# Рассказы в тишине. Жизнь и Смерть

Антуан де Корбу

«Я расскажу вам несколько занимательных, на мой взгляд, историй, из которых вы узнаете много интересного о жизни и смерти. Но будьте готовы к тому, что эти истории оставят за собой множество вопросов, ответов на которые может и не существовать».

Корректор Марина Воронцова

Дизайнер обложки Антон Воронцов


© Антуан де Корбу, 2025

© Антон Воронцов, дизайн обложки, 2025


ISBN 978-5-0060-7782-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Разговор со жнецом

Человек сидел на скамейке и размышлял о смерти. Ему всегда было интересно, существует ли загробная жизнь, что ожидает умерших людей дальше. Человека пугала та мысль, которая утверждала, что там, за чертой, ничего нет, одна лишь пустота.

Вдруг, совершенно внезапно, перед ним появилось существо в чёрном плаще, с капюшоном на голове. Лица его видно не было, а из рукавов выглядывали бледные, совсем безжизненные пальцы.

«Словно сама смерть явилась ко мне! – чуть испуганно подумал человек. – Только косы в руках не хватает».

– Не совсем Смерть! – ответило ему существо. – Я лишь его слуга. Я – Жнец. А Смерть присоединится к нам чуть позже! И, кстати, никакую косу мы с собой не носим. Она нам ни к чему. Это всё человеческие байки. К людям приходим мы, Жнецы. А Смерть – это наш директор, если выразиться по-человечески. И, кстати, он не женщина и не мужчина, хотя и предстаёт перед нами в мужском обличье.

– Вы услышали мои мысли? – удивился человек. – Это что же получается? Я сплю и вижу сон? Или…

– Второе, – спокойно ответил Жнец человеку. – Вы так мечтали узнать о том, что ждёт людей за чертой жизни, что мой хозяин, Смерть, решил исполнить ваше желание. Но сделать это он мог лишь одним способом…

– Так значит, я умер?.. – спросил человек слегка расстроенным голосом.

– Да, – ответил Жнец, – но я не вижу радости в ваших глазах!?

– Дело в том…, – начал отвечать человек, – у меня были большие планы на дальнейшую жизнь. Но, уверяю вас, я не жалуюсь. Мне, действительно, хотелось знать всё о смерти, но мне ещё хотелось пожить.

– Хозяин спас вас от того, что вас ожидало. Думаю, что мечтали бы вы, как раз-таки о смерти, – холодно сказал Жнец.

– И… что же меня ожидало? – дрожащим голосом поинтересовался человек.

– Опухоль, злокачественная. Вам не нужно знать где, – предупредил вопрос Жнец. – Но последствия были бы кошмарными для вас. И, как следствие, мы бы с вами всё равно встретились.

– Понимаю, понимаю… – закивал головой человек. – Но, откуда…

– Мой хозяин знает всё, – ответил Жнец, вновь опережая вопрос человека (Сколько раз ему приходилось на него отвечать). – Смерть родился в ту же самую секунду, когда родилась и Жизнь. Они брат и сестра, они Инь и Янь, они огонь и вода, и так далее, можно продолжать до бесконечности.

– Это так интересно! – восхитился человек. – Мне уже совершенно неважно, что я должен был умереть мучительной… смертью, если здесь так уместно выражаться. Прошу вас, – человек пытался взять Жнеца за руку, но тот отдёрнул её, не позволив прикасаться к себе, – расскажите мне всё, что вы знаете о своём хозяине! Хоть это мне и не пригодится в жизни, но любопытство берёт верх даже здесь. А, кстати, где мы с вами находимся? Что это за место?

– Мы с вами находимся на перепутье, между жизнью и смертью. Хозяин должен определить ваш дальнейший путь. Быть может, что вы отправитесь в Рай и будете продолжать спокойную, размеренную, в чём-то даже скучную жизнь. Или вы попадёте прямиком в Ад, где будете жариться на раскалённых углях, словно молочный поросёнок перед праздничным обедом. А пока мы его ждём, я расскажу вам несколько занимательных, на мой взгляд, историй, из которых вы узнаете много интересного о жизни и смерти. Но будьте готовы к тому, что эти истории оставят за собой множество вопросов, ответов на которые может и не существовать.

– Я весь внимание! – ответил человек, сел поудобнее на скамейке и приготовился слушать рассказы из уст Жнеца – слуги самого Смерти, одного из Всадников Апокалипсиса.

## Мёртвая жена

Однажды, лет сто назад, на деревню напала Чума. Каждый день Смерть забирал людей. Прощаться с умершими не давали никому, так как боялись, что Чума придёт и за ними. «Похоронная компания», так прозвали мужиков, которые избавлялись от тел, заворачивала мёртвых в плотную ткань, увозила их на кладбище и на специально отведённом месте сжигала.

Вот и у старика Петровича захворала жена, да и померла через два дня. Сообщил он «похоронной компании» о своём горе, и когда те увезли тело жены, он заперся в доме и стал ждать, покуда Чума не явится и за ним.

Около полуночи Петрович собрался лечь спать. Когда он присел на край постели, то услышал шаги. Кто-то пробрался в его дом. Старик решил, что это либо воры, либо Чума пришла за ним.

Чуть поодаль от него появился тёмный силуэт, в котором Петрович узнал свою умершую жену. С её стороны доносился едкий запах горелого мяса. Страх сковал его тело, он и слова вымолвить не смог. Слёзы навернулись на его глаза, так как он чувствовал, что это жена. Неужто это Чума послала её за ним?

– Я посижу здесь немного, – еле расслышал Петрович. А мёртвая жена тем временем присела на табурет.

Так и просидели они, молча, до самого рассвета. Мёртвая жена на табурете, напротив старика, который и сам был ни жив, ни мёртв.

А в это время за окном бродил Смерть под руку с Чумой и собирал свой урожай из мёртвых людей. Старику повезло, они прошли мимо его дома.

С рассветом скованность пропала, Петрович поводил головой по сторонам, чтобы облегчить боль в шее, которой он ни разу не пошевелил за всю ночь, а когда поднял взгляд на жену, то её уже не было.

На следующую ночь всё повторилось. Как только старик собрался отойти ко сну, так в доме появилась его мёртвая жена и тихо сидела на табурете до самого рассвета.

К третьей ночи скованность старика пропала, и он стал разговаривать с женой, как будто она живая. Он рассказывал ей, чем занимался в течение дня, пока её не было, кто в деревне заболел, а кто отправился к праотцам.

Таким образом, прошло сорок дней со дня смерти жены. До этого, каждую ночь она являлась к старику в дом, он с ней разговаривал и даже как-то привык к этому. Но накануне сорока дней, перед самым рассветом, жена произнесла единственное слово: «Прощай!».

Все сорок дней продолжалась жатва Чумы и Смерти, и все сорок дней они обходили стороной его дом.

Очевидцы рассказывали, что Смерть не заходил дважды за ночь в тот дом, где уже был покойник. Жена старика вернулась с того света и охраняла его жизнь ровно сорок дней, пока её пребывание на земле было возможным.

Вскоре и Чума отступила, и поэтому и Смерти в деревне делать было нечего.

Скучно стало старику одному, ведь даже и с мёртвой женой он мог хотя бы разговаривать раз в день, а тут он остался один-одинёшенек.

Недолго пришлось расстраиваться Петровичу. Вскоре он встретился со своей женой на том свете.

Через месяц после Чумы в деревню пришла Война, а с ней и Голод. Скоро вернулся и Смерть. И началась жизнь не лучше прежней.

Старик получил кусок свинца в голову, не желая отдать солдату краюшку заплесневелого хлеба.

«Спасибо…» – прошептал он своему убийце и отправился на встречу с женой. А солдат пнул старика ногой и с чавканьем съел заплесневелый хлеб. И зря. Через день умер от отравления. Плесень-то была чёрная.


***

– Значит, не получилось Петровичу обмануть Смерть? – спросил человек Жнеца.

– Смерть невозможно обмануть, – спокойно ответил Жнец, – всякий закончит свой путь здесь. Но, в тот день, Смерть не собирался забирать старика.

– Но почему же тогда его убили?

– Всему виной иной Всадник – Голод. Солдат забрёл в дом в поисках пищи, и даже крохотный кусок хлеба замутил его рассудок, что он, не раздумывая, застрелил несчастного Петровича.

– Но ведь хлеб-то был поражён чёрной плесенью. Неужели у солдата был настолько замутнён рассудок? – поинтересовался человек.

– А вот тут-то мы как раз пришли к тому месту, где ввязался мой Хозяин, – начал рассказывать Жнец. – Как я уже говорил ранее, Смерть не собирался в этот день забирать Петровича. Ему было жалко его, или же наоборот, он хотел его наказать долгой жизнью за то, что они с мёртвой женой его обманули. Но вмешался Голод, который заставил солдата, прошу прощения за тавтологию, голодать. Солдат убил старика, что не понравилось Смерти. И в тот самый момент, когда солдат поднёс хлеб ко рту, Хозяин заразил его чёрной плесенью. В общем-то, он почти не заметил, что съел отравленный хлеб, но плесень поразила его желудок, кровь и стала распространяться по телу настолько быстро, что солдат не выдержал и умер на следующий день.

– Получается, что солдата убил Смерть? – спросил человек.

– Смерть его не убил, а наказал! – ответил Жнец и, подняв указательный палец вверх, произнёс:

– Прошу больше не выражаться так о моём Хозяине. Смерть не может быть убийцей!

– Я прошу прощения! – начал извиняться человек. – Такое больше не повторится. Но позвольте ещё один вопрос?

Жнец кивнул.

– Скажите, а Смерть наказал Голод за то, что тот вмешался?

– Хоть Смерть и является самым сильным среди Всадников, но они все имеют равную власть, и поэтому Хозяин не стал наказывать Голод, а лишь высказал ему недовольство. Тот в ответ пообещал больше не вмешиваться! – Жнец слегка засмеялся на последних словах.

– Что вас так рассмешило? – поинтересовался человек.

– Я не могу вам рассказать, – ответил Жнец. – Не думаю, что Смерть одобрит мои излишние разговоры.

– Я вас прекрасно понимаю, – закивал головой человек. – Сам не люблю, когда обо мне говорят за спиной.

– Хорошо! – кивнул Жнец. – А сейчас я предлагаю вам послушать следующую историю. Она поведает о человеке, который, замечу, по его мнению, попал в безвыходную ситуацию…

– И что же с ним приключилось? – спросил человек. – Он тоже умер?

– Давайте не будем забегать вперёд, – предложил Жнец. – В конце рассказа я дам вам поразмышлять о том, что с ним стало, а пока предлагаю вам успокоиться и всё же выслушать мой рассказ.

– С превеликим удовольствием! – улыбнулся человек и стал слушать новую историю Жнеца.

## Пустота

Пустота.

Тишина.

Никого.

Он сидел один в квартире, на кухне со старыми обоями и пил горькую водку. Она не обжигала его горло, как бывало ранее, а словно живая вода заполняла его нутро.

Словно живая вода? Живая ли?

В его сердце пустота.

В его доме тишина.

Никого.

Жена его бросила. Бросила ещё вчера и уже не вернётся. Нашла себе другого, более перспективного по её словам. А он? Он просто пьяница, не способный заработать на новую шубу, сапоги, на поездку за границу. Он ничего не видит, кроме своей водки, которая, кстати, закончилась.

В его бутылке пустота.

В его мобильном тишина.

В его мыслях никого.

Он не знал, как унять непроходящую боль. Да, сейчас он встанет, оденется и выйдет на улицу, на мороз. Он постоит у подъезда, покурит. А дальше что? А дальше он снова пойдёт и купит водки, затем вернётся домой и всё повторится вновь.

Но… в его кармане пустота.

За окном тишина.

Никого.

Сигареты всё же нашлись. Он пошёл было одеваться, чтобы выйти на улицу покурить, ведь жена ругается, когда он делает это дома, но тут же вспомнил, что теперь вместо жены – пустота. Вместо брани – тишина. В доме, кроме него – никого.

Закурил. Затем ещё и ещё, пока не выкурил всю пачку. Раскашлялся до того, что от напряжения вздулись вены на висках, а в голову ударила кровь. Начал стучать себя по груди, стараясь облегчить боль в лёгких. Ну вот, кажется, лишний дым вышел.

В его лёгких пустота.

В его горле тишина.

Рядом, всё также никого.

Немного посидев в тишине, он завыл, не представляя, как дальше жить. Он остался совсем один. Жена бросила. Детей никогда не было. Родители умерли. Среди тех, кого он называл друзьями, одна лишь пьянь. Впрочем, как и он сам.

Ведь должно же быть какое-то средство, которое поможет?

Он вспомнил о нём. Это средство лежит в нижнем ящике комода, в деревянной коробке, замотанное тканью.

Он поднялся.

В его голове пустота.

В его ушах тишина.

В сердце давно уже никого.

Он подошёл к комоду. Выдвинул ящик. Вынул коробку. Трясущимися руками взял то, что замотано в тряпку. Развернул. Руки затряслись ещё сильнее.

«Будь сильным! – подумал он. – Раз решился, так действуй!»

Дрожь в руках утихла.

Он решился…


Пустота.

Тишина.

Никого.


***


– Как вы думаете, – спросил Жнец человека, – что произошло дальше? Он умер или всё-таки выжил?