и ярко-зелеными глазами, которая была на фото, больше никогда не увидит того, кто помешал ей жить спокойно.

На допросе я рассказал следователю, что мой коллега брал взятки, и я решил задержать его, но он оказал сопротивление.

В драке я потерял рассудок и по неосторожности, не контролируя свой гнев, нанес ему тяжкие телесные повреждения не совместимые с жизнью.

– Почему вы никому не сообщили о его правонарушении?

– Я не раз разговаривал с ним об этом и хотел его образумить, надеясь, что у меня получиться.

– Это было не однократно?

Я понимал, что начинаю закапывать себя. Поэтому мне пришлось врать.

– Дважды, этот раз был третьим.

– Почему после совершенного, вы так спокойно пошли домой как будто ничего не произошло?

– Я не ожидал и не понимал, что сделал, я же говорю вам.

– Теперь вы признаете, что убили своего коллегу?

– Признаю…

– Ну тогда у нас остались только формальности. Нужно будет подписать бумаги.

– Я этого не отрицаю, а дальше решайте сами и делайте, как хотите.

– Артем, могу я у вас поинтересоваться? Только честно.

– А я с вами не честен? – начал я с ответного вопроса. – Вы же следователь, зачем вы задаете мне такие глупые вопросы?

– Какова истинная причина вашего разногласия с ним?

– Я вам ее назвал.

– Жаль, что у нас получился не честный разговор…

– С чего вы это решили?

– Вы знаете Артем, я уже не первый год общаюсь с людьми, которые совершают разные деяния. Изучив ваши характеристики, я узнал, что у вас нет ни одного привода в полицию и нарушения до сегодняшнего дня.

Неужели такой человек как вы, не оценивает ситуацию и не контролирует себя, когда кто-то оказывает ему сопротивление?

Человек, который берет стул и почти в щепки ломает его об голову своему коллеге, когда тот всего лишь не послушал его и продолжил заниматься коррупцией? Я думаю, что тут нечто иное.

Мне кажется, что вы не на столько справедливы, чтобы так переживать за других людей. Может быть, все из-за финансовых разногласий?

– Вы хотите сказать, что я занимался с ним этим, и был в доли?

– Боже упаси, Артем. Я ничего не хочу сказать. Я всего лишь предполагаю, поэтому и задаю вам вопросы. – смотря мне в глаза проговаривал он, четко каждое слово, пытаясь заглянуть куда-то глубже или пытаясь прочитать мои эмоции. – Видите ли в чем дело, Артем, – он встал из-за стола и подошел к окну. – В протоколе указано, что когда еще одна ваша сотрудница зашла в кабинет, сейф был открыт, а на тех видео с камер наружного наблюдения которые я видел, мне показалось что вы несете что-то под курткой.

Я знал, что сложно будет что-то доказать. У него, может быть, куча версий и пускай думает, что это деньги если ему так будет проще. Признавать я не собирался больше ничего.

– Вам показалось… Господин следователь. – не желая разговаривать дальше проговорил я.

– Значит не сегодня. – он улыбнулся, и позвал конвоиров.

В своих грязных кругах «потерпевший» был довольно известен. Поэтому дело получило большую огласку.

Меня хотели посадить побыстрей, но в деле появились настоящие потерпевшие, которые встали на мою сторону, и подтвердили правоту моих слов, касаемо коррупции, к который я к разочарованию следователя по этому делу не имел никакого отношения, но больше там фигурировала слово «вымогательство».

Мне дали двенадцать лет.

Это был самый минимальный срок, по законодательству который мне могли бы дать, за убийство сотрудника. В любом случае, когда я услышал эту цифру мой мозг воспринял эти слова как бесконечность.

Я надеялся, что в связи с появлением новых обстоятельств дела, мой срок будет как минимум на пару лет меньше.

Тот момент что я был в состоянии аффекта, тоже не как не повлиял на оглашения приговора. Такое ощущение что никому и дела не было до справедливости.

Да и что я ожидал?

Какой бы там не был плохой человек, я был тем, кто сам переступил черту.

Вот так… Как от любви до ненависти, я сделал этот шаг и признал свою вину, но несмотря на это, нисколько не раскаивался. Внутри я винил себя только за то, что оставил его жену и ребенка, без мужа и отца. И мне очень было жалко моих родных, которые буду ждать своего сына целых двенадцать долгих лет.

Суббота 10 апреля 2038 года

Вспоминая сейчас, это уже не так страшно и неприятно, как было тогда. В том возрасте я, конечно, был еще совсем пацаном, который в жизни не видел почти ничего.

Я не буду рассказывать многого, чтобы слишком не погружать в прожитое, и самому это особо не вспоминать.

Полгода, пока я ожидал решение суда, я просидел в следственном изоляторе и поэтому мне уже тогда удалось немного прочувствовать предстоящие изменения в моей жизни, но это было только начало.

Так вот, как только судья огласил приговор, меня сразу из зала суда посадили в автозак и повезли в зону для бывших сотрудников.

Приятного было мало, вся эта атмосфера даже следственного изолятора показало мне взаимоотношения людей за пределами свободы.

Вся обстановка внутри сильно давила на меня, меняя мое когда-то устойчивое психологическое состоянии, достаточно уверенного в себе человек.

Это замкнутость маленьких пространств, выполнения действий только с разрешения, выходы из камеры по команде.

На тот момент своей жизни, я чуть больше года назад пришел из армии и пусть я служил довольно неплохо, и мне позволялось чуть больше, чем остальным, но я, вернувшись обратно домой, все равно потихоньку отходил от угнетающей обстановки безысходности в своей свободе находясь в части.

А тут, такое, случилось со мной. Когда я служил, я думал, что никогда не буду больше зажат в тиски какими-то обстоятельствами, и буду делать так, как считаю нужным, потому что это должна быть только моя жизнь, но зарекаться как я понял не стоит, ведь все переменчиво.

У меня начались опять все эти воспоминания прошлого, поэтому я лучше промотаю весь этот свой период и поделюсь лишь двумя случаями, которые заставили меня менять позицию жизни.

Хоть мы и жили в общем расположении, я старался по возможности не заводить общение с осужденными.

Не потому, что у меня было какое-то предвзятое к ним отношения. Просто мне так было легче переносить все то, что происходит внутри меня и со мной.

Я ходил и на работы, чтобы мое время быстрей летело.

Один из случаев произошел со мной примерно через четыре месяца после моего нахождения в месте лишения свободы.

После вечерний проверке ко мне подошел парень, чуть моложе меня, и сказал, что на выходе из нашего барака меня ждет надзиратель.

Подойдя к надзирателю, я назвал свое имя и фамилию, он кивнул и развернувшись пошел на выход, веля мне следовать за ним.

Я вышел на улицу.

Вечерний сентябрьский ветер принес мне тонкий еле уловимый запах природы, который стоял за пределами нашего периметра.

Надзиратель зашел за угол нашего барака.

Буквально в десяти метрах от нашего барака стоял следующий, и я заворачивая в этот проход, между двумя сооружениями увидел три мелькающие огонька от сигарет, в этих сумерках.

Подходя ближе, мне показалось что это такие же осужденные, как и я.

Следуя за надзирателем, я понимал, что эти трое ждут меня. Подходя с каждым шагом все ближе, я услышал, как надзиратель предупредил их:

– Только живой должен остаться…

Эти троя бросили свои недокуренные сигареты и направились в мою сторону. Пока я соображал, что вообще твориться в мою сторону полетели удары.

Я увернулся от одного, от второго и осознал, что тут немного другие правила. Один из них зацепил меня, пока я пытался уследить за двумя нападающими противниками. Вспышка!

И вот я уже стою под прицелом пяти надзирателей, один из которых тот, кто позвал меня выйти на улицу.

Эти трое стоящих когда-то с сигаретами в зубах, лежали вокруг меня.

Голова немного болит, а в руке неприятное чувство.

Кажется, что звук пропал. Я вижу, что мне что-то говорит, глядя на меня один из надзирателей тыча в меня дулом своего автомата.

– На колени! – кричит он. – Руки подними!

Я встаю на колени, убирая руки за голову и чувствую, как застёгиваются железные браслеты на мои кисти.

Пока они, теперь уже «успокоенного» вновь поднимали меня на ноги, я огляделся и понял, что все трое лежащих на земле извиваются от боли, а это значило, что мой срок не увеличится.

На моей руке был порез, рядом с одним из лежащих, валялось что-то блестящие похожее на маленький нож.

Мне повезло?

Или нет? Я тогда этого не понимал…

За драку меня конечно же посадили в карцер, и я провел там самые долгие, тихие и в тоже время самые ужасные семь дней своей жизни.

До моего нового наказания, я думал, что провести в одиночестве весь срок мне бы удалось, но оказавшись в одиночестве я понял, как ошибался.

Постоянные мысли и анализы происходящего до этого и что будет после, сводили меня с ума.

Первые два дня были самые сложные. Моему пониманию нужно было перестроиться. Необходимо было принять тот факт, что я один заперт в этой одиночной камере, где есть только кровать, и еще целых пять дней я должен буду провести в этой грабовой тишине.

Заглядывающий в глазок камеры охранник и принесенная еда, напоминала мне о том, что там, за пределами этой комнаты существует жизнь.

Света не было, поэтому заняться там было совершенно нечем. В последующие дни хаотичное мышление превратилось в более размеренное, и я начал искать в глубине себя мысли, которые я хотел бы обдумать сам с собой. Меня окрылило имя Надя. Я вспомнил ради чего и почему я здесь. Надежда придала мне новых сил, когда мне показалось что я отчаялся.

Когда я вернулся в отряд мне один из осужденных сообщил, что это все было не просто так, а с воли пришла весточка, что я должен был быть сильно покалечен.

Кто, хочет за пределами забора отомстить мне, я не знал…

И раз у них это не получилось, значит будут еще попытки, иначе никак. После этого случая я стал осторожней и осмотрительней.

Но больше подобного не происходило, или они просто не успели сделать свое дело…

По телевизору, который стоял у нас в бараке крутили новости.

Мне казалось, что он работал круглосуточно, в период обострения обстановки, хотя, время для просмотра были определенные часы.

Из телевизора и из писем мы получали информацию о том, что твориться там, за забором, на воле.

Так в феврале двадцать второго мы услышали о том, что началась военная операция.

Это информация запустила среди тех, кто отбывал свой срок волну обсуждений, словно мы сами были на воле, и наши разговоры или действия могли на что-то повлиять или что-то изменить.

В голове у меня было одно на тот момент, среди всей этой болтовни.

«Если бы я подписал контракт, сейчас бы я был там, среди тех, кто пытается защитить нашу родину, а я сейчас всего лишь тот, кто просто ждет освобождения. Тот, который не может на что-то повлиять. Понимая, что мне еще сидеть пол своей уже отжитой жизни, я отчаянно думал о том, что сейчас я готов был бы отдать жизнь за свою свободу.

По истечению двух месяцев как обещали с экранов телевизоров, урегулировать обстановку не получилось.

Многие из нас поняли, что все гораздо серьезней чем было изначально.

Все эти события все равно никак не меняли нашу жизнь, мы просто ждали своего часа, когда сможем выйти за ворота и почувствовать иную жизнь.

Примерно через полгода я услышал новую информацию, которая начала ходить по территории нашего исправительного учреждения, о том, что из мест лишения свободы, по желанию, и по определенным критериям, можно отправиться в зону боевых действий.

Я подумал, что это бред и такого не может быть, потому что это уж совсем крайние меры, но прошло еще пару месяцев и слух развеялся, потому что был правдой.

Я решил пойти и не важно, что предлагалось взамен.

Главное покинуть это место, из которого как я понял вряд ли выйду живым и здоровым, если кто-то за забором решит закончить, то, что когда-то начал.

Суббота 17 апреля 2038 года

Прошло почти пятнадцать лет с того момент как я вновь выбрал новое направление, в своей жизни которое поменяло ход моей истории. Мой путь, наверное, был тернист по сравнению с теми, кто сейчас меня окружает, и возможно именно этот путь позволил мне ценить то, что я сейчас имею более правильно.

Конечно, эта история для будущего поколения скорей всего не принесет совершенно ничего, потому что, когда они будут это читать, подобного, не будет в нашей стране, да и не мне решать войдет это в книгу или нет, я пишу, как у меня было.

Как только я решился вступить на путь защитника своей родины, моя жизнь превратилась в сон, в котором я шел вперед навстречу неизвестному и неизведанному. В сон, в котором точно будет кокой-то конец.

Но какой он будет, не знал никто…

Ни моя страна, ни мои близкие, не те, с кем я сидел свой срок, ни даже солдаты в учебном центре, в котором мы проходили подготовку, для дальнейшей отправки.

Как во сне, я не ощущал страха или чего-то серьезного, я просто не знал, что я делаю, избавляясь от заточения.

Я понял все даже не тогда, когда получил в руки оружие или окапывался в лесу, вместе с такими же как я ребятами, а может даже еще более правильными людьми, которым судьба подсказала сделать этот выбор.

Это было в первый день как мы приехали на местность.

Наша задача была окапаться и ждать противника в лесу, потому что поступила информация, что через два дня ожидается проход через нашу точку, как самую слабую защищенную позицию.

Возможно, на нас возложили такую задачу из-за того, что были большие риски ставить более подготовленных солдат, может просто подстраховались, выставив нас там, чтобы была возможность в случае прохода перегруппироваться, я до сих пор не знаю точно, и нам никто об этом не рассказывал.

День прошел очень быстро, пока мы подготавливали для себя территорию обороны. Все, кто были со мной, старались помочь друг другу как физически, так и морально, хотя бы словом, если вдруг кто-то начина развивать какие-то негативные мысли среди коллектива.

Я на тот момент был совершенно без эмоционален, наблюдая за этим всем со стороны. Многие догадывались какой может быть исход у каждого из нас, и многие видели только лишь фильмы о боях, не зная на сколько страшно все это в живую. Я тогда тоже этого не знал, и даже не предполагал, как это себе представить.

Все мои представления поменялись ночью, когда я проснулся через двадцать минут после того, как уснул. От оглушающего шума и яркого света, с полным непониманием, того, что происходит вокруг.

Все бегали в панике, из стороны в сторону, как будто не разбираясь, различал только силуэты. Рядом с нашим местоположением разрывались снаряды ложась все ближе и ближе.

Я понял, что это далеко не сон и схватив свой автомат принялся бежать, понимая, что если я останусь на месте, то все закончиться слишком быстро так и не успев начаться.

Пока я бежал сам не понимая куда я видел, что не все из тех, кто еще днем копал рядом со мной окопы, успели среагировать.

Кто-то так и не проснулся и больше не проснется, оставшись так в своем окопе.

Я бежал по лесу, понимая, что нельзя выбегать на поле.

Потому что нас предупреждали при подготовке что с другой стороны работают квадрокоптеры, и если кто-то из нас решиться выбежать, то он обречен на то, что окажется очень скоро лежащим «двухсотым» грузом в траве.

Такого исхода конечно же не хотел никто, и я в том числе. Поэтому я решил, что с той стороны, где уже побывали разорвавшиеся снаряды будет более безопасно.

Только я не знал где это безопасное место именно, потому что казалось, что взрывы были со всех сторон.

Какие-то снаряды артиллерии попадали в наши боезапасы, и они детонировали. Командиры, которые были с нами тоже вряд ли такого ожидали, потому что не было предпринято ничего, все пытались, укрыться или убежать.

Нам говорили два дня.

Вся эта «игра в прятки со смертью» продолжалась около двадцати минут, но в тот момент мне казалось, что каждая секунда может оказаться для меня последней.

Жар в лесу был такой силы, что я чувствовал себя так, словно бежал по раскаленным углям в раскалённой печи. Ногами, был очень трудно перебирать, но от страха я продолжал бежать, не уделяя этому должного внимания.

Эта была моя первая ночь, которую мне удалось пережить и запомнить на всю свою оставшуюся жизнь, среди тех минут, которые еще были, но уже не казались такими ужасными, потому что я теперь осознавал, где я нахожусь.

Когда удары стихли я просто остался лежать на земле, слыша потрескивания горящих деревьев, крики раненых и периодические взрывы наших оставшихся боеприпасов.

Не понимая сколько осталось до рассвета, но с мечтами о том, чтобы еще раз увидеть солнце и прожить еще один день, я старался дышать через этот горячий воздух и не двигаться, чтобы не спугнуть свою жизнь…

Даже не понял на сколько времени я замер. Час, два, три, тридцать или пять минут?

В мысли о движении меня вернул звук недалеко тарахтящих моторов машин.

Может это не наши? Первое что возникло у меня в голове.

Я решил аккуратно ползти в сторону шума не выдавая себя.

А может мне вообще это все показало?

Не смотря на эти мысли, я продолжал в надежде двигаться в ту сторону, откуда, мне казалось, исходит звук.

Подползая чуть ближе, я слышал, как рев моторов становиться громче, а значит это не было обманом моих мыслей.

Наконец звук остановился в одном месте, и я услышал, как открываются двери, и кто-то командным голосом произнес:

– К машине!

Я услышал разговоры и начал ползти активней, так и не решаясь встать и бежать навстречу к ним в полный рост, чтобы доложить или помочь в чем-то.

Тогда мне казалось, что это слишком опасно.

Увидев форму подползая еще ближе, я понял, что это не те, кого мы должны были встретить через пару дней.

Солдаты, стоявшие у КАМАЗов, получили команду собрать все и всех. Тех, кто еще жив и тех, кто пал смертью храбрых, и не сможет больше стоять в строю. Выслушав своего командира, они отправились выполнять приказ.

Я аккуратно поднялся и отправился в сторону нашего места подготовки, чтобы помочь чем смогу, тем солдатам, которые приехали, чтобы помочь нам.

Мне повезло, я был среди тех, кто мог помочь, судьба или случай уберег меня от страшной участи.

Только за это я благодарю свою жизнь.

Четверг 29 апреля 2038 года

Все что я описывал выше в прошлый раз, в тот первый день наглядно показало мне куда я попал и как дорога мне моя жизнь. Как человек не хочет умирать, хотя еще совсем недавно, был готов отдать свою жизнь, лишь бы не сидеть в закрытом пространстве выполняя заученный распорядок дня.

Когда я был молодой, мне часто приходилось сталкивался с какими-то трудностями, каждый раз борясь с ними, чтобы обыграть слабую версию себя, с каждым разом проверяя себя на прочность.

Сделав свой выбор, принимая решение, я знал, что будет очень трудно, но дальше, что будет в моей жизни решал уже не я.

Меня и тех оставшихся в живых ребят, раскидали по разным уже сформированным подразделениям.

Я думал об этом долгое время.

Почему мы покидаем место, где возможный противник смог бы пройти?

И только потом, когда мы встретились с ним в битве с другого направления, я понял, что это была их хитрость, чтобы ввести в заблуждения наших командиров. Ведь по логике можно было предположить, что этими ударами по лесу они чистили себе путь, по которому собирались пройти.

Видимо кто-то разгадал хитрость или о ней доложили специально завербованные бойцы, ведь через пару дней мы встретились с напором противника на подготовленных точках, совершенно, с другой стороны, которую нам удалось удержать.

В постоянной борьбе, в захвате и потере позиций, в разных погодных условиях мне удалось пройти этот путь.

В марте две тысячи двадцать седьмого года поползли слухи о том, что на уровне противостоящих сторон обстановка нормализуется и все в скором времени должно закончиться и стабилизироваться.

Теперь нашей задача изменилась, нам необходимо было устранять созданные за четырехлетний период групп и формирований с нашей стороны и со стороны бывшего «противника», чтобы не разжигались новые конфликты в момент полного перемирия как с одной, так и с другой стороны.

За четыре с половиной года я многому научился и многое хотел бы забыть, не вспоминая об этом никогда, но, к сожалению, наше мышление может лишь далеко упрятать самые неприятные воспоминания прошлого, иногда выкидывая их и напоминая о том, что значит твоя борьба за свободу.

За это время, я из заключенного превратился в человека, который каждый день боролся за свою жизни и свободу других, и мог сделать что-то ради справедливости.

Справедливость ли эта была я тогда не понимал, но каждый день я думал о том, что делаю правильно и только с мыслью об этом мне казалось, что жизнь дает мне новый шанс проснуться и пожить еще подольше, каждый день отсрочивая мою гибель.

Когда все эти увиденные картинки встают перед глазами, я лишь думаю сколько боли и страданий мы несли в те годы, и нет разницы с какой стороны, со своей или с той которая была названа «противник».

Там были точно такие же люди, как и мы, со своими семьями, друзьями, идеологиями, жизненными принципами, которые так же надеялись, что смогут дойти до конца, преследуя какую-то свою цель и у которых это не получилось.

В те дни, когда я был подростком, я воспринимал майский праздник близко к сердцу, потому что мне привили это восприятие мои родители, ведь они очень городились нашей победой и чтили память прошлых лет.

Тогда я только представлял по их рассказам и по старым черно-белым фильмам что такое может быть.

Пережив и пройдя, я понял, какого это на самом деле, через что людям прошлого пришлось прожить, ради того, чтобы мы вновь начали то, чему они когда-то положили конец.

Это были мои герои из прошлого, но я желаю всем, кто когда-нибудь увидит эти строчки и если их добавят в мою историю и общую книгу, не доводить наш мир до того, чтобы подобные герой появлялись благодаря таким ужасным событиям.

Моя история, связанная с моим выбором, подошла к концу в ноябре две тысячи двадцать восьмого года, на очередной «зачистке».

Нам были предоставлены координаты. Не подключая много сил, командованием было принято решения без особой шумихи обезвредить группу и вернуться на базу.

После разведки мы поняли, что не встретим сопротивления, потому что на территории этого формирования было небольшое количества людей. Мы отправились туда на двух КАМАЗах чтобы взять пленных и изъять возможные у них боеприпасы и оружие.

Остановившись за пару километров до точки, наша группа, не спешно выгружалась из машин, смеясь над шутками и разговаривая между собой.

Вдруг, я услышал выстрел.

Моментально я развернулся в сторону леса и понял, что это засада.

Темнота. Просто ничего не говорящая темнота. Звон в ушах, и я медленно открываю глаза, словно в первый раз в своей жизни. Такое ощущение слабой картинки, как будто старый ламповый телевизор, который только начинает накалятся, и я так же, как и он начинаю разбирать фигуры, которые смутно передвигаются около меня.

Голова кружиться так, будто я только что слез с карусели. Медленно повернув голову, я увидел, как машина, из которой я выпрыгнул какое-то время назад, полыхает, но звука пока так и не было.

Ко мне подбежал, Антон, мой боевой товарищ.

Его губы двигались, но я не слышал и не разбирал что он мне говорит.

Дальше я не помню ничего.

Следующая картинка после того, как я открыл глаза была уже в госпитале.

Как рассказал мне все тот же Антон, нашим ребятам удалось выйти из этой засады, полностью подавив сопротивление, и зачистив указанную точку через пару дней.

За это долгое время в период «зачисток», мы стали с ним очень близкими людьми. Антон был на десять лет старше меня, служил по контракту, а познакомились мы с ним благодаря тому, что жили в одном городе.

И так случилось что мы, находясь долгое время рядом друг с другом, стали как старший и младший брат, которые росли в одной семье.

Когда я рассказал ребятам из его подразделения, свою истории о том, как попал к ним, мой статус бывшего заключенного растворился, как будто его никогда и не было, среди этих людей.

Они не оправдывали меня, но и не осуждали, в том месте для них я был такой же боец, как и они, без прошлого, настоящего и будущего.

Очень горько что после нашей «последней зачистки» многих из нашего подразделения не стало.

Я пролежал в госпитале пару недель и после, меня отправили в мой родной город, потому что мне нужно было восстановится.

Для меня, после долго отсутствия на свободе, это было дикое путешествие.

За столько лет я отвык от людей, которые спокойно гуляли по улицам, ходили в кино и кафе, сидели на лавочках в парке, но меня очень радовало, что я наконец-то вернулся домой, и мог увидеть своего отца и свою мать.

Родители изменились за прошедшие пять лет, лишь немного постарев.

Да и при виде меня я думаю, что они мысленно прокрутили обо мне тоже самое, только ничего не сказали в слух.

Я даже представить не могу, как на самом деле они меня воспринимали, после того что мне пришлось пройти и пережить. А им пришлось принять многие вещи, касаемо моей жизни.

Думаю, каждый родитель был бы не очень рад такому жизненному пути своего ребенка.

Но из песни слов не выкинешь, и поэтому им пришлось знать ту балладу, которая случилась с их сыном.

В городском госпитале врач назначил мне курс реабилитации, по приезду. Мне пришлось встать на учет к нашему участковому, после того, когда я посетил военкомат со справкой, хотя нам обещали, что при ранении, контузии или окончании военной операции, наши судимости будут аннулированы.

Несмотря на это, я начал восстанавливается, привыкая к новой обстановке вокруг с мыслями о том, что как только полностью приду в себя, сразу же отправлюсь обратно, чтобы помочь оставшимся там ребятам и моим боевым товарищам, закончить начатое.

В две тысячи двадцать девятом году все было закончено и без меня. Приехав домой на восстановление, обратно я уже вернуться не успел.

С меня сняли обвинение, мое состояние здоровье нормализовалось, и спустя еще немного времени я начал новую главу своей жизни, которая начала подготавливать меня к еще одной развилки моего путешествия, где я вновь должен был сделать очередной выбор.

Все изменилось в моем родном городе с того момента как я был в нем последний раз, до того, как получил свой срок.

Многие товарищи и друзья детства, разъехались кто куда, кто в города, кто даже в друге страны. Часть тех, кто остались в городе, отвернулись, боясь со мной общаться.

Да и если честно, мне самому не было нужды с кем-то дружить или общаться.

В тот жизненный период у меня и без того хватало с чем я должен справиться и что переварить внутри, без лишних вопросов со стороны и бестолковых праздных движений. Вряд ли те, кто остались в своей размеренной жизни, помня меня прошлого, правильно бы понял мои накопившиеся за долгие годы мысли настоящего.

Выплаты за службу очень помогла мне, позволяя не работать первые полгода после возвращения, но так долго на месте я сидеть не смог.

Мы были на связи с Антоном, который вскоре после моего возращения домой тоже оказался на родине, живой и здоровый.

У него был какой-то друг, в Москве который предложил нам снять или выкупить помещение, и от их крупной компании заниматься продажами брендовых вещей.

Этот друг, оказалось тоже жил в нашем городе и учился с Антоном в одном университете и даже на одном факультете. Так что у меня не возникло вопросов, о недоверии к этому человеку, хотя я его не разу в живую не видел до этого.

Обсудив возможное дело с Антоном, и посмотрев документы, которые нам отправил его друг мы решили сделать общий вклад и попробовать.

Конечно, по телефону всего не обсудишь, да и чтобы обговорить все возможные условия и мне познакомиться в живую с этим Вадимом, Антон предложил съездить в Москву.

Через два дня после это предложения, мы с Антоном уже прогуливались по столице в ожидании, когда его товарищ Вадим освободиться с деловой встречи и позвонит нам, чтобы мы могли с ним увидеться.

Ну куда уж там? Все такие деловые…

Дождавшись его звонка, мы поехали в ресторан, и Антон сообщил что Вадим тоже будет с партнером, которые поможет нам договориться о сотрудничестве с компанией. Что позволяло нам быть официальными представителями в нашем городе. Это еще больше меня успокаивало.

Приехав наконец в назначенный ресторан и подходя к заказанному столику куда нас сопровождали, я увидел с начало улыбающегося Вадим, который при виде нас встал из-за стола и пошел в нашу сторону, радуясь встречи с Антоном.

Его партнер, а точнее партнерша тоже повернулась к нам и своим присутствием хотела обрадовать Антона, но немного растерялась по-женски, когда увидел меня в этом ресторане и я если честно был тоже удивлен ее присутствию.

За столиком сидела моя старая подруга Вика.

Она очень любила случайно появляться в моей жизни. Судьба – это все-таки, или совпадения я так и не понял, но факт оставался фактом, она сидела за этим столиком и, как всегда, улыбалась происходящему вокруг.

На тот момент я не знал, и даже не догадывался в каких она отношениях с этими людьми, поэтому на всякий случай сделал вид что мы видимся с ней в первый раз, дабы не создавать для ее удивленных глаз возможных проблем.

Мы представились с ней друг другу легким рукопожатием, которое моментально окунуло меня в далекие юношеские воспоминания. Затем я познакомился с Вадимом, обменявшись рукопожатием, и мы вчетвером наконец присели за стол.

Такая встреча «стары друзей» конечно же не могла начаться с делового разговора.

В их обсуждениях, я понимал, что Вадим и Виктория работали в одной компании и достаточно хорошо общаются между собой.

Вика была тем партнёром, который мог помочь нам договориться по документам и с проверкой, так как она была в этой крупной компании начальником толи по персоналу толи конкретно в этом направлении, я так и не понял, но к ней все прислушивались. В общем на нашей встрече «старых знакомств», все оказались друг другу знакомы.

Спустя время, после того как мы обсудили все дела и немного выпили расслабившись, Виктория легким жестом головы показала мне в сторону двери ресторана, и мне удалось быстро на это среагировать.

– С вашего позволения, дамы и господа, пойду выйду на улицу, подышу немного «свежим» Московским воздухом… – поднимаясь из-за стола проговорил я, и отправился на выход.

Подкурив сигарету стоя возле ресторана, я увидел неподдельно веселую Викторию, спускающуюся по ступенькам выходя из заведения.

– Ты мне преследуешь что ли? – с улыбкой начала она.

– Знаешь? А я хотел задать тебе тот же самый вопрос… – подхватив ее настроение ответил я, протягивая ей сигарету.

– Сегодня я даже не буду спрашивать куда ты пропала бесследно в очередной раз… – продолжал я, поднося ей зажигалку.

– Как видишь у меня тут были очень хорошие предложения по работе. И кстати я звонила тебе, но ты не брал трубку. А мог бы сейчас сидеть на месте Вадима и предлагать кому-то из своих знакомых открыть модный магазин.

– Но, к сожалению, Вик, у меня был немного другой путь…

– О котором я бы с удовольствием послушала… – как-то по-доброму произнесла она, словно и правда хотела поговорить со мной вспомнив, старые времена наших разговоров.

– Ты спишь с Вадимом? – спросил прямо в лоб ее я, чтобы расставить все точки.

Вика, посмотрев на меня, улыбнулась и сбросила пепел с сигареты.

– Думаешь стоит попробовать?

Во взгляде этого ответа я увидел другую Викторию, которая совершенно отличалась от той, с кем я встречался после того, как закончил школу.

В ее глазах был азарт достичь многого в своей жизни, но не охота за счастьем в отношениях между мужчиной и женщиной.

Мы пошутили, и она предложила мне, когда я «нагуляюсь» с ребятами, заехать к ней в гости, потому что через полчаса она уже поедет домой, так как ей совсем не интересно слушать скучные разговоры старых пьяных друзей.

Продолжая играть все ту же комедию, что мы виделись с Викторией первый раз, мы вернулись и присели за стол, где Антон и Вадим что-то очень бурно вспоминали, крича и смеясь.

Складывалось такое впечатление, что они даже и не заметили наше отсутствие.

Мыслями я уже был не в ресторане. Я уже смотрел на Вику, которую так давно не видел и погрузился в воспоминания, размышляя о том, как быстро пронеслось мое время с того момента, когда я встретил ее в первый раз, еще в школе, и сколько за этот, казалось бы, короткий промежуток времени произошло разных событий в моей жизни.

А сколько этих событий произошло у нее?

Размышляя над этим, мне захотелось остаться с ней наедине, и больше даже не потому, что меня охватывала мужская, чуть взволнованная алкоголем страсть к этой женщине, нет, я просто хотел пообщаться с человеком, который знает меня очень давно и возможно даже лучше, чем кто-то другой. Перед которым я бы смог открыться полностью, выложив все как есть, не скрывая ничего. Мне нужен был просто откровенный разговор, без масок, который мы могли с ней друг другу позволить.

Я осознавал, что она не догадывается про меня и про Надю, а погружать в это события я ее и не собирался.

А зачем?

Если Надя не сообщила ей об этом, своей лучшей подруге, значит и я не буду между ними тем камнем преткновения, который сможет нарушить их отношения.

Посидев еще немного в ресторане после того, как Вика уехала, я поняв, что друзья, Вадим и Антон, захотят продолжить вечер, отправился к ней, сказав им что поеду тоже к школьному товарищу с которым давно не виделся.

Дома у Вике, мы наедине продолжили наш вечер, вспоминая истории прошлого и делясь друг с другом пройденными жизненными шагами, в которые я посвящал ее не полностью.

Мы с ней затронули тему «нашей» лучшей подруги, о которой Вика достаточно гордо рассказывала, что та уехала за границу со своей мамой, и что она сама ездила к ней погостить пару раз. О том, что Надя отучилась там на медицинскую специальность и буквально недавно вернулась обратно в Россию.

Как только Вика сказала про возвращение Нади, мое сердце застучало. Как только она сказала, что Надя собирается переезжать в скором времени в Москву, потому что у нее появилось какое-то предложение, о котором Вика пока не в курсе, я начал переживать еще больше, что не успею встретится с Надей у нас в городе, хотя бы просто повидаться, а иначе, чтобы ее найти в Москве мне придется узнавать об этом у Вике, что наверняка вызовет подозрения.

Надеюсь, что в тот момент мое состояние никак не выдавало меня перед Викой.

Ведь она была очень проницательная девушка, и мне очень повезло что в тот вечер она было не настолько внимательна к этим мелочам, чтобы разгадать меня полностью, потому что как бы я не хотел откровенного разговора, но кое-какую информацию от нее мне просто необходимо было утаить.

Конечно, мои мысли периодически выбрасывали меня из разговора фокусироваться на том, что Надя вернулась, и наконец спустя долгое время я смогу встретится с той, которая была для меня стимулом пережить все трудности, с надеждой на лучшее.

Она была моей Надеждой, которую я хотел увидеть и просто посмотреть в эти зеленные завораживающие своей внутренний искрой глаза.

Как бы мои мысли не убегали в сторону о Нади, я в тот вечер находился физически с той, которая была мне дорога и привлекала по-своему. С той, которая испытывала ко мне теплые и нежные чувства, как и я к ней.

Вика, все так же была хороша, как и раньше, не смотря на свой возраст.

Это не было вызвано какой-то жалостью или долгом перед ней, за то, что она пустила меня к себе в квартиру. В один момент нашего разговора, пролетела всего лишь одна старая пошлая шутка, в виде воспоминания, и искра, которая проскользнула между нашими взглядами была общим призывом к действию.

Все было гораздо откровенней в нашей новой страсти, чем пятнадцать лет назад. Утром я проснувшись чуть пораньше, тихонько собрался и ушел из ее квартиры, закрыв за собой дверь.

Не знаю почему я так поступил. Видимо побоялся испортить эту ночь какими-то привычными рамками. Утренним совместным завтраком, возможным навязчивым общением, или еще чем-то, что могло оставить не приятный осадок нашей встречи.

В наших с ней отношениях один всегда должен был уходит. Таков был наш с ней союз, а я и не претендовал на большее.

В этот раз этим уходящим человеком стал я.

Пятница 14 мая 2038 года

Вернувшись обратно в город через пару дней, после деловой поездки в Москву вместе с Антоном, я первым делом отправился домой к Наде.

Наверное, те пару дней в Москве, были для меня более мучительные чем, те, когда я сидел в карцере думая о ней.

Теперь наша встреча была только в моих руках. Только мое стремление, могло привести меня к ней.

Сначала я решил пойти к ней домой, но только потом понял, что эта квартира, в которую я ее когда-то провожал была съемная.

Пару раз я провожал ее к дому родителей, и бродя по знакомым дворам на ее районе я нашел нужный мне дом.

У меня не было ни ее номера телефона, ни номера квартиры, совершенно ничего, чтобы хоть как-то связаться с ней, и поэтому я просто присел на лавочку и начал ждать.

Пока я наблюдал как дети бегают по двору и вспоминал себя молодым, время шло, а вместе с ним нарастало мое предвкушение встретить Надю.

Каждый человек, выходящий из подъезда, или девушка, идущая по двору, каждая подъезжающая машина заставляло мое дыхание замирать.

Мне каждый раз казалось, что это точно была именно она.

Вглядываясь, я понимал, что, зря волную себя ожиданиями, и возможно она даже меня не узнает, когда увидит человека, сидящего на лавочке, а может не захочет узнать, потому что у нее уже давно другой, который оказался тем, которого она искала, и я в этой истории буду выглядеть максимальным дураком.

С этими мыслями я увидел, как во двор завернула очередная темная машина, с тонированными стеклами.

На улице уже смеркалось и было еще сложней разглядеть, кто так медленно подъезжает к нужному мне подъезду.

Машина остановилась и в эту же секунду открылась передняя пассажирская дверь. Из машины вышла она.

У меня не было другого выбора, потому что я даже не знал, когда в следующий раз смогу встретить ее.

– Надя! – крикнул я, сидя на лавочке.

Молодежь, которая сидела на соседних лавочках и смеялась, притихла и развернулась на меня, немного испугавшись от неожиданности. Да я и сам, кажется, услышал себя и понял, что это было слишком громко. Ведь машина остановилась в десяти метрах, а не в ста.

Она повернулась ко мне и замерла, я увидел в этих сумерках, как ее лицо принимало расстроенный вид. Мужчина вышел из машины и обратился к ней:

– Надь, все в порядке?

– Да, это мой хороший знакомый… – ответила она этому мужчине, не поворачиваясь, чтобы скрыть от него свои эмоции.

Я все так же сидел на лавочке смотря на нее, не желая сводить с нее глаз. Мельканиями в обстановке, я понял, что мужчина сел за руль и потихонечку поехал в своем направлении, а Надя направилась ко мне и по мере ее приближения я увидел, как слезы стекали по ее щекам.

Тут я уже не смог просто так сидеть, и встал, чтобы пойти к ней на встречу. Подходя ближе, я понимал, что она ждала этой встречи не меньше, чем я, а когда она меня обняла и крепко прижала к себе, я в этом еще больше убедился.

Она очень долго не могла успокоиться, и я не понимал, что вызывало в ней это неистовое чувство горести.

Неужели она так не ожидала встретить меня?

Эта была словно драма в каком-то кинофильме прошлых лет. Она гладила меня по руке и не могла начать разговор.

Как только она пыталась со мной заговорить, слезы опять охватывали ее.

Моя радость сменилась печалью, потому что я, послужил причиной всему этому.

А когда-то давно, я давал себе слово, что не допущу, чтобы она хоть раз в моем присутствие была огорчена. А теперь я стоял и смотрел на нее, не зная, что мне делать и как все это остановить.

Спустя пару минут, она сама наконец собралась с силами.

– Прости меня… – произнесла дрожащим голосом Надя.

– За что, Надь? – удивленно поинтересовался я у нее, не особо понимая в чем конкретно она передо мной виновата.

– Из-за меня тебе столько пришлось пережить… – продолжая гладить мою руку, опустив голову прошептала она и слезы опять покатились из ее глаз. – Мне очень жаль, что все так произошло. Я не думала, что из-за меня ты попадешь в такую беду. Я не хотела впутывать тебя во все это, тогда, своим рассказом…

До меня наконец стало доходить за что она пытается извиниться.

– Надя, не стоит винить себя за это. Он сам заслуживал такой участи. – без эмоционально произнес я, вспомнив о своем поступке, о котором хотел навсегда забыть.

– Он, заслуживал… Но, ты? Ты, этого не заслужил!

– Надя, если я сделал это, значит так должно было быть, значит именно я должен был остановить этого человека. Я знаю, он сделал не только твою жизнь такой.

Да, возможно, если бы я не знал тебя и твою историю я поступил бы немного иначе. Только все получилось именно так, для меня, и я уже сам заплатил за этот поступок и надеюсь понес свое наказание.

Я не возлагаю всю ответственность на тебя, и совсем не за этим сюда пришел, чтобы ты чувствовала себя виноватой или в жажде получить от тебя благодарность. Я просто хотел тебя увидеть, потому что в трудных минутах, ты была для меня светом в этой темноте, и я желал убедиться в том, что с тобой все хорошо и что ты жива и здорова, сказав тебе спасибо за мои силы.

– Я вчера чуть с ума не сошла, когда мне Вика позвонила и рассказала о том, что встретила тебя в Москве. Я не спросила у нее как тебя найти, но, когда положила трубку была очень сильно расстроена. Ведь у меня даже и номера то твоего нового не было…

Люди, которые были на твоем суде сказали, что тебе дали двенадцать лет. Это очень хорошо, что тебя освободили раньше. Как ты все это пережил?

– Ты знаешь, я освободился чуть раньше и уменьшили свой срок, потому что выбрал другой путь.

– Какой бы он не был. – не спрашивая меня больше не о чем, начала она. – главное, что сейчас ты здесь, живой и здоровый.

– Что мы все про меня и про меня? – улыбнувшись проговорил я пытаясь увести разговор в другую сторону. – Расскажи лучше поподробнее о себе. Как прошли твои десять лет?

Мне удалось переключить ее от досадного состояния, которое убивало ее внутри при виде меня.

Мы разговаривали с ней около часа, и тут ее телефон остановил ее воспоминания. Мило побеседовав с кем-то, она опустила голову, как бы опять желая мне что-то рассказать, собираясь с мыслями.

– Моя история должна была начинаться иначе… К сожалению, Тем, у меня есть мужчина. Я не смогу ему объяснить многое. После разлуки с тобой я перестала доверять людям и не смогла рассказать ему то, что доверила когда-то тебе.

Я не хочу превращать нашу встречу в какой-то вечер оправданий и неприятных разговоров, я лишь надеюсь на твое понимание, и думаю ты простишь меня если тебе кажется, что я неправа.

Я очень тебя люблю, и как парня и как человека, после того что ты сделал я просто обязана все бросить и начать с тобой все сначала, но я не могу, видимо у меня жизнь такая вся наперекосяк.

Выйдя из одного, я залажу в другое. Я бы очень хотела тебе чем-то помочь, если бы у меня была такая возможность, чтоб не оставаться в твоей жизни темным пятном, которое заставило тебя поставить крест на своей карьере.

Что я могу для тебя сделать, Тем?

– Жить Надя, свободно жить, не думая о прошлом, которое уже не изменить. Я не глупый и не маленький мальчик, я все прекрасно понимаю и осознаю. Да у меня была надежда вернуть, все, когда я пришел сюда… Но раз жизнь решила иначе, значит так тому и быть…

Ты все так же очень близкий для меня человек, как и была в то время, когда мы с тобой общались, до нашей разлуки. И я бы очень хотел, хотя бы поддерживать эти отношения.

Я хотел бы быть уверенным, что с тобой рядом тот человек, который не позволит тебе быть в том состоянии, в котором ты сейчас сидишь передо мной.

Как я уже сказал, я не пришел сюда выяснять каких-то отношений, и не жду от тебя оваций за мои «благие» поступки, мне просто хотелось знать, что с тобой все в порядке.

– Я скоро уезжаю в Москву… – расстроенно сказала она, дослушав меня с таким выражением лица, будто боялась меня расстроить.

– Об этом я уже в курсе… – опять с улыбкой, чтобы наконец хоть как-то придать нашему диалогу радостный нотку проговорил я.

– Вот же Вика… Язык без костей, мне теперь тебе и рассказать то нечего… – подхватив мою волну, вытирая мокрые щеки начала улыбаясь Надя.

– Без нее я бы не узнал, что ты вернулась, так что спасибо ей.

– Да, за это и я ей благодарна. Слушай, Тём, а смог бы ты преподавать, там, например свои бои детям? – ни с того ни с сего, начал Надя.

– Ты хочешь с детьми подраться на равных? Или ты хочешь меня устроить нянечкой?

– Да нет… – хихикая ответила она. – Может у тебя тоже есть желание сменить город? Я могу поговорить с человеком, который смог бы тебе предложить интересную вакансию. Нужно лишь твое желание, а возможные варианты они подберут. Если вдруг станет интересно, набери меня и я все устрою.

Мы еще пообщались с ней сидя на лавочке, но ей нужно было бежать домой, потому что как оказалась мне вообще повезло.

К родителям она приехала в гости, а так она уже и не жила в этом доме. Это просто была случайность, что мы встретились вот так, или судьба.

Теперь увидевшись, мы обменялись телефонами, и я пообещал подумать над ее предложением «подумать».

Вернувшись домой, я долго размышлял, вспоминая наш с ней разговор, прокручивая в очередной раз в своей голове пленку воспоминаний, и не на секунду, не счел Надю виноватой в том, что произошло в моей жизни. Потому что каждый в этой жизни сам делает свой выбор, а иногда даже поступает, по совести.

Четверг 27 мая 2038 года

В тот вечер, когда я вернулся домой, и задумался над Надиными словами, по поводу переезда, я размышлял не о том, что Надя решила переезжать и я тоже должен так сделать чтобы быть с ней ближе. Мне казалось, что у меня будет больше шансов начать новую жизнь и обрести себя, при этом найти новые необходимые знакомства. Встретиться с людьми, которым не особо интересно какое у тебя было прошлое, котором лишь интересно на что ты способен сейчас, в настоящем, и чем ты можешь быть им полезен в будущем.

С Антоном и Вадимом, после открытия магазина у нас в городе, мы бы смогли поддерживать деловые отношения.

У Антона была семья, и после возвращения закончив контракт, он не хотел никуда переезжать, а хотел жить в родном городе.

Мы не раз разговаривали с ним на эту тему, когда защищали нашу родину вместе с остальными ребятами.

Меня же для моего решения вновь ничего не держало.

У меня не было детей, жены, старых и больных родителей, и каких-либо других факторов, которые бы связывали меня цепями с местом. У меня не было даже как таковых друзей, кроме Антона.

В тоже самое время, в Москве, я мог бы больше пообщаться с Вадимом, который был нашим идейно вдохновителем. Так же необходимую информацию я мог получать и от Виктории, которая могла нам что-то подсказать, разбираясь в этом деле.

После моих размышлений, и после общения с Антоном как со своим старшим братом, рассмотрев все перспективы, которые всплывали в моей голове по вечерам, я решил позвонить Нади, чтобы она смогла поговорить с тем человеком, которого она упоминала в нашем с ней разговоре.

– Тём, я очень рада что ты позвонил, еще и с такой радостной для меня новостью! – услышал я задорный голос Нади в ответ.

Наконец-то, я вновь ощутил присутствие того человека, который может своим задором околдовать весь свет!

Еще через пару дней, она сама позвонила мне и предложила встретиться.

С ней пришел достаточно солидный взрослый мужчина. Как оказалось, в разговоре, это был ее отец, хотя если бы я этого не знал, то подумал, что это просто ее взрослый любовник, с которым она была.

Максим Викторович решил встретиться со мной лично, и как только мы начали с ним вести диалог я понял, что он очень образованный и серьезный мужчина.

Он не спрашивал у меня какие-то абстрактных вещей. В его голове будто была какая-то составленная под меня анкета, из которой он хотел узнать меня побольше, задавая иногда провокационные вопросы, сразу делая анализ и отталкиваясь от него бил в следующие точки.

– Артем, ты знаешь, нам нужны такие люди в «проекте», ведь в мире сейчас очень мало справедливости…

Ты как спортсмен и как человек, который прошел такой путь и не сломался думаю сможешь привить у молодежи будущего стремление достигать цели и пробудить в них силу воли.

Но, к сожалению, мне нужно обсудить с моими коллегами твою кандидатуру.

Я бы очень хотел принять это решение самостоятельно, тем более, моя дочь сказала мне что ты очень справедливый человек, а ее слово для меня много значит.

Поэтому Артем, знай, что я сделал выбор, нужно просто соблюсти формальности, чтобы все было так как нужно.

Мне было приятно, что он своими вопросами и доверяя словам Надежды, сложил у себя внутри такое впечатление обо мне.

Через пару дней мне опять позвонила Надя, еще более веселая чем была до этого.

– Тем, мне нужно с тобой встретиться! – опять радостно выкрикнула она в трубку.

Мы договорились о времени и в тот же вечер сидели в кафе, где она очень поверхностно рассказывала мне о набирающем обороты проекте.

Если честно, я не особо тогда понимал всю концепцию и что именно хотят сделать те, кто стоял в самом начале это проекта, но я очень любил разбираться с задачками, которые были отмечены «звездочкой».

Из ее разговора как в принципе и разговора с ее отцом, я понял лишь одно, что задача каждого участвующего в проекте, будет заключаться в подготовке и передачи будущему поколению молодежи своих накопленных знаний.

Так же в придачу после нашего с ней разговора в кафе, она дала мне флешку, чтобы я дома чуть больше ознакомился с целями и задачами проекта.

Будучи заинтригованным ее словами, я первым делом придя домой вставил флешку в ноутбук и начал читать.

Информация показалась мне достаточно интересной. Обдумав и взвесив в очередной раз, я понял, что такое изменение именно сейчас мне и необходимо. Оно отвлечет меня от моих забот и познакомит с теми, кто сможет и меня научить чему-то интересному, а раз там будут самоуверенные и самодостаточные люди, значит обстановка там будет позитивной. Сделав такой вывод, я принял свое решение и не капли об этом не пожалел.

Пятница 4 июня 2038 года

Через пару недель после моего решения, я отправился с Надей в Москву.

Там мы должны были встретится с одним из коллег Максима Викторовича, с которым он как раз и обсуждал мою кандидатуру для вступления в проект.

Надя конечно же уже знала этого человека, и пока мы летели в самолете она рассказывала мне про Мирослава.

Поэтому, при нашей с ним личной встречи я чувствовал себя с ним достаточно уверенно, ведь косвенно знал, что он за человек.

Мирослав был, как и я, спортивного телосложения, по возрасту чуть старше Нади.

Его крепкое рукопожатие и взгляд глаза в глаза, дали мне понять, что он внутри испытывает ко мне уважение, хотя мы виделись с ним в первый раз, и он так же, как и я только по историям Максима Викторовича знает обо мне.

У Мирослава была грамотная речь, и мне было приятно с ним общаться. Мне он по каким-то повадкам напомнил отца Надежды.

При той нашей с ним первой встречи, мало того, что я был наслышан о нем, еще и в его глазах я видел тот пройденный жизненный опыт, который видел не у многих людей его возраста. Да и в целом, он был достаточно самоуверен.

Это самоуверенность, не была напыщенной или пафосной, она была естественной, не вызывающей, не раздражающей, а наоборот привлекающей внимание и пробуждающая пообщаться с этим интересным человеком подольше.

Проект, на том этапе на котором я в него попал, представлял собой городок базы отдыха, подготовленный для проживания тех, кто является кураторами и преподавателями.

Как я понимал, Мирослав был среди трех основателей самым главным в этом месте, потому что именно он занимался реализацией проекта, два других человека помогали ему.

Первый это был отец Нади, Максим Викторович, а до второго мы дойдем чуть позже.

Пока Надя, улыбаясь пошутив сказала, что пошла разбирать свои вещи в предоставленный ей домик, Мирослав предложил мне немного пройтись по всей территории базы отдыха, чтобы я немного освоился, и заодно познакомился со всеми ребятами, которые уже участвовали в проекте.

Пока мы прогуливались и общались я узнал, что та информация, которую я прочитал слегка устарела. Ведь на ней были описаны возможные будущие ходы проекта, когда еще вся работа проходила на базе электронной площадки школы, начиная с две тысячи двадцать первого года. Теперь-то, я был в этом возможном будущем.

Меня ждала новая информация, которая была горазда интересней предыдущей, открывая еще более серьезные горизонты.

Команда ребят, собранная в том, казалось бы, теперь уже далеком две тысячи двадцать девятом году, сохранила свой первоначальный состав до сих пор. Обрастая постоянно новыми коллегами в этом большом деле.

Штат преподавателей расширялся чуть ли не каждый месяц в регионах. Как я и ожидал, люди что участвовали в проект были достаточно образованные и интересные личности.

С ними всегда можно было посмеяться и в то же самое время обсудить что-нибудь полезное.

Из-за общения, с разными ребятами, которые что-то делали каждый в своей сфере, я понял, что у каждого из них свое представление мира и каждый в нем мыслит со своей точки зрения достаточно логично.

Это было своего рода общее креативное мышление масс, которое настроено на будущее улучшение.

Сменив так резко свою сферу деятельности, освобождаясь от мысленных оков прошлого, для меня мир внутри проекта стал отдельным миром, в котором я себя чувствовал просто великолепно.

Я прекрасно знаю, что у каждого из этих людей сейчас есть такая же задача, как и у меня.

Мы все после нового года получили рекомендацию создать свои личные электронные блокноты, и написать о своей жизни, добавляя в них то, что случается интересного на сегодняшний день, но я бы все равно хотел описать характеры моих близких людей с той стороны, с который я их вижу.

Ведь как я уже написал каждый из них видит этот мир по-своему, и тем более, я больше чем уверен, что каждый из нас напишет хоть строчку друг о друге.

Поэтому если каждый будет вносить по капельки от себя, давая личные характеристики о коллегах, то у будущего читателя, как и у самого Автора сложиться более раскрытое и правильное впечатление о нас, о людях, которые вот уже около десяти лет, а некоторые и больше, создают прекрасное будущее.

Поэтому напишу о своих первых впечатлениях.

Самый молодой участник проекта, которого я встретил тогда, был Святослав.

Я был очень сильно удивлен тому, что его лицо казалось мне до боли знакомым. Это уже потом, по рассказам Нади, я узнал почему в моей голове рождались эти мысли, что я его где-то видел.

Свят это и был тот самый племянник Вики, которого я видел пару раз в школе, благодаря которому мы и встретились с ней в первый раз.

Конечно же он бы и не вспомнил меня, да я и не хотел ему об этом напоминать.

Это сейчас уже не особо секрет, и не тайная информация. Потому что время идет и все мы становимся старше и мудрее, все это было в нашей жизни, и эта часть истории, которую никуда не деть.

Я очень сильно благодарен Святу до сих пор, за то, что он просто есть.

Святославу тогда было чуть больше двадцати, но по его взгляду, я видел его не поддельную взрослость и стремление.

Сколько раз я его замечал, он всегда был рядом с Мирославом и внимательно его слушая, что-то обдумывал для себя. Как я потом проанализировал, Мир, уже тогда начинал готовить его к той информации, которой Свят обладает на сегодняшний день.

Да и сам Свят по моим наблюдениям очень сильно горел проектом. Его никто не умолял и не заставлял делать что-то против своей воли.

Сам по себе он был отзывчивый парень, каким и остается до сих пор.

Его ранее взросление возможно еще было вызвано наличием его второй половинки, которая тоже была в проекте.

Карина – была девушкой Свята.

Увидев ее тогда впервые, мои мысли слегла разыгрались, и я подумал, что было бы неплохо пообщаться с ней более ближе, но на тот момент я просто не знал, что она была его девушкой.

Карина на тот момент занималась преподаванием языков в проекте.

После того как Мирослав представил меня ей, и мы обменялись парой предложений, я понял, что и она развита не по своим годам.

По совместительству Карина занималась какой-то общественной деятельностью, направленной на привлечение людей в проект.

В возложенных на нее обязанностях, ей помогала мама Нади и по совместительству жена Максима Викторовича, Алена.

Алене, было чуть больше пятидесяти лет на тот момент, но она совершено не выглядела на свои написанные в паспорте годы. Так же как и никто бы не сказал сегодня что ей уже за шестьдесят.

Как и сейчас, так и тогда, она была активная дама, имеющая еще столько сил в запасе, каким бы позавидовала любая юная особа.

Смотря тогда на нее, я прекрасно понимал в кого Надя такая веселая и энергичная. Алена, помогала Карине выстраивать социальные связи и привлекать людей для участия в проекте.

По своей специальности она была политолог и знала достаточно много языков.

Эта светлая и улыбчивая леди, мне кажется никогда не грустила.

Она встретила меня очень тепло и мне кажется, что Надя про меня ей что-то тоже рассказывала.

Ведь ее взгляд выдавал чуть больше знаний обо мне чем могли догадываться другие участники.

Может просто я сам был немного туповат, когда мне было чуть больше двадцати, но те молодые ребята, которые участвовали в проекте были как на подбор развиты.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.