Василий Волегов
Поля

Из ниоткуда

– Неожиданный поворот, – подумал он. – Неужели тот, кто это совершил, является мной?

Холодный пот прошиб нашего героя. Он оттолкнулся от земли и, превозмогая боль, оторвал кусок плоти на спине, которая уже начинала срастаться с ужасающей действительностью. Она постепенно поглощала его и проникала в мозг. Он заорал что-то неразборчивое и, сорвав одеяло со спящего в ногах кота, вскочил как ошпаренный. Взгляд носился по комнате, ища объяснения происходящему. Натыкаясь лишь на темноту и вопросительный взгляд кота, он понемногу успокаивался. Глаза возвращались обратно на орбиту. Через некоторое время, пребывания в прострации, наш герой дернулся от неожиданно сработавшего будильника и окончательно вернулся в реальность с шумом октябрьского дождя за окном и пронзительным чувством дежавю где-то под левой лопаткой. Хотя последнее могло быть всего лишь следствием неудобного матраса. Сей факт, впрочем, не исключал того, что это уже наверняка было.

– Вставай. Опаздываем, – проворчал он коту и, не спеша, начал натягивать брюки. – Опять все в шерсти, – посмотрел он на кота, а кот на него. – Ладно. Подъем говорю.

Упустив несколько необходимых действий по приведению себя в норму, он перекочевал за кухонный стол. Завтрак продвигался медленно и лениво. Он как будто ждал, что за окном закончится дождь, и, как по мановению волшебной палочки, все рассосется. В данный момент под «все» он находил бытие. Перерождение – вот, что было ему необходимо сейчас. Ну, или, как минимум, крепкий чай. Кот, сидящий рядом на стуле и мирно дремавший, никак не разделял взглядов человека. Может быть по тому, что осторожнее надо быть с желаниями, чтобы потом мирно не дремать на кухне, рано утром, рядом с человеком, который и имени то твоего настоящего не знает, а может просто по природной вредности. Тем не менее, чаепитие с сансарными баранками себя исчерпало. Наш герой продолжил углубляться в тему своего дела, без конца слоняясь по квартире, что-то говоря, споря с кем-то невидимым, и постоянно взъерошивая волосы. И это только с точки зрения кота. Что уж там говорить о простых смертных.

– В поля надо идти. Нет. Да. В поля надо идти, – повторял он. – Там все понятно будет.

Он посмотрел на кота. Кот, уловив знакомые звуковые колебания, притворился фарфоровым и начал отбрасывать такой блеск лоснящейся шерстью, что человек понял, на его поддержку можно не рассчитывать и валить подобру по здоровью в свои поля пока не прокляли. Провоцируя человека на мануал, в виде поглаживаний, кот безжалостно лез под ноги, не давая пройти.

– Долгие прощания, лишние слезы, – сказал человек и, указав коту путь куда-то в стену, захлопнул дверь.

– Совсем с ума сошел, – сказал кот, как всегда подвергнув критике направление перста указующего, и пошел досыпать необходимую дневную норму.

Внутри улицы было промозгло и сыро. Его глаза тщетно выбирали смыслы происходящего. Мотивы ветра также не внушали оптимизма. Дойдя до угла дома, он повернул и оказался посреди поля. Это была одна из его уловок – оказываться там, где он хотел быть. Волшебство, не волшебство, но вот то, что он был не обычный человек, в обще – принятом понимании этого слова, это точно. Может, дело было в его широкополой шляпе, а может быть в том, что он был вовсе не человек, а всего лишь мысли кота. Да, да. Он был воображением того самого кота, который остался дома и мирно дрых на диване. Осознание этого ему никак не мешало. Наоборот, «Было в этом что-то», – как говорил он сам. А может быть, кот про него это думал. Нашего героя звали Хозяин – это фамилия. Или Хозя. Но так как у котов хозяев быть не может, если они сами конечно их не выдумают, то нашего героя и вовсе не существовало. Ну, это и не важно. Мы тут дело распутываем, а не выясняем: кто кем является, и, что делать, если тебя нет. Как бы ни хотелось не вникать в суть дела, оно все равно настигнет, и придется распутывать все нити, искать следы, мотивы, причинно – следственные связи и тому подобное.

Поле было готово. Он приготовил все, что необходимо ему для работы. Место преступления было воссоздано с ювелирной точностью. Осталось понять мотивы. Как не крути, мотивы могли быть самые неожиданные и, вообще, любые. Через некоторое время, и концерт с бубном и травами, он пришел к неутешительному выводу.

– Что же это за преступление против искусства, если его уже давно не существует? Глумление над мертвым? – рассуждал он.

Надо сказать, что Хозяин занимался самыми сложными делами. Такими как: поиск оптимизма в замкнутом пространстве в условиях дикой клаустрофобии, поиск уверенности в завтрашнем дне, поиск смыслов в бесконечности бессмысленных глаз, и так далее, и тому подобное. Список можно продолжать очень долго, но сейчас не об этом.

В записке с призывом о помощи, и одновременно заказом, которую он обнаружил воткнутую в дверь, говорилось: «Если в вас осталась хоть капля человечности, прекратите эти преступления против искусства. Я так больше не могу. Помогите. Всегда ваша бездоказательно существующая совесть. P.S.: оплата после выполнения. Не обижу».

– Ведь умеют подход найти. И не откажешь, – с грустью и недовольством пробормотал Хозяин.

Он знал, что аноним еще проявит себя. Причем долго ждать не придется. Об этом говорил многолетний опыт подобных дел. «Скорее всего, это крик о помощи самого преступника», – подумал Хозяин.

Кот проснулся, открыл глаза и увидел, как Хозяин что-то делает за своим письменным столом. Лицо его было искажено отсутствием мимики. Можно было сказать, что он бесконечно собран и сосредоточен в желании обнаружить то необходимое, за что можно зацепиться в расследовании. Надо понять кто заказчик. Из письма следовало,… Да ничего из письма не следовало. Какое-то преступление против искусства. Что, кто-то картину украл, или наоборот написал, или про российских и не только исполнителей популярной тщеславности (рэп, рок, поп), которая не предполагает наличие вкуса и вообще чего либо. Что, кстати, скорее всего. Даже перечислять не стоит. Да после такого можно вообще не париться и что угодно делать раз и так кушают. Это же полный конец. Почему пространство это позволяет? Хозяин понесло. После приступа гнева он налил чаю.

С привкусом несобранности он собрал все образы и метафорические колоски с поля воедино. Получалось, что ничего разгадывать и не надо было. Автором записки был давний знакомый Хозяина, и по совместительству, его кот. А вернее, именно кот по каким-то своим причинам представлял, что работа нашего героя выглядит именно так. В свое же оправдание этот засранец быстро выдумал концепцию, к которой привязал все происходящее и запустил в лицо нашего героя как произведение современного искусства. Лицо было разбито, дело было закрыто.

Космический мусор из-под ногтей

Как не странно, но позвонили и попросили быть на месте через час. По озабоченному голосу сотрудника было понятно, что дело космического масштаба. Хозяин попросил прекратить истерику и сказал, что будет в указанное время по адресу. Посредством несгибаемой воли он переместился на кухню. Проанализировав ситуацию, Хозяин пришел к выводу, что будет весело. Кот всем своим видом излучал отнюдь не риторический вопрос: «Куда собрался?». Хозяин задумчиво посмотрел на кота и сказал: «Перед котами еще не отчитывался».

– Нет. Тебя взять я не могу, – просвистело над головой кота. – Думаю, сегодня будет шумно. Ты этого не любишь.

После недолгих уговоров и прихода к консенсусу, Хозяин без доброй части нервных окончаний, съеденных котом, сомнамболически просуществовал к двери, коей и грохнул надежду кота о компании. Это было первое убийство на сегодня. Счет был открыт. Второе убийство произошло, как только Хозяин вышел на улицу и пропал под снег с дождем, которыми очень ловко и подло оперировал порывистый ветер. Исподтишка, то туда, то за шиворот, отправляя потоки влаги и снега. Хозяин знал, что жертвоприношения на алтарь спокойствия ментального мира воображаемой действительности на этом не закончены. Пока он добирался до места, все время думал о росте среди населения случаев связанных с его профессиональной деятельностью. Беспокойство зашкаливало. Кот спал очень беспокойно, то орал во сне, то дергался, то просыпался. Чем также не добавлял Хозяину сил.

Прибыв на место, детектив почувствовал сильную концентрацию фрустраций. Источником их была толпа страждущих сериальной гари. Люди чувствовали присутствие запаха жареного, но пламя подробностей никак не разгоралось, подпитываемое жалкими домыслами и предположениями.

– Что тут у вас? – пробираясь сквозь толпу, на ходу, то задевая граждан, то обтекая их, спросил Хозяин у уполномоченного.

– Вот, – промямлил младшей, по всему видимому измотанный искушенной публикой, облепившей его.

– Понятно, – сказал Хозяин. – По делу что-нибудь добавить есть?

– Нет, – каркнул младшей и растворился как туман на рассвете или в тумане на закате, не суть.

Хозяин смотрел на тело и не мог понять, что тут не так. Может его положение, или как-то свет странно падал. Тело было как – будто нарисовано, но при этом объем присутствовал. Прикоснуться к телу также не составляло особой проблемы. Разве что, индивидуальная непереносимость необъяснимого. Детектив оглядел помещение. Это была художественная мастерская. Детальный осмотр тела дал больше вопросов, чем ответов. Под ногтями присутствовала грязь неизвестного происхождения. Осмотр картин мало того, что до смерти утомил его, так еще не принес никаких плодов. Только настроение еще больше испортилось и все. Хозяин сел на стул и закрыл глаза. Когда он очнулся, было уже темно. С чувством упущения и зря потраченного времени он начал искать выключатель.

– Да где же здесь может включаться свет?!

Он посмотрел вверх и, увидев звезды, вспомнил про дыру в потолке. Там, где раньше должна была находиться люстра, безмятежно волновался покой ночного неба. На полу люстры не было. Света луны хватило, чтобы среди творческого беспорядка найти свечу. Детектив зажег свечу и с удивлением обнаружил, что на картине с изображением космоса, стоявшей на треноге, исчез силуэт человека. Все полотно занимал космос.

– Точно вроде силуэт был, – пробормотал Хозяин.

Немного постояв у картины, он начал отходить назад, как будто стараясь с другого расстояния и ракурса увидеть что-то, или понять толи он забыл, толи силуэта не было. Он отходил все дальше и дальше, пока не уперся в противоположную стену спиной. Что-то еще больше ему показалось странным. Мурашки побежали по коже и, скорее всего, он стал немного седее, чем был до этого.

– Тело! Где тело, – кое-как держа себя в руках, прошипел он.

Не шевелясь, он вглядывался в темноту периферии комнаты. Тишина звенела в ушах. Свеча погасла. Хозяин провалился в какую-то ледяную бесконечность.

– Все. На берег тебе пора. В космос с тобой я больше не выхожу, – услышал он голос откуда-то из темноты.

Смерть художника была связана с выходом его в свой же космос с концами.

– Само зациклился, – сделал неутешительный вывод Хозяин и закрыл папку на рабочем столе.

Форма выгула собаки в сложный период жизни

Задание казалось проще некуда. Главное не устать. Осталось разобраться со сложным периодом в жизни. Задание как всегда пришло весьма сомнительным способом от анонима. Оплата по факту.

– Что ж, – подумал Хозяин и, прикинув гонорар и немного поморщясь, сел за составления плана.

План лег ровным слоем объяснений самому себе, почему я этим занимаюсь и, пока он не высох и был вязким и пригодным к коррекции, требовал вложений сил, времени и некоторых материальных средств. Уже светало, о чем говорил беспокойный сон кота и, явно, быстрая его фаза.

Кот проснулся, когда наш герой находился уже в боевой готовности в прихожей с сомнением в глазах.

– Авантюрист, – подумал кот.

– Этот авантюрист тебя кормит, если что, – подумал детектив.

– Кто кого еще кормит, – подумал кот, и устало вздохнул.

– Ладно, давай,… Я погнал. Спи, давай, – сказал Хозяин и хлопнул дверью.

– Собаки в моем понимании все умерли, – проворчал кот и задремал.

– Форма выгула собак, – шептал себе поднос Хозяин, спускаясь по лестнице. – Форма выгула собак, – повторял он, как будто концентрация этого словесного шифра как-то приблизит его к разгадке. – Какая форма? Поэтическая, проза, или тезисно нужно записать инструкцию оптимального поведения человека для удовлетворения всех физических и социальных собачьих норм. Может заказчик лукавит и под видом данного произведения хочет получить какие-то сведения необходимые для достижения, скажем, мирового господства или еще чего похуже. Например, что если он хочет вывести меня на чистую воду и, обнаружив мои истинные мотивы занятий этой чепухой, пошатнуть сложившийся порядок мироздания моего кота.

От такой мысли Хозяин остановился и закурил.

– Да. Надо быть повнимательнее с этим отрепьем и не терять бдительность.

Надо еще уточнить. Должность нашего детектива была настолько секретна, что никто ему не платил зарплату, а он сам под прикрытием выполнения заданий зарабатывал себе на кусок хлеба.

Как бы все это ни было прекрасно, надо было приступать. Выйдя на улицу, детектив сразу начал собирать сведения. Он прошел по улице, заглянул на поля. В центре города тоже не было ни одной собаки. Проходя мимо главпочтамта, он неловко поскользнулся и налетел на озабоченную чем-то гражданку.

– Собака! – прошипела та. – Смотри куда идешь!

– Собака?! – недоуменно переспросил Хозяин. – Да действительно сложный период. Кстати, если оттолкнуться от того, что я собака и вести себя соответственно, – он растекся в улыбке предвкушения.

Абсолютно раскрепостившись, наш герой шагнул в неизвестность. После недельного сбора данных и начинающегося отрицания себя как человека, Хозяин решил прекратить выполнение задания по морально – этическим соображениям.

В записке заказчику он указал форму выгула собак такую же, как и заявления на него в полицию. Коих было по угрозам граждан очень много. «Свободная», написал он. Отчет о проделанной работе он, как было условлено с заказчиком, отнес в секретное место.

Дело без дела

Наш самый засекреченный агент не знал чем заняться с самого утра. Кот болел. После визита к ветеринару, который диагностировал у кота бессонницу и депрессию, вызванную переутомлением, Хозяин совсем было загрустил.

– Давай уже, возьми себя в руки, – взывал он к совести кота.

– Ага. Разбежался. Сейчас у меня такой трип выхватишь, что скука мечтой покажется.

Хозяин, предвкушая ментальные перегрузки без права дозвониться до разума, с осторожностью прихлебнул чая. Не успел он моргнуть, как оказался в непонятном месте. Вроде было тоже поле, только с какой-то странной перспективой. Волнение накатило с такой силой, что захотелось в туалет. Он почувствовал удушливый запах горелой плоти и назойливое дребезжание всей картины. Как будто кто-то играл самый атональный реквием и при этом ещё не до конца зажимал нижнюю струну. Этот гул, в сочетании с коннотациями безвыходности, пробирал до самых основ безопасности жизнедеятельности.

– Весело тут у вас, – сквозь зубы процедил Хозяин.

Откуда-то из области ног поднялась волна, и он как плетка выщелкнул сам себя обратно за стол и чай.

– Твои бредни? – спросил он у кота.

– Я вообще подумал, что ты спишь, – подумал кот.

Хозяин как никогда чувствовал внутреннюю безысходность кота. Он посмотрел на него и исчез.

– Так-то лучше, – подумал кот и уставился в окно.

За окном бушевала буря в лице мечущегося по двору мужчины. Он, то таскал всякую дрянь в виде своей одежды вокруг корта, то начинал без видимой причины радоваться. Потом совсем уж произошло неожиданное. Мужчина встал как вкопанный и уставился прямо на кота. Как будто о чем-то догадываясь. Кот смотрел на него. Эта дуэль длилась, пока не спустились сумерки. Луны не было и можно было только догадываться о месте положения человека. Кот сидел и смотрел в пустой экран своего отражения.

Ночь пронеслась в праведном гневе. Не успел кот оглянуться, как зардел рассвет.

– Этого еще не хватало, – спохватился кот.

Нахлынувшие воспоминания настолько его оглушили, что можно было говорить о легкой контузии. Кажется, это было совсем недавно, хотя прошло уже по меркам земного времени несколько веков. И если бы Хозяин был реален и жил бы не по сценарию существа напоминающего земного кота, которое и внушило Хозяину эту зацикленную действительность с перерождениями, алгоритмами, злом, добром и всеми из этого вытекающими, у него давно были бы пра, пра, пра, пра, правнуки. И те бы еще имели несколько колен. Но к счастью или несчастью Хозяина, существо, которое его выдумало, было чем-то вроде наших фантастов. А из этой всей свистопляски и складывается самая обычная реальность.

Кое-как уцелев в шкуре своего чокнутого прообраза, там за окном во дворе, Хозяин, вымотанный тяжелым днем, негромко закрыл входную дверь, разделся, и прошел на кухню.

– Ну и денек сегодня был, – сказал он коту. – Помнишь, рассказывал тебе про это дело, где каннибал себя съел?

Кот нахохлился и заурчал.

– Так вот. Не он оказался садовником.

Они сидели около окна и смотрели, как луна колышется в волнах осеннего проникновения в смыслы происходящего.

Штука

Штука была найдена в объяснении сложной жизненной ситуации и носила характер "Такая интересная штука получается". Хозяин нашёл её, пытаясь объяснить себе, что же происходит с мыслями, когда они приобретают словесную характеристику. А именно, это звучало как: " Не описать словами, короче. Вот такая интересная штука получается". Мысли же, подлежащие словесному воспроизводству, были по поводу очередного дела, которое завело Хозяина в самый безвыходный тупик. Да ещё обратный ход перекрыло таким вопросом о предмете вещей, что в этом пространстве стены начинали давить на воображение паническими присказками и вибрациями.

Эта штука ментально торчала и мешала спать Хозяину всю ночь. Он вставал, курил, что-то бормотал, рисовал, писал, пил отвар из трав и ромашку. Все это привело к тому, что утро было хмурым и ворчливым. Бесконечный дождь долбил в окно. Может, конечно, Хозяину померещилось от недосыпа, но он краем глаза заметил, как мимо окна поплыл какой-то корабль. Судя по шуму во дворе, матросы сошли на берег и чинили бесчинства. Кто-то, возможно, пальнул по-зимнему, хотя была глубокая осень. Осень была настолько глубокая, что даже песни на этот счёт свернулись от тоски и безысходности.

– Темень, какая, – сказал Хозяин.

Кот удивлённо посмотрел на него, и пошёл куда-то на свет. Свет на этом закончился абсолютно. Плоть скучковалась на кухне и пила чай. Хозяин наблюдал за ней и чувствовал, что окончательно вышел из себя.

– Кот! – заорал он.

– Что? – заорал кот.

– Ничего, – сказал Хозяин. – Просто проверяю все ли на борту.

– Все, – ответил кот. – Можно отчаливать.

Хозяин со спокойной душой, но ещё пока дикими глазами сел за стол и начал смотреть в одну точку.

– Разгадка рядом, – подумал кот, глядя на Хозяина и, свернувшись клубом, где-то в подсознании квартиры, заснул.

– Разгадка, – прошептал Хозяин увеличивающимся полем взглядов параллельно глазам. – А чего разгадка? Ах да.

Как говорилось ранее, воображение Хозяина было не в лучшей форме. Так, что пришлось исходить из голых стен его аскетичного жилища и прежнего опыта жизни в реальном мире. Задумавшись об этом, Хозяина передернуло и вежливо толкнуло в левое плечо. Он оглянулся на кота. Кот спал с блуждающей на морде улыбкой. Ментальные кошачьи меха, таки, раздули пламя нашего героя для продолжения, с еще более ярой припрыжкой, сомневаться в своем бессилии перед демоном смотрящим, наблюдающим за ним своими голыми стенами без малейшей портретной схожести с реальным миром. Хозяин выдохнул.

– Была, не была, – замахнувшись рукой, как будто отбивался последней картой, сказал он.

Карта оказалась, что надо. Темные силы, затеявшие с ним эту игру, потерпели очередное поражение. Зло изначально было обречено на поражение, как только решило захватить сознание Хозяина. Он бил их же картой. “Шулер”, – улыбаясь во сне, проурчал кот.

Тени прошлого

Хозяин наблюдал, как перемещаются в пространстве, сменяя друг друга, мысли кота. Париж плавно перетекал в длинный туннель. Сверху и снизу находились звезды вытянутые в бесконечно яркие линии, от скорости перемещения. Все сливалось в какой-то неведомой петле. Парадигмы миров сменяли друг друга под какофонию смысловых перегрузок. Он вспомнил, что и сам не так давно дрейфовал в океане бесконечности. «Круиз» продолжался пока плод кошачьего воображения не был выкинут на берег безумия данной реальность. Продолжая предлагать мотивы для описания она (реальность) навязывала Хозяину ощущение памяти, которая как на костыли опиралась на лица, образы, дела, мысли происходящие в далёком прошлом нашего героя. Как следует, покопавшись в своих архивах, Хозяин сам смастерил себе дело и уже практически раскрыл его. Оставалась сущая ерунда. Надо было найти виновного в пошатнувшейся уверенности Хозяина в принципах его работы. Виновный был найден дремавшим на стуле у окна, свернувшимся калачиком и отбрасывающим тень в виде профиля лица одного из подозреваемых.

– Точно, – прокомментировал Хозяин фотографическое сходство.

Кот от крика Хозяина проснулся и лениво двигаясь, направился к миске. По пути тени разыграли все происходящее на корабле. Где и было совершено настигнутое Хозяином убийство надежды доплыть. Он увидел, кто стрелял, и кто отказался помочь бедному капитану покинуть этот мир вместе с кораблем.

Это преступление против чести и достоинства было раскрыто Хозяином, даже не выходя из себя.

– Скучно мне, – сказал Хозяин и начал собираться с духом, чтобы высказать коту всю подноготную своей конторы, которой у него не было.

– У тебя её нет, – сказал на это кот.

– В том то и дело, что есть, – сказал детектив.

Кот крепко задумался и заснул.

Контора, а именно, помещение в чертогах памяти напоминало одновременно и аллею поздней осенью и нечто плавучее типа кита, который через свой ус пропускал весь подноготный ментальный планктон информационного поля и питался эмоциональным полем Хозяина. Пространство помещения было более чем живое. Во время своих дел Хозяин мог с легкостью прогуливаться по аллее. Затем, нагулянными эмоциями, кормить кита. Тем самым он замыкал цепь симбиоза. Можно сказать партнёрства.