Александр Икрамов
А мне вчера опять Афган приснился…

Игорь проснулся рано. Было ещё темно, можно было ещё поспать, но сегодня был особенный день. Сегодня, ровно двадцать пять лет назад Игорь и ребята договорились, что будут встречаться в этот день в Москве. Не каждый год получалось, но сегодня должны были собраться все. Все шестеро.

Наташа спала, сын тоже. Игорь встал, прошел в ванную, потом на кухне быстро приготовил себе кофе и бутерброды. На улице было свежо. Пошел к остановке, опираясь на палочку-трость. Раненная когда то нога слегка холодела. Москва ещё спала. В метро было пусто. Доехал до Пушкинской и вышел прямо к памятнику. Ещё рано, но Игорь знал, что Рустам уже прилетел, и наверняка только забросит вещи в гостиницу и поедет на встречу. Так что примерно через двадцать минут будет здесь. Игорь сел на скамейку и сами собой пришли воспоминания, как встречался здесь с Наташей. Тридцать лет прошло, а все как вчера. Когда то ходили вместе в школу, и жили по соседству, только Игорь был на два года старше. Сначала он не обращал внимания на Наташу, но однажды, увидел возле школы трех хулиганов и её испуганно прижавшуюся к стене. Помогла секция бокса, куда ходил с детства, и с тех пор Наташа всегда была под его защитой. Когда уезжал в военное училище, Наташа сама предложила дружбу. Игорь тогда снисходительно согласился и они переписывались весь первый курс. А потом Игорь приехал в отпуск и с удивлением увидел как расцвела Наташа. Он влюбился сразу и бесповоротно. Теперь его письма были совсем другими. После третьего курса они впервые поцеловались. Через месяц после возвращения из училища сыграли свадьбу. Тесть был генерал, при больших погонах и в больших чинах. Злые языки утверждали, что женитьба была по расчету. В то время за Наташей – первой красавицей университета, богатой и выгодной невестой кто только не ухаживал, и гражданские и военные. Но Наташа уже выбрала Игоря. Тесть вначале выбор не очень одобрял, но против воли дочери идти побоялся. А когда присмотрелся к Игорю, понял, что дочь была права. Этому помощь тестя была не нужна, твердо стоит на ногах. Жить стали на квартирке родителей Игоря. Родители жили на даче. Родился сын.

А потом Игорь написал рапорт о направлении его в Афганистан. Это было как гром среди ясного неба. Причина была. Друзья отговаривали, плюнь, не обращай внимания на завистников, ради чего ты это делаешь. Игорь отмалчивался. И только когда Наташа задала этот же вопрос, сказал – ради себя. А я? Обо мне ты подумал? А наш сын? Игорь ответил «И ради него». Наташа плакала. Тесть долго хмурил брови, но потом одобрил. Езжай. О жене и сыне не беспокойся. Сам понимаешь. Не чужие. Все сделаю. Жить будут пока у нас. Места много. А ты не волнуйся.

И Игорь уехал действительно спокойный.

В штабе уже знали о прибытии нового офицера из Москвы, из штабов, родственника самого… И посчитали что приехал за орденами. Предложили должность в штабе – спокойно, безопасно. Но Игорь попросился в разведроту. Покрутили пальцем у виска, это ж самое пекло, советовали, пытались отговорить, но Игорь стоял на своем. Согласились. Начал служить и учиться. Учеба давалась легко. Схватывал все на лету, да и учителя были замечательные. Были боевые выходы, были боевые стычки. Через полгода уехал командир роты. Единственной кандидатурой на эту должность был Игорь. Нужен был толковый зам. И Игорь нашел его неожиданно даже для себя. Это был парень – узбек, старший лейтенант. Игорь и Рустам легко подружились. Было что то общее в их судьбах и в том как попали они на войну. Рустам был среднего роста, физически сильный и выносливый, с детства занимался спортом: футболом и самбо, и спуску по физической подготовке в роте не давал никому. На первой же тренировке ребята решили проверить его на силу, и по команде Игоря, трое кинулись на него. Но Рустам легко раскидал их, причем, даже особо не применяя силу. Просто уходил с линии атаки и парни сами пролетали мимо, а он только помогал им падать. Вот так и начиналась их совместная служба.

Рустам появился из перехода неожиданно. И не один. Рядом была Диля. Самая младшая и папина любимица. Трех старших сыновей и жену держал в строгости, как и подобает отцу семейства. Но дочка, самая младшая, вила из отца веревки. Пятнадцать лет, а какая красавица, вся в мать. Стройная, гибкая. Одно слово – пантера. Рустам подошел и они с Игорем крепко обнялись и расцеловались. Диля повисла на шее и Игорь с удовольствием чмокнул её в свежую щечку.

– Ну как долетели?

– Нормально. С корабля на бал. В гостинице пока номер не освободился до двенадцати, но мы вещи кинули попросили занести. А сами сюда.– Рустам как всегда говорил улыбаясь вежливой улыбкой, – Как дома?

– Нормально. Диля, как у тебя дела? Тренируешься?

– Она снова выиграла чемпионат по карате. Представляешь?

– Поздравляю, поздравляю!

Виделись всего два месяца назад. Рустам часто прилетал в Москву по делам. Всегда привозил большие подарки. Наташа ругалась, говорила что напрасно беспокоится, требовала чтобы останавливался у них. Всегда готовила ответные подарки для детей и жены. Недавно Игорь и Наташа поехали к Рустаму в Ташкент. Он встречал их в аэропорту с женой и двумя сыновьями, на двух машинах. Игорь уже давно не бывал здесь и удивился, как изменился и похорошел город. Дом Рустам отстроил огромный. В большом дворе под навесами был накрыт стол, половину его занимали родственники, другую соседи и друзья. Во главе стола сидели родители Рустама и его жены. Стол был завален.

– Зачем это все? – спросил Игорь.

– У нас праздник – ответил Рустам.

– Какой?

– Друзья приехали из России.

Пока расспрашивали друг друга, рядом с ними появился худощавый невысокого роста человек в серой кепочке и в плаще. Любой сразу сказал бы, что он из деревни. Он и был из деревни.

– Скучаете?

– Родина?! – Игорь и Рустам одновременно кинулись к нему.

– Ты как всегда как из под земли.

– Так я же живу на земле. Это вы у себя в городе ничего не замечаете и не видите вокруг. А я в деревне живу, рядом с природой.

– Костя дорогой, как ты? – Рустам жарко обнимал друга – Сколько мы уже не виделись? Два года?

– Ага. Вот как ты приезжал последний раз ко мне с того раза и не виделись.

– Как Настя, дети, внуки?

– Да нормально, кланялись.

– Здравствуйте дядя Костя!

– Ух ты, Диля, да как выросла. Красавица. Пелагея тебе привет передавала.

– А что ж вы не взяли её?

– У-у-у, а кто дома работать будет, коров доить? Может ты к нам? Не забыла, как это делается?

Долго смеялись и шутили. Вспоминали. С Родиной было легко говорить, при том что характер у него был далеко не сахар, а о сварливости его слагались легенды. Родина был один из дембелей которые, остались служить, когда Игорь только принял роту. Званием он никогда не поднимался выше ефрейтора, по контракту стал прапором, но уважение к нему было иногда выше, чем к некоторым молодым и даже немолодым офицерам. Уважение к себе он завоевал своей всегда спокойной деревенской рассудительностью и тем профессионализмом солдата, которое ничем нельзя было оспорить. Родиной его прозвали после одного случая. Костя тогда ещё молодой солдат, только прибывший из Союза, вечно рассказывавший о своей деревеньке Родники, однажды долго нюхал полевые цветы, а когда его спросили, посмеиваясь «Чего это ты?», сказал «Родиной пахнет». Все засмеялись, уж больно сильной тоской веяло от этих слов. Но запомнилось. И потом когда командир роты как то приказал сделать то-то и то-то, командир взвода сказал, поручим это Косте. «Какому такому Косте, кто это? Так этот…ну молодой, помнишь…Родина!!! А-а-а правильно, давай». И все, приклеилось. Родина и Родина. Вот так и появлялись неожиданно прозвища. А вот Америкосу прозвище дал сам Родина. Появился во взводе шустрый парнишка, который очень любил все Американское. И все что делал сравнивал с американским. А вот в Америке…, а вот у американцев…Родина как услышал так и схлестнулся с ним в перепалке, а в конце заявил

– Ну и катись к своим американцам…

– Ну что ж когда нибудь я и поеду…

Кто знал что слова окажутся пророческими. Америкос, тогда ещё просто Юра вырос в детдоме, однако когда и почему появилась вдруг такая любовь к Америке, никто не знал. Просто он мечтал поехать туда, как другие мечтали, как за ними придут папа и мама. Кроме детдома Юра не видел другой жизни. Учеба в профтехучилище, армия и сразу Афганистан, и сразу разведрота. Игорь сам выбрал этого парня от которого другие хотели избавиться. Недисциплинирован, несдержан, не соблюдает субординацию. И ещё много таких «не…». Да и какая то очень большая любовь у него к этой Америке. Вдруг убежит, дезертирует. А потом отвечай за него. Но Игорь увидел другое. Умен, быстр, ловок, легко принимает решения, надежен и многое другое, что очень нужно в разведке. Поэтому и взял его к себе. А с Костей они быстро сошлись. Костя старше и служил побольше, вот и начал «гонять салагу». Но Юрка не из таких, на него где сядешь там и слезешь. В общем общались сначала как «дед» и «салага», ну а после первых боёв это были уже непримиримые друзья-враги. Похожи они были даже внешне. Оба невысокого роста, худощавые, жилистые, юркие и ловкие. В первом же бою Юрку царапнуло в ногу. Игорь приказал Родине отвести Америкоса к санитарам. Сколько выслушал Америкос сжимавший зубы от боли, пока Родина тащил его, знает один Господь бог. Но досталось всем, и санитарам что сидят где то вдалеке подальше от пуль, в тылу, и дуракам салагам которые лезут под пули, не зная где брод, и Игорю который заставляет этих дураков таскать на себе, и даже самому Косте, что такой дурак, ведь знает же что надо держаться подальше от начальства, так нет попался на глаза вот теперь и мучается. Но больше всего конечно услышал Юра, молодой солдат, отборный и крепкий армейский мат. И тогда поклялся Юра и Косте сказал страшные слова, что если когда ни будь , не дай бог, ранят Костю , то тащить его вызовется сам Юра и уж тогда Костя выслушает от Юры все о его ранении и все что он о нем думает. И накликал таки. Не успел Юра вернуться в строй и выехать со всеми в боевой выход как ранили Костю. И тоже в ногу. Несильно, но идти Костя не мог. И командир приказал молодому оттащить старшего бойца к бетрам (бронетранспортерам) и сидеть там с ним. И потащил Юра Костю на себе. И пока Америкос снова сжав зубы, теперь уже от напряжения, обливаясь потом, еле переводя дыхание и задыхаясь, тащил на себе Родину, (тише ты проклятый, больно же), снова выслушал все о себе и о других, о том что пока его не было была тишь да гладь, а появился так Костю ранили, что командиру давно пора списать этого непутевого, и будь она проклята эта неровная дорога и этот осел, что тащит его как дрова. И снова крепкий отборный армейский мат. Когда Америкос еле переводя дыхание дотащил Костю до бетра и рухнул на землю, у него даже не было сил что либо сказать Косте. В горле пересохло как в пустыне. А когда санитары взялись за дело, говорить уже было вроде и неудобно. Тем более что Родина вытащил фляжку и дал напиться Америкосу, и только потом попил сам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.