Die сколько можешь
Михаил Гапонов

© Михаил Гапонов, 2023

ISBN 978-5-0060-7748-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Введение

Люди в этом мире делятся на три категории: у которых есть деньги, у которых есть возможности и ты.

Один писатель понимает, что умер, но не понимает почему, и пытается разобраться во всем этом, понимая, что застрял в странном месте, где его никто не видит, никто не слышит, но на его счастье появляется точно такая же девушка, оба они застревают в пограничном мире, где могут общаться только друг с другом, и со временем понимают, что могут выбраться из этого всего, но только если что-то сделают, однако что остается совершенно непонятно.

Я мог любить по переписке, но это не приносит барышей, тогда что же с ним вдруг приключилось?

1. Ошибка

Мы с тобою незнакомы,

И знакомы не были,

Ты хотела, я хотел,

И опять такого не было.

Ну, тогда я просто, чтобы ты смеялась,

Девственником сдохну, че перебесилась?

Лично я вот, точно, да.

Когда предсмертные конвульсии закончились под черными колесами «Волги», из ее двери вышел седой мужчина, который не переставал пинать голову несчастного.

– Ублюдок! Ублюдок! – продолжал кричать мужчина, в котором умерший, внезапно вышедший из тела, превратившись в приведение, узнал отца своей первой девушки.

Конечно, окружающие тут же скрутили безумца, а приведение Антуана долго пыталось сообразить, точнее, осознать, что его жизнь после смерти продолжается. Он попытался коснуться выжившего из ума старика, но рука прошла мимо плеча.

– Ну, че, ты так и будешь тут стоять? – спросила рыжая бестия, почти прямо на ухо у Антуана.

Испуг, а не возбуждение, тут же будто кольнуло Ключевского булавкой в задницу, что он резко обернулся.

– Ты?

– Я, не ссы, они нас не слышат, – подразумевая сбежавшихся зевак, пояснила незнакомка.

– Но как это, – не договорил фразу Антуан, как дьяволица продолжила за него.

– Возможно? Ха-х, – ухмыльнулась она, – я тебя предупреждала, что быть писателем – это большая ответственность, ты сам привлек такие приключения на свою задницу.

– Это несправедливо.

– Надо было думать раньше, в кого ты суешь свой вяленький перчик, теперь это произойдет не скоро.

Антуан внезапно попытался коснуться пальцем Дьяволицы, как котенок, который увидел себя в зеркале, но та сразу дала ему понять пощечиной наотмашь, что еще один такой контр выпад в ее сторону с внезапным порывом, и случиться что-то пострашнее.

– Не смей касаться меня, понял?

– Да, прости, я просто хотел понять…

– Можешь ли ты меня коснуться? Нет, не можешь.

Антуан раскрыл свою челюсть, и прислонился к своей щеке ладонью в место пощечины.

– А почему тебе можно, а мне нельзя?

– Потому, – пожав плечами, ответила девушка, а затем, будто сказала то, что пришло ей на ум, – потому что мне так захотелось, – и тут же расплылась в обворожительной улыбке.

– Зачем? Это же больно.

– Привыкай, видишь ли, в этом мире – в чистилище, в котором ты оказался нет правил, есть лишь какая-то лютая месть и злость, никто тебе не подаст руку, никто тебя не пожалеет, думаешь, я не знаю, как ты хотел свести счеты с жизнью?

– Эм, – замялся Антуан, теряя уверенность, – а когда именно? Точнее, сколько раз?

Дьяволица заулыбалась, проведя своим языком по красным губам слева направо.

– Знаешь, есть темы поинтереснее, хотя, пойдем, – сказала она, положив руку на плечо Ключевскому, – путь у нас неблизкий, будет, о чем поговорить, – ничуть не скрывая своей усмешки в своем слегка злобном взгляде, предвкушая какую-то ноту удовольствия о том, что сейчас будет много веселого по той причине, что кому-то не везло в жизни так сильно, что проблемы окружающих и их трудности – это звучало бы, как – ну, почему вы дали мне сдачу не сотнями, а полтинниками?

– Понимаешь, – стало было говорить ехидным голосом незнакомая рыжая женщина.

– Стой, а как тебя зовут, я помню, мы встречались, когда то уже, только забыл.

– А, да, да, было дело, я тебя предупреждала, но ты перешел на сторону зла, засмеявшись со мной в унисон, забыл, как там было написано?

Тут память, как молния, пронеслась в голове Антуана, и он вспомнил, как работал в интернет магазине.

– Ну, так вот, я Серафима, ну, падший ангел с обожженными крылами, можно так сказать, я та сущность, что застряла между тем и этим миром и получается и там, и там, могу быть, где хочу, и делать все, что мне захочется.

– То есть, ты просто неудачница с красивой внешностью?

– Это еще почему? – удивилась Дьяволица.

– Ну, ты просто нищая, тебя отпустили на свободу, типо, как бы так…

– А, да, да, я хотела слишком много, думала, что все, что я писала – это будет хитом, а потом мне сказали, что меня никто не держит и мне ничего не должны, так как со мной, – усмехнулась она, и продолжила, – иметь дела – это вредить себе.

– Почему? – удивился Антуан.

– Видишь ли, я набрала много кармических кредитов, не боялась срать окружающим и брала от жизни все, что мне хочется, а потом, когда решила, что это тема для мемуаров, которые меня вознесут, и, кстати, которые меня вознесли, как я думала, а потом эти ублюдки оставили меня на вершине с сожженными крылами, я поняла, что очень-очень сильно ошибалась в том, что чтобы быть успешной, мало иметь то, чем обладала я все это время, короче я прыгнула всем назло, и обвинила людей, что они довели меня до суицида – это моя любимое произведение.

– Зачем ты это сделала?

– Ну, как, я просто напилась, а потом подумала, что…

– Господи, зачем? Не жалко было окружающих?

– Нет.

Тут Серафима прикоснулась своей рукой ко лбу Антуана, и он увидел, как все люди буквально стали радоваться и плясать от счастья, какие-то парни прыгали, держа друг другу за руки на столе, когда новости дошли до них, один молодой человек, который был ее бывшим, и так и не закончил вуз, буквально упал на колени и произнес: – есть справедливость в этом мире. Сам пребывал в психиатрической лечебнице, так как после всего, что натворила с ним Серафима при жизни, сыграло с ним злую шутку, и все обстоятельства сложились так, что он загремел на карете скорой помощи в смирительной рубашке.

– Вот, ну, ты понял, – улыбнулась она, – ты понял, куда мы отправляемся.

– Что?

– Сегодня мы увидим всех, кто будет оценивать тебя, как человека – хороший ты или нет, можно ли тебе доверять или нет, и ты убедишься, что люди – это настоящие твари.

Антуан молча смотрел на свою спутницу, которая подводила его к скамейке рядом с мусоркой.

– Давай присядем.

– Разве нам не надо куда-то идти?

– Нет, нет, с начала мы дождемся медиков, которые напишут тебе констатацию – время смерти, а дальше, дальше мы посмотрим, что будет, кто прибежит, кто тебя пожалеет, зеваки – он не в счет, это просто люди, которым тебя жалко, и которые будут хвастаться до конца своей жизни, что видели это, будут постоянно говорить, что это просто ужас, и когда напьются, будут больше хвастать, что вот они это видели, а вот другие не видели, ну, это в принципе нормально, ведь жизнь это такое место, где стать очевидцем смерти – это самая интересная тема для того, чтобы просто выпить.

Скорая приехала минут через десять, медики спокойно вышли из кареты, как какие-то дачники приехавшие копать картошку с кислыми уставшими лицами, что поделать – работа, есть работа, закурили, кто-то лениво взглянул на часы, один человек натягивал медицинские перчатки, кого то из зевак вырвало прямо на цветочки, но, тем не менее, человек продолжал стоять и смотреть, и даже когда его еще раз вырвало, он стоял и смотрел. Минут через пять, когда людей стало еще больше, все это напомнило какую-то майскую народную демонстрацию шествия на красной площади, где маленькая девочка на плечах среди красных плакатов с белым шрифтом, под громкие лозунги, держала в одной руке мороженое и, облизывая его, смотрела с таким взглядом на происходящее, наслаждаясь лакомством в вафельном стаканчике, что это очень трудно передать, можно только загуглить и понять, что ей не хватало лишь флажочка с надписью: миру-мир.

– Как видишь, среди нет знакомых лиц, – усмехнулась Серафима.

– Да.

– Подожди, сейчас еще обязательно будет упоминание в новостях, что ты немного того.

– Я? – спросил удивленно Антуан.

– Да.

Серафима достала из кармана телефон, и стала листать местную сводку новостей, где спустя полтора часа после разгона демонстрации с применением слезоточивого газа, чтобы хоть кто-то заплакал, появилась новость: неизвестный попал под колеса машины.

Антуан никогда не забудет картину рядом с мусоркой перед его глазами, как человек с громкоговорителем вышедший из автозака самым последним, после сотрудников ОМОНа с щитами в противогазах, обратился к толпе:

– Раз, раз.

– Вилкой в глаз, – выкрикнул кто-то из толпы, что вызвало смех у некоторых людей в первых рядах, услышавших негромкую слегка робкую настройку мегафона, однако дальше последовало обращение от сотрудника:

– Внимание, граждане! Вы не плачете, поэтому мы применяем слезоточивый газ!

После того, как старший группы облизнул себе палец, чтобы понять направление ветра, кинул себе под ноги две гранаты с слезоточивым газом, и тот бурно стал распыляться по ветру к толпе, затем он глубоко вдохнул, и натянул себе противогаз. Скорая помощь спокойно погрузила безжизненное тело Ключевского в пластиковый черный огромный пакет, и уехала.

– Ой, пойдем отсюда, у меня туш сейчас потечет, – отозвалась какая-то барышня на шпильках, хватая молодого человека под руку, девочка с мороженым еще помахала резкими движениями флажочком с надписью: миру-мир, а потом зачем-то бросила его на асфальт, наверное, она даже и не вспомнит об этом, когда подрастет.

В новостях же, рядом с записью о несчастном случае так же появилось упоминание, что в Крыму полиция применила слезоточивый газ, чтобы разогнать несанкционированную акцию протеста, темой которой стала: верните цены на бензин, как десять лет назад.

Однако в госдуме заявили:

– Мы не можем пойти на преступные требования, так как с учетом инфляции бензин подорожает на пятнадцать рублей, а цена на ДТ же и вовсе, взлетит на двадцать пять.

И к новостям спорта:

– Чикаго Буллз проиграли Баффоло Брейвз с небольшим отрывом, но стоит отметить игру быков. И немного о лыжном спорте, российские чемпионки заняли призовые места и устроили демонстрацию на пьедестале, распевая песню: нас не догонят, за что все были дисквалифицированы с соревнований.

В репортаже три лыжницы, стоявшие на пьедестале громко принялись распевать «Нас не догонят» и изображать езду на лыжах, мысленно применяя палки, Рыскова, которая получила золотую медаль, стоя выше всех, во время наклона для медали, внезапно вскрикнула: нас не догонят, и душевный порыв подхватили так же и две другие девушки, а когда они принялись изображать езду, награждавший мужчина, стоявший перед Рысковой, из-за расположения камеры, казалось, буквально получает в лицо русской женской промежностью.

– Это позор для всей России, – проговорил Чилийский тренер, – такого вопиющего случая не было за всю историю лыжного спорта, вы даже не понимаете, как это выглядит для спорта, я считаю, что судья правильно сделал, когда всех их дисквалифицировал, таким людям не место в большом спорте!

Безусловно, первое место после отечественных спортсменок заняла Чилийская спортсменка.

– Вот видишь, это все, и никто даже и не узнает, что тебя тут переехали, – перестав смеяться, проговорила Серафима.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.